Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Фантастика (Махаон) - Александр ДИХНОВ

ModernLib.Net / Фэнтези / Керторию Портал / Александр ДИХНОВ - Чтение (стр. 20)
Автор: Керторию Портал
Жанр: Фэнтези
Серия: Фантастика (Махаон)

 

 


      – Похоже, майор, я упустил соль анекдота.
      – Похоже, – согласился майор, с трудом успокаиваясь. – Разуйте глаза! Я разул.
      – Да не на меня смотрите! На него! – Уилкинс ткнул пальцем в пришельца, чуть не угодив тому в живот.
      – И что? Негр, – я пожал плечами.
      – Сам ты негр! – неожиданно огрызнулся негр голосом Бренна Лагана… В общем, смеялись надо мной долго.
      Когда же веселье затихло и Бренн занял свободный стул, мы обменялись с Уилкинсом взглядами, в которых светилось редкое единодушие. В области досады. На редкость не вовремя проявился мой друг – я не успел припереть майора к стенке, а у него самого окончательно рухнули надежды вытащить меня с Аркадии… Бренн, которому в наблюдательности не откажешь, заметил наши козьи морды и ухмыльнулся:
      – Я могу пойти погулять. Могу даже вообще вас не находить, если угодно.
      – Брось! – Я подозвал официанта, заказал по рюмочке и поинтересовался:
      – Но что это значит? Тебя плохо лечили после ранения?
      – Нет, это загар, – в тон ответил Бренн, явно пребывавший в прекрасном настроении. – Если серьезно, то мы с Креоном отнюдь не были настолько уверены в своей безопасности здесь, чтобы не маскироваться. Ты откровенно подставляешься, Ранье.
      Убежденность, с которой это было сказано, произвела на меня впечатление, но я возразил:
      – У меня не было выбора – нам надо было как-то повстречаться. – Бренн кивнул, а я не сдержал усмешки:
      – А что Реналдо? Он тоже… э-э… провел свою родословную к Африке?
      – Нет, но и его ты вряд ли узнаешь… – Мало того что Бренн никак не среагировал на шутку, так еще и начал мяться, как перед неким неприятным заявлением. Но тут подали выпивку, и, освежившись, он снова заговорил непринужденно:
      – Да, Креон не отважился на столь радикальную меру, хотя я ему предлагал. В университете Денеба есть лаборатория, где меняют пигментацию кожи по новой умопомрачительной технологии. Сам видишь, прекрасные результаты и…
      – Это мы потом узнаем, – оборвал я болтовню. – После обратной метаморфозы. Так что же Креон?
      – Ну, он не стал. Была у него причина.
      – Да, у него должна была быть причина. – Я вспомнил, как ловко Креон заставил меня послать его на Аркадию, и уже допер, что собирается сказать Бренн…
      – Сообразил, да? Его жена здесь, Карин. Он говорил, кстати, что вы знакомы.
      – Aга! И еще он говорил, что отправил ее на курорт. А Аркадия – это, конечно, самый подходящий курорт для жены крупнейшего веганского банкира… Черт, как я раньше-то не догадался! – Я старался выглядеть сокрушенным, а тем временем искоса поглядывал на Уилкинса, но у того был совершенно искренний вид человека, плохо понимающего, о чем идет речь. – Давай-ка, Бренн, начни сначала.
