Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Базил Хвостолом (№8) - Величайший дракон

ModernLib.Net / Фэнтези / Раули Кристофер / Величайший дракон - Чтение (стр. 20)
Автор: Раули Кристофер
Жанр: Фэнтези
Серия: Базил Хвостолом

 

 


— Откуда ты знаешь? — спросил дракон.

— Я не знаю, но уверен. Нам следует идти по этому пути.

Релкин не знал, откуда взялся этот тоненький голосок, который нашептывал ему в ухо правильное направление.

Каждый поворот открывал одно и то же: блестящие золотистые стены, которые, казалось, уходили в бесконечность, и ответвляющиеся проходы — черный провал среди золота стен и черноты потолка и пола. Дракон протиснулся в правый проход и на четвереньках двинулся по золотистому коридору.

Они шли около часа. Релкина поразила протяженность этого лабиринта. Как они умудрились втиснуть эту громадину внутрь Золотого Храма, оставалось тайной. Это сооружение казалось огромным и, похоже, простиралось на целые мили.

И вдруг, внезапно, перед ними открылся совершенно иной вид.

Новый проход вел в коридор, освещенный намного лучше, чем остальные. Они оказались в обширном пространстве, черный пол сменился серебристой поверхностью. Ноги ощущали холод, но воздух был довольно теплым.

— Где мы? — спросил Базил, выпрямляясь и разминаясь после тесноты лабиринта.

— Не знаю, но мы должны выйти здесь, — Релкин указал на проем в дальней стороне огромного помещения. — Мы должны отыскать кого-то или что-то по имени Око.

Мир снаружи был поразительным. Миниатюрное зеленое солнце жарко светило в небе цвета красной охры. Перед юношей и драконом во все стороны простиралась серебряная равнина с черными квадратами разных размеров, скользящими по поверхности в замысловатом танце.

— Что это такое? Что они делают?

— Я плохо их вижу отсюда. Это похоже на сон.

Планета сверкала под яркими лучами маленького зеленого солнца.

— Если это сон, то мы видим один и тот же сон.

Они обменялись взглядами. Релкин пожал плечами.

— Мы не можем здесь оставаться. Это своего рода промежуточная станция. Я знаю, что мы должны идти дальше.

— Вон туда и сразиться с этими штуками?

— Я еще не знаю, что и как. Эти штуки кажутся довольно большими. Может, что-нибудь придумаем.

— Драконий мальчик это умеет.

— Да? Приятно слышать это от тебя после всех этих лет.

Пошли.

Релкин шагнул вперед; Базил последовал за ним. Через несколько мгновений они почувствовали, как по их телам пробежал леденящий холод. Мороз стал жгучим. Релкин почувствовал, как изгибается его спина. Он закричал до боли в легких, но ничего не услышал.

К их изумлению и ужасу, они увидели, что их плоть и кости внезапно начали деформироваться, они оба таяли, как воск, и сжимались. По мере того, как они сжимались, они темнели и начинали блестеть, пока, наконец, полностью не преобразились.

И дракон, и Релкин стали кристаллическими. Базил превратился в трехгранную пирамиду в восемь футов высотой. Релкин представлял из себя куб, со стороной в четыре фута. Ощущение холода пошло на спад, обоим начало казаться, что они уснули.

Релкин ощутил панику; он совершенно не чувствовал ни ног, ни рук. Он не мог пошевелить ни единым мускулом!

Но он мог видеть, слышать и думать. Сумасшедший танец продолжал крутиться на равнине.

— Что такое? — заговорил дракон.

Релкин мог поклясться, что слышит его.

— Я слышу тебя. Ну?

— Ты — большой куб, который я вижу.

— А ты — большая черная пирамида.

Они попробовали осознать случившееся.

Голубая молния сверкнула прямо у них над головами. Она замедлила свой полет, развернулась и направилась обратно. И совершенно неподвижно застыла в воздухе рядом с ними, как раз на высоте плеча дракона.

