Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дисфункция реальности - Угроза (Пришествие Ночи - 2)

ModernLib.Net / Гамильтон Питер Ф. / Дисфункция реальности - Угроза (Пришествие Ночи - 2) - Чтение (стр. 15)
Автор: Гамильтон Питер Ф.
Жанр:

 

 


      Сотрудники отделения "Тайм-Юниверс" хорошо знали свое дело, и им потребовалось совсем немного времени для того, чтобы перестроить свою работу. Вместо обычных для дневного канала программ текущих событий теперь передавались архивные данные о прежней деятельности Латона и весьма серьезные дискуссии в студии по поводу возможных перспектив развития событий. Пока жители Транквиллити получали шокирующую информацию, Клаудиа Доган заключала соглашения с капитанами звездолетов с целью распространить по всей Конфедерации копии диска Грэма Николсона. Теперь она обладала некоторыми рычагами воздействия на капитанов. Прибытие Ионы, которое имело место год назад, широко освещалось всеми средствами массовой информации. Теперь же, когда лишь Клаудиа обладала монополией на передачу сведений о появлении Латона, число капитанов, выразивших горячее желание доставить копии диска, превышало необходимое. Уже вечером восемнадцать звездолетов отправились к различным планетам, важнейшими из которых были Кулу, Авон, Ошанко и Земля. Затем отделения "Тайм-Юниверс", расположенные на этих планетах, разослали вторую волну копий диска Николсона. Две недели ушло на то, чтобы привести в движение всю Конфедерацию. "И всех предостеречь", подумала Клаудиа Доган. Лишь компания "Тайм-Юниверс" смогла предупредить человеческие и ксенокские расы о том, что им вновь грозит давно забытая опасность. Еще вчера о таком головокружительном взлете компании никто и подумать не мог.
      В тот вечер Клаудиа повела всех своих сотрудников в пятизвездочный ресторан. Неслыханная удача, свалившаяся на их головы вслед за прибытием Ионы на Транквиллити, означала громадные премии и такое продвижение по служебной лестнице, которое и не снилось их современникам. Она уже подумывала о получении места в совете директоров компании.
      День же выдался достаточно беспокойным. Маттиас Ремс, дебютировавший в качестве главного ведущего, представлял репортажи сорокалетней давности о разрушении обиталища эденистов Джантрит. В том месте, где произошел взрыв антивещества, похожая на гигантское яйцо оболочка Джантрита раскололась. Атмосфера стремительно вырывалась из десятка проломов, образовавшихся в полипе толщиной пятьсот метров. Огромные серебристо-белые клубы, уносившиеся в космос подобно ракетам, дестабилизировали мерное вращение цилиндра. Теперь колебания обиталища, которые продолжались в течение нескольких часов, переходили в совершенно непредсказуемый кувырок. Снаружи, изогнувшись в форме огромных стокилометровых арок, хлестали по сторонам индукционные кабели, мешая подойти даже самым проворным космоястребам. Внутри вода и почва постоянно взлетали вверх, как будто там происходило какое-то бесконечное землетрясение. Поврежденные взрывом орбитальные башни, словно подтаявшие сосульки, оторвались от главного цилиндра и хаотично вращаясь, уносились прочь с ужасающей быстротой. С каждой минутой воздуха становилось все меньше и меньше.
      Устремившиеся вслед за орбитальными башнями космоястребы и звездолеты адамистов сумели спасти некоторое количество людей. Восемь тысяч из одного с четвертью миллиона жителей обиталища. Но даже тогда это неслыханное бедствие еще можно было бы предотвратить. Умирая, каждый эденист передавал свою память личности обиталища. Но Латон инфицировал нейронную структуру Джантрита полиморфным вирусом. Поскольку каждую секунду разлагались триллионы и триллионы клеток обиталища, его разум стал стремительно разрушаться. Два других обиталища, вращавшихся вокруг газового гиганта, находились слишком далеко и поэтому мало чем могли помочь умиравшим эденистам. Перенос личности и в нормальных условиях считался сложным процессом, а в данном случае расстояние и паника затрудняли его осуществление. Тем не менее двадцати семи тысячам эденистов удалось навести мост и перенести свои матрицы в личности двух других обиталищ. Три тысячи других матриц, обнаруженных позже, оказались неполными. Они напоминали личности умственно-отсталых детей. Космоястребы дали прибежище еще двухстам восьмидесяти личностям. Что касается биотех-звездолетов, то они вообще не обладали такими способностями, и к тому же были слишком заняты преследованием орбитальных башен.
