Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Укия Орегон (№1) - Глазами Чужака

ModernLib.Net / Триллеры / Спенсер Уэн / Глазами Чужака - Чтение (стр. 4)
Автор: Спенсер Уэн
Жанр: Триллеры
Серия: Укия Орегон

 

 


— Мам, расскажи, как нашла меня.

Она помолчала немного, в темноте ее выдавал только запах. Интересно, как пахла его настоящая мама?

— Я была студенткой, — начало истории было вполне обычным, — когда в Национальном парке Уматилла в Орегоне впервые за шестьдесят лет заметили стаю волков. Я ухватилась за возможность написать по ним диплом, но когда я прибыла на место, оказалось, что они в отчаянной ситуации. Зима была тяжелая, популяция лосей в парке слишком выросла, и они голодали. Выпал глубокий снег, и лосям легче всего было двигаться по колеям снегоуборочных машин. Колеи вели в сельскохозяйственные угодья, где живет множество скота, особенно овец. И вот вслед за лосями стали приходить волки.

Привычный, памятный до мелочей рассказ успокаивал, но Укия с нетерпением ждал, не проскользнет ли среди знакомых слов новая информация.

— Департамент дикой природы Орегона расставил на волков гуманные ловушки, чтобы собрать и перевезти их в другое место. Я каждый день проверяла, сколько волков попалось, и вот в один прекрасный день из клетки на меня дикими глазами глянул мальчик. Он рычал и грыз приманку так, словно перед этим голодал…

— Постой, — перебил Джо Укия. — Расскажи мне все по-взрослому, а не как обычно.

— В смысле?

Он пожал плечами.

— Я знаю, что правительству ты не доверяешь, но почему ты никому не сказала, что нашла меня? А вдруг меня кто-то искал?

Она подумала немного, поглаживая его волосы.

— Наверное, я никому не сказала потому, что была молодой и самоуверенной. Я не сомневалась, что смогу воспитать из тебя цивилизованного человека, что должна тебя усыновить и смогу дать тебе все, что нужно. Дело еще в том, что тогда мы с Ларой не могли иметь собственных детей, и вряд ли государство позволило бы двум женщинам взять приемного ребенка. Запретите что-нибудь, и люди начнут хотеть именно этого. А мы так хотели ребенка… — Джо рассмеялась и обняла Укию. — Мой маугли, — прошептала она, раскачиваясь, — вначале я решила, что раз какой-то олух тебя потерял, то тебя вполне можно оставить у нас. Но потом появилась Келли, Ребенок очень сильно все меняет, на многие вещи начинаешь смотреть по-другому. Мне стали сниться кошмары: мы отдыхаем на природе, просыпаемся ночью, а Келли нет.

Она никогда ему этого не рассказывала. Он сидел не шевелясь, почти не дыша, боясь прервать ее.

— Я знала, что никогда не перестану искать Келли — до самой моей смерти. И подумала, что твои родители могут все еще искать тебя и не терять надежду. Тогда я наняла частного детектива.

Память послушно показала нужную картинку. Вот к дому первый раз подъезжает «чероки», из него выходит Макс, тогда еще просто высокий, стройный незнакомец, и осматривает двор. А потом — долгий летний вечер, они с Максом сидят в древесном доме, и детектив задает один странный вопрос за другим. «Ты жил когда-нибудь в другом доме? Помнишь, как в детстве ел печенье? А телевизор ты смотрел?»

— Вы наняли Макса. Джо тихо рассмеялась.

— Да, «Детективное агентство Беннетта». Я выбрала Макса, потому что в рекламе он указал: «Специализируемся на случаях пропажи людей». Странно, как много может значить такое мелкое решение.

Укия вспомнил первые встречи с Максом, как тот пытался вытянуть из него хоть какую-то информацию. Но тогда юноша мог вспомнить то же, что сейчас, — бесконечное время в стае волков. Если он когда-то и жил среди людей, то просто не помнил этого.

