Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Солдаты удачи (№3) - Успеть, чтобы выжить

ModernLib.Net / Боевики / Таманцев Андрей / Успеть, чтобы выжить - Чтение (стр. 16)
Автор: Таманцев Андрей
Жанр: Боевики
Серия: Солдаты удачи

 

 


Впереди чернела полоса Москвы-реки, чуть справа блистало огнями здание бывшего СЭВа, похожее на раскрытую книжку, а за ним — белесый айсберг Дома правительства. Прямо вдаль, через мост за реку, убегал Кутузовский проспект, залитый ярким желтым светом, а сразу за мостом цеплял низкие тучи шпиль гостиницы «Украина», словно вобравший в себя все это желтеющее сияние московских проспектов и улиц. Слева, совсем рядом, красовалось высотное здание Министерства иностранных дел, почти близнец гостиницы «Украина», справа, чуть подальше, — высотка на площади Восстания. Длинные шпили сталинских высоток словно поддерживали тучи, создавая впечатление огромного шатра, разостланного над той крышей, где замерли сейчас Пастух и Боцман.

Они стояли и молча смотрели на эту картину, пока их не вызвал Муха.

— Вы что, заснули там? — послышался в наушниках его деловитый голос и тут же вернул их к действительности.

— Идем, — ответил Пастух. — Как у тебя?

— Я тут, в общем, разобрался.

Когда вернулись в аппаратную, все электрощиты были раскрыты. Муха задумчиво сидел рядом, на стуле, с отверткой в руках.

— Ну что? Демонстрируй — Все предельно просто. Смотрите. Вот питание на моторы. Если я перекрываю эти провода, то таким образом я останавливаю лифты. — Муха, как профессор на лекции, ткнул для наглядности отверткой в электрощит.

— Управлять ими отсюда можно? — спросил Пастух.

— Ну, в определенной степени.

— Муха, это же не аттракцион! — усомнился Боцман. — Ты же не катать Пастуха собираешься… — Не гунди, а слушай внимательно! Я же говорю, что в определенной степени можно и управлять лифтами. Для нашей цели этой степени вполне достаточно. Я уже показывал, как лифты вырубаются. Вот так все, а вот так каждый из них выборочно… Усекли? А потом я снова врубаю, и можно жать в кабине на любую кнопку.

— А если завтра с утра пораньше какой-нибудь лифт застрянет? — поинтересовался Пастух. — Ведь тут же вызовут аварийную бригаду! Мы можем избежать этого?

— На этот случай, — немедленно парировал Муха, — у нас имеется другой щит… Следите за руками. Если я нарушу вот эту цепь, то в лифте сработает автоматика, он доползет до ближайшего этажа и там откроет двери.

— Ты уверен?

— Абсолютно. Так что, пока я здесь, никто не застрянет. Правда, лифт так и будет стоять на том этаже с открытыми дверями, но пока кто-нибудь сообразит, в чем дело, нам вполне хватит времени. Ну что?

— Подходяще, — кивнул Пастух.

— Шахта там? — спросил Боцман, показав на бетонную стену с двумя массивными железными люками.

— Точно. Эти люки ведут в шахту. На каждый лифт по люку. Наш справа.

Все вместе они подошли к стене, и Пастух попытался открыть правый люк, но он не поддался. Тогда они поднапряглись втроем и общими усилиями, с кряхтением сняли задвижку. Люками, по всей видимости, давно не пользовались, и они успели хорошенько проржаветь.

Пастух заглянул в шахту. Двадцать пять этажей впечатляли. Аж дух захватывало. От мысли, что предстоит кататься на крыше лифта по этому колодцу смерти, сердце его сжалось. Вслед за Пастухом туда же посмотрели Муха и Боцман.

Муха вздохнул.

— Что, брат, жутко? — сочувственно произнес он.

— А что, хочешь сам попробовать?

— Да нет, спасибо, я как-нибудь уж здесь… — Ты лучше скажи, Муха, — напомнил Боцман, — как высоко ты сможешь подогнать кабину? Не прыгать же туда.

— Давай проверим, — предложил Муха.

— Давай.

