Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Футбольный хулиган

ModernLib.Net / Контркультура / Бримсон Дуги / Футбольный хулиган - Чтение (стр. 7)
Автор: Бримсон Дуги
Жанр: Контркультура

 

 


Еще это объясняет, почему среди хулиганов так много ультраправых. И пусть тех, кто использует нацистскую символику гораздо меньше, все равно, когда целый сектор вытягивает перед собой правую руку, складывается впечатление, что все футбольные болельщики — нацисты. Но действительно ли все придерживаются нацистских взглядов, или кто-то просто использует такую символику в качестве устрашения и/или эпатажа? Многие из тех, кто в течение долгих лет занимался насилием, уверяли меня, что верно скорее всего второе. Иногда люди специально ведут себя так, чтобы все их считали отморозками.

Я не собираюсь связывать футбол с политикой. Все, что я сделал, это рассмотрел еще одну сторону проблемы, которая не спешит исчезать.

Если верно то, что все проблемы, которые создают англичане заграницей, возникают лишь из-за их репутации, то избежать этих проблем можно, лишь создав дружелюбный образ «фанов-путешественников». Именно так поступили шотландцы; репутация на них совершенно не давит, и отношение к ним заграницей соответствующее. Но я говорил со многими шотландцами, и они утверждали, что если кто-то попробует их спровоцировать, они не будут стоять и смотреть на это, сложа руки. Все дело в том, что их просто никто не провоцирует.

Так как же нам добиться того, чтобы в городах, где играет сборная Англии, не объявляли бы военное положение? Для начала нужно оглянуться назад и еще раз взглянуть на все другими глазами. Никто никогда не сможет запретить английским фанам ездить за своей сборной, и поэтому нужно искать другие способы решения проблемы.

Если сборная Англии играет за границей, особенно в Европе, всегда найдутся тысячи людей, желающих поддержать ее непосредственно в месте проведения матча. Большинство из них не будут иметь никаких шансов достать билеты, но это, как мы видели на Чемпионате Мира во Франции, никого не остановит. И несмотря на все трудности, которые ждут хулиганов, желающих выехать из страны, никто не опускает руки.

В то время как проблему с билетами решить практически невозможно, условия поездок улучшить вполне реально. Все, что предпринимает правительство, это то, что оно делает поездки на игры сборной все труднее и труднее. Делать, между тем, нужно абсолютно противоположное. Потому что единственный способ показать, что англичане могут себя нормально вести, это пропустить на игру всех желающих, и проблем при этом возникнуть не должно. Если кто-то не может достать билет на стадион, то можно установить большие экраны в городе. Практика показала, что это редко приводит к проблемам, за исключением, может, все того же Чемпионата Мира-98.

Такой шаг был бы, конечно, огромным риском. Будут ли все готовы к такой неограниченной свободе? Причем такие шаги уже предпринимались. На Чемпионате Европы-92 в Швеции присутствовали все англичане, кто хотел поехать. Кто-нибудь помнит какие-нибудь инциденты? Проблема в том, что было это восемь лет назад. Четырьмя годами раньше всех желающих англичан пустили на Чемпионат Европы в Германию. О том, что там происходило, уже довольно много писалось, но правду даже сегодня знают далеко не все.

На первой игре в Штутгарте полиция не позволила себе в отношении англичан ни одного грубого слова. Она знала, что зачинщики беспорядков в меньшинстве, и было принято решение вести себя с ними так же, как и со всеми. Это был огромный риск, поступать так в период расцвета хулиганства в Англии, но он полностью себя оправдал. Для англичан были выделены специальные места, где они могли делать что угодно в рамках закона, и эта идея была встречена с одобрением. Естественно, что эта территория хорошо охранялась, но делалось это, прежде всего, для того, чтобы предотвратить возможные попытки немцев проникнуть на территорию англичан. Между полицией и болельщиками царило полное взаимопонимание, и я не припомню ни одного грубого слова по отношению одних к другим. Я не стану говорить, что не было никаких проблем, потому что они были. Но в них принимала участие в основном местная молодежь, а происходили они за охраняемой территорией.

Но те, кто обеспечивал порядок на следующих играх английской сборной, не последовали примеру свои коллег из Штутгарта. В Дюссельдорфе полиция не смогла защитить англичан от нападения голландцев и немцев на вокзале. Обстановка накалялась весь день, и в результате произошло побоище, в ходе которого было арестовано 90 англичан и 40 немцев. Затем, после последней игры нашей сборной со сборной СССР, 150 человек было арестовано во время марша по центру города.

