Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Берсеркер (№14) - Шива из стали

ModernLib.Net / Научная фантастика / Саберхаген Фред Томас / Шива из стали - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 1)
Автор: Саберхаген Фред Томас
Жанр: Научная фантастика
Серия: Берсеркер

 

 


Фред Саберхаген

Шива из стали

1

В пяти тысячах световых лет от старой Земли, на лишённом атмосферы астероиде под кодовым названием Гиперборея [1] расположилась маленькая база Военно-космического флота – фактически говоря, герметичная цитадель. Незваные гости заглядывали сюда крайне редко, а радушный прием ждал их и того реже.

Появление одинокого корабля, засечённого около часа назад роботами сторожевых застав системы раннего обнаружения и оповещения, охватывающей всю систему Гипербореи, стало для всей базы полнейшей неожиданностью. С момента его обнаружения комендант базы Клер Норманди маялась в своём кабинете, не находя себе места, отложив все прочие дела, чтобы следить за продвижением нарушителя по большему из двух головизоров, установленных в кабинете.

В общении с людьми Норманди – элегантная и стройная, с прямыми чёрными волосами и кофейной кожей – обычно держалась спокойно и говорила, не повышая голоса. В работе она просто-напросто опиралась на вверенную власть, ничуть не стремясь постоянно демонстрировать её. При первом знакомстве у большинства людей складывалось впечатление, что она сухая, скучная и бесцветная женщина. И далеко не сразу открывалась им ещё одна черта её характера – любовь к игре ва-банк, когда ставки крайне высоки.

Как обычно, сегодня комендант Норманди облачилась в повседневную форму Военно-космического флота – простой комбинезон, поверх которого в случае нужды вполне можно надеть бронескафандр. Как это часто бывает с пышущими здоровьем людьми в период зрелости, определить её возраст по виду было невозможно; к тому же, вообще говоря, хронологический возраст лишился какого-либо смысла.

Рассчитывать на слишком сердечный приём на базе незапланированному пришельцу нечего и думать. Судно предварительно опознали, как частный корабль под названием «Аэндорская волшебница» [2], используемый для разведки полезных ископаемых и разнообразного мелкого фрахта, владелец и капитан Гарри Сильвер. Клер однажды вскользь столкнулась с обладателем такого имени лет пятнадцать назад и теперь не видела оснований предполагать, что на сей раз это какой-либо иной субъект, доводящийся тому лишь тёзкой.

Движущийся быстрее света курьер доставил весть о приближении «Волшебницы» через считанные минуты после того, как дальнозоркие сенсоры роботов обнаружили её на расстоянии около миллиарда километров, и комендант Норманди начала радиопереговоры с пилотом, как только запаздывание радиосигнала сократилось до минуты. Когда же гость довольно невозмутимо доложил, что корабль получил боевые повреждения и нуждается в ремонте, она приказала приготовить судно к досмотру. Не прошло и пяти минут, как один из патрульных кораблей базы уравнял скорость с пришельцем, подчинённые Клер перешли на борт «Волшебницы», а за штурвал уселся один из военных пилотов, чтобы посадить корабль на базе.

Комендант проявляла удвоенную бдительность из-за депеши, доставленной курьером дальнего следования всего за пару часов до того и тотчас же расшифрованной. Распечатка депеши всё ещё лежала у Клер в кармане. Она даже хотела было достать листок, чтобы перечитать послание ещё раз, однако настоящей нужды в этом не было.