Боцман вышел из аппаратной, спустился по лестнице к лифтам, нажал кнопку вызова правой кабины и снова вернулся в аппаратную. Как только лифт поднялся наверх, Муха отключил питание и зафиксировал кабину.

— Ну как?

Пастух заглянул в шахту — кабина висела метрах в трех внизу.

— Это терпимо, — кивнул он. — Ну, я полез. Ухватившись за трос. Пастух проворно спустился на крышу кабины лифта, прочно там закрепился, потом присел, включил фонарь у себя на голове и принялся тщательно осматривать кабину. Нашел две съемные крышки, ослабил крепящие их винты, проверил декоративную решетку под ними, убедился, что выбить ее можно запросто и препятствие она ему не составит, после чего поставил крышки обратно. Потом он присмотрел, где и как будет закрепляться и как расположится. Лифт был скоростной, и Пастух немного побаивался, что его может просто разорвать на куски, если он за что-нибудь зацепится во время движения. Но площадь крыши лифта вполне позволяла расположиться без подобного риска.

Пока Пастух все это проделывал, у Мухи в кармане подала сигналы рация.

— "Заяц-один" вызывает «Мазая»… «Заяц-один»… — «Мазай» на связи, — откликнулся Муха.

— К служебному входу подошел какой-то человек, — сообщил Док. — Все давно закрыто, а его собираются пропустить… Не уверен, что это важно, но на всякий случай… Внимание, он вошел.

— "Мазай" понял. Отбой.

Муха отключил второй лифт, а потом подбежал к люку.

— Пастух!

— Что?

— Пристегнись! Я включаю лифт!

— Обалдел?!

— Тебе же нужна была репетиция — давай!.. Все, времени нет. — Он снова отбежал к электрощитку и крикнул:

— Готов?

— Готов, — буркнул не очень довольно Пастух.

— Делай свое черное дело, палач, — вставил Боцман.

— Внимание, включаю!

Муха врубил электричество для правого лифта, на котором был Пастух. Второй так и остался отключенным, так что появившийся через служебный вход человек волей-неволей вызовет лифт с Пастухом… Муха врубил, но несколько минут ничего не происходило. Все молча ждали.

— Ну, что там у вас? — недовольно проворчал Пастух, и вдруг щелкнуло реле, взвыли электродвигатели, механика клацнула, вздрогнула и лифт пришел в движение.

Быстро набирая скорость, кабина словно провалилась в пропасть и только в наушниках Мухи и Боцмана прозвучало протяжное:

«Э-э-эх й-о-шь тво-о-йу ма-а-ать!!!»

Муха и Боцман переглянулись.

— Поехали, — констатировал Муха. Механика вздрогнула, мотор вздохнул и замер — лифт добрался до первого этажа.

— Пастух, как слышно? — вызвал Муха.

— Лучше, чем видно, — тихо проговорил Пастух. Все снова пришло в движение, и кабина так же стремительно понеслась вверх. Но на этот раз у Сергея не вырывалось восхищенных восклицаний.

— Пойду подниму лифт, — сказал Боцман и спустился из аппаратной на технический этаж.

Когда забредший в здание на ночь глядя человек вышел примерно на восьмом этаже, Муха скомандовал: «Поднимай», Боцман вызвал лифт на технический этаж, и через минуту Пастух снова был в трех метрах от открытого люка в аппаратной.

Друзья помогли ему выбраться.

— Как ощущение? — ухмыляясь, спросил Боцман.

— Как в космосе. Я чуть в штаны не наложил. Вон, руки еще дрожат.

— Ничего, — серьезно заметил Муха. — Это с непривычки. Завтра будет легче.

— Надеюсь… Кстати, я проверил, пока ты катал меня. Муха. Из кабины не видно и не слышно, что я на крыше. Это хорошо… — Пастух взглянул на часы. — Пора выходить на связь.

Муха достал рацию.

— Нет, — сказал Сергей, — пошли на крышу выйдем. Отдохнем немного… Ну что, кажется, все готово? Будем надеяться, что все у нас завтра получится.

— Получится, — эхом отозвался Муха. Вся подготовка казалась им игрой.

