Современная электронная библиотека ModernLib.Ru

Повелитель грома [Бог грома]

ModernLib.Ru / Нортон Андрэ / Повелитель грома [Бог грома] - Чтение (стр. 9)
Автор: Нортон Андрэ
Жанр:

 

 


      «П о р а!» — скомандовал он мысленно.
      Жёлтое гибкое тело взвилось в воздух, и Сурра всем весом обрушилась на плечи Дина. Тот вскрикнул и упал. Управляющий полем шарик вырвался из его руки, но прежде чем Сторм смог схватить его, он перекатился за камень и скользнул вниз с уступа.
      «Не убивать!» — скомандовал Сторм, глядя на сцепившихся на полу пещеры человека и кошку. Он не рискнул вмешаться в эту схватку. Все его тело онемело и плохо его слушалось, как раньше рука, которой он открывал пальцевый замок.
      Сурра рычала, плевалась и фыркала, но всё же ослабила свой захват. Дин завизжал пронзительным высоким голосом, и кошка от неожиданности отступила. На минуту Остин увидел его лицо, даже не лицо, а дьявольскую маску. Он ещё раз крикнул и метнулся в тоннель прежде, чем Остин успел его блокировать. Остин бросил вслед за ним своё непослушное тело и даже успел, падая, схватить его за ноги, но Дин отбросил его и исчез в темноте. Только топот сапог слышался ещё несколько секунд.
      Сурра все ещё протирала лапой глаза; видимо, они у неё болели. Сторм сгрёб её за шкирку и притянул к себе. Норби, которых вызвал Дин, были уже где-то рядом. Пора было уходить, и единственный путь отсюда вёл внутрь горы, следом за Дином. Остин надеялся, что естественный страх не позволит туземцам забираться далеко в гору.
      У входа появилась рогатая черноволосая голова. Норби не испугался темноты тоннеля и, не останавливаясь, с разбегу бросился на Сторма с ножом в руке. Теперь Сторму пришлось вспомнить все приёмы боя без оружия, какие входили в подготовку командос. Он отбивал удары и шаг за шагом продвигался в спасительную темноту тоннеля.
      Очередной удар скользнул по рёбрам и обжёг Сторма. Он широко размахнулся и опустил ребро ладони на шею туземца чуть выше ключицы. Норби без единого звука свалился на пол, и Сторм вырвал у него нож.
      Что-то коротко свистнуло, и боевая стрела разорвала на плече рубаху. Сторм опустился на четвереньки и осторожно пополз в тоннель, стараясь забраться поглубже. Впереди он слышал грозное завывание идущей по следу Сурры. Теперь в тоннеле был уже не один лучник. Но странная темнота, державшаяся в древних пещерах мешала стрелкам целиться, и это спасало ему жизнь. Все стрелы пролетали над головой, и, как он заметил, ни один лучник не рискнул зайти в тоннель поглубже.
      Первый же поворот тоннеля укрыл его от стрел, и в первую очередь он осветил фонариком Сурру. Он ещё не успел выяснить, что Дин сделал с кошкой. Глаза её ещё слезились, она фыркала, но зрение, похоже, не пострадало.
      Сурра все ещё злилась, она рвалась догнать врага и отомстить, и Остин целиком её в этом поддерживал. Он тоже хотел схватить свихнувшегося техника. Теперь, когда он представлял своего врага, и на поясе у него, наконец-то, оказался нож, он чувствовал себя много увереннее, хотя и понимал, что заточенный кусочек металла может показаться технику, вооружённому всей машинерией древних, просто смешным. Кошка легко и уверенно двинулась вперёд. Она явно знала, куда идти. Только далеко она не ушла. Тоннель был довольно ровный, без ответвлений и проёмов в стенах, но Сурра внезапно остановилась. Она прошлась по кругу, потом — от стены к стене, тщательно все обнюхала и, видимо, окончательно растерявшись, завыла. Так порой она выла, промахнувшись на охоте.
      Остин посветил фонариком на пол, почти уверенный, что увидит там знакомую спираль. Но здесь не было ни спиральной тропинки, ни светящихся трубок, чтобы открыть одну из этих странных дорог, лежащих в другом измерении. Видимо, здесь была какая-то другая тайна перехода, знакомая Дину и совершенно непонятная его преследователям.
