Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Красные нити

ModernLib.Net / Классические детективы / Стаут Рекс / Красные нити - Чтение (стр. 4)
Автор: Стаут Рекс
Жанр: Классические детективы

 

 


План действительно выглядел простым, как и все гениальное.

Еще раньше Порция договорилась с Чарли, которого ей прислала подруга, что тот спрячется в кустах, откуда в прошлый раз раздавался крик козодоя. Она узнала у мистера Байса, не является ли этот крик каким-либо особым знаком у индейцев. И не ошиблась. Это был клич, с которым одинокий охотник выходил на охоту.

Было ли это простое совпадение, или за этим что-то крылось?..

Джин договорилась с Чарли, что он проимитирует крик козодоя ровно в 20 часов 45 минут. Поэтому в 20.40 она расположила на лужайке всех гостей полукругом, чтобы хорошо видеть их лица. Едва Джин успела это сделать, как раздался крик козодоя. Все произошло словно на хорошо отрепетированном спектакле. Сначала все гости, как по команде, повернулись к кустам, откуда раздался крик птицы. Потом один из них резко повернул голову, поймал встречный взгляд Джин и быстро отвел глаза.

Джин вздрогнула, и в сердце ее вполз холодный и липкий страх…

Ничего не объяснив гостям, девушка всех поблагодарила и быстро отпустила. Удивленные гости, недовольно переговариваясь, разошлись, так и не выяснив смысла всего происходящего.

Это был, наверное, самый короткий и необычный званый ужин…

Джин вышла из дома Бардов вместе с Чарли, который присоединился к ней у входа, после того как незаметно выбрался из кустов, где он прятался. Они сели в машину и поехали в направлении его дома. Там Джин высадила Чарли и направилась к себе домой.

Нервное напряжение у нее усилилось настолько, что Джин почувствовала необходимость остановиться. И вдруг… она с ужасом увидела, что ее преследует какая-то черная машина. Испуганная девушка выжала газ и максимально увеличила скорость. Но преследователи, а теперь в этом не было уже ни малейшего сомнения, не отставали от нее.

И тут Джин приняла смелое решение и резко затормозила. Черная машина остановилась на некотором расстоянии сзади.

Увидев, что улица хорошо освещена и на ней еще видны редкие прохожие, Джин вышла из своего автомобиля и смело подошла к черному автомобилю.

— О, это вы! — Вздох облегчения вырвался у нее, когда она узнала мистера Байса и Вудро Вильсона. — Как же вы напугали меня!..

— Ах, простите, мисс Феррес, — извиняющимся тоном сказал Амори Байс, выходя из автомобиля и смущенно кланяясь ей. — Видите ли, когда мы услышали крик козодоя, то я сразу вспомнил, как вы приходили ко мне и спрашивали о нем. И я, естественно, подумал, что вы, возможно, подозреваете индейцев, а в частности меня и Вудро Вильсона. Вот мы и хотели объясниться… Но если бы мы только могли подумать, что так напугаем вас, то никогда… О, пожалуйста, простите нас!

— Ну, ничего, теперь я спокойна. А что касается подозрений, то вас обоих я совсем не подозревала… А раз уж вы здесь, то я попрошу вас о помощи. Дело в том, что даже адвокат Гая, мистер Орлик, не верит в его невиновность. Поэтому нам надо доказать это самостоятельно! И я скажу, кого подозреваю, если вы оба пообещаете мне помочь.

— О, да! Конечно, обещаем, — сказал Амори Байс, а Вудро Вильсон только поклонился и широко улыбнулся.

— Я подозреваю… — начала нерешительно Джин и, после минутного колебания, добавила: — Лео Кранца!.. Затем последовал рассказ о проведенном ею эксперименте, о том, как она поймала взгляд Кранца, брошенный на нее при крике козодоя.

— О, мисс Феррес, — медленно заговорил Вудро Вильсон, — если так, то я должен вам все рассказать… Когда я очнулся в то страшное утро и пришел в себя после удара, то увидел… Там, около гробницы, валялся красный жакет… Я испугался за мистера Гая… и спрятал жакет… А потом, через две недели, мне показалось, что мистер Гай ищет его. Тогда я положил жакет на тот стул, с которого он его взял и подарил вам…

— Так что же мы предпримем? — спросила Джин.

