Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Черный бриллиант (№2) - Черный бриллиант

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Кейн Андреа / Черный бриллиант - Чтение (стр. 11)
Автор: Кейн Андреа
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Черный бриллиант

 

 


Я же не смог так поступить, как и не мог понять терпимости Хью, ведь он сам был таким скромным и добродетельным человеком. Правда, Хью верил в необходимость быть преданным своей семье, и это был один из его основных жизненных принципов. Теперь, когда я раздумываю над этим, мне кажется, что общими чертами характера у нас с братом были верность своим жизненным принципам и преданность друг другу. — Джулиан склонил голову и уставился глазами в пол. — Я хотел поделиться с ним своим хорошим здоровьем и крепким телосложением. Но этого не произошло. Хью был слабым, как тростник, а я был очень закаленным. Я почти не припоминаю времени, когда бы он не болел или не выздоравливал после болезни. Меня ночью часто будил его кашель, я лежал и слушал, мечтая о возможности поделиться с ним своим здоровьем. Но к несчастью, это было невозможно. Когда он умер… — пожал плечами Джулиан, — …разорвалась последняя нить, соединяющая меня с поместьем Морленд.

В горле у Авроры застрял комок.

— Я помню тот год, когда он умер, — сказала она тихо. — Мне было мало лет, но я хорошо помню, как Слейд рассказывал новости моим родителям, приехав из Оксфорда на каникулы. Он был очень расстроен, несмотря на все разногласия между нашими семьями. Несомненно, Слейд очень высоко ценил твоего брата.

— Слейд был очень добр ко мне, когда умер Хью, несмотря на ненависть, существовавшую между нашими семьями. Я никогда не забывал и не забуду об этом.

— Я уже говорила, что у вас со Слейдом много общего.

— Мы с ним преданны нашим семьям, по крайней мере тем своим родственникам, которые нуждаются в нашей преданности и заслуживают ее. Слейд отдал бы свою жизнь, чтобы защитить тебя. У меня не было такой возможности: я не мог сохранить жизнь Хью, несмотря на все мои отчаянные попытки и молитвы. Но пусть я буду проклят, если позволю, чтобы его имя осталось испачканным тем злом, которое причинили людям мои отец и дед, или обвинением в краже, которой никогда не было. Я собираюсь восстановить честное имя Хью. И только молю Всевышнего, чтобы я смог вернуть ему добрую память.

Аврора ничем не могла помочь ему. Она подошла к Джулиану и положила руки ему на плечи.

— Честь Хью так же безупречна, как и твои чувства к нему. И нет никакой необходимости ее восстанавливать. Почему же ты уверен в обратном?

— Потому что, как мудро заметил мой отец, честь Хью больше ему не принадлежит, поскольку он не может ее сейчас проявить. Теперь мне предстоит ее восстановить.

— Но почему Лоуренс так сказал?

— Чтобы заставить меня выполнить волю. И самое плохое, что доводы этого ублюдка неопровержимы. Каждое его гнусное слово.

— Он сообщил тебе все это после смерти Хью?

— Нет, после своей собственной смерти.

Аврора глубоко вздохнула:

— Я не понимаю тебя.

— Подожди, сейчас я расскажу тебе остальное. — После того как Джулиан начал говорить, он был, казалось, не в состоянии остановиться. — Мой прапрадед не единственный человек, который завещал мне трудную задачу в тот день, когда я просил у Слейда твоей руки. Когда Генри привез металлический ящик Джеффри в Морленд, я уже был удостоен сомнительной чести прочитать послание моего отца. Он тоже оставил мне кое-что, только с его стороны это вряд ли можно назвать подарком. — Аврора почувствовала, как напряглись руки у Джулиана. — Он завещал мне проклятие черного бриллианта. Я должен найти камень и снять проклятие. И он получил все что хотел — мое согласие. Как? Напомнив мне, что запятнаны не только мое и его имя, но и имя моего брата Хью. И до тех пор пока вопрос о краже камня не будет решен, имя Хью всегда будет связано с мрачным прошлым. И я, как последний оставшийся в живых Бенкрофт, — единственный, кто может исправить эту чудовищную несправедливость, не ради него, а ради Хью. Он оказался прав. Так же, как и ты, когда догадалась, что у меня есть другая причина, заставляющая меня искать этот чертов бриллиант. Да, и эта причина — мой брат.

