Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Наследие Аллденаты (№1) - Гимн перед битвой

ModernLib.Net / Научная фантастика / Ринго Джон / Гимн перед битвой - Чтение (стр. 21)
Автор: Ринго Джон
Жанр: Научная фантастика
Серия: Наследие Аллденаты

 

 


— Понял, сэр. — Сержант направился к откидной двери, первое отделение выстроилось в очередь за оружием.

— Послины! — прокричал кто-то в периметре. Яркие даже на солнце искры рикошетов начали отскакивать от бронированной обшивки шаттла. Майк посмотрел на источник огня. Группа послинов-нормалов поднялась на крышу дальнего здания и стреляла по шаттлу и собравшемуся вокруг него взводу.

— Рассредоточиться! — Он отметил, что первое отделение едва пригибалось, заходя в шаттл. — Огонь, черт побери!

Он вставил в пистолет новый магазин и подал пример, свалив несколько далеких лошадиных фигур. Бойцы с трофейным оружием начали отстреливаться.

— В меня попали! — взвизгнул один солдат, затем озадаченно добавил: — Я думаю, что в меня попали.

Он сел на крышу и посмотрел на свое бедро:

— Меня подстрелили?

— Тебя подстрелили, — сказал Майк, запоздало падая ничком на крышу. — Всем лечь, черт возьми. Не бери в голову, твой скафандр позаботится обо всем.

— Второе отделение! — проревел сержант Грин.

— Огонь с запада!

— Бого-короли со стороны материка.

— Поскорее, сержант Грин. Первое отделение, сосредоточиться на бого-королях!

Внезапно в очереди к шаттлу один из скафандров второго отделения начал танец смерти. Скафандр опрокинулся и повалил несколько других из своего отделения. Они попытались поймать его, но он внезапно прекратил дергаться и лежал неподвижно.

Когда они начали открывать скафандр, Майк крикнул:

— Не открывайте его скафандр! Если никто из вас этого не видел, рядовому Ласки не поможешь. Сержант Грин?! — Майк принялся стрелять по приближающемуся бого-королю.

— Третье отделение! — проревел сержант Грин в виде ответа.

Визновски внезапно выпрыгнул из шаттла и помчался к западу. Майк едва заметил, как он это сделал. Более легкий и быстрый разведчик начал стрелять по приближающимся бого-королям из ручной установки ГСР. Он метался по крыше, как гиперактивная блоха. Огонь четырех новых бого-королей переместился на него, пока он бегал, останавливался, прыгал и уворачивался от него. Время от времени он останавливался ровно настолько, чтобы выстрелить гиперскоростной ракетой.

— Виз! Черт, прекрати изображать героя! — закричал Майк, выпустил очередь и побежал вперед на поддержку. — Вернись назад!

— Если вы хотите сплясать, сэр… — пропыхтел разведчик и был сметен ГСРом бого-короля.

— Вииз-з! — завизжал Майк и вскочил на ноги.

— Сволочи! — Он перезарядил пистолет и побежал в сторону бого-королей. — Мишель, маневр уклонения Гамма, максимальная скорость, автоматическая ломаная линия, исполняй!

Теперь ему оставалось только перезаряжать и стрелять, и он менял магазин за магазином, сближаясь сначала с четырьмя, потом с тремя, потом с двумя блюдцами. Огонь бого-королей бесполезно падал вокруг него, пока сокращалась дистанция Скафандр бежал постоянно меняющимся зигзагом, подошвы сапог надежно сцеплялись с поверхностью, шальные бусины рэйлгана отскакивали, словно брызги. Через сто метров луч лазера на мгновение задел скафандр, но лишь поджарил пару сенсоров. Контакт был слишком коротким и лишь немного поднял его температуру.