      Для эденистов это было величайшей трагедией за все время существования их цивилизации. Даже адамисты были ошеломлены масштабом бедствия. Живое, мыслящее существо длиной тридцать пять километров было лишено разума и уничтожено. Погибло около миллиона двухсот пятидесяти тысяч человек, перестали существовать более полумиллиона хранимых матриц личностей.
      И все это было отвлекающим маневром. Тактика, которая заключалась в том, чтобы позволить Латону и его сообщникам спокойно уйти после неудавшегося переворота, с треском провалившегося - он воспользовался гибелью обиталища в качестве прикрытия. Это была единственная причина уничтожения Джантрита. Никакого стратегического плана у Латона не было.
      Теперь каждый космоястреб, каждый корабль флота Конфедерации, каждое астероидное поселение и каждое планетарное правительство были заняты поисками сбежавшего Латона и трех его черноястребов.
      Спустя два месяца в системе Рагундана его удалось загнать в угол: три черноястреба, вооруженные антиматерией, отказывались капитулировать. Последовала битва, в которой погибли три космоястреба и пять фрегатов флота Конфедерации. Был нанесен тяжкий урон астероидному поселению, которое потеряло восемь тысяч своих жителей. Черноястребы попытались использовать их в качестве заложников, угрожая подвергнуть поселение бомбардировке антиматерней, если конфедераты не прекратят преследование. Командовавший флотилией адмирал назвал эти угрозы блефом.
      После ожесточенной космической схватки от побежденных не осталось ничего, кроме слабо мерцавшего облака радиоактивных молекул. Не осталось ни одного тела, которое можно было бы опознать. Три черноястреба были уничтожены, а других кораблей, на которых мог бы ускользнуть Латон, просто не могло быть.
      Но в свете последних событий можно было предположить, что черноястребов было все-таки не три, а четыре. Все безошибочно узнавали высокого, властного человека, который, стоя на трапе космоплана "Яку", громко хохотал, глядя в сторону съежившегося от страха Грэма Николсона.
      Для проведения дискуссии Маттиас Ремс пригласил в студию отставных офицеров флота, политологов и инженеров военной промышленности. Все они выразили согласие с тем, что подлинные намерения Латона так и остались неизвестны. В течение последовавших за этими трагическими событиями лет было выдвинуто множество предположений. Все они сходились на том, что с помощью разработанного им полиморфного вируса, оказавшегося (к счастью) несовершенным, Латон хотел добиться физического (биологического) превосходства и подчинить себе эденистов, изменив их самих и их обиталища. Однако конечная цель его грандиозного замысла так и осталась неизвестной. Дебаты в студии главным образом сосредоточились на вопросе, стоит ли Латон за конфликтом, который в данный момент развивается на Лалонде, и если да, то не является ли это лишь первым шагом на пути осуществления его намерений вновь навязать Конфедерации свою волю. Грэм Николсон был в этом совершенно уверен.
      Проблема Латона в корне отличалась от межпланетарных споров вроде тех, что разгорались между Омутой и Гариссой, и не имела ничего общего с постоянными перебранками астероидных поселений и финансирующих их компаний, вызванными стремлением первых добиться автономии. Причиной этого жестокого конфликта были не ресурсы и не желание получить независимость. Латон стремился подчинить своей воле людей, их личности. Он хотел проникнуть в их гены, в их мозг и переделать людей согласно собственному, чуждому им замыслу. Латон представлял собой серьезную угрозу личности человека.