Депеша, доставленная из штаба сектора, расположенного в Порт-Даймонде, была подписана тамошним шефом разведки. За адресом, записанным на общепринятом войсковом жаргоне, и стандартным обращением следовал незатейливый текст:

ИМЕЮТСЯ ВЕСКИЕ УЛИКИ В ПОЛЬЗУ ТОГО, ЧТО СЕКРЕТНЫЙ АГЕНТ КЕРМАНДИ, ЛИЧНОСТЬ НЕИЗВЕСТНА, ИЗБРАЛ ВАШУ БАЗУ В КАЧЕСТВЕ ОБЪЕКТА ВНЕДРЕНИЯ С НЕИЗВЕСТНЫМИ НАМЕРЕНИЯМИ. ВАМ ПРЕДПИСЫВАЕТСЯ СОБЛЮДАТЬ РЕЖИМ ПОВЫШЕННОЙ СЕКРЕТНОСТИ ПО ОТНОШЕНИЮ КО ВСЕМ НОВОПРИБЫВШИМ И ПРИБЫВАЮЩИМ ЛИЦАМ, ОСОБЕННО ГРАЖДАНСКИМ.

Прочитав шифровку, Клер первым делом пришла в недоумение: «Какие ещё гражданские лица?!» На базе они бывают очень редко, а в данный момент вообще нет ни одного. На смену первой мысли почти тотчас же пришла вторая: «Какие ещё улики?!»

Ответ на второй вопрос ей вряд ли доведётся узнать хоть когда-нибудь. Что же до первого – о цивильных – похоже, скоро всё выяснится.

Утомившись от постоянной сосредоточенности на пришельце, она обернулась, устремив взгляд сквозь прозрачное окно на чётко очерченную в вакууме тёмную зубчатую линию горизонта, удалённого меньше чем на километр от взора, но на пять тысяч световых лет от солнца, согревшего своими лучами детство и юность Клер, а ещё раньше, в незапамятные времена – детство и юность всего человечества. Вращался астероид достаточно быстро, чтобы звёзды и прочие небесные тела явно перемещались по небосводу, возносясь над иззубренным горизонтом величественным, бесконечным потоком. Клер давным-давно поняла, что стоит только чуть подольше вглядываться в этот непрерывно нисходящий горизонт, и возникнет ощущение, будто крохотная планетка ускользает из-под ног.

Полный оборот вокруг оси астероид совершает за несколько минут, и изрядную часть грандиозного круга на небосводе господствует свет дальних галактик.

Из окна комендантского кабинета, выходящего на стартовую площадку, виднелся ряд межзвёздных роботов-курьеров, нацеленных в небо и готовых к запуску в любую секунду – в отдельных шахтах, расположенных через широкие интервалы на искусственно выровненной поверхности астероида, служившей базе посадочной площадкой. На полкилометра подальше, в дальнем конце поля, виднелись ворота ангара, врезанные в отвесную от природы скалу, впускающие новоприбывшие суда в подземные доки и стоянки, высеченные в скале на нескольких ярусах, уходящих вглубь астероида.

«Аэндорская волшебница» – первый незапланированный посетитель более чем за год – должна приземлиться в паре сотен метров от ворот. Единственный человек на борту корабля, называвшийся владельцем судна Гарри Сильвером, ничуть не противился принятию на борт представителей Военно-космического флота, и даже более того – с облегчением и будто бы даже с радостью передал управление кораблём в чужие руки.

Пару дней назад – чего там, ещё вчера – комендант Норманди не стала бы так нервничать из-за непредвиденного посетителя; но сегодня она с нетерпением дожидалась совершенно иных гостей, гостей жизненно важных, запаздывающих уже почти на два часа. И мысль о том, что дневной график вот-вот рассыплется, как карточный домик, была ей весьма не по душе.

Правду говоря, Клер предполагала с минуты на минуту получить от роботизированных застав раннего оповещения весть о появлении в системе экспедиционного корпуса. Если всё идет по плану, эти шесть кораблей Военно-космического флота – три лёгких крейсера и три эсминца – должны были два дня назад вылететь из Порт-Даймонда, находящегося в тысяче световых лет отсюда. Конечно, пытаться высмотреть корабли среди звёзд невооруженным глазом совершенно бессмысленно, но Клер то и дело ловила себя на том, что устремляет взор в направлении, откуда должны появиться корабли.

