Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Люди Льда (№43) - Наказание за любовь

ModernLib.Net / Фэнтези / Сандему Маргит / Наказание за любовь - Чтение (Ознакомительный отрывок) (Весь текст)
Автор: Сандему Маргит
Жанр: Фэнтези
Серия: Люди Льда

 

 


Маргит Сандему

Наказание за любовь

1

Самый черный день в истории Людей Льда. Именно так следовало бы назвать восьмое мая 1960 года. Хотя, безусловно, за много столетий у них было много весьма неприятных моментов. Но в этот день несчастья просто обрушивались на них одно за другим — и все в один день.

Задуманная с таким размахом экспедиция в долину Людей Льда потерпела аварию на полпути. Тенгель Злой оказался сильнее, чем они предполагали. Все неприятности, выпавшие на их долю, объяснялись его страхом: он боялся, что они смогут добраться до долины.

Маленький Габриэл, единственный ребенок Карине и Иоакима, лежал, не подавая признаков жизни, на недоступном горном выступе над Гудбрандсдальслоген. Утес, камень не защитил его. Это было царство Шамы.

Марко, замечательный Марко, на которого все так надеялись, упал в водопад, когда попытался спасти мальчика. Человек Тенгеля Злого перерубил канат, на котором висел Марко.

Эллен пропала. Как и предсказывал Натаниель, одному из них пришлось поплатиться жизнью. Не исключено, что он может увлечь за собой и остальных, если они дадут волю чувствам. Именно это он увидел в болезненном проблеске света, когда они познакомились.

Сам Натаниель сильно пострадал от брошенной в них гранаты. Насколько сильно — не знал никто, меньше всех он сам. Испытывая ужасную боль, он слышал лишь голос Линде-Лу, похожий на стон: «Ее нет! Она исчезла и сейчас находится в Великой Бездне, пустоте, которую демоны боятся больше всего на свете. Великая Пасть поглотила Эллен!»

А потом на него навалилась темнота.

Пятая из избранных, Тува, со всех ног неслась к дремучему лесу, расположенному выше. Ее преследователи были беспощадны, в глазах у них читалась жажда крови. Люди Тенгеля Злого. И, тем не менее, она тащила за собой смертельно больного ирландца Яна Морагана, избавляя его от быстрой смерти и, возможно, обрекая на медленную и мучительную. Но сейчас она не могла мыслить здраво, а действовала, руководствуясь тем, что, по ее мнению, было милосердно. Стало совершенно очевидно, что у них двоих нет ни малейшего шанса выбраться из этой переделки живыми.

А в вестибюль Линде-аллеи входил сам Тенгель Злой в обличье Пера Улава Вингера, и Мали не узнала его…

Просто невозможно было представить себе день чернее.

Местные мужчины, пытавшиеся добраться до Габриэла, стояли, как парализованные, и смотрели в бездну, в которой исчез Марко.

— Храбрый был парень, — пробормотал один из них. — Пусть небо сжалится над ним.

— Нам, конечно, надо поискать на дне в Логене note 1, — сказал доктор. — Но пережить это падение он не мог. Давайте сосредоточим наши усилия на мальчике.

Ленсману, которого вызвал врач, пришлось сразу же заняться другим. Вместе со своими людьми он бросился в погоню за тем негодяем, что перерубил канат. Из глубины леса послышались выстрелы. Наконец ленсман вернулся.

— Ему удалось удрать на автомобиле. Я послал за ним нескольких ребят, но мы оставили машины слишком далеко отсюда, так что у него большое преимущество. Разумеется, я распорядился, чтобы на дороге поставили заграждения. Ну, а как здесь? Кто будет спускаться?

Воцарилось неловкое молчание.

— Мы, конечно же, позаботимся о том, чтобы ничего подобного больше не произошло, — быстро проговори ленсман. — За канатом будут следить все время.

Все мужчины хотели бы спуститься и вытащить мальчика. Но пропасть страшила их. Они думали о женах и детях, оставшихся дома, смотрели друг на друга и надеялись, что вот-вот объявится доброволец. И вдруг из леса появилось удивительное создание. Потом мужчины говорили, что никогда не видели ничего более отвратительного. Неуклюжий, одетый в коричневое мужчина с волосами, как из конопли, и глубоко сидящими глазами. Скрипучим голосом он спросил, нельзя ли ему спуститься вниз и помочь ребенку.

Все непроизвольно вздохнули с облегчением, и не задумываясь уже больше о его странной внешности, надежно обвязали его новым канатом.

— Тут был еще один, — сказал доктор. — Но он упал в водопад.

Руне кивнул, как будто он уже знал об этом, но не особенно беспокоился о судьбе Марко. Мужчинам, находившимся здесь с самого начала, ситуация наверняка показалась довольно забавной: сначала ребенка, находившегося там, внизу пытался спасти необычайно красивый мужчина. А теперь — необычайно уродливый.

Неуклюже и медленно, но без всяких колебаний Руне стал спускаться по стене утеса. Остальные с волнением наблюдали за спуском. Они видели, как он приближается к лежащему неподвижно мальчику. Когда этот какой-то деревянный и на удивление противный мужчина добрался до него, все с облегчением перевели дух. Они видели, как он стоит на выступе скалы, как губы его шевелятся — словно он говорит с кем-то. Но с мальчиком он говорить не мог, потому что тот был без сознания. Потом мужчина обвязал мальчика канатом и подал им знак: тащите. Вот тут-то парни задвигались быстрее. Теперь их уже ничто не пугало.

— А что же это был за псих, который перерубил канат? — спросил один из них, пока они тянули канат.

— Наверное, какой-то ненормальный, — ответил другой.

— До чего же странные вещи здесь творятся, — сказал третий. — А где девушка? Та, которая похожа на тролля — до того страшна. Ведь она-то и послала нас сюда. Ничего не понимаю!

— Да уж, здесь много всего непонятного.

Врач и ленсман молчали. Они с нетерпением ждали, когда мальчик и его странный спаситель будут подняты на поверхность.

С дороги послышался пронзительный сигнал «скорой помощи».

— Это я вызвал, — сказал доктор.

— А я послал своих людей вниз по течению реки — пусть поищут того, кто упал, — сказал ленсман. — Но думаю, что то, что сейчас происходит здесь, важнее.

— Ну разумеется.

Медленно-медленно мужчины тянули канат, и, наконец, один из них смог протянуть Руне руку. «Словно за деревяшку схватился», — говорил он потом.

Все сосредоточились на мальчике. Прибежали санитары «скорой помощи» с носилками и уложили на них Габриэла. Процессия тут же двинулась к шоссе.

— Я хотел бы поблагодарить… — начал было ленсман. — Но где же этот человек?

Таинственного спасателя нигде не было.

Мораган стал кашлять, и ему пришлось остановиться. Его больные легкие свистели, а во рту чувствовался привкус крови. Тува в отчаянии смотрела на него.

— Они уже рядом! Что же нам делать?

— Беги, — просипел Мораган.

— Никогда в жизни! Падай, — прокричала она. — Сюда, в камни!

— И ты тоже.

Она медлила. По правде говоря, места для двоих тут не было.

— Ладно. Но только заткнись! Не кашляй!

Легко сказать.

В последний миг им удалось вжаться между валунами. Оставалось надеяться, что их не заметят. Мораган пытался сдержать приступы кашля. Тува помогала ему, положив ладонь на его губы. Когда она заметила, что между пальцами ее струится кровь, то похолодела от страха.

Преследователи с шумом шли через лес. Они прошли мимо, выбрали самую, на их взгляд, вероятную дорогу в расселине, и, наконец, скрылись. Тува не могла поверить, что они не заметили их с Мораганом, но потом обнаружила, что видимость вокруг них плохая.

«Ага, — подумала она. — Тут явно кое-без-кого не обошлось!»

— Спасибо, — пробормотала она. — Спасибо тебе, кто бы ты ни был!

Она услышала веселый смех Халькатлы. Значит, она еще с ними! Здорово!

— Они вернутся, — прошептала Тува ирландцу. — Что будем делать?

Ответа она не получила. Мораган потерял сознание.

«Может, это и к лучшему, — подумала Тува. — По крайней мере, он не мучается».

Секунду она смотрела ему в лицо, на которое болезнь уже наложила свой отпечаток. Оно ей нравилось.

— Черт! — беспомощно прошептала она. — Черт бы тебя побрал!

Наверное, его можно оставить лежать здесь, ему они ничего не сделают. Но ей надо бежать.

И, тем не менее, она осталась.

Голоса приближались. Преследователи возвращались.

«Худо мне сейчас придется, — подумала Тува. — А Марко, моего защитника, со мною нет».

— Сделай же хоть что-нибудь, Халькатла, — пробормотала она. — Ведь ты же можешь связаться и с духами, и с демонами… Сейчас критический момент, разве ты не понимаешь?

— Я уже все сделала, — тихо ответила Халькатла.

Лес зашумел. Это был странный и мощный гул. Из леса вырвался ураганный ветер, в нем мелькали щепки, солома, камни, ветки. Деревья закачались.

Послышались крики преследователей:

— Опять этот чертов ураган! Он уже убил наших товарищей. В укрытие, скорее!

Эти крики ужаса, раздававшиеся вокруг, сказали Туве, что она спасена и на этот раз.