Все, что произошло в Германии, лишний раз доказало мне, что люди будут вести себя так, как к ним относятся, и в соответствии с тем, чего от них ждут.

Если что-то сможет измениться в ближайшее время, то начало этому может дать только правительство. Потому что, если даже мы сможем создать фанам благоприятный «имидж» в Англии, за границей их все равно будет преследовать дурная репутация. Мы можем 10 лет вести себя идеально, но все равно на каждой игре в каждом городе нас будут встречать так, как это было всегда. Только правительство может изменить такое отношение к гражданам своей страны. Но это, как я уже сказал, станет большим риском, потому что как только где-нибудь что-нибудь произойдет, вина ляжет на всех нас.

Но об этом все равно стоит говорить. Как правительство может спокойно смотреть на то, что в Марселе полиция позволяла себе по отношению к англичанам? Большинство не заслуживает, чтобы к нему относились так же, как к кучке отморозков. Так давайте же что-то менять.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

СИЛЬНЫЕ МИРА СЕГО

<p>ГЛАВА ШЕСТАЯ</p> <p>ВЕЛИКАЯ ИГРА</p>

Мне приходилось слышать, что футбол сегодня смотрит на своих болельщиков не как на зрителей, а как на клиентов. Возможно, это так. Но есть одно отличие. Обыкновенный человек, заплатив свои деньги, получает определенные возможности, которыми не обладает тот, у кого денег нет. Мне же, как футбольному фану, мой сезонный абонемент позволяет лишь посетить все игры своей команды на своем стадионе, да еще при этом я должен соблюдать те правила, которые полиция считает нужным установить. Я не могу по этому абонементу попасть ни на какой другой стадион, так как «Уотфорд» не проводит домашние матчи больше нигде. Короче говоря, клуб обладает монополией на меня и на мои деньги.

Руководство «Уотфорда», как и других клубов, впрочем, и само хорошо понимает это. Именно поэтому у разных клубов разные цены на сезонные абонементы, причем чем лучше выступает клуб, тем абонемент дороже. Но цена остается постоянной для данного конкретного клуба, так как они понимают, что даже если в будущем сезоне они вылетят в одну из низших лиг, я никуда не денусь и снова куплю абонемент, чтобы увидеть, как мой клуб вернется туда, откуда годом раньше вылетел.

Это относится не только к «Уотфорду», но и ко всем клубам страны. Примером служит следующее письмо от болельщика «Челси», имя которого лучше не называть.


Как простой болельщик «Челси», я вынужден покупать абонемент сразу на шесть игр. Абонементы расходятся мгновенно, и мне просто приходится их покупать. У большинства людей не бывает 144 фунтов наличными, и следовательно, такие абонементы покупают с помощью кредитной карточки, с которой клубом снимается один фунт за каждую произведенную операцию.

Я покупаю шесть абонементов для друзей по своей кредитке. Если сосчитать, то за сезон команда проводит 20 домашних матчей, плюс игры на кубок, в которых иногда возможны переигровки. Всего я должен купить 140 билетов, а это 140 фунтов сверх 24 за каждый билет.

Если же я захочу избежать налога за пользование кредиткой, мне придется уплатить 1000 фунтов наличными (у меня нет 1000 фунтов наличными), причем платить нужно в маленькое окошко около офиса клуба, и каждый в это время сможет просто ограбить меня. Естественно, проще воспользоваться кредиткой, причем и для клуба тоже, то есть по идее оплата кредитной карточкой должна приветствоваться. Проще, но каждый билет выходит на один фунт дороже. Почему — непонятно.

Футбол превратился в большой бизнес, а те, кто стоят во главе этого, не понимают, что на стадионы ходит в основном средний класс.


Стремясь получить больше денег, клубы стали плевать на своих болельщиков. Они думают, что нам достаточно просто приходить на стадион и видеть игру команды. Они думают, что мы готовы платить за это любые деньги. Многие люди так и делают, но лишь потому, что не понимают, что взамен за свои деньги они не всегда получают футбол высокого класса, а сервис на стадионах вообще не укладывается ни в какие нормы. Причем под словом «сервис» я отнюдь не имею в виду неудобные кресла, грязные туалеты и несвежий кофе. Я имею в виду только одно: безопасность.

