Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Футбольный хулиган

ModernLib.Net / Контркультура / Бримсон Дуги / Футбольный хулиган - Чтение (стр. 2)
Автор: Бримсон Дуги
Жанр: Контркультура

 

 


Самоуверенность не принесла нам ничего хорошего, и в феврале мы серьезно поплатились за нее. Этот инцидент подробно описан в «Мы идем», поэтому я лишь напомню, что мы вместо того, чтобы ехать в Суонси на поезде или на автобусах, решили ехать на трех машинах и пострадали сильнее, чем когда-либо раньше. На работе пришлось объяснять, что в выходные я попал в аварию, а несколько дней спустя я обнаружил, что сломаны три ребра. Несмотря на это, через неделю мы отправились на Уайт Харт Лэйн, где в тот день играли «Суонси», в надежде хорошо отомстить. Но мы не нашли тех, кого хотели, и нам пришлось довольно рано покинуть Лондон, чтобы избежать неприятностей с местными. Более всего меня огорчило то, что моя девушка в понедельник утром обнаружила кровь на одном из сидений в автомобиле и не ошиблась, предполагая, откуда она взялась. Это ее не слишком обрадовало, и, хотя она никогда не запрещала мне ходить на футбол, я знал, что теперь она каждый раз, будет сильно волноваться, когда я буду отправляться на очередную игру. Я стал серьезно задумываться над тем, чем я рискую каждый раз, отправляясь с парнями на поиски приключений. Но дела у клуба шли так хорошо, что я просто не мог перестать посещать матчи, и в марте мы поехали в Ковентри. Это поездку я до сих пор считав одной из лучших в своей карьере.

Выезд в Суонси многому нас научил, и мы отправились в пуп на автобусе. По неизвестным мне причинам полицейские направили наш автобус отдельно от остальных, да еще по улице, целиком заполненной местными, которые, естественно, не очень были рады нас видеть. На стадионе местные стали собираться вокруг нас и в конце концов соотношение сил стало примерно два к одному не в нашу пользу. Произошло несколько столкновений. После того, как «Уотфорд» забил победный гол, настроение у местных резко ухудшилось, и на стадионе больше ничего интересного не произошло. После игры нас продержали на секторе около пятнадцати минут, а некоторым удалось пробраться сквозь оцепление. Но неожиданно стюард закрыл ворота, и мы поняли, что попали в ловушку. Не было видно ни одного полицейского, только их парни повсюду. Когда, они направились в нашу сторону, мы сделали единственное, что могли сделать в той ситуации — мы побежали на них. Не знаю, что они о нас подумали, но драться их стороны осталось всего несколько человек, и мы, неплохо их отоварив, вернулись на прежние позиции, но они, перегруппировавшись, вновь оказались на нашем пути. Еще одна стычка, после которой мы отправляемся уже на автостоянку. Местные пытаются закидывать камнями наши автобусы, но мы в ответ кидаем их же камни, и они удаляются.

На обратном пути атмосфера в автобусе была потрясающей. Мы достигли, как мы полагали, отличных результатов. На выезде мы в течение нескольких минут дважды погнали местных фанов. Ничего лучше для нас и быть не могло. Команда играла великолепно, и наш настрой перед каждой игрой сулил любым противникам большие неприятности.

В следующие несколько недель мы доставили полиции больше неприятностей, чем обычно. Но команда играла очень хорошо, и трудно было не поддаться той эйфории, которая царила вокруг матчей.

В то же время стало меняться мое поведение в дни матчей. У меня была работа, о которой многие могут только мечтать, а также еще много всего, чем мне абсолютно не хотелось рисковать. Я никогда не был в драках в первых рядах, но теперь я был одним из последних или вообще держался в стороне. Слухи о наших успехах стремительно разлетались по стране, и другие клубы стали привозить к нам все более и более серьезные составы. В этом сезоне нам предстояли еще две важнейшие для нас игры, а я уже твердо знал, что этот сезон для меня — последний в качестве активного фана, и что в следующем я буду просто посещать домашние матчи как обычный болельщик.

Несмотря на все сомнения, один раз я все-таки взял свою девушку с собой на игру. Мы расположились на домашней трибуне нa Аптон Парк. Я до сих пор не могу забыть, как со стороны наблюдал за своими парнями, которые дрались с местными на своей трибуне. Также неприятно было слушать высказывания местных о наших игроках и о команде в целом. Я чувствовал себя порядочным ублюдком и, к счастью, в самом ближайшем будущем у меня появился шанс реабилитироваться.

