Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Леди-цыганка (№3) - Знатная плутовка

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Басби Ширли / Знатная плутовка - Чтение (стр. 9)
Автор: Басби Ширли
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Леди-цыганка

 

 


Наоборот! В те нечастые дни, которые он проводил в городе, слуга каждое утро являлся к нему с серебряным подносом, на котором стопкой громоздились приглашения в лучшие дома Нового Орлеана. Благодаря своей привлекательной наружности и в немалой мере своему огромному богатству он являлся объектом пристального внимания тех семей, где были дочери на выданье. Большинство же мужчин находили его пусть немного отчужденным, но весьма приятным молодым человеком.

Он не пренебрегал компаниями, но близкой дружбы ни с кем не заводил. Ведь друзья так и норовят сунуть нос в твои дела, даже когда их о том не просят! Поначалу такая манера была обусловлена конспирацией, а со временем вошла в привычку. Его вполне устраивало, что во всем городе не нашлось бы человека, который мог бы сказать, будто хорошо знает Кристофера Саксона.

В обществе его просто принимали таким, каков он есть. Манеры его были безупречны, родословная безукоризненна, да и ничего плохого за ним не замечали. Конечно, кое-кто из креольской аристократии помнил о тех не очень благовидных обстоятельствах, при которых он обрел свое богатство. Хотя все понимали, что со стороны молодого Евгения Тибо было безумием поставить на кон в карточной игре всю свою собственность, тем не менее никто не осуждал того, кому достался выигрыш.

Реплика пожилой матроны, сидевшей по соседству, вернула Саксона к действительности. Он подключился к беседе и скрепя сердце еще некоторое время ради приличия провел в кругу гостей. Наконец он с облегчением раскланялся.

Вернувшись домой, он почувствовал, что еще совсем не хочет спать. Он было собрался отправиться на поиски развлечений в какой-нибудь бордель, но отказался от этой мысли. Он распорядился подать виски, потом отпустил слугу. Снял выходное платье и облачился в черный шелковый халат. С бокалом виски в руке он вышел на балкон и долго стоял там, глядя на ночное небо.

Капитана Сэйбера больше не существовало! Работы на плантации были отлажены настолько, что почти не требовали надзора. Как оказалось, стабильность и благополучие были ему вовсе не по душе, и теперь он уже начинал сомневаться, правильно ли поступил, продав шхуну.

Наверное, он не был создан для довольства и праздности. Последние несколько недель оказались вовсе не такими приятными, как можно было ожидать. Недоставало риска и авантюры! Сегодняшний вечер был похож на многие другие. Конечно, он никогда больше не станет капитаном Сэйбером, но это почему-то не радует. Ему скучно. Наверное, надо было взять с собой Николь, подумал он вдруг. Вот уж с кем не соскучишься! И снова, уже в который раз, он невольно вернулся в мыслях к ней. Эти воспоминания часто настигали его в самый неподходящий момент. Танцуя на балу с местной красавицей и глядя в ее карие глаза, он вдруг ловил себя на том, что глаза Николь нравятся ему гораздо больше. В них было больше жизни. Будучи представлен на очередном званом вечере племяннице хозяина, он

отмечал про себя, что хоть у той и очаровательный ротик, поцеловать он предпочел бы Николь. Увидев в театре ослепительную диву с роскошной прической, он вспоминал о золотистых волосах Николь. Его настораживала собственная привязанность к этой непокорной плутовке с янтарным взором. Он недовольно фыркнул и вернулся в спальню.

Проснувшись на следующее утро, он постарался отогнать смущавшие его мысли и с головой окунулся в активное времяпрепровождение. В течение предрождественской недели он побывал на всех вечерах, устраивавшихся в ту пору в лучших домах Нового Орлеана. По временам ему казалось, что он наконец обрел то, что искал. Так могло бы продолжаться еще долго, если бы не два события, случившихся на рождественском балу в доме губернатора. Кристофер был приглашен туда наряду с несколькими сотнями самых уважаемых граждан Луизианы, и именно там произошла встреча, вдруг оживившая его далекие воспоминания.