Когда человек идет на стадион, он считает, что кто-то из тех, кто имеет отношение к клубу, должен позаботиться о его безопасности. В конце концов они обязаны делать это согласно закону, ведь каждый стадион имеет лицензию, которую выдает специальная комиссия. На стадионе должны быть люди, которые помогут найти свое место, продавцы еды и напитков. Обязательно присутствие медицинских работников и представителей пожарной охраны. Обстановка должна быть такой, как в кинотеатре, но есть одно отличие, которое останется, даже если будут выполнены все условия, которые я перечислил выше. На стадион помимо прочих приходят люди, имеющие цель устроить драку с фанами другой команды. Поэтому на стадионе должны быть еще и люди, способные быстро и без последствий предотвратить любой конфликт.

Мы, как и все футбольные фаны, привыкли видеть внизу трибуны полицейских и стюардов с направленными на нас камерами. Нам приходится также на большинстве выездных матчей и по пути со стадиона опускать голову, боясь, что кому-то не понравится наш взгляд. Нам приходится делать это, но почему мы должны мириться с этим? Что более важно, почему клубы позволяют так обращаться со своими болельщиками? Ведь каждый раз, когда известный хулиган появляется в подземном переходе, это представляет угрозу безопасности всех, кто там находится. Это совершенно неприемлемо, но на футболе это в порядке вещей. Разрешили бы McDonalds’y продолжать вести торговлю, если бы в их кафе постоянно возникали бы проблемы? Естественно, нет; они бы или закрылись сами, или сделали бы это под давлением властей. Такое случается с пабами и ночными клубами. Но почему не с футбольными?

Я считаю, что футбол за многие годы очень изменился, а охарактеризовать эти изменения могут слова, сказанные Маргарет Тэтчер: футбольное насилие — проблема не футбола, это проблема общества. Это значит, что проблема не решится сама собой, а решить ее сможет только полиция. Сегодня в это оказались вовлечены многие из тех, кто поддерживают кампанию по проведению Чемпионата Мира — 2006 в Англии. После Франции-98 я принял участие в радиодебатах с сэром Джеффом Херстом, в которых он неоднократно заявлял, что на Евро-96 с хулиганами не было никаких проблем. А если об этом говорят такие уважаемые люди, это непременно должно быть правдой. Значит, беспорядки на Трафальгарской площади после матчей с Шотландией и Германией целиком были плодом моего воображения.

То, что футбол оказался в таком положении, не произошло неожиданно, а было абсолютно логическим завершением того, что происходило многие годы. Если сам не можешь решить проблему, то лучшим решением является скинуть ее на чьи-то чужие плечи, футбол наблюдал, как хулиганство зародилось в шестидесятые, как в семидесятые единственным способом его искоренения была изоляция большинства посетителей стадионов и как в восьмидесятые английские клубы были отстранены от участия в еврокубках, а премьер-министр вообще поставила вопрос о будущем профессионального футбола [М. Тэтчер]. Но все это ни к чему не привело, что-то начало меняться только после Хиллсборо. Но все изменения заключались в том, что нашлись люди, которые поняли, что на футболе можно сделать неплохие деньги.

Эффект, который доклад Тэйлора [тогдашний министр юстиции] произвел на хулиганов, трудно переоценить, и в результате хулиганство убрали с трибун на прилегающую территорию, так что проблема вроде бы перестала быть футбольной. Но никто так и не понял того, что хулиганство существует потому, что клубы позволяют людям драться под своим знаменем.

Клубы обязаны нести ответственность за поведение своих болельщиков (клиентов, иначе говоря), потому что оно определяет имидж как отдельного клуба, так и футбола в целом. Как только фаны переступают определенную черту, клуб должен обратить свое внимание на это, как и полиция. Это намного проще, чем может показаться, ведь у клубов есть одно преимущество: они могут закрыть для своих фанов проход на стадион.