К этому времени на футболе были не просто столкновения фанов, было кровавое месиво. Именно в такой обстановке должно было пройти дерби с нашими злейшими врагами всех времен — «Лутон Таун».

Сектор активных фанов «Уотфорда» переместился к тому времени с трибуны Рукери на другую часть стадиона — более вместительную трибуну Ред Лайон. Фаны «Лутона» успели получить еще до игры, и по стадиону объявили, что держать на секторе их будут столько, сколько нужно, чтобы все страсти улеглись. К тому времени многие группировки по всей стране имели определенные названия, у нас же такого не было. Были просто банды из разных районов — Гарстона, Чорли, Хэмел Хэмпстед, но хотя мы все друг друга знали, на трибуне мы редко болели вместе, а некоторые из парней вообще редко появлялись на территории стадиона. Тем не менее, всю игру по сектору слышались призывы действовать после игры сообща, и в условном месте собралось около 150 человек. Внезапно мы услышали крики, а обернувшись, увидели фанов «Лутона», возвращавшихся со своей трибуны. Пора было действовать. Прогнав их несколько десятков метров, мы перегруппировались. Они остановились и сделали то же самое. Мы выкинули в них дерьмо, которое у нас было, они ответили тем же, а после этого схватка разгорелась с новой силой. В конце концов, полицейским удалось разделить две толпы, и они погнали фанов «Лутона» по на правлению к вокзалу. Но мы не закончили действовать в тот вечер. Короткими путями мы вышли в центр города, надеясь там вновь встретить противника. Но тут же появились полисы и взяли нас плотное кольцо. Они продержали нас так довольно долго, а отпустили лишь тогда, когда получили информацию о том, что фан «Лутона» уже в поезде.

По пути к машине я вновь вспомнил о том, чем рисковал, и решил, что все, с меня хватит. Тем не менее, я продолжал ходить футбол, но уже не в качестве так называемого «хулигана». В время трудно было избежать драк на футболе, но я приложил все усилия, чтобы сделать это. Так продолжалось довольно долго. Женившись, я несколько лет жил в Германии, и в 1987 году сборной Англии предстоял товарищеский матч в Дюссельдорфе. Более того, мне удалось получить бесплатный билет на эту игру. На горизонте был Чемпионат Европы, английские клубы были все еще отстранены от участия в еврокубках из-за трагедии на стадионе Эйзель в 1985 году, и полиция предприняла все меры, чтобы избежать беспорядков. На стадионе полиция полностью контролировала ситуацию, но беспорядки произошли за его пределами после игры. Стыдно признаться, но я принял в них участие. К счастью, мне удалось избежать ареста, и это был последний раз, когда я нарушал закон на футболе.

Вместо этого я, как и многие бывшие активные участники, стал «заинтересованным наблюдателем». Я следил, кто чем занимался, но уже тогда в моей голове начали возникать вопросы типа «как» и «почему». Прошлое, само собой, помогло ответить на некоторые из них. А когда тебя посылают на четыре месяца в такое место, как Фолкленды [имеется в виду англо-аргентинский вооруженный конфликт 1982 года из-за Фолклендских островов; судьбу его решил заброшенный британским командованием в тыл противника десант из 400 морских пехотинцев], мысли сами собой начинают лезть в голову.

В 1994 году я покинул ВВС. К этому времени все считали, что футбольное насилие осталось в далеком прошлом. Трагедия на Хиллсборо [гибель из-за давки десятков людей перед началом полуфинала Кубка Англии между «Ливерпулем» и «Ноттингем Форест»] изменила многое, менялся внешний облик стадионов, менялось лицо футбола. Субботним днем на центральных улицах городов стало абсолютно спокойно. Для большинства людей хулиганы стали историей.

Но любой болельщик скажет вам, что это — полная чушь. Я продолжал ходить на футбол, и обстановка оставалась напряженной на каждой игре. Но если раньше те опасности, которые ждали нас на выездах, приводили меня в восторг, то теперь меня от них просто тошнило. Я видел, что полиция в дни игр ничем не отличается от армии, и понимал, что футбол выше этого. Ведь все могло бы быть по-другому, можно было бы в день игры зайти в любой паб, не думая, выйдешь ты оттуда сам или тебя вышвырнут оттуда люди, отличающиеся от тебя лишь тем, что болеют за другую команду.