В толпе гостей его взгляд неожиданно упал на пожилую седовласую даму лет шестидесяти пяти. Одета она была скромно и скорее всего исполняла роль дуэньи-при одной из знатных девиц. Поначалу он ее даже не заметил. Кому придет в голову обращать внимание на такую особу?

Он и сам не сразу понял, чем она привлекла его. Ее движения и осанка показались знакомыми, и он стал внимательно приглядываться.

Он был уверен, что прежде встречался с этой женщиной. Наконец он был представлен мисс Лейле Дюма, которая и оказалась подопечной пожилой дамы. Тут он узнал имя дуэньи — миссис Иглстон!

При звуке этого имени он вдруг снова ощутил себя двенадцатилетним пареньком, застенчиво принимающим угощение из рук жены полковника. Она мало изменилась с той поры, лишь голубые глаза утратили жизнерадостный блеск., Он был польщен, когда, услышав его имя, она произнесла:

— Рада видеть тебя, Кристофер, после стольких лет…

Он улыбнулся и ответил:

— И я рад, мадам. Но скажите ради Бога, какими судьбами вы здесь оказались?

Она замялась, и он отметил, что мисс Дюма сердито поджала губки, недовольная тем вниманием, которое благородный месье Саксон оказывает не ее красоте, а болтовне какой-то дуэньи, почти прислуги. И его не удивило, когда миссис Иглстон торопливо ответила:

— Ах, это долгая история, я не стану вас утомлять. Не пригласить ли вам мисс Дюма? Следующий танец у нее свободен.

Кристофер не замедлил воспользоваться предложением и увлек расплывшуюся в довольной улыбке мисс Дюма в залу. Но явная отговорка не удовлетворила его, и в ненавязчивой беседе во время танца он постарался выведать недостающие сведения.

Выяснилось, что миссис Иглстон жила тем, что откликалась на приглашение любой семьи, нуждавшейся в воспитанной женщине для сопровождения дочери в свет.

После танца он любезно проводил свою партнершу к ее дуэнье и терпеливо дождался, когда мисс Дюма оказалась приглашена на следующий танец молодым креолом. В ходе недолгой вежливой беседы он сумел убедить миссис Иглстон встретиться с ним в приватной обстановке через пару дней. Она поначалу колебалась, но потом уступила его галантной настойчивости. Решив эту задачу, он устремился туда, где уже вовсю шла карточная игра.

Эта неожиданная встреча вызвала у него, смешанные чувства. К миссис Иглстон он всегда относился с большой симпатией и теперь не мог не огорчиться, оттого что она всецело зависит от прихотей таких никчемных созданий, как эта куколка Дюма. В дни его детства она всегда была очень добра к нему, и воспоминания о часах, проведенных в ее гостеприимном доме, наполнили его сердце умиротворением. Но саркастическая, натура все же взяла верх, и он поторопился отогнать вдруг ожившие образы. Ведь так, чего доброго, снова придет на память образ другой женщины, а это сейчас некстати.

Минуту спустя он присоединился к компании игроков. Мужчины постарше, довольные, что ненадолго вырвались из-под пристального ока жен, наслаждались игрой в вист. Те, кто помоложе, в большинстве своем предпочитали танцы, но Кристоферу не составило труда найти троих знакомых, которым требовался четвертый партнер. Сыграв несколько партий, он невольно прислушался к разговору, который велся буквально в двух шагах от него.

Его привлекло упоминание имени Лафита, и он как бы невзначай перевел взгляд с карточного стола в сторону группы мужчин, беседовавших неподалеку. Троих он едва знал, но двое других были ему хорошо известны — Дэниэл Паттерсон и Джесон Саваж.

Паттерсон командовал военно-морским подразделением, базировавшимся в Новом Орлеане. Именно ему были анонимно отосланы трофейные документы. Обычно у Кристофера не возникало повода с ним общаться, но в свое время он почел своим долгом быть представленным такому солидному лицу. Никогда не вредно оказать знак внимания тому, кто способен причинить тебе беспокойство. А недовольство Паттерсона деятельностью компании Лафита было широко известно.