— Лоуренс шантажировал тебя, заставляя искать камень? — повторила Аврора, не веря, что даже такой негодяй, как Лоуренс, мог опуститься до этого. — Он на самом деле своими язвительными намеками заставил тебя почувствовать, что на тебе лежит ответственность за то, чтобы снять пятно с имени Хью?

— Я спокойно переношу колкости моего отца, Аврора. По крайней мере те из них, которые необоснованны и предназначаются мне. Но подумай сама. Я последний Бенкрофт, меня совершенно не волнует моя собственная репутация, но я переживаю за репутацию моего брата. Так чья же это обязанность — сохранить незапятнанной память о Хью, если не моя?

Аврора была вне себя от злости и не могла ничего противопоставить логике Джулиана. Во всяком случае, бремя, которое лежало теперь на его плечах, было, конечно, незаслуженным, но все-таки его бременем.

— Неудивительно, что ты так настойчиво убеждал меня выйти за тебя замуж, — пробормотала она.

— Это была не единственная причина для нашего брака.

— Я знаю, — быстро заверила его Аврора, — и не утверждаю обратного. Меня не удивляют и твои мотивы. Как я уже говорила, я чувствовала, что тобой движет что-то личное, но просто не догадывалась, что именно. Теперь я знаю что. — Она помолчала, стиснув зубы. — Но если я раньше просто ненавидела Лоуренса Бенкрофта, то теперь я смогла бы убить его.

— Из-за меня?

— Не ты ли только что говорил о необходимости защиты своей семьи? — спросила Аврора. — Так вот, ты — мой муж. Разве это не причина для того, чтобы я захотела защитить тебя?

Глаза Джулиана потеплели, и в них загорелись маленькие огоньки.

— Да, дорогая, наверное, это подходящая причина, — Он привлек Аврору к себе, она прижалась щекой к его жилетке. — Спасибо тебе.

— Пожалуйста, — улыбнулась Аврора, очень обрадованная тем, что действительно достигла некоторого прогресса, стараясь разрушить крепкую стену, за которой скрываются чувства Джулиана. — Понимаешь, возможность поделиться своими чувствами так же важна, как и любовь. Откровенность ранит только сначала и только на мгновение. После этого ты испытываешь только одно сплошное удовольствие.

Прямо рядом с ее ухом раздался громкий смех Джулиана:

— Я запомню твои слова, дорогая.

— Как тебе будет угодно. — Взгляд Авроры упал на альбом. — Хью был очень талантливым художником.

— Да, конечно. — Джулиан отпустил ее и нагнулся, чтобы поднять альбом. — У него были потрясающие способности изображать все нюансы. Он унаследовал это от Джеффри, а я нет.

— Твой прапрадед был художником?

— Как тебе сказать… Он довольно хорошо рисовал. Взгляни, — указал Джулиан на висевшую на стене подробную схему поместья Морленд.

— Это нарисовал Джеффри? — Удивившись, Аврора подошла поближе, чтобы хорошенько рассмотреть схему.

На схеме было изображено обширное пространство земли, разгороженное на множество участков. Две тропинки вели к дому с юга, одна — от конюшен, другая — от сада. Третья тропа извивалась к северу от сдаваемых в аренду наделов до самых дальних границ поместья.

— Это действительно нарисовал он. Если ты приглядишься, то различишь его подпись и дату. Я увидел их и потратил больше часа на изучение этой чертовой темы, надеясь, что найду с ее помощью ключ к разгадке. Она, конечно, точна, но мне ничего не удалось обнаружить на ней.

