Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Последняя битва дакотов (Золото Черных Гор - 3)

ModernLib.Net / История / Шклярская Кристина / Последняя битва дакотов (Золото Черных Гор - 3) - Чтение (стр. 12)
Автор: Шклярская Кристина
Жанр: История

 

 


      Ва ку'та, сидящий на одной из запряженных лошадей, удерживал их, как мог, и они значительно замедлили свой бег. Возница бросил поводья и с револьвером в руках стал взбираться на крышу дилижанса, где лежал накрытый брезентом багаж. Это заметил Красный Кедр и, поднявшись на спине своего мустанга, быстро забрался на козлы, схватил возницу за ноги, дернул назад. Падая, возница два раза выстрелил. Пуля чуть не задела щеку Красного Кедра, но он, не обращая на этой внимания, вскочил на крышу и ухватил возницу за горло. Переплетясь в смертельном объятии, оба свалились с крыши дилижанса на землю.
      Рукопашная яростная схватка в дилижансе длилась недолго. Длинное Копье шестью выстрелами застрелил троих мужчин и женщину. Парящая Птица проткнул ножом четвертого, а Пятого вытолкнул из дилижанса прямо под револьверные пули Желтого Камня.
      В конце концов, дилижанс остановился. Кое-кто из воинов поспешил на помощь Ва ку'та, он с трудом пробовал успокоить испуганных лошадей. Другие тем временем вытащили тела пассажиров из дилижанса и немедленно сняли с них скальпы.
      Желтый Камень с нескрываемым удовольствием окинул взором трупы белых.
      - Принесите сюда еще конвоира, - распорядился он. - И отыщите его ружье.
      Приказание было немедленно выполнено. Когда все мертвецы уже лежали на снегу рядом с дорогой, Желтый Камень снова промолвил:
      - Разденьте белых мужчин! Парящая Птица сумеет управлять упряжкой, так что пусть он переоденется в одежду возницы. А я буду конвоиром.
      Вахпекуты немало повеселились, натягивая на себя европейскую одежду, она казалась им совершенно непрактичной и просто смешной. Вскоре Парящая Птица с большим кнутом в руках уже сидел на козлах дилижанса. Он надвинул на лоб широкополую шляпу, а низ лица прикрыл красным платком, как до него делал белый возница. Рядом уселся Желтый Камень, вооруженный винчестером конвоира. Он тоже прикрыл лицо шляпой и платком. Шестеро вахпекутов сели в дилижанс, еще двое спрятались у их ног между сиденьями. Те, что изображали из себя белых пассажиров, заняли места у окон, чтобы в самые первые минуты служащие станции ничего не заподозрили. Почти все воины, сидевшие в дилижансе, вооружились захваченными револьверами.
      Четверка парнишек, что сопровождала воинов, уселась на лошадей и, прихватив мустангов тех воинов, что сидели сейчас в дилижансе, отправилась к убежищу в холмах. Лишь когда они уже прилично отдалились, Желтый Камень велел Парящей Птице двигаться в путь.
      - Хооааа! - прокричал Парящая Птица и щелкнул кнутом.
      Дилижанс покатился по обледеневшей дороге. Остальные воины ехали верхом в нескольких сотнях шагов за дилижансом. Их задача заключалась в том, чтобы изображать гонящихся за дилижансом индейцев.
      Вахпекуты были 'весьма раззадорены идущей в руки удачей, ведь они захватили дилижанс практически без потерь, в то же время убив и сняв скальп с восьмерых белых. Только Парящая Птица и Длинное Копье были легко ранены во время схватки внутри дилижанса, а Белый Ворон сильно ушибся, падая с лошади, но такие повреждения не могли исключить их из дальнейших боев.
      Парящая Птица не принуждал лошадей бежать быстрее и две мили они проехали легкой рысью. Наконец, на востоке появились очертания зданий.
      - Пора начинать! - произнес Желтый Камень. - Скоро они нас заметят.
      Говоря эти слова, он достал кольт и выстрелил в воздух. Это был заранее установленный сигнал, что время начинать изображать погоню и бегство.