      Одной из тем, вызвавших самые острые дебаты в программах "Тайм-Юниверс", стала деятельность Терранса Смита. Он был ошеломлен появлением Латона. И сам Смит, и команда "Джемаля" стали объектами пристального внимания средств массовой информации. Терранс Смит, который каждый раз покидая борт звездолета, подвергался преследованиям корреспондентов, в конце концов обратился к Транквиллити с просьбой обеспечить защиту неприкосновенности его частной жизни. Личность обиталища удовлетворила его просьбу (неприкосновенность частной жизни была одним из пунктов первой конституции, написанной еще Майклом Салдана) и заставила репортеров оставить Смита в покое. Они сразу же переключили свое внимание на тех, кто подписал контракты о вступлении в наемный флот. Капитаны, отбиваясь от репортеров, утверждали (вполне искренне), что ничего не знают о Латоне.
      - Что же нам делать? - упавшим голосом спросил Терранс Смит. Кроме него на мостике "Джемаля" находился только Оливер Левелин. Голографические экраны показывали программу вечерних новостей "Тайм-Юниверс". Ведущий комментировал фрагменты репортажа Грэма Николсона. Капитан был тем человеком, с мнением которого Терранс считался. На самом деле за последнюю пару дней он попал в сильную зависимость от мнения Левелина. Вокруг него было совсем немного людей, с которыми он мог говорить откровенно.
      - У вас не слишком большой выбор, - заметил Оливер Левелин. - Вы уже оплатили регистрацию двенадцати кораблей и завербовали треть воинского контингента, который желали заполучить. Вам остается либо продолжать то, что первоначально планировалось, либо обрубить все концы и бежать. Бездеятельность - плохая альтернатива, во всяком случае, сейчас.
      - Обрубить концы и бежать?
      - Ну конечно. У вас достаточно денег на кредитном счете Компании по Освоению Лалонда, чтобы исчезнуть. Вы могли бы обеспечить вполне приятный образ жизни и для себя, и для своей семьи, - Оливер Левелин пристально наблюдал за тем, какая последует реакция. Выбор был очевиден, но он сомневался в том, что у этого бюрократа хватит решимости.
      - Я... Нет, это невозможно. Слишком много людей зависят от меня. Мы должны помочь Даррингему. Вы находились на орбите и не знаете, что там творилось на прошлой неделе. Эти наемники являются их единственной надеждой.
      - Как хотите. ("Жаль, - подумал Оливер Левелин, - очень жаль"). Видно, я слишком стар для этой увеселительной прогулки.
      - Как вы думаете, пятнадцати кораблей хватит для того, чтобы выступить против Латона? - с тревогой в голосе спросил Терранс Смит. - Я имею полномочия нанять еще десять.
      - Мы не будем выступать против Латона, - терпеливо пояснил Оливер Левелин.
      - Но...
      Капитан жестом показал на один из голографических экранов.
      - Ведь вы открывали доступ к репортажу Грэма Николсона. Латон покинул Лалонд. Все, что предстоит сделать вашим наемникам, это лишь провести операцию по зачистке местности. Предоставьте Латона заботам Конфедерации, ее флот и космоястребы со всем своим вооружением займутся его преследованием.
      Перспектива того, что их могут использовать для преследования Латона, стала предметом обсуждений капитанов звездолетов. Однако лишь трое из них оказались настолько встревожены такой перспективой, что возвратили Террансу Смиту плату за регистрацию. Он без труда нашел им замену и увеличил численность кораблей до девятнадцати единиц - шести черноястребов, девяти независимых торговых кораблей, способных вести боевые действия, трех грузовых звездолетов и самого "Джемаля". Фактически никто из завербованных им солдат и профессиональных наемников не подал в отставку. Вероятность вступления в схватку с полчищами Латона придавала будущей операции столь редкий для подобных мероприятий престиж. И ветераны, и еще необстрелянные юнцы выстраивались в очередь, чтобы подписать контракт.