С Джесоном Саважем Кристофер не был лично знаком, но из обрывков салонных бесед он сумел составить представление о нем как о человеке, которого нельзя игнорировать и с которым лучше не противоборствовать. Саваж был весьма близок к губернатору Клайборну и чрезвычайно уважаем как американцами, так и креолами. Несколько лет назад на балу Кристофер был представлен его жене Кэтрин и с той поры разделял всеобщее мнение о ней как о первой красавице Нового Орлеана. Но интерес к Джесону подогревала не красота его жены, а тот неоспоримый факт, что он обладал чрезвычайным влиянием и властью. Говорили, что он постоянно держит руку на пульсе всей Луизианы. Поэтому неудивительно, что Кристофер испытывал к нему интерес. Но сейчас его внимание привлекли слова Паттерсона.

— Поверьте, я сам ничего не понимаю! Ни как эти бумаги попали в штаб, ни кто из головорезов Лафита мог на такое решиться.

Джесон небрежно заметил:

— Наверное, он рассчитывал как-то поживиться на этом. Скажем, получить награду или прощение своих грехов.

Паттерсон поморщился:

— Нет, Джесон, дело не в этом. Бумаги были просто подброшены в штаб. При них не было никакого письма или записки. Я расспросил своих людей, но никто не смог мне объяснить, как эти бумаги к нам попали. Если б человек, их пославший, рассчитывал на какую-то выгоду, то он бы, по крайней мере, как-то заявил о своих притязаниях.

— А вы уверены, что они подлинные? Англичанам было бы выгодно подбросить вам фальшивку. Либо они могли намеренно доставить вам лишь те документы, с которыми, по их мнению, вам следовало ознакомиться.

Джентльмены наперебой стали выдвигать свои версии, но Паттерсона это лишь раздражало, а Кристофера забавляло. Наконец Паттерсон высокомерно бросил:

— Мы не новички в своем деле и способны отличить фальшивку от подлинника.

На том тема была исчерпана, и Кристофер заскучал. Он уже собрался уходить, как новая реплика привлекла его внимание.

— ..Нападут на Новый Орлеан!

— Ах, оставьте! У англичан нет таких сил, чтобы организовать вторжение. Они увязли на канадской границе, и им не до Нового Орлеана.

Паттерсон промолчал, вероятно, не желая вдаваться в обсуждение. Однако Джесон поддержал разговор:

— Не соглашусь с вами. Для англичан захват Нового Орлеана явился бы крупной стратегической победой, которая дала бы им серьезное преимущество на мирных переговорах в Санкт-Петербурге. Пока англичане отвергает предложение русского царя о посредничестве, они хотят прямых переговоров. А для любых переговоров им необходимо упрочить свои позиции внушительной победой. К тому же не забывайте, что Новый Орлеан сегодня защищен очень слабо и весьма уязвим. — Джесон перевел взгляд со своего собеседника на Паттерсона, который внимательно его слушал. — Это точно; что планируется нападение на город? У вас есть верные сведения или это лишь предположение?

Паттерсон вздохнул:

— Ничего определенного не известно. Есть лишь кое-какие намеки. Например, в одной недавно перехваченной депеше содержится упоминание о южном театре военных действий.

— Дэниэл, неужели губернатор, зная об этом, ничего не предпримет? — воскликнул один из собеседников.

Паттерсон недовольно пожал плечами, видимо жалея, что завел этот разговор. Его ответ Кристофер не расслышал. Тут один из джентльменов повернулся к Джесону и возбужденно заговорил:

— Кажется, ваш дядя в Англии очень близок к правительственным кругам. Нельзя ли что-нибудь выяснить через него?