      - Хооааа! - звучно воскликнул Парящая Птица, проходясь по спинам лошадей безжалостным кнутом.
      Упряжка рванула галопом. Всадники-вахпекуты с боевым кличем бросились за дилижансом в погоню, вовсе не стремясь его догнать. Желтый Камень развернулся назад, к "погоне". Опершись локтями о крышу дилижанса, полулежа, он открыл стрельбу из винчестера. Выпускаемые им пули летели высоко над головами нападавших. Время от времени "пассажиры" высовывались из окон и стреляли из револьверов, стремясь наделать как можно больше шума.
      Стрельба и боевые кличи на дороге были услышаны служащими станции, тут же они увидели несущийся дилижанс и преследующих его индейцев. Однако зрелище это не вызвало у них паники. Не одни индейцы время от времени беспокоили курсирующие здесь дилижансы, гораздо страшнее них были бандиты, бесчинствующие на дорогах. Поэтому, видя дилижанс, преследуемый какой-то горсткой краснокожих, служащие станции пребывали в уверенности, что индейцы откажутся от преследования, когда путешественники окажутся среди построек станции.
      Предположения эти, казалось, вполне подтверждались. По мере того, как дилижанс на полном скаку приближался к станции, индейская погоня начала отставать.
      Вооруженные служащие ждали у ворот, чтобы открыть их, впустить дилижанс и снова быстро закрыть ворота. Совсем близко от станции индейцы вдруг вновь бросились в погоню.
      Ворота широко раскрылись, дилижанс с треском, топотом лошадиных копыт вкатился на двор. Не успели четверо стоящих у ворот белых захлопнуть их, как Желтый Камень вспрыгнул на крышу дилижанса и засыпал их пулями из винчестера. Двое белых были убиты мгновенно, третий получил смертельное ранение.
      Дверки дилижанса с треском распахнулись, восемь индейцев, к которым присоединился "возница", выскочили на двор с револьверами и ножами в руках. В ту же минуту во двор на полном скаку влетела погоня. Растерянные служащие станции не смогли оказать достойного сопротивления. Двое белых пробовали перескочить через ограждение, но тут же пали от выстрелов Орлиных Когтей и Длинного Пера, оставшихся на страже за пределами станции.
      Немного подольше держал оборону торговец с двумя сыновьями, женой и дочкой, они успели затвориться в доме и выстрелами через бойницы в стене отгоняли нападающих. Не желая рисковать, индейцы подожгли дом. Торговец, его сыновья, жена и дочь сгорели живьем.
      Юный Ва ку'та обнаружил в загоне для лошадей негра, скрывшегося там в суматохе боя. Тремя выстрелами Ва ку'та свалил его на землю, затем снял с него скальп. Это был первый добытый им скальп.
      Четверка мальчишек вахпекутов, как только бой утих, привели оставленных под их опекой лошадей. Воины поощрили их, чтобы они постреляли из луков по трупам, сняли скальпы с мертвых тел служащих станции.
      Воины тем временем приступили к разграблению домов и складов, начали выносить из них тюки ситца, мешки с мукой, кукурузой, сахаром и кофе. Нашлось там множество огнестрельного оружия, боеприпасов и томагавков, которые белые производили для продажи индейцам. Добыча оказалась весьма солидной. Привели из загона, располагавшегося рядом с конюшней, тридцать лошадей, предназначавшихся для смены дилижансовых упряжек, взвалили на них всю добычу, после чего подожгли станцию. Завершив этим актом уничтожение станции, вахпекуты двинулись к своему лагерю в развилине реки Платт.