— Экагор! — «сказала» молния таким же магическим голосом, который звучал прямо у них в голове.

Базил осмотрел голубую молнию. В самой ее сердцевине была маленькая фигурка, похожая на крошечную фею, ярко-голубую и сверкающую У феи были малюсенькие яркие глазки и черная полоска вместо рта — Экатор! — опять сказало существо.

— Магия, очень странная, этому дракону это не нравится.

Базилу особенно не понравилось, что он остался без меча. Если меч преобразовался в этого малюсенького эльфика, то как же им сражаться с врагом? К тому же у него теперь даже нет рук!

— Согласен, очень странная, — Релкин чувствовал себя, как вынутый из глазницы глаз, плавающий в кубе, ставшем его «телом». Может, мы сошли с ума, все это оказалось выше наших сил?

— Меч превратился в голубую фею. От него теперь никакого толку.

«Крошечная фея» гневно обернулась и разразилась потоком слов на непонятном языке. Релкин решил, что лучше будет оставить эту речь без перевода. Он задумался: может быть, он действительно потерял рассудок? Все эти перемещения и магические эффекты, должно быть, действительно оказались выше его сил.

Затем он вспомнил волшебные миры повелителя эльфов из Мирчаза. Созданные энергией, отнятой у массового разума, поддерживавшего Игровую доску, эти миры были настолько совершенны, что казались реальными. Может быть, и это искусственное сооружение, невероятная и сложная иллюзия?

Снова вернулся голос, который провел их по лабиринту, неясный шепот без слов, звучавший в его голове.

— Очевидно, это не все. Своего рода подготовка к чему-то еще.

— Чему-то еще?

— Это все, что я знаю. Не спрашивай меня, откуда, но я это знаю.

Довольно долго они просто стояли на месте. Релкин пытался понять, кто или что говорит с ним. Что означают эти послания?

Почему он совсем не боится?

Он мысленно пожал плечами. Он видал и худшее, но выжил, вот и все. Для того, чтобы испугать драконира, требуется нечто большее. Релкин и Базил из боевого Сто девятого так просто не сдадутся.

— Что теперь?

— Мы должны добраться вон туда, куда-то и как-то.

Базил внезапно взвыл от удивления, его высокая пирамида заскользила вперед по серебристой поверхности и медленно остановилась.

— Что случилось?

— Не знаю.

Голубая фея несколько раз облетела вокруг Базила и снова заняла свою позицию. Похоже, она несколько поуспокоилась.

Через мгновение пирамида дракона двинулась снова, переместилась на несколько футов и, прежде чем остановиться, медленно развернулась.

— Этот дракон все понял.

Релкин должен был признать, что Базил всегда соображал довольно быстро для виверна.

— И как же это делается?

— Попробуй идти, — послышался голос Базила в его голове.

Релкин представил, что двигает ногами, и его куб внезапно, подрагивая, заскользил по серебряной поверхности и медленно развернулся. Юноша попробовал присесть и поставить обе ноги на землю. Землю он не почувствовал, но, тем не менее, остановился.

Его посетило внезапное озарение.

Он попробовал поднимать ногу для полного шага, и куб начал двигаться быстрее, скользя по равнине. Релкин остановился — и куб тут же замер.

При этом не было никакого ощущения ускорения или замедления. У Релкина в голове закрутились вопросы.

И непонятно откуда появилось предположение, что им следует двигаться вперед и не терять время. Они должны идти к Оку. Там они подвергнутся новому преобразованию.

— А где это Око?

— Не знаю, но я уверен, что это в направлении, противоположном от солнца.

— Солнце зеленое!

— Ты только заметил?

— Очень странно. Но этому дракону наплевать.

— Да, ты прав.

Голубая фея сделала круг около пирамиды Базила и помчалась прочь.

— Экатор вас приведет! — послышалось у них в головах.