— Точная схема, — пробормотала Аврора. — Словно ее рисовал Сокол. Но по иронии судьбы Джеффри ведь был Лисой. Сейчас снова, и также по иронии судьбы, тебя прозвали Мерлином. Видно, сама судьба хочет, чтобы партнерство Джеффри и Джеймса существовало и поныне. Для этого они сами, наверное, и спрятали равные доли своего наследства. — Она рассматривала схему, одновременно удивляясь, как художнику удалось так подробно изобразить поместье. — Ты прав, Хью унаследовал талант прадеда. Просто удивительно, что эти дороги выглядят как настоящие, словно они сами тянутся к своему определенному месту назначения. — Аврора провела указательным пальцем по двум пересекающимся линиям: — Эти две тропинки ведут к живой изгороди вокруг дома, сначала они бегут отдельно друг от друга, а потом сливаются. А эта, — она указала на извилистую дорожку, начинающуюся от сдаваемых в аренду наделов, — сворачивает на север и полностью исчезает. — На ее губах появилась очаровательная улыбка. — Ты знаешь, вся эта картина напоминает мне о легенде, которую любил мистер Сколлард. Он рассказывал ее мне много раз, наверное, поэтому она и стала моей любимой, ведь мне тогда было всего восемь лет.

— И о чем же эта легенда? — с улыбкой спросил заинтересованный Джулиан.

— О реке Тамаре. Ты знаешь эту легенду?

— Все, что я знаю о Тамаре, я узнал, плавая по ней. Она поразительно живописна, извивается среди холмов и долин. Ее берега закованы известняковыми скалами, где ютятся деревни. Она отделяет Корнуолл от Девоншира и течет до Плимута. Этой удивительной области около реки посвящено много творений наших поэтов. Поэтому, хотя я и не знаю никакой легенды о Тамаре, но и не удивлюсь, если таковая существует.

— Ты хочешь послушать ее? Джулиан хихикнул:

— Я готов наслаждаться ею.

— Легенда объясняет, как Тамара получила свое имя. — Аврора пристально посмотрела на схему, начав свой рассказ: — Река была названа в честь красивой морской нимфы Тамары, которая когда-то давно жила в пещере глубоко под землей. Тамара отчаянно хотела увидеть великолепный и красочный мир, который, как она знала, существовал наверху. Поэтому, несмотря на предостережения своего отца о том, что по земле Дартмута ходят великаны, Тамара все-таки нашла дорогу на поверхность. Выбравшись наверх, она убедилась, что отец действительно был прав. Два великана — Тави и Торридж — увидели Тамару и влюбились в нее, причем каждый из них захотел обладать ею. Они гнались за Тамарой через торфяники до северного берега Корнуолла, где поймали ее и потребовали, чтобы она выбрала кого-нибудь из них. Ее отец, взбешенный тем, что дочь не послушала его, так и не смог убедить ее вернуться назад. Тогда он с помощью волшебства наслал на великанов глубокий сон и превратил Тамару в серебряный тихий поток. Когда Тави проснулся, то обратился к своему отцу-колдуну, который также превратил сына в поток, спешащий через торфяники и прокладывающий свой путь сквозь лесистую местность в поисках Тамары. Наконец Тави нашел ее, и они слились вместе, плавно и медленно впадая в Ла-Манш. Торриджу тоже удалось превратиться в реку, но он сбился с пути и побежал в другую сторону, на север через холмы в Атлантический океан. — Аврора прикоснулась к линии, которой Джеффри обозначил тропинку, тянущуюся от сдаваемых в аренду наделов на север: — Вот это Торридж спешит на север через леса, чтобы исчезнуть в океане. А эти, — она показала две линии на схеме, тянущиеся к югу и сливающиеся перед живой изгородью, окружающей дом Морленда, — они, как Тамара и Тави, встречаются на землях Дартмута, около Тавистока, и плавно впадают вместе в море.

— Встречаются в… — На лице Джулиана появилось озабоченное выражение, его глаза впились в схему. — Ты сказала, что это довольно известная легенда?

— Да, наверное. Мистер Сколлард часто рассказывал ее. Джулиан резко вскочил на ноги, ему потребовалось всего четыре широких шага, чтобы подойти к Авроре.

— Повтори, что ты только что говорила о слиянии двух рек.

Аврора бросила на него озадаченный взгляд:

— Никогда бы не подумала, что ты такой романтик. Ну да ладно. Эти тропинки похожи на русла рек Тамары и Тави перед тем, как они сливаются в Тавистоке и текут к Ла-Маншу.