      В лагере они были встречены радостными криками, все были в восторге, что воины удачно вернулись из военного похода с такой необыкновенно богатой добычей. Общую радость увеличивало еще то обстоятельство, что, пока воины отсутствовали, в лагерь вахпекутов прибыли еще несколько беглецов с Сэнд Крик. От них вахпекуты узнали, что, оказывается, Черный Котел тоже уцелел72. Когда отряд Чивингтона покинул место побоища, Черный Котел вместе с кое-кем из спасшихся шайенов вернулся в разрушенный лагерь. Там они обнаружили жену Черного Котла, оставшуюся в живых несмотря на восемь полученных ран, и несколько женщин и детей, укрывшихся в расщелинах. Утром шайены поймали несколько бродивших по прерии лошадей, и Черный Котел с кучкой уцелевших двинулись к реке Смоки Хилл, где, как они полагали, находились лагеря шайенов и арапахо.
      В честь Желтого Камня и его воинов в лагере был устроен большой пир, на нем исполнялись победные пляски. Богатая добыча принесла в лагерь такой достаток, какого здесь не было уже много лет. Шайены быстро восстанавливали силы, уже спустя несколько дней они решили проститься с гостеприимными вахпекутами и вернуться к реке Смоки Хилл, где располагались другие группы шайенов. Они жаждали вновь воссоединиться со своим вождем, Черным Котлом. Ранним утром шайены отправились в путь, снабженные вахпекутами лошадьми, одеждой, продовольствием и оружием.
      Несмотря на тяжелые зимние условия, воины вахпекутов и дальше совершали военные походы, отдаляясь на значительные расстояния, кроваво мстя за резню шайенов на Сэнд Крик и свою проигранную в Миннесоте войну. В некоторых походах особенно отличился юный Ва ку'та, за что и был отмечен советом старейшин тремя орлиными перьями. В лагере вахпекутов часто гремели барабаны, исполнялись победные пляски.
      Кровавая бойня, учиненная шайенам на Сэнд Крик, глубоко возмутила племена с Великих равнин. Дакоты и шайены производили опустошение на севере, команчи и кайова нападали на Техас. Уцелевшие во время недавней войны ранчо и станции для дилижансов теперь, после большого совета на реке Соломон, горели одни за другими. Было совершено даже двукратное нападение на город Джулисберг на реке Платт в северо-восточном Колорадо. Не щадились обозы переселенцев и торговцев на дорогах, идущих вдоль рек Платт и Смоки Хилл. Над Великими равнинами разгорались зарева пожаров, обильно текла кровь белых, в основном тех, кто не имел ничего общего с резней на Сэнд Крик. Беспощадность, жестокость белых людей оборачивались теперь против них самих. Белые применяли к индейцам правило коллективной ответственности, в свою очередь ожесточившиеся индейцы признали всех белых людей одинаково повинными в трагедии индейцев.
      Перед лицом распространяющихся боевых действий правительство Соединенных Штатов решило сурово покарать индейцев Великих равнин. Во главе карательной экспедиции, задачей которой было усмирение индейцев, двинулся бригадный генерал Патрик Э. Кон-нор. В состав экспедиции входило восемьсот солдат, а также сотня разведчиков-пауни.
      Экспедиция разбилась на три отряда, задачей которых было окружение и уничтожение воинственных индейцев. До крупных боев дело, однако, не дошло. Индейцы умело ускользали из окружения, уничтожали передовые отряды, вспугивали и захватывали лошадей. Заблудились два отряда солдат, которых индейцы заманили в страшную глухомань и увели у них лошадей. Оголодавшие, измученные постоянным напряжением солдаты еле-еле сумели вернуться на основную базу. Один только отряд, ведомый самим генералом Коннором, сумел обнаружить и уничтожить небольшой лагерь арапахо.
      Неудачное ведение кампании по усмирению заставило правительство предпринять шаги к установлению мира. Военная комиссия начала расследование в деле бойни на Сэнд Крик, а конгресс принял решение выплатить компенсации шайенским вдовам и сиротам73.
      А тем временем война на Великих равнинах угасала сама по себе.
      XV "Я УБЬЮ ЛЮБОГО БЕЛОГО..."