— Спасибо, демоны урагана! — крикнула она. — И тебе спасибо, Халькатла!

— Была рада помочь, — ответил кокетливый женский голос.

Лес затих.

Мораган пошевелился, застонал, но в себя не пришел. Тува взяла свой носовой платок и стерла следы крови со своих рук и с его лица.

— Бедняга, — прошептала она. — Бедняга, ты не заслужил этого. Ты кажешься таким… добрым.

Нет, не добрым, это все равно, что ничего не сказать. Симпатичным? Это лучше.

И тут она услышала шаги. Еще один преследователь? Она, не раздумывая, бросилась на землю.

— Тува? — раздался скрипучий голос.

— Руне! — обрадовалась она и с радостным воплем вскочила.

— О, Руне, спасибо, спасибо!

Она кинулась к нему на шею и стиснула его в объятиях.

— Да это не я, — улыбнулся он смущенно. И тут же посерьезнел.

— Это опять… демоны урагана?

— Да.

Он задумался.

— Да уж, пришлось им сегодня потрудиться. Но они уже много раз путали карты Тенгелю Злому, и он обратил на них внимание.

— Я думала, он уничтожен?

— Отнюдь. Сейчас он в Линде-аллее.

— Что?

— Этим займется Андре. А мы должны подумать о том, что происходит здесь и сейчас.

Тува на секунду потеряла дар речи. Наконец она смиренно произнесла:

— Но ведь он же ничего не может сделать демонам?

— Великая Пасть. Она вызывает ужас у всех демонов.

Тува содрогнулась.

— Но… Неужели она существует?

— Она уже поглотила Эллен.

— Что ты сказал?

— Да. Мне очень жаль.

Тува заплакала от отчаяния.

— Мы должны спасти ее!

— Оттуда? Мы даже не знаем, где она находится. Великая Бездна — это то же самое, что и гибель, не забывай об этом, Тува!

— О, Эллен, — всхлипывала Тува.

Мимо пронесся затихающий ураган.

— Спасибо, Тифон, — крикнул Руне. — Спасибо вам всем, демоны урагана! Но берегитесь! Он вам этого не простит.

Они ответили высокомерным глухим смехом и исчезли.

— Руне, у меня просто руки опускаются, — прошептала Тува.

— А ведь я тебе еще и половины всего не рассказал. Тенгель Злой нанес нам серьезный удар. Серьезнее, чем мы думали. Но мы должны продолжать. А вот с ним, как я вижу, дело плохо.

— Ты можешь что-нибудь сделать для него, Руне? — спросила она. — Его зовут Мораган. Он хороший человек. А Марко не может?

— Марко сейчас ничего не может, — быстро ответил Руне, он не хотел рассказывать о том, что произошло у водопада.

— Ладно, помоги мне его поднять!

Они взвалили Морагана Руне на спину и пошли к дороге.

— Не могла бы Халькатла мне показаться? — поинтересовалась Тува. — Немного сложно, когда не знаешь, с какой она стороны.

— Ну конечно, — сказал Руне, улыбнувшись. — И потом она тоже может помочь нести его.

Появилась нежно улыбающаяся Халькатла — она оказалась слева от Тувы, хотя та ожидала ее появления с правой стороны.

— Еще раз добро пожаловать, — сказала Тува, которая прекрасно чувствовала себя в обществе Халькатлы. Эти две души понимали друг друга без слов.

— Мы должны доставить его в больницу, — сказал Руне о Морагане.

— В Лиллехаммер? — спросила Тува. — Это единственная больница здесь поблизости, но тогда нам придется возвращаться! А у нас нет на это времени.

— Нет, но мы можем отправить его больницу в машине «скорой помощи».

Все в Туве воспротивилось этому.

— Я как будто чувствую личную ответственность за него.

— Понятно, но тогда тебе тем более не следует тащить его дальше. Он умирает, разве ты не видишь?

Тува ничего не ответила. Она чувствовала себя удрученной и подавленной.

Так же, как когда-то Криста, ее родственник Марко заметил, как скорость его падения словно бы чем-то притормозилась.

Когда канат, на котором он висел, оказался перерубленным, и Марко, переворачиваясь, падал в бурлящий водопад, он думал об одном: «Я уже больше не черный ангел, я почти человек, и не смогу это пережить». Но Криста, которая не была даже избранной, все равно могла если и не летать, то, во всяком случае, держаться в воздухе дольше, чем обычные люди. Почему же ему не попробовать это сделать, ведь он гораздо ближе к Люциферу, чем она?

Он знал, как Криста это проделывала. Надо растопырить руки и пальцы — и падение замедлится. В этот самый миг он приблизился к ревущим каскадам воды в Гудбрандслогене, и тут его пронзила другая догадка: Утес, камень не защитил его. А вода? Что сказал Дух воды Таран-гая? «Вода понесет тебя, но не сомкнётся над тобою». Но что если там, где он упал, слишком мелко? Если он тут же коснется дна?

Он еще не успел ни о чем подумать, как его окружили бурлящие волны и потащили вниз к водопаду. Он очутился в глубоком омуте на дне рокочущего водопада, весь в синяках, ушибах, но живой.

«Меня спасли три вещи, — думал он, пытаясь добраться до берега и боясь, что вода снова потянет его за собой. — Та же способность, что была у Кристы: умение затормозить падение, используя сопротивление воздуха. Потом еще защита, которую дал Дух воды с Горы демонов. И, наконец, то, что я — черный ангел».

Вот почему он сохранил бессмертие, хотя уже и не обладал всеми свойствами черных ангелов в полном объеме. Он мог удариться, как и обычный человек. Но единственный сын Люцифера не мог умереть.

Рука его нащупала опору, молодую березку, наклонившуюся над водой. И вскоре он уже стоял на берегу, конечно, гораздо ниже по течению реки, чем место, где упал, но живехонький. И умеренно пострадавший. Он хромал, потому что здорово ударился ногой, и руку жгло огнем после падения в воду, но больше его ничего не беспокоило.

Своего собственного защитника у Марко не было. Но все черные ангелы были с ним, и один из них стоял сейчас на берегу.

— Тебе не надо больше туда подниматься, — сказал его друг черный ангел. — Руне об этом позаботится, он сейчас вытащит мальчика. Тебе лучше быть с Тувой, ей ты больше пригодишься. И будет лучше, если по дороге к ней ты прихватишь бутылку Эллен. Мы покажем тебе, где она спрятана.

— А сама Эллен? Почему она сама не может?..

— Эллен больше нет.

Черный ангел рассказал, как ее поглотила Великая Пасть, или Бездна. Марко потерял дар речи от горя. Они долго стояли молча, не могли говорить.

— А Натаниель? — спросил наконец Марко.

— Он ранен той же гранатой, что убила Эллен. Мы работаем с ним, больше я ничего не знаю.

— Ну что, полный крах? По всему фронту?

— Да. И Тенгель Злой проник в саму твердыню, Линде-аллее.

Марко несколько раз глубоко вздохнул.

— Отведи меня к Туве, немедленно! Я сейчас больше человек, чем дух, вы можете мне помогать?

— Нет. Мне жаль, Марко, но Источники жизни имеют отношение только к людям, но не к духам и черным ангелам. Будучи сыном нашего повелителя, в долине Людей Льда ты будешь бесполезен, ты не сможешь найти кувшин с водой зла. Это может сделать только человек. Поэтому мне не разрешено помогать тебе сейчас. Я не оставлю тебя, но выбираться из этой расселины тебе придется самому.

Марко испытующе посмотрел на голые стены утеса.

— Царство Шамы, — пробормотал он. — Как же мне?..

Глаза его следили за стремительным бегом реки вниз в расселину. В самом низу река становилась шире, а местность — ровнее.

— Вода и земля не сделают мне ничего плохого, — пробормотал он. — Давай, дружище!

И он бесстрашно вновь бросился в бурлящий водопад.


Откуда-то донесся монотонный вой сирен. Полицейская машина? Нет, наверно, «скорая помощь». Приятно покачивало, будто он лежит в лодке…

Натаниель очнулся, вернувшись в мучительную действительность.

— Эллен, — чуть слышно произнес он.

— Ну-ну, лежите тише, — принялся уговаривать его чей-то заботливый голос.

Натаниель закричал в страхе и отчаянии:

— Эллен!

Кто-то воткнул ему в руку шприц. Сирены выли, машина «скорой помощи», резко повернув, подъехала к ним, его крепко пристегнули к носилкам — чтобы не соскользнул. Он открыл глаза. Рядом был санитар. Больше никого — потому что из-за носилок места больше не было.

— Я потерял Эллен, — прошептал Натаниель.

Но успокоительное лекарство притупило боль и печаль, и он услышал ответ:

— Я не знаю, кто такая эта Эллен, в ангаре ты был один. Она была там вместе с тобой?

— Да.

— Ну, тогда, значит, успела выскочить.

— Но один из нас должен был умереть, я знаю это, я чувствовал дыхание смерти, оно наполняло собой весь ангар.

Разумеется, санитар никак не мог взять в толк, о чем это он, и решил, что Натаниель бредит.