По службе коменданта Норманди замещал усердный подполковник по фамилии Ходарк, но роль её адъютанта исполнял оптоэлектронный модуль – компьютерная программа, относимая к разряду экспертных систем – по прозванию Сэйди. Обычно головизионный образ личности Сэйди смутно – но не более чем смутно – напоминал внешность самого коменданта.

В данный момент голова Сэйди виднелась в большем из головизоров кабинета, взирая на Норманди с выжидательным выражением, написанным на её миловидных виртуальных чертах, словно гадала, с какой этот стати Старушенция сегодня малость не в себе и всё время таращится в окно, хотя смотреть-то вроде бы и не на что.

Фактически говоря, кроме коменданта, о запланированном подходе экспедиционного корпуса на Гиперборее не знала ни одна живая душа, не знала даже виртуальная душа Сэйди, лояльность которой не подлежит ни малейшим сомнениям. Появление трёх лёгких крейсеров и трёх эсминцев непременно вызовет среди персонала базы лёгкий переполох. Да и времени для объявления о визите экспедиционного корпуса будет предостаточно.

Окно, сквозь которое комендант Норманди взирала на Вселенную, было необычным даже для иллюминатора – десятисантиметровый статглас с усиливающей арматурой. Да и показывало оно отнюдь не заурядные пейзажи.

Выражаясь обычными, светскими словами, Клер увидела надземную часть – составляющую менее половины сооружения – человеческого форпоста, устроенного в довольно живописном окружении на малой планете, обращающейся вокруг бурого карлика, в свою очередь являющегося всего лишь младшей составляющей двойной звёзды. Карлик – недостаточно крупный и недостаточно горячий, чтобы стать настоящей звездой – рдел за окном, размером и яркостью походя на спутник Земли в полнолуние, наблюдаемый с поверхности Колыбели Человечества. Его тускло-багровый, сумрачный свет, зачастую оказывающий гнетущее воздействие, вливался в некоторые окна станции – если, конечно, как сейчас, кому-то хотелось полюбоваться на угрюмое светило. Но, как правило, дюжины четыре обитателей базы предпочитали виртуальные пейзажи: зелёные холмы, высокие деревья, голубой небосвод и сверкающая гладь воды, легко вызываемые на экраны и головизоры – когда у людей вообще возникало желание смотреть по сторонам. В последний месяц большинство персонала были так заняты, что не придавали особого значения эстетике среды обитания.

На базе крайне мало постов, требующих рутинной работы, а уж допускающих небрежность и вовсе нет.

И пока Клер смотрела, небеса перечеркнула вспышка, означавшая приближение ещё одного межзвёздного робота-курьера. Они так часто крейсируют туда-сюда, что в обычный день она не придала бы появлению курьера ни малейшего значения.

Ох уж, эти осложнения, никогда без них не обходится.

Большой хронометр, висящий на одной из стен кабинета коменданта Норманди, неуклонно отсчитывал секунды, остающиеся до некоего негласного срока, ныне отдалённого всего лишь неполными семью стандартными сутками. Если всё пойдёт по плану, ожидаемые сегодня гости – шесть военных кораблей вместе со своими экипажами – стартуют с Гипербореи незадолго до этого срока, чтобы совершить последний этап путешествия, ведущего их к цели. В графике предусмотрен небольшой запас времени на случай непредвиденных обстоятельств, без которых не обходится ни одно серьёзное предприятие, но запас времени – драгоценнейшее достояние, и разбрасываться им по пустякам не стоит. Даже двухчасовая задержка в самом начале – вполне веская причина для беспокойства.

Только сегодня утром комендант отдала приказ, отменяющий увольнительные трёх человек, строивших планы провести законные выходные хотя бы в таких развлечениях, какие удастся отыскать на Благих Намерениях, – так что все на базе до единого тотчас же поняли, что назревают какие-то события, хотя даже Сэйди не представляла, какие же именно.