      – Пожалуй, – задумчиво протянул мой старый товарищ, явно не ожидавший столь бурной реакции. Очевидно, Креон не удосужился просветить его относительно основной профессии своей почтенной супруги. – Рассказывать особо не о чем, но изволь. Первые три дня после прибытия на Денеб Гаэли и Креона мы проторчали там – ждали, пока я покрашусь. Ничего интересного. Потом связались с Ланом и договорились, чтобы он кинул нас сюда. Отправились на Антарес. Еще два дня, и тоже ничего интересного. С герцогом виделись минут десять, ни одного вопроса он не задал – вот вам портал, господа, будьте любезны!.. На Аркадии Креон сразу засуетился. Как говорится, дунул-плюнул, и обнаружилась его суженая. Честно говоря, меня, да и Га-эль, по-моему, тоже это мало взволновало – делу Карин не помеха, а… скажем так, посмотреть на нее приятно… Ну что, один вечерок поразвлекались, благо тут с этим раздолье, а наутро приступили, то бишь стали искать Марандо. Моментально возникли трудности – какие, думаю, объяснять не надо, вы наверняка сами с этим столкнулись. Но за пару дней нам удалось-таки внедриться в местную среду и кое-что разузнать. Но едва ли наша информация понравится тебе, Ранье…
      – Минуточку, – вдруг влез Уилкинс, глядя почему-то на меня. – Хотелось бы уточнить. Вы сказали, барон: «Нам удалось внедриться». Так вот «нам» – это кому? Реналдо и вам?.. Или Гаэли и Карин, у которых тут нашлись какие – нибудь друзья детства или сокурсники по учебе в университете? Бренн явно задумался еще пуще, а на Уилкинса посмотрел с большим уважением:
      – Вы правы, майор! И отмазки были такие же нелепые.
      Уилкинс саркастически ухмыльнулся – явно в мой адрес, – и не думаю, что мне удалось сохранить бесстрастное выражение лица. Я слишком хорошо понимал ход его мыслей. Бренн провел в обществе жены Креона несколько дней, и у него не зародилось ни малейших сомнений относительно ее личности, а Уилкинс догадался за пять минут заочно. Почему? Потому что знал, кто такая Гаэль, а аналогия напрашивалась. Дьявол! Я в очередной раз просто запретил себе думать на эту тему.
      – Где же информация, Бренн?
      – Все тайное рано или поздно становится явным. И обычно – поздно… – философски утешил себя Бренн. – М-да. Про Марандо, значит? Тогда сначала общие сведения. Князь Д'Хур на Аркадии – большая шишка, но на каком месте – неизвестно. Чем-то напоминает его положение на Кертории, верно?
      – Пока не могу сравнить.
      – Да нет, похоже, очень похоже… Как вы знаете, Аркадия контролируется несколькими кланами, над которыми существует нечто вроде консультативного совета. Ни в один клан, ни в этот совет Марандо не входит, но при всем том он – сила. Его отлично знают – аборигены, я имею в виду, – и боятся, здорово боятся. «Почему?», «Что он может сделать?» – на эти вопросы ответов мы не получили, но дрожь в коленках он вызывает – факт… Собственно, поразмыслив коллегиально, мы пришли к выводу: не будет ничего удивительного, если обнаружится вдруг, что
      Марандо – попросту хозяин Аркадии, который стоит над всеми. За счет чего, правда, непонятно…
      Если Бренн замолк в ожидании недоверчивых смешков и возражений, то напрасно. Особенно в свете нашего последнего разговора с майором… Своя планета была у графа Таллисто, и у меня тоже была, герцогу Венелоа подчинялась колоссальная военная организация, а Принцу – самая могущественная галактическая Империя. Так почему бы Князю Д'Хур не контролировать Аркадию? Напротив, это выглядело бы даже логично, вот только малоутешительно…
      – Дальше, – лаконично попросил я, и Бренн изумленно приподнял брови – на его новом лице смотрелось очень забавно…
      – Ты считаешь, что если Марандо и впрямь здесь всем заправляет, нам ничего серьезного не угрожает? Можно даже разгуливать в позе пахаря, сеющего капусту?..
      – Там видно будет, – неопределенно буркнул я, желая пресечь данный спор в зародыше, а то у Уилкинса явно засвербило высказаться тоже… – У тебя есть что-нибудь более конкретное? Адрес Марандо хотя бы?
