Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Укус технокрысы

ModernLib.Net / Научная фантастика / Гусев Владимир / Укус технокрысы - Чтение (стр. 1)
Автор: Гусев Владимир
Жанр: Научная фантастика

 

 


Гусев Владимир
Укус технокрысы

      Гусев Владимир
      Укус технокрысы
      Книга первая
      Охотник на вирусов
      Глава 1
      Таким серьезным я своего шефа давно не видел. Пожалуй, с тех самых пор, как вирус "Сингапур" в одночасье поразил добрую половину нашей клиентуры. Пришлось нам тогда посуетиться...
      - У них какая-то хроническая болезнь. Обостряется, как правило, по ночам. К утру - бесследно проходит. И никаких нарушений памяти, полная адекватность.
      - А ночью? В период обострения? Поведение адекватно?
      - Таких данных нет.
      Виталий Петрович перестает грызть колпачок своей знаменитой авторучки и повторяет:
      - Данных нет. Пока. Гриша с этим вопросом разбирается. Поехал проформы ради, закончить профилактический осмотр, а вышел вот на такого зверя. Совершенно случайно вышел. Что наводит на грустные мысли.
      Да уж. Вирусное заболевание, о котором Управление узнает случайно, да еще накануне такого события... Значит, прощай, отпуск.
      - Ты в отпуск куда собирался? - проявляет отеческую заботу шеф, откидываясь на спинку обитого темной кожей кресла. Как будто это имеет какое-то значение. Теперь. Потому он и спрашивает в прошедшем времени...
      - В Сочи. Бархатный сезон. Профсоюз путевками осчастливил. В кои-то веки...
      - Да... - сочувственно кусает Виталий Петрович металлический колпачок. - Видишь ли... Я мог бы послать и кого-нибудь другого. В принципе. Но - не в данном конкретном случае. Сам понимаешь, накануне запуска "Невода"...
      - А может, это не вирус? - тешу я себе надеждой. - Может, какая-нибудь другая напасть? Вроде "эффекта веника". Тем более, что и пациенты не жаловались.
      - Веник? Кто такой? Почему не знаю?
      - Не кто, а что. Обыкновенный веник, которым пол подметают. Помните, Славка Федоров рассказывал?
      - Нет. Про то, как они с приятелем нечаянно контрабас купили, помню. А про веник - нет.
      - Ну, как же, как же... В одной лаборатории суперсложная физическая установка иногда работала, а иногда - нет. Месяца два пытались ее наладить. А потом кто-то заметил, что если уборщица оставляет веник в одному углу комнаты, то установка пашет, как трактор, а если в другом - то хоть стреляйся.
      - И что они сделали? - оживился шеф.
      - Приковали веник собачьей цепью в правильном углу, а уборщице выдали новый и денежную премию.
      - Ну и... Помогло?
      - Да. То есть нет. Три дня все было хорошо, а потом кто-то украл цепь, заодно с веником, и - баста! Сколько новый ни переставляли из угла в угол - ноль на массу. Пришлось ее... того! - поворачиваю я вниз большой палец.
      Но шеф меня уже не слышит. Смотрит в окно невидящими глазами и хмурит густые седые брови.
      Видимо, это все-таки вирус. Иначе бы Витек не был так озабочен. Причем вирус какого-то нового типа. Ишь ты, хроническая болезнь... Да еще только по ночам... В моей практике такого еще не было. Значит, ни один из существующих вирус-детекторов его не возьмет. Скорее всего. И придется срочно разрабатывать новый.
      - Еще какие-нибудь данные есть?
      - Есть. Но, думаю, лучше получить их из первых рук. Грише я уже сообщил, место в гостинице он тебе заказал. Об одном прошу... - шеф встает из-за стола, подходит ко мне.
      Я тоже вскакиваю.
      - Будь осторожен. Если почувствуешь, что вышел на банду или даже просто на технокрысу - немедленно сообщаешь в соответствующие органы, а сам - в сторону! Твоя задача - лечить, а не воевать.