      Военные действия карательной экспедиции генерала Коннора нарушили обычное течение жизни индейцев с Великих равнин. Не имея возможности схватить индейцев, ловко ускользающих на своих легких, быстрых мустангах, белые решили заморить голодом и своего противника, и его лошадей и начали поджигать сухую траву прерий. С южного берега реки Платт пошла распространяться лавина пожаров, ветер гнал их на юг. Пожары погасли сами собой, подойдя к границе с Техасом, уничтожив траву на громадных площадях, спугнув и уничтожив зверей и птиц. Однако индейцам больших бед огонь не причинил, они попросту переправились на северный берег Платт.
      Ввиду исчезновения дичи и корма для мустангов совет старейшин вахпекутов постановил откочевать в окрестности реки Паудер71, там находились любимые охотничьи угодья дакотов. Дакоты долго боролись за эту местность у реки с кангитока, в конце концов они их оттуда вытеснили. С тех пор эти охотничьи территории, где не бывали белые, перешли в полное их владение.
      Места на реке Паудер отличались своеобразным очарованием. Окружающие их монотонные Великие равнины переходили здесь в более холмистое, перерезанное долинами предгорье, тянущееся до подножья гор Биг Хорн. С гор текли серебристые ручьи с холодной, чистейшей водой, вокруг них буйно цвела растительность. Склоны гор были покрыты хвойными лесами, в заросших лесом долинах росли хлопковые деревья, вербы и тополя. Вдоль ручьев хватало рощ с дикой вишней и черешней, подлесок и зеленые луга на пологих склонах изобиловали малиной, земляникой, смородиной. Но самое большое богатство этого красивого зеленого края составляло великое множество всяческого зверья. На обширных лугах, на сочной, питательной траве паслись стада бизонов, антилоп и лосей. В лесной чаще царили медведи, полно там было зайцев, курочек и самых разных птиц. Благодаря всему этому долина реки Паудер представляла собой естественный заповедник охотничье-промысловых животных.
      Вахпекуты с тем большей радостью устремились в тот благодатный край, что он был любимым местом охоты для тетон дакотов70, а с ними приходилось считаться и белым завоевателям, так они были сильны. Вахпекуты намеревались соединиться с какой-нибудь их группой, отдавая себе отчет, что правительство Соединенных Штатов не оставит их в покое после неудачной карательной экспедиции генерала Коннора. Правда, вахпекуты благодаря умелым маневрам Желтого Камня и быстроте своих мустангов удачно вырвались из окружения, многократно нападали сами на передовые отряды экспедиции, но противостоять регулярной армии белых они, конечно, не могли. Понимая это, они и решили соединиться со своими братьями тетонами.
      Пространствовав немало дней, вахпекуты, наконец, добрались до реки Паудер и стали лагерем у небольшого ручейка в тени деревьев. И людям, и лошадям требовалась* передышка после мучительного бегства из охваченных войной мест. Мужчины ежедневно устраивали небольшие охотничьи вылазки, женщины предались хозяйственным делам, дети же собирали плоды с диких плодовых деревьев, играли, как в старые добрые времена. Так прошло дней десять.
      Как-то утром Желтый Камень, Ва ку'та и Длинное Копье покинули лагерь с намерением поохотиться на некрупную дичь. Они направились в сторону виднеющихся вдали поросших лесом возвышенностей, надеясь выследить там оленей. Трое охотников шли по берегу ручья, текущего из долины между поросших лесом холмов. Ветер доносил до них живительный сосновый запах. Вдруг Желтый Камень остановился, поднял голову, втягивая носом воздух.
      - Я чую дым, там в долине горят костры, -тихо проговорил он.
      - Желтый Камень прав, я тоже чую дымный чад, это горит много костров, - подтвердил Длинное Копье. - Кто-то раскинул в долине лагерь...
      Ва ку'та тем временем исследовал землю вокруг. Опустившись на корточки, он обратился к остальным:
      - Вижу следы копыт, здесь проехали всадники!
      Желтый Камень и Длинное Копье подошли к юноше, вместе внимательно осмотрели отпечатавшиеся в земле следы копыт.
      - Это следы индейских мустангов, - помолчав, определил Длинное Копье. - Всадников было несколько, они ехали один за другим.