Я понял все это в 1994 году, но никто ничего не предпринимал, чтобы было так. Именно так родилась идея написать книгу, и на свет появилась «Мы идем». Книга о том, что можно сделать, чтобы остановить хулиганов и спасти великую игру. Все остальное, как я уже сказал — история.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ДЕМОН ВНУТРИ НАС

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ПОЧЕМУ?

Это, конечно, неправильный вопрос. Людей не должно интересовать, почему кто-то устраивает беспорядки на футболе. Гораздо интереснее, почему им еще позволяют это делать. Практически через сто лет после первого инцидента на футболе и через тридцать лет после появления статей о хулиганах на страницах печати, почему так мало было сделано, чтобы остановить их? Это важнейший вопрос, и я буду возвращаться к нему на протяжении всей книги.

Так или иначе, вопрос о том, почему люди ходят на футбол устраивают там беспорядки, задавался мне чаще других в последние четыре года. Ответить на этот вопрос очень сложно, пре всего, потому, что люди, которые его задают, уверены, что вся проблема — это несколько десятков парней, бегающих по городу в поисках друг друга и при встрече стучащих друг другу в рыло. Все, конечно, намного серьезнее. Если на стадион приходит 20000 человек, нет ничего удивительного в том, если среди них окажется двое отморозков. Но почему несколько сотен человек, находящихся на трибунах, вдруг решают, что выбежать на поле и напасть на бокового судью — отличная идея? И почему люди путешествуют стране под знаменем своего клуба в поисках приключений? Как можно понять, а после этого объяснить кому-то еще, такого рода менталитет?

Для начала нужно разобраться, что лежит в основе футбольного хулиганства. Можно поставить вопрос по-другому: кто такие футбольные хулиганы?

Для кого-то хулиган — это мальчишка в клубном шарфе, идущий с песнями с футбольного матча. Для других — это парень, начинающий беспорядки, используя слезоточивый газ и холодное оружие. На такого рода мнения могут повлиять всего два фактора — собственный опыт и информация в прессе. Нет ничего удивительного в том, что для человека, не интересующегося футболом, хулиганы — это бритоголовые неандертальцы из бедных районов, частые гости первых полос бульварной прессы. И это широко распространенное мнение — трагедия, не только для игры, но и для обычных законопослушных болельщиков.

Но позиции тех, кто интересуется футболом, а может, и футбольным насилием, уже больше соответствуют действительности. Каждый, кто видел группировку фанов в действии, знает, как страшно это может быть, а для неподготовленного человека, оказавшегося в подобной ситуации, последствия могут быть просто непредсказуемыми. Несколько лет назад я разговаривал с человеком, который рассказал мне интересный случай из своего прошлого. По понятным причинам он просил не раскрывать его имени.

Я приезжал в Лондон по делам и во время обеда с клиентом выпил, так что не мог вернуться на машине, поэтому мне пришлось отправиться домой на поезде. Было уже поздно, примерно 22.30, и я сидел в вагоне один — ждал отправления поезда, когда появилась группа парней. Их было примерно 15, на вид всем 20-21, и, хотя все они были хорошо одеты, я понял, что это футбольные фаны. За ними вошли другие люди, среди которых был четырнадцатилетний паренек в футболке какого-то клуба. Когда поезд тронулся, началось пение песен, так, ничего необычного.

Но после нескольких минут пути несколько фанов подошли к этому парню и стали издеваться над ним. Я думаю, он был фаном их соперников. Он встал и попытался уйти, но кто-то из этих парней посадил его назад, и потоки нелицеприятных слов увеличились. Когда кто-то ударил его и он заплакал, кто-то прокричал, чтобы парня оставили в покое. Сразу после этого внимание фанов переключилось на того, кто это сказал. Одни били его по лицу и в живот, а другие просто смеялись. Потом они стали оскорблять женщин и других пассажиров. Наблюдая за всем этим, я не предпринял ни малейшей попытки их остановить. Когда я сходил с поезда, другие пассажиры неприязненно смотрели на меня, и мне было стыдно, что я сидел и молчал.

Я до сих пор испытываю стыд, что ничего не сделал, чтобы остановить распоясавшихся ублюдков. Но второй раз я бы уже просто и смотреть не мог на что-то подобное. Неужели это и есть футбол для этих людей? С тех пор не было ни одного матча, во время которого я не вспомнил бы о том дне…

Этот случай хорошо показывает отношение к хулиганам в обществе. Человек вспоминает тот день уже несколько лет, а парни, принимавшие участие в инциденте, скорее всего, забыли о нем, как только сошли с поезда.