Краткие реплики бывшего меча всегда сопровождались ощущением чего-то стального, холодного и колючего.

— Ну что, подозреваю…

Релкин начал делать воображаемые шаги и заскользил вперед. Базил догнал Релкина, затем устремился дальше.

— Дракон должен ходить в этом мире очень медленно, а то мальчик-драконир будет от него отставать.

Релкин сосредоточился на шагах и догнал дракона. Они скользили вперед, в самый центр танца черных квадратов; все они, как и наши путешественники, были твердыми, двигались во всех направлениях, проскакивая мимо друг друга с огромной скоростью, совершенно, как показалось Релкину, не интересуясь друг другом. Маленькая голубая фигурка Экатора летела всего в нескольких футах от них впереди, ярко сверкая.

Они набрали скорость и помчались в нужном направлении, оставив за спиной маленькое зеленое солнце. Насколько Релкин мог разглядеть, у этой равнины не было горизонта. Серебряная равнина без видимых границ простиралась во все стороны. Было очень неуютно созерцать бесконечность.

И все же пока такой способ передвижения был довольно приятен. Они продвигались вперед с огромной скоростью, а усилий прилагали не больше, чем при ходьбе быстрым шагом. Маленькие фигурки, черно-коричневые кубы, проскакивали у них перед самым носом, не причиняя им никакого вреда.

Затем их обогнала огромная фигура — огромный бледно-коричневый четырехгранник, который развернулся у них под самым носом и унесся прочь. Еще доля секунды, и они бы в него врезались.

Еще одна огромная фигура с гуденьем пролетела мимо: на этот раз она неслась им наперерез, проскочила в нескольких дюймах от Базила и Релкина и с невероятной скоростью полетела дальше, буквально через мгновение превратившись в точку.

Эти два происшествия забавили их быть более осторожными.

Последовали и другие случаи, которые чуть было не привели к столкновениям. Однажды их нагнал рой небольших, величиной с человеческий кулак, предметов. Некоторые пролетели как раз между Базилом и Релкином, но ни один из них даже не поцарапал наших путников.

Все это продолжалось непонятно сколько времени; Релкину показалось, что прошло несколько часов. Они просто продолжали двигать ногами, которых не чувствовали и не видели, и неслись по серебряной поверхности.

Однако постепенно кое-что изменилось.

Впереди появилось какое-то уплотнение. По мере того, как они неслись вперед, это уплотнение стало темнеть и приобретать форму. Постепенно стало ясно, что это темная сфера. Она безостановочно росла и вскоре стала напоминать гору, висящую над равниной, покрывая собой огромную площадь. А ведь Релкин не видел и намека на нее, когда впервые спустился на равнину.

Его слегка передернуло от чужеродности этого навеса. Поблизости от огромной сферы Ока было большое скопление разнообразных объектов. Многие были больше, чем их пирамида и куб.

Другие, величиной с мышку, носились по поверхности с такой скоростью, на которую был способен только Экатор, голубой молнией плывущий по воздуху.

Как только путники вступили в плотный пояс, окружавший Око, их осветил луч золотистого света. Они еще не успели сообразить, что произошло, как почувствовали, что оторвались от поверхности и поднимаются вверх.

— Мы летим, — изумленно сообщил Базил.

— Ух ты! — воскликнул Релкин.

Он заметил, как мимо прожужжала голубая фигурка, и взглянул вниз, на серебряную равнину, испещренную таким огромным количеством точек, что это напомнило ему о песчинках на морском берегу.

Затем он поднял взгляд — как раз вовремя, чтобы увидеть поверхность Ока, черную и блестящую, быстро приближающуюся к ним. Релкин приготовился к толчку, ожидая удара о твердую стену, но удара так и не последовало Вместо этого они прошли сквозь поверхность, испытав такое же чувство, как будто нырнули в теплую воду и вынырнули в следующий момент в залитой светом местности.

Они были внутри Ока.