      - Следы несильно отпечатались, лошади не были навьючены, везли только всадников, - добавил Желтый Камень.
      - Наверно, это разведчики тех, кто стоит лагерем в долине, предположил Длинное Копье. - Костров много, значит лагерь большой, раз они не соблюдают осторожность.
      - Нам надо установить, кто эти люди, - произнес Желтый Камень. -Попробуем подобраться к лагерю...
      Укрывшись в траве, они незаметно стали продвигаться в сторону долины, но не успели они одолеть и полпути, как позади раздался конский топот.
      - Хо! Разведчики, видно, обнаружили наши следы и теперь следуют за нами, - прошептал Желтый Камень. - Пешком нам от них не уйти!
      - Если б нам добежать до леса... - начал было Длинное Копье, выхватывая из кобуры на поясе револьвер.
      - Тихо! - прервал его внимательно прислушивающийся к чему-то Желтый Камень.
      Совсем близко послышались крики всадников, можно было даже различить отдельные слова. Желтый Камень бросил взгляд на Длинное Копье, тот согласно кивнул головой.
      - Это дакоты, давайте покажемся им прежде, чем они на нас нападут, прошептал Желтый Камень.
      Он встал, вслед за ним поднялись из травы Длинное Копье и Ва ку'та.
      Разведчики были уже совсем близко, один из них шел пешком, всматриваясь в следы, остальные с луками наготове ехали за ним верхом. Они немедленно заметили тройку поднявшихся с земли чужаков.
      - Не стреляйте! Мы вахпекуты санти дакоты! - обратился к ним Желтый Камень, поднимая руку в приветственном жесте.
      Разведчики молниеносно окружили вахпекутов, внимательно их осматривая.
      - Вахпекуты дакоты! - повторил Желтый Камень, скрестив руки на груди.
      Тот из разведчиков, у которого сзади на голове были воткнуты в волосы два орлиных пера, а в уши вдеты серьги в виде колечек, с которых свисали длинные цепочки, украшенные стекляшками, подъехал еще ближе и спросил:
      - Говоришь, вы вахпекуты дакоты?76 А как тебя зовут?
      - Меня зовут Желтый Камень, а это Длинное Копье и Ва ку'та, мой сын, ответил Желтый Камень.
      - Хо! Желтый Камень! - воскликнул разведчик. - Имя моего брата известно оглала77 тетон дакоты. Приветствую вас в стране тетонов!
      С этими словами он спрыгнул с мустанга, товарищи же его спрятали луки в колчаны и тоже спешились.
      - Значит, мои братья принадлежат к оглала? - задал вопрос Желтый Камень.
      - Да, мы оглала из лагеря вождя Красное Облако, - ответил разведчик. Мое имя - Боятся Даже Его Лошадей. Что здесь делают мои братья?
      - Мы отправлялись на охоту, - пояснил Желтый Камень. - Мы принадлежим к лагерю вождя Та-Тунка-Скаха, а лагерь наш расположен на востоке у ручья.
      - Значит, мои братья оставили край на Миннесоте? - допытывался Боятся Даже Его Лошадей.
      - Мой сын, позже погибший в бою за форт Риджли, первым выстрелил в белых, что и стало сигналом для начала восстания, - с гордостью ответил Желтый Камень. - Ничего хорошего от белых нам ждать не приходилось. После неудачи восстания нам удалось уйти на запад и избежать погони. Мы охотились к югу от реки Платт, зимой встретили наших братьев шайенов, уцелевших после резни на Сэнд Крик. Тогда мы выкопали военный топор, чтобы отомстить за гнусные деяния белых. Мы добыли немало скальпов, но потом пришел генерал Коннор со своими солдатами. Белым не удалось окружить нас, тогда они подожгли прерию, чтобы уничтожить траву и зверей, а нас уморить голодом. Вот мы и переправились на северный берег Платт, чтобы соединиться с нашими братьями тетонами.