— Я пойду в полицию и признаюсь в том, что брал жакет, — ответил Вудро. — Тогда мистера Гая освободят… А мистера Кранца посадят в тюрьму…

— Ну, — с сомнением оборвал его Байс, — вряд ли этого хватит для обвинения Кранца.

— Да, конечно, — поддержала Байса Джин, — я тоже боюсь, что моих доказательств для обвинения Лео Кранца не хватит… И потом я совсем не доверяю этому адвокату, мистеру Орлику… Может быть, рассказать все инспектору Кремеру?..

— Мисс Джин, — не отвечая на вопрос, с беспокойством прервал ее Байс, — я сейчас подумал, что если мистер Кранц догадался, что вы, мисс Феррес, его подозреваете, то он начнет преследовать вас. Поэтому вам лучше не оставаться одной. Мы теперь будем повсюду вас сопровождать и охранять!

— Большое спасибо. Но… я думаю, что в этом нет необходимости… По крайней мере пока… пока мы не добыли серьезных улик против Лео Кранца… Так что поезжайте домой. И еще раз спасибо вам обоим.

Попрощавшись, Джин поехала домой.

Проделав остаток пути без приключений, она вошла в свою квартиру и сразу направилась в ванную комнату, Усталость так сморила ее, что Джин начала засыпать прямо в ванной…

Резкий звонок в дверь разбудил ее.

Джин вышла из ванной, надела халат и подошла к двери. Была ночь, и в стоявшей тишине не раздавалось ни звука. То ли от этой тишины, то ли от всего пережитого на Джин вновь напал страх. «Спросить? Или притвориться, что никого нет? А вдруг что-то важное от Гая?» — эти мысли молниеносно пронеслись в ее голове, и она решила спросить.

— Кто там?

— Телеграмма… — раздался в ответ мужской голос. — Телеграмма для мисс Джин Феррес. Срочная!

Джин открыла дверь и в страхе отступила: это был Лео Кранц.

— Не бойтесь, Джин. — Он попытался успокоить ее и даже улыбнулся. — Я хочу поговорить с вами… как ваш друг…

— Зачем вы пришли?

— Я знаю, что вы меня подозреваете, но это глупо!.. И я хочу все объяснить…

— Если вы сейчас же не уйдете, я начну кричать!

И вдруг она увидела на его руках перчатки. Черные, зловещие перчатки… летом! Теперь ей стало так страшно, как еще никогда в жизни. Она хотела крикнуть… и не могла!..

Все происходило, как в кошмарном сне. Глядя на нее каким-то гипнотизирующим взглядом, Кранц медленно приближался, не произнося при этом ни слова.

Джин, не в силах закричать, молчала тоже. Ей казалось, что эти мгновения длятся целую вечность…

Вдруг, как обвал, вновь зазвонил звонок. А сразу вслед за этим на лестнице раздались шум и крики.

Джин, будто очнувшись от кошмарного сна, бросилась к двери и распахнула ее. Теплая волна облегчения охватила девушку в тот момент, как только она узнала Байса и Вудро. Все закачалось у нее перед глазами, и она бы упала, но вбежавший Вудро успел подхватить ее. И тут у Джин началась истерика.

Когда Байс и Вудро ее успокоили, то оказалось, что Кранц исчез, воспользовавшись суматохой.

— Но как же вы оказались здесь так вовремя? — спросила Джин после того, как немного успокоилась.

— О, — ответил Байс, — мы решили все же убедиться, что с вами все в порядке. А пока ждали у входа, то увидели, как в подъезд вошел Кранц. Мы пошли за ним, но не заметили, куда он вошел. К тому же мы не знали номера вашей квартиры. Пока его узнавали, чуть не опоздали… Но, слава Богу, все позади! Но больше мы вас одну не оставим.

Растроганная Джин встала и предложила Байсу и Вудро разместиться на ночь в соседней с ее спальней комнате.