— И он поехал в Орегон? — Еще не закрыв рта, Укия понял: да, поехал. Макс всегда старался докопаться до правды. Он прочесал бы все базы данных по пропавшим людям, используя реконструкцию внешности в соответствии с возрастом, а когда такие поиски ничего не дали, объехал бы все полицейские участки в Орегоне, просмотрел все местные газеты и поговорил со всеми, кто соглашался поболтать немного. Возможно, он даже взломал защиту спутников-шпионов и осмотрел парк с орбиты в поисках хоть какой-нибудь подсказки. — Что-нибудь нашел?

— Нет. — Джо вздохнула: она понимала, как он хотел услышать «да». — Никто не заявлял о пропаже ребенка, похожего на тебя. Ни в США, ни в Канаде.

Почему родители не заявили о его пропаже? Возможно, потому, что сами умерли. Укии представилась картина: авария на пустынной дороге, родители погибли на месте, ребенок — совсем малыш? или постарше? — ударился головой, но выжил. Он ушел куда-то, и когда машину с мертвыми родителями нашли, никому и в голову не пришло его искать. Да, ужасно. Такого просто не должно быть. Однако порой такое случается. Шесть лет назад Макс приехал домой из командировки и увидел, что новый дом пуст, а красавицы жены нигде нет. Тело ее нашли спустя много месяцев.

Укия обнял маму Джо покрепче, стараясь не думать об этом кошмаре, и она погладила его по спине.

— Ничего. Зато теперь ты мой навсегда, и никому мы тебя не отдадим. Ну, разве когда женишься.


Макс, как всегда, немного опоздал к завтраку: он как минимум полчаса вел деловые беседы по сотовому телефону. Последний разговор он заканчивал, уже спускаясь в кухню.

— Мы заберем его сегодня, но попозже. Пока.

— Мотоцикл починили? — догадался Укия.

— Точно.

— Оладьи будешь?

Мама Лара как раз дожарила последний и скинула его со сковородки.

— Да, спасибо. — Макс уселся за стол, и Лара поставила перед ним полную тарелку. — Научила бы ты парня готовить, Лара. Сейчас он может только забросить вафли в тостер.

— Научится. — Она убрала со стола тарелку Келли. — Келли, вымой руки и обувайся. Когда мы с Джо только переехали сюда, я даже яйца не могла сварить без поваренной книги. Быстрее, Келли, мы опаздываем.

— Я вымою посуду, мам. Укия как раз доедал оладьи.

— Спасибо, детка. — Лара поцеловала его в щеку, схватила со стола ключи от машины и стопку книг. — Надо было раньше ложиться, а не смотреть посадку. Не забудь запереть дверь.

Пока Укия мыл посуду, они с Максом обсуждали незакрытые дела. Поломка мотоцикла привязала молодого детектива к ферме, и все это время он помогал семье по дому и делал множество междугородных звонков, проверяя различную информацию. Он записывал все, что узнавал, в карманный компьютер и теперь перекачал информацию Максу. Тот в это время занимался наблюдениями вместе с двумя их сотрудниками, Чино и Джени, которые работали неполный рабочий день. Старший детектив пересылал Укии информацию по электронной почте, но только сейчас они смогли обсудить свои предчувствия и мысли. Макс доел оладьи и отнес тарелку к раковине, Укия быстро вымыл ее, поставил в сушилку и вытер руки полотенцем.

— Что у нас в планах на утро? Поедем заберем мой мотоцикл?

Макс вышел и остановился на широкой веранде.

— Вчера я вспомнил, что мы уже месяц не тренировались в стрельбе. Так что этим и займемся, причем стрелять будем не меньше часа.

Молодой детектив запер дверь и поморщился.

— Ненавижу пушки.

— Вчера пистолет спас тебе жизнь. — Макс легко хлопнул его по плечу и направился к «хаммеру». — Не будешь тренироваться — в следующий раз так легко не отделаешься.

Укия неохотно согласился. Он вспомнил грохот выстрелов, отражение вспышек в глазах девушки, отдачу в плече, крики. «Как я смог это вспомнить?» Пока Макс вел машину к их импровизированному стрельбищу, он вспоминал вчерашний день. Провалов в памяти не осталось, некоторые воспоминания словно окутывал туман, однако в целом картина восстановилась. Почему вчера в больнице так не получалось?

