Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Предел возможности

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Таругин Олег / Предел возможности - Чтение (стр. 2)
Автор: Таругин Олег
Жанр: Фантастический боевик

 

 


«Хотя, конечно, все равно интересно», — спустя пару глотков пришла в голову следующая мысль, и Игорь вновь обернулся к отколовшейся от склона здоровенной глыбе известняка почти правильной треугольной формы.

Поднявшись с земли, он не спеша обошел участок оползня, любуясь первозданной красотой древних отложений. Тот факт, что он первым увидел и прикоснулся к истории — не просто истории, а истории с приставкой «палео»! — всегда будоражил его кровь. В принципе ничего особенно интересного в этом не было: скала как скала, ничуть не хуже и не лучше всех остальных скал в округе, но сам факт...

Ведь, признайтесь, каждому из нас хотелось хоть секунду побыть первооткрывателем чего-то очень загадочного и необычайно таинственного. Вот и Игорю, несмотря на недавно разменянный четвертый десяток, хотелось. И дохотелось. Ибо не зря сказано, что с желаниями надо быть осторожным: они имеют привычку сбываться. Правда, обычно не совсем так, как задумывалось вначале...

В нескольких метрах над землей на поверхности разлома что-то коротко блеснуло в солнечном свете. Что-то небольшое и вроде бы даже металлическое (глупость, конечно, откуда здесь металл, но все же, все же...).

Заинтересовавшись, Игорь несколько секунд постоял в раздумье и, со вздохом отставив недопитое пиво, полез в узкую щель между отколовшимся многометровым камнем и породившей его скалой. Застрять или, чего доброго, вызвать новый оползень он не боялся — по самым грубым подсчетам, сей «камушек» весил никак не меньше нескольких десятков тонн, что было уж никак не сравнимо со скромными семьюдесятью семью кило живого Игорева веса, так что...

Цепляясь пальцами за осыпающуюся поверхность ракушняка и помогая себе носками кроссовок, Игорь двинулся по слоям древних отложений в направлении «из прошлого в будущее», то бишь вверх, благо подниматься было недалеко — метра три.

Наконец ценой исцарапанных ракушками кроссовок и начавших слегка саднить (ну не альпинист он, не скалолаз!) пальцев подъем завершился и источник загадочного блеска оказался прямо перед глазами. Действительно, металл... Нечто, намертво вмурованное прямо в девственный с виду камень. Вот только интересно, каким же это образом? Окружающий загадочный металлический прямоугольник известняк образовался в те архидалекие времена, когда на этом месте еще плескались теплые волны первозданного Океана. Да что там говорить, тогда ведь наверняка еще не было даже воспетых Спилбергом динозавров[3]! Нет, в палеонтологии и криптозоологии Игорь, все представления которого «о том времени» ограничивались творением упомянутого выше кинорежиссера да подаренной в далеком детстве толстенной книгой «История жизни на Земле», никогда особо силен не был, однако до поверхности, между прочим, больше десяти метров такого же издевательски-нетронутого камня, так что... пищи для размышлений более чем достаточно.

Пару секунд Игорь просто рассматривал таинственный предмет, словно не решаясь к нему прикоснуться, затем, упершись спиной в противоположную стену, изловчился и вытащил из кармана перочинный ножик. Лезвие с легкостью раскрошило податливый камень, и неожиданная находка, оказавшаяся ни много ни мало самым настоящим браслетом, покинула каменный плен, перекочевав в запорошенную белесой известковой пылью ладонь молодого доктора. Пыхтя от напряжения, Игорь запихнул браслет в карман и, осмотрев оставленный им в камне четкий отпечаток, без приключений спустился вниз.

Выбравшись из разлома и отряхнув одежду, он уселся на землю и, с наслаждением отхлебнув успевшего нагреться пива, уже не спеша рассмотрел находку. Да, действительно браслет — тускло блестящий, металлический, образованный четырьмя скрепленными между собой чуть изогнутыми прямоугольными пластинками размером сантиметра три на четыре и полсантиметра толщиной каждая, с овальными вдавлениями с наружной и внутренней стороны.

