Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Забытые королевства: Война Паучей королевы (№2) - Мятеж

ModernLib.Net / Фэнтези / Рейд Томас / Мятеж - Чтение (стр. 9)
Автор: Рейд Томас
Жанр: Фэнтези
Серия: Забытые королевства: Война Паучей королевы

 

 


Затем Фарон достал маленькое зеркальце из своего рюкзака. На мгновение он задумался, не будет ли лучше использовать те же самые чары, с помощью которых он разоблачил врага Квентл, но маг не смог бы повторить их, не отдохнув хотя бы пару часов. Укрепив свою решимость, Фарон принялся нараспев произносить слова, приводившие заклинание в действие.

Мастер Магика знал, что заклинание опасно. Попытка без разрешения заглянуть в место обитания богини могла закончиться плачевно. Однако маг настаивал на этом. Хотя бы просто для того, чтобы разгадать, что происходит в отсутствие богини. Вызвав воспоминания о своем странном визите на Дно Дьявольской Паутины несколько декад назад, маг завершил заклинание и уставился в зеркало, отражавшее туманный образ чего-то очень похожего на его темную кожу.

Фарон несколько минут всматривался в волшебное окно, ожидая и надеясь, что сумеет разобрать что-нибудь в мрачной глубине. Ничего. Фарон вызвал призрачное око, находящееся на другом конце его заклинания. Оно могло проникнуть вглубь, не вглядываясь туда напряженно, чтобы уловить хоть отблеск чего-то цельного в бесформенном тумане.

Внезапно маг почувствовал звон в ушах, и какое-то предупреждение закралось к нему в сознание. Он тут же попытался разрушить заклинание, разорвать связь с оком по ту сторону забвения, и ему это почти удалось, но не до конца. Ответная вспышка энергии будто кулаком ударила его, отразившись от внешней поверхности зеркала. В то же время Фарон почувствовал, как опустилась силовая стена, отрезавшая его от волшебного ока.

Придя в себя, Фарон обнаружил, что лежит на спине. Он поморгал, пытаясь сфокусировать зрение на потолке. Маг застонал и сел, заметив, что его отбросило от зеркала больше чем на десять футов. Он встал на негнущиеся ноги и, пошатываясь, пошел обратно к зеркалу. Зеркало раскололось, по его поверхности расползалась паутина трещин. Фарон пристально смотрел на разбитое зеркало в течение секунды, пытаясь угадать, не скрыт ли за расположением осколков какой-то смысл, или «паутина» – только совпадение.

«Вот и ответ на вопрос, – подумал Фарон. – Обыкновенный смертный не в состоянии приоткрыть завесу, скрывающую шестьдесят шесть уровней Абисса, но, возможно, это удастся какому-то более высокоорганизованному существу».

Мастер Магика покачал головой и вздохнул, осторожно собирая куски разбитого стекла.

«Почему неприятности случаются именно со мной? – задал себе вопрос Фарон, размышляя, куда бы деть осколки. – Все, что я делаю, я делаю для кого-то, но взамен получаю лишь огорчения. Вряд ли другим народам приходится проходить через подобное, чтобы разыскать свое божество. Уверен, что им для этого достаточно просто поднять глаза…»

Маг застыл посреди комнаты, внезапно уловив какую-то идею. Он даже причмокнул про себя от удовольствия.

«Ну конечно! – подумал он. – Я все делал не так. Почему это не пришло мне в голову раньше? Мы неправильно задавали…»

Бросив куски зеркала на пол, Фарон начал расхаживать по комнате, тщательно обдумывая свою идею. Возникший план приводил его в восторг. Самым трудным казалось убедить Квентл согласиться.

Вскоре вернулись Вейлас и Рилд. Достаточно было одного взгляда, чтобы догадаться, что все их усилия потерпели крах. Оба дроу выглядели не лучшим образом, были хмуры и к тому же испачканы кровью. Вейлас слегка прихрамывал, а Рилд с трудом мог поднять левую руку выше пояса. Почти одновременно товарищи сбросили с себя одежду и рухнули на кровати.