Джесон сардонически усмехнулся. В этот миг его взгляд встретился со взглядом Кристофера, и тому показалось, что Джесон хорошо понимает: его заинтересованность вызвана не праздным любопытством. Целую минуту они глядели в глаза друг другу, потом Джесон, словно он был удовлетворен, отвел взгляд и продолжил беседу:

— Роксбери стар и всецело предан британской короне. Если б я оказался настолько безрассуден, что отправился бы в Англию за надежными доказательствами, он ни на миг не усомнился бы в моих истинных намерениях. Мне не только не удалось бы ничего выведать, но, уверяю вас, дядюшка наверняка постарался бы, чтобы мое пребывание там оказалось недолгим и не слишком приятным. Поищите другого безумца для исполнения вашего замысла!

В этот миг взгляд Джесона неожиданно снова устремился на Кристофера. В глазах Джесона играл вызов, и Кристофер невольно смутился. Когда он вскоре покинул столик, ему показалось, что тот же пристальный взгляд проводил его. Вероятно, в ближайшее время Джесон станет наводить о нем справки.

На самом деле Джесон Саваж знал о Кристофере Саксоне предостаточно. Когда тот скрылся за дверью, он еще несколько секунд рассеянно глядел ему вслед, потом встрепенулся и снова включился в беседу. Но вскоре он извинился и покинул собеседников. Со стороны могло показаться, что он просто вышел из накуренного помещения подышать свежим воздухом. Он прошел по тропинке сквозь темный парк и, миновав неприметную калитку, очутился около сарая, где стояли экипажи.

— Джейк! — негромко окликнул он.

— Тут я, — раздался голос из-за угла. Напряженное выражение сменилось на лице Джесона улыбкой облегчения, когда навстречу ему появился неряшливо одетый растрепанный парень, сплевывающий табачную жвачку. По виду мужчины настолько не походили друг на друга, что их встреча со стороны производила странное впечатление.

— Ну как, видели его? — поинтересовался Джейк.

Джесон кивнул:

— Да, только что. Этот парень умеет смотреть в глаза. Ты уверен, Джейк, что ему можно доверять? Мне бы очень не хотелось, чтобы англичане узнали, насколько Клайборн озабочен возможным вторжением и сколь слабо защищен Новый Орлеан.

— Ради всего святого, Джесон! Или я не жил с ним бок о бок последние четыре месяца? — Он прервался лишь на миг, чтобы сплюнуть жвачку, потом снова убежденно заговорил:

— Пускай Саксон пиратствовал под именем капитана Сэйбера, однако ж любви к англичанам у него нет никакой. Я был в том бою, когда он захватил секретные английские шифры. Не будь он американцем до самой глубины своей черной души, то неужели он послал бы Хиггинса передать эти бумаги Паттерсону? Разве можно вообразить, чтоб так себя повел английский шпион?

Джесон согласно кивнул:

— Хорошо, я верю. За последние пять лет ты меня ни разу не подвел. Полагаю, ты и на этот раз знаешь, что говоришь.

— Еще бы! — ухмыльнулся Джейк и с готовностью схватил несколько золотых монет, которые протянул ему Джесон со словами:

— Этого тебе хватит, чтобы некоторое время пожить спокойно. Я бы посоветовал тебе пока затаиться. А то, не приведи Господь…

— Я никого не боюсь! — фыркнул Джейк. Улыбка исчезла с лица Джесона.

— Знаю, мой друг! Но я не для того сую твою голову в пекло, чтобы потерять ее на мирной улице.

— Я сам отвечаю за свою голову, — огрызнулся Джейк.

— Ладно. Поступай, как знаешь.

— Ну, хорошо, хорошо. Я скроюсь на время, — послышалось в ответ.

Джесон быстрым шагом вернулся в дом. Ему удалось еще раз увидеть Кристофера Саксона. Тот легко и грациозно вел даму в танце. Джесон довольно улыбнулся: да, Кристофер Саксон справится с намеченной для него ролью!