Глава 17

Байс и Джин поглядывали на часы: Вудро Вильсон, вышедший по каким-то делам, запаздывал. А ведь они уговорились все вместе пойти к инспектору Кремеру, чтобы попытаться выручить Гая Керью.

— Делиться ли нам с полицией своими подозрениями о Кранце? Как вы думаете, мистер Байс? — спросила Джин.

— Трудно сказать. С одной стороны, у нас слишком мало конкретных улик. Не факты, а одни эмоции. Их, как говорят, к делу не подошьешь. Но, с другой стороны, если мы ничего не скажем, то я буду очень бояться за вас, мисс. У меня такое чувство, что вы чудом избежали очень большой опасности, может быть, даже…

— Ах, оставьте, мистер Байс. Сейчас утро, и все мои ночные страхи развеялись. Все сейчас выглядит иначе, и уже нет ничего страшного… А вдруг мне только показалось? Ведь я и от вашего «преследования» в черной машине бежала в не меньшей панике… Не засмеют ли нас?

— Да, возможно… Но что же делать? Однако хлопотать за мистера Гая мы идем без всяких размышлений!.. Только вот где же запропастился Вудро?

— А вот и я! — И улыбающийся Вудро предстал перед ними, да не один, а еще с одним индейцем.

— Мисс Феррес, — продолжал он, — разрешите представить вам Ричардса. Он слуга покойного мистера Вэла Керью. Ричардс имеет информацию, очень интересную и для нас, и для мистера Кремера. Но будет лучше, если предварительно он переговорит с мистером Байсом. Вы не будете возражать, мисс?

— Ну, конечно, нет. Они могут пройти в мой кабинет. Годится?

— О да, большое спасибо, мисс, но… — начал Вудро нерешительно, — может быть, чтобы не терять времени… мы с вами, мисс, пойдем к инспектору Кремеру прямо сейчас, а Байс с Ричардсом подойдут туда позднее?

— Что ж, я не возражаю.

Глава 18

— Входите, мисс Феррес. — Инспектор Кремер вежливо привстал в своем кресле и, увидев Вудро, удивленно добавил: — Но вы не одна? Вы хотите беседовать в его присутствии?

— Видите ли, инспектор, мы провели, так сказать, свое небольшое частное расследование. Я понимаю, что оно, наверно, очень непрофессиональное. Но мы собрали важные факты, которыми хотим поделиться с вами, и надеемся, что они позволят доказать невиновность мистера Гая Керью, а может быть, и облегчат вам поиски истинного убийцы…

— Простите, но вы все время говорите «мы», — перебил ее инспектор. — Кого еще вы имеете в виду?

— Прежде всего друзей мистера Гая, а именно мистера Вильсона и мистера Байса, который сейчас подойдет, а, возможно, и не один…

— Ну, хорошо, продолжайте, пожалуйста. Если у вас действительно есть факты или улики, то я буду вам очень признателен. Итак, я слушаю.

— Видите ли, мистер Кремер, я никому не рассказывала, что перед тем мгновением, когда во время ограбления потеряла сознание, услышала крик птицы козодоя. Это навело меня на идею, которую я недавно реализовала.

И Джин рассказала инспектору о своеобразном следственном эксперименте, который она произвела вчера на повторном вечере у мистера Барда.

Крайне заинтересованный Кремер выслушал Джин очень внимательно, прерывая только несколькими уточняющими вопросами.

— Но это еще не все, — продолжала Джин, — эта история имеет продолжение.

И она рассказала о странном ночном визите Кранца.

— Самое подозрительное, — закончила она, — что меня, честно говоря, сильно напугало, это то, что Лео Кранц был в черных перчатках!

— В перчатках? Летом? — настороженно переспросил Кремер. — Да… Более чем странно, — и с этими словами инспектор окутал себя новым облаком дыма.

— А нет ли у вас, мисс, — продолжил он, — каких-нибудь еще фактов или хотя бы наблюдений против мистера Кранца?