      – Есть. Адрес – это единственное, что у нас есть стоящего. Радоваться, правда, не спеши… – Бренн хмыкнул и потер руки с не совсем понятным удовлетворением. – Марандо, похоже, начитался сказок «Тысячи и одной ночи», которые славно проинтерферировали в его башке с воспоминаниями о собственной молодости в стране Д'Хур. По крайней мере, иначе выбор им места жительства не объяснишь… Ты знаешь, что представляла собой Аркадия до терраформирования? Да? Так вот, скальные островки, торчащие кое-где из океана, никто не трогал. Они торчат и по сей день, совершенно голые, убогие и необитаемые. Все, кроме одного, – того, в котором живет Марандо!.. Да-да,
      Ранье, – он живет внутри скалы, одиноко стоящей посреди океана. Мы аккуратненько провели разведку вокруг – и с воздуха, и с моря – так по внешнему виду этот утес ничем не отличается от сотни таких же. Никаких признаков входа там нет. Некому даже сказать: «Сезам, откройся!» – если тебе понятна данная цитата. Говорят, внутри там тоже весьма оригинально по меркам XXV века: пещеры и гроты, освещенные факелами – факелами, Ранье! – пол, устланный коврами, сундуки, полные камней, золота и прочих драгметаллов… Такая вот обстановочка. Признаюсь, не отказался бы взглянуть на это своими глазами, но возможность не просматривается. Абсолютно не просматривается. Никто не знает ни как попасть внутрь скалы, ни как туда попадает сам Марандо…
      Звучало впечатляюще, нечего сказать. Я уже начал подумывать, что повседневный пессимизм Уилкинса на этот раз был, простите за каламбур, основательно обоснован. Но существовала ведь еще одна, самая элементарная возможность…
      – Чем вы занимались после обнаружения такой неприятности? – спокойно поинтересовался я, и Бренн обиделся на то, что его красноречие пропало втуне.
      – Чем, чем!.. Пытались выяснить, бывает ли Марандо в местах более цивилизованных. И если да, то где и как часто… Результаты, доложу вам, дерьмовые: хоть Марандо и чаще вылезает из своей крепости, чем ты, Ранье, в свою бытность на Новой Калифорнии, но ненамного. Единственное, что он посещает достаточно регулярно, – ипподром на том побережье. При этом ставок не делает, только приходит и смотрит на скачки. Послезавтра в Пирл Коуст разыгрывается один из самых престижных местных кубков. Мы ждем и выдумываем всякие фантазийные планы на тот случай, если Марандо туда заявится.
      – Понятно, – я кивнул. – Скажи честно, Бренн, кто из вас командует? Гаэль?
      Бренн смутился, подозреваю, даже порадовался про себя, что негры не краснеют.
      – Да, в общем… Во-первых, у нее всегда такой вид, будто она знает, что делать. А во-вторых… Ну, знаешь, спорить с ней трудно.
      – Знаю. Но это не важно. Я не к тому.
      – А к чему? Мы не правильно действовали? – моментально вскинулся он. – Что же, по-твоему, мы упустили?
      – Самое простое. Многократно испытанный способ. Прежде, чем объявлять охоту на Марандо, надо было попытаться поговорить с ним. По-хорошему!

Глава 2

      Некоторым вещам не свойственно меняться" – именно этот трюизм пришел мне в голову после завершения осмотра ипподрома Пирл Коуст, получившего свое название непосредственно по месту, где он был расположен (надо заметить, имена собственные на Аркадии не блистали оригинальностью – совсем под стать моим мыслям). И не то чтоб я имел большой опыт посещения подобных заведений и мог исходить из личных воспоминаний – просто, по моим представлениям, зеленый ковер беговых дорожек, кое-где перегороженных разной высоты изгородями и барьерами, сложенными из деревянных брусьев, выглядел точно так же, как и шесть веков назад, на заре конного спорта. Единственная открытая трибуна, в центре которой я находился, полукольцом охватывала поле и была оборудована козырьком, защищавшим от солнца, и комфортабельными сиденьями. Это, конечно, диссонировало с образом XIX века, но на XX, например, вполне тянуло… Лошади, которых конюхи уже начинали разминать на тренировочном поле сбоку, тоже не стали вдвое больше или длиннее. Да что там, даже бинокли, выдаваемые желающим при входе на трибуну, были допотопной, чисто оптической конструкции. Даже приз, который предстояло разыграть, носил традиционное и безыскусное название – Золотой Кубок по стипль-чезу… Легко было вообразить, что ты все-таки перенесся в глубокое прошлое на пресловутой машине времени – идея, нещадно эксплуатируемая в течение столетий, но так почему-то и не воплотившаяся в реальность…
      Впрочем, можно ничего и не воображать. Особенно если есть дела поважнее, а у меня таковых хватало. Я специально пришел на ипподром с большим запасом, почти за полтора часа до назначенного на два забега. Якобы для того, чтобы освоиться в обстановке, а на деле – только ради возможности побыть в одиночестве и подумать.