Их «стрельбище» было на самом краю фермы. С одной стороны длинного ровного поля земля понижалась к ручью, там начинались владения соседей; на другом конце круто вздымался старый оползень. В этот обрыв они и стреляли. Макс поставил «хаммер» багажником к оползню и заглушил мотор. Под ласковым утренним солнцем поле было неподвижно, разве что иногда по нему прыгали кузнечики.

— Как тихо.

— В поле? Или просто мы молчим?

— Все вместе. Макс открыл дверь.

— Макс, а ты когда-нибудь убивал?

— Конечно! — Макс воззрился на Укию с удивлением. — Я убил сумасшедшего Джо Гэри.

У Макса были причины удивляться. Именно из-за Джо Гэри он стал учить Укию стрелять. Три года назад это кровавое дело изменило всю жизнь бывшего маугли. До него Макс работал в одиночку, вытаскивая Укию, только если надо было идти по следу. Тогда не было ни разговоров о напарнике, ни даже мысли о том, чтобы доверить Укии оружие. А потом Беннетт взял его на поиски туристки, пропавшей в Аппалачах. След приходилось с трудом искать на камне, гравии и тропинках из засохшей грязи, да к тому же им мешали другие поисковики. И вот в полнейшей глуши Укия нашел свежий след, и они узнали правду об исчезновении женщины — ее силой привел в свою уединенную хижину некий человек. Потом они выяснили, что зовут его Сумасшедший Джо Гэри, сложен он как медведь, а оружия у него больше, чем у Макса; и гораздо позже — что вокруг его хижины захоронено две дюжины расчлененных тел, а в холодильнике — разрезанный на куски скаут. Но тогда они всего этого не знали.

Найдя хижину, они позвонили по сотовому Макса в местную полицию, и женщина на другом конце провода вежливо объяснила им, что все офицеры заняты поисками пропавшей туристки, так что раньше, чем через пару часов, подмоги ждать неоткуда. В этот момент из хижины раздались крики насмерть перепуганной женщины, и Макс решил ворваться туда, рассчитывая на эффект неожиданности и свой пистолет. Но он не был бы Максом, если не придумал бы запасной план: вручил Укии второй пистолет и велел сидеть снаружи, если все пойдет нормально.

Знай они больше о Джо Гэри, они могли бы дождаться прихода полиции, а могли бы и не дождаться. Как бы там ни было, Макс влетел в хижину как раз вовремя: Гэри уже готовился расколоть бедной женщине голову, и это была только первая часть тщательно разработанного ритуального убийства. Он стоял с кувалдой в руке, остолбенев от изумления. Это продолжалось пять секунд, а потом он начал действовать. Через минуту Укия стоял над едва живым Максом и смотрел в дуло винтовки Джо Гэри. Он терпеливо объяснил, что может нажать на крючок так же быстро, его пули не менее смертоносны, чем у Гэри, а значит, они оба погибнут. К сожалению, маньяки-убийцы обычно не в ладах с логикой, а Укия до этого не держал в руках оружия. В результате последовавшей за этим кровавой перестрелки он возненавидел пистолеты, а Макс решил, что его непременно надо научить стрелять. Правда, вчера он первый раз с того самого дня стрелял во время расследования.

И только сейчас он понял, что у перестрелки был еще один результат: Макс без лишнего шума предложил ему стать настоящим частным детективом. Естественно, он согласился. Его мамы тоже согласились, и еще до выдачи всех необходимых документов и лицензий Беннетт брал его с собой на все дела, объяснял все, что надо знать частному детективу, и представлял всем как своего напарника.

Правда, Укия помнил не все, что случилось в тот день. В его памяти зияли дыры, ровные, как следы от пуль. Спасатели говорят, что жертвы несчастных случаев часто ничего не помнят. Он и не помнил, но почему вдруг вспомнил Дженет Хейз?

Тем временем Макс открыл кодовый замок оружейного сейфа «хаммера».