Если всё пройдет гладко, и экспедиционный корпус завершит свою миссию успешно, он убьёт создание, вовсе никогда и не жившее. Корпусу приказано уничтожить бесчеловечно эффективный носитель смерти, вдобавок наделённый стратегическим даром полководца. Бездушное создание, тем не менее способное строить мудрёные планы, совершать ходы и наносить удары с неукротимой мощью природных стихий. Это ужасающий враг, смертный враг всего живого.

Люди нарекли его берсеркером.

Уже не одно столетие все сущие в Галактике отстаивали своё право на жизнь, воюя на фронтах грандиозной войны. Смертоносные машины, получившие от выходцев из Солнечной системы прозвище берсеркеров, были сконструированы в незапамятные времена расой, ныне известной лишь под названием Строителей, потому что почти никакого другого следа она по себе не оставила. Проявив грандиозную изобретательность и какую-то до предела извращённую мудрость, Строители пустились во все тяжкие, только бы выиграть звёздную войну при помощи абсолютного оружия, призванного истребить всё живое на планетах, занятых противником.

Абсолютное оружие проделало свою работу безупречно, но почить на лаврах Строителям не пришлось. Запустить берсеркеров оказалось куда легче, чем отозвать. Следующими безжалостные машины-убийцы стёрли с лица Вселенной собственных творцов, методично и без лишних затрат отправив их в небытиё. Лишь совсем недавно на свет выплыли довольно весомые свидетельства в пользу предположения, что по крайней мере горстка Строителей жива до сих пор, хотя и влачит существование в недрах туманности Мавронари, практически в полной изоляции от остальной Вселенной.

Теперь, сотни веков спустя, механические убийцы всё ещё бесчинствовали на просторах Галактики, бесконечно воспроизводя и перестраивая себя, добиваясь большей эффективности, упорно совершенствуя свои межзвёздные двигатели и вооружение, и даже отыскивая возможности улучшения – в собственном понимании – своих программ. Каковы бы ни были первоначальные намерения их конструкторов, теперь берсеркеры стремились к полному искоренению всего живого во всей Галактике.

Гуманоидам – органическому разуму, во всех биологических формах и проявлениях данного феномена на различных планетах – в обширных планах уничтожения жизни отводился наивысший приоритет, потому что люди оказались единственной разновидностью жизни, способной дать берсеркерам суровый отпор. Только это биологическое племя способно отразить нападение, проявляя при этом целеустремлённость, хитрость и ум.

А из нескольких известных видов галактических гуманоидов только выходцы из Солнечной системы, земное человечество сумело сравниться с берсеркерами по неумолимости и жестокости.

Конфликт тлел веками, зачастую разгораясь до всеохватной войны. Она сталкивала жизнь Галактики – что на практике, по сути, означало человечество, сыновей и дочерей старой Земли – с машинами, тысячелетия назад запрограммированными на осуществление ликвидации этой жизни. Время от времени то в одном, то в другом секторе конфликт затухал, пока обе воюющие стороны перестраивали свои армады – лишь для того, чтобы вспыхнуть в другом. Если аннигиляция берсеркеров казалась несбыточным сном, то, по крайней мере, имелись все основания надеяться, что осуществлению запрограммированного в них предназначения можно помешать.

Две личных голограммы – одна на столе Клер Норманди, вторая на стене кабинета, обок большого хронометра – запечатлели улыбающегося мужчину столь же неопределённого возраста, как и она сама, в компании явно более молодого человека, из чего напрашивался вывод, что комендант уже достаточно пожила на свете, чтобы её ребенок успел повзрослеть. На самом деле именно так оно и было.

По другую сторону от хронометра висела беззвучная голозапись мужчины – не того, что улыбался на другом снимке – держащего речь перед напряжённо внимающей ему толпой; головы некоторых слушателей смутно виднелись на переднем плане. Одет оратор был довольно необычно: в длинную сорочку из тонкой материи навыпуск, схваченную на поясе кожаным ремнём, и брюки из той же ткани. Звали его Хай Сан, и всякий, хоть понаслышке знакомый с Керманди или историей этого сектора, не мог не знать его. Хай Сан был зверски замучен до смерти Кермандийской диктатурой лет шесть или семь назад.