Он наискосок покрыл остаток дистанции до последних бого-королей, пока их блюдца разворачивались, пытаясь взять на прицел хаотично мечущийся боевой скафандр. Словно куница, Майк запрыгнул на правое блюдце и, ухватившись за голову бого-короля, одновременно наступив сапогом на плечо, одним движением начисто оторвал ящероподобную голову. В это время другой бого-король развернул свое блюдце, пытаясь удрать, но Майк выхватил из-за спины перепончатый клинок и метнул его тому в грудь со всей яростью мира.

Затем он перепрыгнул на это блюдце и отсек голову второго бого-короля. Он сошел с накренившегося блюдца и подобрал обе головы. Отбросив их в сторону, он вытащил пистолет.

Очередь в энергоотсек ближайшего блюдца вызвала сокрушительный взрыв, поглотивший аппарат. Он стоял в огне, словно принимая крещение, и смотрел в пламя, словно в глаза преисподней. Он был вне опасности, скафандры могли перенести любой взрыв слабее катаклизма, поразившего Квалтрен. Да и там они вполне стоили своих денег.

После этого он направил свой закопченный пистолет на аппарат дальнего бого-короля, также подпалив его. Затем он пинками перевернул аппараты и вытащил все останки бого-королей, которые смог найти. Сделав кучу, он попрыгал на ней, пока не утрамбовал в плоскую лепешку, и сунул в образовавшуюся массу гранату из антиматерии.

Он установил таймер, отступил назад и смотрел, как останки двух бого-королей взлетели высоко в воздух. Затем он схватил ближайшее блюдце и топтал его так, что в крыше образовалась внушительная вмятина, в которой блюдце просто утонуло. Дав выход гневу, он поднял две головы за гребни на макушке и полетел к взводу.

Когда он вернулся, огонь противника значительно ослабел. До сих пор эти бого-короли остались единственными, кто бросился в атаку, а нормалы действовали неэффективно, когда не имели подавляющего численного превосходства. Он сунул головы первому попавшемуся навстречу бойцу.

— Иди положи на пятно, оставшееся от сержанта Визновски, — прорычал Майк.

Солдат поспешил повиноваться.

— Клянусь всеми богами, — сказал он самому себе, но Мишель добросовестно транслировала сказанное, — этот самад вырастет до невероятного размера.

Он уставился в сторону океана, ни о чем не думая и избегая вспоминать события недавнего прошлого. Закованный в броню, он убил бесчисленное количество солдат под своим командованием, но все они были лишь электронными химерами. Первый раз он терял реальных людей, живых дышащих существ, с которыми у него установились определенные отношения.

Внезапное вторжение реальности в его высокоразвитый призрачный мир бескровных сражений на какое-то время оглушило его. Он содрогнулся внутри своей брони, возможно, первый раз полностью осознав, что вокруг были не тени на стене электронной пещеры, а люди со своими мечтами и надеждами. Матери вынашивали их девять долгих месяцев, жизненный путь привел их на голую крышу под чужим солнцем.

Пока взвод собирался и проверял снаряжение, он смотрел вдаль, пребывая внутри мгновения, выхваченного из вечности, одновременно краткого и бесконечного. Он не обратил внимания, как один из саперов присоединил новый автоматический гранатомет и снарядил его магазины. Наконец сержант Грин прервал его погруженность в себя:

— Сэр?

— Да, сержант Грин.

— Мы готовы двигаться.

— Спасибо. — Дункан передал ему винтовку. Майк проверил магазин, затем проверил, на месте ли его запасы. Он заметил, что все еще смотрит вдаль. Ему не хотелось идти.

— Сэр?

— Да, сержант Дункан.

— Нам нужно двигаться.

— Да, полагаю, это так.

Он все еще колебался. Не хватало чего-то жизненно необходимого, внутреннего импульса, который обычно побуждал его действовать в трудные минуты. Если они попадут в переплет без этого импульса, их жизни можно будет спустить в унитаз. Он пошарил кругом в поисках него, но тот уголок души, в котором он обычно пребывал, казался пустым. Данная конкретная маска куда-то спряталась.