— Рядом с тобой в ангаре было несколько мешков цемента, — сказал этот молодой человек. — Они разорвались, когда бросили гранату, так что поднялась жуткая пыль, об этом мне рассказали работники аэродрома. Все было в серо-белой пыли. Но там лежал только ты, носом вниз, раны на спине и боку сильно кровоточили. Если бы там был хоть кто-то еще, то, по меньшей мере, остались бы следы крови или же просто следы — ведь она могла убежать. Но там ничего не было.

Натаниелю казалось, что голос доносится откуда-то издалека. Последней его мыслью было, что ни один человек не может исчезнуть совсем. А между ним и Эллен всегда была телепатическая связь…

Из последних сил он сосредоточился, чтобы вступить с ней в контакт. Но было, наверное, слишком поздно, мысли его разбегались. И он не успел получить ответа, даже в подсознании. Эллен пропала бесследно.


Маленький Габриэл очнулся в белой комнате.

Пахло больницей. Тело болело почти невыносимо. На левой руке была повязка, но без гипса. «Хорошо, что рука не правая, — подумал он, словно в тумане. — Тогда бы я не смог вести дневник».

Потом он почувствовал ужасную боль, которая как будто только и выжидала, чтобы накинуться на него. Как же болит голова! Затылок просто раскалывается. Он застонал. «Мама, — подумал он. — Я хочу к маме!» Но даже если бы мама сейчас подула на больное место, это бы не помогло. Невероятно больно!

— Привет! — произнес чей-то голос.

Над ним склонился приветливо улыбающийся врач:

— Ну, вот ты, наконец, и очнулся.

— Да, — попытался сказать Габриэл, но голоса не было.

— Тебя, наверное, ангелы хранили, мой мальчик!

В ответ Габриэл издал какие-то булькающие звуки.

— Что ты сказал? — весело переспросил доктор. — Черные ангелы? Таких не бывает. А если б даже и были, то вряд ли бы стали помогать мальчикам, которые падают с обрыва.

«Что ты об этом знаешь», — подумал Габриэл. Он слишком устал, чтобы произнести это вслух. Он закрыл глаза.

Позже — сколько времени прошло, он не знал, — он снова очнулся. Рядом с ним, на соседней кровати, кто-то стонал. Габриэл взглянул на нее. Сначала ему было трудно что-то разглядеть. На минуту ему показалось, что вид загораживают две высокие черные фигуры, но потом он опят смог видеть нормально. И первой его реакцией была радость.

— Дядя… То есть, Натаниель! Неужели это ты?

Внезапно он испугался. Натаниель выглядел ужасно плохо. И каким же печальным он казался! Что он делает здесь, в больнице, почему лежит в кровати?

— Натаниель? Ты меня слышишь?

Похоже, в комнате кроме них никого больше не было. Его дядя задвигал губами, он казался каким-то одурманенным.

— Эллен, — прошептал он. — Они забрали Эллен.

Габриэл испугался и попытался приподняться на локте, но ничего не вышло. Ой, нет, опять голова разболелась! И все тело. Болели и руки, и ноги, и туловище.

— Натаниель, — сказал он настойчивее. — Как ты? Это я, Габриэл, я тоже в больнице.

Наконец Натаниель понял. Он повернул голову к кровати мальчика. Но взгляд его затуманен, похоже, ему сделали укол, или что-то в этом роде.

— Габриэл, малыш, — нежно произнес он. — Как ты?

Они немного поговорили о своих болячках, а потом Натаниель сказал:

— Линде-Лу что-то сказал мне как раз в тот момент, когда я потерял сознание. Он упомянул Великую Бездну.

— То есть, ты думаешь, что Эллен…

— Я не могу этого понять, но подумай, вдруг правда? Нет, этого не должно быть, этого не может быть!

— Но если это правда, — плачущим голоском сказал Габриэл. — Кто же это сделал? Кто ее забрал, я хочу сказать? Неужели это был сам Тенгель Злой?

— Ну, не сам он, а мужчина, который вошел в ангар. Тот, кого зовут Номер Один. Габриэл, когда я с ним встретился взглядом, у меня мурашки по коже побежали. Это было самое отвратительное живое существо, которое мне только доводилось встречать. Мы повидали немало, и на горе Демонов, и среди сторонников Тенгеля Злого, но это было что-то совсем другое. Еще хуже. Потому что он был человек. Ты понимаешь, о чем я?

— Думаю, да, — неуверенно ответил Габриэл. Натаниель закрыл глаза.

— Мне кажется, именно он сделал это с Эллен. Другого просто не может быть.

Он подавленно продолжал:

— Я мобилизую наших союзников — всех до единого, и среди духов, и среди демонов, чтобы выяснить, где находится эта Великая Бездна. Если она вообще существует, в чем я сомневаюсь. Но где же она может быть? Верь мне, Габриэл, я не сдамся, пока не найду Эллен — живую или мертвую!

Габриэл хотел, было, возразить, что на самом деле у них другая задача, но ему показалось, что говорить сейчас о долине Людей Льда было бы слишком мелочно. К тому же ни он, ни Натаниель в данный момент вообще ничего не могли бы сделать. Им оставалось только смирно лежать в кроватях, пока врач не даст им сигнал «на старт».


Мали не узнала Тенгеля Злого в обличье Пера Улава Вингера. Но Бенедикта была из тех, кто отмечен проклятием. Она, ничего не подозревая, вышла в прихожую, чтобы взглянуть на агента по продаже пылесосов, которого они не вызывали, и вдруг остановилась, как вкопанная. Она уставилась на мужчину, стоявшего у шкафа в прихожей. Он рассматривал его, повернувшись к ней спиной. Бенедикта почувствовала отвратительный запах, но самое главное было не в этом. Хотя Пер Улав Вингер был высоким мужчиной без малейших признаков сходства с Тенгелем Злым, Бенедикта как будто видела его насквозь. Она видела, что таилось в этом ничем не примечательном человеке. Не сказать, что она ясно видела Тенгеля Злого, нет, но почувствовать, что он здесь, она смогла.

Она успела прошептать несколько слов Мали:

— Быстрее! Беги к Волденам — и тем, и другим, предупреди их! Всех детей надо увезти, об этом необходимо сказать всей родне!

Мали с удивлением посмотрела на нее, и Бенедикта кивнула. Невестка вышла из комнаты.

Мужчина повернулся, одновременно надевая на себя солнечные очки. Но Бенедикта успела разглядеть злобные желтые глаза. Она знала, что уцелеть ей не удастся. Отчасти потому, что она была уже слишком стара, отчасти и потому, что должен же был кто-то его задержать, чтобы другие могли скрыться. Но внешне она была совершенно спокойна, хотя сердце ее бешено стучало. «Сандер, — думала она. — Сандер, дорогой мой друг, сколько же лет прожила я одна, без тебя. Но теперь все».

И она повела себя так, как будто перед ней и вправду был агент по продаже пылесосов.

— Я слышала, Вы получили информацию о том, что нам нужен пылесос? — любезно спросила она. Надо было потянуть время. — Наверное, тут какое-то недоразумение, наш старый работает прекрасно.

Но Тенгель Злой времени терять не захотел.

— Бенедикта, — произнес он с глубоким презрением и снова снял с себя черные очки. — Наконец-то мы лицом к лицу. Ты, которая перечила мне в годы своей молодости. Где она, кстати? Ты выглядишь жалко. Мое наследство тебя не пощадило, рад видеть это.

Она распрямила спину:

— Вон из моего дома! Немедленно!

Он холодно рассмеялся:

— Послушайте только!

Тенгель Злой подошел на шаг ближе, и отвратительное зловоние почти лишило ее сознания.

— Боишься за свою жизнь, как и все вы — жалкие смертные. Но я могу сохранить ее тебе. Если ты скажешь, кто помогал тебе у Ферьеусет. Кто разрушил там портрет моего божества, который так нужен мне сейчас, жизни бы не пожалел за него. Кто был этот негодяй?

— Этого я не скажу.

— Тогда я убью всех детей рода.

— Ты все равно их убьешь.

Этот ответ совершенно вывел Тенгеля Злого из себя.

— У тебя последняя возможность спасти их всех. Кто это был?

— Можешь угрожать мне, сколько хочешь, — сказала Бенедикта, сердце ее обливалось кровью. Она больше никогда не увидит всего этого. Линде-аллее. Сына Андре и его Мали. Внука Рикарда и его маленькую семью. Но она жила долго. Ей было почти девяносто лет. И она прожила богатую событиями жизнь.

Когда Тенгель Злой понял, что ничего от нее не добьется, костлявое лицо Пера Улава Вингера исказилось, и из разверстой глотки прямо на нее обрушилось серо-зеленое облако. Бенедикта отпрянула, казалось, все тело ее горит от невыносимых зловонных испарений, а в легкие больше не поступает воздух. И не сопротивляясь, она опустилась на пол.

Пер Улав Вингер зашел в дом, он хотел найти остальных. Но они уже убежали из Линде-аллее. Тогда он, яростно шипя, рванулся к следующему дому Людей Льда.

Кто-то помог Бенедикте встать. Хейке. Ее защитник.

— Мы позволили этому произойти, Бенедикта, — сказал он и нежно улыбнулся ей. — Потому что сейчас Тенгель Злой накликал на себя беду. Ты нужна нам. Там ты будешь полезнее, а для него — опаснее, ведь ты же можешь читать историю вещей и находить то, что спрятано.

— Но он ищет остальных! Детей. Их необходимо спасти!

— Мы как раз боремся с этой опасностью.