15

На следующий день Кристофер после обеда удобно расположился у камина и собирался отдохнуть, когда вошел слуга и доложил:

— Сэр, вас желает видеть мистер Джесон Саваж. Кристофер, слегка удивленный, встал с кресла, а Джесон Саваж уже входил в кабинет.

— Хорошо, что сегодня вы остались дома, — произнес Джесон, пожимая Кристоферу руку. — Я собирался зайти пораньше, но дела…

Кристофер вежливо улыбнулся:

— Бывает. Выпьете что-нибудь? Шерри, портвейн или, может быть, бренди?

— Лучше бренди.

С бокалами в руках мужчины уселись в кресла у камина.

Саваж с любопытством огляделся и заметил:

— Вижу, вы кое-что изменили в обстановке. Я ведь бывал здесь, когда этот дом еще принадлежал семейству Тибо.

Кристофер нахмурился:

— Вы зашли осмотреть перемены в интерьере? Джесон ответил с улыбкой:

— Вы же понимаете, что нет.

— Так что же вас привело? Не хочу показаться негостеприимным, однако не сомневаюсь, что вы зашли не ради светской беседы. Я чем-то могу быть вам полезен?

Такая прямота привела Джесона в замешательство. Как перейти сразу к предмету его визита? Он надеялся начать издалека. Но Саксон, видимо, не был расположен к обмену любезностями и праздной болтовне. Джесон принял его манеру и ответил:

— Я бы хотел послать вас в Англию. Кристофер уставился на него в изумлении.

— Вы сошли с ума! Мы же воюем с Англией!

— Совершенно верно. Но кое для кого, например для вас, вполне возможно туда проникнуть.

— А за каким чертом мне это надо? Джесон серьезно посмотрел на Кристофера. Потом сказал: «

— Это нужно мне. Я хочу точно знать, собираются ли англичане напасть на Новый Орлеан.

Кристофер откинулся в кресле и прикрыл глаза. От Саважа он ожидал чего угодно, только не этого.

— А почему именно я? — спросил он наконец.

— А почему бы и не вы?

Кристофер встал и возбужденно прошелся по комнате.

— К едва знакомому человеку не являются с такими предложениями. Я хочу знать, что за игру вы ведете, Саваж!

— Я не веду никакую игру. Я уже давно намеревался послать кого-нибудь в Англию. Задолго до того, как возникла угроза вторжения.

Все еще недоумевая, Кристофер спросил:

— Но почему на эту роль выбран я? Я не дипломат и никогда не занимался политикой. К тому же, позвольте заметить, я вполне могу быть английским шпионом!

— Так вы английский шпион? — спокойно спросил Джесон.

Кристофер недовольно поморщился:

— Конечно нет. Но как вы можете быть в этом уверены? Только с моих слов?

Джесон усмехнулся:

— Не только. Я же сказал, что не веду никакую игру. Так вот, когда мне пришла мысль послать кого-то в Англию, я стал подыскивать подходящего человека. Признаюсь, поначалу о вас я не подумал. Но вы давно вызывали у меня интерес, и вот уже несколько месяцев я за вами пристально наблюдаю… — Джесон помедлил, потом добавил:

— Капитан Сэйбер!

Кристофер не подал виду, что слова Саважа произвели на него сильное впечатление. Он всегда рисковал быть разоблаченным, но это не был смертельный риск. Конечно, он предпочел бы держать свою двойную жизнь в тайне. Но если эта тайна раскрыта, это не повод для паники. Важно, как Саваж намерен распорядиться своей информацией. Кристофер подумал, что вряд ли тот намерен столкнуть его с властями. Он пожал плечами и пробормотал:

— Хорошо, признаюсь. Я — капитан Сэйбер. И что с того? Каперством промышляют многие.

Джесон довольно улыбнулся. Самообладание Саксона его порадовало.

— Друг мой, вы меня не правильно поняли. Я уважаю людей действия. Ваши приключения под именем капитана Сэйбера меня вообще не интересуют. Если бы я узнал, что вы нападаете на американские суда или что вы действительно английский шпион, как я, признаюсь, поначалу заподозрил, наш разговор носил бы иной характер. Могу я говорить прямо?