– Похоже, сегодня дела идут не лучшим образом? – заметил Фарон. – Что, никакой надежды увезти добычу Квентл из города?

– Три места, – пробормотал Вейлас. – Мы обошли три места и два раза попадали в переделку.

– Здесь невозможно найти вьючных ящеров, – прибавил Рилд, потирая глаза здоровой рукой. – Даже если они и найдутся, никто не продаст их чужакам.

– Не думаю, что в это трудно поверить, – ответил Фарон, – учитывая, что ни один караван не покидал город и не входил в него уже долгое время. Каждый крепко держится за то, что имеет, чтобы пережить кризис.

Фарон занялся приведением в порядок собственных мыслей, пока двое дроу сидели неподвижно.

– Давай бросим жребий, кому из нас придется рассказать новости Квентл, – обратился Рилд к Вейласу. – Камень, нож, пергамент?

Разведчик покачал головой.

– Позволь магу заняться этим, – предложил Вейлас, указывая на Фарона. – Кажется, он получает наслаждение, терзая ее. Так что еще одна плохая новость из его уст не будет неожиданностью.

Рилд кивнул, а Фарон заметил, что улыбается.

– Ну, тогда у нас есть небольшая отсрочка, – сообщил маг. – Квентл и двое других до сих пор не вернулись со склада.

– Неужели?! – воскликнул Вейлас, приподнимаясь. – Я был уверен, что они вернутся задолго до нашего прихода.

Фарон пожал плечами и сказал:

– Я думал то же самое, но никого из них и в помине нет.

– Для меня это сейчас самое лучшее, – признался Рилд, прислоняясь к стене и закрывая глаза. – Меньше всего мне хочется видеть этого проклятого дреглота.

Фарон поджал губы, понимая: то, что он собирался предложить, может не встретить одобрения ни у одного из друзей.

– Я тоже кое-что обнаружил сегодня, – спокойно произнес он.

Рилд приоткрыл один глаз и посмотрел на мага.

– Да?

Вейлас подался вперед, сидя на краю кровати.

– Ты разузнал, что случилось с Темной Матерью?

Фарон усмехнулся и сказал:

– Не совсем так, но я выяснил, что ее отсутствие не ограничивается только нашей расой. Другие расы также переживают ее потерю.

– Не знаю, хорошие это новости или плохие, – прокомментировал разведчик, снова откидываясь назад.

– Да, ты прав, – согласился маг. – Но мне удалось узнать и то, что нам запрещено заглядывать на Дно Дьявольской Паутины. Я пытался проникнуть туда с помощью магического зеркала, в надежде получить хоть какие-нибудь сведения о состоянии богини, но если она еще на самом деле существует, то я не в силах выяснить это. Защитный барьер не позволяет никому заходить внутрь.

– Барьер? Ты говоришь о вещах, совершенно мне непонятных, – пожаловался Рилд. – Что за барьер?

– Один из самых мощных. Меня чуть не стерло в порошок, – пояснил Фарон, криво улыбнувшись. – Я пытался проникнуть туда и раньше, даже разговаривал с Архимагом Мензоберранзана. У него тоже ничего не получалось.

– Звучит так, будто, чем бы там ни занималась Паучья Королева, она не хочет, чтобы ее беспокоили, – заметил Вейлас.

– Если действительно она делает это, – продолжил Рилд. – Возможно, другое божество воздвигло барьер, чтобы мы не могли ее видеть.

– Вот именно! – оживленно сказал Фарон. – Безусловно, кто-то знает или может узнать то, что нам не под силу.

– Я полагал, что это наше задание – выяснить судьбу Ллос, – вставил Вейлас. – Вот почему мы здесь.

– Да, ты прав, – сказал Фарон, кивнув. – Однако затея с магическими товарами со склада приобрела первостепенное значение. Чтобы вернуть нас к более захватывающей части нашего путешествия, предлагаю одну идею. Я намереваюсь попросить помощи извне.

– Помощи? От кого? – Рилд привстал на кровати.

Маг снова принялся вышагивать, посвящая товарищей в свой план.