Замка или того, что могло бы его заменить, у находки не было: загадочный браслет свободно надевался на руку и так же свободно с нее снимался, точнее, соскальзывал. И что интересно, найденное украшение (впрочем, именно на украшение браслет как раз особенно похож-то и не был — слишком уж простой; да и материал явно не благородный металл, а скорее просто потемневшая сталь или какой-то технический сплав) совершенно не выглядело так, как, с точки зрения привыкшего рассуждать логично врача, должно было бы выглядеть, будь ему на самом деле столько лет, сколько этим скалам. Да и вообще, что же это получается? Если эту штуковину никто специально не засовывал внутрь камня, значит... значит, его уронили в море еще до того, как сверху образовались несколько метров слежавшихся, спрессованных водой отложений?! Бред какой-то. Не может такого быть, потому что, как известно, «не может быть никогда».

Задумчиво вертя в руках странную штуковину, Игорь допил пиво и попытался разыскать на поверхности металла хоть какие-то знаки — хоть что-нибудь, что могло бы прояснить его происхождение. Тщетно. Металл был совершенно гладкий, без малейшего намека на какие-либо штампы, пробы или надписи. Просто идеально гладкий металл, на котором (в чем Игорь убедился уже в следующую минуту) закаленное лезвие фирменного швейцарского ножа не оставляло не то что каких-нибудь царапин, но даже и вообще следов.

В очередной раз задумчиво хмыкнув, Игорь пожал плечами и положил браслет рядом с собой: пусть пока полежит, а там разберемся. Пиво, которое, как известно, «жидкий хлеб», пока имеется, а на сытый желудок любые исследования проходят гораздо лучше. Хоть это в чем-то и противоречит запавшему в память еще с ранних курсов мединститута крылатому plenus venter non studet libenter, переводимому с родной до боли латыни как «сытое брюхо к учению глухо».

Впрочем, ни пиво, ни все дальнейшие околонаучные изыскания, имеющие своей единственной целью раскрыть тайну нежданно найденного артефакта, ни к чему не привели (а почему бы, собственно, и не «артефакта»? Фантастику с фэнтези Игорь читал с удовольствием, а это столь любимое мэтрами жанра словечко лучше других передавало неведомую сущность обнаруженного предмета) — браслет с великолепным презрением игнорировал любые попытки молодого доктора докопаться до его скрытой сути.

Ну и ладно, ну и не надо, ну и не очень-то и хотелось! Убедившись, что, будучи в очередной раз надетым на руку, браслет не придает ему способности левитировать или телепатически управлять людьми (две неторопливо фланирующие по тропинке ниже его наблюдательного пункта девчушки, успевшие уже, несмотря на апрель, оголить ноги совсем по-летнему, на его мысленный призыв не отозвались, продолжая весело щебетать о чем-то своем, женском), Игорь позволил штуковине соскользнуть с руки и спрятал ее в карман — дома разберемся. В конце концов, он все-таки не геолог и вполне имеет право ошибаться: может, этот браслет на самом деле уронили в какую-нибудь там яму или шурф да случайно засыпали. Со временем все утрамбовалось — вот и выглядит словно нетронутый камень.

На том и было решено остановиться, тем более что романтическую прогулку по местам детства-отрочества-юности никто не отменял и насладиться редкой возможностью побыть наедине с морем, пивом и воспоминаниями необходимо было по полной программе...


Домой Игорь вернулся немного позже, чем ожидалось. В такую погоду и после такой прогулки грех было не посидеть еще и в парке на лавочке с последней бутылочкой, дурея от пропитанного запахами долгожданной весны вечернего воздуха. Вот он и просидел почти до темноты — апрель, тем более ранний, все-таки еще не июнь, когда темнеет чуть ли не в десять вечера, так что домой доктор Игорь вернулся уже в сумерках.

С трудом отомкнув дверь — мешали два увесистых пакета с провизией (об этой жизненно важной, хоть вовсе и не романтической необходимости Игорь очень вовремя вспомнил, проходя мимо ближайшего супермаркета), он шагнул в полутемную прихожую и привычно захлопнул дверь ногой. Сразу стало еще темнее — окон в коротком коридорчике не было, а свет Игорь включить пока не мог.

Кое-как утвердив шуршащий замороженным целлофаном «холостяцкий ужин» — пельмени — на полу, Игорь протянул руку в сторону невидимой в темноте полочки, намереваясь избавиться от ключей и зажечь наконец свет, однако тут же резко отдернул кисть, напоровшись пальцем на торчащий из стены гвоздь, который он бессчетное множество раз клятвенно обещал жене в конце концов вытащить и выбросить.