Младший офицер, отправленный пилотом на «Аэндорскую волшебницу», вызвал коменданта с борта приближающегося корабля – на малом головизоре появились голова и плечи молодого человека, выглядя вполне осязаемыми. Он оживлённо доложил, что никаких проблем не встретил и через пару минут посадит корабль на поле.

Комендант Норманди лаконично подтвердила получение рапорта.

Ожидаемая эскадра всё не давала о себе знать. Без каких-либо веских причин, кроме стремления хоть как-то разрядить растущее в душе беспокойство, Клер распахнула дверь и покинула кабинет, размашисто и целеустремлённо зашагав по узкому, слегка изгибающемуся коридору станции. По пути ей то и дело приходилось разминаться с подчинёнными, шагающими по своим делам совершенно нормальной походкой – благодаря искусственной гравитации, поддерживаемой в стенах станции на стандартном, почти земном уровне.

По большей части интерьер станции со вкусом выдержан в зелёных, коричневых и синих тонах, хаотически смешанных и вкраплённых в контрастирующие цветные поля, имитируя природные цвета Земли. Тут и там можно выглянуть в статглассовые окна, в тревожное время легко закрывающиеся ставнями. И хотя ширина коридоров почти везде ровно такова, чтобы смогли разойтись два человека в бронескафандрах, жилые помещения относительно просторны. Имея в своём распоряжении несколько кубических километров скал да ещё и щедрый бюджет, проходчики и архитекторы, строившие базу, на жилое пространство не поскупились.

Норманди в предвкушении потянула воздух носом. Сегодня по коридорам разносился аромат свежей сосны, избранный всеобщим голосованием за несколько дней ранее.

Шагая, Клер Норманди осматривала станцию с мыслью о режиме секретности, пытаясь выявить все недосмотры на этом ярусе, который позволено будет увидеть случайному посетителю. Но никаких огрехов не обнаружила.

Воспользовавшись своим наручным коммуникатором, комендант сделала общее объявление для всего персонала станции:

– Прошу внимания, говорит комендант. Через пару минут к нам прибывает штатский посетитель. Мы не должны, повторяю, ни в коем случае не должны устраивать для этого джентльмена экскурсию по базе. Однако мне неизвестно, долго ли он у нас прогостит – вероятно, несколько дней. Поэтому я попросила бы вас внимательно оглядеться, где бы вы ни находились, с мыслью о неукоснительном соблюдении режима секретности, и устранили любые выявленные упущения.

Самым ярким природным источником света на несколько световых лет в округе здесь было небольшое белое солнце, старшая составляющая двойной звёзды с точки зрения и светимости, и тяготения. И теперь эта истинная звезда, благодаря вращению Гипербореи взошедшая по ту сторону сооружения, озарила базу слепящим светом, отбросившим на чёрные скалы астероида угольно-чёрные тени.

В общем и целом это место выглядит захолустнейшим уголком Галактики, стоящим совершенно на отшибе, и гарнизон до сих пор может питать надежду, что за два-три стандартных года, истёкших со времени основания базы, берсеркеры так и не обнаружили её.

Вернувшись к себе в кабинет, Клер снова посмотрела на голокуб, стоящий на столе, и оба запечатлённых в нём образа безмолвно поглядели на неё в ответ.

– Наш гость уже на экране, комендант, – доложил офицер, заступивший сегодня в наряд в качестве диспетчера маленького посадочного поля. В голосе у него прозвучало лёгкое волнение, вполне естественное при сложившихся обстоятельствах. Уже несколько месяцев диспетчерам приходилось сопровождать только взлёты и посадки роботов-курьеров.