      Спустя три с половиной дня Терранс Смит получил все, ради чего он прибыл на Транквиллиги. Просьба командующего соединением флота Ольсена Нила подождать вылета военных кораблей Конфедерации была вежливо отклонена "Даррингему мы нужны сейчас", - ответил ему Терранс.
      Ближе к вечеру Иона и Джошуа прогуливались по одной из извилистых лощин Транквиллити. Их сандалии промокли, так как на траве, по которой они шли, уже лежали тяжелые капли вечерней росы. На ней была длинная белая юбка из хлопка и такого же цвета кофточка, свободный крой которой позволял ветерку обдувать ее разгоряченную кожу. Джошуа был одет в темно-сиреневые длинные шорты. "Он хорошо загорел, - подумала Иона, - почти вернул своей коже прежний оттенок". Практически все время, которое у него еще оставалось, они провели на природе, купаясь с Хейл, совершая как верховые, так и пешие прогулки, занимаясь долгими любовными играми, причем Джошуа, похоже, испытывал особую тягу к обочинам и многочисленным ручьям.
      Иона остановилась у большого водоема, в который впадали два ручья. Вдоль его берегов росли рикболовые деревья. Их ветви касались воды, поглаживая ее поверхность своими длинными тонкими листьями. Ветви были усыпаны цветами, их яркие, розовые бутоны достигали размеров детского кулачка.
      В толще воды скользили золотые и алые рыбки. "Здесь царило спокойствие, - подумала Иона, - спокойствие, которое начиналось с маленькой буквы, было создано спокойствием, которое начиналось с большой". [Здесь обыгрывается имя обиталища - Tranquillity (Транквиллити), которое переводится на русский язык как "спокойствие"]. Имя, запечатлевшееся в форме, имя, создавшее форму. И озеро, и весь этот парк были передышкой в суматошной жизни обиталища, в свою очередь обиталище было передышкой в суматошной жизни Конфедерации. Разумеется, если вы сами хотели получить такую передышку.
      Осыпая щеки и шею Ионы поцелуями, Джошуа легонько подтолкнул ее к стволу дерева. Он расстегнул ее кофточку.
      Волосы, которые она последнее время носила распущенными, упали ей на лицо.
      - Не улетай, - тихо сказала она.
      Он тотчас опустил руки и склонив голову, коснулся лбом ее лба.
      - Но уже пришло время.
      - Пожалуйста.
      - Ты же сказала, что не будешь устраивать мне сцен ревности.
      - Это не ревность.
      - Тогда что же? Это очень похоже на ревность.
      Она резко подняла голову. На щеках выступили розовые пятна.
      - Если хочешь знать, я беспокоюсь о тебе.
      - Не надо.
      - Джошуа, ты ведь полетишь туда, где идет война.
      - Вовсе нет. Мы будем лишь сопровождать конвой с войсками, вот и все. В крайнем случае всегда можно рассчитывать на солдат и профессиональных наемников, которые будут на кораблях.
      - Смит хочет, чтобы звездолеты нанесли удары по поверхности планеты. Он закупил партию боевых ос для противодействия кораблям противника. Вот крайний случай, и он может оказаться для тебя фатальным, Джошуа. Черт возьми, неужто ты намерен вступить в схватку с Латоном на этой древней рухляди, которая едва проходит тест Управления Астронавтики Конфедерации на пригодность к полетам в космосе? В этом же нет никакого смысла. Никакого. Тебе не нужна майопа, тебе не нужен Васильковский.
      С мольбой в глазах она сжала его руки.
      - Ты богат. Ты счастлив. Обещай мне, что ты не будешь искушать судьбу. Я знаю тебя уже три года. Ведь для тебя не было лучшей забавы, чем, всюду флиртуя, слоняться по Галактике на "Леди Макбет". Посмотри, чем ты теперь занимаешься. Ты погряз в бумагах, Джошуа. Ты делаешь бумажные деньги, которые никогда не сможешь потратить. Все закончится тем, что ты будешь безвылазно сидеть за письменным столом. Вот к чему ты стремишься, Джошуа. Но ведь не в этом же твое призвание.