Опасной, но забавной игрой. А сейчас они вдруг почувствовали, что игра кончилась. Все. Завтра начнется серьезное дело, и от того, как они с ним справятся, зависит их жизнь. Да и не только их.

И, словно для того, чтобы подкрепить это ощущение, у Пастуха запиликал пейджер, который он прихватил с собой и прикрепил на поясе. «До Гонконга дозвонился. КД», — сообщил пейджер. Это означало, что Голубков прислушался к совету Пастуха настучать на Крымова и даже смог найти для этого подходящий канал связи. Что ж, это только подтверждает правильность их выбора.

— Что там? — спросил Муха.

— Голубков благословляет нас на завтрашний подвиг.

13

Утром двадцать второго июля, без четверти девять, Андрей Сергеевич Крымов приехал на Новый Арбат. Сегодня был его последний день в этой стране, сегодня должна закончиться сложная операция, которую он задумал. Сегодня он заберет из банка деньги и улетит. Билеты на самолет, новые документы — все это уже было готово. Еще час-другой последних усилий, даже не усилий — хорошей организации дела, и все закончится. Осталось только получить деньги, избавиться от слежки, которую он спокойно терпел все это время, сесть в самолет — и больше его не найдет ни одна собака.

Но в душе Крымова не было спокойствия. Буквально несколько часов назад, когда еще не рассвело, он был разбужен неожиданным звонком, похожим на междугородный. Впрочем, сразу же выяснилось, что звонок из-за рубежа. Из Гонконга. На связь вышел один исключительно преданный Крымову человек, который в его отсутствие вел в Гонконге все его дела. И вот этот человек связался с Крымовым напрямую, да еще так неосторожно, только лишь потому, что нельзя уже было медлить ни минуты. Слишком серьезная появилась проблема. Он сообщил, что у гонконгских отправителей груза неожиданно возникли сомнения в честности Крымова и в его намерениях, что кто-то им слил информацию, будто Крымов не собирается выполнять контракт, будто он решил забрать их деньги. А самое главное, у гонконгских партнеров невесть с чего зародились подозрения, что Крымов собирается сдать властям все свои выходы в Гонконге на отправителей груза. Они очень обеспокоены этим и уже послали в Россию человека с задачей разобраться во всем на месте. Этот человек либо убедится, что кто-то запустил дезинформацию, либо уничтожит Крымова. И будет этот человек в Москве уже двадцать второго июля во второй половине дня.

Вот что сообщили Крымову под утро. Это было очень плохо, и Андрей Сергеевич даже не знал, что хуже — то, что в Гонконге узнали о его решении забрать все полмиллиона себе, или то, что эта информация каким-то образом вообще вышла наружу. Теперь стало вдвойне важно все сегодня четко завершить и вылететь в Голландию.

Крымов вошел в высотное здание на Новом Арбате со двора. Там его знали в лицо и пропустили беспрепятственно. Он прошел по коридору чуть вглубь, подошел к лифтам и нажал кнопку вызова. Один из двух лифтов, как это иногда случалось, сегодня не работал, и поэтому ждать пришлось несколько дольше обычного. Наконец двери распахнулись, Крымов пропустил пару человек впереди себя, вошел в кабину и нажал кнопку семнадцатого этажа. Пока лифт поднимался, Андрей Сергеевич думал о том, что надо просто спокойно довести свое дело, отбросив все сомнения и опасения, потому что это лишнее, потому что через несколько часов он исчезнет и тогда его не достанет ни человек из Гонконга, ни спецслужбы, ни Пастухов. А здесь, в России, никто из них просто не успеет его достать — Крымов в этом был абсолютно уверен.

Глядя на себя в зеркало, он поправил галстук и вышел на семнадцатом этаже, где был расположен офис Интрансбанка. Знал бы он, гордящийся своей способностью никогда не ошибаться, ни в чем не давать промашки, как обманывает его эта привычная уверенность в себе на этот раз! По крайней мере один из его преследователей был сейчас много, много ближе, чем Крымов мог себе даже представить. До него было в буквальном смысле подать рукой, ибо в этот самый момент на крыше лифта, в котором поднимался Крымов, лежал, пристегнутый для страховки карабином, бывший капитан Пастухов. Лежал и разглядывал Андрея Сергеевича сверху через щель от заранее сдвинутой съемной крышки.