И едва не ослепли от золотого света. Свет стал для них всем, и они немедленно почувствовали, как их начала наполнять удивительная теплота. Они почувствовали сильное покалывание по всему телу, свет словно вытягивал из них нечто, и действительно: их тела отдавали свою энергию, а взамен наполнялись новой, которая циркулировала в слепящем свете Лоса.

Сколько времени это длилось, Релкин не знал. Он просто наслаждался приятным чувством теплоты, растекающейся по его костям. Словно зимней ночью он вернулся из дозора с укреплений форта Кенор и встал у большого очага, который постоянно горел в Драконьем доме. Было невыразимо приятно.

Появилось ощущение, что они вращаются в пространстве. Их тела, если у них были тела, закружились, а затем появилось давление со всех сторон, как будто они неожиданно попали под воду на большую глубину. Оно было очень сильным, почти невыносимым.

Релкину показалось, что он тонет, но тут их извлекли из золотистого света и неожиданно поставили на грубую каменистую поверхность. Вокруг сверкали кристаллические утесы, янтарные и золотистые, освещенные струящимся сверху голубым светом.

Релкин разогнул свое тело и выпрямился. Это движение заняло у него намного больше времени, чем обычно. Он начал с удивлением озираться. Серебряная равнина была странным местом, но по сравнению с этой местностью она была спокойной и мирной.

Источником света было маленькое обжигающе яркое солнце, которое только временами пробивалось сквозь слои облаков, затянувших огромное небо.

Пониже, почти над головой путников, быстро проносились маленькие плотные серые облака с розоватым отливом, в своем движении напоминая рыбок Над ними лежал слой желтого тумана, а еще выше были белые облака, слой за слоем поднимавшиеся к зловещему голубому кругу. Сверкали яростные молнии, и гром разносился по густому воздуху.

Поверхность была шершавой и в тоже время мягкой на ощупь.

Земля содрогнулась. Вдали извергался вулкан. Из-за горизонта надвигались темные тучи.

Затем Релкин впервые испытал настоящий шок. Он оглядел свои длинные медного цвета руки. Это были не человеческие руки.

Они были металлическими, и он был полностью уверен, что они огромны. Кисти тоже были не человеческими, но в то же время он знал, что это его руки.

Что он такое? Во что он превратился? Что с ним случилось?

Он услышал движение за спиной, сопровождаемое странным хрустом. Релкин повернул голову, заметив при этом, что голова вращается очень плавно. К нему приближалось огромное создание, напоминающее дракона.

Оно нависло над ним. Релкин прикинул, каков теперь его рост.

Получилось примерно двести пятьдесят футов. Это драконоподобное существо было раза в три выше Экатор снова превратился в меч, соответствующий нынешним героическим масштабам. Его клинок простирался в длину на пятьсот футов и излучал голубоватое свечение.

— Сумасшедшее место. Не могу понять, но этот дракон определенно очень большой.

Релкин заметил, что обжигающая жара и огромное давление великолепно подходят для того создания, в которое он вселился.

Он обладал осязанием, мог видеть и слышать, нюхать и притрагиваться, но тяжелый кислый запах и горячий газ были ему абсолютно безразличны. Слепящий голубой свет вполне подходил для его зрения, а неимоверная жара казалась просто приятным теплом У Релкина появилось ощущение, что это место реально, а вовсе не искусственно, как серебряная долина.

Почва во многих местах была вязкой и скользкой. Сначала это приводило в замешательство, но потом Релкин понял, что земля не сырая, а полурасплавленная.

— Уж слишком, клянусь Дыханием, большой, — повторил дракон, ставя ногу в липкую лужу.

Дракон был двуногим и несколько упрощенным. Хвост прямой, сужающийся к концу до хлыста. Голова прямоугольная, как оголовье молота. У него были широкие плечи, покрытые бронированными пластинами, как у некоторых медношкурых; в висящих на плече ножнах он нес Экатор.

