Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Вор и Книга Демона

ModernLib.Net / Героическая фантастика / Эддингс Дэвид / Вор и Книга Демона - Чтение (стр. 48)
Автор: Эддингс Дэвид
Жанр: Героическая фантастика

 

 


— Гер, у меня от тебя опять начинает болеть голова.

— Это не так уж сложно, Альтал. Тебе будет легко понять это, если ты просто будешь помнить: что бы ты ни сказал — правда. Ты не можешь солгать — даже если хочешь.

— Ты все усложняешь. — Альтал остановил коня. — Лучше скажу Набьору, что мы здесь. Он не любит, когда люди просто въезжают в его лагерь без всякого предупреждения. — После этого он заговорил уже громче. — Эй, Набьор! — крикнул он. — Это я, Альтал. Не бойся, это я иду.

— Эй, Альтал! — заорал Набьор. — Добро пожаловать! А я уж было подумал, что ты попался к экуэрцам или треборейцам и они подвесили тебя на каком-нибудь суку.

— Не надейся, Набьор, — крикнул в ответ Альтал. — Ты же знаешь, меня никому не поймать. Как твой мед — все еще поспевает? В прошлый раз, когда я заходил сюда, та партия была слегка недозрелой.

— Заходи и отведай, — пригласил его Набьор. — Новая партия получилась что надо.

Альтал и Гер выехали на поляну, и Альтал посмотрел на своего старого друга со странным чувством грусти, ибо в его мозгу смешались “тогда” и “теперь”. Он знал, что Набьор давным-давно умер в том мире, откуда они с Гером пришли, чтобы еще раз посетить прошлое, но это был Набьор — такой, как всегда: большой, крепкий, с проницательными глазами, одетый в мохнатую накидку из медвежьей шкуры.

Альтал сошел с коня, и они с Набьором тепло пожали друг другу руки.

— А кто этот мальчуган? — с любопытством спросил Набьор.

— Его зовут Гер, — ответил Альтал, — и я вроде как взял его под свое крылышко в качестве ученика. У него неплохие задатки.

— Добро пожаловать, Гер, — сказал Набьор. — Присаживайтесь, джентльмены. Сейчас я принесу мед, и вы расскажете мне про чудеса цивилизации.

— А мальчику меда не надо, — быстро сказал Альтал. — У Гера есть старшая сестра, которая не одобряет пьянства. Она не сердится, когда он обманывает, мошенничает или ворует, но может пилить его неделями по поводу каких-нибудь простейших радостей жизни. Если до нее дойдет слух, что я спаиваю Гера, она может затащить его обратно домой.

— Я таких встречал, — сказал Набьор. — Иногда женщины бывают странноватыми. У меня есть сидр, который еще не успел забродить. Может, он подойдет для твоего ученика?

— Думаю, против сидра она возражать не будет.

— Хорошо. Значит, мед для нас и сидр для Гера. В очаге на вертеле жарится ляжка лесного бизона. Отрежьте себе сами сколько хотите. А я принесу хлеба.

Альтал и Гер уселись на чурбан у огня и отрезали несколько ломтей мяса от шипящей ляжки, а Набьор тем временем наполнил два бокала пенящимся медом, а третий — золотистым сидром.

— Как там у тебя прошло в цивилизованных землях? — спросил он.

Альтал понял: вот он, самый важный момент. Он все изменит.

— Это превзошло все мои самые смелые ожидания, Набьор, — с готовностью ответил он. — Удача улыбалась мне на каждом шагу. Она по-прежнему меня просто обожает. — Он отхлебнул большой глоток меду. — А у тебя неплохой мед получился в этот раз, дружище, — похвалил он Набьора.

— Я знал, что тебе понравится.

— Хорошо возвращаться домой, где можно выпить кружечку меда. Там, в цивилизованных землях, они, похоже, даже не умеют его варить. Единственное, что подают в их тавернах, это кислое вино. А как у тебя идут дела?