— Мишель, — устало проговорил он, — загрузи координаты всех мест подрыва.

— Взвод, порядок выполнения миссии. — Голос О’Нила звучал монотонно и без эмоций. Словно команду отдавал компьютер. — Консолидированный взвод второго батальона Триста двадцать пятого пехотного полка совершит скрытое проникновение в мегаскребы Далтрен, Артен и Артал. Взвод разбивается на команды по два и три человека. Каждой команде определен ряд мест, которые они либо разрушат сразу, либо заложат в них заряды. Как только все заряды будут установлены, а все главные точки разрушены, команды покидают здания и подрывают их.

Пока он говорил, бойцы собрались вокруг него. Действие было тактически неправильным: один удачный залп лазера бого-короля мог прикончить их всех. Но реакция взвода на гибель товарищей немногим отличалась от той, что переживал Майк, и каждый солдат ощущал потребность почувствовать себя частью группы, почувствовать рядом плечо друга. Это был краткий момент проявления человеческой сущности на бегу.

— Указанные мегаскребы должны упасть в виде буквы «L», начиная от океана и заворачивая вокруг окруженных частей. Это даст возможность окруженным подразделениям сосредоточиться на прорыве из окружения к своим. И вот приятная часть, народ: основная масса послинов на всем чертовом континенте собралась в группу, которая пытается выбить Deuxiume и «Уланов» из этих зданий, поэтому, когда мы повалим эти здания на них, война будет наполовину закончена.

Он сделал паузу, и раздалось усталое, но прочувствованное «Урра-а». Столпотворение взвода являлось тревожным сигналом, но ему было все равно. Это же тесное сплочение начало действовать и на него, начало выводить его из состояния опустошенности. Несмотря на все проведенное в скафандре время, он был в той же степени подвержен чувству отчужденности, что и солдаты.

— Мы будем действовать командами по два человека. Если наткнетесь на послинов, с которыми не сможете справиться, отходите и вызывайте подмогу. Штабная группа поддерживает третье отделение и саперов в здании «L». Саперы будут работать в нем, потому что оно потребует аккуратности. Одна команда в каждом отделении обеспечивает поддержку, и по мере завершения своих задач другие команды также переходят в поддержку и ждут дальнейших приказаний.

Он посмотрел на сгрудившихся разведчиков, щемящее чувство печали пронзило его, так как высокого долговязого скафандра среди них не было.

— Разведчики, ваша задача поставить несколько зарядов, но в основном я хочу от вас расставить мини-камеры на зданиях, которые не будут минироваться. Вы будете выше линии огня, но если послины вас обнаружат, к вечеру вам станет жарко. После закладки всех зарядов двигайтесь в сторону океана к перерабатывающим фабрикам по водопроводным линиям.

Он прервал монотонное выступление и огляделся. Легкое напряжение шейных мышц поворачивало поле зрения из стороны в сторону. Как обычно, скафандры были невыразительными, взвод мог сойти за группу плохо отлитых сталепластовых статуй. Внезапный вопрос вторгся в его сузившуюся реальность, и он спросил себя, сколько из них останутся в живых к утру.

— Из-за всех разрушений трубы в основном пусты. Если ваша с водой, пробейте стенку и осушите ее, согласно моим данным, в этом районе не работает ни один водоперерабатывающий завод.

Пора выступать к нашим зданиям. Времени копаться нет, поэтому спускаемся вниз на компенсаторах. Ваши ПИРы получили программу снижения. Падайте на скорости, затем врубайте компенсаторы и жестко приземляйтесь. Это будет похоже на прыжок, только падать будем быстрее и не будем рассеиваться. Когда приземлимся, расходимся и выполняем миссию.

Он оглядел крышу, затем снова посмотрел на собравшийся вместе взвод. Он не был уверен, что сказать. Момент, похоже, требовал вдохновляющей речи, но будь он проклят, если мог выдавить из себя хоть одну.