И вдруг она увидела, что они были уже не одни в комнате. Там оказался Тенгель Добрый. И Суль. И Шира. Бенедикта, ошеломленная, приветствовала их, и они сказали ей «добро пожаловать».

— Сама видишь, нас здесь немного, — сказал Тенгель Добрый. — Все другие заняты тем, что помогают своим подопечным спастись от нашего злобного прародителя. Я не могу сказать вслух, куда их отводят, но ведь ты знаешь, правда?

Да, Бенедикта поняла. Детей отвели на Гору Демонов, соблюдая все правила предосторожности. Слава Богу, у Тулы они в безопасности!

Она осмотрела себя и обнаружила, что на ней больше нет приличествовавшего ее возрасту солидного платья. Вместо этого она была, как и они, облачена в простую, светлую тунику. А ее руки? Все коричневые пятна и набухшие вены, появившиеся с возрастом, исчезли.

— Да, ты снова молода, Бенедикта, — улыбнулась Суль. — И ты потрясающе хороша и женственна. Настоящая женщина, какой ты и была всегда.

— Спасибо, — удивленно произнесла она. — Я всегда считала себя большой, неуклюжей и мужеподобной.

— Ты ошибалась, — констатировала Суль. — Можно иметь крупное тело, но все равно быть женственной!

— Ну да, — сказала Бенедикта неуверенно, но про себя вздохнула от счастья. Если бы только Сандер был с ней! Но вот что удивительно: она уже не так тосковала по нему. И поняла, до чего же здорово быть в компании духов.

— Теперь я готова, можно начинать, — сказала она.

Не успела она это произнести, как к ним присоединилась Ингрид. Она выглядела немного озабоченной.

— Мари отказывается отпустить детей, — сказала она. — И я не могу уговорить ее.

— Значит, отними их силой, — сказал Тенгель Добрый.

— Мы так и сделали, с четырьмя младшими. Но Кристель влюблена в какого-то парня и не хочет на Гору Демонов.

— Я знала, что у нас будут проблемы с этими двумя, — сказала Суль сквозь зубы. — Мари и Кристель никогда не были нашими. За Кристель отвечает Ину?

— Да. Ему помогает Тула, но ни мать, ни дочь не понимают опасности. Они не верят, что Тенгель Злой на свободе.

— Я заберу их, — прошипела Суль и исчезла в злобном вихре воздуха, все вокруг закружилось, подхваченное им.

Но она опоздала. Кристель была мертва, оживить ее было уже невозможно. Мари сидела, держа ее на руках, и кричала от горя.

Борьба стоила жизни еще одной жертве.


Тенгель Злой призвал к себе своего ближайшего сподвижника, так называемого Номер Один.

«Выполнена ли задача?»

«Я забрал девчонку. Ту, которую зовут Эллен. Она уничтожена. Но он оказался слишком силен».

«Натаниель? Что ты имеешь в виду под „слишком силен“?»

«Не знаю. Не может быть, чтобы он был обычным человеком».

«Твои люди захватили только одного из детей. Что вы за болваны?»

«У них могущественные помощники».

«Чепуха! У меня еще более могущественные. Что за помощники?»

«Демоны урагана. Они повсюду и нарушают все наши планы».

«Я слышал о них. Уж больно они надоедливы. И неблагодарны, жалкие твари. Осмелились отказаться служить мне! Отправьте их туда же, куда и девчонку! Эллен, я имею в виду».

«Слушаюсь, мой повелитель».

Тенгель Злой прервал телепатическую беседу. Он был доволен своим ближайшим соратником. Лучшего он и выбрать не мог! Но сейчас он был раздражен. Все дети, кроме одного, исчезли. Они укрылись в каком-то тайном месте, он не мог понять, где. Ладно, тогда он им отомстит! Начнет с малого. По одному в каждом доме…

В Линде-аллее он уже разделался с самой опасной — Бенедиктой. Прекрасно! Остались Волдены.

Здесь он встретил только Ханне, жену-француженку Ветле. Из Людей Льда не было никого, но хватит и ее, пусть это будет устрашением и предостережением другим. С ней он особо церемониться не стал, даже не представился. Ханне, которую, конечно же, предупреждали, но которая видела перед собой лишь обычного человека в солнечных очках, не могла защитить себя. Поскольку Ветле и она сейчас жили в доме Йонатана, другим удалось спастись.

Об Иоакиме и Карине он не беспокоился. У них был сын, этот самый Габриэл, за которым охотились его люди, скоро они должны схватить его. Но родителей Натаниеля он ненавидел — за то, что у них был такой сын, как он. Кристы не было дома. И жертвой его стал Абель Гард, который попытался прогнать Тенгеля Злого с помощью Библии и могучего библейского слова. С тем же успехом он мог бы просто помахать платком. Абель упал на пол, ни в чем неповинный Абель.

Рикарду и Винни удалось спастись. Тенгель Злой предпочел сосредоточиться на их упрямой дочери, Туве. Уж ее-то он схватит с огромным удовольствием!

У Скогсрудов он уже забрал Эллен. Как и Кристель у Мари и Уле Йоргена.

Эллен, Бенедикта, Ханне, Абель, Кристель… На этот раз довольно будет и этого небольшого предупреждения.

Не больно-то он уважал женщин, Тенгель Злой. Четверо из пяти жертв были женщины. Сам он вполне доволен этим днем. Но он сможет чувствовать себя в безопасности лишь тогда, когда уничтожены будут все. А теперь он собирается на север. Он хочет навестить место, где спрятал воду зла, но по другим мотивам. Он хочет испить этой воды, чтобы обрести полную силу. Уж больно они назойливы, те, кто пытается его опередить.


Давайте же ненадолго оставим всех остальных и сосредоточимся на Туве и ее спутниках. Ведь это именно она должна была доставить чистую воду дальше — в долину Людей Льда, потому что Эллен пропала, беспомощные Натаниель и Габриэл лежали в больнице в Лиллехаммере, а Марко пытался выбраться из глубокого ущелья в Гудбрандсдальслогене и сражался с огромными летучими мышами Тенгеля Злого, которые пикировали на него с обрыва.


Мораган снова мог идти самостоятельно, но голова у него кружилась, он был слишком слаб, так он сказал, так что пользы от него было немного. Тува утешала его тем, что в настоящий момент и от нее толку было не больше. Он с удивлением поглядывал на двух их новых спутников.

— Это Руне, — представила Тува. — Очень хороший друг нашей семьи. А это Халькатла. Она… моя душа-близнец.

2

Мораган не произнес вслух то, о чем подумал: что от этой весьма привлекательной девушки со старомодным именем и странной речью у него по спине холодные мурашки бегают. И что Руне выглядит так, будто составлен из обрубков дерева и клочьев соломы. Но как же сверкают его глаза под непослушной челкой!

Откуда они появились прямо посреди леса?

Ян Мораган даже подумал грешным делом, не умер ли он, может, все то странное, что он пережил рядом с этим семейством, на самом деле предсмертный кошмар?

Они снова были у машины. Она стояла там же, где и раньше, но противники явно не удостоили ее вниманием: одно колесо спустило. Тува боялась приближаться к машине. Там могли быть новые бомбы. Но Руне только успокаивающе кивнул ей и пошел к машине один. Он тщательно осмотрел ее и объявил, что все в порядке.

Оказалось, что вот тут-то Ян Мораган может быть полезен. Тува не имела ни малейшего понятия о том, как ремонтировать машину.

— Наверное, должно быть запасное колесо, — сказал Мораган.

Да, она тоже так считала. Колесо достали. Сам Мораган помогать не мог, но под его руководством они быстро принялись менять колесо.

Наконец все было готово.

Тува медлила.

— Мораган, ведь мы же должны отвезти тебя назад в больницу, в Лиллехаммер…

Он грустно улыбнулся:

— Зачем? Что мне делать в больнице? Лежать и медленно умирать? Я еду на север, и если вы в состоянии выдержать мою компанию, то я хотел бы продолжить путь вместе с вами.

Они так просияли, все трое, что на сердце у него потеплело.

— Как жаль, что я не встретился с вами раньше, — пробормотал он растроганно. — Когда у меня было еще несколько лет в запасе.

Тува не знала, что ей на это ответить, поэтому лишь произнесла грубовато:

— Давай, лезь в машину!

Халькатла вдруг предостерегающе положила ладонь на ее руку. Другие посмотрели туда же, куда смотрела светловолосая ведьма.

— Ох, — спокойно сказал Мораган. — Еще проблемы. Что это там?

Дорогу преграждало что-то совершенно невероятное. Пока они стояли и смотрели, дорога вдруг покрылась трещинами — так, что куски асфальта с треском посыпались во все стороны. Трещина разверзлась, и из-под земли стала медленно расти гора. Она становилась все выше и выше, и они уже не могли видеть того, что было за ней.

— Это просто обман зрения, — дрожащим голосом попыталась успокоить всех Тува.

— Нет, не думаю, — ответил Руне. — Смотрите, это вообще не гора!

Теперь они видели, что вершина горы была не из камня. Казалось, два огромных локтя прикрывают голову. Медленно, медленно все это поднималось над землей.

— Но что же это такое? — прошептала Тува. Никто из них не мог ни бежать, ни двигаться. Словно бы ноги прочно приклеились к асфальту.