Но следует признать, что подобные случаи с участием футбольных хулиганов случаются в наши дни гораздо реже. Это происходит потому, что хулиганство превратилось в игру со своими правилами и своеобразным кодексом чести. Банды ищут столкновений только между собой, подальше от глаз простых обывателей, потому что нельзя завоевать репутацию, нападая на мирных граждан.

Но так было не всегда. В шестидесятые, семидесятые и ранние восьмидесятые поездка фанов в другой город подразумевала нанесение ущерба всем и всему, что с ним связано. Битье машин и витрин в дни матчей было в порядке вещей, а я прекрасно помню статью в газете о том, как фанаты «Челси» вытащили из магазина коляску с ребенком и катили ее перед собой по улице. В то время мишенью для хулиганства был любой местный житель, и хулиганство было проблемой, охватывающей гораздо больше слоев населения, чем сейчас. Можно было участвовать в драках, но не считать себя хулиганом, как это делал и я. Для меня хулиганами были те, кто путешествовал ради беспорядков, прочесывал улицы городов в поисках противника и кидал в нас бутылки и камни из окон пабов! Но для местных, видевших меня в своем городе, пусть даже в самом конце толпы, я был таким же хулиганом, как и те, кто эту толпу возглавлял.

Такого рода разночтения происходят из-за того, что термин «хулиган» может быть применен практически к любому, кто так или иначе нарушает закон или занимается антиобщественной деятельностью, будь то пьяный за рулем или 50 парней, атакующих паб с бейсбольными битами. Среди хулиганов существует своеобразная иерархическая лестница, и гораздо «почетнее» идти под суд за драку с полицией, чем за битье витрин магазинов. Культура, окружающая футбольный бандитизм, является наиболее притягательной вещью для тех, кто становится на путь футбольного насилия.

На том, как именно люди оказываются вовлеченными в футбольное насилие, мы подробнее остановимся в следующей главе. Сейчас же попытаемся понять, почему именно футбол вызывает в людях такие эмоции, которые приводят к дракам, разрушениям, а иногда и к гибели людей. Почему именно футбол, а не какой-нибудь другой вид спорта? Понятие «хулиганство» применяется только к футболу, на всех других соревнованиях, как принято считать, царит «теплая дружеская атмосфера». Правда в том, что конфликты возникают на всех массовых мероприятиях, но это конфликты абсолютно другого рода. Вокруг крикета не раз возникали проблемы, преимущественно на международной арене, но эти конфликты угасали так же быстро, как и разжигались. То, что пресса игнорирует события вокруг других видов спорта, происходит только потому, что такие репортажи в выпусках новостей никому не нужны. Околофутбольные события имеют гораздо более богатую историю, и все ждут новостей о происшествиях именно на футбольных аренах. Но проблемы есть везде, просто о многих из них молчат, чему несказанно рады те, кто занимает руководящие посты в других спортивных ассоциациях.

Так что же такого есть в футболе, что он становится причиной стольких проблем? Почему 22 человека, бегающих за мячом, становятся причиной таких серьезных неприятностей? Чтобы объяснить это, нужно разобраться в том, чем для футбольного болельщика является его любимая игра.

Футбол — самый популярный вид спорта на планете. Мы играем в него, стараемся не пропустить футбольных новостей в газетах и выпусках новостей, а большинство к тому же посещает футбольные матчи. Клуб, любимый нами, становится неотъемлемой частью нашей жизни, будь то «Бэт Сити» или «Манчестер Сити». Мы считаем себя частью клуба, за который болеем. Мы говорим «я фан „Арсенала“ точно так же, как говорим „я инженер“, и ждем от людей соответствующей реакции и уважения. Мы следуем за своим клубом в любую часть света и верим, что если в текущем сезоне дела идут плохо, то уж в следующем мы непременно всех порвем. Мы тратим на это деньги, но на стадион приносим с собой то, что в деньги оценить нельзя — страсть.