Коротко выругавшись, он швырнул обиженно звякнувшую связку на пол, зло стукнул по ни в чем не повинному выключателю и уставился на набухающий свежей кровью палец. Плохо. Можно даже сказать хреново: хирургу следует беречь свой главный «рабочий инструмент» — с распоротым пальцем, да после тщательной, с раздражающими кожу антисептиками, дезинфекции рук, да еще в перчатках не сильно-то наоперируешь. Н-да, глупо получилось. Кстати, об инструментах...

Подобрав с пола ключи, Игорь водрузил их на злополучную полочку, туда же положил вытащенный из кармана браслет и двинулся на кухню, где в одном из шкафов лежал подаренный отцом на прошлогоднее новоселье набор разнообразных строительных инструментов. Похоже, с гвоздем и на самом деле пришла пора покончить раз и навсегда. Ибо, как известно, «если гвоздь не сдается, его уничтожают». Тем более что натыкался Игорь на него, если честно, уже не первый раз.


Крохотной капельки крови, сорвавшейся с пораненного пальца в тот миг, когда он клал на место ключи, Игорь не заметил. Как не заметил и того, что попала она точно в центр углубления на поверхности одной из четырех составляющих браслет металлических пластинок.

Взгляни Игорь на браслет в тот момент, он бы премного удивился, увидев, как темно-алая капля вся без остатка впитывается в кажущуюся совершенно непроницаемой с виду полированную поверхность, словно упавшая на листок самой обыкновенной промокательной бумаги капля самых обыкновенных чернил.

Но еще больше он удивился бы, узнав, что в этот самый миг где-то там, далеко за опускающимся на город бархатным занавесом густых весенних сумерек и высоко-высоко над головой, впервые за немыслимо долгий срок ожил небольшой и очень старый с пилу спутник, незаметный среди скопившегося за полстолетия космической эры мусора, да и не имеющий, впрочем, никакого отношения к творениям земных инженеров из секретных космических КБ. По потускневшему, давно потерявшему былое разрешение и цветность монитору внутри его единственного отсека побежали строчки непривычных, словно взятых из разных языков, букв и цифр: «... получен поисковый сигнал... сигнал полностью соответствует заданным параметрам... запущен процесс... анализ структуры ДНК объекта... получение исходных данных... расшифровка последовательности нуклеотидов первой цепи... второй цепи... выполнено 39 процентов... выполнено 75 процентов... выполнено 88 процентов... получен второй поисковый сигнал... начата обработка данных...»

И доли секунды спустя на смену' бесконечным столбцам цифр, в которые бездушный компьютер с немыслимой скоростью преображал живую генетическую конфигурацию «объекта», все почти двадцать миллиардов составляющих его элементов, пришла последняя фраза: «...структурный анализ ДНК по обоим запросам успешно завершен... внимание, уровень энергии близок к критическому... замена исходных данных... фатальная ошибка — невозможность корректно завершить задачу... внимание, уровень энергии близок к критическому... недостаточно энергии для обработки большого массива информации... ожидание активации... внимание, уровень энергии близок к критическому... ожидание активации... ошибка... ожидание активации... внимание, уровень энергии близок к критическому... ошибка... ошибка... ошибка...»

Но ничего этого Игорь конечно же не видел и не знал, раздраженно залепляя пострадавший палец полоской «Сантавика» и выволакивая из шкафчика ящик с инструментами...


Покончив со зловредным гвоздем и с нескрываемым удовлетворением выбросив его ржавый, погнутый рывком гвоздодера трупик в мусорное ведро, Игорь поставил на газовую плиту воду для пельменей и отправился в комнату. Включив компьютер и телевизор (последний — без звука, поскольку запущенный медиаплеер, настроенный на случайный выбор, уже начал музицировать, избрав из сотни загруженных в playlist песен окуджавовского «Дежурного по апрелю»), он быстро проверил электронную почту, уселся в кресло и откинулся на спинку, вслушиваясь в знакомый голос исполнителя.

Песня Игорю нравилась еще с юности, а сейчас и вовсе была, что называется, в тему. Усмехнувшись по поводу собственного «апрельского дежурства», он окончательно позабыл про маленькую неприятность с гвоздем и расслабился.

А проигрыватель, распрощавшись с последними аккордами прошлой песни, уже затянул новую. На сей раз из колонок раздался хриплый голос Анатолия Полотно (попсу — за редким исключением — Игорь категорически не жаловал, несмотря на возраст, оставшись поклонником более серьезной музыки: бардовской песни, советского рок-н-ролла а-ля «Наутилус» или «ДДТ» и кое-какого шансона):

...Вам кольцо с дорогим бриллиантом,

И старинный браслет золотой...