      И в первую очередь о тех, кто мешал заняться этим раньше. То есть о… какое бы слово подобрать… нашей компании. Престранная она была по каким угодно меркам: трое керторианцев, вышедший в отставку военный гений, в перспективных планах которого значился захват Галактики, высококвалифицированный агент одной из могущественнейших контрразведок в качестве жены (или, наоборот, жена в качестве спецагента) и Гаэль. По вполне очевидным причинам, она меня интересовала много больше других, но одновременно оставалась самым загадочным персонажем. Гаэль соответствовала, так сказать, уникальному уровню остальных, но ткнуть пальцем, кроме, пожалуй, ее происхождения, было не во что. И главное, по-прежнему нисколько не хотелось… Накануне я дал себе очередное торжественное обещание проанализировать от начала до конца все, связанное с ней. Честно и преданно глядя правде в глаза. Но исполнить намеченное не удалось. Стоило подумать о Гаэли, как мои мысли устремлялись в сторону того, что, например, у нее красивая внешность и очень импонировавшая мне манера общения, или что находиться рядом с ней мне легко, приятно и даже в некотором роде лестно (кое-какие мелочи в поведении моих старых друзей заставляли чувствовать именно это). Или что Гаэль была искренне рада нашей встрече… Короче говоря, у нас были прекрасные отношения, и я ничуть не хотел выяснить вдруг, что она жестоко меня обманывает. Потому что боялся ее потерять. Вот это была самая презеленая правда. И точка.
      Хотя косвенно я все же позволил себе небольшую вольность. В плане счета. Я попытался прикинуть, каков в нашей дружной команде счет керторианцев против шпионов. Как минимум он (счет то бишь) был 3:1. Но вполне мог быть 3:2, если не все 3:3… Не вдаваясь в детали своих размышлений, отмечу, что в итоге я склонился к золотой середине – 3:2. К тому же итогу меня подталкивала и интуиция: если угодно, 3:1 было маловато для поддержания интриги, в то время как 3:3 ее бы перегружало… И в этой связи стоит заметить еще одно. Не в порядке бахвальства, но все же скажу: я был чертовски близок к разгадке. Ко многим разгадкам. По меньшей мере, я совершенно не сомневался, что у меня достаточно данных для построения верной гипотезы и без всякого Марандо. Более того, я даже прослеживал в развитии ситуации определенные закономерности, некий общий контур. Наверное, впервые с момента выхода под свет юпитеров я не нуждался в услугах суфлера… Однако до основополагающих выводов дело на ипподроме Пирл Коуст так и не дошло. Не знаю, чего не хватило. Настойчивости скорее всего. А может, велико было подсознательное желание понаблюдать за развитием событий на Аркадии… Вы только не подумайте, будто я сожалею. Неизвестно ведь, как бы что произошло, догадайся я о чем-то тогда. История не терпит сослагательного наклонения – вот вам еще один трюизм…
      В действительности же мои мысли как-то незаметно перескочили от прошлого к будущему. Причем самому ближайшему – вполне вероятной встрече с Князем Д'Хур. Почему я был так уверен в ее возможности? Придется вернуться немного назад…
      Итак, после беседы с Бренном воспоследовала и торжественная встреча с остальными. Случилась она в холле местного отеля «Хилтон», где остановились мои скрывающиеся друзья. Там же (в «Хилтоне») состоялся ужин, во время которого обсуждалась дальнейшая программа. Первым делом я официально принял на себя руководство мероприятием. Возражающих не нашлось, собственно, это было воспринято как нечто само собой разумеющееся… И прекрасно, потому как я был солидарен с незабвенным полковником, утверждавшим, по словам Уилкинса, что «нет решений хуже коллегиальных». В качестве же новоиспеченного вождя я принял два решения: во-первых, мы не будем в дальнейшем особо маскироваться и таиться (все равно любой шпик, даже страдающий поражением большинства органов чувств, уже должен был нас выследить), и, во-вторых, то самое, о чем я говорил Бренну, – для начала стоит попробовать встретиться с Марандо в тихой и мирной обстановке. А чтобы сообщить ему о нашем желании, используем простейший способ: напишем письмо и пригласим на рандеву. Время и место последнего вызвали бурный спор, но в итоге я посчитал лучшим предложение Гаэли: два часа дня, ипподром Пирл Коуст. Раз Марандо и так сюда собирался, ему это будет удобно. А если он подумает, что нам многое известно о его привычках, – так это даже и неплохо.