— Внимание, — передал Пастух Боцману и Мухе, когда Крымов вышел из кабины.

— Клиент уже на месте. Готовность номер один.

В этот момент кто-то вызвал лифт, и Пастух стремительно провалился вниз. У него сперло дыхание, спина, несмотря на холод в лифтовой шахте, в очередной раз увлажнилась от пота. Вот так катался он уже целый час. И все никак не мог привыкнуть к острым ощущениям этого аттракциона. Его то вдавливало в металл кабины, то чуть не отрывало от нее, швыряя в стороны, а кирпичные стены проносились в полуметре с пугающей скоростью, и если бы он не пристегнулся заранее к скобе на крыше, то неизвестно, чем бы эти его полеты закончились.

Терпения Пастуху было не занимать, но время тянулось катастрофически медленно, и он не потерял ориентацию только потому, что постоянно переговаривался с Мухой и Боцманом.

Но когда наконец в кабине появился Крымов, Пастух мигом собрался, сконцентрировался и напрочь забыл о зловещих стенах в полуметре. Счет пошел на минуты. Все теперь решали внимание и скорость.

Кабина остановилась, и внутрь вошли две девушки с пушистыми головами.

Щелчок кнопки — лифт понесся наверх. Глубокий вырез блузки одной из девушек оказался как раз под Пастухом, и несколько неприятных минут подъема были компенсированы белизной ее очаровательной груди.

Остановка.

Минута, и лифт снова рухнул вниз. Пастух ни на секунду не отрывался от щели, напряженно наблюдая за кабиной. Он не мог себе позволить просто пропустить деньги. Когда этот чертов Крымов завершит свои дела! Без пяти уже… А тем временем Андрей Сергеевич Крымов, покончив с последними формальностями, встал из кресла и поблагодарил Гритько за оказанную помощь.

Гритько кивнул в ответ и с каким-то особенно радостным для него облегчением пожал Крымову руку. Гритько всегда нервировали крупные суммы наличными, записанными на него, да и переводов этих крымовских он не любил. Все это Андрей Сергеевич знал. Но на этот раз Гритько нервничал как-то уж чересчур. "Выяснить в чем дело? — подумал Крымов, а потом отмахнулся:

— Да ну, что может случиться?

Пусть себе трясется и дальше. Тем более что за волнение Гритько получает хорошие комиссионные — некоторая часть суммы каждый раз оставалась у него в сейфе".

— Алексей, — сказал Крымов, — приступай. Алексей подошел к Гритько. А тот, заслонив телом сейф, набрал нужный код, открыл дверцу из тяжелой брони, вытащил из сейфа холщовую сумку, напоминавшую саквояж или большой кошелек, и передал Алексею.

— Пересчитывать будете? — спросил он.

— Лишнее, — коротко бросил Крымов. Алексей взял сумку и застегнул вокруг запястья наручник, соединенный с сумкой цепочкой.

— Готов? — спросил Андрей Сергеевич.

— Готов, — кивнул Алексей.

Зазвонил телефон. Крымов поднял трубку, молча выслушал сообщение и положил трубку.

— Внизу тоже все готово, — сказал он Алексею. — Ну что ж, пора. Довезешь меня до аэропорта, и назад. Дальше я сам.

Крымов пропустил Алексея вперед и пошел следом. У дверей к телохранителю присоединились еще два человека Андрея Сергеевича, они, опережая его, энергично направились к лифту и там остановились.

— Один, кажется, не работает, — сказал Крымов.

— Понятно, — бесстрастно ответил Алексей. Через несколько минут лифт пришел, и двери кабины раскрылись. Там стояли несколько человек.

— Покиньте кабину, — приказал Алексей.

— Что?

— Перевозка денег! Побыстрее! Крымов за их спиной развел руками.

— Меня тоже не хотят брать, — сказал он.