Не заметить намека было невозможно, поэтому Игорь хоть и не особо хотел, поднялся на ноги и потопал в коридор. Браслет, естественно, лежал на прежнем месте — такой же непонятный, как и прежде. Взяв вещицу в руки, Игорь плюхнулся обратно в кресло и под грустную историю старого шулера в который уже раз за сегодня рассмотрел странный предмет.

Браслет как браслет: тяжеленький такой и совершенно невзрачный на вид. Явно не украшение. Интересно, что же тогда? И откуда он все-таки взялся там, на берегу моря, в толще доисторического ракушника?

«...обнаружение удаленного терминала... критический уровень энергии... экстренная передача телеметрических данных на удаленный терминал... произведено дублирование информации... запрос контакта... запрос подтверждения... подтверждения не получено... критический уровень...»

Задумавшись, Игорь машинально натянул браслет на левую руку, ожидая, что, как и в прошлый раз, он свободно повиснет на запястье, готовый в любую секунду соскользнуть, однако произошло кое-что другое. Настолько другое, что Игорь едва не сверзился с кресла. Браслет неожиданно ожил, плотно стягиваясь вокруг запястья и становясь более тёплым.

Первые несколько секунд Игорь потратил на судорожные попытки содрать с руки внезапно превратившуюся в оковы штуковину, затем бросил это занятие как явно бесперспективное: похоже, снять браслет теперь можно было, только разрезав. В конце концов браслет хоть и сидел плотно, но руку не пережимал, нормальному кровообращению в дистальных отделах конечности не препятствовал и, похоже, никакой угрозы для жизни не представлял. По крайней мере пока.

Слегка успокоившись и включив в комнате свет (чистая психология, конечно, но как-то спокойней; тем более что верный и безотказный комп неожиданно продемонстрировал на мониторе «экран смерти» и ни с того ни с сего самым наглым образом вырубился), Игорь вновь занялся изучением своего неожиданного украшения без особого, впрочем, результата. Все те же четыре прямоугольные пластинки, вот только соединяющие их между собой звенья широкой, напоминающей гусеничную ленту к игрушечному танку цепи стали значительно короче, видимо, втянувшись каким-то образом внутрь металлических прямоугольничков.

Помучившись еще немного и выяснив, что ни мыло, ни растительное масло помочь в решении проблемы не в состоянии и браслет никоим образом не собирается выпускать из объятий его запястье, Игорь вновь вытащил знакомый ящик с отцовскими инструментами и приступил к «решительным мерам» — ходить и дальше с подобным украшением он не собирался. Тем более что отвечать за целостность найденной фиговины он ни перед кем не обязан!

Надо ли говорить, что хрупкую с виду цепочку не взяли ни кусачки, ни ножницы по металлу, ни зубило с молотком, которыми Игорь с превеликим трудом все же ухитрился воспользоваться, орудуя практически одной лишь только правой рукой. Осознавая весь идиотизм и комичность ситуации, Игорь вытащил из холодильника припасенную «на всякий пожарный» поллитровку, выключил газ под кастрюлей с так и не дождавшейся пельменей водой и отправился к живущему этажом ниже соседу Мише, местному сантехнику и вообще «мастеру — золотые руки».

Вернулся он часа через полтора со знакомым браслетом на руке, несколькими свежими царапинами и ссадинами на коже вокруг него и почти сформировавшейся уверенностью, что все это «не иначе, как происки инопланетян». По крайней мере, именно такую трактовку происшедшего предложил ему после получасовых мучений всерьез увлекающийся на досуге всякой «энлонавтикой» сосед. Все остальное время они просто пили, строя многочисленные догадки по поводу, естественно, загадочной неснимаемости браслета.

Вернее, пил и строил догадки Миша, а Игорь лишь мрачно поддакивал, прикидывая, как он покажется с этим украшением на работе, что скажет возвращающейся через неделю супруге и... не ударит ли его током, если он залезет с ним в ванну.

Решение первых двух вопросов было решено пока отложить, а насчет третьего... Игорь просто набрал полную ванну воды и решительно опустил в нее руку, опытным путем выяснив, что в плане получения травмы электротоком браслет абсолютно безопасен.