Релкин был оснащен мечом и кинжалом, соответствующим по размеру его железному телу, оба светились, заряженные энергией.

Так же, как и у Базила, у него были дополнительные бронированные пластины.

Он пошевелил руками, дивясь происшедшему преобразованию.

Как они умудрились это сделать? И тут их одиночество окончилось.

— Вы прибыли! — сказал голос у них в головах, тот же голос, который Релкин слышал и раньше, но теперь он был кристально чистым, и его слышали оба, и юноша, и дракон.

— О, слава Лосу, вы добрались сюда вовремя. Но торопитесь.

Вы должны поторопиться.

Вмешался другой голос, Релкин посчитал его женским.

— Они здесь, наконец-то они здесь…

И еще один голос, на этот раз опять мужской:

— Поторопитесь, ради любви к Лосу, поторопитесь.

— Куда нам идти?

— Вон туда, — прозвучал голос у Релкина в голове.

Юноша повернулся к возвышающимся на фоне вихрящихся облаков желтой пыли рядам кристаллических холмов.

Глава 47

Они шли через холмы из желтых кристаллов, осваиваясь со своими огромными незнакомыми телами. Их ноги оставляли на каменистой поверхности глубокие отпечатки, как будто на грязи.

Этот мир был враждебен человеку во всех отношениях. Пейзаж составляли голые камни, деформированные жарой и давлением. Там и тут жаростойкие кристаллы образовывали горные хребты и утесы. Эти кристаллические горы ловили голубой свет солнца и ослепительно сверкали.

— Посмотри туда. Кажется, на этот раз мы его все-таки достанем.

— Хорошо. Будем надеяться, что мы не потеряли форму.

Он — само зло. Его надо стереть с лица земли.

Релкин уже неплохо овладел своим новым телом. Его ноги представляли собой металлические трубы, соединенные в коленках сочленениями из прочного и одновременно гибкого материала. Руки заканчивались огромными кистями, не похожими на человеческие.

Базил изменился меньше, его новое сложение было близко, к драконьему, но и ему пришлось помучиться, привыкая к преобразованию.

— Мы найдем этого проклятого волшебника и разрежем его на кусочки.

Релкин слышал гнев в словах дракона. Базил редко выказывал такую ненависть к противникам, но они уже насмотрелись на дела рук Ваакзаама, более чем насмотрелись.

Релкин обнаружил, что его тело, такое огромное, может передвигаться очень быстро. Его шаги были пружинистыми, он «чувствовал» силу в своих конечностях. Он начал экспериментировать — прыгать на расстояние, превышающее его рост, красться и карабкаться по окрестным кристаллическим утесам.

Эти кристаллы были бледно-желтыми, их грани достигали шести футов, и они образовывали гексагональные колонны, расположенные уступами.

Па одном из таких кристаллических склонов они впервые и уловили отдаленный отблеск, исходивший от того, кого они преследовали. Далеко впереди, за мерцающей и обожженной равниной двигалось существо, очертаниями напоминающее человека, а размерами — гору. Окруженная розовыми облаками, его голова терялась в тумане, но огромное тело оставалось на виду: ноги, похожие на гигантские столбы, и торс, защищенный по бокам плитами, как утес. Затем Пришелец вошел в облако и скрылся из виду. Релкин повернулся назад, чтобы рассказать Базилу, что он увидел.

Их противник был огромен, намного больше их. Даже Базил был на треть роста ниже голема.

Ответ дракона был очень прост:

— Надо подойти поближе и нанести первый удар без предупреждения.

Теперь они шагали по долине из мягкого камня. Базил пригибался, скрывая голову за гребнями кристаллической гряды. Время от времени Релкин забирался на утес, чтобы определить местонахождение их противника.