Кристофер фыркнул:

— А как вы до сих пор говорили?

Не замечая иронии, Джесон продолжал:

— Вы спросили, почему я пришел именно к вам, и я отвечу без обиняков. Мне больше некого попросить. Сведения о вас я имею от верного человека. Я знаю, что вы баловались пиратством, но меня это не смущает. И еще я знаю, что вы не питаете любви к англичанам, хоть вы и англичанин!

— Саваж, давайте называть вещи своими именами. Я не англичанин. Я перестал им быть, когда меня силком затащили на флот пятнадцать лет назад. Я сам выбрал свою судьбу. Я американец.

— Что ж, отлично. Мы поладим. Коль вы говорите, что вы американец, то, значит, не откажетесь принести пользу своей стране. — Джесон помолчал, но, видя напряженное внимание Кристофера, продолжил:

— Эта война идет не так благополучно, как задумал мистер Мэдисон, и вы это хорошо знаете. Если мы не проявим осмотрительность, то рискуем проиграть. В Канаде дела плохи. Нам повезет, если Соединенным Штатам удастся сохранить свою территорию, не говоря уже о захвате канадской. У меня в голове не укладывается, как Мэдисон мог пойти на поводу у таких ястребов, как Генри Клэй и Джон Кальхаун. Тот, кто рассчитывает на триумф в этой проклятой войне, наверное, тронулся умом! Я молю Бога… — Джесон умолк на полуслове, почувствовав, что слишком увлекся. — Извините! Я не хотел навязывать вам свое мнение об этой войне. Но в том, что я сказал, я уверен. И потому хочу, чтобы это безумство прекратилось как можно скорее. И чтобы война не коснулась Нового Орлеана.

Кристофер, не сводя с него напряженного взгляда, спросил:

— Вы действительно считаете, что англичане могут напасть на нас? Конечно, у них сильный флот, который не дает нам покоя в заливе. Но ведь их главные силы сосредоточены на севере.

— Это так. Но не забывайте, что русская кампания Наполеона провалилась, и его армия, неся большие потери, отступает от Москвы. Из полученных мною сведений я могу заключить, что его положение безнадежно. Веллингтон пересек Пиренеи и вторгся во Францию. Он встречает отчаянное сопротивление, но думаю, что все же возьмет верх. Когда с Наполеоном будет покончено, у англичан развяжутся руки. Ничто не удержит их от атаки на Новый Орлеан. А падение города может стать решающим ударом в этой войне и поставить нашу страну на грань поражения.

Джесон нервно взъерошил рукой волосы:

— Все получаемые мною донесения свидетельствуют, что англичане готовятся к крупному наступлению. Они рассчитывают нанести внезапный удар на юге. О том, что целью избран Новый Орлеан, я достоверных сведений не имею. Но интуиция подсказывает мне, что англичане метят именно сюда.

Кристофер молча повертел в руках бокал. В душе он уже был готов согласиться. Слова Джесона совпадали с его собственными мыслями об этой войне, и он осознавал серьезность создавшегося положения. Англичане, казалось, перехватили преимущество. Они сожгли Ньюарк и вот-вот должны были сломить сопротивление у форта Джордж близ Ниагары. Тем временем их индейские союзники осаждали город Льюистон в штате Нью-Йорк. Несмотря на победу, одержанную лейтенантом — теперь уже капитаном, — Перри у озера Эри, соотношение сил складывалось скверно. С гибелью вождя Текумзе рухнула надежда на прочную конфедерацию союзных индейских племен. Слишком много фронтов оказалось на этой войне. Спорадические столкновения вспыхивали от Канады до Флориды, не позволяя даже толком оценить баланс побед и поражений. Война 1812 года превратилась в бессмысленную и безнадежную бойню.

Новость о возможном вторжении в Луизиану вывела Кристофера из той обычной апатии, с которой он относился к войне. Он понял, что готов сделать все от него зависящее, чтобы воспрепятствовать такому развитию событий.