— Помолимся немного, — наконец сказал он и склонил голову. Он помолчал чуть дольше, пробежав короткий список молитв, которые мог припомнить. Ни одна не казалась подходящей. Затем внезапно на память пришел обрывок стихотворения неизвестного поэта. Он подумал об этом и нашел его вполне уместным. Он сделал глубокий вдох.


Мария, будь опорой,

Защитой без конца

Душе, что встанет скоро

Перед лицом Творца

Мы все среди мучений

От женщин родились —

За верного в сраженье,

Мадонна, заступись!


— Сержант Грин!

— Сэр?

— Пошли.

— Есть, сэр Разведчики, второе, первое, четвертое, третье, штабное, пятое. Вперед!

Когда они достигли первого здания для минирования, отделения разделились и двинулись к своим зданиям. Третье отделение, которому предстояло минировать это здание, выстроилось вдоль края крыши вместе со штабным отделением и ожидало, пока другие отделения выйдут на позиции. Когда другие отделения заняли свои места, взвод шагнул вниз. Скафандры падали под воздействием искусственно вызванной двойной силы тяжести до высоты сто метров над землей, затем начали замедляться. Они встретились с поверхностью все еще на скорости шесть метров в секунду, но скафандры амортизировали удар сгибанием коленей. По бульвару бесцельно шлялись несколько послинов.

— Отделения, выставьте команды прикрытия в арьергард и отправляйтесь к точкам подрыва. Третье, сержант Грин и я прикрываем. За работу, народ.

Майк вскинул гравивинтовку и повел огонь по целям, помеченным красным. Мишель могла проанализировать всех послинов в поле зрения или в зоне действия сенсоров и определить первостепенные приоритеты стрельбы. Сначала положи тех, у кого тяжелое оружие, перенося огонь от ближайших к самым дальним, если только самые дальние не целились в Майка. Майк равнодушно следовал высвечивающимся целеуказателям, мгновения ярости после смерти сержанта Визновски разрушили что-то важное внутри него, и он ощущал, как в отдаленных уголках сознания поднимает голову депрессия.

Послины валились снопами, но Майк все больше отстранялся от окружающего. Чувство было такое, словно он смотрел на мир на экране телевизора, а жизнь за его пределами представлялась лишь бесплотной тенью.

Они с сержантом Грином прикрыли проход третьего отделения и вошли в здание.

— Как мы будем поддерживать их здесь? — спросил сержант Грин, стоя в одном из гигантских транспортных въездов на первом этаже.

— Скверно. Двигаемся к центральному стволу и вниз.

Майк с сержантом Грином отправились внутрь, сметая с дороги случайных послинов. Даже если они не замечали послинов, те все равно атаковали их. Майк наконец решил, что большинство послинов в здании были теми, кого освободила смерть бого-короля. Майк припомнил сведения, полученные миллион лет назад, на Большой Земле.

Послины-нормалы были едва разумными. Большинство стояло на уровне ниже слабоумных людей. Очень малое число, несколько более разумное, использовалось бого-королями в качестве десятников или сержантов. Но все обычные послины, и нормалы, и продвинутые нормалы, были в самом прямом смысле связаны узами с отдельным бого-королем. Они бы нисколько не заколебались, прикажи им бого-король умереть.

Но когда бого-король умирал, они освобождались от уз. Если при этом рядом случался другой бого-король, он мог попытаться связать их с собой. Это называлось «связать теплыми». Однако если их не связывали заново вскоре после смерти их лорда и хозяина, наложить новые узы оказывалось невозможно в течение некоторого периода, около двух недель. Тогда они начинали искать себе нового бого-короля. Он упомянул это сержанту Грину.

— Должно быть, первые пару недель после сражения происходят интересные вещи, сэр.

— Почему? — без интереса спросил Майк.

— Ну, сэр, — сказал сержант Грин, надеясь пробудить интерес лейтенанта к происходящему, — эти твари всегда атакуют нас, как только увидят, и я заметил кучу свежих трупов.