Нехотя и с ворчанием люди вышли из лифта. Алексей и два здоровенных сопровождающих погрузились в кабину, и телохранитель Крымова нажал кнопку первого этажа.

Двери закрылись… И как только кабина скользнула вниз. Пастух немедленно приказал:

— Стоп! — и отстегнул карабин страховочного пояса от скобы на крыше.

Через мгновение кабина замедлила падение, а потом и вовсе остановилась.

Свет в кабине погас, охранники начали было приглушенно возмущаться:

— Что за черт… — Бл…! И ведь именно сейчас!..

— Зажигалка есть?..

Пастух вытащил из кармана наполненный хлороформом презерватив, перетянутый ниткой. Рывком сдвинув съемную крышку кабины, он мгновенным движением разорвал презерватив, выплеснув его содержимое сквозь декоративную решетку вниз, в кабину. Следующим движением он натянул на лицо защитную маску.

Несколько секунд снизу раздавались всхлипы и хрипение, потом кабина три раза подряд слегка вздрогнула. Пастух тут же зажег фонарь, закрепленный на голове, и, выбив ногой декоративную решетку, спустился через отверстие в кабину.

— Порядок, — сообщил он, адресуясь Мухе, и скомандовал ему:

— Включай.

Алексей и оба охранника лежали на полу без сознания. Пастух нажал «Стоп»; тут же выскочила с сухим стуком кнопка первого этажа, зажегся свет. Немедля Пастух нажал кнопку последнего этажа, «Ход» — и кабина плавно заскользила наверх. С момента остановки лифта не прошло еще и минуты.

Пастух склонился над телом Алексея и тихо выругался от досады, обнаружив, что сумка с деньгами прикована к его руке! Этого они не предусмотрели. Черт, как раз теперь таких проблем им только и не хватало! Муха обесточил все остальные лифты в здании, чтобы отрезать возможную погоню. Боцман уже вызывает дядьку Покрышкина. Через минуту Пастух будет на техническом этаже… А тут эта цепь!

— Я так и знал, — проговорил он.

— Что случилось? — тут же спросил Муха. — Проблемы?

— Цепь! — ответил Пастух. — Сумка прикована. Неожиданно у него возникла идея.

— Боцман!

— Я здесь.

— Как Покрышкин?

— Покрышкин в воздухе. Идет сюда.

— Хорошо. Приготовь мастерские. Придется задержаться на минуту… Андрей Сергеевич Крымов поднял взгляд на огоньки цифр над дверью лифта. Вот огонек, скользивший вниз, снова пропал. Но на этот раз цифра следующего этажа так и не зажглась. Не отрывая взгляда от цифровой линейки над дверью, Крымов прождал еще несколько секунд. Он даже дышать перестал. Недоброе предчувствие будто пронзило его. И как бы в подтверждение этого предчувствия огонек снова появился, но только теперь он стремительно полз наверх.

— Твою мать… — сквозь зубы выругался Крымов.

— Да не волнуйтесь вы так, — ответили ему сзади, — здесь часто лифты застревают.

Но Крымов не ответил. Надавив пару раз на кнопку вызова и не получив никаких результатов, он быстро подошел к дверям в офис Интрансбанка и распахнул их.

— Все наверх! — скомандовал он сотрудникам службы безопасности, стоявшим у дверей. — Быстро!

— Что такое, что случилось?

— Ограбление!

А на первом этаже в это время милиционер с автоматом так же, как и Крымов только что, жал на кнопку вызова и недоуменно смотрел на цифры над дверями лифта. Но все было бесполезно — лифт добрался до последнего этажа, остановился и через мгновение отключился. Остальные три лифта в здании вырубились минуту назад… Не дожидаясь, когда лифт достигнет технического этажа, Пастух взвалил на плечо Алексея, чуть согнувшись под его тяжестью и ворча вполголоса. Едва лифт остановился и раскрылись двери, Пастух выбежал со своей ношей на плече и понесся в обнаруженную ими еще вчера мастерскую. Там уже его ждал Боцман. Одного слесаря он отключил, чтобы не мешался, а другой молча стоял в стороне и со страхом смотрел на странного человека в синем комбинезоне. Пастух подбежал к верстаку и с облегчением свалил Алексея рядом с тисками.