— Знаешь, Сумасшедший Джо Гэри был очень похож на ту девицу — такой же псих и мог тебя убить. Мне тоже неприятно знать, что я убил человека.

— Нет, Гэри был другим.

Его смерть не мучила Укию. Может, потому, что последняя пуля была не его? Нет, не поэтому.

Наверно, потому, что он защищал не только свою жизнь, а Макса и беспомощную Женщину. Но значит ли это, что убийство было благородным?

Молодой детектив увидел, что Макс уселся на багажник «хаммера» и смотрит на него так, словно не на шутку о нем беспокоится. Такое случалось редко, и Укии стало неловко.

— Джо Гэри был совсем не таким, как девушка. — Он попытался передать словами смутные ощущения. — Он стал чудовищем задолго до того, как мы там появились. Если бы ты его не убил… — Это была не совсем правда, Укия ведь тоже стрелял тогда. — Если бы мы его не убили, он продолжал бы убивать и мучить. Но эта девушка как будто растерялась. По-моему, она за свою жизнь и мухи не обидела. У нее в спальне были плюшевые мишки и игрушки, Макс. Она была в ярости от того, что убила тех людей, и считала, что кто-то заставил ее убить их. Но что, если кто-то и правда заставил ее, дал какой-нибудь наркотик? Тогда он перестал бы действовать, и она снова стала бы нормальной. А я ее убил.

— Если бы да кабы… — Макс покачал головой. — Все эти «если бы» могут и с ума свести. Ты стоял перед выбором: убить ее или погибнуть самому. На решение у тебя были доли секунды, и ты выбрал жизнь. В этом нет ничего дурного, Укия, у всех животных есть инстинкт самосохранения.

— Но я мог ранить ее. Тут Макс нахмурился.

— Помнишь, что я говорил тебе о пистолете?

— Если стреляешь, стреляй на поражение. Иначе промажешь, так что нечего было на спуск жать.

— Я знаю, что ты помнишь и это, и вообще все, что прочел или услышал. Но мало просто помнить, надо воплощать это в жизнь. Ты правильно поступил. Ты два раза попал ей в корпус. И в следующий раз ты должен делать то же самое, иначе убьют тебя. В такой перестрелке нельзя просто ранить. Может, через пару лет ты станешь стрелять настолько хорошо…

— Не надо мне следующего раза!

— Парень, мы помогаем людям. Находим пропавших, спасаем похищенных, вытаскиваем из разных переделок. Иногда бывает как с Джо Гэри: чтобы спасти клиента, надо убить злодея.

У Макса зазвонил телефон, и он ответил.

— Макс Беннетт. — Лицо его начало мрачнеть. — Агент Женг, мы рассказали вам все, что знали по этому делу. Можете больше нас не беспокоить. — Он встал и начал ходить взад-вперед. — Вы что, новостей не смотрите? Доктор Хейз чуть не убила моего напарника! Что? Нет, в этом нет необходимости. Через час мы будем у себя в конторе.

Макс хмурился и вообще выглядел так, как будто сейчас выбросит телефон подальше.

— Проклятая тварь!.. Лезь в машину, ФБР хочет «обсудить с нами это дело» в городе.

— А в чем нет необходимости?

— Агент Женг сказала; что приедет куда угодно, если мы не хотим ехать в город.

— Не надо нам здесь ФБР! Мама Джо с ума сойдет.

— Вот поэтому мы встречаемся в городе.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Среда, 17 июня 2004 года

Район Шэйдисайд

Питтсбург, Пенсильвания


«Детективное агентство Беннетта» являлось молчаливым свидетельством того, насколько успешен был Макс «в прошлой жизни». Контора агентства располагалась на первом этаже большого викторианского дома в районе Шэйдисайд, всего в квартале от дорогой Уолнат-стрит. Полы были из вишневого дерева, стены облицованы ореховым, а в прихожей стояли массивные напольные часы, наполнявшие весь дом мерным торжественным тиканьем. Когда Укия только начинал работать с Максом, нижние комнаты, да и большая часть верхних, пустовали. Однажды, будучи в подпитии, Макс рассказал, что они с женой много лет жили в крохотных квартирках с обшарпанной мебелью, и когда у них наконец появились деньги, они купили дом, выбросили старую мебель и собирались заполнить его красивым антиквариатом. До ее смерти они успели купить только старинные часы.