— Очень неплохо, — откровенно признался Набьор. — О моей таверне слава идет по всей округе. Теперь почти каждый в Хьюле знает, что, если ему захочется выпить кружечку доброго меду по сходной цене, то надо идти к Набьору. Хочется провести время с красивой девушкой — ступай опять же к Набьору. Если случайно приобрел что-нибудь ценное и хочешь продать, не отвечая при этом на разные докучные вопросы о том, где все это взял, будь уверен — я с удовольствием обсужу сделку.

— Набьор, ты всех обведешь вокруг пальца и умрешь богачом.

— Тебе, может, и все равно, а я лучше уж буду жить богачом. Ну ладно, расскажи мне, что с тобой произошло там, в нижних землях, раз это было так необычно. Я не видел тебя больше года, так что нам есть что наверстывать.

— Ты не поверишь, как у меня все удачно сложилось, Набьор, — широко улыбаясь, ответил Альтал. — Все, к чему бы я там ни прикоснулся, превращалось в золото. — Он ласково положил руку на плечо Гера. — Этому парнишке удача улыбается не меньше, чем мне, а когда мы соединили обе наши фортуны воедино, то тут уж мы никак не могли проиграть — так оно и получилось, когда мы пришли в Дейку. Посмотрев на все эти роскошные здания, мы “случайно” подслушали разговор об одном богатом соляном торговце по имени Куизо. Я-то уверен, что это было не простым совпадением. Моя фортуна направляла нас с одной стороны, а фортуна Гера — с другой. В общем, если тебе доводилось в последнее время покупать соль, то я уверен, что ты понимаешь, каким образом соляной торговец способен нажить такое богатство, которое не снилось ни одному золотодобытчику в мире.

— О да, — согласился Набьор. — Это самые большие вымогатели на свете.

— Ну вот, — продолжал Альтал, — мы нашли дом этого Куизо, и я послал Гера постучаться в дверь и спросить, как пройти к дому одного из соседей, а также посмотреть внимательно на замок в двери у Куизо.

— Да что это был за замок, мистер Набьор, одно название, — добавил Гер. — Выглядел он большим и солидным, но я мог бы открыть его даже ногтем.

— Неужели этот мальчишка так ловок? — спросил Набьор у Альтала.

— А почему, ты думаешь, я взял его в ученики? — ответил Альтал. — Ну вот, короче говоря, пару дней спустя мы вместе наведались в дом Куизо около полуночи, открыли замок и вошли внутрь. Все слуги Куизо спали, да и сам он храпел так, что слышно было по всему дому. Но когда я приставил ему нож к горлу, он храпеть перестал и оказался весьма сговорчив. Ничто так не привлекает внимание человека, как острие ножа. Через несколько минут мы с Гером наткнулись на целую кучу денег. Мы поблагодарили Куизо за гостеприимство, связали его и вставили ему в рот кляп, чтобы он не потревожил сон своей прислуги, после чего покинули великолепный город Дейку. Мы даже обзавелись лошадьми. Теперь, когда мы были богаты, нам уже не приходилось идти пешком.

— И куда же вы отправились дальше, Альтал? — с живым интересом спросил Набьор.

— Следующий привал мы сделали в Кантоне, — ответил Альтал — Это город, который находится в Треборее. Там у них новый правитель, у которого весьма странные представления о налогах.

— И каковы же налоги?

— Я точно не знаю. Судя по всему, людям приходится платить за то, что они живут в своих домах и дышат драгоценным воздухом, который так великодушно предоставляет им городской правитель. Дышать в Кантоне ужасно дорого — человек тратит на это примерно половину всех своих сбережений. Местные богатеи, по-видимому, считают, что выглядеть богатым невыгодно. Потрепанная, изломанная мебель в Кантоне в большой цене, и богачи берут уроки у каменщиков, чтобы научиться укладывать плиты пола так ровно, чтобы сборщики налогов не могли отличить от других тот плоский камень, под которым богач прячет свое золото. Моя фортуна и фортуна Гера привели нас в одну таверну, где завсегдатаями были кантонские каменщики, и по случайности они как раз разговаривали об одном человеке, недавно получившем наследство от своего дяди. Эти каменщики просто помирали от хохота, говоря о том, как топорно он положил такой важный камень. Судя по их словам, этот парень был из тех гуляк, которые каждую ночь колесят по самым сомнительным заведениям, что расположены вниз по реке, и мне представляется, что в тот день, когда он клал этот камень, руки у него наверняка немного тряслись. К тому же, на наше счастье, и слуги у него были под стать. Когда он уходил развлекаться, они клятвенно обещали присматривать за вещами, но стоило ему выйти за порог — и через четверть часа дом уже был пуст.