Спустя час Игорь уже мирно храпел под негромкое бормотание привычно невыключенного телевизора.

Таинственный браслет, столь подло скомкавший остаток холостяцкого вечера и прочие описанные выше мужские «интересности», ему в эту ночь не снился...


Следующее утро началось с удивленного, сменившегося гримасой вспоминания разглядывания новоприобретенного украшения на запястье и расстройства по поводу по-прежнему бастующего компа: умная машина самым бессовестным образом игнорировала любые попытки ее запустить. Промучившись с полчаса и постращав упрямца грядущим «форматом-цэ» и прочими компьютерными ужасами, Игорь вызвонил по мобильнику своего старого друга Данилу, не первый год успешно работавшего системным администратором в разных компьютерных фирмах, и заручился его обещанием прийти «часиков в пять» и помочь в решении сей насущной проблемы.

Положив трубку, Игорь наскоро организовал себе легкий завтрак и, усевшись с подносом в кресло, пробежался по предлагаемым местным кабельным оператором телеканалам, попутно радуясь, что телевизор исправно работает. И как сглазил: экран мигнул и погас. Правда, не только экран. Вместе с творением японского концерна «Сони» потух свет в коридоре и обиженно запищал невыключенный УПС под компьютерным столиком. Случилось то, что в Одессе случается с завидным, увы, постоянством: отключили электричество. Настроение, несмотря на никем не отмененный отпуск и чудесное апрельское утро за окнами, катастрофически испортилось. Даже не из-за электроэнергии — просто испортилось.

Ещё больше оно испортилось спустя десять минут, когда вышедший перекурить на балкон Игорь узнал от выгуливавшей собаку соседки, что «да нет, Игорек, свет у нас вроде есть, может, это у тебя пробки выбило?». Выругавшись про себя — не хватало еще, чтобы местная «тайная полиция» донесла жене, что «он матом ругался», — Игорь затушил окурок и поплелся в коридор к электросчетчику.

Открыв скрывающую стенную нишу крышку, он несколько секунд мрачно созерцал замерший счетчик (с электричеством Игорь был «на вы» — панически, конечно, не боялся, но особо не фамильярничал), затем протянул руку и пощелкал тумблерами пакетников-автоматов. Ага, счас! Имевшее обыкновение неудержимо крутиться, наворачивая за месяц оч-чень неприятные суммы, колесико по-прежнему не двигалось с места, решив то ли пощадить соответствующую статью апрельского семейного бюджета, то ли добить Игоря окончательно.

Похоже, надо было или звонить в ЖЭК, или просить помощи все у того же Михаила, который хоть и посвятил жизнь несколько иной отрасли коммунального хозяйства, но с электричеством управлялся, что называется, на раз.

Звонить в ЖЭК было бессмысленно. Игорь уже имел опыт общения с местными коммунальщиками и давно признал, что хуже контакта с ними может быть только поход за какой-нибудь справкой в райвоенкомат, до сих пор исправно славший ему повестки на прохождение очередной медкомиссии, а просить помощи у соседа немного стыдно: четвертый десяток все ж таки, взрослый уже мужик.

Вздохнув, Игорь принялся инспектировать подходящие (или «отходящие» — хрен его знает!) к счетчику провода — пока визуально, не притрагиваясь ни к чему. Да нет, вроде бы все нормально. Вот только один, тот, что с краю, провод показался ему подозрительным: вроде бы изоляция прогорела. Или не прогорела?.. И вообще, зачем здесь столько проводов накрутили?

Сходив на кухню и в очередной раз потревожив многострадальный ящик с инструментами, Игорь захватил с собой отвертку-тестер, плоскогубцы и вернулся к щитку, втайне надеясь, что его вмешательство не понадобится и подача электроэнергии в квартиру номер 77 чудесным образом уже возобновлена. Увы, он ошибся. Самореанимации счетчика не произошло, и зловредный диск-транжира все еще находился в состоянии полного статического покоя. Ну и ладно! Зажав пальцем торец тестера, Игорь принялся «инспектировать» подведенные провода, осторожно прикасаясь жалом отвертки к клеммам. Ноль... Тоже ноль... И здесь глухо как в танке... А здесь?..