— Да, я тоже их заметил.

— Думаю, они нападают и на своих тоже, сэр. Так что местность за полем битвы должна быть усеяна этими тварями, жаждущими драки, в течение двух недель. Трудновато им будет навести порядок, верно?

— Неспокойный тыл, — сказал Майк с зачатками интереса. Летаргическая депрессия от гибели Визновски все еще присутствовала, но его основной инстинкт продолжать бой начал с ней бороться.

— Да, сэр. Если произошла битва, где погибла куча бого-королей. Те бого-короли, что помчались за шаттлами, — сколько вы поставите на кон, что их группы взбунтовались, или как там у них, после их кончины?

— За исключением тех, кого связали теплыми, — отметил Майк.

— Да, сэр, но посмотрите на всех этих вокруг. Видать, многих упустили.

— Как мы сможем этим воспользоваться? — размышлял Майк.

— Не представляю, сэр, но это сработает на нас. Им нужно перебрасывать запасы, «армия воюет животом», правильно? Так что это должно нанести ущерб их тыловому обеспечению.

— Не слишком великий, в основе их тылового обеспечения лежит собирательство.

В этот момент их позвали на помощь команде, которая напоролась на группу под предводительством бого-короля. После нескольких нелегких минут, но без потерь со своей стороны они продолжили разговор.

— Что вы хотели сказать насчет их тылового обеспечения, сэр?

— В смысле собирательства?

— Да, сэр.

— Ну, они поддерживают существование практически тем же способом, что и любая другая армия в истории, то есть реквизицией. Еще совсем недавно, по историческим меркам, то, что мы называем мародерством и за что наказываем, считалось общепринятым способом прокормить войска и платить им. Вы ничего не заметили в отношении этих послинов?

— Кроме того факта, что они стреляют в нас, сэр? — пошутил сержант.

— Я имею в виду, что у них на сбруе, — ответил Майк со слабой улыбкой.

Сержант Грин изучил ближайший труп послина.

— Повсюду пришпилены какие-то кусочки.

— Да, блестящие кусочки. Если обшарите всю кучу, найдете нескольких с серебром и золотом. Еще больше драгоценностей на бого-королях. В их сумках должны находиться куски индоев и другие растительные и животные продукты. Некоторых из индоев перегоняют назад, к местам высадки, боеприпасы посылают вперед. Туземное население и их припасы служат им пищей, и они собирают все ценные и не очень предметы для своих боссов. В период закрепления на захваченных территориях они строят нечто вроде храмов, или дворцов, для бого-королей и набивают их захваченной добычей. Полагаю, они подобны великому множеству солдат. Знаете что сказал Киплинг: «Добыча, добыча, добыча, вот что заставляет вставать и стрелять». Но это не может быть их единственным мотивом.

Или может?

35

Форт-Индианатаун-Гэп, Пенсильвания, Сол III.

5 августа 2002 г., 05:23.


— Фу-у! — сказал Стюарт, когда вошел в штаб роты. — Ну и вечеринка!

Позади него только-только начало светлеть, но было все еще невозможно отличить черную нитку от белой. Технически очень четко «к рассвету».

И замер перед картиной у стола дежурного сержанта по роте.

Помещение не было особо большим, примерно с жилую комнату по ширине трейлера. На полу лежал дешевый линолеум, потолочные лампы прикрыты простыми пластиковыми плафонами. У дальней стены стоял фанерный стол с телефоном. Над столом висела табличка, приветствующая вошедшего в Роту «Браво» Первого батальона Пятьсот пятьдесят пятого пехотного полка, «Настоящие Черные Пантеры». Справа была дверь с табличкой «Комната отдыха», налево шел коридор.