      - Так, говоришь, древняя рухлядь?
      - Я не имела в виду...
      - А сколько лет Транквиллити, Иона? Во всяком случае я владею "Леди Мак", а не она мной.
      - Просто я пытаюсь тебе кое-что втолковать, Джошуа. Ведь тебе предстоит столкнуться с Латоном. Ты что, не смотришь аудио-видео? Разве ты еще не получил доступ к репортажу Грэма Николсона?
      - Получил. Латона больше нет на Лалонде. Он улетел на звездолете "Яку". Ты упускаешь эту маленькую деталь, Иона. Если бы я хотел свести счеты с жизнью, то, несомненно, пустился бы в погоню за "Яку". Это было бы действительно опасно. Но этим займусь не я, а наш героический флот. Что касается меня, то я буду защищать свои собственные интересы.
      - Но тебе это совсем не нужно! - воскликнула Иона. "Боже, порой он бывает упрям как козел", - подумала она.
      - Ты хочешь сказать, что тебе это не нужно?
      - Что?
      - Не очень-то удобно для тебя, не так ли? Если у меня будут большие деньги, то это позволит мне самому принимать решения и делать выбор. Я стану хозяином своей жизни, а это не имеет ничего общего с придуманным тобой сценарием наших отношений. Ведь мной не так просто будет управлять, не правда ли, Иона?
      - Управлять! Стоит тебе даже мельком увидеть женскую грудь, и твой полетный комбинезон уже трещит по швам от избыточного внутреннего давления. Так уж ты устроен. Какое уж тут управление, Джошуа, тебе нужно не управление, а подавление собственных гормонов. Я лишь пытаюсь заглянуть немного вперед, потому что ты не в состоянии сделать это сам.
      - Боже мой, Иона! Иногда мне просто не верится, что ты связана с кубическим километром нейронных клеток. Чаще всего твои умственные способности уступают уровню интеллекта муравья. Это мой шанс, и я его использую. Я стану равным тебе.
      - Мне не нужен равный, - Иона едва успела прикусить язык, чуть было не сказав: "Мне нужен ты". Но даже под пыткой эти слова не сорвались бы с ее губ, во всяком случае, сейчас.
      - Ну да, я это уже заметил, - сказал он. - Я начинал с разбитого корабля. Я привел его в порядок и, летая на нем, стал зарабатывать себе на жизнь. А теперь я двигаюсь дальше. Такова жизнь, Иона. Рост, эволюция. Тебе самой надо когда-нибудь это испытать, - он повернулся и зашагал прочь, нетерпеливо отводя мешающие ветви деревьев. Если бы она хотела извиниться, то послала бы ему вслед кучу проклятий, но сделала бы это.
      Проводив его взглядом, Иона застегнула кофточку. "Вот засранец. А он может и психануть, но только когда напрочь лишается здравого смысла".
      - Мне очень жаль, - мягко сказал Транквиллити. Она фыркнула.
      - Ты о чем?
      - О Джошуа.
      - Не стоит. Если он хочет уйти, пусть уходит. Увидимся, если он мне понадобится.
      - Обязательно понадобится. Он просто создан для тебя.
      - Он так не считает.
      - Нет, считает. Но он гордец, впрочем, такой же как и ты.
      - Спасибо, правда, не знаю, за что.
      - Не плачь.
      Слезы действительно капали ей на руки. Глаза ужасно жгло. Она быстро вытерла слезы. "Боже, ну почему я такая глупая? Ведь он может быть только приятным любовником. И больше ничем".
      - Я люблю тебя, - сказал Транквиллити с такой теплой нежностью, что Иона невольно улыбнулась. Она вздрогнула, так как у нее в животе что-то вспучилось, а затем подступило к горлу. Иона почувствовала отвратительно-кислый вкус желчи. Зачерпнув ладонями холодной воды из водоема, она прополоскала рот.
      - Ты беременна, - заметил Транквиллити.
      - Да. С того времени как Джошуа последний раз возвратился, перед тем как отправиться на Норфолк.