Огромный Пришелец продолжал безостановочно шагать вперед, направляясь к дальнему горному хребту. Это было нагромождение длинных глыб с плоскими гранями, которые отражали солнечный свет, пуская ослепительные зайчики. Иногда эти огромные кристаллы обламывались и падали с высоты прямо на равнину, лежащую внизу. Обычно они не разбивались, а оставались на месте, огромными одинокими плитами в сотни футов длиной. Когда на них попадал яркий голубой свет, он отражался, расщепляясь в радугу.

При следующем подъеме Релкин увидел группу темных треугольников, сбившихся в кучку у подножия далеких гор. Он пригляделся к ним и сразу же понял, что это такое, — пирамиды Синни.

Они двигались медленно, с этого расстояния — почти незаметно, но все же пирамиды определенно стремились к узкому каньону, открывавшемуся в кристаллической гряде.

Однако они двигались слишком медленно, чтобы уйти от Пришельца, который уже заметил их и приближался к ним с каждым шагом. Он настигнет их гораздо раньше, чем они смогут доплыть до каньона. А даже если и нет, он проследует за ними в каньон и разобьет их пирамиды одну за другой, подобравшись к ним сзади.

Теперь новый голос вторгся в его мысли:

— Итак, Релкин из Куоша, ты видишь, как опасно наше положение. Он настигнет нас здесь и разобьет, всех по очереди, уничтожит Синни, хранителей светильников Лоса. И принесет тьму во все миры.

— Я вижу. Но я так и не могу понять, как я мог оказаться здесь? Как что-то может выжить в таком месте?

— Это не так-то просто, давай пока ограничимся простыми фактами. Да и нет у нас сейчас времени, чтобы это объяснять.

Может быть, позже и появится возможность. А пока вопрос, который мы задаем, прост. Ты сможешь его остановить?

— Не знаю. Он — огромен, — Релкин замялся, почувствовав огромное разочарование своего собеседника. — Но, если мы его не остановим, то он погубит вас, правильно?

— Да.

— Тогда попробуем.

Картина, полная золотистого света, всплыла в его памяти, картина из далекого прошлого. Там был Великий Лос, совсем рядом с ними, наполняя их своей мощью и славой. Бессмертный, один из детей Лоса, отдал свою жизнь. Пол из белого мрамора купался в лучах света. Небо было алым шедевром. В лучах света на треноге стоял золотой сосуд.

Затем видение исчезло. Он попытался удержать его, но — словно хватался за соломинку. Откуда это всплыло?

— Ты слышал о Великом Зизме Босе, который был первым среди детей Лоса?

Когда-то статуя Боса стояла в самом центре Мирчаза. Повелители Игры опрокинули ее. Думаю, она так и осталась разрушенной, такой, как я видел ее перед отъездом.

— Сдача Мирчаза — не самый лучший момент в жизни Зизмы Боса. Некогда он предсказал, что это случится, и предсказал также, что Ваакзаам придет и уничтожит нас в нашем тайном укрытии. Мы, считавшие себя неуязвимыми только потому, что в этом месте очень трудно выжить, оказались в капкане.

— Вы слишком медленно двигаетесь.

— Когда мы перебрались сюда, мы создали эти структуры, чтобы защитить себя. Наши пирамиды никогда и не предназначались, чтобы в них много двигаться. В их сердцевине заключены наши физические тела, но мы влияем на все пространство в целом, на все миры Сферы Судеб. Эти защитные конструкции приспособлены для того, чтобы передвигаться только на короткие расстояния — если окружающая почва начала осыпаться или стала неподходящей для нас. Но в таких случаях достаточно удалиться примерно на милю от этого. А теперь нам пришлось пробежать пятьдесят лиг, напрягая все наши ментальные силы, чтобы перемещать эти пирамиды. У нас не было времени, чтобы создать новые структуры, которые бы могли передвигаться быстрее.

— Понятно. Почему у меня такое ощущение, что я вас встречал раньше? — спросил Релкин.

— Ты встречал. 1 воя душа происходит от одного из нас. Дитя.

Сейчас ты смертей, но когда-то ты тоже был бессмертным.