      Может, Дин научился управлять этими переходами по своему желанию? Или здесь тоже спрятан какой-нибудь «прибор» переноса? Теперь Остин жалел, что не рассмотрел повнимательнее экран на платформе, с которой попал сюда.
      Теперь ему оставалось только бродить по переходам в надежде наткнуться на что-то подобное или повернуть назад, прямо в руки поджидавших норби. А как же попала в гору Сурра? Может, на поверхность ведёт ещё один тоннель?
      Землянин присел на корточки и подозвал к себе кошку. Он положил руки ей на голову и, ласково поглаживая, попросил рассказать, как она попала в переход. Но та сосредоточенность на одной цели, которая делала её такой ценной в команде, теперь сработала против него. Кошка была целиком поглощена мыслями о враге и стремилась только к одному: догнать его и отомстить. Больше ничего её сейчас не интересовало, так что расспрашивать о переходе было бессмысленно. Остин, работая со своей командой, давно научился терпению. Он и сейчас не стал принуждать кошку.
      Так чего же он добился? Дин был по-прежнему на свободе и бродил где-то в этих норах, используя весь арсенал инопланетных приборов. И Логан… Когда он вспомнил о Логане, в душе вспыхнула боль, жгучая, как луч бластера. Но всё-таки небольшая надежда у него ещё оставалась. Ведь не зря же тогда вспыхнула спираль на экране. Может, Логан всё же воспользовался этой дорогой, только перенесла она его не в машинный зал, а в какое-нибудь другое место, и он не погиб под палящим солнцем Великой Засухи, а бродит где-то в подземных лабиринтах.
      И ещё оставались где-то Баку и Горгол, но о них он вообще ничего не знал. Сторм заметил, что кошка постепенно успокаивается, и снова попытался задать свой вопрос.
      « Поднялась наверх», — ответила она. Ответ был довольно туманный, но так бывало довольно часто. Слишком различно мышление человека и кошки, и им порой нелегко понять друг друга.
      « Где поднялась», — попытался уточнить Мастер зверей.
      На этот раз ответа не было. Сурра вдруг упрямо затрясла головой, насторожила уши и взъерошилась, словно-уловила в затхлом воздухе что-то недоступное человеку.
      « Этот незнакомец… он сейчас ушёл, но мы ещё на него поохотимся, — мысленно пообещал Сторм. — Н о для такой охоты нужна команда. Ты не знаешь, где Баку?»
      Такой подход оказался верным. В конце концов, они так долго были вместе, что для Сурры их союз стал таким же привычным и необходимым, как и для него самого.
      Сурра ничего не ответила, вместо этого она просто пошла вперёд так же спокойно и уверенно, как раньше шла за Дином. Человек не смог бы найти и следа той дороги через горный лабиринт, по которой вела его сейчас Сурра. Они проходили из одного тоннеля в другой, пересекали пещеры и узкие расщелины. И все здесь говорило о создателях лабиринта. Несколько раз они натыкались на какие-то приборы, значения которых Сторм не мог определить, а Сурру они вообще не интересовали. Однако кошка не плутала, шла уверенно и, похоже, знала, куда идёт.
      Дорога шла то вниз, то вверх, что немного озадачивало Сторма, хотя какое-то чутьё говорило ему, что они не особенно углубились в гору. Наконец из рукотворного, облицованного черным веществом тоннеля кошка свернула в естественную расщелину, и Сторму пришлось опуститься на четвереньки.
      Через узкую щель Остин выполз на свежий воздух и с радостью вдохнул запахи свежей, неопаленной растительности. Прямо пред ним была маленькая долина, в которой Великая Засуха чувствовалась не больше, чем в деревне норби. Остин устало опустился на камни и огляделся вокруг. Теперь ему ничего не мешало спокойно разглядывать необычную для Арцора растительность. Она была не красно-зелёной, не коричнево-зелёной, не жёлто-зелёной, как большинство здешних растений. Нет, она была чудесного, свежего, чистого зелёного цвета. И он совсем недавно видел где-то такие же листья, как на ближайшем к нему кусте.