      Поскольку я не силен в эпистолярном жанре, составление послания мы поручили известному мастеру подметных записочек – Бренну. Справился он, с моей точки зрения, превосходно, да и у остальных не возникло нареканий.
      "Уважаемый Князь!
      Общее развитие событий в Галактике настоятельно диктует необходимость нашей с Вами встречи. Поэтому с Вашей стороны было бы крайне любезно прибыть на ипподром Пирл Коуст к началу скачек на Золотой Кубок. Я буду ждать Вас в одной из индивидуальных лож.
      С уважением, герцог Галлего".
      Отличный текст. Немногословно, но многозначительно – по его прочтении у меня отпали последние сомнения, что Марандо клюнет.
      Однако проблема все же возникла. С забрасыванием удочки – не подали водоем, так сказать… Изначально я планировал доставить письмо Князю по аналогии с тем, как это сделал в известном случае Бренн. Но мне указали на ошибку: для отправки письма с помощью карманного керторианского телепортера (так это теперь, по мнению Бренна, называлось) нужна была такая малость, как почтовый ящик или нечто, способное его заменить. В моем замке на Новой Калифорнии подобное имелось, а вот на скале Марандо как-то не наблюдалось… Это вызвало затруднения. Как не силился, но вспомнить официальный адрес Марандо я не смог, а посылать письмо, прописав в пункте «куда»: «Аркадия, скала имярек» – было как-то несолидно.
      Меня выручил Креон. Следующим утром за завтраком он сообщил, что помнит координаты банка, услугами которого пользовался Марандо, а там, в свою очередь, обязаны знать электронный адрес столь значительного клиента. Реналдо добавил, правда, что в банке нам никаких тайн не выдадут ни за какие коврижки, но я сразу сообразил: а в этом-то как раз необходимости нет. Поэтому после завтрака мы наняли флаер, пересекли по диагонали единственный рукотворный континент Аркадии и десантировались на Пирл Коуст (головной офис искомого банка тоже находился здесь, и случайность такого совпадения выглядела для меня весьма неоднозначной)… А затем я тупо вошел в банк, обратился к первому попавшемуся клерку и потребовал немедленной аудиенции у управляющего. Разумеется, некоторое время меня не воспринимали всерьез, но, к счастью, какие бы пертурбации ни происходили в Галактике, моя визитка по-прежнему действовала – ни один уважающий себя финансист чисто физически не мог послать куда подальше обладателя капитала моего размера. Так что аудиенция была мне дарована, и для начала я, признаться, изрядно удивился. Если исходить из представшего передо мной экземпляра, аркадские банкиры здорово отличались от, скажем так, среднегалактического образца. Скорее уж они могли бы послужить ходячим доказательством справедливости эволюционной теории… Невысокий, коренастый тип с выступающими надбровными дугами и заметно скошенным подбородком – именно так, насколько я помнил, должны были выглядеть предки человека на предыдущей ступени развития. Стандартный двубортный костюм сидел на этом управляющем столь же элегантно, как на корове седло, а его экономические способности вызывали у меня известное недоверие. Но к делу все это, конечно, не относилось, а в период жизни на ринге я навидался рож и похлеще. Поэтому я только отставил излишнюю куртуазность и изложил суть вопроса в выражениях простых и понятных.