Релкин был поражен. Это был ответ на вопрос, который уже многие годы его преследовал. Он всегда был очень чувствителен к магии, и в Мирчазе почувствовал это особенно остро.

«Пробудись!» — кричало у него внутри.

— А кто же тогда Базил?

Вопрос этот вырвался у него автоматически, едва только он подумал про это.

— Дракон — великий виверн, зверь, который стал ответом людей на искажение Вселенной, вызванное предательством Ваакзаама. Хвостолома создала Рука Матери.

— Вы сослались на Мать! Это означает, что ведьмы правы?

Старые Боги мертвы?

— То, что называют Рукой Матери, вполне можно назвать также и Рукой Отца Это все одно и то же и выражает желание всех. Но не надо затруднять себя сложными понятиями, потому что, если мы сейчас не остановим Пришельца, то история Вселенной закончится триумфом Ваакзаама, а значит — полным мраком и великим злом На какой-то момент Релкин задумался, стараясь осознать все сказанное. Релкин из Куоша, обычный сирота из Голубого Камня, который жил в Драконьем доме и когда-то завербовался в Легионы… И он произошел от этих существ?

Память! Тот золотой сосуд, стоящий на треноге в сверкающем солнечном свете Мрамор был белым. Смерть безболезненна. Все было предсказано давным-давно.

В одно мгновение он пришел в себя.

— Все правильно. Мы пошли.

Глава 48

— Вон там, на краю той гряды, мы, если поторопимся, можем его нагнать,

— махнул дракон своей огромной лапой Релкин всмотрелся Базил показывал туда, где линия хребта, коричневая длинная масса с красными пятнами от окислившихся железных вкраплений, сливалась с равниной. От кристаллических утесов это место находилось примерно в миле. Юноша и дракон притаились на вершине небольшого кристаллического хребта. Раздробленные желтые кристаллы усыпали равнину, лежащую у них под ногами Пришелец уверенно шагал к утесам, около которых сгрудились Синни.

— Он не сможет увидеть нас, пока мы не пройдем вон ту вершину, около самого конца хребта.

— Этот дракон пойдет так быстро, как только сможет, и мы убьем чту штуковину.

— Убьем! — воскликнул тоненький голосок.

Экатор вспыхнул на плече у дракона. Релкин даже вздрогнул от той решительности, которую проявлял дракон, и от ненависти, звучавшей в голосе меча.

— Пошли!

Релкин бросил вперед свое огромное тело, стараясь увеличить его скорость. Ему пришлось повозиться, осваиваясь с необычайными размерами оболочки, в которую его вселили, но мастерство владения этой псевдомускулатурой постепенно росло. Руки и ноги, например, повиновались не сразу, требовалось некоторое время, чтобы огромная конечность пришла в движение. Случалось, мысли Релкина обгоняли его действия, из-за этого он несколько раз даже спотыкался поначалу, но теперь привык.

Они спускались по длинному пологому склону, каждый прыжок Релкина переносил его огромное тело футов на пятьсот. Дракон шагал рядом, под его ногами сотрясалась земля. Релкин подивился, как это никто не слышит, что они приближаются.

Но Пришелец был занят только своей дичью Базил добрался до ряда горных пиков. Теперь кристаллические утесы маячили совсем рядом, и сияние их граней было невыносимым.

Они прошли последнюю вершину. Тот, кого они преследовали, был им теперь хорошо виден — человек ростом с целую гору, шагающий по равнине. Гигантский молот покоился у него на плече, он нес его так же, как драконы носят свои мечи, когда не пользуются ножнами. И это огромное существо совершенно не замечало их присутствия.

Теперь им пришлось покинуть свое укрытие, но Пришелец смотрел только на ползущие пирамиды, столпившиеся у входа в узкий каньон.

— Ага! — послышался рев Пришельца, сотрясший все разумы Вселенной, созвучные с Синни.

Во всей Вселенной силы света содрогнулись и сбились с шага.