      Словно крылатая чёрная молния упала с неба! Баку, покачиваясь и полураспустив крылья, с приветливым клёкотом направился к Мастеру зверей. Всем своим видом орёл старался показать, как он рад, что все они снова собрались вместе.
      Но когда на крики орла ответил из кустов приглушённый шёпот, Сторм насторожился, и его рука невольно потянулась к ножу. Таким сигналом норби предупреждали об опасности.
      Сторм уже поднялся на ноги, когда ветки кустов закачались, и из них вышел Горгол. Похоже, юный норби был ранен. Припарка из разжёванных листьев была привязана к его левой руке, огромный синяк занимал половину лица, один глаз заплыл. Ожерелье из клыков йорис, которым он так гордился, было порвано и связано в нескольких местах.
      — Сторм! — просигналил он и тут же осторожно коснулся руки землянина, словно, не верил своим глазам и хотел убедиться ощупью.
      Баку поднялся в воздух, а затем опустился на плечо Остина. Тот радостно принял привычную тяжесть и улыбнулся, когда смертоносный клюв ласково, легонько погладил его щеку.
      — Где мы? — Сторм вглядывался в гребень нависающей над долиной горы, но никак не мог сориентироваться.
      — В горе, — коротко ответил Горгол. — Мы бежали далеко впереди огня.
      — Кто это «мы»?
      Горгол обернулся и что-то прошептал. На какой-то момент в Остине вспыхнула надежда, что он найдёт здесь и Логана. Но человек, вышедший из тени кружевных листьев был ему незнаком. Лохмотья серой форменной одежды болтались на его измождённом теле, украшенном такими же синяками, как у Горгола. Сложен он был, как обычный человек и голову венчали не рога, а копна русых волос.
      — Цолти был прав… Если бы у нас хватило мужества идти вперёд, мы бы вышли…
      Внезапно он упал на землю, словно у него неожиданно подкосились ноги и его острые плечи затряслись от тяжёлых, неудержимых рыданий.

Глава 16

      — Кто он? — спросил Сторм у Горгола.
      — Не знаю, — просигналил тот, — он не владеет пальцевой речью. Мы с ним столкнулись на горе, когда я убегал от огня. Он показал мне дорогу. Настоящий воин: он не боялся молний и готов был сражаться.
      Сторм слегка дёрнул плечом, и Баку послушно перелетел на ближайший камень. Остин присел рядом с незнакомцем и осторожно положил руку ему на плечо.
      — Кто ты, друг? — спросил он на принятом в армии галактическом языке. И был не слишком удивлён, услышав в ответ земные слова:
      — Найяр… Микки Найяр, разведчик, ТН-пятьсот, наземные войска.
      Голос незнакомца уже окреп, он сел, отнял руки от лица и с нескрываемым удивлением уставился на Сторма.
      — Остин Сторм, Мастер зверей, — представился землянин. — Ты знаешь, что война давно кончилась?
      — Я знаю, — тихо кивнул Найяр. — Но ведь это одна из захваченных планет? И ты здесь с каким-то заданием?
      — Это Арцор, пограничный аграрный мир. Правда, в одной дыре тут прятались хиксы, но несколько месяцев назад мы разобрались с ними. Их корабль взорвался при взлёте. Других посадочных площадок мы не обнаружили. И я тут не с боевым заданием. Теперь здесь мой новый дом.
      — Значит, Дин нарочно солгал нам, — с горькой усмешкой сказал Найяр. — Ты ведь, насколько я вижу, землянин?
      Остин кивнул, а потом добавил:
      — Теперь уже арцорианец — я получил землю на равнинах.
      — И это пограничная планета Конфедерации, а не мир хиксов?
      — Точно.
      — И давно здесь люди?
      — Да уже около двухсот земных лет. После первых кораблей на Арцоре сменилось три поколения поселенцев. А ты прилетел на спасательной шлюпке?