Дальнейшие события произошли столь молниеносно, что описать их последовательность — задайся он вдруг такой целью — Игорь все одно бы не сумел. Над головой неожиданно ярко вспыхнула коридорная лампа и, прежде чем произошло все остальное, новоиспеченный горе-электрик успел осознать две вещи: во-первых, что свет все-таки отключали, а соседка-собачница ошиблась, и, во-вторых, что надетый на руку браслет, о котором он уже успел совершенно позабыть, в нарушение всех мыслимых и немыслимых инструкций по безопасности касается сразу двух соседних электроразъемов.

Затем был лишь треск слабенького короткого замыкания, явно несоответствующая его силе ослепительная вспышка в глазах — и темнота...


«...внимание, от первого объекта получен сигнал активации... сигнал не соответствует заданным параметрам... выполнить? „да“? „нет“? внимание... критический уровень энергии... сигнал активации принят по умолчанию... активация... запущен процесс телепортационного переноса объекта в исходную точку... входной портал открыт... внимание... критический уровень энергии... ошибка... поиск альтернативных источников энергии... внешнее энергоподающее устройство не обнаружено... ошибка... внимание... критический уровень энергии... внимание... невозможность завершить процесс переноса... попытка ввести в действие уваленный терминал... ошибка... невозможность стабилизировать генетическую структуру объекта... критический уровень энергии... невозмож.. »


Высоко-высоко над головой, незаметный среди скопившегося за полстолетия космической эры мусора, на никем более не корректируемой хаотической орбите парил очень старый с виду спутник — автоматическая телепортационная станция, так и не сумевшая завершить последнего в своей жизни прыжка. Потускневший, давно потерявший былые разрешение и цветность монитор внутри ее крохотного единственного отсека был темен и мертв...

2

Ирак. Провинция Васит. Окрестности города Алъ-Кут.

Пункт постоянной дислокации украинского миротворческого контингента.

Апрель 2005 года, неделей ранее описываемых событий

Несмотря на все усилия, приложенные к тому, чтобы попасть в состав украинских «голубых касок» и на приличную долларовую зарплату, хоть и несравнимую с аналогичной у америкосов или, к примеру, даже поляков, но зато значительно превышающую копеечное содержание на родине, Андрей уже не раз успел пожалеть о принятом решении.

Заокеанские союзники хоть и платили исправно эту самую зарплату, хоть и снабжали коллег-миротворцев всем необходимым — от продуктов питания и воды до медицинского обслуживания в собственном госпитале и необходимой огневой и авиационной поддержки, — предпочитали затыкать славянами все те дыры, куда сами соваться не хотели. Британцы в этом плане вели себя куда приличней, да и порядка в подконтрольных им районах было поболе, но... Наши «писмэйкеры»[4], размещенные на территории бывшего базового лагеря «Дельта», до того принадлежавшего американским морпехам, увы, находились под чутким руководством именно у янки и ни у кого другого.

Правда, к участию в боевых операциях их практически не привлекали, однако ежедневные патрулирования, сопровождения конвоев и выезды на разминирования оставшихся после позапрошлогодних мартовских боев «сюрпризов» входили в круг именно их профессиональных обязанностей.

Коллеги же в основном занимались поисками неуловимого Саддама (с весны 2003 года иракского вождя «ловили» уже раз пять и примерно столько же раз убили. Впрочем, последнее сообщение о пленении бывшего диктатора было вполне похоже на правду), урегулированием политических и нефтяных вопросов и классическим развлечением любых оккупантов еще со времен Наполеона и Гитлера — борьбой с партизанами, политкорректно называемыми теперь «экстремистскими элементами», или попросту террористами.

Вот и сейчас, сидя на раскаленной жарким месопотамским солнцем броне бэтээра, старший сержант Андрей Кольчугин в сотый раз задавал себе вопрос: на кой ляд ему все это было нужно? Трястись на «броне», в тяжеленном армейском бронежилете и выкрашенной в дурацкий голубой цвет каске (на самом-то деле, правда, не голубой, а обтянутой пустынной расцветки камуфлированным чехлом), под ненавидящими взглядами «мирных» местных жителей, до сих пор прячущих в собственных домах как минимум АКМ, а как максимум что-нибудь гораздо более мощное и, скорее всего, бронебойно-кумулятивное, — удовольствие весьма сомнительное. И весь этот пакет удовольствий при почти что пятидесятиградусной жаре, от которой не спасает ни обжигающий, насыщенный пылью ветер, ни расстегнутая вопреки уставу камуфляжная куртка под душным, не пропускающим воздух «броником».