— Ну и ну, — усмехнулся Набьор.

— Так вот, в тот же вечер нам с Гером посчастливилось обрести еще денег. К тому моменту у нас их уже было столько, что тащить их нам стало совсем невмоготу, поэтому, едва покинув Кантон, мы нашли уединенное местечко и закопали деньги — к тому же это был не последний раз. Мы закопали деньги в полудюжине мест, потому что столько нам было не унести, и, куда ни повернись, они все сваливались и сваливались на нас.

Набьор расхохотался.

— Знаете, я что-то даже не могу припомнить, когда в последний раз у меня возникала такая проблема.

Альтал замял рассказ о своем знакомстве с бумажными деньгами, поскольку эта идея была для Набьора чересчур экзотична.

— Я мог бы целыми днями рассказывать тебе обо всех надувательствах и грабежах, которые мы там проделали, но самый большой успех ждал нас в Аруме.

— Я слышал, они там напали на золотую жилу, — сказал Набьор. — Только не говори мне, что ты наконец не выдержал и начал сам добывать золото.

— Нет, это слишком старо, — ответил Альтал. — Я предоставляю копать за меня другим. Мы с Гером покинули Перкуэйн и во всю прыть помчались обратно в Хьюл. По дороге мы зашли в одну придорожную таверну, в которой сидел парень, одетый в замечательный плащ из волчьей шкуры, а капюшон его украшали волчьи уши.

— Насколько я вижу, эта вещь поменяла хозяина, — сказал Набьор, глядя на плащ Альтала, — Ты выудил у него этот плащ обманом или же просто купил?

— Прикуси язык! Я же ворую золото, Набьор; я его не трачу по пустякам. В общем, собравшиеся в таверне бездельники разговаривали об одном богатом человеке по имени Гасти Большое Брюхо, хозяине платного моста, через который — по случайности — пролегает единственный путь через реку, соединяющий остальной Арум с территорией, где только что найдено золото. Пошлина, которую Гасти берет за проход через мост, — неслыханная, но люди с радостью платят ее, и Гасти час от часу становится все богаче.

Я не из тех, кто проходит мимо такой удачной возможности, так что я решил присмотреться к этому делу.

— Но только после того, как совершил отъем собственности? — лукаво спросил Набьор, глядя на плащ из волчьей шкуры.

— Это не заняло практически никакого времени, мистер Набьор, — ухмыльнулся Гер. — Через какое-то время этот человек в плаще вышел из таверны, Альтал пошел за ним, стукнул его рукоятью своего меча и снял с него плащ и башмаки.

Набьор удивленно приподнял бровь.

— Признаюсь, я немного переборщил, — виновато согласился Альтал, — но мои башмаки совсем разваливались. А этому парню башмаки были не так уж и нужны: вряд ли он был способен слишком далеко уйти от таверны. Короче говоря, мы с Гером оседлали коней и поскакали дальше. Примерно через день мы остановились у другой таверны, и люди там, так же как и в предыдущей, разговаривали о Гасти Большое Брюхо. Мы с Гером узнали там еще кое-какие подробности, и у меня появилась мысль, что ограбление Гасти может оказаться не таким простым, как обычный грабеж на лесной дороге, поэтому нам, скорее всего, понадобятся помощники. И тут нам снова улыбнулась удача. У меня фортуна всегда была хитра, а у Гера и подавно. В таверне были еще двое, которых я сразу же заприметил, потому что по внешнему виду они явно не были арумцами. Стоило кому-нибудь произнести слово “золото” — и глаза их загорались как факелы, так что у меня не оставалось сомнений в том, что эти ребята занимаются тем же бизнесом, что и мы. Выйдя из таверны, мы с ними поговорили и решили стать не соперниками, а сообщниками.