      - Братья вахпекуты поступили совершенно правильно, - произнес Боятся Даже Его Лошадей. -Вождь Красное Облако и все отдала с радостью встретят братьев вахпекутов в своем лагере. А теперь пойдемте вместе с нами в лагерь, он здесь недалеко в долине.
      Разведчики оглала и охотники вахпекуты вместе направились к входу в долину и вскоре уже подошли к охраняющим лагерь часовым, а затем к большому, охраняемому подростками табуну мустангов. Не успели они подойти к типи, как по лагерю с быстротой молнии разошлась весть о встрече вахпекутов. Отовсюду раздались приветствия. Боятся Даже Его Лошадей ввел вахпекутов в типи вождя.
      Красное Облако созвал совет старейшин, чтобы выслушать рассказ вахпекута. Желтый Камень изложил ход восстания в Миннесоте, затем рассказал о вооруженных стычках с армией генерала Сибли и удачном бегстве на Великие равнины. Говорил он о беглецах-шайенах, о кровавом мщении, за которым последовала карательная экспедиция генерала Коннора. В самом конце поведал о намерении вахпекутов присоединиться к тетонам.
      Когда Желтый Камень умолк, заговорил Красное Облако:
      - Оглала тоже выкопали военный топор, услышав о бойне на Сэнд Крик. Вместе с северными шайенами и арапахо мы убивали белых везде, где могли до них добраться. Трусливый койот генерал Коннор вторгся на наши земли, построил форт на реке Паудер и назвал его своим именем78. Оглала не закопают военный топор, пока не уничтожат его. Наши братья вахпекуты поступили мудро, придя на охотничьи земли дакотов. Нам нужно объединиться в борьбе с происками белых. Присоединяйтесь к нам, оглала с радостью приветствуют братьев вахпекутов в своем лагере. Что ответит на то мои брат Желтый Камень?
      - От имени вахпекутов я благодарю совет старейшин оглала за желание принять нас в свой лагерь, - ответствовал Желтый Камень. - Оглала не закопали военного топора, мы тоже находимся в состоянии войны с белыми. Вместе мы будем сильнее.
      - Хорошо говорит наш брат Желтый Камень, - одобрил Боятся Даже Его Лошадей. - Вместе нам легче справиться с белыми. Следует ждать новой войны, хотя после неудачной экспедиции генерала Коннора белые снова стали много говорить о мире.
      - Мы как раз находимся в дороге в форт Ларами, куда белые пригласили все группы тетонов на большой мирный совет, - объяснил Красное Облако. Белые хотят получить наше согласие на строительство новой дороги на наших охотничьих землях.
      - Зачем им новая дорога? - изумился Длинное Копье. - У них же есть уже одна, что называется Орегонской.
      - Белые нашли в Монтане золото, по которому они так сходят с ума, вставил Боятся Даже Его Лошадей. - Старая Орегонская дорога идет вдоль Северной Платт и реки Свитуотер, а белым хочется построить более короткую дорогу в Монтану. Новая дорога, в двух днях на запад от форта Ларами, пойдет от Орегонской дороги прямо на север и потянется по восточной стороне гор Биг Хорн вплоть до долины реки Йеллоустоун. Это очень удобная дорога в Монтану, но она будет пересекать наши лучшие охотничьи территории.
      - А белые уже пробуют передвигаться по новой дороге? - спросил Желтый Камень.
      - Они пробуют уже несколько зим, хотя мы нападаем на всех белых, оказавшихся на наших землях, - ответил Красное Облако. - Сначала мы схватили двоих белых, они шли с запада и добрались до наших охотничьих угодий. Мы отобрали у них лошадей, оружие, одежду и выгнали голых прочь. Мы были уверены, что они и так сгинут, ведь наступала зима79. Вскоре после этого на наши земли вторгся, теперь уже с востока, торговый обоз. Мы преградили им дорогу и заставили повернуть восвояси. И с тех пор белые, не обращая внимания на наши протесты, все пробуют пересечь наш край. А теперь Великий Отец из Вашингтона созывает всех тетонов в форт Ларами, чтобы выбить из нас согласие на строительство новой дороги и фортов вдоль нее.