— Значит, это там.

— Что это?

— Ты просто подсказала нам нужный ответ. — Джулиан показал на часть схемы поместья, где две тропинки соединялись и тянулись вниз. — Металлический ящик должен быть где-нибудь в этом районе.

— Джулиан, помилуй Бог, о чем ты говоришь?

— Подумай, Рори. Я предполагал, что ящик находится в Морленде, просто пока мы его не нашли. Потом я решил, что Джеффри и Джеймс спрятали здесь не ящик, а ключ, который поможет найти его. Как оказалось, они спрятали здесь и то, и другое. Ключ здесь, на схеме, прямо перед тобой. А ящик? Образно говоря, он тоже в Морленде, точно там, где это изображено на схеме. На самом деле он находится где-нибудь за торфяниками Девоншира, между Тавистоком и Калстоком.

Глаза Авроры округлились от удивления.

— Ты говоришь, что Джеффри нарисовал эту схему как некую секретную карту?

— Точно. Посмотри внимательнее и подумай над самой легендой. Если эти две тропинки изображают две реки, а Морленд — то место, где они сливаются, то эта маленькая живая изгородь перед домом изображает холмы Тавистока, а высокая изгородь за домом — известняковые скалы, которые тянутся до океана. Посмотрим на другие образы. Вот это выглядит как горная тропинка, иногда пересекающая расщелины, иногда поднимающаяся в небо на перевалы к самым вершинам.

— Да, в этом есть какой-то смысл. — Сердце Авроры бешено заколотилось, она внимательно рассматривала ту часть схемы, на которой был изображен дом поместья Морленд. — Неудивительно, что мистер Сколлард постоянно повторял мне эту легенду, чтобы я ее запомнила. Значит ли это, что все, о чем говорил мне мистер Сколлард, для меня гораздо важнее, чем кажется на первый взгляд? Впрочем, я не могла понять этого в то время. Он наверняка точно знал, что мне когда-нибудь потребуется эта информация для… — Внезапно Аврора замолчала, придя в восторг от радостного предчувствия: она наконец нашла то, что они искали?

— Джулиан, взгляни. — Дрожащей рукой Аврора указала на основание первой полосы живой изгороди позади дома. Там было небольшое темное пятно, едва различимое под величественным пиком, поднимающимся от этого основания. — Здесь карандашом сделана жирная метка, похоже на то, что ее поставили уже после того, как была нарисована эта схема. Как ты думаешь?

— Да, действительно. — Джулиан внимательно рассматривал точку, его глаза загорелись торжеством. — Где еще можно спрятать ящик лучше, чем в расщелине основания одинокой скалы? Это же идеальное и прекрасное место для тайника. Ты просто молодец. — Он обнял Аврору, крепко поцеловал и отпустил. — Поехали.

— Поехали? — У Авроры перехватило дыхание не столько от действия его поцелуя, как от его слов. — В скалы?

— Конечно. — Лицо Джулиана отражало бурную радость, которая пронизывала также и Аврору. Он опустил руку в карман и достал ключ, который нашел в соколиных клетках Джеймса. — Ну, моя прекрасная авантюристка, самое время проверить легенду мистера Сколларда и посмотреть, как твоя нимфа Тамара и ее великан Тави примут нас.

Аврора оторвала свой восхищенный взгляд от ключа и посмотрела на мужа.

— Веди, Мерлин, к нашему очередному приключению, к ящику Джеймса.

Глава 9

Скалы поразили Аврору своим великолепием даже больше, чем ей рисовало воображение.

Проехав в экипаже от Морленда, они с Джулианом провели ночь в Плимуте, потом на рассвете отплыли из города на небольшом судне. Молодые люди отправились на север против течения Тамары от места ее впадения в море и плыли мимо множества величественных известняковых скал, пока не добрались до самого северного их пика.

— Я благодарен Джеймсу, что он выбрал расщелину, а не вершину скалы, чтобы спрятать свой металлический ящик, — заметила Аврора, внимательно осматривая величественные скалы. — Они немного пугают меня своей вызывающей высотой.