У стола сидел незнакомый Стюарту полнощекий сержант, примотанный к складному стулу слоями скотча, с выпученными над кляпом глазами. За столом, основательно расположившись во вращающемся кресле и положив ноги на стол, с закрытыми глазами сидел капрал-инструктор Адамс. На столе лежал серый массивный пулемет непонятной конструкции, огромный ствол направлен на дверь. Рука лежала на рукоятке пистолета. У двери в комнату отдыха стояли трое из его отделения, вооруженные таким же образом, пулеметы висели на ремне через плечо. Все трое злодейски ухмылялись.

— Какого хрена? — спросил Стюарт и шагнул вперед, давая отделению возможность войти. При первом же взгляде на открывшуюся сцену отделение стало расходиться в стороны, некоторые заняли позиции у окон, другие рассредоточились по всей комнате. Уилсон просто развернулся и прикрыл спину Стюарта.

Адам поднял голову и приоткрыл один глаз.

— Старшой хочет видеть тебя в своем офисе, — проскрежетал капрал-инструктор. — Немедленно.

Он мотнул головой в сторону коридора и снова закрыл глаза.

Стюарт огляделся еще раз, затем отправился по коридору. Коридор вел вдоль дальней стены казармы в еще одно открытое помещение. Там стоял еще один стол, на котором развалился Ампеле, храпя с широко открытым ртом. Рядовой военной полиции сидел в кресле у стола и чистил девятимиллиметровый пистолет на широкой груди забывшего все на свете рядового.

Вдоль левой стены коридора располагались три двери. На первой двери висела вырезанная вручную дощечка, гласившая «Болото». К второй был пришпилен кусок картона с написанным черным маркером словом «Уборная». Последний дверной проем стоял открытым. Сама дверь была прислонена к стене в полуметре от косяка.

Дверь украшала медная табличка с выгравированными словами «Первый сержант Моралес». Медную поверхность обрамляла рамка из дорогого красного дерева. Со стороны петель на двери виднелся след большого сапога. Некоторое время Стюарт созерцал его в свете, падавшем с обоих концов коридора. Он поднял собственный сапог и сравнил рисунок подошвы. Затем поставил свой сапог рядом с отметиной. Покачав головой, он посмотрел в коридор. Сапоги Ампеле торчали на виду. Он всмотрелся в них, посмотрел на дверь, на Ампеле, на дверь. Он снова покачал головой и тихонько постучал по разбитому косяку. От звука Ампеле фыркнул. Затем храп возобновился.

— Войдите! — прогромыхал изнутри голос Паппаса.

Через дверной проем Стюарт шагнул в роскошь. Комната была очень маленькой, но в изобилии обставлена дорогими предметами. Стол был красного дерева ручной работы со свежей полировкой. На нем стоял первоклассный монитор с плоским экраном двадцать два дюйма по диагонали. Ковры были персидскими, вытканными в надменном исфаганском стиле. Стены были увешаны самыми разными гравюрами, свет лился из реставрированных масляных ламп девятнадцатого века. Они заливали комнату теплым желтым сиянием, оттенявшим глубокую красноту дерева.

Первый сержант склонился перед большим античным сейфом и вращал колесо. Он посмотрел через плечо, затем встал с взбешенным взглядом.

— Стюарт! — прорычал Паппас. — Где тебя черти носили?!

Стюарт не был настолько глуп, чтобы выдать один из легкомысленных ответов, которые он репетировал по пути от плац-парада до казарм. Помимо всего остального, отпечаток сапога добавил ему осмотрительности.

Он принял стойку «вольно на плацу».

— Виноват, первый сержант. Если бы мы подумали, что у вас проблемы, мы бы вернулись раньше. Признаю, что я затянул с этим «к рассвету». Еще раз виноват.

Паппас покачал головой.

— Ладно, забудь. Я знал, что ты затянешь это дело, но не считал возможным послать к тебе туда гонца, — признал он, двинув подбородком в сторону плац-парада.

— Но у нас возникли проблемы. Мне нужно открыть этот сейф, — продолжал он, — и взломать этот компьютер.

Он показал на рабочую станцию на столе. Стюарт не стал даже протестовать.