      Витек кладет мне руку на плечо. Со стороны, наверное, комично смотрится - я почти на голову выше шефа. Тем не менее... Я испытываю почти сыновнее чувство защищенности. И какое-то приятное волнение. Словно бы шеф провожает меня в отпуск, а не наоборот.
      - А насчет Сочи... - читает он, как и положено хорошему отцу, мои мысли, - не огорчайся. Что-нибудь придумаем. Ты когда собирался?
      - Через неделю с хвостиком.
      - Вот и отлично, - искренне радуется за меня шеф. - Думаю, ты еще успеешь позагорать. Потому как сроку я тебе даю ровно неделю. Начиная с двадцати четырех ноль-ноль текущих суток.
      Витек возвращается к своему столу, тактично давая мне время прийти в себя.
      - Но... Если это действительно новый тип вируса... В такие сроки... Просто немыслимо... - лепечу я растерянно.
      - Можешь взять себе в помощь кого угодно. Включая меня. Полномочия и кредит - неограниченные. Как ты знаешь, на карту поставлены не только и не столько интересы Управления, сколько - государственные. Я каждый день докладываю состояние дел с "Неводом" председателю Комитета. А он раз в неделю - премьер-министру!
      Витек с удвоенной энергией вгрызается в золотистый колпачок.
      - И через месяц мы должны сообщить, что "Невод" запущен. Во что бы то ни стало.
      Шеф раздраженно швыряет авторучку на широкий, идеально чистый стол. Она скользит почти до самого края столешницы, но в последний момент останавливается. Витек удовлетворенно хмыкает.
      - Недели две уйдет на отладку, неделя в резерве. Вот и получается, что у тебя в запасе тоже ровно неделя. И ни одним часом больше. Потому и посылаю тебя, а не кого-нибудь другого, что сроки немыслимые, - спокойно подтверждает шеф. Чем и обезоруживает. - Вопросы есть?
      - Нет. Пока.
      - Появятся - звони. В любое время дня и ночи. Номер моего домашнего телефона помнишь?
      - Не забыл еще.
      Витек улыбается. Когда воевали с вирусом "Сингапур", я раз десять звонил ему среди ночи. Пять-то уж во всяком случае.
      - Ну, я пойду?
      Шеф опять о чем-то задумался. Не дождавшись ответа, я направляюсь к двери.
      - Да, еще... - говорит он мне вслед. - Вернешься с победой - займешь мое место.
      Я застываю, словно в детской игре по команде "замри".
      - А сорвем запуск "Невода" - вылетим оба из Управления. Вначале ты, потом я. Такая вот перспектива. Понимаешь, почему именно в такой последовательности? - помогает мне "отмереть" шеф.
      Я, повернувшись, киваю головой. Чего уж тут хитрого... Прежде, чем освободят Витька, он успеет подписать приказ относительно моей персоны. Доказывай потом, что не ты - стрелочник.
      - А вы... куда? - оторопело спрашиваю я. Две новости такого класса в течение пяти минут- это, знаете ли....
      - Иду на повышение. К Самому! - вскидывает шеф на мгновение глаза к потолку.
      Я машинально отслеживаю его взгляд. Потолок как потолок, оклеен изысканными обоями...
      - Об этом пока молчок. Вопрос согласован, но... неожиданно вскрывшиеся обстоятельства не позволили утвердить перемещения. И закрыть их, эти обстоятельства, должен ты. На нас смотрит сейчас вся страна. Забросим "Невод" через месяц - удержимся в седле, продолжим скачку. Нет сойдем с круга, отстанем, и не на десять лет, а навсегда. Ситуация та же самая, что и в середине девяностых. Тогда выкарабкались, а теперь... Ну, да ты и сам все понимаешь.
      Шеф замолкает. Обычно он немногословен, и столь длинная тирада его, кажется, утомила.
      - Понимаю. Не дурак.