– Простой смертный и даже кто-то с моей сообразительностью, не может приподнять завесу, скрывающую Дно Дьявольской Паутины. Что-то или кто-то явно настойчиво стремится держать нас подальше оттуда. Нам стоит заручиться чьей-нибудь поддержкой, чтобы узнать, что происходит в глубине. Этот кто-то должен быть не из нашего рода.

Оба дроу сосредоточенно наблюдали за магом, сильное сомнение отражалось на их лицах.

– Ты ведь не имеешь в виду… – заговорил Рилд.

– Другого бога.

Мастер Оружия был ошеломлен. Вейлас ничего не сказал, но, похоже, обдумывал варианты такого развития дел.

– Возможно, высшее существо, – продолжил Фарон. – Особенно если оно тесно связано с Дном Дьявольской Паутины или происходит из других уровней Абисса. Ему наверняка удастся узнать больше, чем нам. Вероятно, нам удастся убедить одно из подобных созданий сказать нам, что произошло или происходит внутри. Не напрямик, конечно, – пояснил маг, – а через посредника… последователя.

– Ты затеял опасную и глупую игру, Фарон Миззрим, – предостерег Рилд, покачав головой. – Темная Мать может счесть это оскорблением, предательством веры.

– О, она может похвалить меня за изобретательность, желание знать все, несмотря на риск. Другой выход – вернуться в Мензоберранзан, признать свое поражение и сидеть сложа руки до конца наших дней.

– Квентл вряд ли понравится твой план, – предупредил Вейлас. – Она воспримет это как личное оскорбление.

– Да, Квентл слишком сосредоточена на том, чтобы выстроить в ряд сундуки с запасами и насладиться этим зрелищем. Я начинаю задумываться, насколько разумно было доверить ей возглавлять экспедицию. Не смотри на меня так, Рилд… Ты подвергал сомнению большинство ее решений, с тех пор как мы отправились в путешествие.

– Но никогда открыто, прямо в лицо.

– Сейчас она не с нами, не так ли? Мой друг, я знаю, что играю с огнем. Но если бы я не действовал в согласии со своим сердцем, то обманул бы ожидания нашей расы еще больше, чем она. Я доволен, что могу управлять происходящим из-за кулис. Пусть Квентл верит, что она контролирует наши действия, наш путь. Временами такой метод требует терпения, а небольшие неудачи и неприятности вполне оправданны. Мы можем надеяться на огромный успех, если объединимся, чтобы ловкостью добиваться от нее желаемого. Я хотел бы рассчитывать на вашу помощь.

Вейлас задумался, подперев подбородок руками. Рилд покачал головой, тревожная складка залегла между его бровей.

– Ты борешься против тысячелетиями складывавшихся традиций и привычек, Фарон, – заметил Мастер Оружия. – Не скажу, что приветствую идею возвратиться в Мензоберранзан, но затея оспаривать авторитет верховной жрицы может привести к тому, что наши головы украсят ограду Дома Бэнр.

– Маг почти добился этого за несколько декад… – добавил Вейлас.

– Возможно, но до сих пор он боролся с ней один на один, а теперь хочет впутать и нас.

Фарон недовольно прищелкнул языком.

– Вы действительно полагаете, что она не переложит ответственность на нас, невзирая на сравнительно одинаковую степень вовлеченности в происходящее? – поинтересовался Мастер Магика. – Она обвинит тебя только потому, что ты мужчина, Мастер Аргит.

Рилд, помедлив, кивнул.

– Думаю, ты прав, – согласился он. – Это по-прежнему не сулит мне ничего хорошего.

– Я не предлагаю связать ее веревкой и засунуть в коробку, Мастер Оружия. Все, о чем я прошу, это чтобы вы поддержали меня, когда я выдвину свою идею. Подстрахуйте меня хоть немного, когда Квентл не согласится со мной. Помогите убедить ее, что продолжить поиски будет лучшим решением, чем вернуться в Мензоберранзан.

– Ты говоришь дело, – проговорил Рилд, – но сейчас твоя идея состоит лишь в том, чтобы найти кого-то, кто послужил бы нам посредником. У тебя на примете есть кто-нибудь?

– У меня есть, – тихо сказал Вейлас.