— Но к Гасти мы приехали по отдельности, — добавил Гер. — Наша идея была в том, чтобы кинуться, будто мы друг друга не знаем. Тех воров звали Генд и Хном, и мы к ним даже не приближались — во всяком случае, когда нас могли увидеть люди Гасти, — но поздно ночью мы встречались в сенном сарае и строили планы, таким образом мы провели там целую зиму и за это время узнали каждое бревнышко по имени, а потом Альталу удалось подслушать разговор двух старикашек, которые спорили о существовании задней двери сарая, причем один говорил, что там есть дверь, а другой — что нету, хотя все, что им надо было сделать, — это пойти в сарай и посмотреть, но они так увлеклись спором, что решили не тратить на это силы; а вот нам с Альталом спорить было ни к чему, поэтому мы просто пошли и посмотрели, и оказалось, что тот старичок, который говорил “есть”, был прав, а тот, что говорил “нет”, — неправ, — если не считать того, что эта старая дверь была завалена стогом сена и мне пришлось отодвигать этот стог, потому что Альтал сказал мне, что я должен прикидываться, будто хочу прыгать в этот стог с сеновала, и я расстроился, потому что всю эту работу предстояло делать мне, хотя все обернулось иначе, так как арумцы прослышали о моей затее и решили, что прыгать с сеновала должно быть веселее, чем сидеть просто так и смотреть, как Гасти ест и жиреет, поэтому они взялись за дело и помогли мне перетащить стог; и все же хотя я проделал такую работу, мне не удалось прыгнуть с сеновала больше двух-трех раз, потому что арумцы выстроились в очередь на дворе в ожидании, когда придет их черед прыгать, и мне кажется, это было совсем не справедливо, а вам?

Набьор с благоговейным ужасом смотрел на Гера.

— Он хоть когда-нибудь останавливается, чтоб вздохнуть? — спросил он Альтала.

— Я не присматривался, но, возможно, у него под воротником есть жабры или что-то вроде этого. Я слышал, как он безостановочно говорил целых два часа, ни разу не сделав паузы, чтобы перевести дух. Стоит ему начать, и можно устраиваться в кресле поудобнее, потому что закончит он явно не скоро. Так вот, наконец пришла весна, и кузен Гасти сказал мне, что, когда сходит последний снег, у них всегда отмечается день рождения Гасти, и это подходило нам как нельзя кстати. Дороги будут свободны от снега, а в доме Гасти все настолько опьянеют, что даже землетрясение или извержение вулкана не привлечет большого внимания.

— Прекрасно! — хохотнул Набьор.

— Нам тоже это понравилось. И вот Гер и Хном пошли седлать коней, а в это время мы с Гендом перешагнули через двух спящих человек, которые должны были охранять кладовую, и открыли замок, выглядевший весьма впечатляюще, но открыть его мог бы даже четырехлетний ребенок. И мы вошли в кладовую Гасти, чтобы забрать наше новоприобретенное золото.

— Его там было очень много? — нетерпеливо спросил Набьор.

— Больше, чем мы могли унести, это точно.

— Я мог бы унести кучу золота, Альтал.

— Но столько ты бы не смог. Мне пришлось долго втолковывать Генду, что ограбление нельзя считать удачным, пока не унес ноги. Он высказывал безумные идеи о том, чтобы украсть лошадей и погрузить на них излишки, и всякую прочую ерунду, но мне все-таки удалось убедить его, что после того, как мы возьмем из кладовой несколько мешков, наша главная жизненная цель будет состоять в том, чтобы не быть повешенными, а привлечение к себе внимания не лучший способ достичь этой цели.

— А что потом сталось с этим Гендом? — спросил Набьор.