— Если вы хотите послать меня а Англию, я поеду, — сказал он наконец. — Но признаюсь, мне не верится, что я смогу оказаться вам полезным. Я покинул страну подростком, и там у меня нет никаких связей, на которые можно было бы рассчитывать.

— Я и не ожидаю от вас чуда, мой друг. Возможно, вам ничего не удастся выяснить. Тем более что по понятным причинам я затрудняюсь вам помочь.

Кристофер прищурился:

— А ваш дядя? Джесон повел бровью:

— Вам о нем известно? Вы что, узнали об этом вчера из разговора на балу? Кристофер усмехнулся:

— Ну да! Вам ведь нужен человек, умеющий слушать, не так ли?

Джесон довольно кивнул:

— Вы, действительно, тот человек, который мне нужен! Но помните, положиться вы сможете только на себя самого. Кое с кем я могу порекомендовать вам встретиться, но — устно. Мои рекомендательные письма могли бы сослужить вам дурную службу. Если станет известно о нашем знакомстве, за вами тут же начнут следить. А вам и без того хватит забот.

Кристофер пожал плечами:

— Я сделаю все, что смогу. Но для этого я должен точно знать свою задачу. Какой смысл в том, что я, скажем, доподлинно узнаю о готовящейся атаке, но не буду иметь весомых доказательств. И какие доказательства вам нужны?

Джесон неторопливо ответил:

— Ваших слов будет достаточно.

Видя, что Кристофер сомневается, он добавил:

— Все, что мне нужно, так это нечто более серьезное, чем слухи. Если доверенный человек вернется из Англии с сообщением о готовящемся нападении и после этого военные власти откажут нам в подкреплениях, то мне останется только повеситься. Клайборн давно требует подкреплений, но безрезультатно. В преддверии возможной атаки такое положение недопустимо.

— А вы не боитесь, что я вас предам? — поинтересовался Кристофер.

— Может быть, я и ошибаюсь в вас. Но мне известны ваши чувства к англичанам. К тому же все ваши владения находятся в Луизиане, и вы едва ли желаете видеть их разоренными войной. — Джесон улыбнулся и добавил:

— И потом, надо же кому-то доверять…

— Когда мне отплывать?

— Естественно, чем скорее, тем лучше. Но прежде необходимо обеспечить резонное обоснование вашего возвращения на родину. У вас есть идеи на сей счет?

Кристофер кивнул:

— Кое-что приходит мне в голову. Но на это понадобится время. Месяц или два.

— Вы понимаете, что время решает все?

— Прекрасно понимаю. Но смею предположить, что при нынешней расстановке сил не приходится ждать серьезных потрясений в ближайшие месяцы. Да еще при том условии, что Наполеон не разбит окончательно. Пока англичане со своими союзниками не завершат кампанию в Европе, у них будут связаны руки.

Кристофер замолчал, стараясь понять, какое впечатление произвела его речь на Джесона. Тот смерил его внимательным взглядом, от которого Кристоферу вдруг показалось, что, несмотря на сказанные ранее слова, Джесон продолжает его испытывать.

— Если вы согласны с моей оценкой ситуации, то должны согласиться и с тем, что, прибыв в Англию к середине апреля, я буду иметь достаточно времени, чтобы все выведать и успеть вернуться. Я обещаю сделать все, что от меня зависит, но при возвращении в Англию без весомой причины толку от меня не будет никакого.

— И на что же вам потребуется два месяца? — сухо спросил Джесон.

Кристофер колебался. Его идея была более похожа на авантюру, но ничего иного в голову не приходило. К тому же надо было учитывать много разных обстоятельств. В первую очередь — Николь и миссис Иглстон. Подробно объясняться он был не готов, да и не желал.

Джесон почувствовал его нерешительность. В конце концов, Кристофер был с ним почти не знаком, а Джесону он был известен как человек, никому не привыкший давать отчет.

Но Кристофер, кажется, принял решение и заговорил:

— Вчера вечером я встретил свою старую знакомую миссис Иглстон.