— Они смертельно опасны, — согласился Джулиан, взглянув на схему Джеффри. — Нам повезло еще и в том, что он выбрал для тайника первый пик, а не какой-нибудь другой подальше. Поэтому нам не надо взбираться на высокие кручи, что, несомненно, сократит время. которое мы потратим на поиск ящика. Прямо за этой точкой русло Тамары резко сужается. Там мы повернем и направимся на юг. Схема Джеффри, очевидно, нарисована так, что сверху находится юг. Наверное, это сделано для того, чтобы расщелину не было видно тем, кто плывет к северу от моря. Ну вот, — Джулиан показал рукой в направлении зеленых зарослей, появившихся впереди, — мы почти у цели.

Через минуту Джулиан умело повернул суденышко, направляя его в лесистые заросли. Эти пышные купы вечнозеленых растений даже сейчас, в зимние месяцы, с трудом пропускали солнечный свет, хотя и не цвели. Поток поворачивал ближе к скале, которая круто поднималась из воды.

— Тут есть расщелина, как на схеме Джеффри, — воскликнула Аврора, подобрав свои юбки и устремившись на нос судна.

Джулиан проследил за ее взглядом, нацеленным на трещину в известняке, которая соответствовала жирной карандашной заметке на схеме Джеффри.

— Да, это действительно она. — Он быстро спустил парус, направляя лодку ближе к берегу. Потом Джулиан привязал ее к стволу старого дуба, наклонившегося к реке. — Можно идти. — Он собрал свои инструменты и спрыгнул на берег, поворачиваясь, чтобы помочь Авроре. Обернувшись, Джулиан увидел, что она уже давно на земле и взбирается на крутой скат.

Он засмеялся и последовал к расщелине вслед за своей женой.

— Джулиан, быстрее! — Аврора легко спрыгнула вниз.

— Извини, что задержал тебя, дорогая, — с иронией сказал Джулиан. — Я остался собрать наши инструменты, подумав, что они могут нам пригодиться. Или ты собираешься разбрасывать камни руками?

Аврора жалобно улыбнулась ему:

— Извини, но я же уже говорила тебе, что терпение никогда не было моим достоинством.

— Да уж, это точно.

Ухмыльнувшись, Джулиан присел на корточки и стал ощупывать дно расщелины, пока не нашел шатающийся валун. После этого он всерьез взялся за этот камень, откалывая от него небольшие кусочки и откидывая их в сторону. Наконец ему удалось отбить от валуна больший кусок.

Торжествующе вскрикнув, Джулиан поднял и откинул его в сторону, под камнем показалась дыра.

— Что там? — спросила Аврора, опускаясь на колени рядом с ним.

Джулиан нахмурился:

— Пока не знаю. Мне надо еще немного поработать здесь заступом, а то рука не пролезает в эту дыру.

— Моя пролезет. Дай я проверю, что там, вдруг смогу нащупать ящик. По крайней мере мы тогда уж точно будем знать, продолжать ли долбить скалу в этом месте или перейти к следующему.

Аврора наклонилась и просунула свою ладонь в отверстие, опуская руку глубже и глубже, пока пальцы не дотронулись до какого-то твердого и гладкого предмета.

— Джулиан, — сказала она взволнованно, — мне кажется, я нашла его.

— Хорошо, — произнес Джулиан спокойным голосом. — Самое время последовать основному правилу авантюристов. Ничего нельзя считать своим, пока достоверно не убедишься, что ты нашел именно то, что искал. Но и тогда это еще не твое. Оно станет твоим только после того, как ты крепко схватишь его руками и устранишь все возможные препятствия, которые могут возникнуть у тебя на пути. А теперь посиди так, как сидишь сейчас. Я попробую немного разобрать камни около твоей руки. Как только я это сделаю, ты сможешь провести рукой по поверхности ящика. Ты запомнила, как выглядит ящик Джеффри?

— Да. Позолоченный ободок вокруг и четыре кнопки — две маленькие, две большие, под одной из которых спрятана замочная скважина.