С тех пор нижний этаж начали заполнять столы, стулья, большой стол для совещаний, деревянные шкафы-картотеки и прочая офисная мебель. Кабинет Макса был заставлен книгами от пола до потолка. Там стоял также стол, когда-то принадлежавший Фрэнку Ллойду Райту (Укии это ничего не говорило, пока Макс не свозил его в Фоллингуотер), и «кресло руководителя» стоимостью две тысячи долларов. Стол Укии был куда скромнее, но он и использовал его только тогда, когда Макс работал с важными документами и нельзя было ему мешать.

Когда они подъехали к зданию, агент Женг уже стояла у входа. На ее машине, серебристом четырехдверном «сатурне», красовались правительственные номера. Укия припарковал «хаммер» прямо на улице вместо того, чтобы завести в гараж позади дома: сразу после разговора они с Максом собирались ехать за мотоциклом. Кроме того, у него редко получалось аккуратно поместить широкую армейскую машину в стандартный гараж. Да и вел он машину в основном для того, чтобы дать напарнику возможность искать информацию на агента Женг.

Макс поморщился, когда Укия рывком преодолел бордюр.

— Да, немного удалось найти в сети о нашем агенте. Она всегда добивается своего, так что нам, можно сказать, не повезло.

— Мысли позитивно. — Укия вытащил ключи зажигания «хаммера» и бросил их в карман. — Мы ничего плохого не сделали.

— Парень, ты еще жизни не знаешь.

— С чего бы это? Ты кого угодно плохому научишь.

Макс покачал головой, но улыбнулся.

— Ладно, хватит уже.

Детективы подошли к крыльцу, и агент Женг кивнула каждому по очереди:

— Мистер Беннетт, мистер Орегон. Спасибо, что согласились встретиться.

— Да вы и выбора нам не дали, — проворчал Макс, отпирая дверь и заходя в дом.

Укия задержался в дверях, пропуская агента; она тоже остановилась и внимательно, снизу вверх оглядела его. Ничего не говоря, отметила удобные армейские ботинки, защитного цвета брюки, белую рубашку с короткими рукавами и темные волосы, еще влажные после утреннего душа, но аккуратно причесанные. Да, со вчерашнего дня он разительно изменился. Приехав накануне домой, Укия обнаружил, что выглядит так, словно его долго валяли по земле: вся открытая кожа была в грязи, а в волосах запутались листья. Запасной комплект одежды, хранившийся в «чероки», был весь в дырах и заляпан илом, да еще и слегка сел при попытке его отстирать, а ночная прогулка по парку только ухудшила ситуацию. Впрочем, вспомнив джинсы и футболку агента Женг, Укия решил, что оба они были не в лучшей своей форме. Сегодня на молодой женщине был дорогой черный брючный костюм и белая шелковая блузка, черные волосы гладко уложены, макияж выше всяческих похвал, к тому же ее окружал исчезающе легкий аромат мускусных духов.

Закончив рассматривать Укию, агент Женг прошла мимо него в дом, едва не касаясь, даже кожу слегка защипало. Молодая женщина просто оглядывала комнаты, проходя по ним, и на лице у нее не отражалось ни удивления, ни удовольствия. Укия не знал, плохо или хорошо то, что ее чувства нельзя понять по лицу, однако это явно говорило об умении агента сосредоточиваться.

Макс привел их в кабинет и занял «руководящее» место за большим столом. Агент села на стул для посетителей, который выглядел очень стильно, Укия оперся о стену справа от Макса, лицом к обоим.

— Агент Женг, вы сказали, что хотите обсудить с нами дело. Что именно вас интересует?

Она сразу взяла быка за рога.

— Мы провели покадровое изучение вашего диска, и один кадр нас особенно заинтересовал.