— Вероятно, это те чудовища, которые подвластны Тенгелю Злому, — ответил Руне. — Всех я не знаю. Но вы должны помнить, что ни одно из существ, населяющих параллельный мир, не видимый людьми, не является случайным. Все духи, все демоны или чудовища имеют свое особое значение. Что вот это, я не знаю. Пошли, мы должны развернуть машину.

— Нет, постой, — прошептала Халькатла. — Неужели ты не узнаешь его, Руне?

«Горная вершина» развернулась, то есть убрала локти, и их взорам предстала голая сероватого оттенка голова. Показалось лицо с правильными чертами, глазами, похожими на черные бездонные колодцы, в которых плясало маленькое зеленое пламя. Издевательский, презрительный смех…

— Шама, — прошептал Руне. — Да уж, его забыть трудно. Ладно, поехали!

Шама, Дух Камня. Повелитель угасающей надежды, внезапной смерти. На вид не опасный, с вечной иронией в уголках глаз. Но опаснее кобры!

Грубая, но точеная рука потянулась к ним, пытаясь схватить. Тува закричала. Было совершенно ясно, что спастись им не удастся. Она была рада, что во второй половине дня движение здесь было не особенно оживленным. Только бы здесь сейчас появилась другая машина… Ей не хотелось, чтобы пострадали невинные люди.

Они, все четверо, забрались в машину, и Тува постаралась развернуть ее. Тень огромной руки с длинными когтями упала на них.

А рядом с дорогой стояло другое устрашающее, но человеческое создание.

— Господи, — прошептал Мораган. — Это еще что такое?

Руне и Халькатла по крайней мере в безопасности. Но Тува и Мораган живые люди.

Они снова услышали чудесный грохот демонов урагана Тифона.

— Спасибо! О, спасибо! — простонала Тува. Она вдруг заметила, что обливается холодным потом от страха.

А Руне вскричал:

— Посмотри наверх, Тифон! Посмотри!

Демоны урагана вздыбили землю вокруг Шамы так, что он был полностью ослеплен. Вокруг него грохотал ураган, распространялась невыносимая жара, земля смешалась с болотной водой, и все поняли, что сейчас Тифону помогали четверо Духов Таран-Гая: Земли, Огня, Воздуха и Воды.

Четверо в машине съежились, чтобы укрыться от удушающих порывов ветра, Мораган пытался закрыть окно со своей стороны, но оно никак не хотело закрываться. В щель влетали земля и мелкие камни. Стоял какой-то дьявольский гул, воздух был полон смертоносных частичек земли и кусков асфальта с дороги. Один из них стукнулся в лобовое стекло машины, и они в страхе попадали вниз. Но что удивительно — стекло выдержало.

С Шамы было довольно. Он отступил перед превосходящей силой. Яростно жестикулируя, грозя демонам урагана и четырем духам — которых люди, конечно же, не видели, но о которых догадывались, — он с воем скрылся под землей. Дорога снова сомкнулась над ним, как будто там и не было никогда трещины.

Но ужасное человеческое существо, там, у обочины дороги, которое они не могли ни узнать, ни схватить, оно лишь вызывало у них непреодолимое отвращение, осталось.

Руне закашлялся и стал отплевываться, во рту у него была земля.

— Поезжай, — просипел он. — Ты должна ехать так, будто за тобой по пятам гонится вся мерзость этого мира. Потому что это — ближайший подручный Тенгеля Злого, почти такой же опасный, как и он сам.

— Номер Один? — пробормотала Тува, она уже завела машину.

— Да. Ну, ну, сейчас держитесь! Я вас предупреждал!

Они увидели, как ужасное существо протягивает руки к урагану. В глазах его была ненависть и торжество.

Демоны урагана закричали. Они выли от страха, Тува никогда не слышала звуков ужаснее, демоны кричали изо всех сил. Ей пришлось затормозить и закрыть уши руками, чтобы не разорвались барабанные перепонки. Мораган сделал то же самое.

И в этом шуме они расслышали голос Тифона:

— Помогите нам! Помогите! Великая Бездна!

Руне прокричал в ответ:

— Мы все сделаем!

Но что могли они сделать? Ураганные крики стихли под землей и растворились в последнем протяжном и жалобном вое.

— Заводи машину снова, — приказал Руне. — Быстрее! Не поворачивай! Езжай на север!

Тува торопилась. Машина сделала мощный рывок вперед, запрыгала по дороге, как пугливая лягушка, пока не вошла в ритм.

Халькатла обернулась:

— Он исчез, — удивленно произнесла она. — Что с ним сталось?

— Они считают, что с нами торопиться не стоит, — неуверенно сказал Руне. — Значит, мы все равно у них в западне.

Но и он выглядел удивленным.

Халькатла продолжала бдительно смотреть назад.

— Тут какая-то малюсенькая машинка…

Тува глянула в боковое зеркальце:

— Мотоцикл! Господи, да это же Марко! Ой, как же я рада!

— И ты не одна, — произнес Руне, широко улыбаясь.

— О, какое блаженство, — вздохнула Халькатла. — Мой герой!

— Кто такой Марко? — спросил Мораган, пока Тува останавливалась.

— Он не взаправду, — объяснила Тува, глаза ее сияли. — Интересно, не он ли…

Руне ответил задумчиво:

— Возможно, не он сам. Но те, кто защищают его.

Мотоцикл затормозил рядом с ними. Мораган смотрел во все глаза. «Он не взаправду». Пожалуй, самое лучшее объяснение этому невероятно красивому мужчине. Несмотря на множество ссадин на лице, красив он был, как бог.

Все вылезли из машины. Марко снова с ними, и они теперь способны на многое! Тува, запинаясь, но все равно достаточно бойко, рассказала о том, что только что произошло. Марко с серьезным видом кивнул.

— Да, о Номере Один позаботились мои друзья. Он гораздо опаснее, чем мы предполагали…

— Но ведь он же сейчас уничтожен!

— Нет, отнюдь! Это невозможно. Вы же сами видели: демоны урагана его и с места сдвинуть не могли.

— Что же с ним стало?

— Он отступил. Мои друзья не могли предстать перед ним в своем истинном виде, они не посмели. Но все двадцать — это оказалось для него слишком много. Лучше удрать, чем потерпеть поражение. Но демоны урагана, какая трагедия! Они ведь там помогли нам!

— Да. А кстати, с тобой-то что случилось? — спросила Халькатла.

— Летучие мыши. Огромные, как совы. Я даже не смог защититься от них сам. Да уж, нелегкий выдался денек для наших друзей, — сухо закончил он.

Они договорились, что Марко поедет за ними на мотоцикле, который он забрал у аэродрома вместе с бутылкой Эллен.

Марко с ними, и им сразу же стало легче.

Похоже было, что вмешательство черных ангелов обескуражило Номер Один, потому что их надолго оставили в покое. Но им было нелегко забыть тех, кого они потеряли — Эллен и демонов урагана.

— Подумайте, а что, если они схватят и черных ангелов? — со страхом в голосе проговорила Тува, пока они сидели в машине и доедали остатки взятой с собой еды. Наступил вечер, стоило подумать о ночлеге. Где можно было переночевать? Пока они ставили машину на стоянке у дороги, с дороги их видно не было.

— Черных ангелов они схватить не могут, — ответил Марко. — Во всяком случае, не смогут расправиться с ними так, как с демонами урагана. Но сейчас мне придется вас огорчить…

— Ты нас покидаешь? — быстро спросили девушки.

— Да нет. Но один из черных ангелов сообщил мне…

— Я знаю, — тихо сказал Руне. — Только говорить не хотел.

— Что? — нетерпеливо спросила Тува. — Ну-ка, выкладывайте, что вам известно!

Марко сказал очень осторожно.

— Тенгель Злой прошелся по всем домам.

— Что? — заплакала Тува. — Кто? Что он сделал?

Марко тяжело вздохнул:

— Я был очень удручен, когда получил эти известия. Не знаю, стоит ли мне говорить вам об этом. Но черные ангелы считают, что вы должны знать, что происходит.

— Еще бы! — фыркнула Тува, она очень сильно стиснула его руку, сама не замечая этого. — Если что-то случилось с мамой или папой, я убью Тенгеля Злого!

Он не стал напоминать ей, что именно это они и пытаются сделать все время, но их прародитель, к несчастью, бессмертен.

— Нет, твои родители живы, Тува. Вероятно, он считал, что это может сломить тебя, стать наказанием за то, что мы сейчас делаем. Да, потому что это выглядит как месть с его стороны, это же совершенно очевидно.

— Да, спасибо, он сказал мне об этом еще когда я его встретила, путешествуя во времени. Прежде всего он отыграется на своих собственных потомках-предателях. Но что же он сделал?

— К сожалению, в Линде-аллее погибла самая лучшая из нас — Бенедикта.

— Прабабушка? — фальцетом закричала Тува. — Нет, это невозможно!

Она заплакала.

Марко объяснил ей, что Бенедикта сейчас у своих предков вместе со всеми духами Людей Льда. Тогда Тува немного успокоилась. Потом он рассказал о Ханне, о Кристель, и Абеле Гарде.

— Отец Натаниеля, — прошептала Тува. — И маленькая Кристель. Она была совсем еще дитя!

— Ну, на самом деле ей было восемнадцать лет, и, по правде говоря, она сама виновата.