      - Скажи ему.
      - Ну уж нет! Будет только хуже.
      - Ну тогда вы оба идиоты, - сказал Транквиллити с несвойственным ему пылом.
      Звезды скользили по стеклу за спиной капитана первого ранга Ольсена Нила. Чойси была единственной луной Мирчуско, которую можно было увидеть невооруженным взглядом. Далекий серо-коричневый полумесяц каждые три минуты поднимался из нижней части овального стекла. Эрик Такрар не любил смотреть на звезды, они казались ему слишком близкими и слишком легкодоступными. Он задавался вопросом, уж не развивается ли у него космофобия? Такое вполне могло случиться, и признаков этой болезни у него было немало. Тот ужасный, обезумевший голос, что раздался на борту "Кристальной луны", голос пятнадцатилетней девочки. Как выглядела Тина? В последнее время он множество раз задавал себе этот вопрос. Был ли у нее парень? Какие мечты она лелеяла? Нравилась ли ей жизнь на борту старого межпланетного судна? Или, быть может, она находила ее нестерпимой?
      Какого черта она полезла в передний отсек, расположенный ниже коммуникационных тарелок?
      - Сразу же после стыковки генераторы микроплавления были перегружены на борт "Ноланы", - доложил Эрик. Они прошли мимо грузового склада, а это значит, что не было никакого досмотра и не осталось никаких записей. - И все мы, конечно, оставались на борту "Крестьянской мести", до тех пор пока перегрузка не была закончена. Поэтому я не имел возможности предупредить вас.
      - Мы, конечно, пойдем по следу "Ноланы" и посмотрим, кому предназначены эти генераторы, - сказал Ольсен Нил. - Это должно раскрыть сеть получателей. Вы хорошо поработали, - добавил он ободряюще. У молодого капитана был измученный вид, и он совсем не походил на блестящего энергичного агента, который много месяцев назад ухитрился получить место на звездолете "Крестьянская месть".
      - Раньше или позже, сынок, это всех нас выбивает из колеи, - с грустью произнес Ольсен Нил. - Мы намеренно опускаемся до их уровня так, что уже ничем не отличаемся от них. Порой это обходится слишком дорого. Потому что ничто не может пасть так низко, как человек.
      В ответ на похвалу Эрик даже не шевельнулся.
      - Вы можете немедленно арестовать Дюшампа и остальных членов команды, - сказал он, - записи нападения на "Кристальную луну", сделанной моими нейронными процессорами, будет более чем достаточно для того, чтобы их осудить. Я хочу, чтобы вы убедили прокурора в необходимости просить для них максимального наказания. Мы можем всех их отправить на исправительную планету, всю эту шайку. И это еще слишком мягкое наказание.
      "И все увидят, что ты тоже виновен", - подумал Нил.
      - Не думаю, что мы можем сделать это немедленно, Эрик, - сказал он вслух.
      - Что? Погибли три человека, причем так, что вы получили достаточные улики против Дюшампа. Двоих убил я сам.
      - Мне искренне жаль, Эрик, но с тех пор как ты начал выполнять свое задание, обстоятельства изменились самым радикальным образом. Ты открывал доступ к репортажу "Тайм-Юниверс" с Лалонда?
      Эрик разочарованно посмотрел на него, пытаясь угадать, что последует за этим вступлением.
      - Да.