      - А что думают по этому поводу другие группы тетонов? - спросил Желтый Камень.
      - Они по-разному думают, но оглала все равно не уступят! - ответил Красное Облако. - Наши братья вахпекуты пойдут вместе с нами в форт Ларами, поддержат нас на совете.
      ***
      Совет старейшин вахпекутов единогласно постановил присоединиться к лагерю вождя Красное Облако. Оглала были самой многочисленной группой тетонов, а их мудрый, отважный вождь Красное Облако имел в своем оперении несколько десятков почетных отличий.
      Спустя несколько дней оглала вместе с вахпекутами приближались к форту Ларами, расположенному на берегу Северной Платт. Оглала были хорошо знакомы с фортом, они часто приходили сюда, чтобы обменять шкуры на нужные им товары. Когда в 1834 году "Американ фер компани" построила форт Ларами в качестве своего торгового пункта на Великих равнинах, немалое количество тетонов перешло со своих прежних охотничьих территорий в Южной Дакоте на новые в западной Небраске и восточном Вайоминге, чтобы быть поближе к вновь образованной торговой точке. Индейцы превратились в клиентов торговцев и трапперов, которым, за исключением получения согласия на охоту на индейских территориях и шкур, Ничего больше не было нужно. Трапперы и торговцы жили мирно рядом с индейцами, перенимали их образ жизни, манеру одеваться, женились на индианках, более того, частенько принимали участие в межплеменных междоусобицах на стороне своих друзей.
      По-другому обстояло дело с обозами белых переселенцев. Те не считались с правами индейцев, относились к ним как к надоедливым дикарям, беспокоили и спугивали зверей. Это они принудили индейцев к резким выступлениям, к защите своих охотничьих земель. Конфликты переселенцев с индейцами принимали все более острый и глубокий характер. Именно в целях обеспечения переселенцам свободного продвижения по Орегонской дороге правительство Соединенных Штатов в 1849 году выкупило форт Ларами у "Американ фер компани" и превратило его в военный пост. С тех пор в форте располагался воинский гарнизон.
      Оглала и вахпекуты без опаски приближались к форту, огороженному четырехугольным высоким палисадом, над которым возвышались башенки с бойницами. Они прекрасно знали, что встретят там белых солдат, однако то обстоятельство, что они находились в состоянии войны с правительством Соединенных Штатов, для них вовсе не означало, что они не могут поддерживать контактов со своими противниками.
      То, как понимали войну индейцы, все еще не совпадало с пониманием войны белыми. Для индейцев с Великих равнин война была наилучшим путем к тому, чтобы отличиться, прославиться, заслужить авторитет и богатство. Показать свою храбрость значило больше, чем убить противника. И хотя беспощадность, жестокость белых часто толкали индейцев к кровавому отмщению, тем не менее им было нелегко полностью изменить свой взгляд на войну.
      На расстоянии нескольких выстрелов из лука расположили оглала и вахпекуты свой лагерь, неподалеку находились лагеря других тетонов. Были там миньконью, небольшая группа хункпапов, брюле, которым предводительствовал мирно расположенный Пестрый Хвост80, черноногие, сан арке и другие.
      Посланная Бюро по делам индейцев правительственная комиссия уполномоченных прибыла в июне в форт Ларами вместе с обозом из фургонов, везущих подарки для приглашенных на совет тетонов. Уполномоченные стремились показать готовность понять индейцев и примириться с ними. После безуспешной попытки усмирения дакотов и шайенов, предпринятой карательной экспедицией генерала Коннора, правительство решило снискать расположенность индейцев к своим начинаниям мирным путем.