— Да, понятно, но все равно! Дьявол! Я ему покажу!

Она плакала и шмыгала носом, изрыгая всевозможные проклятия в адрес Тенгеля Злого. Она припала к Морагану, сидевшему рядом, и он, утешая, обхватил ее за плечи. Она плакала, и его куртка стала мокрой от слез. Остальные не мешали ей выплакаться; трагедия не затронула их так же близко, как ее.

— Тенгель Злой по-прежнему не знает, кто я, — сказал Марко. — Надеюсь, вы не проговоритесь?

Все поспешили уверить его в этом. Наконец Тува успокоилась настолько, что могла говорить.

— Марко… И вы все… Это ни к чему не приведет. Разве вы не видите, что мы как об стенку головой бьемся? Что бы мы ни делали, он все равно оказывается сильнее.

— В силу того, что он — само зло, — ответил Марко. — Но с нами еще не все кончено. Он никогда не сможет влиять на то, что происходит в мире, все его силы будут брошены на борьбу с нами. И вы же знаете: он не сможет сделать ничего серьезного, прежде чем снова не напьется воды зла.

— Что же нам делать? — тихо спросила Халькатла.

Марко тепло посмотрел на двух обычных людей.

— Прежде всего, Тува и Мораган должны поспать. Наверняка они смертельно устали. А рано утром попробуем осуществить один план. Но сначала мне надо основательно продумать все детали.

— Мы сделаем все так, как ты скажешь, Марко, — сказал Руне.

Они остановились к югу от Думбос, потому что не отважились подниматься на гору в такой поздний час. Их по-прежнему заботила мысль о ночлеге. Если ночевать в отеле или где-то в доме, их враги смогут поджечь постройку. Пострадают невинные люди. Но снаружи они были катастрофически не защищены.

Наконец они решили остаться в машине. Там, где они припарковались, было ничуть не хуже и не лучше, чем в других местах. Как бы то ни было, они полагали, что машина в какой-то степени их защищает.

Решили спать по очереди. Двое из них, честно говоря, вообще не нуждались в сне, но все сделали вид, что не замечают этого. Все должно быть поровну.

В машине было тесно. Руне и Халькатла вышли. Им выпало сторожить первыми. У них не было проблем — такие человеческие слабости, как голод или усталость, были им неведомы. Но и другие не смогли заснуть сразу.

Ян Мораган долго лежал без сна. По правде говоря, ему было только приятно подумать о чем-то другом, а не только о своем состоянии. Строго говоря, именно поэтому он предпочел принять участие в этом опасном путешествии, а не ехать спокойно на поезде.

Он ничего не понимал. Ничего из того, что происходило вокруг него. Мораган был вполне трезвый работяга без обычной для ирландцев склонности к суевериям. Но теперь даже он призадумался. Поскольку он совершенно не хотел считать то, что происходит, сном, ему надо было определить свое отношение к происходящему.

Что же он на самом деле видел?

Он понял одно: все, пережитое им, было связано с первым испытанным им потрясением, когда он увидел порождение преисподней в том сенном сарае. Тенгель Злой, так они называли этот кошмар. И этот род, Люди Льда, были явно единственными, кто знал это чудовище. Оно их ненавидело, это Мораган понял.

Ну, а все, что он видел по дороге? Руне? Господи, кто же или что же это было? Он человек или… И что это значит «или»?

А Халькатла? Выглядела она вполне нормально, но с ней явно что-то было не так. Язык. Одежда. Странный, дьявольский блеск в глазах… Его передернуло.

Не говоря уже о Марко. Он-то кем был? Если бы это не было столь невероятным, то Мораган сказал бы, что здесь не обошлось без ангелов. Но ангелы были светлые и нежные, так считалось, по крайней мере. Марко был черен, как ночь. Ничто не совпадало.

Эллен… Как жаль, какой ужас, что с ней случилось такое! Эллен была потрясающая, нет, она не могла бы никем стать для Морагана, конечно, потому что она уже не была свободна, да и он умирал, но она была из тех женщин, о которых можно мечтать. Впрочем, она-то была еще относительно обыкновенная.

Но не Натаниель.

Ян Мораган не мог бы назвать ничего определенно особенного. Но интуитивно он чувствовал, что в этом парне было что-то невероятное, не обычное для живого существа. Ну, и еще Тува.

Мораган непроизвольно вздохнул. Просто нельзя, чтобы люди появлялись на свет настолько безнадежно уродливыми. Она выглядела, как маленькая, слишком молодая ведьма, как женщина тролля. То есть полный кошмар. Агрессивная и нагловатая, но Мораган понимал ее. Конечно же, это самооборона! Нападение — лучшая защита…

И все эти создания были его союзниками! То, что он видел на противоположной стороне, было значительно хуже.

Неужели он правда их видел? Чудовище в сенном сарае? Монстра, выраставшего из асфальта на дороге? Ему постепенно начинало казаться, что это были галлюцинации. Кошмары в последней фазе его жизни.

Тува калачиком свернулась в углу на заднем сиденье. Чувствовала она себя довольно скверно. Добрая старая Бенедикта мертва? Она не хотела верить в это. Бенедикта как будто была всегда. Она была создана вместе с миром, так казалось Туве. Остальные, ставшие жертвами Тенгеля Злого — Ханне, Кристель и Абель Гард, — не были так близки ей, хотя она горевала и по ним тоже. Но то, что случилось с Эллен, просто ужасно! Бедные родители! И бедный Натаниель! Она знала, что Натаниель и Габриэл оказались в больнице, и что жизнь их вне опасности. Об этом сказали ей Халькатла и Руне.

Мысли Тувы отклонились в сторону. Она подумала о трех мужчинах, находившихся в непосредственной близости от нее. Руне, Марко и Мораган. Все они казались очень одинокими, причем, каждый по-своему.

Мораган умирал, он был далеко от своей родины. А путь к смерти каждый проделывает в одиночку, и туда никого нельзя взять себе в спутники.

Руне тоже был одинок в этом мире. Он был сам по себе. Потому что другие корни были небольшими растениями, которые, конечно же, могли обладать магическими свойствами, но не имели ничего из его силы и человеческих качеств. Но ведь он тоже не был человеком.

Марко здесь, на земле, тоже был чужаком. У кого мог бы он здесь чувствовать себя, как дома?

О, Тува очень хотела бы что-то значить для них, стать для них кем-то. Заботиться о них. Она должна что-то для них сделать!

Но никому из них она была не нужна…

Никто не знал, о чем думал Марко. Лицо его было непроницаемо. Но он не спал, его глаза блестели в полумраке. Он не двигался, взгляд был устремлен в далекое, неведомое.

Тува открыла дверцу машины.

— Куда ты? — тихо спросил Марко.

— Пойду пройдусь. Никак не могу заснуть. Думаю поболтать с Халькатлой. Или с Руне, или с ними обоими.

— Только далеко не уходи! Ведь я же твой защитник и отвечаю за тебя.

— Никакие сомнительные типы меня не учуют. Но спасибо за заботу!

В деревцах вокруг стоянки шумел ветер. Наступило самое темное время ночи, но разглядеть можно было все, хотя какие-то детали и ускользали.

Халькатла подошла к ней сзади.

— Привет, моя душа-близнец, решила выйти поразмяться?

— Да, — хмыкнула Тува немного смущенно. — А Руне где?

— О, я только что с ним рассталась. Так, пошел куда-то — немного взволнован из-за моих маленьких намеков. Я хотела выяснить, устроен ли он так же, как другие мужчины, или нет, но он меня и близко к себе не подпустил. Не думаю, что он такой же, как и все мужики.

— Ну, ты даешь, Халькатла! Ты меня опередила! Мне как раз пришла в голову эта мысль, но я даже сама себе боялась ее сформулировать.

Халькатла испытующе и весело взглянула не нее. Господи, до чего же хорошо они понимали друг друга, эти две девчонки!

— Ты хотела бы что-то значить для мужчины, и выбираешь того, у кого меньше всего шансов у других, потому что он, возможно, будет тебе благодарен. Я, например, хотела бы получить то, чего мне никогда не довелось испытать в моей настоящей жизни.

— Но с Руне?

— Со всеми, — радостно призналась Халькатла. — Я буду устраивать оргии и соблазнять мужиков тысячами!

— Но ты не можешь! Ведь ты же…

— Ты и не подозреваешь, на что я способна.

Тува со страхом подумала о Марко, ведь он же «принадлежал» ей. Оставалось утешать себя тем, что вероятнее всего ни у Халькатлы, ни у нее самой не было абсолютно никаких шансов понравиться этому человеку.

— Мне так и не пришлось никогда этого испытать, — вздохнула Халькатла.

— Чего? — спросила Тува с отсутствующим видом и вопреки своим убеждениям.

— Почувствовать в себе мужчину. А тебе?

— Нет, — вынуждена была сконфуженно признаться Тува. — Да и не выйдет ничего из этого. К тому же мне нужен только один.

— Марко? Ты что, думаешь, у меня глаз нет? Забудь о нем!

— Если бы я только была красива!

— Чепуха! Какое отношение имеет к этому внешность?