— Уилсон, — возвысил он голос, — приведи Миннета.

Он подошел к сейфу. Вытащив из кармана маленький черный приборчик со светодиодом из кармана гимнастерки, он прикрепил его на дверцу сейфа. Паппас коротко взглянул, покачал головой и отошел в сторону, чтобы не путаться под ногами.

— Да, босс? — спросил Миннет, проскользнув в дверь. Еще ниже Стюарта, маленький рядовой двигался проворнее рапиры. Он остановился и огляделся.

— Господи! — Он взял маленькую статуэтку балерины и проверил донышко. — Черт, настоящий дрезденский фарфор! Стоит кучу монет!

— Положи назад, — проворчал Паппас, даже не потрудившись посмотреть, исчезла ли она. — Это улика.

Стюарт кивнул, и фигурка проделала путь обратно на полку.

— И положи назад зажигалку, — сказал Паппас, роясь среди папок незапертого шкафа.

Удивленный Миннет вытряхнул зажигалку из чистого золота из рукава и положил на стол.

Стюарт покачал головой.

— Миннет, разберись с этой штукой, — сказал он и показал на компьютер.

Рядовой кивнул и принялся за работу.

Стюарт несколько раз повернул колесо сейфа вперед и назад. Спустя пару минут он кивнул и принялся набирать числа на циферблате. Через секунду замок сейфа щелкнул.

— Не открывай его, — быстро сказал Паппас. — Нам нужен старик.

Он направился к двери, затем остановился.

— И ничего.

— Мы не будем, — сказал Стюарт.

— О’кей, — сказал сержант и вышел.

— Ничего — что? — спросил Миннет, изучая показатели черного коробка, который он извлек из нагрудного кармана. Он нахмурился на значения и нажал кнопки. Удовлетворившись, он снова улыбнулся.

— Ничего не брать, — сказал Стюарт, — ничего не двигать, ничего не трогать, если нет необходимости.

— О. — Рядовой нажал кнопку и покачал головой. — Люди думают, что они такие жутко умные, — пробормотал он, вставил дискету в компьютер и включил его. Когда на экране появилось приглашение ввести пароль, он нажал кнопку на черном коробке. Компьютер обдумал введенные данные, решил, что они ему нравятся, и позволил войти в систему. — Вот что происходит, когда ты меняешь пароль для CMOS.

— Что мы ищем? — спросил он немного погодя.

— Оглядитесь вокруг, — сказал Паппас, проходя в дверь. За ним следовали лейтенант Арнольд и рядовой военной полиции, который засовывал пистолет в кобуру. — Уж поверьте, это не нормальный декор офиса первого сержанта.

Стюарт не смог сдержать любопытства, открыл дверцу сейфа и присвистнул.

— Фью-ю-ю, — воскликнул он. — Ну-ка, посмотрим. Пачки денег, ящик пузырьков с чем-то под названием «Толемиратин» и какие-то зеленые кристаллы.

Он подобрал один и исследовал его.

— Это не изумруды, — продолжал он с видом эксперта. — Что они такое?

— Так, у меня тут файл с названием «Ротные расходы», — сказал Миннет, чтобы про него не забыли. — И он зашифрован.

— Расшифруй, — холодно произнес лейтенант Арнольд.

Рядовой поднял голову. Как только он увидел лицо исполняющего обязанности командира роты, его пальцы лихорадочно застучали по клавиатуре.


— Сержант первого класса Моралес? — спросил лейтенант военной полиции.

Он сморщил нос от запаха алкоголя и феромонов, разившего из апартаментов. Полуодетый мужчина тридцати с небольшим лет замер в процессе одевания гимнастерки боевого шелка. Позади него лейтенант разглядел женскую фигуру. Если он не сильно ошибался крашеная блондинка на кровати не достигла еще совершеннолетия. Сержант отряда ББС носил очки с линзами толщиной с бутылочное донышко, голову он склонил набок. Огромный кадык дернулся, когда он согласно кивнул.