      — Да, — с горечью ответил Найяр. — Лафдаль был когда-то пилотом и сумел посадить нас без крушения. Потом мы вышли из неё и сразу попали в руки туземцев. Они нас не убили, хотя, может, это было бы для нас лучше. Они просто связали нас и отвели на склон горы, а потом спихнули в какую-то пещеру. Там, в затопленной пещере мы потеряли Лафдаля. Что-то огромное схватило его, когда он стоял на пирсе; мы даже рассмотреть не успели, что это такое. Потом… — Найяр вздрогнул и потряс головой, словно отгоняя какой-то кошмар, — потом Рустав свернул куда-то не туда и больше мы его не видели. Это было в пещере, разгороженной полуразрушенными стенами. Дин поддерживал нас и торопил идти дальше. Он был очень оживлён и всё повторял, что мы наткнулись на что-то великое. Цолти — он до войны был историком — сразу предположил, что это колониальная планета, и настоял, чтобы мы передали сигнал бедствия, прежде чем покинуть шлюпку. Он был уверен, что нам придут на помощь. Мы не знали, приняты ли наши сигналы, но всё-таки не хотели далеко уходить от шлюпки. Но Дин с ним не согласился. Он заявил, будто знает, где мы находимся, что этот мир захвачен хиксами. И что здешние туземцы уже попали под влияние хиксов, потому и встретили нас так враждебно. — Он помолчал немного, поглаживая ладонью лицо. — А остальные двое, Вайдерс и я, просто не знали, что и думать. И Дин и Цолти, они оба были с хорошими мозгами. И оба говорили, что мы нашли остатки какой-то древней цивилизации. Но Дин… Ну, ты же, наверное, знаешь, что мы летели из Реабилитационного Центра? — Найяр искоса взглянул на Сторма.
      — Почти все земляне побывали там, — успокаивающе сказал Сторм.
      — Верно… Так вот, Дин не хотел возвращаться к тому, чем он был до войны. И его можно понять: в армии он стал важной шишкой и ему это понравилось. Я не знаю, как он сумел провести врачей Центра, но, как только мы приземлились здесь, его как подменили. Прежде замкнутый и угрюмый, он стал оживлённым и деятельным. И он, конечно, сумел убедить нас. Он утверждал, что мы здесь оказались как бы разведчиками, и наш долг узнать все что можно об этом месте и использовать это против хиксов. И он клялся, что Цолти неправ, что это не колониальная планета, а мир хиксов. Потом мы обнаружили дорогу, странную дорогу… — Найяр замялся, словно подыскивая слова, чтобы объяснить Остину то, что и сам толком не понимал.
      — Ты имеешь в виду вот это? — Сторм нарисовал в воздухе столе спираль.
      — Да-да! Так ты тоже видел её?
      — Не только видел, но и прошёл по ней.
      — Дин сказал тогда, что это выход. Я не знаю, как он узнал об этом. Знания приходили к нему словно прямо из воздуха. Вот только что он сам был озадачен не меньше нас, а через минуту уже все понял и нам объяснил. И всегда он оказывался прав! Но он всё-таки не рискнул первым пройти по этой дороге, пошёл Цолти. Он прошёл виток, ещё виток и так до самого центра. И вдруг его не стало!
      Вайдерс был немного не в себе. Он всё твердил, будто кто-то прячется за камнями и следит за нами. Всю дорогу он швырял камни в любую тень. Так вот, когда Цолти исчез, Вайдерс дико вскрикнул, а потом сам пустился по этой спирали, виток, ещё виток, центр… и тоже пропал!
      Потом этим же путём ушёл Дин. А потом и я — не оставаться же в одиночестве. И я очутился в каком-то треугольном ящике.
      — Ты видел большой машинный зал?
      — Да. И там был Дин. Он, похоже, окончательно рехнулся: все бегал вокруг машин, оглаживал их и сам себе говорил, что он во всём здесь разберётся, что голос у него в голове все ему объяснит и тогда он будет держать в руках весь мир! Такое с ним бывало и раньше, в первые месяцы реабилитации.
      Я притаился и решил понаблюдать за ним. А он тем временем нашёл какую-то машину, у которой был громадный обруч. Он залез в него и свернулся клубочком, словно собирался там поспать. Потом что-то зашумело, замигал свет… У меня что-то случилось с глазами, и я никак не мог рассмотреть, что там происходит… Тогда я пошёл искать Цолти и Вайдерса. Но, похоже, эта странная дорога перенесла их в какое-то другое место. По крайней мере, в машинном зале я их не нашёл.