— Огромное! Но понять это может только тот, кто испытывал одно сокрушительное поражение у мальчишек за другим. И если ты скажешь, «это не главное», я тебя стукну! Ни один парень не оставался моим другом настолько долго, чтобы успеть раскрыть мой богатый внутренний мир. Ни разу. Никто кроме Натаниеля, но у него есть Эллен. Да мне, кстати, Натаниель и не был никогда нужен! Между нами искра не пробегает.

Халькатла с интересом слушала то, что она говорила. Она впитывала в себя, как губка, все, что касалось этой волнующей темы: эротики. И на ее симпатичной ведьминской физиономии появилось довольно-таки решительное выражение.

Тува почти испугалась.

— Халькатла, я сейчас должна тебя предостеречь. Ты помнишь, что о тебе сказано? Что Тенгель Злой совершенно очевидно будет особенно заинтересован в том, чтобы победить тебя, потому что ты перебежчица. Ты была одной из тех, кого он приберегал для заключительной битвы. Ты ждала целых шесть сотен лет. И не успело все начаться, как ты передумала.

— Благодаря тебе, верно. Кстати, не думаю, что он и тебя особенно жалует.

— Еще чего не хватало! Нам, наверное, надо быть поосторожнее.

Они украдкой огляделись. Но ночь казалась вполне мирной.

— Ох, если бы я только могла навсегда остаться в этой жизни, — прошептала Халькатла.

Из машины, стоявшей чуть поодаль, вышел Марко. Он приблизился к ним. Халькатла немного трусливо посмотрела на него и сказала быстро и сбивчиво:

— Ну, ты сейчас снова будешь охранять Туву, так, может, я больше не нужна?

И в каждом слове было ясно, до чего же она напугана.

Но Марко спокойно сказал:

— Ты помнишь, что насчет тебя решили? Однажды на нашем пути в долину Людей Льда тебе будет устроено испытание. Мы должны знать, можем ли тебе доверять. Теперь испытание позади. Но ты знаешь, нам приятно твое общество. Так что, если хочешь, можешь продолжить это опасное путешествие вместе с нами.

Халькатла взвизгнула с облечением и радостью и чуть не кинулась Марко на шею. Но так не годится, даже она понимала это. Тува тоже была рада. И девчонки могли обниматься, сколько угодно.

— Марко, мне очень надо поговорить с тобою наедине, — чуть дыша, сказала Тува.

— Ну-ну, — заметила Халькатла. — Только не пытайся его сейчас соблазнить.

Марко сказал спокойно:

— Иди-ка в машину и посиди с Мораганом, Халькатла, он нуждается в постоянном присмотре.

Тува не могла удержаться от реплики в отместку:

— Уж его-то не искушай!

— Неужели вы, девчонки, не можете говорить ни о чем другом? — вздохнул Марко.

— Можем, — тут же ответила Тува. — Я могу поговорить о том, что мы затеяли смертельно опасное предприятие, в котором у нас нет ни малейших шансов на успех, что многие наши родственники и соратники уже погибли, хотя прошли всего лишь сутки, что…

— Спасибо, сдаюсь, — улыбнулся Марко, а Халькатла весело помахала им рукой, прежде чем нырнуть в автомобиль.

Марко и Тува уселись на старые скамейки на стоянке. Он облокотился на грубо сколоченный стол.

— Где Руне?

— Наверняка Халькатла его до смерти перепугала, она была слишком бесцеремонна.

Марко подавил вздох и спросил:

— Ты хотела поговорить со мной?

Тува постаралась не обращать внимания на то роковое воздействие, которое оказывало не нее одно его присутствие, и непринужденно сказала:

— Я собиралась поговорить с тобой о Морагане…

В голосе ее послышались просительные нотки:

— Марко… Ведь ты исцелил Марит в Свельтене, а она была смертельно больна. Ты дал Руне человеческую жизнь…

— Последнее — это не я, — быстро произнес он. — Это были специально избранные черные ангелы.

— Ну ладно, но Марит в Свельтене? Не мог бы ты помочь и Морагану?

— Ты этого хочешь? — спросил он, пристально глядя на нее.

— Ну конечно! Он не заслуживает того, чтобы умереть таким молодым.

— Верно, он кажется симпатичным. Но не думаю, что я смогу, Тува. Ты же знаешь, сейчас я больше человек, нежели черный ангел.

— Но неужели ты не можешь даже попытаться?

— И дать ему надежду, которую я не смогу оправдать? Кроме того, этот процесс очень непрост, даже для меня.

— Для тебя особенно, мне кажется, — сказала она.

— Да, а к тому же, когда я не в полной силе… Но, возможно, мы можем попытаться потом. Когда я снова стану самим собой.

— Если это потом будет, конечно. К тому же Мораган не может ждать так долго, ты же знаешь!

— Да, знаю. Но именно сейчас я не могу позволить дать вовлечь себя в такой эксперимент. В настоящий момент не в моих силах повернуть вспять процесс умирания, который зашел так далеко. Но, Тува, ты не должна сомневаться в том, что мы справимся с нашей трудной миссией! Если теряешь мужество, это значит, что ты уже наполовину побежден.

— Нет, я, черт побери, на все сто процентов полна решимости прикончить этого проклятого дьявола…

— Неужели ты всегда должна так ужасно браниться, Тува?

— Да какого черта, это поддерживает мой дух. Ну ладно, не буду, обещаю… постараюсь.

Мгновение они молчали. Слушали ночные звуки вокруг. Чирикание и приглушенные крики птиц, весенние водопады, бегущие с гор, шум машины где-то вдалеке…

Тува смотрела в полутьме на удивительное лицо Марко. Она видела только очертания лица, профиль. Но все это было так невероятно красиво, то, что она могла различить, что ей стало почти больно.

— Сделай меня красивой, Марко, — жалко попросила она.

Он сидел погруженный в свои мысли, но тут же удивленно повернулся к ней.

— Ради всего святого, зачем тебе это? Мы хотим видеть тебя такой, какая ты есть.

— Это самый эгоистический ответ из тех, какие я когда-либо получала в жизни! Почему это вам так хочется, а? Потому что вам тогда будет легче со мной обращаться? Жалкая и благодарная Тува, которая тает от малейших знаков внимания? Ну конечно, это удобно.

Мягкая улыбка преобразила его лицо.

— Я никогда не считал тебя жалкой и благодарной, Тува.

— Мне следует рассматривать это как комплимент, или же я должна обидеться? — спросила она угрюмо и взглянула на него исподлобья. — У меня в жизни есть только одна мечта, Марко: выглядеть привлекательно.

— Дорогая, неужели ты еще не поняла, что быть красивой и быть привлекательной — не одно и то же? Габриэл многое понял из этого, хотя он еще так мал. А ты цепляешься за какой-то смехотворный идеал красоты, причем, даже если бы ты его достигла, тебе все равно было бы неуютно!

— Но подумай, сколько времени ты выигрываешь, если выглядишь симпатично! Ты не знаешь, каково бывает, когда ты стоишь вместе с другими девчонками и хочешь куда-то войти, а обращают внимание только на хорошеньких и тут же впускают их с какими-то дурацкими заигрываниями, а ты остаешься самой последней и видишь, как улыбающиеся лица вахтеров на глазах становятся кислыми и тебя почти впихивают внутрь. Чтобы от тебя отделаться!

— Значит, тебе нужны дурацкие заигрывания каких-то тупых посторонних?

Она удрученно вздохнула:

— Марко, слушай, прекрати меня поучать! Я твой урок наизусть знаю: когда меня узнают поближе, меня полюбят за меня саму, а не за то, как я выгляжу. Я по горло сыта подобной болтовней, и это не прибавляет мне уверенности, наоборот, я становлюсь все более и более агрессивной…

— Не кричи, — предупредил он, закрыв ей рот рукой. — Разбудишь своих друзей и привлечешь к себе внимание еще кого-нибудь.

— Да плевать я на это хотела, — прошипела она сквозь его пальцы. Потом успокоилась, и он отпустил ее.

— Дорогая Тува, даже если бы я хотел помочь тебе изменить внешность, не думаю, что я смог бы. Понимаешь, я же не Бог.

Она посмотрела на него так, как будто считала его именно Богом. А потом сказала непринужденно и безразлично:

— Ладно, пойду сменю Халькатлу, она, наверное, бедному Морагану уже совсем голову заморочила. Марко, она просто опасна! Что будет, если она и вправду попытается затащить кого-то в постель?

— Да ладно, пусть, — улыбнулся Марко. — Ей несладко пришлось, пока она была жива. Благодаря наследству Тенгеля Злого. Нет, за Халькатлу я не волнуюсь.

— Да я тоже. Но бедные мужчины?..

— Она знает, где границы, за которые она не должна заходить. Но будет хорошо, если ты пойдешь в машину. Тебе надо поспать.

— Ерунда! А ты пойдешь?

— Нет, я останусь здесь. Хочу поговорить с Руне о программе на завтра. Я же говорил, что у меня есть план.

Они расстались, и Тува, оставшаяся на месте, смотрела, как он уходит. Его благородный силуэт четко вырисовывался на фоне ночного неба. Она всхлипнула, это был сухой всхлип безнадежной тоски.

3

До чего же здорово было залезть в машину с ночного холода. Халькатла вышла из машины с удовольствием, потому что, когда они менялись местами, она пробормотала Туве: «Лежачего не бьют». Тува согласно кивнула.