— Если не ошибаюсь, она сопровождала мадемуазель Дюма? — Кристофер изумленно взглянул на собеседника — было ли на свете что-то такое, чего бы этот человек не знал? Он кивнул и продолжил:

— Именно так. Однако в ту пору, когда я знал ее, она была замужем за отставным, полковником и жила по соседству с поместьем моего деда.

— Ну и что?

Стараясь быть немногословным, Кристофер в общих чертах изложил историю Николь Эшфорд, умолчав, однако, о своих отношениях с нею. Но от Джесона не укрылось то волнение, которое зазвучало в его голосе при упоминании имени девушки. Ему стало ясно, что молодой Саксон к ней не безразличен. Но вслух он лишь спросил:

— Вы рассчитываете устранить эффект последних пяти лет за два месяца и считаете, что она к марту станет достаточно воспитанной? Кристофер пожал плечами:

— В этом нет ничего невозможного. В конце концов, первые тринадцать лет своей жизни она провела, как и любая юная леди. А миссис Иглстон вполне способна сгладить кое-какие шероховатости.

— Что ж, будем надеяться. Я не имею ничего против вашего плана.

Лицо Кристофера просветлело, и он произнес:

— Благодарю вас. Думаю, и во всем остальном мои действия вас устроят. Джесон улыбнулся:

— Я не сомневаюсь, что вы справитесь со своей задачей. Как правило, я не ошибаюсь в людях.

Кристофер молча поклонился. Джесон встал и удовлетворенно сказал:

— Нам удалось на удивление быстро все обсудить. Теперь приступайте к осуществлению вашего плана. Держите меня в курсе всех возникающих проблем. Со своей стороны, я буду сообщать вам все новые подробности, которые могут потребовать ускорить дело.

— Согласен. С миссис Иглстон я встречусь, как и было условленно, в среду. В зависимости от результатов этой встречи я, поспешу в свое поместье.

После ухода Джесона Кристофер принялся взволнованно расхаживать по комнате. Предложение, на которое он согласился, было чистым безумием. Но он понимал, что никогда бы не простил себе, если бы отказался от возможности принести пользу своей стране.

Кристофер не считал себя патриотом, но Новый Орлеан был его городом! Он ненавидел саму мысль о том, что этот благодатный край может быть разорен войной. Будь он проклят, если позволит себе со стороны наблюдать, как английский сапог топчет землю Луизианы! К тому же вернуть Николь Эшфорд домой — тоже достойное дело.

Джесон Саваж в эти минуты также пребывал в раздумьях. План Саксона казался ему приемлемым, но как человек более зрелый и опытный Джесон предвидел кое-какие осложнения. Он написал короткое письмо государственному секретарю Джеймсу Монро. Кристоферу понадобится поддержка. Если мистер Монро заинтересуется его планом, то тогда молодому человеку можно будет предложить кое-что весьма полезное.

Кристофер тем временем обдумывал свою затею. Он и сам предвидел целый ряд препятствий, но другого варианта у него не было.

С Николь все будет в порядке. Миссис Иглстон, вероятно, тоже согласится помочь ему, если поверит той версии, которую он ей изложит. Разумеется, об истинной цели своего возвращения в Англию, как и о своих отношениях с Николь, он ей не скажет ни слова. Вчерашняя встреча с миссис Иглстон произвела на него сильное впечатление, хотя он и сам не решился бы сказать — приятное или нет.

Когда он был мальчишкой, его родители были слишком заняты собой и своими делами, и так случилось, что именно со стороны миссис Иглстон он получал большую часть того душевного тепла, которое необходимо растущему человеку. Кристофер был под-, ростком, когда яхта его родителей разбилась о скалы и он остался сиротой. Эта трагедия еще больше сблизила его с женой полковника. Может быть, если они с мужем не были бы в отъезде тем летом, он не поддался бы чарам Аннабель и его дядюшка не имел бы возможности расправиться с ним.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25