— Прекрасно. — Джулиан уже долбил камень вокруг запястья Авроры и откидывал один за другим его кусочки в сторону. — Пусть твои пальцы станут твоими глазами. Поищи-ка те детали, которые ты только что обрисовала мне.

— Сейчас. — Аврора нетерпеливо пододвинулась, помогая убирать камешки, которые постепенно откалывал Джулиан.

— Терпение, дорогая, — пробормотал Джулиан, словно прочитав ее мысли. — Поспешность часто приводит к беде. — Он надсадно крякнул, отодвигая в сторону огромный осколок камня. — Ну, как теперь?

— Лучше. — Аврора опустила ладонь сверху на жесткую поверхность и принялась пальцами ощупывать свою находку. — Там металлический ящик, — заявила она, — я уверена в этом. Пальцами можно почувствовать золотую резьбу, кнопки и даже все четыре боковые стенки, примыкающие к крышке. Мы нашли его, Джулиан.

— Ну что ж, значит, самое время извлечь нашу добычу. — С твердой решимостью Джулиан помог Авроре вытащить руку, посмотрел в расщелину и многозначительно кивнул. — Как мне кажется, его еще никто не трогал. Давай попробуем вытащить нашу находку наверх.

В течение получаса они вдвоем долбили и откалывали камни. Наконец их усилия были вознаграждены.

Отложив инструменты в сторону, Джулиан нагнулся над образовавшимся отверстием, поднимая ящик из каменного плена. Раздался резкий скрежет, и ящик освободился.

— О, Джулиан, это действительно металлический ящик Джеймса. — Аврора вытерла грязным рукавом свой лоб, не подозревая о том, что на лице после этого остались темные полосы. Ее платье и накидка были тоже в грязи. — Давай откроем его.

— Не сейчас. Сначала сядем в лодку и поторопимся отплыть от берега.

Что-то в интонации Джулиана заставило Аврору осмотреться.

— Ты думаешь, за нами следят? — спросила она, обводя взглядом обширные пространства лесов и небольшую деревню, видневшуюся вдали. — Если следят, то кто? Ваш мистер Стоун? Негодяй Маккол? Или один из тех воров, которые рыщут около Пембурна в поисках черного алмаза?

— Последнее маловероятно, — ответил Джулиан, садясь на корточки. — Воры потеряли интерес к Пембурну после того, как я опроверг все эти нелепые обвинения, выдвинутые моим отцом.

— Да, ты прав. Попытки проникнуть в Пембурн и письма с угрозами почти прекратились. Следовательно, если это не разбойники… — Аврора снова осмотрела местность. — У Стоуна нет причин прятаться, особенно сейчас, когда мы познакомились официально. Ты полагаешь, это Маккол? Думаешь, он обнаружил нас?

— Нет, — покачал головой Джулиан. — Маккол достаточно смел, чтобы охотиться на меня, но недостаточно практичен, чтобы незаметно последовать за мной, тем более по воде. Если бы он это сделал, я бы уже давно заметил его. Нет, на самом деле я не думаю, чтобы за нами в этот раз следили. Однако…

— Я знаю, — прервала его Аврора, сверкая глазами. — Основное правило авантюристов — устранить все возможные помехи. — Она поднялась на ноги, стараясь стряхнуть комки грязи со своего платья. — Скажи мне, Мерлин, пора спешить? Или это будет слишком заметно? Может, мы должны пройти очень тихо, чтобы не возбудить подозрений?

Джулиан засмеялся и встал, взяв ящик и инструменты под мышку.

— Торопиться не только разрешается, но и рекомендуется. Вперед.

Продираясь сквозь кусты, они спустились со скалы. Платье Авроры несколько раз за время этого спуска цеплялось за ветки и рвалось. Наконец, когда они подошли к лодке, Аврора, поддерживаемая Джулианом вскочила на палубу и беспокойно засуетилась, ожидая, пока муж опустит ящик и инструменты, а потом присядет рядом с ней.

— Ну а теперь, — попросила она, — быстрее открой его.

Джулиан достал ключ, потом, помедлив, отдал его Авроре, а сам стал развязывать веревку, которой лодка была привязана к дереву.