      Только что закончилась гражданская война между северными и южными штатами. Добровольческие отряды на Великих равнинах стали заменяться регулярной армией. Генерал-майор Уильям Текумзе Шерман был назначен главнокомандующим военного округа Миссисипи, годом позже он был переименован в округ Миссури и занимал громадные равнинные территории, простираясь от канадской границы до Техаса и от реки Миссури до Скалистых гор. Прежде всего генерал Шерман должен был обеспечить безопасность переселенцев на путях сообщений: дорогах Санта-Фе, Орегонской, Смоки Хилл и только что сооруженной дороге Боузмана. Небезопасным было и паровое судоходство по реке Миссури, а ведь по ней можно было доплыть даже до форта Бентон в Монтане. Требовала охраны и телеграфная линия, дошедшая уже до форта Ларами, необходимо было охранять недавно начатое строительство трансконтинентальной линии железной дороги.
      Самым неотложным делом было строительство дороги Боузмана, поэтому генерал Шерман предпринял инспекционную поездку в Небраску, чтобы ускорить отправление военной экспедиции, целью которой было устройство новых фортов на дороге Боузмана и обеспечение их гарнизонами. Руководил этой экспедицией полковник Генри Б. Каррингтон. Экспедиция вышла из форта Керни в Небраске 19 мая 1866 года.
      В то время, когда экспедиция Каррингтона покидала форт Керни, дакоты уже собирались на мирный совет в форте Ларами. Переговоры между уполномоченными и вождями тетонов начались в июне. С редким для белых терпением уполномоченные выслушали жалобы и претензии вождей, понемногу склоняя их на свою сторону, в чем им помогал молодой брюле Пестрый Хвост. Тот, убежденный в бесцельности сопротивления, старался склонить своих братьев к мирному решению вопроса о строительстве новой дороги и фортов. Мнения вождей расходились, единомыслия среди них не наблюдалось.
      Решительным противником согласия был горячий, мудрый, проницательный вождь оглала, Красное Облако. Он каким-то чутьем понимал, что если открыть долину реки Паудер для переселенцев, они хлынут сюда широким потоком. Животные будут скоро истреблены, а дакотам перед лицом голодной смерти придется перенять образ жизни белых людей, к чему они были абсолютно не готовы.
      Решительно поддерживали вождя Красное Облако Боятся Даже Его Лошадей и Желтый Камень, при виде белых солдат рука последнего то и дело помимо его воли хваталась за рукоять ножа. Поскольку все трое пользовались большим авторитетом у остальных вождей, переговоры все тянулись и тянулись. Настало шестнадцатое июня. В этот день уполномоченные выступили с описанием выгод, какие получили бы индейцы, согласившись на строительство дороги и фортов. Говорили также о создании большой резервации для дакотов, которая уже навсегда стала бы им принадлежать. Неожиданно в форте началось какое-то оживление. Оказалось, что в форт Ларами прибыла экспедиция полковника Каррингтона.
      Экспедиция была весьма многочисленна, в ее состав входило семьсот солдат из второго батальона восемнадцатого пехотного полка, а также громадный табор из двухсот двадцати шести тяжело груженных всяким добром фургонов, которые тянули мулы. Несколько почтовых экипажей везли семьи офицеров, женщин и детей. За экспедицией шло тысячеголовое стадо коров. Экспедиция вошла в форт под звуки музыки оркестра, состоящего из двадцати пяти человек.
      Поначалу расположенные в лагерях вокруг форта индейцы устрашились, завидя армию белых солдат, но уже вскоре страх сменился возмущением. Солдаты заявляли, что они направляются строить форты на новой дороге.
      Солдатский говор, крики команд, скрип колес, рев скота - все это изумило и обеспокоило вождей, да и уполномоченные были немало смущены преждевременным прибытием экспедиции Каррингтона.
      Узнав, зачем прибыли солдаты, Ва ку'та сейчас же помчался известить своего отца, который вместе с Красным Облаком и Боятся Даже Его Лошадей, а также другими вождями заседал с уполномоченными. Услышав неожиданную весть, Красное Облако сорвался с места и, возмущенный до глубины души, воскликнул:
      - Великий Отец из Вашингтона посылает нам подарки и хочет построить новую дорогу, а тем временем белый вождь уже идет с солдатами, чтобы украсть эту дорогу, прежде, чем индейцы успели ответить: да или нет!

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21