Фарон наклонился к разведчику и спросил:

– Ты знаешь кого-то?

– Это жрец, последователь Варауна.

– Вараун? – переспросил Рилд. – Сомневаюсь, что мы получим от него хоть какую-то помощь.

– Возможно, но Тзирик мой старый товарищ, – ответил Вейлас.

Увидев удивление на лице Рилда, разведчик пояснил:

– Когда ты скитаешься в дебрях Подземья так же долго, как и я, тебе приходится быть более практичным, чем когда ты находишься в пределах Мензоберранзана. Тзирик Джэлр оказывает мне поддержку. Если мы доберемся до него, он, возможно, сумеет помочь нам.

Вейлас повернулся к Фарону и прибавил:

– При условии, конечно, что ты точно знаешь, что надо делать.

Фарон ответил:

– Я буду готов, когда мы найдем этого жреца. А ты тем временем прибереги этого Тзирика Джэлра, пока я не поговорю с Квентл. Выбери подходящий момент и упомяни, что знаешь его. Вот тогда мы докажем ей, как мудро будет довести дело до конца.

– Надеюсь только, что конец придет как можно позже, – мрачно заметил Рилд.

Глава 9

Халисстра задыхалась. Кровь стучала у нее в ушах так, что она с трудом разбирала слова Матери Зовирр. Как бы то ни было, Халисстра просто не желала их слышать.

– Мне очень жаль, но это правда, Халисстра. Я ничего не могу поделать. Ее поймали с поличным, но когда мы столкнулись с ней лицом к лицу, она отказалась сдаться. Твоя мать попыталась ускользнуть, и воины просто исполнили свой долг. К тому времени, как я подоспела, ей уже нельзя было помочь.

Халисстра затрясла головой, стараясь избавиться от ненавистных мыслей, вызванных словами Матери Зовирр. Ее мать умерла. Такого не могло случиться! Это неправда.

– Нет! – закричала Халисстра, отталкивая Данифай. Плохо одетая служанка-пленница бросилась к ней, пытаясь успокоить хозяйку. – Ты лжешь.

Она вырывалась изо всех сил, чтобы убежать из комнаты, но обнаружила, что все пути к спасению отрезаны. Воины Верховной Матери Зовирр оставались безучастными, потому как были всего лишь гостями в чужом доме, но они стратегически грамотно обступили комнату по периметру. Халисстра осмотрелась, стараясь отыскать хоть кого-то из воинов, принадлежавших к ее семье. Никого не было. Верховная Мать Зовирр все хорошо спланировала: она сообщила ужасные новости, заручившись силовой поддержкой.

Выдохшись, Халисстра опустилась на пол, не зная, что предпринять. Только Данифай устроилась рядом с ней, успокаивающе нашептывая что-то и протягивая к жрице руки. Но Халисстра не хотела, чтобы ее успокаивали. Она с удовольствием ударила бы Ссиприну и вышвырнула ее из комнаты, но знала, что это невозможно. Если у нее есть шанс выйти невредимой из этой жуткой ситуации, то только с помощью пленницы. Ей надо было обдумать положение.

Невелика беда, что ее мать мертва. Это нисколько не беспокоило Халисстру. При других обстоятельствах она испытала бы радость, но сейчас все обстояло иначе. Ее мать поймали на открытом предательстве города, по крайней мере, так утверждала Ссиприна. У Халисстры не было других доказательств невиновности матери кроме того, что происходящее просто абсурдно. Ее мать никогда не стала бы рисковать столь открыто, особенно прибегнув к помощи чужеземцев, какими хорошими ни были бы отношения между их Домами. Не говоря уже о том, что кража товаров «Черного когтя» разорила бы Дом Меларн. Она ничего не получала от этого, а теряла очень многое.

Без сомнения, когда Ссиприна вошла в аудиенц-зал Дома Меларн, уселась на трон Дризинил и поведала о происшедшем, в этом усматривался безмолвный намек. Дризинил действовала не одна. Когда об этом узнают остальные члены Совета, Халисстру признают виновной в преступлении ее матери. Каждого члена семьи ждет заключение под стражу и казнь. Дом Меларн упразднят, а ценности поделят между собой. При условии, что она не найдет способа предотвратить это.