И ведь что обидно — сам же захотел! Нет, чтоб в институт поступить или на приличную работу устроиться — на контракт пошел, денег подзаработать. Вот и сиди теперь, зарабатывай!.. А заодно мечтай о том, чтобы в ППД[5] живым вернуться да жару местную под воняющим хлоркой душем поскорее смыть: благо душевые кабинки — спасибо, чего уж там, тем же янки, — работали круглосуточно.

Тяжело вздохнув, Андрей поправил подложенную под зад расшитую какими-то павлинами и аляповатыми цветами подушку[6], реквизированную у местных еще ребятами из 6-й отдельной механизированной бригады, на смену которой они пришли полгода назад, — и в этот момент БТР вздыбился и почти что оторвался от дорожного покрытия, подброшенный вверх чудовищным ударом сработавшей под передней колесной парой мины.

Окажись эта мина самодельным фугасом, сделанным из нескольких артснарядов или противотанковых мин, никаких шансов уцелеть у старшего сержанта не было бы: многокилограммовый заряд просто развалил бы сваренный из алюминиевой брони корпус бэтээра на части. Но Андрею повезло, если, конечно, это определение вообще подходит к данной ситуации: мина оказалось штатной противотанковой ТМ-62, основной задачей которой являлось все-таки выведение из строя ходовой части, а вовсе не проламывание защищенного броней днища боевой машины.

Конечно, и заводская советская (произведенная на свет, впрочем, скорее всего, в Китае) «тээмка» с ее семью килограммами тротила рванула что надо: ударная волна разворотила трансмиссию и весь правый борт, смела с брони сидящих десантников и сбросила искалеченную бронемашину в неглубокий придорожный кювет.

Эхо взрыва докатилось до окружавших шоссе барханов, поросших островками чахлого, придавленного жарой кустарника, и стихло, поглощенное раскаленным песком. По-восточному обстоятельно и неторопливо осела поднятая взрывом пыль, и над разбитым корпусом бронетранспортера так же неторопливо и обстоятельно закурился дым загоревшегося дизтоплива, постепенно становящийся все более черным и густым.


С точки зрения Андрея, странным было не то, что он вообще уцелел, а то, что практически даже не терял сознания, — разве что отключился на несколько мгновений сразу после того, как подброшенный в воздух исполинской силой увидел стремительно несущийся навстречу придорожный песок.

Да и каска — добрый старый «шлем стальной, защитный, образца шестьдесят восьмого года» — выручила, приняв на себя по касательной удар и очень вовремя соскочив с головы. Затяни сержант по-уставному ремешок под подбородком — не миновать ему перелома шейных позвонков. А так обошлось. Впрочем, Кольчугин служил уже достаточно долго, чтобы знать и помнить об этой маленькой армейской хитрости.

С трудом приподнявшись на локтях, Андрей огляделся. Метрах в пятнадцати чадил в кювете задравший корму бэтээр; чуть в стороне слабо дымилась здоровенная, почти метр в диаметре, воронка — часть убийственной энергии заряда все-таки ушла в стороны и вниз, а не вверх. Укатанное еще американской бронетехникой шоссе ныне было усеяно вывороченными взрывом камнями, сорванным с брони шанцевым инструментом, какими-то обломками и...

Думать о том, что следует за этим самым «и», не хотелось. Как и о том, что местные партизаны могли не только заложить заряд, как обычно делали, но и для разнообразия дождаться в засаде его срабатывания — сама мысль об оказании им огневого сопротивления сейчас казалась абсурдной. Да и вырванный из рук автомат в пределах видимости не наблюдался. И еще что-то липкое и противное струилось по лбу и щеке, заставляя часто-часто моргать и не позволяя сфокусировать зрение.

Помогая себе руками, сержант встал на предательски дрожащие ноги и провел грязной ладонью по лицу, не глядя отряхивая на дорогу кровь. Сделал несколько шагов в сторону того, что таилось за тем самым неназванным «и», еще минуту назад бывшим хорошим донецким парнем Костиком.

Наклоняться и уж тем более проверять пульс Андрей не стал: не надо было быть медиком, дабы понять, что товарищу не поможет даже хваленый штатовский госпиталь. Да и остальным парням из его отделения, тряпичными куклами разбросанным по дороге, помощь стационарного «амбуланса» уже не требовалась, а до бронетранспортера сержант, на свое счастье, добрести не успел. Сквозь сорванные десантные люки вдруг полыхнуло жаркое дымное пламя горящей соляры.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17