— Я точно не знаю. Покинув крепость Гасти, мы расстались, чтобы сбить с толку любого, кому придет в голову нас преследовать, но если им удалось улизнуть, то Генд и Хном должны встретиться с нами здесь. Там, в крепости Гасти, Генд говорил мне, что у него есть ко мне какое-то деловое предложение, а меня всегда интересуют дела.

— Мне кажется, за последний год ты сделал достаточно денег, чтобы уйти на покой. Альтал рассмеялся.

— Я бы тогда не знал, что мне с собой делать, Набьор. Сидеть сложа руки и покрываться плесенью — это не мой стиль.

— Еще меда? — предложил Набьор.

— Я уж думал, ты никогда не догадаешься предложить, — сказал Альтал, протягивая свою пустую кружку.

Набьор взял кружки и понес, чтобы наполнить их, к узкой расщелине меж двумя вертикально стоящими огромными камнями, где он хранил кувшины с медом.

— Отличная работа, милый, — одобрительно прошептал голос Эмми. — Тебе удалось перемешать этот раз с тем разом так ловко, что их практически невозможно разделить.

— Это талант, Эм. Всегда подмешивай в свою ложь немножко правды. Конечно, если верить Геру, история, которую я рассказал на этот раз, является правдой, а прошлый раз был ложью.

— Перестань рисоваться, Альтал, — пожурила она его.

Набьор принес обратно их кружки, и они втроем сели у огня и проговорили до самой темноты, а потом Альтал заметил, что у его друга в доме появилась новая девочка. Глаза у новенькой были шаловливые, а походка соблазнительная, и он подумал, что при других обстоятельствах было бы неплохо познакомиться с ней поближе. Но Эмми этого наверняка бы не одобрила.

Через некоторое время Гер задремал, а Альтал с Набьором говорили почти до полуночи. Затем Альтал принес одеяла, которые они с Герои возили свернутыми за седлами. Не будя мальчика, он накрыл его, а потом сам завернулся в одеяло возле угасающего очага и почти мгновенно погрузился в сон.

На следующее утро Гер проснулся рано, а Альтал спал допоздна. Никаких срочных дел у них на тот момент не было, и он чувствовал, что теперь самое время отоспаться. Альтал не сомневался, что, когда сюда явятся Генд и Хном, ему понадобится весь его ум, а человек, который некоторое время недосыпал, как правило, не слишком быстро соображает в те моменты, когда ему необходимо быть настороже.

К середине утра он наконец встал и, направляясь к умывальнику, чтобы освежить водой лицо, увидел, что Гер сидит на чурбане рядом с девушкой с озорными глазами. Волосы мальчугана были мокры, как будто только что вымыты, а девушка, похоже, штопала один из его носков. Альтал в изумлении потряс головой. Казалось, в Гере было что-то такое, что пробуждало в каждой встретившейся ему женщине желание о нем заботиться. Так поступала Андина и, хотя и в меньшей степени, Лейта. Эмми, разумеется, не в счет, потому что Эмми заботилась обо всех.

Альтал и Гер прохлаждались в лагере Набьора по меньшей мере неделю, а потом в один из грозовых дней, когда тучи на небе затмили солнце, в лагерь въехали Генд и Хном.

— Ну наконец-то, — сказал Альтал вместо приветствия. — И где это вас носило так долго?

— Я думал, ты должен был сбить Гальбака с нашего следа, Альтал, — ответил Генд, устало слезая со своей измученной лошади. — Еще солнце не успело подняться в зенит, как он уже гнался за нами по пятам.

— Что ты говоришь! — ответил Альтал. — Ты уверен, что вы держались в стороне от хьюльской дороги?

— Мы сделали все в точности так, как ты советовал, — сказал ему Хном, — но все пошло совсем не так, как должно было быть. Мне кажется, в жилах этого проклятого Гальбака течет кровь ищейки. Каждый раз, проходя по рыхлой земле, мы заметали за собой следы, но он все равно нас преследовал. Это было самое неудачное лето в моей жизни. Пройдя двадцать миль вверх по реке, мы даже попытались перейти ее вброд, но Гальбак все равно был у нас на хвосте. А как вам двоим удалось удрать?