Халисстра не сомневалась, что за всем стоит Ссиприна, которая получит какую-то выгоду от разорения Дома Меларн. Но чтобы механизм начал работать, ей надо устранить и Халисстру тоже. Халисстре пришлось бы действовать немедленно, но она знала, что Ссиприна не упустит из виду Первую Дочь Дома Меларн. Единственный шанс получить помощь – отправить за ней Данифай, а это произойдет, только если Ссиприна Зовирр поверит, что пленница больше заинтересована в спасении собственной жизни, чем в оказании поддержки хозяйке.

Халисстра бросила взгляд на Данифай, глубоко вдохнула, чтобы успокоиться, и принялась подавать служанке знаки, которые не замечал никто, кроме пленницы.

– Ты должна помочь мне, – прожестикулировала жрица. – Убеди их, что хочешь моей смерти как можно скорее. Затем иди за подмогой. Направляйся в Дом Мэррет.

Когда Данифай незаметно кивнула, Халисстра размахнулась и ударила ее. Сила удара заставила пленницу упасть на спину и проехаться по полу. Данифай вытаращила глаза, ее рука скользнула к щеке, но прежде чем она произнесла слова, которые могли все испортить, жрица вскричала:

– Как ты осмелилась предложить подобное?! Я никогда не соглашусь на это!

Данифай прищурила красные глаза, и Халисстра не смогла понять, был ли злобный взгляд пленницы коварной уловкой или являлся искренним.

– Тогда можешь гнить в заточении, пока они не насадят твою голову на кол, госпожа. – Она стояла, медленно потирая спину и поправляя тонкую рубашку, которая с трудом прикрывала ее ладное тело. – Если ты не хочешь, то это сделаю я, чтобы спасти себя.

Данифай повернулась к Ссиприне и заговорила с ней:

– Госпожа Зовирр, я смиренно прошу вас освободить меня от нее. – Последнее слово пленница произнесла с усмешкой и резко указала пальцем на Халисстру, которая продолжала сидеть на полу. – Уверена, мы договоримся на выгодных условиях, и вы сможете избавить меня от роли прислуги.

Ссиприна, моргнув от неожиданной злобной вспышки служанки, попеременно смотрела то на пленницу, то на знатную дроу. Она открыла рот, будто собиралась сказать что-то, но тут же захлопнула его.

Воспользовавшись тишиной, Данифай продолжила:

– Я прямо сейчас передам вам мой разговор с госпожой Халисстрой. Думаю, он послужит доказательством ее участия в заговоре. Побыв немного одна в ее покоях, я припомню еще несколько фактов, свидетельствующих о ее бесстыдных предательских действиях.

Она взглянула на Халисстру, натянуто улыбнувшись.

Несмотря на то, что Халисстра знала, что ее служанка играет роль, по крайней мере, она надеялась на это, по ее телу прошла дрожь от этого взгляда. Ей даже не пришлось притворяться напуганной. Дочь Дризинил снова глубоко вздохнула.

– Верховная Мать, – обратилась Халисстра к Ссиприне. – Уверяю вас, что не имею ни малейшего отношения к затеям моей матери. Моя служанка, несомненно, лжет, пытаясь спасти свою никчемную шкуру ценой моего имени. Вы не можете считаться со словами пленницы. Она расскажет вам все что угодно, лишь бы избавиться от меня.

Ссиприна посмотрела на Халисстру и рассмеялась.

– Конечно, она это сделает, к счастью для меня, глупая девчонка, – произнесла Верховная Мать и, повернувшись к Данифай, прибавила: – Возможно, мы придем к соглашению. Иди и посмотри, что ты сможешь найти.

Данифай улыбнулась, низко поклонилась Верховной Матери Зовирр, а затем развернулась, чтобы уйти. Поворачиваясь на одной ноге, она, усмехнувшись, взглянула на Халисстру.

Халисстра пристально смотрела служанке в спину, когда услышала глубокий вдох Ссиприны.