— Вы арестованы, — сказал лейтенант, а сопровождающий сержант шагнул в комнату и схватил бывшего исполняющего обязанности первого сержанта. — По обвинению в растрате и незаконной торговле галактическими технологиями ограниченного применения. Вы имеете право хранить молчание…

36

Провинция Андата, Дисс IV.

19 мая 2002 г., 09:47 по Гринвичу.


Организованное сопротивление или контратака упорно не желали появляться, и Майку с сержантом оставалось только размышлять над этим фактом в темноте чрева мегаскреба.

Оба они находились в небольшом алькове главного коридора. Ожесточенный бой по периметру осажденных дивизий вызвал обширные повреждения этой части мегаскреба. Освещение было тусклым, «вечные» лампы потухли или мигали от полученных повреждений. Пляшущий свет пожаров скорее поглощал сине-зеленый свет, а не усиливал его. В этом месте размещалось небольшое производство, столь популярное в мегаскребах индоев. Этот регион, казалось, был целиком посвящен химической промышленности. Несмотря на усилители света скафандров, вездесущие фрески индоев выглядели тускло и бесцветно, поверхность обезображена шрамами от игл рэйлганов, медными росчерками винтовочных рикошетов и пламенем пожара. Окружающие комнаты были заполнены Фракционными дистилляторами, которые пылали факелами после стрельбы.

За последние тридцать минут Майк начал понимать, что ожидание действительно являлось труднейшей частью сражения. Неспособный как следует ерзать в скафандре, он пнул обломок, валявшийся на полу у его ноги. Затем он признал в нем ствол и ствольную коробку винтовки «М-16А2».

Он оглядел альков, но не увидел ни следа от владельца оружия. Он пробормотал Мишель зафиксировать место для последующего возможного извлечения останков, если, конечно, они смогут найти их после обрушения здания. Затем снова принялся ждать.

— У нас произошло сто двадцать три стычки на наших сорок пять человек, — сказал он спустя десять минут изучения цифр и данных, — и только в трех участвовали организованные отряды послинов.

— Эта местность кажется довольно тихой, сэр, — сказал сержант Грин. Он явно обладал терпением святого.

— Да, сержант, согласен. Единственная проблема — пробиться через внешнюю скорлупу. Я уверен, если бы фронтовые отряды имели хоть малейшее представление, что мы здесь, они бы уже насели на нас, как саранча.

— Как дела у окруженных частей?

Майк проверил схему и условные обозначения.

— Похоже, они пока держатся. Линия сократилась не слишком заметно.

— Думаете, шаттлы отвлекли внимание, сэр?

— Не на столь долгое время. И я не думаю, что потеря десятка, или около того, бого-королей, могла их так подкосить. Думаю, просто в бронетанковых дивизиях в живых остались самые крутые засранцы.

Майк фыркнул по этому поводу. Так было всегда, первое сражение часто определяло, кто погибнет, а кто выживет до конца войны. По этой причине подразделения ветеранов были такими смертоносными в бою, они состояли из бойцов, уцелевших в самых трудных условиях.

— Полагаю, послины не слишком обрадуются ходу событий, а, эл-тэ? — спросил сержант. Видимо, ожидание все-таки и ему действовало на нервы.

— Нет, подозреваю, что не обрадуются, — сказал Майк.

Короткая пауза.

— И, — продолжил он с ноткой оживления в голосе, — они вот-вот заполучат неприятнейший сюрприз. Последняя команда закончила!

— Время рок-н-ролла!

— Чертовски верно! Взвод, — позвал О’Нил, ПИР автоматически переключил его на общую частоту. — Всему личному составу, уходите туннелями по назначенным векторам. У вас пятнадцать минут, чтобы оказаться на минимально безопасном расстоянии! Удачи, и до встречи на фабрике переработки воды!

— Пошли отсюда, сержант.

Они направились к ближайшему створу вместе с командой подрывников, следовавшей тем же путем.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26