Альтал пожал плечами.

— Это было легко. Мы поехали на юг, оставляя за собой массу следов, а потом выбрали каменистое место, чтобы сойти с дороги, через горы прошли в Кагвер и с этой стороны вошли в Хьюл. Мы были уверены, что вы тоже счастливо отделались. Зачем Гальбаку ехать по дороге, где нет следов, вместо того чтобы направить свои поиски туда, где этих следов полно?

— Думаю, он нас перехитрил, Альтал, — мрачно сказал Генд. — Может быть, мы оставили слишком очевидные следы. Гальбак, по-видимому, достаточно проницателен, чтобы с подозрением отнестись к следу, который бросается в глаза.

— И все равно я никогда в жизни не пойму, как это Гальбаку удалось так быстро напасть на ваш след, — сказал Альтал. — Когда я уходил из трапезной, он валялся в полной отключке. Я был уверен, что он не проснется раньше полудня, и даже когда проснется, ему будет слишком плохо, чтобы беспокоиться о золоте Гасти.

— Полагаю, мы оба не приняли во внимание могучее сложение Гальбака, — сказал Генд. — Человек большого роста может высосать гораздо больше крепкого меда, чем человек маленький.

— Ладно, главное, что вы оба все-таки выпутались. Здесь вы в безопасности, так что можете присесть и расслабиться. — Он слегка обернулся. — Набьор, меду! — крикнул он. — Да побольше. Это два моих друга, о которых я тебе рассказывал, и у них было очень плохое лето.

Генд устало сел на один из чурбанов у очага и потер ладонями лицо.

— Я мог бы спать неделю, — сказал он.

— Для этого здесь самое подходящее место, — ответил ему Альтал. — А как вам все-таки удалось оторваться от Гальбака?

— Скорее всего, чистое везение, — ответил Хном. — Арумцы часто охотятся в этих горах — на ланей, медведей и этих оленей с огромными рогами, поэтому они опытные преследователи. Как мы ни старались, мы не могли от них отвязаться. Мы целую неделю прятались в пещере, которая находится за водопадом, и тут налетела летняя гроза — одна из тех гроз, когда дождь идет как будто даже снизу. Не сомневаюсь, что, выезжая из пещеры, мы оставили за собой следы, но эти следы смыло чуть ли не раньше, чем они появились. Мы поднялись на горный хребет, а дальше было уже легче.

Набьор принес меду, и Генд с Хномом начали расслабляться.

— Отрежьте себе по кусочку этой бизоньей ляжки, что на вертеле, — сказал им Набьор.

— Во сколько нам это обойдется? — спросил Хном.

— Об этом не беспокойтесь. Альтал уже обо всем позаботился.

— Спасибо, Альтал, — сказал Хном. — Ты очень внимателен.

— Ну, это ведь вроде как я пригласил вас обоих сюда, — напомнил Альтал. — Кроме того, раз уж мы теперь так сказочно богаты, деньги уже ничего не значат для нас, верно?

— Прикуси язык, — сказал Хном. — Неужели вы действительно принесли свою долю золота в такое место?

— Разве я выгляжу таким дураком, Хном? — ответил Альтал. — Мы взяли лишь на текущие расходы, а остальное спрятали в надежном месте.

— Да? И где же?

— Если мы станем повсюду об этом рассказывать, оно уже не будет таким надежным, верно?

По лицу Хнома вдруг пробежала тень горького разочарования прежде, чем он сумел ее скрыть, и Альтал внутренне улыбнулся. Сознание того, что четыре мешка с золотом спрятаны где-то поблизости и нет никакой возможности их отыскать, вероятно, причиняло Хному более сильную боль, нежели ведро, которым его ударил Гер.

Они выпили еще несколько кружек меда и съели порядочное количество жареного мяса бизона, а когда Генд и Хном немного расслабились, Альтал решил, что пришло время перейти к делу.

— Прошлой зимой, Генд, ты что-то говорил об одном деловом предложении, — сказал он. — Утратило ли оно силу, или ты все еще готов это обсудить?