Укия быстро глянул на Макса, и между ними в воздухе словно повисло имя: Ренни Шоу. Конечно, агент выложила на стол его увеличенную фотографию.

— Имя этого человека — Ренни Шоу. Должна вам сказать, что он очень опасен. Он принадлежит к свободному объединению нескольких групп байкеров, что колесят по стране: Дворняги-Демоны, Гончие Ада, Собаки Дьявола, Дикие Волки и Волки-Воины.

— Да они зациклились на собаках.

Макс, как всегда, говорил за двоих.

— Похоже. Они мнят себя одним целым, или Стаей. Ренни Шоу считается предводителем Волков-Воинов, а возможно, и всей Стаи. Это плотно сбитая и чрезвычайно изобретательная группа, в нее очень трудно попасть. Арестовывают ее членов редко, и под стражей они проводят совсем немного времени. Член Стаи может бесследно исчезнуть даже из камеры максимальной защиты. Власти пытались заключать сделки с пойманными, обещали снизить им сроки за выдачу внутренней информации, но ни одно такое предложение не было принято.

— Они же знали, что смогут выбраться и так, — сухо заметил Макс.

— Да. Однако в группе таких размеров обязательно должны появляться недовольные члены, а их нет. Несмотря на отсутствие активного общения между группировками, ни один из замаскированных агентов не смог внедриться к ним. Все, что мы о них знаем, почерпнуто из развернутых опросов свидетелей. И еще: многих членов Стаи нельзя отследить по документам. У них нет ни свидетельств о рождении, ни социальной страховки — вообще ничего.

Укия внутренне съежился: это описание очень напоминало ситуацию, в которой он находился несколько лет назад.

— И как же Стая связана с Дженет Хейз?

— Мы не знаем. — Агент указала на фото. — Это единственное, что указывает на них. Если доктору Хейз действительно дали опасный наркотик, прийти он мог от кого-то из Стаи.

— То есть Стая дала ей наркотик, — Макс начал загибать пальцы, — посмотрела, как она машет мечом, в парке проверила, умерла ли она, а потом украла ее тело. На такое способны только изобретательные убийцы.

— Вот именно. — Агент секунду помолчала. — Вчера утром, получив это фото, мы начали исследовать возможные связи между Стаей и работой доктора Хейз, и через час бесследно пропал один из наших агентов. — Она бросила на стол вторую фотографию, на ней был изображен серьезный человек лет тридцати с небольшим; лоб его словно украшала невидимая надпись «Я из ФБР». — Уил Трэйс, один из лучших наших агентов. Он десять лет занимался организованной преступностью и бандами, умел действовать быстро, но голову имел холодную.

«Имел. Был. Она уже говорит о нем в прошедшем времени».

Макс откинулся в кресле, словно пытаясь отодвинуться подальше от пропавшего агента ФБР.

— Я вижу, к чему вы клоните, и мне это не нравится.

— Раньше, — продолжала агент Женг, — Стая держала полицейских и агентов по нескольку дней, их либо «ломали», либо уничтожали без следа. Если Уил Трэйс у них и все еще жив, надо найти его до того, как они возьмутся за дело.

— Нет. — Макс даже руками замахал. — Такое нам не по зубам, пусть этим занимаются ФБР и полиция.

— У него жена и трое детей.

Макс постучал пальцем по эмблеме ФБР на папке, в которой агент принесла фотографии.

— Он агент ФБР. Он знал, на что идет.

— Макс, — внезапно произнес Укия, — может, выслушаем ее?

Напарник наградил его сердитым взглядом.

— Не ловись на такие штучки, парень. За ней стоит все ФБР, у них агенты просто так не пропадают. Они уже подняли на ноги все правоохранительные органы.

— Да, — признала агент Женг, — так и есть. Но положение отчаянное, время идет, а мы даже не уверены, что особого агента Трэйса похитила Стая.

— В смысле?

Укия нахмурился. Он-то был уверен, что участие в этом деле Стаи уже несомненно!