Около входа в любой ночной клуб есть табличка, в которой сообщается о том, что администрация оставляет за собой право не пускать в клуб непонравившихся людей без объяснения причин. Обычно этим занимается охранник при входе, и если вы ему не понравитесь, то он отправит куда подальше. Если же вы все же попытаетесь проникнуть в клуб, высока вероятность, что вас выкинут оттуда и больше никогда туда не пустят, так как будут знать в лицо. Это простая система, и она работает. Так почему не применить ее к футболу? Если одни и те же парни на протяжении многих лет ходили на одни и те же стадионы и занимали на них одни и те же сектора, то почему им до сих пор позволяют это делать? Если в каждом клубе есть сотрудники, которые ездят по стране с целью выявления потенциальных зачинщиков беспорядков, то почему полученную информацию нельзя передавать тем, кто стоит при входе на стадион? Никто не обладает неприкосновенным правом на посещение стадиона.

Нет никаких сомнений, что это сработает. Но если отнять у хулиганов право на посещение стадиона, то, естественно, они направятся куда-либо еще с целью устроить неприятности там. Пример этого хорошо виден в Глазго, где два крупнейших клуба решили проблему хулиганства, применяя именно такую политику. Естественно, проблемы возникают, но они редки, и причиной их является прошлая многолетняя вражда болельщиков обоих клубов.

Я вижу только одну причину, по которой клубы не идут на подобный шаг: деньги. Да, клубы Премьер-Лиги могут позволить себе расстаться с несколькими фанатами, потому что на их место тут же придут другие. Но могут ли это позволить себе маленькие клубы, такие, как «Бристоль Роверc» и «Уолсолл»? Могут ли они позволить себе рисковать 10, 20 или даже 50 клиентами в надежде, что их тут же заменят другие? Конечно же, нет. И клубы продолжают подвергать риску безопасность. Не свою, конечно, а приходящих на стадион футбольных болельщиков.

Что, если в один день фан, которого на стадионе атакует человек, причисляемый полицией к хулиганам, выступит против своего собственного клуба? Или вызовет его представителей в суд за то, что они, обладая лицензией, не могут обеспечить безопасность своих болельщиков на стадионе? Я не знаю, на чьей стороне окажется закон, но в том, что решение, каким бы оно не оказалось, будет приниматься очень трудно, не сомневаюсь. Любой клуб с дурной репутацией может получить серьезные проблемы или, еще хуже, будет закрыт.

Но клубы делают одну большую глупость, позволяя хулиганам появляться на стадионе. Они платят за их поведение огромные штрафы. Какой в этом смысл?

Все это доказывает только одно: те, кто управляет клубами, плюют на нужды простых болельщиков, отказываясь решать как проблему хулиганства, так и другие проблемы. Нам приходится доверять людям, чья заинтересованность в игре подвергается сомнениям. К примеру, спрашивали они наше мнение, когда продавали игру Sky TV? Но они все равно хотят, чтобы мы ходили на футбол и были частью программы по понедельникам на том же Sky TV. Или спрашивали они кого-то, когда решали вывести клуб на биржу? Никогда. Кому это нужно, когда речь идет о таких больших деньгах.

За все эти годы произошло несколько эпизодов, которые не оставили равнодушными даже самых лояльных болельщиков. Мне в голову приходит прежде всего одна вещь: слияние клубов. Но они подразумевают под собой не просто объединение двух клубов, но и объединение болельщиков этих клубов. Что может бесить больше, чем мысль о том, что придется стоять на одной трибуне со своими вчерашними оппонентами? Но мы тем не менее знаем несколько таких случаев. Примеры «Ридинг» & «Оксфорд» и «Сток Сити» & «Порт Вэйл» наиболее показательны, а один очень умный, наверное, человек, как-то предложил объединить «Уотфорд» и «Лутон». Президент «Олдхэма» Иэн Стотт предложил объединить свой клуб, «Бьюри» и «Рочдэйл», назвав все это «Манчестер Норе Энд». Но только идея объединить два клуба из Шеффилда широко освещалась в прессе. Это было выгодно всем, а футбол в то время не интересовал никого. Болельщики просто не могут воспринимать такие решения спокойно. А когда болельщиков действительно что-то не устраивает, у клуба появляются проблемы. Болельщики очень хорошо понимают, как с ними поступают руководители клубов, и то, что нельзя плевать на тех, кто фактически тебя кормит, продемонстрировали фаны «Ньюкасл Юнайтед» всего пару сезонов назад.