Обернувшись к головизору, Норманди подрегулировала его, чтобы взглянуть на пришельца поближе. Корабль Гарри Сильвера «Аэндорская волшебница» приблизился уже настолько, что в телескопах стали видны повреждения, полученные вроде бы совсем недавно – как минимум, неглубокие боевые шрамы, избороздившие гладкую обшивку корабля, напоминающего тускло-серебряный эллипсоид. Ещё минута, и он мягко опустился на посадочную площадку, чётко обрисовавшись на фоне изломов тёмных скал, никогда не знавших ни воздуха, ни влаги. Чуть погодя показался и патрульный катер, раньше вышедший гостю на перехват, а теперь последовавший за ним на посадку.

Теперь на панели в нижней части головизора появились скудные сведения о личности владельца «Волшебницы», отыскавшиеся в обширных банках данных базы. Запись оказалась лаконичной и явно неполной, но делу поможет и такая. Быстро пробежав досье глазами, Клер Норманди убедилась, что память её не подводит. Имевшиеся в базе данных сведения ничуть её не встревожили, – впрочем, и особой уверенности не вселили.

Решив, что надо повидаться с этим Сильвером без промедления, она отдала своему виртуальному адъютанту Сэйди распоряжение пригласить мистера Сильвера в кабинет коменданта, как только он сойдёт с корабля.

– Я с ним знакома, – вслух заметила Клер – скорее для себя самой, нежели для кого-либо ещё, поскольку в данный момент внимал ей только искусственный интеллект.

Хотя в личном деле Сильвера не значилось ни одного обвинения в настоящем уголовном преступлении, намётанный глаз Клер, привыкшей читать между строк, тут же отыскал в документе косвенные свидетельства о том, что в прошлом Сильвер занимался межпланетной контрабандой – в ближайшей системе Керманди, да и не в ней одной. В распечатке, которую комендант Норманди теперь держала в руках, ни словом не говорилось о предмете предполагаемой контрабанды, но тут вряд ли стоит особо ломать голову: обычным предметом контрабанды являются наркотики.

Вообще-то появление на базе штатского в такой момент немного выбивает из колеи – и всё же перспектива просто поболтать с человеком из внешнего мира выглядит даже привлекательно. Комендант Норманди, как и её подчинённые, могла бы время от времени проводить денёк-другой на Благих Намерениях, второй планете системы, – но предпочла воздержаться от визитов туда.

Разумеется, требования секретности прежде всего. Как было бы удобно просто-напросто приказать Сильверу оставаться на борту собственного судна в ближайшие два-три часа, чтобы не путался под ногами, однако подобный курс действий тотчас же даст понять всем и каждому, что на Гиперборейской базе назревают какие-то из ряда вон выходящие события. Кроме того, со своего корабля он наверняка прекрасно разглядит ожидаемых посетителей, ведь прибудут они в ближайший час или около того.

Клер Норманди попыталась припомнить подробности единственной встречи с Гарри Сильвером. Тогда, лет пятнадцать назад, она, свежеиспечённый выпускник Академии, только-только вышла замуж. Никаких сомнений, это тот же самый человек, хотя с тех пор и сильно переменившийся. Когда Сильвер наконец-то вошёл в кабинет коменданта, она увидела, что его тёмно-карие глаза пусты, словно жизнь в них выгорела почти дотла.

Среднего роста, жилистый Сильвер должен отличаться немалой физической силой, судя по мускулистым, волосатым предплечьям, виднеющимся из-под закатанных рукавов стандартного корабельного комбинезона. Окинув взором тщательно обставленную комнату, он пятернёй пригладил более-менее короткие тёмно-каштановые волосы. Мужчина не во вкусе Клер – отчасти из-за скошенного на сторону носа.

– Наверно, мой нос со времени нашего знакомства поменялся. Можно было бы поправить, да только боюсь, что тогда он опять напорется. А так не настолько выдаётся вперед.