— Почему бы тебе самой не открыть ящик?

— Мне? — пристально посмотрела на него Аврора. — Ты не шутишь?

— Джеймс был твоим прапрадедом, следовательно, юридически этот ящик принадлежит тебе. — И Джулиан с дразнящей усмешкой поднял парус. — Кроме того, ты заслужила награду, так прекрасно и удачно проявив себя, — настоящая авантюристка. — Он сжал ее руку и снова сел за руль. — Открывай ящик, а я поведу лодку. Все, что в нем находится, — твое, Рори.

Дрожа от возбуждения, Аврора опустилась на колени рядом с ящиком и нашла на нем такую же кнопку, под которой на ящике Джеффри была спрятана замочная скважина. Она сильно нажала на эту кнопку и отвела ее в сторону до тех пор, пока не открылось отверстие для ключа. Потом Аврора вставила в скважину ключ, надавила на него и не спеша повернула, пока замок не открылся с характерным щелчком.

Аврора посмотрела в глаза Джулиану.

— Браво, дорогая, — похвалил он ее. — Теперь посмотрим, что оставил нам Джеймс.

Облизав губы, Аврора подняла крышку, расположив ящик таким образом, чтобы они оба могли видеть его содержимое.

Их взглядам предстал кинжал, украшенный соколиной головой. Под кинжалом лежал листок бумаги с текстом, выцветшим от времени.

Аврора достала из ящика листок и кинжал. Она сначала внимательно рассмотрела кинжал, после чего передала его для осмотра Джулиану.

— Точно такой же, как у Джеффри.

— Да, действительно, — согласился Джулиан. — Очевидно, таким образом Джеймс дает нам понять, что найденное — подлинное наследство Сокола. — Он направил лодку в нужном направлении, бросив быстрый взгляд на листок в руке у Авроры. — Один край страницы с зазубринами, текст печатный, а не рукописный. О чем это говорит?

— Наверное, эта страница вырвана из книги. — Аврора нахмурилась, переворачивая листок на другую сторону и просматривая его содержание. — Текст напечатан с двух сторон. Здесь рассказывается об охотничьих повадках соколов, точнее, кречета и пустельги.

— Двух самых маленьких соколов, — вслух размышлял Джулиан. — Интересно. Нам надо более внимательно прочитать текст, чтобы понять, что именно хотел от нас Джеймс. На какую фразу мы должны обратить внимание? Нет ли там каких-нибудь пометок?

— С обеих сторон нет никаких пометок, никаких подчеркиваний или обведенных слов, нет даже заметок на полях. — Аврора провела пальцем по неровному краю страницы. — Хорошо, что текст не пострадал, когда вырвали страницу. — Она ненадолго замолчала, задумавшись. — Интересно, из какой же книги ее вырвал Джеймс?

— Это может оказаться так же важно, как и то, что напечатано на самой странице, — высказал вслух свою мысль Джулиан. — Я предлагаю безотлагательно уехать из Плимута в Пембурн и показать наши находки Слейду и Кортни. В конце концов, у нас больше нет неотложных дел, из-за которых нам надо было бы прямо сейчас, когда мы нашли ящик Джеймса, возвращаться в Морленд. Кроме того, твои брат и невестка заслуживают того, чтобы узнать о наших находках.

Аврора понимающе посмотрела на него:

— Не говоря уже о том, что в Пембурне находится библиотека Джеймса, где собраны все его книги о соколах. Одну из этих книг ты горишь желанием получить, а именно ту, которую мы ищем.

Джулиан засмеялся:

— Ты становишься все более и более проницательной.

— Наверное, моя интуиция обостряется только по отношению к тебе, — язвительно заметила Аврора, внимательно следя за профилем мужа и проверяя его реакцию. — Осторожнее, Мерлин. Я начинаю мгновенно понимать то, о чем ты думаешь.

Джулиан лукаво посмотрел в ее сторону:

— Ты мне угрожаешь?

— Только если будешь упорно пытаться сохранить эти жалкие стены, которые ты воздвиг вокруг себя. — Улыбка Авроры была очаровательной. — Если же нет, то я совсем безобидна.