— Увы, нет. Я уже думала об этом. Но вот некоторые подозрения против Порции и адвоката Орлика есть…

— Минуточку, о них чуть позже. А сейчас…

— Хотя, вот еще кое-что о Кранце, — перебила Джин. — Фактов нет, но есть вот какое соображение. Я думаю, что Кранц, во-первых, сам надевал жакет, когда убивал Вэла Керью, а во-вторых, нарочно потом подбросил этот жакет Гаю, чтобы навести на него подозрение…

— А вы можете это чем-нибудь подтвердить?

— Нет, к сожалению, ничем. Но вот еще что пришло мне в голову… Когда Кранц узнал, что у Гая с помощью Порции появилось алиби, то понял, что его планы могут рухнуть. Тогда он, возможно, и решил похитить костюм, чтобы замести следы.

— Последнее предположение уже вяжется гораздо хуже, — остановил ее Кремер. — Похитить костюм, но для другой цели, например, чтобы выручить Гая, с не меньшим успехом могли бы Вудро Вильсон, или мистер Байс, или еще кто-нибудь из друзей Гая.

— Я? Но это же глупо! — подал голос Вудро.

Кремер и Джин вздрогнули. Они совсем забыли о присутствии Вудро Вильсона.

— Мистер Кремер, — после паузы Джин начала снова убеждать инспектора, — я глубоко уверена, что это не они украли костюм и убили Вэла, а Лео Кранц. Но пока не могу этого доказать. Я спрашиваю вас, неужели того, что я сейчас рассказала, недостаточно, чтобы хотя бы усомниться в вине Гая Керью?

— Теперь это уже не мое дело… Я посадил его в тюрьму, а вытащить его оттуда — дело адвокатов! Обратитесь к ним, это мастера вытягивать. Они смогут что-нибудь придумать даже… даже из козодоя!

— Мистер Кремер, — не сдавалась Джин, — я знаю, где был этот жакет две недели!

— Где? — заинтересовался сразу Кремер. — Это может стать очень ценным фактом. Так где же?

— Жакет был у Вильсона.

— У тебя? — Кремер быстро повернулся к Вудро. — А ну, выкладывай!

После рассказа Вудро Кремер стал очень серьезным. Он несколько минут сидел задумавшись, потом вызвал сержанта и приказал ему отменить все дела, намеченные на этот день.

В ответ на это сержант сказал Кремеру, что у него ожидает приема мистер Байс, а с ним еще один человек.

— Давай пока одного Байса.

Вошел Байс. Он еще раз повторил инспектору то, что уже успела рассказать Джин. Но Кремер, не услышав новых аргументов, отнесся к этому скептически.

— Вы нам не верите? — с нотками безнадежности обратилась Джин к инспектору. Тут ее эмоциональная натура не выдержала.

— Да знаете ли вы, что если бы мы это все придумали… уж, поверьте, сделали бы все гораздо лучше!.. Да, да! Мы бы сказали, что Вильсон только притворился, будто он без чувств, а сам видел, как Кранц входил в гробницу… и как потом вышел оттуда… И не только это! А вы, мистер Кремер, вообще не способны верить людям, даже когда они хотят помочь!.. Вы всех подозреваете из-за злобы! Всех до одного! А это очень обидно!!! Да и глупо же, наконец!!!

Вильсон, придя в восторг от этого взрыва, даже зааплодировал.

— Я выгоню тебя! — заорал на него Кремер, желая на него излить свой гнев.

— Нет, мистер! Я знаю такое, что вы меня не выгоните! — гордо ответил Вудро.

— Что же? — несколько поостыл Кремер.

— Когда я увидел труп мистера Вэла, то сначала огорчился, а потом обрадовался, подумав, что теперь дочь нашего вождя Цианина отомщена, так как мистер Вэл уже не сможет жениться на другой… на белой женщине. Он умер и не успел согрешить. Тогда я снял скальп с мистера Вэла и побежал к мистеру Гаю, чтобы сказать…

— А почему на ноже не осталось твоих отпечатков пальцев? — прервал его Кремер.

— Я вытер потом нож о мокасины.

— Но откуда ты вообще знаешь об отпечатках пальцев? — рассердился Кремер. — Ты разве где-нибудь учился?

— Я же в кино хожу, и очень часто! А там все фильмы полны убийств, где никак не обходится без отпечатков и прочих улик…

Джин не удержалась и подлила масла в огонь.