      Теперь многие это понимают. Мощные информационные сети, покрывшие территории США, Японии и экономических сообществ, достигнув критической мерности, эквивалентной топологии "гиперкуб", дали вдруг новое качество. Впрочем, "вдруг" это оказалось только для нас. Ничего неожиданного в этом, конечно, не было. Все произошло с законами впавшей в немилость диалектики. Но когда на Западе уже плели первую, еще "плоскую" сеть "Интернет", прародительницу всех современных сетей, мы еще только-только начинали массовое внедрение "персоналок". И лишь пару лет назад, когда большинство научных журналов стало реферативными, а полные тексты статей стали распространять исключительно через компьютерные сети, когда...
      - Ну, как говорится, с Богом! - прерывает затянувшуюся паузу шеф, снова подходит ко мне (я поспешно делаю несколько шагов навстречу) и протягивает руку.
      Ого! Немногие могут похвастаться рукопожатием с Витьком. Дистанцию между собой и подчиненными он блюдет, как сельская красавица - честь. Красавица прошлого века, разумеется. Теперешние и слово-то это забыли.
      - Все. Ступай, - выпроваживает меня шеф, хмуря густые брови, и я чувствую себя, словно доблестный рыцарь, отправляющийся на бой с трехголовым драконом и получивший на это благословение короля Артура. Не хватает только Прекрасной Дамы и заплаканных горожанок с платочками в руках...
      Глава 2
      Мотор "вольвочки" гудит ровно, без натуги, почти неслышно. Время от времени впереди вспыхивают двойные белые звезды, стремительно приближаются, рывком превращаются в пару желтых карликов. Иногда мне приходится ускорять этот процесс, переключая свои фары на дальний свет и обратно.
      Можно было бы, конечно, лететь самолетом. Но экономия времени получалась небольшой, всего три-четыре часа. Думаю, "вольвочка" вернет их мне сторицей. К тому же ее багажник битком набит охотничьим снаряжением. Объяснять при досмотре, что это вещи вполне безопасные и невзрывающиеся... Нет уж, увольте. Лучше на своих колесах. И за сохранность арсенала не надо волноваться.
      Охота на вирусов требует оснащения гораздо более изощренного, нежели ружья, патроны и ягдташи. Объемистый кейс с набором дискет и компакт-дисков, мощная "персоналка", модем для подключения к ближайшей компьютерной сети с любого телефонного аппарата, сотовый телефон для оперативной связи... Но самое главное оружие охотника - его опыт. Знание повадок, образа жизни, способов маскировки и охоты страшных хищных зверей, время от времени нападающих на мирно пасущиеся стада компьютеров - этого не заменишь никакой, самой сложной и универсальной программой.
      Исторически за всеми программами-паразитами закрепилось общее название "вирусы". Хотя теперь среди них есть представители чуть не всех живых существ, встречающихся в природе. И собственно "вирусы", и "червяки", и "блохи", и "удавы"... Параллельно с их "генезисом" шло развитие антивирусных программ. И долгое время для защиты компьютеров от инфекции достаточно было только обновлять их версии на более свежие хотя бы раз в месяц, лучше - каждую неделю, провести же дезинфекцию собственного компьютера мог любой "юзер".
      Но года два назад появились вирусы принципиально нового класса, полиморфные быстромутирующие "хамелеоны", умеющие избегать ударов антивирусных программ. И разработчики последних перестали успевать их модернизировать. А эвристические программы-вирусофаги, способные самостоятельно выявлять хотя бы некоторые из новых штаммов, стали столь громоздкими и сложными в использовании, что рядовые программисты просто не успевали их осваивать.
      Вот тогда-то в Управлении и появился отдел по борьбе с вирусами, сотрудников которого стали величать "охотниками". Очень редкая и весьма престижная профессия. И хорошо оплачиваемая, между прочим.
      Когда я вхожу в кабинет директора какого-нибудь вычислительного центра, он смотрит на меня как на врача, пришедшего к его больному ребенку.
      - Ну, что тут стряслось? - спрашиваю я успокаивающим профессорским тоном. - Вашей локальной сети катастрофически не хватает памяти?
      Это - первейший признак. Все эти "червяки", "пиявки" и прочие вирусы питаются памятью компьютеров, в ней же они живут и размножаются.