— Присмотри за лестницей, — бросил он Боцману, перебросил через тиски цепь, соединяющую руку Алексея с сумкой, и подозвал к себе жестом слесаря:

— Давай, мужик, в темпе.

Слесарь кинул взгляд на Боцмана, выходящего из мастерской и на ходу вынимающего гранату, нервно глотнул и подошел к верстаку. Зажав цепь в тисках, он взял в руки отрезную машину. Брызнули искры, и через несколько секунд цепь разлетелась пополам.

— Пастух, как у вас? — спросил в наушниках голос Мухи.

— Порядок.

— Я наверху. Вижу Покрышкина. Поторопитесь.

— Внимание! — встрял Боцман. — Трое или четверо на лестнице. Бегут к нам.

— Все, отходим, — приказал Пастух, подхватил сумку и повернулся к слесарю.

— Десять минут не двигаться.

Он быстро вышел из мастерской, отдал поджидавшему его Боцману сумку, забрал у него обе газовые гранаты и кивнул в сторону лестницы, ведущей на крышу.

— Давай в темпе. Я прикрою.

Едва Боцман успел дойти до чердачной лестницы, как в противоположном конце коридора послышался топот нескольких пар ног. Видимо, охранники из банка уже добежали, одолевая марш за маршем, до технического этажа. После такого бега они должны были основательно выдохнуться и вряд ли представляли серьезную опасность, но все равно рисковать нельзя. Пастух одну за другой швырнул в сторону шума обе газовые гранаты Боцмана и тоже рванул к лестнице, ведущей на крышу.

Прежде чем охранники банка, так лихо одолевшие добрый десяток пролетов, опомнились и осмотрелись на техническом этаже, раздались два негромких хлопка и коридор заволокло дымом. Уже почти достигнув выхода на крышу. Пастух услышал крики и почувствовал, как защипало в носу. Ощущение малоприятное, хотя по-настоящему газ его вряд ли догонит. Вывалившись на крышу, Пастух сделал судорожный глоток свежего воздуха, сорвал с пояса две свои гранаты, метнул их вниз, в коридор, и быстро захлопнул за собой люк. Боцман тут же повесил на него замок и привязал еще одну гранату.

Только теперь они немного перевели дух. И тут Пастух услышал гудение в небе. Он поднял глаза и увидел, как на бреющем полете, чуть ли не лавируя между домами, к ним приближается серый вертолет.

Треск его двигателя становился все громче и громче. Муха повернулся к Пастуху и Боцману, кивнул в сторону вертолета и показал большой палец.

— Внимание! Внимание! «Заяц-два» вызывает «Мазая»! — заверещала рация. — Внимание!

— "Мазай" на связи! — тут же откликнулся Пастух.

— Как вы?

— Жить будем… Подводите машину, куда я покажу.

Пастух вышел на край, где не было антенн, и замахал руками. Вертолет, достигнув крыши высотки, завис над ней, а потом начал медленно опускаться прямо на Пастуха. Потоки плотного воздуха били Сергею в лицо, мешали дышать, валили с ног. Но и это было сейчас приятно, потому что означало, что все у них идет по плану. Крылатая машина развернулась к ним уже раскрытой гостеприимно дверью, в проеме которой торчал исходящий нетерпением Артист. Наконец вертолет замер в полутора метрах над крышей, почти касаясь ее колесами.

Пастух подтолкнул Муху — давай, мол. Вертолет немного сносило в сторону, но это не помешало им, одному за другим, ловко вскарабкаться при помощи Артиста наверх. Последним залез Пастух, и, как только он ввалился внутрь, дядька Покрышкин бросил машину в сторону от здания. Пастух только заметил, как перед ним мелькнуло небо, потом где-то совсем рядом проплыла громада здания бывшего СЭВа, а минуту спустя они были уже довольно далеко от той крыши, на которой только что стояли… — А где Александра? — прокричал сквозь грохот работающих двигателей Муха.