      Я заявил, что мне известно, будто один выдающийся гражданин Аркадии, живущий на острове посреди океана, является клиентом данного банка. А мне нужно передать ему совершенно срочное послание. Как это сделать?
      После того, как у оппонента стартовал мыслительный процесс, я однозначно уверился, что попал по адресу и небольшая порция отнекиваний и препирательств между нами носит ярко выраженный условный характер. Затем горилла вышел с целью «посмотреть, что можно для меня сделать» – читай «пошел говорить с Марандо»… Результат оказался тем, коего я и ожидал – дескать, передать можно, но только без обеспечения секретности. На том и порешили. Я даже выслушал заверения – Марандо получит письмо в течение суток.
      И все, собственно. Остаток дня мы бесцельно проболтались по Пирл Коуст и нанесли визит в Гран-Казино, где совокупными усилиями товарищам удалось отговорить меня от совершенствования своей системы азартных игр. Вместо этого мне было предложено разработать диспозицию на предстоящий день, но тут семи пядей во лбу не требовалось.
      Гаэль и Креон с восходом солнца загрузились во флаер и улетели на юг, к острову Марандо. Их задача была предельно ясной – пасти момент, когда Князь Д'Хур вылезет из своего убежища, дабы получить представление о том, как вообще это делается. Безусловно, все мы сомневались, что Марандо может засветиться столь тривиально, но пренебрегать не стоило даже ничтожным шансом. По этой же причине, кстати, с Креоном отправилась Гаэль, а не его собственная жена. Для Карин – единственного официально признанного спецагента – я выбрал соответствующее ее возможностям задание: проследить за Марандо после нашей встречи. Ну а Уилкинс вместе с приданным к нему Бренном выполнял привычную работу – осуществлял мое прикрытие. Правда, как они собирались это проделывать, я не знал – во всяком случае, обнаружить Их на ипподроме визуально мне не удавалось.
      Так что с какого-то момента я полностью углубился в свои мысли и развлекался построением разных моделей разговора с Марандо. Фактически я был убежден – он не только будет иметь место, но и получится. Мне казалось, будто я немного лучше остальных понимаю мотивы поведения Князя Д'Хур и поэтому отношусь к нему иначе. Для начала я не считал его своим непримиримым врагом, да и врагом вообще, и мало сомневался, что он не разделяет такую точку зрения. Да, он помогал Вольфару в его афере, это можно было утверждать как доказанный факт, но почему-то никто не удосуживался подумать, что за ним стояло… По моему же мнению, причины действий Марандо были главным образом историческими. Как я упоминал однажды, Князь Д'Хур занимал в иерархии Кертории уникальное место – сбоку в некотором роде. Он выступал полновластным сувереном в своей горной стране, но формально являлся вассалом Короля. Степень формальности этой зависимости разнилась в течение веков, но в последнее правление стала практически максимальной – по сути, я попросту не помнил, чтобы Король Торл отдавал какие-либо приказы Князю Д'Хур: самому Марандо и его предшественнику. Учитывая такое положение вещей, казалось весьма странным, что Марандо – единственный, между прочим, представитель горцев – ввязался в галактическую авантюру. В сущности, правдоподобным выглядело лишь одно объяснение (его в свое время предложил мой дядя): целью Марандо, за которым стоял весь его народ, было не захватить, а разрушить королевскую власть. В первую очередь уничтожить Принца. Тогда при любом исходе дела страна Д'Хур могла бы не признать нового монарха и сделать Кертории ручкой, реализовав свою давнюю мечту о полной независимости… Я знал, что бы мне возразили Бренн или Реналдо – трудно поверить, будто после полувека, прожитых в новом, куда более сложном и интересном мире, Марандо еще вспоминает о своей родине и даже готов за нее бороться. Но Марандо мог, он выглядел очень… упертым – вот самое подходящее слово. А если так, то в игре, предложенной Вольфаром, он должен был увидеть долгожданную возможность нанести Принцу сокрушительный удар; на остальных, меня к примеру, ему было начхать. Теперь же обстоятельства изменились, прежний план провалился, и Марандо по-любому нужно изыскивать нечто новое. В таком ракурсе я мог ему пригодиться – вряд ли он забыл, что на последнем Совете мы вступили с Принцем чуть ли не в открытую конфронтацию. Так что, если бы мне удалось качественно изобразить приверженность данной линии, тогда… все казалось возможным.