      — А где нашёл?
      — Я, кажется, видел одного из них, но уже позже, когда опять очутился в горе. Но от него остались только кости, и я даже догадаться не мог, кто это! — Найяр прикрыл рукой глаза, и Остин почувствовал, как дрожит его измученное тело. — Я не решился охотиться на то, что так с ним расправилось. Потом, сам не помню как, я попал в эту долину. — Он с благодарностью огляделся вокруг. — Это было просто удивительно — после всех мытарств снова выйти на свежий воздух и увидеть траву. — Он нежно погладил зелёный кустик. — Почти как дома… Ну так вот, здесь есть дорога на вершину, а немного ниже проходит ещё одна, и по ней ходят туземцы. Однажды их собралось особенно много, и среди них я увидел Дина. А потом была гроза с громом и молниями, но мне они показались какими-то странными. Вот я и остался здесь, брожу по округе, пытаюсь разведать все ходы и выходы, даже карту начал чертить…
      — А ты не пытался встретиться с Дином?
      — Может, это покажется тебе странным, но нет, не пытался. Дин очень изменился с тех пор, как мы приземлились здесь. Ну а после того, что я видел в машинном зале, мне вообще не хотелось иметь с ним дела. Он бредил властью над миром. По-моему, это чистое безумие. Вот я и решил держаться от него подальше.
      Остин вполне был согласен с ним. Человек, с которым он столкнулся в пасти тоннеля, сам вычеркнул себя из рода человеческого. И, похоже, безвозвратно, если даже тренированный психотехник не смог хоть отчасти вернуть ему связь с миром.
      — Я неплохо умею выслеживать, — со сдержанной гордостью сказал Найяр. — Я не раз вылезал отсюда на разведку, а туземцы даже не подозревали о моём присутствии. Конечно, немногие из них рисковали подниматься так высоко, да и те старались не сходить с дороги. Потом я увидел коптер, и там явно были наши… земляне. Теперь я уже совсем не верил россказням Дина, что это мир хиксов, ну а потом подумал, что, может, наши вышибли их отсюда, пока я бродил по пещерам. Я хотел спуститься и посигналить. Но сразу после посадки коптер загорелся, а через минуту вокруг него бушевал настоящий пожар. Только когда всё утихло, я смог пробраться туда, но нашёл лишь обгоревший труп и выжженную дотла землю. — Он замолчал и посмотрел на свои дрожащие руки. — Я устал, так устал, что сейчас готов был идти даже к Дину. Я бродил по переходам и все надеялся встретить его. Дважды побывал в машинном зале, но его так и не нашёл. Ты, Сторм, и представить себе не можешь величину этого лабиринта. Тут на всех уровнях тоннели и переходы длиной в километры. И такие пещеры, что тебе и во сне не приснятся, и все противные, — он снова вздрогнул, наверное, вспомнил что-то особенно неприятное. — Порой я удивлялся, что не сошёл с ума, как Дин. Когда наяву видишь все эти кошмары, немудрёно и рехнуться. Но я так ни разу и не видел Дина, пока однажды ночью на горе не вспыхнул новый пожар. И я увидел, как от огня убегает какой-то туземец, а с ним большая кошка и орёл. Дин заметил, как они поднимались по склону, и направил своё оружие прямо на них. Я выскочил из укрытия и затащил туземца в тоннель прохода, орёл и кошка тоже пошли за нами. Тогда сюда вёл прямой ход…
      — А сейчас? — быстро спросил Сторм.
      — Одна из молний попала в свод тоннеля, и он осыпался. После этого мы уже не могли выходить наружу. К счастью, здесь есть и вода, и фрукты… Орёл несколько раз пытался улететь, но это место, похоже, накрыто каким-то невидимым колпаком. Потом кошка куда-то пропала, и мы догадались, что она нашла выход. Тогда и мы стали искать… Ну, вот и вся наша история. Теперь ты знаешь столько же, сколько я сам.