      - Совершенно верно! - обрадованно говорит обычно директор, усаживая меня на почетное место. Врач, перечисляет основные симптомы болезни еще до осмотра больного, сразу же вызывает доверие. А заодно - и уважение к собственной персоне. Право на которое потом предстоит еще подтвердить. Ведь выявление возбудителя компьютерного заболевания - дело иногда очень даже не простое. Ничего не поделаешь. Как установил еще Койен, написать компьютерную программу, способную выследить вирус любой природы - задача неразрешимая. И, самое печальное, для любого антибиотика всегда находится тварь, способная назло ему выжить и бодро размножаться. В гонке вирусов и антивирусных программ нет и не может быть победителя...
      Я включаю стереомагнитолу. Хороший рок - лучшее лекарство от сонливости. "Вольво" летит, мечами фар рассекая впереди себя тьму. И я снова начинаю чувствовать себя рыцарем, мчащимся на битву с трехголовым драконом.
      Глава 3
      Через пять часов мы с Гришей сидим в его "полулюксе" и пьем чай. Кроме того, Гриша с умопомрачительной скоростью уничтожает мои бутерброды и - последние в этом году! - свежие помидоры.
      - Знаешь, я бы назвал эту болезнь "эпилепсия", - говорит он, отправляя в рот маленькую аккуратную "сливку". - Приступ начинается, как правило, ровно в полночь. Компьютерная сеть вдруг перестает реагировать на команды. Каналы обмена медленно переполняются. Информационные потоки такие - того и гляди кабели начнут греться!
      Ничего себе загрузочка! Если между компьютерами такой обмен, то что же творится в них самих?
      - Что они там обсчитывают? Прогноз погоды на третье тысячелетие?
      - Ничего. В том-то и дело, что результат - ноль. Все устройства вывода - в столбняке. И так - два-три часа. А иногда и всю ночь.
      Гриша тщательно вытирает руки полотенцем и смахивает с бороды крошки.
      - Самое интересное начинается потом, - продолжает он, убирая с застеленного бумажной скатертью столика фольгу, в которую были завернуты бутерброды. - Ты в жизни не догадаешься, что происходит под утро!
      - Кричит петух, в машзале появляется призрак и говорит: "Я дух, я твой отец, приговоренный по ночам скитаться..."
      Гриша трет подушечками пальцев свою обширную лысину, словно пытаясь стереть тускло отражающуюся в ней гостиничную люстру.
      - Нет. Еще загадочнее. Приступ кончается, каналы обмена освобождаются, и... локальная сеть "Эллипс", как ни в чем не бывало, продолжает обсчет текущих задач.
      - Ну, и что же здесь загадочного? Обыкновенное воровство машинного времени. Кто-то несанкционированно вводит программу класса "вампир"., получает результат и убирается восвояси. Помнишь, когда впервые была сотворена подобная штука?
      - По-моему, в Минске, лет пять назад.
      - Плохо. Историю компьютерной вирусологии нужно знать. Первая программа-червь подобного типа была создана еще в 1982 году в Пало Альто. Эксперименты проводились в локальной сети исследовательского центра фирмы "Ксерокс". После того, как компьютеры начали зависать, авторы программы послали команду на ее самоуничтожение. Поскольку орудуют такие программы в основном по ночам, захватывая свободные мощности простаивающих машин, Безруков предложил называть их "вампирами". Похоже?
      - Ты в школе случайно не отличником был? - интересуется Гриша.
      - Не отличником. И не случайно. Потому что был оболтусом, вроде тебя теперешнего. Сколько раз я тебе говорил: учи уроки прошлого! Они потому и называются уроками, что позволяют избежать ошибок в будущем. Но не всем, а только настоящим охотникам.
      - Таким, как ты, - ухмыляется Гриша. - Кстати, давно хотел спросить. Тебе не кажется неграмотным этот термин: "охотник на вирусов"? Словно на волков каких-то. А ведь вирус - даже не компьютерный, настоящий - существо не только неодушевленное, но и живое как-то так, наполовину. Может, правильнее "охотник на вирусы"? Хотя нет, тоже как-то не по-русски.