Страсть, исходящая от болельщиков, заставляет футболистов биться на поле с удвоенной энергией. Фаны уверены, что без них футбол существовать не сможет. Сегодня футболист играет за твою команду, завтра — за твоих злейших врагов, а фаны остаются с клубом до своих последних дней. Это может показаться странным людям, равнодушным к футболу, но только им. Мы хотим, чтоб клуб, который мы поддерживаем, был лучшим из лучших, и верим, что в один прекрасный день так и будет. Когда, в конце концов, это случается, мы чувствуем и свою заслугу в этом. Именно поэтом фаны ненавидят тех, кто в дни неудач отворачивается от команды! Лично я много раз, сидя на нулевой игре с «Ротерхэмом» или любым другим провинциальным клубом, жалел, что болею за «Уотфорд», а не «Арсенал». Но я так же знаю, что не могу сменить любимый клуб лишь потому, что он провалил очередную игру. Если с кем-то это произошло, то он не имеет никакого права называть себя футбольным фаном. Быть футбольным фаном — не значит ходить смотреть красивый футбол. Это нечто большее — принадлежать чему-то, во главе чего стоит знамя с эмблемой любимого клуба. А этот клуб — не только 11 человек, играющих в основном составе. Прежде всего, это история и традиции. Вот почему люди продолжают ходить на такие клубы, как «Барнет» и «Торки Юнайтед», и сплачиваются сильнее, когда дела у команды идут плохо. Мы можем не понимать, почему кто-то поддерживает не тот клуб, что мы, но они наши братья по разуму, и мы должны защищать друг друга, потому что никто не сделает это за нас.

Но там, где есть преданность и страсть, не может не быть соперничества. Если вы хотите, чтобы ваш клуб был лучшим, то это в какой-то степени затрагивает интересы других. В конце концов, футбол — это ведь соревнование. Поэтому фаны будут делать все, чтобы помочь своей команде добиться нужного результата. Очень часто болельщики реально влияют на результат матча. Это письмо прислал нам Мик из Бирмингема.


Пару лет назад мы играли с «Транмером» на Сэнт-Эндрюс [стадион «Бирмингем Сити»], а всем известно, что их фаны всегда были полным дерьмом. Во время одной из их атак какой-то игрок их команды заставил сфолить одного из наших парней прямо напротив нашего сектора, в итоге — желтая карточка. Хуже всего было то, что на лице футболиста после этого появилась тупейшая усмешка. Мы прекрасно видели это и вылили на него столько дерьма, сколько смогли. В конце концов, его заменили, и по пути в раздевалку он услышал о себе столько, сколько не слышал за всю жизнь. После игры тренер заявил, что фаны сыграли в победе команды решающую роль. Мы чувствовали себя действительно великими.


На другом конце стадиона всегда находятся люди, поддерживающие команду, которая играет против твоей. Они желают своему клубу победы так же, как и ты своему. Они тоже будут петь и кричать, и именно так создается то, что называется «футбольной атмосферой». Но такая атмосфера может быстро перерасти в нечто, к чему обычно никто не бывает готов. Одно неверное решение арбитра, и настроение толпы с веселого меняется на агрессивное. Обычно эта агрессия проявляется после финального свистка. Иногда агрессия исчезает по пути домой или в пабе, а иногда требует выхода совсем в другой форме, что подтверждает письмо Дж. Л. из Ипсвича.


Я никогда не принимал участия в футбольном насилии. Это не для меня, и я не совсем понимаю, зачем это вообще нужно. Но в конце прошлого сезона, после десяти лет путешествий по стране с «Ипсвич Таун», меня прорвало.

Я возвращался с решающего матча, проигранного моей командой. Я чувствовал себя просто уничтоженным — третий сезон подряд мы проигрывали в плей-офф. Я до сих пор так себя чувствую. Ко мне подошел какой-то парень в шарфе «Болтона», выглядевший вполне мирно, и протянул мне руку. Я послал его подальше, что в принципе на меня не похоже. Он сказал что-то типа «не стоит так расстраиваться» и «это только игра». Возможно, для кого-то это и была просто игра, но только не для меня. Не знаю почему, но я вдруг развернулся и изо всех сил врезал ему. Мне сразу же стало ужасно стыдно, но о том, чтобы извиниться, не могло быть и речи. Я не знаю, почему я это сделал, и надеюсь, что никогда больше не поступлю так. Но стоит признать, что чувствовать себя после этого я стал гораздо лучше.


Этот случай показывает, как на футболе люди совершают вещи абсолютно им несвойственные. Здесь и кроется разница между «нормальными» фанами и хулиганами. Для многих такое поведение просто необходимо в дни матчей. Для них то, что происходит за пределами поля, так же важно, как и то, как закончится игра. Репутация команды и ее фанов для них — единое целое. Если кто-то стоит на их пути, будь то игрок команды соперника или вражеская толпа, он получает отпор в любой возможной форме. Такие действия и называются хулиганством.