– А теперь что мне сделать с тобой… – заговорила Верховная Мать тоном, не предвещающим ничего хорошего.

Фейриль Зовирр окинула взглядом свою пленницу, довольно улыбнувшись. Капельки влаги, выступившие на лбу Квентл Бэнр, ручейками сбегали ей на глаза, заставляя жрицу моргать и жмуриться. На ее лице застыла гримаса боли и ужаса. Хотя с уздечкой рофа, глубоко врезавшейся пленнице в рот, ей было трудно изменить выражение лица. Удила крепко держались на месте благодаря плетеному шнурку, плотно завязанному у Квентл на шее сзади. Ее длинные белые волосы спутались вокруг головы и разметались по столу, на котором она лежала.

Фейриль отступила на шаг от распростертой на столе Квентл. Запястья и лодыжки верховной жрицы были закованы в кандалы, прикрепленные к концу длинной узкой дыбы. Обнаженное тело жрицы было натянуто, словно струна музыкального инструмента, и покрыто испариной, блестевшей при свете жаровен, но Фейриль по-прежнему оставалась недовольна.

– Возможно, стоит попробовать иголки еще раз, – пробормотала посланница. – Они так легко проходят под ногти на ногах, и это так забавно.

Квентл застонала и затрясла головой. Ее красные глаза расширились.

– Нет? Тогда, может быть, здесь найдется еще что-нибудь, что поможет мне развлечься? – спросила себя Фейриль, поворачиваясь к одной из жаровен и разбирая лежащие на ней орудия пыток. – Кое-что из этого уже достаточно накалилось. Говорят, эти тупые инструменты особенно хороши для глаз.

Стоны жрицы усилились и переросли в крик. Фейриль вернулась к Квентл и посмотрела на нее сверху. Улыбка исчезла с лица посланницы.

– Мы только слегка оцарапаем тебя, госпожа Бэнр. – Фейриль подчеркнула почетное обращение. Ироничный тон уже вошел у нее в привычку. – Мы владеем бесчисленными часами, чтобы наслаждаться этим. Хочу убедиться, что ты испробуешь на себе все, даже малейшие «шутки», которые Джеггред испробовал на мне.

Квентл закрыла глаза и издала приглушенный стон, прорвавшийся сквозь удила, вдетые в рот.

Фейриль предположила, что верховная жрица, должно быть, дрожит, а может, это всего лишь судорога, возникшая из-за того, что мышцы долго находились в растянутом положении. Она усмехнулась и обратилась ко второму пленнику.

Джеггред был крепко привязан к огромной колонне, цепи опутывали его с ног до головы. Путы были столь прочными, что дреглот мог пошевелить только головой, которой он мотал из стороны в сторону, пытаясь освободиться. Он зарычал, стоило Фейриль приблизиться.

– О, я знаю, – проворковала она, пододвигаясь ближе, – тебе ведь хочется выпотрошить меня, не так ли? Ты бы с удовольствием пролил мою кровь и стал танцевать в ней.

– Ты умрешь медленной, мучительной смертью, – прогрохотал демон. – Я позабочусь об этом лично.

Фейриль помахала рукой перед носом.

– Замолчи, отвратительное животное. Твое дыхание омерзительно.

Джеггред прорычал что-то.

Фейриль измерила его взглядом и спросила:

– Помнишь, что ты сделал со мной? – Жрица готова была вздрогнуть, но взяла себя в руки. – Я собираюсь отплатить тебе за все… до малейшей капли. Когда я закончу, то отошлю твой скелет Триль.

Джеггред улыбнулся:

– Ты не сможешь овладеть всеми способами причинения боли. То, что я делал с тобой, всего лишь часть их. К тому же тебе никогда не удастся придумать что-либо, что причинит мне вред.

– О, ты правда так думаешь? – ответила Фейриль и поджала губы. – Посмотрим. Мои советники рассказали мне о том, что ты чувствуешь, а что нет. «Он не боится огня и кислотных ожогов, холод и молнии тоже ему не страшны», – предупредили они. Но мы обязательно отыщем что-нибудь. Да, именно так. Возможно, звук, а? Существует что-то, что ты не любишь, и когда я найду это, то заставлю тебя наслаждаться этим до конца твоих дней. Обещаю тебе.