      - Это только для молодых-зеленых вирус - неодушевленное существо. Вот поживешь с мое... "Черный мститель", "Забалдевший", "Беззубый", "Бебе", "Внебрачный ребенок", "Захватчик" - это что, по-твоему, камни, растения? Погоди, вот завтра будешь работать по этому "вампиру", а его создатель, непризнанный компьютерный гений, он же технокрыса, даст тебе сзади железякой по голове... Ты и после этого будешь говорить, что вирус существо неодушевленное?
      - После этого я уже ничего не буду говорить, - тяжело вздыхает Гриша. - Но все-таки здесь - не воровство машинного времени. Прошлой ночью я запустил в сеть программу-демон типа "бильярдный шар". Так вот, никакого внешнего канала, по которому могли бы сплавляться результаты расчетов, мой "шарик" не обнаружил.
      Что ж, неплохо. Когда-нибудь из Гриши получится вполне приличный охотник.
      - Эпилепсия не относится к вирусным заболеваниям. Может быть, и здесь - что-то другое?
      - Например? - оживляется Гриша. Видно, он уже ломал голову над этим вопросом и ему не терпится высказать свои гениальные предположения.
      - Самое простое - тщательно замаскированный канал вывода, специально защищенный от программ типа "бильярдный шар". Или...
      Я на секунду замолкаю. Главная черта хорошего охотника нетривиальность гипотез. Ведь и компьютерные бандиты мыслят, как правило, нетривиально. Времена примитивных вирусов прошли. У современных операционных систем к ним стойкий иммунитет. И преодолеть его, не имея в запасе свежей и оригинальной идеи, невозможно.
      - ...Или вывод информации, основанный на новом физическом принципе.
      - Все-таки физическом? - уличает меня Гриша в самоограничении фантазии.
      - Конечно. Считывание информации непосредственно из памяти компьютера экстрасенсом - процесс тоже вполне материальный.
      Гриша, удовлетворенно хмыкнув, оглаживает ладонью бороду.
      - У меня есть более простое объяснение, соответствующее принципу Оккама.
      - Не иначе, карлики из летающих тарелок, питающиеся информационными полями, обсели несчастный "Эллипс", и ровно в полночь у них начинается пир, - подсказываю я.
      - Да нет, еще проще, - усмехается Гриша, отхлебывая из тонкостенного стакана остывающий чай. - Это может быть всего лишь...
      Гриша, не торопясь, ставит стакан на стол и, хитро улыбаясь в черную разбойную бороду, откидывается на спинку стула. Точно так же делает обычно Виталий Петрович Крепчалов перед тем, как огорошить какой-нибудь новостью. Например, сообщить, что отпуск в Сочи ставится под большущий знак вопроса...
      - Да ладно тебе, интриган. Вываливай!
      - Просто компьютерный вирус.
      Ну что же, довольно оригинально. Все-таки вирус. Не оставляющий следов. Вирус-призрак.
      - Что-то новенькое в компьютерных болезнях. Безобидный вирус-призрак...
      - До поры до времени безобидный. А потом, когда запустят "Невод"...
      Кажется, я ошибался. Гриша уже вполне сформировался как охотник.
      - Ты полагаешь, что злоумышленник использует "Эллипс" как полигон?
      - Да. Отрабатывает все более совершенные, все менее заметные и, значит, все более опасные версии вируса. Но на хвост каждого из них пока цепляется ген самоуничтожения. А вот когда полностью раскроется "Невод"... Это будет пострашнее, чем "Дракон ".
      - Любопытная гипотеза, - одобряю я, и Гриша довольно улыбается. Все знают, я, как и Витек, редко кого хвалю, чаще высмеиваю. - И что ты предлагаешь?
      - Ничего оригинального: искать. Бесследно исчезать вирус не может. Днем он прячется в каком-нибудь укромном уголке памяти, а ночью, как и положено хищнику, выходит на охоту.