— Не утратило, — ответил Генд, — я все еще держу его в голове. Так получилось, что в Неквере есть некто, у кого я в долгу, и это не тот человек, которого кому-либо — если он только в здравом рассудке — хотелось бы разочаровать, — надеюсь, ты меня понимаешь.

— Насколько я понимаю, он один из “тех”?

— Он тот, кто придумал всех “тех”, друг мой. Обычно люди, которые переходят ему дорогу, живут лишь столько, чтобы успеть в этом раскаяться. Во всяком случае, есть вещь, которая ему очень нужна, и он строго-настрого мне наказал, чтобы я пошел и добыл ее для него. К сожалению, нужная ему вещь находится в одном доме в Кагвере, и это ставит меня в весьма трудное положение. На сегодняшний день я не пользуюсь большой популярностью в Кагвере. Пару лет назад мы с Хномом провели там весьма урожайный сезон, а кагверцы вообще очень злопамятны. Там есть пара таких парней, в сравнении с которыми даже Гальбак покажется тихим ягненком, и эти парни будут весьма рады встретить меня снова.

— Я понимаю, в чем твоя проблема, Генд. Существует немало мест, которые мне тоже приходится избегать.

— Вот именно. Ты очень хороший вор, Альтал, поэтому я знаю, что могу на тебя положиться. Мне кажется, ты как раз тот человек, которого я искал.

— Я самый лучший, — сказал Альтал, обиженно пожимая плечами.

— Он говорит правду, Генд, — сказал Набьор, принося им по кружке свежего меда. — Этот Альтал может украсть все что угодно, лишь бы оно было о двух концах или имело верх и низ.

— Ну, это немного преувеличенно, — сказал Альтал. — У реки два конца, но я ни одной до сих пор не украл. А что именно так страстно хочет получить тот человек из Неквера, что согласен платить за это на вес золота? Какая-нибудь драгоценность или что-то вроде того?

— Нет, это не драгоценность, — ответил Генд, и во взгляде его прочиталась алчность. — То, что ему нужно, — и за что он заплатит золотом — это Книга.

— Мне нравится слово “заплатит”, — сказал Альтал, — но здесь мы подходим к трудной части разговора. Что, черт возьми, такое — Книга?

Генд пронзил его своим взглядом.

— Ты что, не умеешь читать?

— Чтение — занятие для священников, Генд, а я не имею с ними никаких дел, если этого можно избежать.

Генд нахмурил брови.

— Это может несколько усложнить дело, — сказал он. — Генд, старина, я совершенно не разбираюсь в огранке камней, но в свое время украл кучу всяких бриллиантов, и не имею ни малейшего представления о том, как из руды выплавляется золото, но мне все-таки удается порой огрести его немало. Просто скажи мне, как выглядит эта Книга, и я украду ее для тебя, если ты предложишь за нее хорошую цену и скажешь, где ее найти.

— Возможно, ты и прав, — согласился Генд. — У меня с собой как раз есть одна Книга. Если я тебе ее покажу, ты будешь знать, что искать.

— Вот именно, — сказал Альтал. — Так почему бы тебе не достать эту Книгу, а мы с Гером посмотрим. Ведь, чтобы ее украсть, нам не надо знать, о чем она, верно ведь?

— Нет, — согласился Генд, — думаю, это вам ни к чему.

Он поднялся, подошел к своей лошади, запустил руку в кожаную сумку, притороченную к седлу, и вынул оттуда свою черную Книгу. Прихватив ее, он вернулся к огню.

— Но ведь это просто кожаная коробка, — заметил Гер.

— Важно, что внутри нее, — сказал Генд, открывая крышку.

Он вынул из нее листок пергамента и протянул Альталу.

— Вот так выглядят буквы, — сказал он. — Когда ты найдешь такую коробку, лучше сперва открой ее и убедись, что в ней находятся такие же листки, а не пуговицы или инструмент.

Альтал взял листок и осмотрел его, изображая на лице выражение глубочайшего недоумения.

— Это и есть буквы? — спросил он. — По-моему, они выглядят как бессмысленные закорючки.