В то время, как клубы плюют на наши интересы, сама игра относится к нам с неуважением. Принято считать, что футбол существует для болельщиков, но в чем именно заключается наше участие в игре? Почему игра, которую мы любим, не дает нам того, в чем мы нуждаемся? Что у нас есть? Ассоциация футбольных болельщиков. Организация, которую, прежде всего, интересует своя жизнь, а не жизнь болельщиков данного конкретного клуба во время конкретного чемпионата. Что они делают, если кто-то пострадал от стюардов в Брэдфорде или от полиции в Бирмингеме? А если они что-то и делают, заметит ли это футбольный клуб? Единственный выход для пострадавших в таких ситуациях — дозвониться в прямой эфир на какое-нибудь радиошоу и рассказать все в надежде, что это к чему-нибудь приведет. Но есть ли у них желание и средства что-нибудь изменить? Естественно, нет, если это не является очередной рекламной акцией.

Мы не должны так себя вести. Мы должны вести диалог с клубами, а если он ни к чему не приводит, обращаться в Футбольную Ассоциацию. Но мы не можем делать этого, так как не существует соответствующего механизма. Вот почему возникают независимые фанзины и клубы болельщиков; только они позволяют болельщикам высказать свое мнение. Пусть это мнение почти никого не интересует, но оно не останется у вас в груди, а будет выведено наружу.

Существовала еще одна организация, которая имела отношение к проблемам фанов. Это была организация под названием Футбольный Союз. Неплохая, в принципе, идея так и не смогла принести желаемых результатов из-за того, что возглавил эту организацию Дэвид Меллор. Так называемый «голос фанов» был далек от реальности и очень уж монотонен, если вам приходилось слышать его по радио. Проблема была в том, что Меллор был занят в основном саморекламой. Он пропустил большинство собраний организации, его популярность была почти никакой, а без фанов этот человек ничего из себя не представлял. Его взгляды на расизм не разделялись некоторыми фанами, но к расизму отношение имели не все, а вот хулиганство касался многих, и если бы Меллор, или кто-то другой, поставил этот вопрос на обсуждение в Футбольной Ассоциации, я был бы первым, кто бы его поддержал. Но нет, они рассуждали на тему «почему азиатских игроков нет в Премьер-Лиге», а на все вопросы о хулиганстве отвечали: «Мы делаем только то, что нам говорят». В очередной раз из-за прихоти политиков пострадало большинство.

К сожалению, мы все задействованы в подобного рода вещах. По крайней мере до тех пор, пока относимся лояльно к тому, что происходит с нашими клубами и любимой игрой. ФА начинает изображать заинтересованность в проблеме только тогда, когда решает побороться за право принять очередной Чемпионат Мира или решит, вопреки нашему мнению, закрыть на реконструкцию главный стадион страны. Нам надоело, что наша любимая игра страдает, и пришло время что-то с этим делать. Я имею в виду не только проблему хулиганства. К примеру, ФА должна следить за тем, кто какие суммы вкладывает в футбольные клубы, и это, прежде всего, должно делаться с точки зрения интересов футбольных болельщиков. В наше время такие проблемы решают болельщики, используя свои средства. Это, конечно, неправильно. ФА должна прежде всего следить за тем, чтобы клубы не оказывались в подобной ситуации.

На футбольных полях дела обстоят не лучше. Многие игроки ведут себя так, что их действия не могут не выводить из себя фанов. Неоднократно они оскорбляли фанов, а иногда это приводило к серьезным беспорядкам. Недопустимое поведение некоторых игроков по отношению к официальным лицам вообще игнорируется как ФА, так и клубами.

Поведение игроков и тренеров стало одной из основных проблем современного футбола. Скандалы, которые привлекают аудиторию, случаются из недели в неделю, и лично меня уже тошнит от этого. Такие скандалы влияют негативно не только на клубы и на игру, но и на всех нас. Люди, знакомые с футболом из газет, на основании таких репортажей начинают считать, что в футбол играют идиоты, а смотрят его еще большие идиоты.