Согласно рассказу Сильвера, уже изложенному экипажу патрульного катера, он вместе с несколькими тысячами других стал беженцем из примыкающего сектора Омикрон. Суть же сказанного Сильвером сводилась к настоятельному предостережению: берсеркеры в Омикроне не только нанесли поражение человечеству, но и могли бы дать нам фору по всем статьям и в тактике, и в стратегии.

У Клер сложилось отчётливое впечатление, что её собеседник забыл обстоятельства предыдущей встречи куда основательнее, чем она. С первого взгляда она не обнаружила в его облике и повадках ни беспокойства, ни замкнутости, выдающих преступника – впрочем, назвать её специалистом по этой части было бы большой натяжкой. И решила ни словом не упоминать о прошлой встрече.

Получив приглашение сесть, Сильвер сразу же воспользовался им, устало вытянув ноги и возложив их прямо в ботинках на соседний, свободный стул. После чего сказал:

– Я решил, что разумнее будет заглянуть в самую подходящую систему, чтобы попытаться разузнать, что к чему, а заодно проверить корабль. Смахивает на то, что последний залп корпус выдержал едва-едва. Всё посрывалось со своих мест. Я лишился куска обтекателя, когда ваш пилот дал по тормозам, чтобы приземлиться, – впрочем, тут уж не его вина.

– Мы позаботимся о вашем корабле, как сумеем. Но сперва, мистер Сильвер, если вы не против, я бы хотела услышать, что произошло в секторе Омикрон. Не только с вами, а вообще, в целом.

– Разумеется. Последние три-четыре стандартных месяца наша сторона только и делала, что получала пинки под зад.

– У вас имеются какие-либо гипотезы, объясняющие, почему так получилось?

– Вряд ли они достойны упоминания. В технике мы с проклятыми железками, как всегда, практически равны. А наши флотские командиры вряд ли дебилы… хотя пару раз выглядели круглыми идиотами.

– А что вы можете сказать по поводу своего собственного опыта? – Вообще-то комендант Норманди могла бы осведомиться холодным тоном: «А как идут делишки на Керманди, мистер Сильвер?» – лишь для того, чтобы посмотреть, как он отреагирует. Однако, даже не будучи специалистом в подобных делах, сочла, что настоящего секретного агента застать врасплох не так-то просто. Не говоря уж о том, что у ней и без того дел выше головы, не хватает только затеять какое-нибудь расследование.

Сильвер не выказал явного нежелания говорить о своих недавних приключениях, однако не стал вдаваться в подробности стычки, во время которой едва не лишился корабля, а заодно и собственной жизни; не захотел и слишком расписывать, каким образом ему удалось выбраться вместе с кораблём из обречённого сектора Омикрон. Когда «Волшебница» приземлилась на Гиперборее, техники наземной службы отрапортовали Норманди, что системы вооружения и генераторы силовых полей маленького корабля отчаянно нуждаются в подзарядке.

– Боюсь, ремонт вашего корабля придётся немного отложить.

– Да? И почему бы это? Я что-то не заметил, чтобы у ваших доков было дел невпроворот.

– У нас запланированы небольшие манёвры.

В данный момент все ремонтные и энергетические ресурсы приведены в полную боеготовность, чтобы без малейших отлагательств удовлетворить малейшие нужды каждого из кораблей ожидающейся эскадры.

И снова Гарри Сильвер отказался вдаваться в частности своего спасения.

– Это вы можете узнать из чёрных ящиков, – отмахнулся он, подразумевая специальные записывающие устройства на борту своего корабля; естественно, техническая служба уже проделала это, и полученные записи подтвердили рассказ капитана.

Однако некоторые темы всё-таки пробуждали у Сильвера словоохотливость, особенно ужасающая эффективность тактики берсеркеров, испытанная им на собственной шкуре.

– Давайте-ка вернёмся к общей картине.