— Между доктором Хейз и Стаей нет никакой видимой связи. Да и Уил Трэйс занимался не ими: он обыскивал дом доктора Хейз в поисках чего-то, что сможет пролить свет на ее смерть. Его машина все еще стоит у дверей, соседи видели, как он входил в дом и не вышел. Мы перерыли все и ничего не нашли — ни в доме, ни в окрестностях, ни в парке. Мистер Орегон может найти след, который не видит больше никто. Он — наш единственный шанс выяснить, что там случилось.

Укия взглянул на Макса. Тот фыркнул.

— Не смотри на меня так! Ну ладно, ладно. Но задаром мы работать не будем.

— Вам заплатят. Каковы ваши расценки?

— Если я правильно вас понял, придется искать его след. За обычную работу такого рода мы берем тысячу долларов в день, а поскольку дело оказалось опасным, мы запросим две тысячи в день.

Агент Женг слегка склонила голову.

— Многовато.

Макс снова фыркнул.

— Если бы вы наняли нас проверить парня, с которым собрались встречаться, — согласно их данным, Женг была не замужем, — мы запросили бы сто долларов в час плюс возмещение расходов. Через пару дней мы представили бы вам подробный отчет о том, с кем же вы собрались связаться, и счет на сумму больше тысячи долларов.

Агент взглянула на Укию, чуть передвинулась на стуле и снова выпрямилась.

— Я вижу, вы хорошо подготовились.

— Мы любим знать, с кем имеем дело, агент Женг. — Макс хитровато улыбнулся. — Выслеживать, искать следы — совсем другая работа: опасная, часто грязная и всегда — на скорость. Нам нравится помогать людям, но это работа, и мы делаем ее лучше всех. После вчерашнего мы были вынуждены повысить страховку, и при всем этом наш юрист должен проследить, чтобы мистера Орегона для простоты не обвинили в смерти Дженет Хейз.

Женг медленно кивнула.

— Я могу подписать контракт.

Макс достал из ящика стола стандартный бланк договора, в поле клиента указал ФБР, поставил «$2000» в графе «оценка опасности», затем подписал документ и передал через стол молодой женщине. Она поставила свою аккуратную подпись рядом с его.

— Вы начнете работу немедленно, и я поеду с вами.

Макс безразлично пожал плечами и направился к ксероксу — снять для нее копию.

— И все же странно, агент Женг. Вчера мне показалось, что вы нам не доверяете.

— Верно. — В ее взгляде не было и намека на извинения. — Я увидела вас первый раз в жизни, и вели вы себя весьма подозрительно. Однако с тех пор у меня было время кое-что проверить.

— И что же?

Макс смотрел на нее с неподдельным интересом.

— Вот лучший отзыв о вас: «Если мой ребенок пропадет, я найму именно их».

— А худший? — спросил Укия, и Макс наградил его очередным хмурым взглядом.

Агент некоторое время смотрела на него молча, потом ответила:

— С этим парнем страшновато работать, но он всегда прав.


Она захотела поехать с ними в «хаммере». Макс жестом велел Укии сесть сзади, чтобы агенту не пришлось смотреть на то, что он там хранит. Уже не в первый раз молодой детектив задался вопросом: а вполне ли законно напарник держит у себя вооружение?

Наклонясь вперед, Укия заметил, что волосы Женг пахнут жимолостью, а длинная прядь спускается до самой шеи. Она почувствовала, что на нее смотрят, и повернулась к юноше. Он ждал, что она что-нибудь скажет, но девушка просто смотрела. У нее оказались очень спокойные серые глаза. Макс заметил, что она повернулась, и взглянул на Укию в зеркало заднего вида.

— Знаете, Укия может так посмотреть…

— Я заметила.

Макс снова посмотрел в зеркало заднего вида и повернул на улицу, где стоял дом Дженет Хейз.


— Что с тобой было, парень?

— Ты о чем?

Укия проверил пистолет и спрятал его в набедренную кобуру. В такой жаркий день ходить в бронежилете не слишком приятно, но Макс ни за что не разрешил бы его снять.

— Ты так на нее посмотрел…

Старший детектив закрыл патронник и вернул пистолет в кобуру под мышкой. Укия пожал плечами и надел камеру.