С другой стороны, силы мрака взбодрились и с азартом взялись за оружие.

— Я добрался до вас! Наконец-то вы за все заплатите! Вы, нарушившие древнюю клятву, теперь почувствуете на своей шкуре гнев Ваакзаама Великого, которому вы с таким удовольствием вредили.

После продолжительной паузы послышался спокойный и выверенный ответ.

— Ты — безумен. Великий.

— Я разобью ваши скорлупки и позволю очистительному голубому свету сделать свою работу. Вы одновременно и сваритесь, и поджаритесь.

Опять последовала пауза. Потом раздался тот же спокойный голос.

— Разве ты не слышишь безумие в собственных мыслях?

Почему ты всегда говоришь только об убийствах и разрушениях?

Почему ты не можешь оставить существ новых миров самих строить свою культуру? Зачем ты вмешиваешься?

— Им нельзя доверять. Они не могут создать что-либо стоящее. Ими надо руководить.

— Но, когда ты начинаешь ими руководить, это всегда кончается их гибелью — Это было необходимо. Великая работа требует пересмотра!

— А что ты скажешь о джимми. Великий?

— Они размножались, как мухи, эти джимми. Они бы похоронили свой мир под собственными телами. Надо было что-то делать.

— А злимы, или иксины, или любые другие народы, которые ты погубил из-за своего безумия. Великий?

— Элимы были настоящими бунтовщиками. Они подняли на меня руку Но я им указав их место, я им показал силу меча! Я показал им, что они были не правы, отказав мне в уважении.

Базил и Релкин были уже на равнине и подошли к голему сзади совсем близко. Дракон уже прикидывал, как он ударит мечом по ногам гиганта. Релкин занял привычную позицию, как сделал бы при сражении и в нормальных условиях. Было похоже, что они смогут нанести неожиданный удар.

И тут Экатор засверкал с такой силой и ненавистью, что толем ощутил их и вздрогнул Голова Пришельца повернулась, а глаза загорелись зеленой яростью.

— Что такое? Я опять вижу дракона и дрянь, похожую на вымахавшего человечка? Как? Как кто-то еще мог добраться до этой точки, кроме меня?

И тут Пришелец вскинул голову — он понял.

— Ну конечно же! Как это благородно с вашей стороны! Вы нарушили древнюю клятву не только в том, о чем я знал. Единственный путь, которым вы могли привести сюда подходящую для этой местности физическую форму, было обменяться с телесной жизнью с низшего уровня. Так значит, один из вас отказался от бессмертия! Я узнал этих ваших наемников; я сражался с ними и раньше. Именно такого предательства я и должен был от вас ожидать. Вы поклялись, что откажетесь от любого физического вмешательства в миры, но вы снова и снова нарушали свою клятву!

Ну что ж. Для начала я займусь этой парой, а затем вернусь и разберусь с вами. Вы скоро услышите, как мой молот дробит на кусочки ваши панцири!

Гигант ловко повернулся на своих колоннообразных ногах и обеими руками взялся за рукоять молота. Релкин одним прыжком оказался у гиганта за спиной, тот повернулся, чтобы проследить за ним, — и открылся для атаки Базила. Огромный дракон уперся ногой в горячую почву и сделал выпад, рубанув мечом, который держал обеими руками, по ногам гиганта.

Гигант резко опустил молот, чтобы отбить удар меча, и отступил на шаг. Молот был сделан из магической стали, такой же прочной, как и Экатор. Темная рябь пробежала по гигантским рукам, когда молот и меч столкнулись, испустив сноп громадных искр и наполнив тяжелый воздух глухим звоном.

Сотрясение от удара встряхнуло огромного дракона. Базил подался назад и попробовал нанести боковой удар слева. Он был быстрее гиганта; молот лишь в самый последний момент сумел слегка отклонить меч, он даже скорее скользнул по мечу, чем столкнулся с ним. Но все равно вспыхнул сноп искр.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23