После дела Босмана изменилось отношение игроков к своей работе. Раньше это были обычные парни, занимающиеся необычным делом. Сейчас они считают себя прежде всего высокооплачиваемыми профессионалами. Многих игроков их клуб интересует только до тех пор, пока действует контракт, или же не интересует вообще. Есть некоторые исключения, но большинство игроков будут играть там, где больше заплатят. Для них это нормально и удобно. В конце концов, так поступило бы большинство из нас, если бы представился шанс. Но если они хотят, чтобы к ним относились как к профессионалам, тогда им следует и вести себя соответствующе. Их поведение должно быть примером для тех, кто смотрит за их игрой. Если игрок «Уотфорда» или какого-то другого клуба получает большие деньги, он должен на 110 процентов отрабатывать их, когда мы приходим на стадион. Это все, чего я от них прошу. Я вовсе не требую, чтобы они появлялись на первых страницах воскресных газет. Но если они все-таки появляются там, то могли бы хотя бы извиниться за свое отношение к нам. Легко и просто, так поступил бы любой из нас. Никаких неустоек, никаких дорогих клиник. ФИФА должна принять постановление, согласно которому контракт уволенного из клуба игрока должен оставаться в силе до тех пор, пока игрок не найдет себе новый клуб и не будет согласована его трансфертная цена.

Если ввести такую систему, то мы сможем наблюдать некоторое возвращение прежних ценностей. Но, наоборот, все становится только хуже. Футбол оказался загнанным в угол финансовыми агентами, чьи решения редко нравятся простым футбольным болельщикам. Я же, как и многие другие, могу только восклицать: «Что же это такое происходит?»

На первый взгляд все эти проблемы имеют мало отношения к хулиганству. Но если клубы и сама игра игнорируют интересы болельщиков, то совершенно ясно, что недовольных среди них будет становится все больше и больше. В конце концов, люди перестанут сдерживать свою злость внутри и переступят определенную, черту. И вдруг кто-то, чьи интересы клуб регулярно игнорировал, становится футбольным хулиганом. Так происходит уже давно, и будет происходить до тех пор, пока клубы не станут прислушиваться к мнению тех, кто платит свои деньги за то, чтобы смотреть игру. Но более важно, что те, кто уже был вовлечен в хулиганство, будут использовать такое отношение к себе для разжигания беспорядков.

Футбол должен пересмотреть свои отношения с болельщиками, иначе он рискует погубить как себя, так и нас. Начать, я думаю, нужно не с траты многих миллионов фунтов на кампанию за проведение Чемпионата Мира — 2006, а с обращения ко всем, кто имеет хоть какое-нибудь отношение к игре. Если сделать это, то, может быть, фаны и поверят в то, что клубы думают об их интересах, а не только о том, как содрать с них побольше денег.

Но я сомневаюсь, что это произойдет. Никакие моральные устои к футболу сегодня неприменимы. Слишком много президентов клубов, цель которых получить много, не отдавая ничего взамен. Слишком много игроков, не знающих, что такое преданность клубу, и игра, которая позволила купить себя австралийской компании.

Мы, как болельщики, не можем отвернуться от футбола, если нам что-то не нравится, как любые другие клиенты отвернулись бы от непонравившейся им фирмы. Но мы слишком любим футбол, чтобы бросить его. Футбол прекрасно понимает это и пользуется по полной программе. Мы должны молча сидеть и смотреть Sky TV. Но мы надеемся, что придет день, когда этого делать не придется, но пока он не настал, мы, футбольные болельщики, не можем изменить ничего.

<p>ГЛАВА СЕДЬМАЯ</p> <p>ПРЕССА</p>

Кто-то сказал, что написанное слово — самое сильное оружие человека, и был прав. Слово может формировать мнения, изменять и разрушать личности. Каждый, у кого в руках оказывается это оружие, будь то писатель или журналист, несет ответственность за каждое написанное слово. Как любой, кто пишет о спорных вещах, я должен помнить об этом всегда, когда включаю компьютер.

Мои возможности ограничиваются тем, что я могу поместить свое мнение в книгу, а книги эти выходят относительно редко. Газеты выходят ежедневно, а новости в них поступают постоянно. Власть, которую имеет пресса, трудно переоценить. Но кто-то может сфабриковать факты на страницах газет, а многие будут это считать правдой. Еще хуже, такие случаи могут формировать мнения людей относительно каких-то проблем. Мы знаем множество примеров того, как несколько «ошибок» приводили к серьезным последствиям.

Я знаю, потому что сам оказывался в подобной ситуации не один раз.

К счастью, я в состоянии отличить правду от лжи, и в своих книгах я старался опираться на проверенные факты. Но так поступают не все. Репутации, карьеры и даже жизни зависели от прессы в прошлом, и в то время, как кто-то этого заслуживал, страдали также и невинные. Если пресса взялась за кого-то, то некоторые вещи остаются на всю жизнь. А если о чем-то пишут постоянно и всегда одно и то же, то людям невольно приходится в это верить. С хулиганством происходит именно это.