      - А если вирус запускают с дискеты?
      - Маловероятно. Самая рискованная операция для технокрысы - процесс загрузки паразитной программы. И повторять его каждую ночь вручную, да еще в одно и то же время... Нет, немыслимо. А ты что предлагаешь?
      - Ты в жизни не догадаешься об этом, - говорю я и ставлю на стол пустой стакан.
      - Ну... Да не томи же! - не выдерживает паузы Гриша.
      - Я предлагаю лечь спать. А завтра на свежую голову начать облаву. Твоя версия принимается как основная. Разумеется, не исключаются и запасные.
      - У меня их целых четыре, - сообщает Гриша, сгребая со стола стаканы.
      А у меня, честно говоря, ни одной. Но подчиненным об этом знать не положено.
      Глава 4
      Аккумуляторный завод, на котором предстоит сегодня работать Грише, на самой окраине города. Так что моя "вольвочка" весьма кстати.
      Я плавно торможу у длинного серого здания с давно не мытыми окнами. Гриша, достав из багажника закрытый на два цифровых замка кейс, исчезает за стеклянной дверью.
      Дискеты с программами, которыми набит кейс, - не единственное оружие охотника. С некоторых пор в число обязательного снаряжения вошел, например, газовый пистолет, спрятанный у каждого из нас в маленькой наплечной кобуре. Выдали их нам полгода года назад, после случая в Новосибирске. Охота на вирусов, как и всякая другая охота, - дело небезопасное. Ищешь лисью нору, а попадешь в волчье логово... Именно это и произошло в "столице Сибири". Выслеживая вирус, Вася Петухов обнаружил в местном отделении сбербанка непонятного назначения программку. Как потом выяснилось, лихие ребята несколько месяцев снимали со своих многочисленных счетов небольшие суммы денег В течение суток эти счета пополнялись, по принципу "с миру по нитке голому рубаха". Программка была составлена столь изящно, что никто ничего не замечал. Да и Вася вышел на нее совершенно нечаянно, иначе бы он так не подставился. Труп его нашли только на третьи сутки. А нам через месяц выдали "газовики". Против пистолета эта штука, конечно, слабовата. Но при встрече с вооруженным лишь холодным оружием противником достаточно эффективна. Гриша один раз уже это продемонстрировал. При его астеническом телосложении такая игрушка, конечно, весьма полезна. Но лично я больше полагаюсь на эластичность мышц и быстроту реакции. Чтобы пустить в ход "газовик", нужно полторы секунды. А для удара без замаха - чуть ли не вдвое меньше.
      * * *
      Возле ГИВЦа - городского информационно-вычислительного центра отличная автостоянка. Полупустая! В Москве такую днем с огнем не найдешь, а ночью и подавно! Все-таки жизнь в провинции имеет свои преимущества. Особенно теперь, когда повсюду есть колбаса.
      Припарковав машину и тщательно заперев дверцы, я поднимаюсь на высокое крыльцо. Чуть ли не из всех окон безвкусного, хотя и с претензией на современность, здания торчат уродливые коробки кондиционеров. Стандартные стеклянные двери, нелепо изогнутый козырек над ними. Вахтер долго мусолит пропуск Управления, подозрительно сверяя фотографию с моей физиономией. Наконец, зевая в рыжие прокуренные усы, возвращает красную книжечку и начинает бестолково объяснять, как найти кабинет директора.
      Мне, в общем-то, директор не нужен. Но без его разрешения трудно будет попасть в машзал - даже с моей красной книжечкой. А мне обязательно нужно посмотреть на безумствующие машины самому. Я еще не знаю, зачем. Компьютер, а тем более целый хоровод их - это не автомобиль, в котором по едва заметному стуку или изменению "голоса" мотора опытный механик может определить, в чем загвоздка - в коленвале или коробке скоростей. И все же...
      Кабинет директора оказался закрытым. Начальник смены, немолодая миловидная женщина с кроваво-красными губами, едва взглянув на мои пропуск и предписание, объясняет:
      - Михаила Олеговича срочно вызвали в мэрию. Он просил извиниться за него и оказать вам всяческое содействие.