Кто-то мягкими шагами прошел от двери по каменному полу. Фейриль раздраженно оглянулась на причину беспокойства. Это был Заммзит.

– Что тебе надо? – поинтересовалась Фейриль. Она знала, что советник пришел сюда по приказу ее матери и что она вызывает дочь к себе. Это обстоятельство не доставило посланнице особой радости, и хотя она не, могла излить свое раздражение на мать, она могла выместить его на уродливом мужчине. Темный эльф преклонил колено и слегка опустил голову.

– Прошу прощения, госпожа Зовирр, но ваша мать требует, чтобы вы немедленно явились в зал для аудиенций.

– Ну конечно, – с досадой проворчала Фейриль. – Как только она узнает, что я хоть немного свободна, она тут же находит мне работу.

Когда Заммзит на мгновение заколебался, Фейриль окинула его ледяным взглядом.

– Итак, – произнесла она, – чего же ты ждешь? Иди и скажи ей, что я сейчас буду!

Заммзит стремглав вылетел из пыточной и исчез за углом, лишь его пивафви взметнулся позади него. Фейриль вновь обратила свое внимание на Квентл.

– Я вернусь и как следует займусь тобой, – пообещала она. – К тому же мне хочется как-то иначе испробовать иголки. Возможно, на этот раз подойдут пальцы рук, а?

Привязанная к дыбе жрица слабо захныкала.

– Отлично, я рада, что ты одобрила мою идею.

Данифай Йонтирр не очень надеялась, что Верховная Мать Зовирр позволит ей легко ускользнуть из Дома, и ее подозрения оправдались. Когда она покидала аудиенц-зал, бросив Халисстре презрительную усмешку, то заметила легкий кивок Ссиприны в сторону двух охранников. Как только она вышла из двери, охранники молча и бесцеремонно направились следом за ней. Пленница разочарованно поджала губы, но она и не ожидала ничего другого. Хотя это не имеет значения, ей просто придется слегка затянуть представление.

Игнорируя двух воинов Дома Зовирр, сопровождавших ее, Данифай направилась в личную комнату Халисстры, где она собиралась на ложе для Дремления знатной дроу поразмыслить, как выполнить то, о чем та просила. Она надеялась, что охранники не будут столь навязчивы и не осмелятся войти внутрь, и интуиция снова ее не подвела. Пленница вошла в дверь и захлопнула ее за собой. Оставшись одна, она принялась бродить по комнате, обдумывая все открывающиеся перед ней возможности.

Халисстра предоставила служанке прекрасный шанс освободиться от подчинения дроу. Данифай почти рассмеялась над доверчивостью своей госпожи, которая решила, что Данифай кинется спасать ее. После десяти лет, проведенных в услужении у Халисстры, пленница не желала ничего, кроме как избавиться от проклятой дроу и ее власти. Она мечтала вернуться в Эриндлин. Проблема состояла в магических путах, наложенных Халисстрой. Данифай не была уверена, сможет ли Ссиприна Зовирр помочь ей освободиться от них. На самом деле служанка подозревала, что, как только она предоставит Ссиприне «доказательства» вины Халисстры, Верховная Мать просто уничтожит их обеих.

Данифай знала, что сначала должна обеспечить свою свободу, а не полагаться в этом деле на других. Но как?

Пленница ненавидела действие связывающих пут за их коварство и результативность. Хотя Данифай и не совсем верила в них, иногда ей хотелось, чтобы сила пут полностью контролировала ее разум, а не просто ограничивала ее возможность удаляться от Халисстры. Она говорила себе, что лучше служить дочери Меларн в качестве глупого зомби, чем с собственного согласия усердно ей прислуживать, стараясь избежать последствий того, что ты слишком далеко отошла от своей госпожи. Это привязывало ее к Халисстре так же сильно, как цепи вокруг лодыжек пленников.