      — Да, — кивнул Сторм. Ему очень не понравилось одно место в рассказе Найяра: вся эта компания, один за другим, ушла по спиральной дороге, а в машинный зал попали только Дин и Найяр. Куда же занесло остальных двоих? Может, и Логан оказался где-то в этом лабиринте? Остин посмотрел на Найяра с новой надеждой.
      — Послушай, ты мог бы найти отсюда дорогу в то место, из которого перенёсся в машинный зал?
      — Не знаю… честное слово, не знаю. Сторм за его спиной просигналил Горголу.
      — Здесь есть путь через горы?
      — Можно только смотреть… идти нельзя, — ответил туземец. — Пойди и взгляни сам.
      Сторм пошёл вверх по склону к тому утёсу, из-за которого вывела его Сурра. Затем он вышел на уступ, заканчивающийся какими-то каменными столбами.
      — Здесь дыра, — показал Горгол. — Отсюда можно смотреть.
      Сторм вскарабкался повыше, выглянул, и у него закружилась голова. Далеко внизу, так что едва можно было дотянуться взглядом, виднелись склоны горы, опалённые настоящей Великой Засухой, о которой он уже успел позабыть в этом благодатном месте. Это было окно в привычный и знакомый мир, но только окно, а не дверь.
      Сторм знаками пересказал Горголу всё, что он видел в своих скитаниях, и всё, что рассказал ему Найяр. Туземец пристально следил за его пальцами, и лицо его выражало растущую решимость.
      — Если Укурти говорит, что это злая сила и что плохо её слушаться, тогда Кротаг и те, кто пришли с ним, послушаются его. У Укурти есть мудрость, и его барабан никогда не обманывал нас. Если сказать людям, что чужак, чей разум помутился, решил использовать вещи, оставленные Запечатавшими Пещеры, чтобы добыть себе власть и величие, то в это могут поверить. И если правда, что он не имеет своей силы, а ворует чужое могущество, тогда все племена отвернутся от него и не будут слушать его барабан.
      — Но как показать всем, что мы говорим правду? И успеем ли мы это сделать? — спросил Сторм. — Ведь его барабан уже провозгласил набег на равнины. А сейчас один-единственный набег может вызвать долгую войну между моим и твоим народом. Ты же знаешь, что не все из моего народа доверяют вам, а сейчас они ещё и напуганы.
      — Это правда, — энергично согласился Горгол. — Если боевые стрелы сорвутся с тетивы, кто сможет вернуть их назад в колчан? Но время у нас есть. Там, снаружи, сейчас Великая Засуха. И наши тайные источники не смогут питать сразу много людей. Те, кто рискнёт сейчас идти через Пики, потратят много времени, двигаясь маленькими отрядами от одного источника к другому. Пусть они выступают хоть завтра, — он трижды сжал и разжал пальцы на обеих руках. — Вот сколько солнц пройдёт, прежде чем они выйдут на равнины.
      — Может, тебе стоит поговорить с Кротагом? Он тебя послушает?
      — Я полноправный воин с боевым шрамом, и у меня есть голос в совете. Он меня выслушает.
      — А если мы сможем выбраться на склон горы в долине, пойдёшь ли ты говорить с Укурти?
      Горгол пристально смотрел на сияние настоящего солнца за спиной Сторма.
      — Если Кротаг послушает, то послушает и Кацтуг, чей тотем йорис, а за ними и Данкху из Хото.
      — А если они послушают, то все племена Шозонна откажутся участвовать в набеге?
      — Может, и так. А если уйдут Шозонна, то, скорее всего, за ними уйдут и северные племена, а может, и те, кто пришли с побережья.
      — Тогда армия Дина уменьшится наполовину! — воскликнул Сторм.
      Но Горгол покачал головой.
      — Если нарушить перемирие, то может вспыхнуть другая война, — резко сказал он. — Дикие люди Синего района верят в здешнее колдовство и будут сражаться, защищая свою веру.
      — Но если мы докажем, что Дин не настоящий Барабанщик…
      — Тогда — другое дело. Но для этого каждый из нас должен выполнить своё дело. Мне надо вернуться к своему клану, а ты должен найти творящего зло сородича.