      Ага, это Виталий Петрович позаботился о режиме наибольшего благоприятствования. Да и пропуск Управления кое-что значит.
      - Я хотел бы познакомиться с техдокументацией вашей компьютерной сети. Состав, топология, операционные системы и так далее.
      - К сожалению, - виновато улыбается Евгения Федоровна, - все это закрыто в сейфе у Михаила Олеговича, а сейф заперт в кабинете.
      - Ого! Спрятано понадежнее, чем смерть Кощея Бессмертного!
      - В соответствии с инструкцией, - оправдывается начальница смены. - В порядке компенсации могу показать вам наш парк.
      Отлично. Психологический контакт установлен. В моей профессии это немаловажный фактор. Иногда одна-две улыбки и пара незатейливых острот дают больше, чем сутки напряженной работы. А с этой молодящейся женщиной оказалось еще проще. Один-единственный по-мужски заинтересованный взгляд и она уже угадывает мои тайные желания.
      Вместе с Евгенией Федоровной мы осматриваем машзал. Собственно, это не зал, а просто достаточно просторная комната. Давным-давно даже для больших универсальных машин уже не требуются ни фальшполы, ни принудительная вентиляция, но помещения, где их устанавливают, продолжают громко называть "машинными залами". В этом - три стойки мэйнфрейма, сетевой адаптер, системная консоль. В общем, стандартный набор. Но еще зачем-то пара "Нейронов". Не старинных персоналок, выпущенных в конце восьмидесятых, а перехвативших это название мастодонтов с нейроноподобной структурой логических элементов. А рядом, в дисплейном классе - консоли программистов и две рабочих станции. А в операторской, отделенной от машзала металло-стеклянной перегородкой - сервер и полдюжины "персоналок".
      Ну что же, вполне приличный парк. Есть где погулять технокрысе.
      Через десять минут, поблагодарив Евгению Федоровну и получив в ответ очаровательную кроваво-красную улыбку, я уже сижу в дисплейном классе.
      Программы-убийцы, подобно хищным птицам, одна за другой срываются с выделенной мне консоли, бит за битом проверяя ячейки памяти компьютеров. И через некоторое время возвращаются, не неся в когтях никакой добычи. Видно, придется запускать громоздкие эвристические программы, способные обнаруживать новые штаммы - да и то не все - "хамелеонов". Но делать это лучше в период минимальной загрузки машин, то есть - ночью. А пока продолжим соколиную охоту. Любимейшее, после турнирных боев, занятие средневековых рыцарей. И тоже - небезопасное. Ведь каждую секунду из какого-нибудь малозаметного овражка "операционки" может показаться голова огнедышащего дракона. И тогда...
      Кто-то, незаметно подкравшись сзади, наклоняется над моим плечом, и я вздрагиваю от испуга.
      - Михаил Олегович уже пришел, - тихо говорит Евгения Федоровна заново накрашенными кроваво-красными губами. Я поспешно встаю.
      Кажется, я понравился этой вампирше. Наверное, потому, что у меня кровь первой группы.
      Глава 5
      На директора, высокого сухощавого мужчину с прокуренными усами точно такими же, как у вахтера! - моя красная книжица действие произвела магическое. Он сразу же стал ниже ростом, засуетился, и даже кончики усов его выразили неописуемый восторг по поводу визита инспектора. Как хвост у собаки. В предписании, естественно, умалчивалось об истинной цели моего прибытия. Наивная предосторожность. Компьютерные бандиты прекрасно знают имена охотников. А лучших из нас - и визуально. Сему Малышева убили в Ростове на другой день после прибытия. И за двое суток успели замести все следы. Так до сих пор и неизвестно, что за программа-вирус там работала и с какой целью.
      - Говорят, вчера у нас уже был инспектор Управления, - осторожно сообщает Михаил Олегович. - Я, правда, временно отсутствовал, поэтому...
      - Григорий Андреевич, который у вас был - специалист по болтам, а я по гайкам, - поясняю я, принимая папки с документацией. - В память "Эллипса" описание сети что, не введено?