Пощёлкав переключателями большого головизора, занимающего в кабинете чуть ли не целую стену, – того самого аппарата, на экране которого чаще всего появлялась Сэйди и по которому следила за приближением корабля Гарри, комендант Норманди вызвала весьма реалистическую схему, изображающую около трети пространства, исследованного достаточно тщательно и колонизированного человечеством, вышедшим за пределы Солнечной системы. Треть человеческого пространства заняла не более двух процентов беспредельных просторов Галактики, просто не укладывающихся в сознании. Но даже жалкие два процента Галактики охватывают миллиарды кубических световых лет, и схема показала всего-навсего несколько сотен звёзд – ничтожную долю миллиарда светил, находящихся в границах очерченного пространства.

Весь объём этого пространства был как попало разбит на секторы по системе, разработанной стратегами человеческих штабов. Близ центра схемы находился сектор, в который попала Гиперборея. А один из смежных секторов носил кодовое название Омикрон.

Комендант Норманди шевельнула пальцем, и местоположение Гиперборейской системы тотчас же было отмечено на схеме крохотным зелёным огоньком.

– Как получилось, что вы привели свой корабль сюда, мистер Сильвер? Я хочу сказать, что если вы действительно покидали сектор Омикрон, спасаясь от противника, то почему вы избрали именно это направление? – Теперь клин пространства, обозначающего сектор Омикрон, озарился прозрачным зеленоватым сиянием. Учитывая исходное положение корабля Сильвера в пределах этого клина, ему было бы логичнее искать спасения в ином направлении.

Сильвер заявил, что его загнали на старый, узкий фарватер, проложенный в лётном пространстве каким-то забытым разведывательным кораблём землян, и пришлось следовать этим фарватером. Согласно утверждениями Сильвера, на Гиперборею его занесло, кроме всего прочего, по чистой случайности.

– Я помнил, что в этой системе имеется колония, и полагал, что моему кораблю отнюдь не помешает немного постоять на стапелях.

Адъютант Сэйди слушала разговор, и теперь на экране появился уменьшенный графический образ её головки, чтобы заверить коменданта, что если Гарри Сильвер действительно пользовался стандартными картами и программами автопилота, они могли вполне могли привести его именно в Гиперборейскую систему.

Действительно, согласно стандартным картам, почти никогда не показывающим местоположения военных объектов, в системе имеется только старая человеческая колония.

Сильвер пояснил, что предпочёл не показываться в системе Керманди, раз этого можно было избежать.

– Сносить этих типов порой трудновато.

Клер Норманди кивнула в знак согласия. Подобные чувства разделяет подавляющее большинство людей.

– Значит, там вы вообще не задерживались?

– Нет, – Сильвер устремил на неё совершенно безучастный взгляд и продолжал: – Я помнил координаты вашей системы, бывал в штатской колонии на второй планете – разумеется, когда я навещал её в последний раз, этой базы не было и в помине. – Он окинул взором монолитные новенькие стены. – Это было стандартных лет пять назад – нет, пожалуй, даже чуть больше.

– Да, тогда нас здесь ещё не было.

Выйдя в нормальное пространство на окраинах системы, продолжал Гарри, он с удивлением обнаружил не только следы жизни и коммерческой деятельности небольшой планетки Благие Намерения, расположенной ближе к бурой карликовой звезде, но ещё и явные признаки активного присутствия человека на Гиперборее. Естественно, он известил о своём прибытии и вскоре обнаружил, что его уже засекли, и наперерез ему для инспекции вышел патрульный катер.

В личном деле Сильвера отмечалось, что он был, по крайней мере в прошлом, пилотом-истребителем берсеркеров, причём весьма искусным и опытным. Лаконичная запись оставляла довольно широкий простор для домыслов, не исключая даже вероятность, что он некогда принадлежал к ордену тамплиеров.

Клер ещё раз бросила взгляд на досье, видимое только с её стороны головизора, где виртуальная Сэйди держала его наготове. Нет ни единого основания предполагать, что этот человек состоит на службе у кермандийской диктатуры – разве что полнейшее отсутствие корней.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4