      - Терранс Смит подписал контракт о вступлении "Крестьянской мести" в состав флота наемников. Должен же кто-то остаться на борту этого звездолета, Эрик? Это вполне законная операция, согласованная с правительством планеты. У меня нет никаких оснований препятствовать их отлету. Господи, речь ведь идет о Латоне. Мне было около десяти лет, когда он уничтожил Джантрит. Он расчистил себе дорогу ценой гибели миллиона с четвертью человек и самого обиталища. До этой трагедии эденисты никогда не теряли свои обиталища. Продолжительность их жизни измеряется тысячелетиями. Теперь же выяснилось, что в распоряжении Латона было почти сорок лет, в течение которых он мог довести до совершенства свои чудовищные планы. Черт, мы даже не знаем, в чем их суть; но то, что я уже слышал о Лалонде, приводит меня в ужас. Мне страшно, Эрик, у меня есть семья. Я не хочу, чтобы над ними нависла его тень. Нам нужно знать, куда он отправился на "Яку". Нет ничего важнее этого. Пиратство и махинации на черном рынке не идут ни в какое сравнение. Флот должен найти его и уничтожить. На этот раз окончательно. Пока он жив, у нас не может быть другой цели. Я уже отправил диск на Авон. Через час после того, как сотрудники "Тайм-Юниверс" сообщили мне о своих репортажах, я отправил курьера на черноястребе.
      Эрик удивленно поднял бровь.
      Ольсен Нил слегка улыбнулся.
      - Да, именно на черноястребе. Они развивают большую скорость и отлично подходят для выполнения подобных поручений. Раньше или позже, но Латон обязательно приберет их к рукам, если, конечно, мы его не остановим. Капитаны черноястребов не меньше нас ошеломлены его появлением.
      - Ладно, - сдался Эрик, - я пойду.
      - Не забудь, нас интересуют любые сведения. Любая крупица информации, и в особенности, что именно он натворил во внутренних районах Лалонда и куда держит курс "Яку".
      - Выясню все, что смогу.
      - Попробуй расспросить этого журналиста, Грэма Николсона, - в ответ на красноречивый взгляд Эрика он лишь пожал плечами. - А что, он весьма смышленый и находчивый малый. И уж если бы на Лалонде нашелся человек, у которого хватило бы ума выяснить каковы координаты пространственного прыжка "Яку", то им наверняка оказался бы Николсон.
      - Хорошо, - сказал Эрик, встав с кресла.
      - Эрик... будь осторожнее.
      Два овальных окна спальни Келли Тиррел были закрыты тяжелыми гардинами. Установленные вдоль стен декоративные стеклянные шары испускали тусклый бледно-бирюзовый свет. Падая на простыни, он превращал их в мерцающую поверхность залитого лунным светом озера. На этом фоне темнели призрачные силуэты человеческих тел.
      Руки Джошуа ласкали Келли, которая раздвинула ноги так, что он мог прикоснуться к влажной расселине, упрятанной в зарослях лобковых волос.
      - Как славно, - мурлыкала она, корчась на смятых простынях.
      Он приоткрыл рот, обнажив сияющие белизной зубы.
      - Замечательно.
      - Если ты возьмешь меня с собой, мы будем этим заниматься пять дней подряд. Безостановочно. И даже в режиме свободного падения.
      - Веский довод.
      - Насчет денег тоже можешь не беспокоиться. Коллинз заплатит за мой проезд втрое больше обычной стоимости.
      - Я и без того богат.
      - Ну так стань еще богаче.
      - А ты, оказывается, настойчивая сучка.
      - Это что, жалоба? Уж не хотел ли ты провести сегодняшнюю ночь с кем-нибудь еще?
      - Ну что ты.
      - Вот и хорошо, - ее рука скользнула к его промежности. - Это мой шанс, Джошуа, и мне решать, использовать его или упустить. Я сумею затмить прошлогоднюю сенсацию с приездом Ионы, и сделаю это благодаря человеку, который совсем рядом, - ее пальцы слегка сжали его органы. - Такой шанс крайне редко выпадает на долю тех, кто живет в месте, подобном Транквиллити. Если я откажусь от него, то им воспользуется кто-то другой. Он пойдет в гору, получит хорошее назначение, приличную должность в бюро и высокое жалованье. Ты просто обязан предоставить мне возможность достичь этого, Джошуа. Ведь ты мне так много задолжал.
      - Думаешь, наемники не хотят, чтобы ты отправилась вместе с ними?
      - Предоставь их мне. Я так сумею их превознести, что они просто набросятся на мое предложение. Ну, например: "Герои, вступившие в бой с намного превосходящими силами противника, помогают стереть в порошок Латона. Бродяги с благородными сердцами входят в дом каждого жителя Конфедерации. Ну же, приветствуйте их!"