Очень важно следующее: футбольные хулиганы — это, прежде всего, футбольные фаны. То, что пресса и футбольные чиновники в этом сомневаются, говорит лишь о том, насколько плохо они понимают суть проблемы. Во главе всего стоит игра, и я не уверен, смогли бы парни, которые хулиганят на футболе, устроить что-нибудь подобное где-то еще. Большинство стычек происходит в дни матчей, за редкими исключениями, такими, как концерты ИЛИ иные массовые мероприятия. Бывают стычки на соревнованиях по другим видам спорта. Такие клубы, как «Бирмингем», «Кардифф», «Миллуолл» и «Лутон», имеют боксерские филиалы, и встречи между их боксерами нередко влекут за собой массовые мордобои и травмы.

Так что же является основной причиной хулиганства? Почему на футбол ходят люди, которые после очередной игры не жмут друг другу руки и не обсуждают ее за кружкой пива, а, вместо этого стучат друг другу в рыло? Исследователи говорят о социальном неравенстве, религиозных противоречиях, но это все жалкие объяснения, а не причины. Тех людей, что сегодня вовлечены в хулиганство, интересуют две вещи: история и репутация. История развития всего движения и репутация их конкретной фирмы.

Название любого клуба сразу заставляет человека вспомнить, что из себя представляют его фаны. Доказательством этих слов является один клуб из Восточного Лондона. Лично я при слове «Миллуолл», прежде всего, вспоминаю, как 14 лет назад их парни устроили беспорядки на Кенилуорт Роуд [стадион клуба «Лутон»], круша пластиковые кресла и все, что попадалось под руку. Такие случаи формируют репутацию, которая сопровождает не только фанов, но и клубы, хотя последние и пытаются делать вид, что их это не касается. Это заставляет людей думать, что слова «Миллуолл» и «хулиганство» взаимосвязаны, а любой поклонник «Миллуолла» — хулиган. Также это означает и то, что при поездках «Миллуолла» или любого другого клуба с соответствующей репутацией по стране полиция будет вести себя более активно, чем обычно, а местные фаны будут либо прятаться, либо искать конфликт для создания репутации себе. Правда и то, что среди болельщиков «Миллуолла» действительно мало тех, кто путешествует только ради того, чтобы не пропустить ни одного матча команды.

Клуб, за который болею я, «Уотфорд», имеет репутацию «семейного» клуба, и рассуждения о том, что с ним тоже связаны хулиганы, приводят людей в состояние шока. Когда они приходят на Викарейдж Роуд, то не ждут никаких неприятностей. Ничего не ждут и от парней, поддерживающих «Уотфорд» в других городах. Тем не менее, среди фанов клуба имеется достаточное количество искателей неприятностей, и в последние годы их действия становятся все более жестокими. Путешествуя по стране и нападая на местных фанов, они добились того, что любая фирма рассматривает поездку в Уотфорд отнюдь не как легкую прогулку.

Естественно, что команда с самой дурной репутацией — это сборная Англии. Репутация эта формировалась долгие годы на европейских улицах и стадионах и сегодня становится причиной больших проблем. От английских фанов всегда ждут чего-то за границей и относятся к ним соответственно. Но, если ждать проблем и готовиться к ним так, как это делают сегодня почти во всех странах, они непременно возникнут. Это относится как к фанам из крупных городов, так и к представителям провинции. Это хорошо было видно во время Чемпионата Мира в 1998 году.

Не следует забывать о том, что если вокруг кого-то сложилась определенная репутация, то она не могла появиться из ниоткуда, Более того, есть люди, которые создали эту репутацию и постоянно ее поддерживают. И если какие-то фирмы по тем или иным причинам на время уходят в тень, нет никаких сомнений в том, что они любой момент могут показать всем, на что способны. Самым явным примером этого служит срыв в феврале 1995 года англичанами матча в Дублине с Ирландией. Всем было показано, что английские фаны и хулиганство идут нога в ногу.

Другим примером внезапного возвращения являются фаны клуба «Миллуолл», которые в 1999 году после временного затишья привезли большой отряд на Мэйн Роуд на игру с «Манчестер Сити». В таких случаях всегда возникают неприятности. Фаны обоих клубов известны своей около футбольной деятельностью и в таких случаях стараются доказать, что они — лучше всех.