— Наверное, вы думаете, что и это тоже я придумала?

— Но какой смысл был Кранцу совершать это убийство? — начал вслух размышлять Кремер, который был, кажется, склонен капитулировать, — неужели из-за наследства в двести тысяч долларов? Но ведь у него были свои, гораздо более крупные суммы.

— А может, потому, что Вэл хотел жениться на Порции? — подала ему мысль Джин, которая стала неистощимым источником оригинальных идей.

— И мистер Кранц лишился бы одного своего сотрудника, пусть даже весьма полезного? И это — повод для убийства? Чушь!..

— Но есть сплетня, — не сдавалась Джин, — что Кранц был с Порцией в любовных отношениях… Правда, может быть, это всего лишь сплетня…

— Но эта сплетня, как и все ваши идеи, слишком эфемерна, а главное, абсолютно БЕЗДОКАЗАТЕЛЬНА! Ну-ка, попробуйте рассказать все это адвокату Гая мистеру Орлику…

— Мистер Кремер, — вмешался наконец терпеливо молчавший Амори Байс, — у нас осталось последнее средство попытаться вас убедить. Разрешите пригласить находящегося в вашей приемной Ричардса, слугу покойного мистера Вэла Керью. Уверен, что его показания вам очень пригодятся.

Кремер согласился.

Вошел Ричардс и робко остановился у дверей. Кремер внимательно посмотрел на него и, почувствовав, что этот человек может стать важным свидетелем, гостеприимно пригласил садиться.

— Итак, я слушаю.

— Мистер инспектор, — медленно начал Ричардс, — я должен признаться, что за небольшое вознаграждение… Мне были нужны деньги, чтобы купить нормальный радиоприемник, и я согласился на время похитить ключ от гробницы…

— Для кого?

— Для мисс Порции. Она попросила меня.

— А зачем?

— Она сделала с ключа оттиск, потом вернула ключ мне… а я положил его на место…

— Но зачем ей был нужен ключ?

— Этого я не знаю. Но тогда мне в голову пришла мысль, что она может скоро стать моей госпожой. Значит, я должен слушаться ее…

— Ну, хорошо. А что было дальше?

— Когда мистера Вэла Керью, моего хозяина, убили, то я очень испугался. И подумал, что надо рассказать про ключи… Я спросил совета у друга хозяина, у мистера Кранца… Но тот ответил, что не надо беспокоиться и не стоит больше никому рассказывать, потому что все это совсем не связано с убийством. Ведь убийце ключ был вовсе не нужен. Он вошел в дверь гробницы, которую уже открыл мистер Вэл Керью.

— Почему же ты все-таки решил сейчас об этом рассказать?

— Арестован мистер Гай, мой новый хозяин. Боюсь, что это может принести ему вред, а я не хочу этого. Я его люблю, я его еще маленького учил ходить… И сейчас лучше понесу наказание сам. И вот, я принес деньги… Отдайте их, пожалуйста, мисс Порции.

— Что ты можешь еще сказать об этом? — продолжил Кремер допрос Ричардса после некоторой паузы.

— Я думаю, что мистеру Вэлу не понравилось, если бы он узнал, что его сын посажен в тюрьму, обвиненный в убийстве отца…

— Да нет же, болван!.. Я тебя не спрашиваю, что ты ДУМАЕШЬ, я спрашиваю, что ты ЗНАЕШЬ?

— Больше ничего, мистер.

— Ну, ладно, идите к моему сержанту, пусть он оформит на вас протокол в качестве свидетеля, — официально заявил Кремер и даже назвал индейца на «вы», что он делал не часто. — И не уходите. Можете еще пригодиться мне… как свидетель.

Ричардс ушел, а Кремер приказал дежурному:

— Пусть немедленно сюда доставят Порцию Тридт и Лео Кранца. Да поживей!..

Глава 19

— Мисс Порция Тридт? — спросил полицейский, присланный Кремером, войдя в ее квартиру.

— Да, это я. Что вам угодно?

— Мистер Кремер срочно вас вызывает.

— Зачем?

— Он хочет срочно поговорить с вами.