      - Введено-то введено... Только вот изменения, насколько я помню, внесены не все. Последний инцидент так точно не отражен. Все равно ведь придется скоро демонтировать, - оправдывается Михаил Олегович.
      - Далеко не все, - холодно поправляю я.
      - Кабель, который перебили в последний раз, в "Неводе" задействован не будет. Вот мы и не стали... лишнюю работу... Как нам тогда казалось, поспешно добавляет директор, наткнувшись на мой удивленный взгляд.
      Интересно, интересно. И Гриша мне ничего об этом не сказал. Не знал, что ли? В Управлении переполох, Крепчалов готов подозревать самое худшее, а здесь - просто авария на линии связи... Программу-протокол, обеспечивающую работоспособность сети, естественно, малость подрихтовали, но где-то допустили ошибку. Вот и получился "эффект веника".
      Я облегченно улыбаюсь. Это Гриша на всех страху нагнал. Все-таки ему еще рано самостоятельно охотиться. Только услышал шорох в кустах, и сразу в панику: медведь! А на самом деле...
      Где-то крыса перегрызла кабель. Система переключилась на резервный. Его зацепил пьяный экскаваторщик. На складе кабеля не оказалось. Вообще-то он есть, и много, но не тот, который нужен. А нужный сняли с производства. И трубы все переполнены, а рыть новую траншею нечем: экскаватор сломался. И денег нет. Какой там бюджет у мэрии... И наверняка нашелся талантливый системщик, взявшийся перестроить обмен в сети так, чтобы можно было обойтись без оборванного кабеля. Превратить, скажем, "эллипс" в "полуэллипс". Кого-кого, а талантливых инженеров у нас хватает. Трезвых экскаваторщиков - явно меньше. И если бы не ошибочка...
      - А что с ним случилось, с кабелем-то? - спрашиваю я, все еще улыбаясь.
      Михаил Олегович, чувствуя, что настроение мое по непонятным причинам улучшилось, улыбается в ответ.
      - Ну что с ним могло случиться? Линия связи была проложена с небольшими отклонениями от проекта. Один смотровой колодец перенесли на десяток метров в сторону, да и сделали его... тяп-ляп. Поэтому, когда в центральной котельной заснул дежурный и в трубах поднялось давление... В общем, этот колодец залило горячей водой. Стоял-то он не на месте! Его, конечно, быстро осушили, но разъединять оптические соединители не стали понадеялись на их герметичность. И напрасно. Через месяц из-за коррозии все восемь каналов вышли из строя. Привезли запасной кабель, но сразу проложить не успели, а ночью у него конец отрубили, метров пятьдесят. То ли шланговая оболочка кому-то приглянулась огород поливать, то ли пацанам на дубинки понадобился. Кабель стал короток, а нарастить нечем да и нельзя: муфта в трубу не пролезет. И купить негде. Его, оказывается, два года назад с производства сняли. А к тому, что выпускается взамен, старые оптические соединители не подходят. А чтобы новые использовать, нужно проект откорректировать. А институт, который...
      - Достаточно. И тогда вы решили...
      - Есть тут у нас один способный системный программист, Петр Васильевич Пеночкин. Вернее, не у нас, а на "Микротехнологии". Большой энтузиаст компьютерных сетей. Он-то и предложил изменить протокол обмена так, чтобы резервный вариант мог стать основным. Ну, то есть постоянно работать с поврежденным кабелем, как будто он и не нужен вовсе. Скорость передачи информации падает на чуть-чуть, а выигрыш времени получается солидный...
      Выложив самый сильный аргумент в пользу своей бездеятельности, директор замолкает.
      - И как, удалось вам?
      - Вполне! - снова оживляется Михаил Олегович. - Все задачи решаем в срок, у заказчиков - никаких претензий.
      Ага. Значит, никаких. Интересно. А может, и приступов по ночам никаких нет? И Грише все это приснилось?
      - Когда залило кабель?
      - Чуть больше полугода тому назад.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26