Этому выезду много чего предшествовало. Невозможно сосчитать все инциденты, имевшие место на стадионе Нью-Ден в сентябре прошлого года во время матча этих команд. Из-за беспорядков игра на какое-то время была прервана, а тренер «Сити» Джо Ройл несколько раз порывался увести свою команду с поля. Игроков приходилось менять из-за бесчисленных расистских выходок в их адрес. Перед игрой в Манчестере игроки и тренеры местной команды делали прогнозы на предстоящую игру в крайне агрессивной форме, что предвещало проблемы на трибунах и за их пределами и сулило полиции веселенький денек. В результате произошло то, что и должно было.

Первым инцидентом стала драка, в которой сошлись хулиганы представляющие «Миллуолл», «Манчестер Сити» и «Манчестер Юнайтед», на вокзале. Драки продолжились на улицах города, прежде чем полиция взяла ситуацию под контроль. В результате в центре города собралось около полутора тысяч лондонцев, готовых беспорядкам. Атмосфера на игре была крайне напряженной, а когда во втором тайме «Сити» открыли счет, гостевая трибуна Норт Энд превратилась в поле сражения. На поле летели кресла и другие предметы. Специальный отряд полиции прибыл на место через очень короткое время и, врубившись в ряды фанов, на время остудил их пыл. Но это было неважно, ведь начало было положено. За несколько минут до конца игры, которую «Манчестер» выиграл 3-0, по стадиону объявили, что приезжие фаны будут находиться на стадионе столько, сколько потребуется полиции, чтобы очистить окрестности от местных фанов. Через 25 минут лондонцы прибыли на автостоянку и обнаружили три своих автобуса без стекол в окнах. Один из водителей был серьезно ранен канистрой с газом, влетевшей в окно. По пути на вокзал было еще больше проблем. Не осталось практически ни одной целой витрины, на улицах стоял камнепад. Беспорядки продолжались и по пути в Лондон на разных остановках. Всего было арестовано 11 человек, 9 из них — из Лондона, и ранено восемь полицейских, один из которых получил перелом руки. Какое-то время практически в каждой тюремной камере Манчестера находился кто-то, кто принимал участие в беспорядках. Эти события напомнили всем старые времена, а «Миллуолл» подвергся жесточайшей критике, как со стороны чиновников, так и на страницах прессы.

Основной причиной таких событий было, как я уже сказал, давнее противоборство данных фирм. На следующем матче этих команд снова следует ждать всплеска насилия, а кто и когда это остановит, непонятно. Каждый новый инцидент просто становится очередной главой в истории.

В то время, как фирмы сражаются друг с другом, беспорядки могут возникать и по другим причинам. Любые дерби и матчи Old Firm [так называемые матчи «старых соперников», необязательно Дерби] почти всегда сопровождаются драками, но причины возникновения противостояния не всегда лежат на поверхности. Об одном из таких случаев расскажет Мартин, фан «Сток Сити» из города Олдхэм.


В октябре 1995 года к нам в гости приехал «Ньюкасл» в рамках Кубка Лиги. Мы были к этому готовы и прочесывали город в поисках их фанов. В конце концов, мы узнали, в каком пабе они пьют, но не могли двинуться туда, так как за нами постоянно следовала полиция. Мы решили следовать на стадион и там узнали, что один из этих ублюдков избил нашу девушку. Более того, она получила несколько ножевых ранений.

Эта информация быстро распространилась среди наших парней, и было ощущение, что после матча начнется Третья мировая война. Парни «Сток Сити» нападали на противников повсюду по дороге на вокзал. Я слышал даже, что один из их автобусов был перевернут прямо на шоссе. Но я скажу вам, что если нам еще когда-нибудь предстоит с ними встретиться, все будет еще хуже. Оно дело драться с парнями, но нападение на беззащитных людей не должно оставаться безнаказанным.


Другой причиной столкновений может стать какой-нибудь неприятный эпизод из истории города или футбольного клуба. Фаны противника используют такие эпизоды, чтобы как можно сильнее: оскорбить оппонентов. Более других пострадал «Манчестер Юнайтед», чьим фанам приходилось слышать песни о мюнхенской авиакатастрофе [авиакатастрофа в 1968 году, в которой погиб тогдашний «МЮ»] практически на всех стадионах мира.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9