— На месте. Ждет! — прокричал в ответ Артист. Пастух поднялся к пилотскому креслу, положил руку на плечо дядьки Павла. Тот сдвинул наушник связи, посмотрел на Пастуха вопросительно.

— Заберись-ка малость повыше, командир, — попросил Пастух. — От греха… Дядька Покрышкин понимающе кивнул в ответ, и крыши домов пошли вниз.

— Ну, что там радио говорит? — спросил Пастух. — Никто там пока по нам не страдает? Дядька покачал головой.

— Тишина, начальник! Никому мы пока не нужны!

Постепенно характер города внизу менялся — проспекты-новостройки, прямые пересечения широких улиц… Они все больше и больше удалялись от центра. А вот впереди показались и Кольцевая автодорога, колхозные поля с пролесками за ней.

Дядька Покрышкин снова спустился к земле; теперь они шли почти над самыми верхушками редких деревьев.

— Ориентируйся по шоссе, — прокричал Артист. — Там впереди будет река. За ней сразу церковь. Понял? А там я покажу.

Через пару минут действительно показалась небольшая речушка, и Артист молча указал дядьке Покрышкину на белую колокольню, торчащую среди кладбищенских деревьев. Вертолет оставил ее слева.

— Вон поле, видишь?

— Да.

— А вон там сарай. Нам туда.

Вертолет завис над старым дырявым сараем, подняв внизу небольшую бурю, расшвыривавшую в разные стороны пыль, ветки и старую траву. Чуть качнувшись, вертолет спустился еще и мягко коснулся земли. Дядька Покрышкин щелкнул тумблерами, и гул двигателя затих, постепенно сменившись слабеющим свистом лопастей, рассекающих воздух.

Пассажиры вертолета быстро попрыгали на землю, ив это время из сарая выкатился боцмановский «ниссан». Сияющая Александра радостно махала им из машины рукой.

Ребята кинулись к «ниссану», а Пастух раскрыл холщовую сумку, выудил из нее пару пухлых пачек в банковской упаковке.

— Спасибо за помощь, — сказал Пастух и протянул обе пачки дядьке Павлу. — Держи и не вздумай отказываться.

— Даже и не мечтайте, — радостно растянул рот до ушей дядька.

Они крепко пожали друг другу руки.

— Еще раз — спасибо! — сказал Пастух. — Как вернешь вертолет, сразу исчезайте вместе с Сашей на какое-то время.

— Точно, сидите у Сашки дома, — поддержал подоспевший Артист. — Ждите нас.

А мы через несколько дней объявимся.

— Это, как вы понимаете, наша просьба, — вздохнул Пастух. — Пока мы не уверимся, что вы отмазаны от всего этого, лучше вам лечь на дно. Вот разгребем весь этот навоз — и сразу дадим сигнал. А до этого — чтобы вас не было видно и слышно… — Сеня… — попыталась было робко возразить Александра, но Артист даже слушать не стал.

— Никаких возражений, — замотал он головой. — Ты остаешься здесь… — Давайте быстрее, мужики! — заторопил всех Боцман.

— Держись, — сказал Артист и поцеловал Сашку.

— Удачи вам, — всхлипнула девушка. Артист обернулся, садясь в машину, помахал рукой и еще бы махал, но едва он успел захлопнуть дверцу, как Боцман рванул «ниссан» к шоссе. Теперь им надо было благополучно добраться в аэропорт и погрузиться в самолет. Они должны были во что бы то ни стало добраться в ближайшие дни до научно-исследовательского судна «Марианна», идущего в Палермо.

Иначе весь их ковбойский наскок на Крымова потеряет смысл.

В машине Пастух включил рацию.

— "Мазай" вызывает «Зайца-один»! Док!

— Я здесь, — откликнулся Док.

— Ты где?

— В пути.

— У нас все в порядке. Ждем тебя у трапа самолета.

…Двадцать минут назад Док проследил взглядом, как уносится прочь только что висевший над крышей высотки вертолет. Он понял, что операция благополучно завершилась и можно отчаливать. Милицию Крымов и его подручные вряд ли вызовут, во всяком случае в ближайшее время, а вертолет им не догнать. Док с удовлетворением включил зажигание и вывел свою «шестерку» со стоянки.