      — И чтобы сделать это, нам снова придётся идти через гору, — добавил Остин.
      Потом они держали настоящий военный совет в самом сердце зелёной долины. Остин был переводчиком между Найяром и Горголом, пока те сравнивали, кто из них больше знает о переходах в горе. Найяр объяснил, что может вывести их на склон горы к деревне, если сумеет найти какую-то центральную точку, которую он обнаружил во время своих скитаний. Потом они поели местных фруктов и ягод, и Остин прилёг отдохнуть, пристроившись к пушистому боку Сурры. Её мягкое довольное мурлыканье скоро усыпило его, и впервые с тех пор, как он покинул равнины, ему спалось спокойно.
      Когда Горгол разбудил его, уже стемнело. Они довольно легко протиснулись в найденную Суррой щель. Только Баку злился и протестовал: ему не разрешили лететь и заставили идти пешком. Только убедившись, что Сторм и Сурра действительно уходят, и он остаётся один, орёл смирился и полез в дыру, хоть и не мог сдержать недовольного клёкота.
      Когда наконец они вылезли в нормальный тоннель, Баку немедленно взлетел и устроился на плече Сторма. Сурра шла впереди лёгким скорым шагом, и людям приходилось поторапливаться, чтобы не отстать. Кошка возвращалась той же дорогой, по которой она привела Сторма, но ещё задолго до того места, где так загадочно растворился в воздухе Дин, Найяр схватил Сторма за руку и воскликнул:
      — Здесь! — Он возбуждённо закрутился на месте, словно отыскивая ему одному ведомые приметы. — Вот она, эта дорога!
      Остин подозвал ушедшую вперёд Сурру, и маленький отряд свернул в боковой тоннель. Теперь их вёл Найяр. Для Остина один мрачный переход был совершенно неотличим от другого, но он знал, что как сам он был обучен общаться с командой животных, так и разведчики специально отбирались и готовились на роль следопытов.
      Найяр уверенно переходил из одного тоннеля в другой, пересекал небольшие пещеры, словно шёл давно знакомой дорогой. Затем они вышли в довольно просторную пещеру, где в одном углу брезжил слабый свет.
      — Выход, похоже, немного засыпало, — сказал Найяр. — Это природная пещера, она выходит прямо на горный склон.
      Сторм первым направился к этой возможной двери, когда странный крик Найяра заставил его остановиться и обернуться.
      Лицо Найяра казалось совсем бледным в свете фонарика. Странно расширившимися глазами он уставился на Остина и вдруг бросился на него с кулаками. Инерция его тела буквально впечатала Остина в стену. Уклонясь от отчаянных ударов и не желая пока бить сам, он с удивлением услышал, что кричал прямо в лицо ему этот человек:
      — Грязный враль! Хиксовский прихвостень! — Он чуть не задыхался от ярости. — Гадина!
      Сторм резко ударил его в подвздох, подхватил обмягшее тело, и осторожно опустил его на пол. Потом, словно сражённый внезапной слабостью, он прислонился к стене. Сурра мягко потёрлась о его ноги. Остин наклонился и взял у неё из пасти погасший фонарик.
      Включив его, он увидел, что Горгол уже оседлал землянина и сомкнул руки на его горле.
      — Не убивай его! — приказал Сторм.
      Горгол разжал руки. Он оставил землянина и присел рядом с ним, слегка зажав руку, чтобы тот не попытался снова броситься на Сторма.
      — За что? — спросил Сторм, потирая слегка ушибленную руку.
      — Ты говорил: пограничный мир… хиксов нет… война закончена, — прохрипел, задыхаясь, Найяр, беспомощный в руках Горгола. — А я сейчас услышал их передачу!
      Сторм удивлённо посмотрел на него. Не то чтобы он сомневался в его словах… Разведчикам довольно часто вживляли крошечные приёмники, и они могли улавливать близкое радиоизлучение. Если Найяр поймал радиолуч, значит, так оно и есть. Но Остин знал, что приборы радионаводки были только в Порту и в Гальваде. Хорошо, если это Келзон и представители правительства решились лететь в Синий район. А если нет…
      — Я говорил тебе правду, — устало сказал Сторм, — но, похоже, мы опоздали. Может быть, колонисты уже вызвали сюда Патруль.