Раньше Данифай отчаянно хотела задушить свою хозяйку, но смерть Халисстры повлекла бы за собой ее собственную, только пленница умирала бы мучительно медленно. Такова была природа ее пут. Однако они поддерживали ее жизнь до тех пор, пока этого хотела Халисстра. Расстояние не являлось преградой, но как только Данифай не подчинится желаниям Халисстры и сделает все по-своему, другие дроу, без сомнений, просто раздавят ее, как шляпку гриба со сломанной ножкой. Не угодив темным эльфам, Данифай погибнет. Эта мысль терзала ее.

Сковывающая магия была невыносима для Данифай. Она не понимала, как избавиться от нее, и не знала, может ли кто-то другой, кроме Халисстры, избавить ее от пут. Риск был слишком велик, чтобы она позволила себе его, а кроме того, Халисстра редко упускала служанку из виду. Нахождение Халисстры под арестом дало Данифай отличную возможность попробовать и наконец, узнать, что надо делать, но у пленницы было мало времени. Халисстра умрет, если Данифай не убедит Ссиприну Зовирр найти решение ее проблемы. Однако пленница сомневалась, что Верховная Мать пошевелит хоть пальцем, чтобы помочь ей, даже несмотря на обещание предоставить свидетельства измены дочери Дризинил Меларн. Это только укрепило решение Данифай спасти Халисстру.

«Будь она проклята!» – подумала пленница, усевшись на кровати госпожи и тяжело ударив по подушке для лучшего эффекта. Она хотела разорвать набивку, но долгие годы страха перед наказанием научили ее владеть своими эмоциями, и она удержала руку. Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, Данифай продолжила обдумывать ситуацию.

Следующей проблемой было то, что, даже если пленнице удастся вытащить Халисстру и к тому же себя из этой неразберихи, жизнь их обеих может скоро закончиться. Возможно, им улыбнется удача, но что они станут делать потом? Без покровительства Ллос у них незавидные перспективы.

Приняв решение, Данифай вознамерилась разузнать, кто в Доме Меларн все еще оставался ее союзником. Первое, о чем она подумала, был Дом воинов. Они испарились, и у нее имелись кое-какие предположения почему. Ссиприна, должно быть, уже добралась до них и приказала присягнуть на верность Дому Зовирр, пригрозив оставить их без работы или умертвить. Она сомневалась, что кто-то сохранит верность Халисстре, но стоило просто проверить.

Данифай открыла дверь в коридор и обнаружила, что ее охранники ушли. Скорее всего, они предположили, что она не предпримет ничего, пока Дом заперт, и решили заняться более интересными вещами.

«Что ж, тем лучше для меня», – подумала пленница, улыбнувшись, и выскользнула из комнаты.

Она поспешила по своим делам.

Аудиенц-зал Дома Меларн оказался намного больше, чем ожидала увидеть Фейриль. Ее мать сидела в огромном высоком кресле, расположенном на возвышении. Дроу окружали помощники, а воины Дома Зовирр незаметно распределились по всей комнате. Фейриль слегка удивилась, как ее матери удалось захватить зал без спора с охранниками Дома Меларн. Что бы она им ни сказала, это, должно быть, работает.

– А вот и ты, – нетерпеливо произнесла Ссиприна. – Подойди сюда. Я хочу повторить тебе твой рассказ, прежде чем явятся остальные.

Фейриль вздохнула, но послушно приблизилась к трону.

– Мать, я запомнила все детали. Думаю, я смогу…

– Ты будешь повторять их со мной до тех пор, пока я не буду уверена, что ты все запомнила, неблагодарное дитя. А до тех пор ты не остановишься!

Казалось, мать Фейриль слишком удобно чувствует себя на троне, который был больше, чем тот, что стоял у них дома. Таково было различие между Домом торговцев и действительно знатным Домом.

Фейриль страстно желала возвратиться в подземную темницу, где она могла спокойно распоряжаться своими пленниками. Она ненавидела внимательно выслушивать требования своей матери. В том, что касалось Квентл, Фейриль чувствовала себя на высоте положения. Она руководила отправкой пленников со склада, хотя бы краткий миг была сама ответственна за это. Под надзором матери посланница снова стала дерзким ребенком. И так происходило всегда.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21