      Как видите, я хорошо подготовился. Только вот время бежало – ипподром заполнялся народом, полным ходом шел прием ставок, разогревшихся лошадей уводили в паддоки, откуда им предстояло выйти непосредственно на старт, а Марандо не появлялся. Не могу сказать, что сильно беспокоился – по логике Князь и должен был прийти в последний момент, – но кое-какой мандраж все-таки присутствовал, и я вновь принялся высматривать хоть что-нибудь любопытное…
      Впрочем, если я хотел обнаружить своего визави, то следовало смотреть назад – дверь в ложу находилась именно там. Поэтому вполне естественно, что голос Марандо раздался оттуда.
      – Добрый день, герцог! – поприветствовали меня по-керториански, причем надо заметить, что перевод этот не очень корректный – в нашем богатом на формулировки языке данный вариант был едва ли не самым сдержанным и даже пренебрежительным. Скорее уж нечто вроде «здорово»…
      Такое начало, признаться, меня смутило, и я обернулся молча, а вот Марандо живенько продолжил (замечу сразу, что вся беседа прошла на керторианском):
      – А где ваши друзья?
      Явный вызов, короче говоря. Мгновение поколебавшись, я пожал плечами:
      – Наверное, им нравится наблюдать за скачками с других позиций.
      – Но отсюда видно лучше.
      – Смотря куда смотреть. Вы же тоже своих не привели, не так ли?
      – Это верно, – Марандо чуть усмехнулся, как будто довольный тем, что мы сразу же схлестнулись, и резко ткнул подбородком в сторону расположенного рядом со мной кресла.
      Я сделал приглашающий жест, за которым последовало занятие мест согласно купленным билетам и придирчивый взаимный осмотр. Не знаю, что зафиксировал Марандо, но я убедился – передо мной сидит малоприятный внешне карлик с накачанной, как у культуриста, грудью и длинными, невероятно разработанными руками – его бицепсы в объеме не уступали моим, а такое не каждый день увидишь, я вам скажу. Что же касается лица, то за исключением цепких темно-карих глаз оно было… гм… похоже на шарж цвета хорошо пропеченного картофеля… Честно говоря, даже зеркало обычно предоставляло мне более приятные в эстетическом смысле результаты.
      – Как поживаете? – неожиданно спросил Марандо, и я снова растерялся. Но лишь на мгновение…
      – Спасибо, отдых на Аркадии доставляет мне удовольствие. А как вы? – не давая ответить, я участливо приподнял брови:
      – Не жалуетесь на здоровье? Говорят, даже при самом хорошем климате в этих пещерах ужасная сырость.
      Марандо неопределенно хрюкнул и пожал квадратными плечами:
      – Сыровато конечно. Но это вопрос привычки. Кому-то нравится арбуз, кому-то – свиной хрящик.
      Не чувствуя в себе сил бороться с народной мудростью; я решил перейти к делу и обратился формально:
      – Князь, как я уже писал, мне надо обсудить с вами…
      – Хм, я вижу, вы не настроены на светскую беседу, – по-хамски перебил меня Марандо, и я слегка ощерился:
      – Будто вы настроены!