…А в это время в самом высотном здании на Новом Арбате, где-то на переходном балконе двадцатого этажа, стоял Андрей Сергеевич Крымов и молча наблюдал, как удаляется вертолет. Глаза его сверкали бешенством, в голове все смешалось. Первый раз в жизни Андрей Сергеевич Крымов был близок к отчаянию.

14

Проводив взглядом вертолет, взбешенный Крымов спустился обратно на семнадцатый этаж, в банк. В холле его уже встречал бледный Гритько. Руки финансового директора дрожали.

— Что?.. Что случилось? — пролепетал он, глядя на красного от гнева Крымова.

— Ограбление, вот что случилось! — рявкнул Андрей Сергеевич. — Черт бы побрал ваш банк! Не можете охрану организовать как следует!

От лощеного, уверенного в себе, сдержанного джентльмена, того самого «лорда-хранителя печати», не осталось и следа.

— Но, может быть, их еще поймают? — неуверенно предположил Гритько.

— Поймают?! Вы что, собираетесь заявлять в милицию? А объяснять, что это за деньги, вы тоже будете?

— Но ведь ваши… наши люди… — Какие люди! Деньги уже дальше Кунцева!

— Как это? — не понял Гритько.

— А вот так! Они, суки, на вертолете ушли! Гритько без сил прислонился к стене. Он слабо представлял себе ограбление вообще, а уж с помощью вертолета — подавно. Он был уверен, что такое возможно только в кино. Причем в американском.

— Где же они вертолет-то взяли? — тихо простонал Гритько.

Крымов даже сморщился от омерзения:

— Не задавайте глупых вопросов. Какая разница — где! Украли, купили, взяли напрокат… — И жертвы тоже есть?

— Да какие там жертвы, все чисто! Ни одного выстрела, ни одного трупа, пятнадцать минут — и пол-лимона долларов как не бывало… И вдруг в голове Андрея Сергеевича с неожиданной ясностью возникла убежденность, что это именно Гритько навел людей на его, Крымова, деньги. И не важно теперь, сам он навел или его заставили — это были единственные деньги Крымова, и они были нужны ему как воздух! А эта падаль… Крымов зловеще придвинулся вплотную к Гритько.

— Ты кому стучал?!

— Да вы что! — попятился директор. Андрей Сергеевич схватил его, словно клещами, за руку выше локтя и потащил в кабинет.

— Да вы что… вы что, в самом деле… — лепетал Гритько, но Крымов его уже не слушал.

Сейчас вся злость бывшего полковника сконцентрировалась на этом человеке.

Крымов мог только догадываться, кто его ограбил, но даже на это у него уже не было времени. С деньгами или без них — он сегодня все равно должен был улететь.

Но он не мог себе позволить улететь, не рассчитавшись. Хотя бы с Гритько.

Какая-то злобная судорога сотрясала все его тело… Затащив несчастного директора в кабинет, Крымов яростно швырнул Гритько в его собственное кресло и начал душить… Через две минуты, когда все было кончено, Андрей Сергеевич вдруг стал совершенно спокоен. Он поправил на трупе костюм, брезгливо закрыл ему глаза и вышел из кабинета. И только тут его вдруг охватил страх — он впервые потерял контроль над собой, и потерял именно сейчас, когда за ним охотятся контрразведка, Интерпол и прилетевший из Гонконга человек, теперь, когда он должен быть сосредоточен, как никогда! Впервые в жизни… Крымов быстро вышел через служебный вход на улицу и сел в свой «мерседес», где его уже ждали водитель и два верных человека, которые уже успели привести и усадить на заднее сиденье еще плохо соображавшего после вынужденного наркоза Алексея.

— Хвост убрали? — спросил Крымов.

— Да, — ответил один из боевиков. — Можно ехать.

Андрей Сергеевич сразу это запланировал — после получения денег пристрелить обоих фээсбэшников, которые пасут его сегодня, и спокойно ретироваться в аэропорт. Времени хватит как раз на то, чтобы без проблем вылететь.

Значит, его люди уже все сделали.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22