— А… ну, ладно… Я сейчас… только оденусь.

С этими словами Порция прошла в другую комнату. Там она набрала номер телефона окружного прокурора, с которым была едва знакома, но, по ее мнению, достаточно, чтобы считать его одним из своих поклонников, которых вербовала весьма энергично.

— Господин прокурор, — начала она самым обворожительным тоном, — вы узнаете, кто с вами говорит?

— О, мисс Порция, разве вас можно не узнать! Особенно мне, вашему верному рыцарю…

— То-то, а я думала, что меня уже забыли, — кокетливо продолжала Порция, — а вы не могли бы доказать, что вы действительно мой рыцарь?

— О, конечно, с радостью! И что бы вы хотели?

— Дело в том, что меня снова мучает и вызывает ваш несносный Кремер. А он такой грубый, и у него там так накурено, что у меня начинает болеть голова…

— О, я постараюсь что-нибудь сделать для вас. По крайней мере, твердо обещаю, что он будет очень вежлив с вами… Я сейчас же позвоню ему.

— А может, можно совсем к нему не ездить?

— К сожалению… боюсь, что нет… все же это дело об убийстве! Но я сделаю все, что в моих силах.

— Спасибо, — всхлипнула она в трубку, — а все же бросать свою даму на съедение этому крокодилу Кремеру, это не по-рыцарски!

Она бросила трубку и поехала к инспектору.

Кремер, которому уже звонил окружной прокурор и достаточно надоел своими просьбами быть полюбезнее с мисс Порцией, принял ее официально, холодно, но вежливо. Он отклонил предложение окружного прокурора ограничиться предупреждением Порции за ее «небольшое», как тот выразился, лжесвидетельство, а потом отпустить ее.

И вот сейчас Кремер сидел, взбешенный тем, что она столько раз лгала ему и этим сильно затруднила и затянула расследование, в то время как его начальники пытаются облегчить ее участь и давят на него.

Дошло до того, что окружной прокурор, мэр города и комиссар полиции, также хорошие знакомые Порции, пришли к нему в кабинет и расселись в креслах, пожелав, чтобы он вел допрос Порции в их присутствии.

Поэтому Кремер обратился к Порции, начав со слов:

— Меня обвиняют высшие гражданские и полицейские представители властей города в предвзятой недоброжелательности по отношению к вам. Они даже пожелали здесь присутствовать…

Он еще раз вызывающе посмотрел на всех, кто находился в его кабинете.

— И все-таки, — продолжал Кремер достаточно вежливо, но очень жестко, — несмотря на все эти обстоятельства, я официально заявляю, что если вы, мисс Тридт, не ответите ПРАВДИВО, — он подчеркнул это слово особенно, — на все мои вопросы и допустите хотя бы одну новую ложь, то я вас арестую. И причем немедленно!

Он сделал паузу и насмешливо посмотрел на мэра, комиссара и прокурора. Но те пока предпочитали не вмешиваться.

— Итак, отвечайте: зачем вам потребовалось сделать дубликат ключа от гробницы?

Порция сильно побледнела и в растерянности посмотрела на своих покровителей, глазами моля о помощи.

Однако те, естественно, не рискнули вмешиваться, ибо дело принимало серьезный оборот.

— Но с чего вы это взяли? — перешла Порция в контратаку, собрав все свои силы.

— Ах, так! Вы опять за свое! Новая ложь! — слова Кремера хлестали, как удары бича, но голос он не повышал. — Ладно, сейчас я прикажу, чтобы ввели Ричардса, благо он сидит в соседней комнате. Так что, позвать его?

Порция молчала.

— Ладно… Тогда я арестую вас на сутки, начиная с этой ночи, а за это время найду того слесаря, который сделал вам дубликат ключей от гробницы…

— Мистер Кремер, — прервал его, не выдержав, мэр, — но зачем арестовывать мисс Порцию? Ведь она же не убьет, надеюсь, этого слесаря?

— Ну что ж, — ответил Кремер, не меняя интонации. — Вы имеете право на это надеяться, а я имею право ее арестовать!