      – На ближайшие несколько минут. Давайте посмотрим заезд.
      Действительно, лошади уже заняли позиции на старте, и флаг должны были поднять с минуты на минуту… Ну что ж, если Марандо так любил скачки, не следовало ему мешать. Я даже поинтересовался, придерживаясь вполне светского тона:
      – Каково ваше мнение знатока? Кто сегодня победит?
      – Фаворит.
      – А кто фаворит?
      Марандо ни единым знаком не выдал пренебрежительного отношения к дилетанту и охотно пояснил:
      – Аладдин. Гнедой в четвертом слева боксе. Жокей в алом с золотым. – Чуть помолчав, Марандо с легкой ноткой иронии добавил:
      – Это моя лошадь.
      Нетрудно было догадаться: алый и золотой – цвета знамени страны Д'Хур и Князя лично. Похоже, Бренн был прав по обоим пунктам. Во-первых, восточные сказки крепко втемяшились в голову нашего горца, если даже его призового жеребца звали Аладдин. А во-вторых, тайная власть Марандо и впрямь соответствовала худшим предположениям – я все-таки просматривал программку и помнил, кто в ней значился в качестве официального хозяина лошади. Не буду называть имя, но отмечу, что принадлежало оно главе одного из наиболее влиятельных местных кланов, владевшему, среди прочего, и самим ипподромом Пирл Коуст… И не было ни малейшего шанса, что Марандо брякнул про Аладдина от излишнего самодовольства. Нет, это была незамысловатая демонстрация силы.
      В общем, во время заезда мне было о чем подумать, благо протекал тот далеко не захватывающе. На стартовом отрезке в лидеры вырвались две лошади, значительно опередив общую группу, где находился и фаворит. Но уже на середине дистанции Аладдин начал затяжной спурт, легко преодолел гандикап, без натуги обошел лидеров и финишировал в гордом одиночестве, опередив ближайшего соперника на пять-шесть корпусов. Легкость, с которой этот прекрасный скакун переиграл и соперников, и препятствия вызывала восхищение, но на душе у меня вдруг стало очень пасмурно…
      К сожалению, Марандо повел себя не в соответствии с моими ожиданиями. Да, он как будто не жаждал моей крови, но и только. Ни колебаний, ни тени смущения – напротив, Князь выглядел совершенно непробиваемо, а его манера разговаривать зачастую ставила меня в тупик. Пожалуй, я впервые столкнулся с оппонентом, явно превосходившим меня силой духа, и это не внушало никакого энтузиазма… Пытаясь спешно перестроиться и заново сориентироваться, я решил потянуть время и полюбопытствовал:
      – Вы знали результат заранее? Или Аладдин на самом деле сильнее?
      – Сильнее конечно, – без малейшей обиды бросил Марандо, рассеянно следя за подготовкой к церемонии вручения Кубка. А потом обернулся ко мне:
      – Вы же знаете, герцог, как на Аркадии относятся к нечестной игре. Такого даже я не могу себе позволить… Итак, я вас слушаю. М-да, вот и потянул. Тем не менее одно стало ясно – все высокохудожественные замыслы можно затолкать себе в задницу, а резать надо правду-матку. Иначе просто засмеют…
      – Нисколько не сомневаюсь, Князь, что вы прекрасно осведомлены о событиях, творящихся в Галактике. Более того, вы принимали… или принимаете… в них деятельное участие. Не будете отрицать?
      Как часто говорят, на лице Марандо не дрогнул ни один мускул, и ответил он твердо и серьезно, без всякого вызова:
      – Не буду.
      – В таком случае, наш разговор вырождается в очень простой вариант: мне нужна ваша помощь, чтобы кое в чем разобраться, и я хочу узнать, на каких условиях вы готовы ее предоставить.
      Марандо сдержанно, даже уважительно кивнул, как бы отдавая дань трезвому подходу, и… промолчал. Я угадал, что занимает его мысли: способ быстро перехватить инициативу. Что ж, он его нашел:

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28