— Рад слышать это, дорогая. А то я уже начал задумываться, каким ужасным соперником ты была бы для меня.

Язвительный тон Джулиана вызвал раздражение Авроры. Она ожидала от мужа большей осмотрительности, но, передразнивая ее, он намеренно уклонялся от темы разговора и умело расстраивал любые посягательства на свои чувства. «Черт с тобой, Джулиан, — закипая от злости, подумала Аврора. — Ты все равно не сможешь огородиться от меня навсегда. Я не позволю тебе этого сделать».

Она задумалась, почему вдруг с такой горячностью ухватилась за это решение. Да, конечно, Джулиан был для нее сложной проблемой, с которой она пообещала себе справиться. Но сила желания Авроры сломать стены, за которыми прятались его чувства, значительно превосходила все, что она когда-либо испытывала до этого момента, решая свои более простые жизненные задачи. Что же так сильно ее взволновало? Да, Джулиан дал все, что обещал, когда делал ей предложение, — приключения, восторг, страсть. Он поклялся разделить с ней радости своей жизни, передать свой богатый опыт. Но Джулиан не обещал, что поделится с ней сокровенными мыслями и чувствами.

Не обещал, что откроет ей сердце.

Так почему же для нее крайне важно получить от него все это? Почему она не могла просто принять все эти чудеса, которые Джулиан уже предложил ей, — посмотреть мир, разыскивая черный бриллиант и подпитывая пожар страсти? Почему этих соблазнов для нее уже недостаточно?

Ответ был очевидным и поразительным одновременно:

Аврора влюбилась в своего мужа.

Она чуть не застонала вслух. «Как же это могло произойти?» — с удивлением подумала Аврора. Еще месяц назад она даже и не знала, кто такой Джулиан Бенкрофт. Каким образом он покорил ее сердце в течение нескольких дней?

И все же для того чтобы поверить ему, ей понадобилось всего несколько минут.

Чтобы поверить человеку, совсем не нужно много времени, доверие рождается внутри тебя и чаще основано просто на интуиции. Она сама говорила так, возражая Джулиану в тот день, когда он делал ей предложение.

Так как же она смогла бы отказаться от этого утверждения, если всем сердцем чувствовала, что оно верно? Ведь она сама поверила Джулиану с самого начала, поверила в его благородные намерения, в его порядочность и честь. Она доверила ему свою жизнь и будущее, почему-то заранее зная, что он даст ей все необходимое.

Наверное, она просто не понимала, как много всего ей потребуется.

Но любовь? В отличие от доверия любовь требует времени, близкого знакомства, ухаживания. Разве не так?

Но у Слейда с Кортни не было всего этого.

Аврора крепко зажмурила глаза, ошеломленная своим открытием. «А я такая дурочка, — мысленно обругала она себя, вспоминая о том, что всякий раз, когда они с Джулианом занимаются любовью, ее просто переполняют чувства. Причем чувства слишком глубокие, чтобы объяснить их только вожделением, вызываемым страстью, и становившиеся все более сильными раз за разом. — Глупая, наивная дурочка. О чем пытался рассказать мне мистер Сколлард, когда сравнивал с Кортни? Он напомнил о тех днях, когда она боролась со своими чувствами к Слейду, после того как неожиданно вторглась в его жизнь. Очевидно, мистер Сколлард только хотел предупредить меня, что скоро мне предстоит испытать нечто похожее по отношению к Джулиану. Только я была слишком тупой, чтобы понять его. Теперь я поняла вас, мистер Сколлард, — с сожалением призналась себе Аврора. — Вопрос только в том, что мне со всем этим делать?

В данный момент ничего…»

Это решение созрело у нее в сознании так же определенно, как и понимание своих чувств. И хотя Аврора все еще была потрясена своим открытием, что влюбилась в Джулиана, у нее хватило благоразумия ничего не предпринимать, пока она не свыкнется с этой мыслью. Ведь черный бриллиант все еще где-то спрятан, а тени прошлого все еще охотятся за их жизнями. Еще столько дел надо завершить, над столькими вопросами поразмыслить!


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22