— Мисс Порция, — вновь вмешался мэр, но теперь уже обращаясь к допрашиваемой, — я думаю, что вам надо признаться. Мистер Кремер и так долго был терпелив по отношению к вам. Дело слишком серьезно, и вы лишь ухудшаете свое положение молчанием. Правда с ключами все равно и так легко выяснится.

— Хорошо, — опустив глаза, пролепетала Порция, — я признаюсь, что заказала ключи… Но… я ни разу не пользовалась ими!

И она вздохнула с облегчением, очень довольная тем, что нашла такой выход.

Но провести Кремера было не так-то просто.

— А все же, зачем вы их заказали? Ведь не для того, чтобы не пользоваться ими, — насмешливо добавил он, легко разгадав ее ход…

— Цель моя не связана с убийством, и я не хочу об этом говорить.

— Откуда вы знаете, что связано с убийством, а что нет? — сразу же включился Кремер. — Вы что, присутствовали при убийстве?

— Ведь дверь все равно уже была открыта, когда вошел убийца, — попыталась парировать Порция.

— Этого никто не знает, — не сдавался Кремер, вновь переходя в контратаку. — А откуда вы это знаете?

— Я не знаю, — испуганно поспешила заявить Порция.

— А может быть, как раз наоборот? Убийца заранее открыл дверь и спрятался в гробнице, подкарауливая там Вэла Керью.

— Ну… нет, я не знаю…

— Вам лучше сознаться, мисс Тридт! Предупреждаю, что дело будет рассматриваться не в Нью-Йорке, а в округе, где произошло убийство. А там ваши высокие покровители не имеют такого влияния. И еще! Если не признаетесь немедленно, то вы автоматически становитесь подозреваемой в убийстве! А это — электрический стул или газовая камера!

Порция в полной растерянности посмотрела на своих покровителей, и мэр вновь посоветовал ей во всем признаться.

— Мисс Тридт, — сказал он, — ведь если вы расскажете все о ключе и выяснится, что это не имеет отношения к убийству, то, возможно, вас не будут больше вызывать даже в качестве свидетельницы на процессе, а это не очень приятно…

Не в силах более бороться. Порция сдалась.

— Ключ был мне нужен, чтобы войти в гробницу… Да, и я вошла в нее, но не в день убийства, а НАКАНУНЕ! Именно накануне, в шестнадцать часов… когда я знала, что Вудро спит и не помешает мне… Я вошла в гробницу, где никого не было… — После паузы она, наконец, решилась рассказать все до конца. — Там я заткнула бумагой отверстие в стене, чтобы солнце не могло упасть на лицо Цианины, когда на следующий день… я знала об этом… Вэл собирался прийти к покойнице за советом, жениться ли ему на мне…

— И чем вы заткнули эту дырку?

— Я воспользовалась для этого своей желтой косметической бумагой.

— А когда вам пришла эта идея?

— За два дня до смерти Вэла, когда он водил меня в гробницу, где все показывал мне и рассказывал…

— Но как вы смогли бы обмануть Вэла, — сделал очередной выпад Кремер, — если на улице было яркое солнце, и он это прекрасно знал?

— Я очень хорошо знала Вэла, — ответила Порция, не задумавшись ни на мгновение, — он очень хотел жениться на мне. И он готов был уцепиться за малейший повод, говоривший за то, что Цианина не возражает. Вэл даже намекнул мне в присутствии Кранца, что он не возражал бы, если бы по какому-то чудесному вмешательству извне эксперимент с Цианиной закончился благополучно. Вы можете спросить Лео Кранца об этом…

— Вы опять лжете, — оборвал ее Кремер, — ведь сразу после убийства полицейские очень тщательно осмотрели всю гробницу, облазили ее дюйм да дюймом. И нигде не нашли этой бумаги. Где она?.. Вы хотите, чтобы я позвонил и вас арестовали?

— Нет. Я знаю, где бумага!

— И где же она?

— Ее забрал Кранц…

— А как же вы узнали об этом?

— Я все время удивлялась, почему меня не спрашивают об этой желтой бумаге. Она ведь очень редко используется. Я думаю, что такого сорта не было ни у кого, кроме меня. Но вот два дня назад мне позвонил Кранц. Он позвал меня к себе… и показал эту бумагу.