      - О боже, - он снова почувствовал неприятное давление: ее длинные, красные ногти впились в его мошонку, и это уже едва ли можно было назвать любовной игрой. "Она не посмеет. А вдруг посмеет?" Ее дорогой серо-голубой костюм от Крусто был аккуратно сложен и лежал на стуле у туалетного столика. Эта солдафонская педантичность говорила о том, что она готовилась к этой встрече заранее. "Вероятно, она все же посмеет. О боже".
      - Конечно же, я возьму тебя.
      Ее шаловливые пальцы опять немилосердно прищемили его органы.
      - А-а-а! - на глазах выступили слезы. - Тебе не кажется, что ты слишком уж носишься с этой идеей? Я имею в виду, что ты все время говоришь только о карьере. А ведь высадка на враждебной планете, в тылу врага может поставить под удар лояльность компании.
      - Чепуха, - Келли отстранилась и, положив голову на согнутую в локте руку, пристально посмотрела на него. - Ты видел, кому "Тайм-Юниверс" доверило вести свои комментарии из студии? Ублюдку Маттиасу Ремсу, вот кому. И только потому, что этот удачливый маленький засранец оказался в нужное время в нужном месте. Ведь он моложе меня, у него еще молоко на губах не обсохло. А они в течение трех дней предоставляют ему лучшее программное время. Исследования рынка свидетельствуют о том, что он популярен, так как в нем есть что-то мальчишеское. Выходит, что некоторым женщинам это нравится. Должно быть, восьмидесятилетним девственницам. "Тайм-Юниверс" не разрешит ему делать собственный репортаж только потому, что тогда мы все удостоверимся в том, что он не мужик, а кастрат.
      - Надеюсь, что сегодня у тебя не возникло подобных разочарований?
      Эта фраза вырвалась у него сама собой. Двадцать минут жестоких испытаний, которым его подвергла Келли, заставили Джошуа пожалеть о том, что у нее не возникло подобных разочарований.
      Девятнадцать звездолетов под командованием Терранса Смита собрались в тысяче километров от космопорта Транквиллити: "Джемаль" с пятью тысячами основного воинского контингента, три быстроходных транспортных корабля с боеприпасами и снаряжением и пятнадцать кораблей, способных вести боевые действия, из них шесть черноястребов.
      Флотилия, за маневрами которой наблюдал Транквиллити, двинулась в направлении Мирчуско с ускорением, равным одному g. Звездолеты адамистов шли кильватерной колонной (с "Джемалем" во главе), которую окружали черноястребы. Сенсорные платформы стратегической защиты обнаружили наличие между кораблями флотилии чрезвычайно интенсивного обмена зашифрованными данными. Эта активность особенно возрастала, когда корабли проверяли работоспособность коммуникационных каналов и обменивались тактическими планами будущей операции.
      Обогнув газовый гигант, они двинулись в его теневую зону. По мере вхождения в точку пространственного прыжка, которая находилась в ста восьмидесяти четырех тысячах километрах выше бушующего газового гиганта, выхлопы приводов плавления кораблей укорачивались, а затем и вовсе исчезали. Флотилия уходила все дальше, оставляя на орбите бледно-голубые вспышки ионных струй. Через некоторое время корабли убрали внутрь корпусов панели термосброса и скопления сенсоров. Освободившись от необходимости соблюдения боевого строя, навязанного партнерами-адамистами, черноястребы устремились прочь от основной колонны и образовали разбросанное в пространстве неровное кольцо огромного диаметра. Затем звездолеты-биотехи выполнили свой обычный маневр, резко прыгнув вперед, навстречу неведомым опасностям. Космос ответил гравитационной волной, хлынувшей из пространственных червоточин, которые, пропустив звездолеты, тотчас закрылись. Отголоски этих волн достигли чувствительных органов определения массы, которыми обладал Транквиллити.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44