— Ты держишь лист вверх ногами, — сказал ему Хном.

— А!

Альтал перевернул листок и некоторое время тупо смотрел на него.

— Все равно ничего не понимаю, — сказал он.

Однако это было все, что он мог сказать, чтобы удержаться и не бросить ужасный листок в огонь. От Книги Дэвы не просто замирало сердце, некоторые слова на ее странице, казалось, прямо на глазах готовы были вспыхнуть огнем.

— Все равно ничего не понимаю, — солгал он, возвращая листок пергамента Генду, — но это не важно. Все, что мне на самом деле надо знать, — это то, что я ищу черную коробку с кожаными листками внутри.

— Коробка, которая нам нужна, белого цвета, — поправил его Генд, благоговейно укладывая листок обратно в коробку. — Ну что, — сказал он, — тебя заинтересовало мое предложение?

— Мне нужно еще кое-что уточнить, — ответил Альтал. — А именно: где находится эта книга и как она охраняется?

— Она находится в Доме на Краю Мира, в Кагвере.

— Я знаю, где Кагвер, — сказал Альтал, — но не знал, что мир заканчивается там. А где именно в Кагвере находится это место?

— На севере. Оно в той части Кагвера, где не бывает солнца зимой и где не бывает ночи летом.

— Интересное место для того, кто там живет.

— Точно. Впрочем, владелец Книги больше не живет там, так что никто не сможет помешать тебе войти в дом и украсть Книгу.

— Это мне подходит. Ты не мог бы дать мне еще какие-нибудь ориентиры? Я смогу добраться быстрее, если буду знать, куда иду.

— Просто иди по краю мира. Когда увидишь дом, знай — это то самое место. Там всего один дом.

Альтал допил свой мед.

— Кажется, все довольно просто, — сказал он. — А потом, когда я украду эту книгу, как я найду тебя, чтобы получить свое вознаграждение?

— Я сам найду тебя, Альтал. — Глубоко запавшие глаза Генда разгорелись еще ярче. — Поверь мне, я тебя найду.

— Я подумаю об этом.

— Так ты согласен?

— Я сказал — подумаю. А сейчас почему бы нам не выпить еще меду? Кажется, недавно у меня завелись деньги, так что мы можем позволить себе гульнуть.

Они разговаривали и пили мед еще долго после заката, и через некоторое время Набьор начал зевать весьма настойчиво.

— Почему бы тебе не пойти спать, Набьор? — предложил Альтал.

— Мне нужно присматривать за погребом, Альтал.

— Просто поставьте отметину на стенке кувшина, мистер Набьор, — посоветовал Гер. — Начертите линию на том уровне, где сейчас мед, и другую — там, где он окажется утром. Так вы будете знать, сколько мы выпили. Я сам могу приносить им кружки.

Набьор бросил быстрый взгляд на Альтала.

Альтал кивнул, а затем подмигнул.

— Я действительно немного устал, — признался Набьор. — Джентльмены, вы не будете возражать, если я вас покину?

— Нисколько, — сказал ему Хном. — Мы все здесь старые друзья, поэтому мы не станем устраивать драк и крушить мебель.

Набьор улыбнулся.

— Я бы не назвал эти несколько чурбанов мебелью, — сказал он. — Ну, спокойной ночи, джентльмены.

Он пошел через поляну к грубо сколоченной хижине.

Гер взял на себя труд приносить мед сидящим у огня, и вскоре Альтал заметил, что его мед был заметно разбавлен водой, и у него возникли подозрения, что и мед, который пили Генд с Хномом, был тоже разбавлен, но отнюдь не водой.

Прошло совсем немного времени, и обработанный мед, который пили Генд с Хномом, начал оказывать свое действие. Они и так были измучены, когда приехали в лагерь, и мед, который наливал им Гер, вскоре добил их окончательно. Огонь в глазах Генда потускнел, а Хном начал качаться на своем месте из стороны в сторону. Еще пара кружек обработанного меда, и они оба свалились с чурбанов и захрапели.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51