В то время как история хулиганства связана с недопустимым поведением как тех, кто занимался насилием, так и чиновников, пресса тоже сыграла свою роль, и роль эта тоже не была положительной. Некоторые могут возразить, что пресса вела себя действительно недопустимо лишь в пятидесятые и шестидесятые. Тот тон, в котором печатались статьи о хулиганстве, оказался привлекательным для молодежи, и пресса, фактически, привела в ряды хулиганов новых людей. Во многом благодаря прессе пляжи Брайтона стали ареной для битв модов и рокеров, а футбольные стадионы — ареной для битв всех остальных.

Чем серьезнее становилась проблема, тем больше статей о себе хулиганы читали не только в местных газетах, но и в центральных изданиях. Пресса, естественно, с удовольствием удовлетворяла потребности читателей, еженедельно публикуя репортажи с трибун стадионов, часто сопровождаемые фотографиями.

В 1974 году, когда газеты думали, как еще можно было использовать хулиганство в своих интересах, одна из них опубликовала своеобразный рейтинг-лист всех фирм Англии. «Манчестер Юнайтед» уверенно его возглавлял, имея на счету около 100 арестов. В последующие недели фаны по всей стране предприняли усилия, чтобы свергнуть лидера с пьедестала. Беспорядки на трибунах были почти на каждом матче, и газеты быстро использовали в своих интересах то, что происходило.

Программа об F-Troop, хулиганах «Миллуолла», показанная по Би-Би-Си в 1977 году, имела огромное значение для развития хулиганства в Англии. Она резко ухудшила обстановку. Теперь все от Карлайла до Экзетера хотели иметь свои собственные фанатские фирмы. Это было одной из основных тенденций хулиганства в то время. Короче говоря, из этого можно сделать один-единственный вывод: британская пресса любит футбольных хулиганов.

Хулиганству присуще все, что нужно для хорошего рассказа: драматизм, чувство страха и интрига. Пресса никогда не делала конкретных предложений по борьбе с насилием на стадионах. Зачем бороться с тем, что приносит выгоду?

Я примерно понимаю, как это все происходит, так как тоже имею некоторое отношение к прессе. Для журналистов, которые работают часто под давлением, статья — это всего лишь статья. Предмет статьи не имеет значения, и он часто забывается, когда прекращается работа над статьей. Но когда средством написания статьи становится дезинформация, или хуже того — ложь, тогда это не может так продолжаться и с этим надо вести борьбу.

В случае с хулиганами это все, конечно же, имеет место. Например, когда показываются беспорядки по телевидению, то, что говорит голос за кадром относительно хулиганов, часто соответствует действительности. Но если показывают полицейских, которые лупят парней в футболках сборной Англии, то кого следует в этом винить? И если фильм рассказывает об иностранных хулиганах, кто объяснит зрителю, что к чему? И в результате те, кто сидит перед экраном телевизора, часто, складывая два и два, получают пять. А когда мнение уже сформировано, его почти невозможно изменить.

Такие вещи происходили и в последние несколько лет. К примеру, в 1997 году перед Чемпионатом Мира сборная Англии играла в Риме и на трибунах были беспорядки. Полиция на секторе делала с англичанами, что хотела, а по радио и телевидению еще долго говорили о том, что английские фаны получили то, что заслуживали. Потом вдруг кто-то узнал, что на секторе были не только простые фаны, но и члены официальных делегаций. Среди прочих там был и сын Дэвида Меллора. Сразу изменился тон всех репортажей, и теперь говорили только об «ублюдочной итальянской полиции». А так продолжали бы говорить об «английских отморозках».

Такая ситуация повторилась в 1998 году на Чемпионате Мира в Марселе. Англичане столкнулись с озверевшим местным населением и были вынуждены драться за свои жизни почти на каждом пляже, а полиция спокойно смотрела на это, не помогая даже женщинам и детям. Да, там были люди, которые искали неприятностей и стали причиной некоторых из них. Но большинство приехало именно на футбол, а пресса стала выпускать одну за одной статьи, в которых клеймила позором английских хулиганов. Остановилась же она только тогда, когда голос протеста стал слишком громким. У некоторых даже хватило смелости признать свои ошибки.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9