— А как и когда он ее взял?

— Когда после убийства он прибежал с Гаем в гробницу, то, пока Гай бегал вызывать полицию, Лео Кранц остался там на несколько минут один… Он увидел бумагу, вытащил ее гарпуном, висевшим на стене гробницы, и спрятал, так как знал, кому она принадлежит…

Воцарилось молчание. Все были очень взволнованны и смотрели на Кремера, а тот, на сей раз даже забыв о своей сигаре, снял трубку.

— Введите мистера Кранца, — резко произнес инспектор…

Глава 20

…Кранц вошел в кабинет и сразу же начал говорить с полным самообладанием и с тем выражением, которым владеют «сильные мира сего», знающие, что за них красноречиво говорят их миллионы.

— Сначала я взбесился, когда в воскресенье меня вызвали в полицейский комиссариат, да еще потом заставили четыре часа сидеть в приемной. Столько времени я не стал бы ждать приема и у президента… Но теперь, когда я вижу столь высоких представителей власти, собравшихся здесь, — Кранц отвесил полуиронический поклон мэру, комиссару и окружному прокурору, с которыми он был в приятельских отношениях, — …теперь я уже не сержусь… Я и сам был в ужасе, узнав, что Гай арестован…

— Так вы не верите в его вину? — сразу же повел атаку Кремер, стремясь перехватить инициативу.

— Конечно нет, — отпарировал Кранц, но дипломатично добавил, — однако я, наверно, всего не знаю. Ведь если вы его арестовали, то, вероятно, есть веские доказательства. Ведь без этого вы бы не…

— Почему вы не рассказали нам, мистер Кранц, — снова взял быка за рога Кремер, — что у Порции Тридт есть дубликат ключа от гробницы?

Глаза Кранца сверкнули. Он повернулся, чтобы взглянуть на Порцию, но это ему не удалось: предусмотрительный Кремер, который всегда тщательно готовил свои очные ставки, усадил мисс Тридт так, чтобы Кранц мог видеть только ее спину, лишив их возможности обмениваться взглядами. А глаза инспектора, направленные на Порцию, парализовали ее, как удав кролика, и она не решилась обернуться.

Помолчав, Кранц ответил наигранно небрежно:

— А зачем говорить? Ведь очевидно, что убийца не мог воспользоваться этими ключами… Да и вряд ли они ему вообще были нужны…

— Но вы признаетесь, что знали о ключе? — Инспектор, как собака, преследующая дичь, не отставал ни на шаг и не давал своей жертве передышки.

— Конечно… а почему бы и нет?..

— И все это время молчали?

— Это интимное дело, которое никого не касается… в том числе и полиции, — добавил Кранц с некоторым вызовом и явным неудовольствием.

— И вы знали, зачем ей понадобился этот ключ?

— Нет.

— И сейчас не знаете?

— Нет! — Кранц начал повышать голос.

— Вы лжете, — тихим ледяным голосом охладил его Кремер. — Однако в данном случае вы лжете, как джентльмен… защищая даму. Это в какой-то степени извиняет вас. Поэтому я пока терплю вашу ложь. Но только лишь пока, — с нажимом повторил Кремер. — Теперь мы все знаем об этом и…

— В таком случае, — более миролюбиво прервал его Кранц, — что бы я вам ни сообщил, это уже будет из вторых рук, не так ли?

— И все же нам хотелось бы кое-что уточнить, — продолжил Кремер и неожиданно резко выбросил, в упор посмотрев на Лео Кранца: — Вы знали, что эта желтая бумага принадлежит Порции!?

Кранц выдержал этот удар с полным самообладанием а ответил без малейшего промедления:

— Это очень редкая бумага. Я знал, что Порция пользуется именно такой. Больше я никогда ни у кого не видел подобной бумаги. Но я не хотел бы, чтобы ее впутывали в это дело. Поэтому я… Я взял гарпун и вытащил бумагу из отверстия в куполе… Потом вытер отпечатки пальцев и повесил гарпун на место, а бумагу спрятал…


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5