— Не знаю. Просто посмотрел на нее, а она посмотрела в ответ.

— Ты просто… Я понял. — Макс тряхнул головой, включил ручную следящую систему и проверил сигнал. — Вижу тебя. — Следящая система отправилась в карман. — Основную я оставляю в «хаммере». Ты иногда так смотришь… Это я запомнил с нашей первой встречи — твой взгляд.

— А что такого?

— Ты именно смотришь . В тот день я взобрался в древесный дом по лестнице, посмотрел тебе в глаза, и ты посмотрел мне прямо в душу. Я был готов слезть оттуда и отказаться от дела.

Укия в свою очередь тряхнул головой и рассмеялся.

— Макс, я понятия не имею, о чем ты.

— Конечно. На тебя-то так никто не смотрел! Но имей в виду: многие от этого нервничают, особенно если они в чем-то виновны.

— Она не нервничала, она просто смотрела.

— И от этого мне неуютно.

Макс забросил в компьютер «хаммера» новый диск.

— Это Макс, проверка связи. Проверка. — Он ткнул пальцем в индикатор сигнала на мониторе: — Прием отличный. Теперь ты.

— Это Укия, проверка связи. Раз, два, три, четыре.

— Черт, тебя едва слышно. — Макс подкрутил что-то в передающем модуле на голове Укии. — Теперь повтори.

— Укия, проверка связи. — Он хитро сощурился. — Ту-ру-ру, перепрыгнул Макс Луну.

Тот только рассмеялся:

— Вот теперь прием что надо. Пошли. Агент Женг уже сняла со взломанной двери дома полицейскую пломбу, и детективы поднялись к ней на крыльцо. Она осторожно перешагнула порог. Макс схватил Укию за плечо.

— Агент Женг идет с нами, но это не значит, что она из «хороших парней». Не полагайся на нее, парень, она может тебя не прикрыть.

— Понял, Макс. — И вдруг улыбнулся. — «Хороший парень»? Ты что, не заметил? Она девушка.

Макс хлопнул его по плечу и вошел в дом.

Тела убрали, а вот пятна крови остались. Укия присел на пороге, как и два дня назад, и медленно осмотрел вход. Память металась между обычной четкой картиной и слегка затуманенными на этот раз воспоминаниями.

— С позавчерашнего дня здесь было много людей. Все вещи немного передвинуты.

— Что, например?

Женг достала карманный компьютер и приготовилась записывать.

— Вот этот коврик. — У входной двери лежал половик размером два на три фута, на нем виднелись пятна крови. — Когда я пришел, он лежал под одной из девушек, а сейчас — у лестницы.

Укия наклонил голову и принюхался: сквозняк принес знакомый запах.

— Что такое? — поднялся на ноги Макс. Молодой детектив захлопнул входную дверь и обнаружил за ней дверь в подвал. Стоило ее приоткрыть, как в холле сильно запахло животным мускусом.

— В подвале вы не были.

Агент Женг сообщала, а не спрашивала.

— В подвале держали норок?

— Хорьков. — Женг нашла в компьютере нужные заметки и зачитала их: — В подвале в клетках обнаружены три хорька, самец и две самки. Друзья Дженет Хейз показали, что это были ее хорьки, и держала она их у себя в комнате наверху. За день до трагедии она попросила у соседок разрешения перенести их в подвал, жалуясь, что от животных слишком много шума. Вечером того дня, когда произошли убийства, департамент надзора за животными забрал хорьков и перевез в приют для животных в Норт-Сайде.

— И они все еще там?

Макс старался говорить буднично, а сам подмигивал Укии.

— Вчера днем я их навестила.

Укия закрыл дверь в подвал и вздохнул.

— Слишком много шума? Кажется, шум ее очень беспокоил.

Агент Женг кивнула.

— Замечено, что психически ненормальные люди не способны отгораживаться от фоновых шумов. Предположительно нарушение химического баланса буквально сводит людей с ума, перегружая их органы чувств. В записи Дженет Хейз все время спрашивала, как перестать слышать.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15