У каждого было по сиденью, у Морагана заднее, у Тувы — переднее. Она уже почти устроилась, когда услышала его голос:

— А кто она самом деле? Халькатла?

Тува вздрогнула и выпрямилась:

— Я думала, ты спишь, — укоризненно проговорила она. — Халькатла — это моя душа-близнец.

— Это не ответ.

— Почему ты хочешь это знать? Он тоже сел.

— Потому что она какая-то неуловимая. Как будто имеешь дело не с человеческим существом. Кстати, это относится не только к ней, — тихо добавил он.

— Ты, наверное, догадался, что мы — не совсем обычный род, правда?

— Да, спасибо, это я понял.

— Почему бы тебе не удовольствоваться этим?

— Тебе кажется, это справедливо? Ведь я же ваш спутник.

Тува воспользовалась шансом переменить тему.

— Тебе не стоило ехать вместе с нами. Надо было тихо и спокойно ехать поездом.

Он покачал темноволосой головой. Голос его звучал немного печально.

— Но благодаря этому я увидел гораздо больше. И не только совершенно неправдоподобно красивую природу…

— Да, наверное, тебе это напоминает зеленые холмы Ирландии?

— Я никогда не видел зеленых холмов Эйре. Только дублинскую сажу. Но знаешь, для меня очень много значит, что я вместе с вами. Я могу немного отвлечься от своих мыслей. Да уж, отвлекся, — сухо и с горечью добавил он.

— Ну конечно, — хихикнула Тува.

Она повернулась, теперь она сидела лицом к нему. Недостаток места в машине создавал довольно-таки интимную атмосферу. И ей это нравилось. Как будто они совершенно особым образом поверяли друг другу свои секреты. И темнота скрадывала ее отвратительную рожу. Она — это была сейчас только голова. И чувствовать это было отрадно.

— Расскажи, что ты знаешь о Саннесшёен, — попросил Мораган.

— Я ничего не знаю о Саннесшёен. В этой области я до неприличия мало осведомлена.

— Да, но ты не ответила на мой вопрос. О Халькатле. О Марко и Руне и обо всех вас. О всей вашей родне.

— Это долгая история, — проговорила она нехотя. — И мы дали клятву, что вся эта ужасная борьба с удивительными силами не должна стать достоянием обычных людей. Лучше будет, если они ничего не узнают.

— Но они не могли не заметить чудовище в сенном сарае. Так что ты вполне можешь…

Его слова утонули в ужасном кашле. Когда Тува услышала его, то смертельно испугалась. Ведь он умирает! Нет, я не хочу!

Тува не привыкла заботиться о других. Это проявление сентиментальности, считала она. Но, сама не замечая этого, она вышла из машины и села к нему на заднее сиденье. Конечно, стало тесно, но она не думала об этом, просто прижимала его к себе, пока тело его сотрясали болезненные приступы кашля. Черт, говорила она про себя. Черт, черт. Но кого или что проклинала, она не знала сама.

Наконец он опять смог дышать спокойно. В полутьме она видела его горящие измученные глаза, и к своему удивлению почувствовала, как его рука гладит ее упрямые, совершенно безнадежные волосы.

— Ты потрясающая девушка, Тува, — сипло прошептал он.

Она была настолько ошеломлена, что — по своей обычной привычке — собиралась ответить какой-то чертовски едкой репликой, но не смогла заставить себя сделать это. Она только еще посидела немного, а потом поднялась и грубовато сказала:

— Ладно, а не поспать ли нам немного?

Но его простые слова навсегда отпечатались у нее в памяти.


Марко, Халькатла и Руне встретились на ночном ветру. Трое, кому, строго говоря, сон нужен не был. Ну да, может, только Марко немного, поскольку он сейчас почти человек. А другие абсолютно не зависели от такой роскоши, как сон.

— Где ты был, Руне? — спросил Марко.

— Да, я тоже хотела бы это знать, — сказала Халькатла. — Я тебя обыскалась.

— Я слушал, — произнес Руне, криво улыбнувшись.

Они поняли, что он имеет в виду. Все трое обладали способностью принимать сигналы и от своих союзников, и от своих врагов.

— И то, что я слышал, привело меня далеко вниз, в долину. Наши друзья предостерегают нас. Враг вынашивает коварный план.

— Ты нам расскажешь?

— Поскольку ты, Марко, можешь частично скрываться от Тенгеля Злого, они пока немного знают о мотоцикле. Его они, во всяком случае, не упоминали. Они думают обрушиться на автомобиль, и на этот раз пустят в ход более сильные средства, нежели нехитрое оружие мелких гангстеров.

Марко задумался.

— У меня уже есть один план. И он как раз похож на то, что ты собираешься предложить, Руне.

Они улыбнулись друг другу. У них была потрясающая способность понимать друг друга без слов. Халькатла тоже могла воспринимать их сигналы.

— Понимаю, — сказала она. — Не стоит говорить об этом вслух, но мы думаем об одном и том же. Будем биться до последнего.

Двое других кивнули.

— Пусть поспят немного, — попросил Марко.

— Времени на это нет, — сказал Руне. — Враг приближается. И, к сожалению, нам потребуется твоя помощь, Марко.

— Тува уже получила выносливость и силу, благодаря напитку, который она выпила на Горе Демонов, — напомнил им Марко. — Но у Морагана ничего этого нет.

— Мы можем ему немного помочь, — сказала Халькатла. — Хотя бы до тех пор, пока он не доберется до людей.

— В Думбос, — кивнул Марко. — Там наверняка есть врач. Пошли, не будем терять времени!

Они направились к машине.

— Сейчас? — спросила Тува в ответ на их известие.

— Немедленно! Осталось выяснить только одно: ты умеешь водить мотоцикл?

— Этот огромный монстр? Ты что, спятил? Я и с мопедом-то не справлюсь!

И тут Мораган снова их удивил.

— Я справлюсь с мотоциклом. Если Тува не побоится сесть сзади.

— Но тебе же надо к врачу, Мораган! — сказал Руне.

— Ну и что с того?

Им нечего было ответить на это.

— Ну, удачи вам, — тепло сказала Халькатла. — Вы езжайте, а мы померяемся с ними силами у машины. Двинем на юг им навстречу.

— А как же вы сами? — спросил Мораган.

Она рассмеялась от всего сердца.

— О, за нас не беспокойся!

— Бутылки… — сказала Тува. — У тебя две, да, Марко? А бутылка Натаниеля? Хотя нет, она, наверное, у него.

— Береги свою, как зеницу ока, Тува, а об остальных мы позаботимся, — улыбнулся ей Марко. — На тебя сейчас вся наша надежда. Ты должна добраться туда первой!

Она вздохнула, дрожа, и сказала:

— Ладно, постараюсь.

Тогда он наклонился и бережно поцеловал ее в щеку. Тува ужасно покраснела и прокричала злым и плачущим голосом:

— Вы не должны так делать больше! Ни ты, ни Мораган, вы не должны…

Конец предложения утонул в каких-то неразборчивых всхлипах. Она бросилась к мотоциклу и взгромоздилась на него:

— Езжай же, черт бы тебя побрал!

Марко подошел к мотоциклу:

— Нет уж, не будем так прощаться. По крайней мере, можешь сказать «пока» всем остальным.

— Да, конечно, прошу прощения, — пробормотала Тува, полная раскаяния. — Береги себя, Халькатла! И ты тоже, Руне! Вы все мои друзья, и я чертовски вас люблю, и вам не поздоровится, если я вас потеряю!

Они улыбнулись ей и сказали, что им тоже не хотелось бы ее потерять. А потом они по очереди подошли к Морагану и провели руками над его внешним, невидимым телом, так называемой аурой. Таким образом, они обеспечивали ему хоть какую-то защиту, не такую сильную, как у Тувы, но на какое-то время должно было хватить и ее.

Тува немного растеряно обернулась к ним со своего места за спиной Морагана. Она увидела, что они стоят там, в ночной тьме. «Халькатла, оставь в покое моих ребят», — хотела она сказать, но смолчала и только помахала рукой.

Громоздкая машина завелась с грохотом, и они выехали на шоссе, ведущее на север. Думбос они проезжали ночью, но тем не менее им удалось раздобыть бензин, чтобы обеспечить себе долгую дорогу через горы. Потом был подъем в Довре, и через какое-то мгновение они увидели перед собой Фокстумюру. Большая часть земли все еще была покрыта сероватым снегом.

Доврские горы, думала Тува с грустью. Довре… Как же много значили эти люди для Людей Льда! Отсюда Шарлотта Мейден и Тенгель много сотен лет тому назад отправились на юг с детьми, Суль, Дагом, Лив. Шарлотта хотела дать им хутор в Акерсхюз в знак благодарности за то, что они позаботились о Даге.

Наверняка это поездка сильно отличалась от их нынешней, на быстром и грохочущем мотоцикле! Как, должно быть, утомительно пробираться на лошадях и пешком по здешнему бездорожью! Они ехали навстречу новой, неведомой жизни, они оставили все свое прошлое за плечами, сожгли все мосты. И Шарлотта Мейден тоже.

Отсюда Колгрим пустился в путь на север, в долину Людей Льда. Влекомый лихорадочным стремлением найти сокровище и заполучить сомнительную славу Тенгеля Злого. За ним последовали Тарье и Калеб со своими людьми.

Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.

  • Страницы:
    1, 2, 3