Глава 17

      — Это где-то здесь, недалеко, — сказал Найяр, указывая рукой, словно стрелкой компаса, куда-то на юго-запад.
      « Баку!» — Остин мысленно приказал орлу вылететь из пещеры и подняться повыше. Тот, очень довольный, взмыл в небо и чуть не исчез из глаз, поднявшись прямо к невидимой крыше долины, и тут же начал передавать всё, что видел.
      В низинке, по-видимому, хорошо защищённой от палящего солнца, расположился отряд. Теперь Сторм решил посоветоваться с Горголом.
      — Можем ли мы добраться до них, пока солнце ещё не поднялось совсем?
      Норби заколебался. И хотя Найяр уверял, судя по силе радиолуча, что до передатчика не больше пяти миль, Сторм скорее готов был поверить норби. Пять миль по этой гористой местности вполне могут превратиться в полдня пути.
      — Если чужие придут в Синий район, тогда все племена вместе выступят против них и все наши планы рухнут, — предупредил Горгол.
      — Конечно. Но если ты пойдёшь к Норби и все расскажешь, а я и этот человек, который хорошо знает Злого, пойдём к колонистам и предупредим их, то, может, нам и удастся удержать боевые стрелы в колчанах, пока наши вожди не сядут за переговоры.
      Горгол выглянул из-за каменных столбов, загораживающих выход из пещеры, и посмотрел на юг.
      — Моя дорога будет нетрудной, — просигналил он. — А ты можешь вообще не дойти до своих. Решай!
      — Что тут можно сказать? — пояснил он Найяру. — Днём они будут укрываться от солнца, но, как только наступят сумерки, они пойдут вперёд. Похоже, у них в долине есть разведчики, их сообщение ты и поймал. И если они вступят в большую долину, то сражения не избежать. Так что Дин добьётся своего — развяжет войну.
      — И что ты собираешься делать? — спросил Найяр.
      — Попробую добраться до них прежде, чем они выступят. Возможно это было неверное решение. Возможно лучше было остаться здесь и попробовать подстеречь Дина. Но тогда война начнётся и без него, просто потому, что колонисты нарушат договор и явятся в Синий район.
      — Ты никогда не найдёшь их, если не сможешь идти по лучу передатчика, — сказал Найяр, отирая рот тыльной стороной ладони.
      — У меня есть Баку и Сурра, — заметил Сторм, но в душе он был согласен с Найяром. Гораздо спокойнее и лучше было бы идти по лучу передатчика. Найяр повесил на шею привязанную на верёвку флягу и поднялся.
      — Раз надо идти, — сказал он спокойно, — то лучше идти поскорее. — И направился к выходу.
      Остин махнул рукой Горголу, туземец выскользнул из пещеры и быстро пошёл вниз по склону разыскивать своих. Всё ещё может быть хорошо, если, конечно, племена ещё не знают о вторжении и вообще захотят его слушать.
      Было ещё раннее утро, зной почти не чувствовался. Остин прикинул высоту солнца и решил, что часа два или два с половиной они вполне могут пройти, прежде чем им придётся искать укрытие на день. И тогда у них, если всё обойдётся, будет ещё около часа вечером. Но сейчас лучше было не заглядывать вперёд, а думать о том, что лежало перед ними: — о ближайшей расщелине, которую необходимо преодолеть, о скалистом гребне, о том, что солнце становится все злее, но пока ещё можно идти. Сурра, которой было легче бежать, чем людям, давно исчезла из глаз и поддерживала со Стормом только мысленный контакт. Наконец Остин попросил её подыскать какое-нибудь укрытие, хотя бы полузасохшие на солнце кустики, которые он заметил, глядя из «окна» в горе. Вдруг Найяр резко повернулся вправо.
      — Луч резко усилился, — сказал он. — Или мы уже почти у цели, или это отзыв более близкого передатчика!
      Позабыв об осторожности, он свернул в какое-то узкое ущелье и тут же полетел в трещину, подняв целый фонтан пыли и мелких камешков. И тут Сурра сообщила, что она нашла лагерь.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10