Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Погибший Мир (Ричард Блейд, странствие 17)

ModernLib.Net / Лэрд Дж / Погибший Мир (Ричард Блейд, странствие 17) - Чтение (стр. 3)
Автор: Лэрд Дж
Жанр:

 

 


      - Смею вас уверить, сэр, что оривэи во всем подобны людям и щупалец не имеют, - мстительно заметил Блейд.
      Шеф окатил его холодным взглядом.
      - Вам лучше знать, Ричард... если только вы не стали жертвой иллюзии.
      - Какая чушь! - Лейтон хлопнул по столу сухонькой ладонью. - Чушь в энной степени, мой дорогой! - он устремил на Дж. горящий взгляд. - Мы не должны упускать такую уникальную возможность. Я настаиваю на продолжении контактов! - Его светлость повернулся к Блейду. - И в следующий раз вы, Ричард, должны...
      - На следующий раз я пока не получил приглашения, - со вздохом признался Блейд. Ночь с Кассидой была великолепна, и он не отказался бы от повторения, но инициатива тут исходила не от него.
      - Однако известен адрес этой особы!
      - Адрес - и только, - произнес Дж. - Она исчезла.
      - Хм-м... - Лейтон выглядел разочарованным. - Что же тогда вас беспокоит?
      - То, что она в любой момент может вновь выйти на Ричарда, и мне это не нравится. Я предпочел бы, чтоб он находился сейчас там, где его никто не сумеет достать.
      - Таких мест на Земле нет, - буркнул Лейтон.
      - А кто говорит о Земле? - Дж. снисходительно улыбнулся. - Мы можем убрать Ричарда из поля зрения этих паллатов надежным и проверенным способом. Лучшего места, чем Измерение Икс, для этого не найти! - Шеф МИ6А неторопливо выколотил трубку и ткнул чубуком в сторону Лейтона: - Так сколько времени вам понадобится, чтобы подготовить компьютер к очередной переброске?
      - Установка готова, и можно отправляться хоть завтра. Правда, еще не закончены испытания третьей модели телепортатора, так что стоило бы подождать месяцдругой...
      - Простите, сэр, - Дж. решительно прервал старика, - должен вам напомнить, что за меры безопасности отвечаю все-таки я. Ричарда надо убрать с Земли, и немедленно!
      Блейд тяжело вздохнул. Похоже, рассчитывать на новое свидание с обольстительной Даной-Кассидой не приходилось.
      * * *
      Следующее утро выдалось не по-июньски сырым и прохладным. Блейд, передернув плечами, шагнул в кабину лифта, который должен был доставить в подземный лейтоновский лабиринт. Он не был суеверным, но все же предпочитал, чтобы родной мир провожал его более приветливо. Впрочем, сколько раз ему случалось отправляться в странствия, когда в Лондоне моросил осенний дождь или задувал пронзительный январский ветер! Погода не влияла на успешность его миссии; до сих пор он возвращался всегда.
      - Вы точны, как обычно, - приветствовал Блейда старый ученый, когда тот перешагнул порог маленького кабинетика. Сегодня Лейтон выглядел несколько надутым; он не любил поражений, и воспоминания о вчерашней баталии с Дж. заставляли его светлость изредка кривить губы.
      Блейда это не радовало. Сейчас, когда приближался момент старта в иную реальность, он слегка нервничал, и хмурая физиономия Лейтона не прибавляла спокойствия. Вероятно, старик понял его состояние; лицо Лейтона разгладилось, он ободряюще потрепал Блейда по плечу и даже соизволил улыбнуться.
      Привычный ритуал подготовки к перемещению несколько успокоил странника. Он разделся, втер в кожу темную вонючую мазь, предохраняющую от ожогов в местах контакта с электродами, и обернул вокруг бедер клочок ткани. Последнее было, скорее, данью традиции - он всегда оказывался в Измерении Икс полностью нагим, словно новорожденный младенец.
      Обмазанный с ног до головы мазью, придерживая узкую набедренную повязку, Блейд прошел в центр компьютерного зала. Огромные металлические шкафы тяжело нависали над ним, их серые матовые поверхности почти не отражали света; из-под закрытых кожухов слышалось басовитое гудение, словно мириады шмелей кружили над летним лугом в нескончаемом хороводе. Временами Блейду чудилось, что в этих массивных стойках таится чуждый и зловещий разум, по сравнению с которым и он сам, и лорд Лейтон были всего лишь ничтожными пигмеями. Интересно, какие чувства испытывал бы человек, внезапно превратившись в букашку?
      Сгорбленная фигурка Лейтона сновала среди шкафов, руки с длинными узловатыми пальцами бегали по кнопкам и тумблерам, взгляд метался в созвездиях бесчисленных шкал и циферблатов. Наконец старик закончил наладку, направился к стеклянной клетке, где под широким раструбом коммуникатора восседал Блейд, и начал неторопливо прикреплять электроды к его телу. Вскоре странник выглядел так, словно стал жертвой нападения целого полчища маленьких, ярко раскрашенных змей с блестящими металлическими головками. Отходившие от контактных пластин провода скрывались в массивном конусе коммуникатора, что нависал над его головой; оттуда толстый жгут кабелей тянулся к панели гигантского компьютера. Блейд опустил веки и постарался расслабиться.
      Ему не пришлось долго ждать. Ровное гудение машины нарушил резкий щелчок тумблера, затем голос Лейтона спросил:
      - Готовы, Ричард?
      Не открывая глаз, Блейд поднял оттопыренный большой палец. Он почти физически ощутил, как пальцы Лейтона стиснули красную рукоять рубильника, как рычаг плавно пошел вниз... Внезапно ему почудилось, что зал переворачивается вверх ногами. Покрытый изоляционным пластиком пол оказался под головой и, приподняв веки, он увидел лорда Лейтона, застывшего около пульта и похожего на уродливую летучую мышь, покрытую серой шерстью.
      Потолок, казалось, уходил все дальше и дальше вниз, его белесые оштукатуренные своды с редкими пятнами сырости маячили где-то под ногами. Белый цвет начал сереть, превращаясь в неясную тьму с бесформенными кружащимися зелеными отблесками. Блейд уже не ощущал ни твердого сиденья кресла, ни острого покалывания электродов, ни пахнувшего пластмассой и разогретым металлом воздуха.
      Зеленые тени под ним становились все ярче и ярче, постепенно сменяя темноту. Они казались теперь живыми, мечущимися, но их судорожные движения не были хаотичными; они искали - упорно, целенаправленно. Блейд почувствовал, как по спине прокатилась волна холода, вызвавшая озноб. Тени обрели очертания зубастых чудовищных голов с разинутыми пастями, качавшимися на концах длинных змеевидных шей. Странник висел над ними, словно спелый плод на ветви, и молился, чтобы чудовища не заметили его.
      Наконец одна из тварей подняла голову, пасть ее приоткрылась, обнажая острые, отливавшие сталью клыки. Жуткая зеленая морда придвигалась все ближе, челюсти раскрывались все шире и шире, и Блейд понял, что едва сдерживает вопль ужаса. Еще минута - и гигантский зев поглотил его; тело пронизала мерзкая холодная дрожь. Теперь со всех сторон, куда бы он ни посмотрел, его окружали стальные зубы, острые, как лезвия кинжалов. Внезапно огромная пасть с гулким чмоканьем захлопнулась, отрезав странника от окружающего мира; зеленоватые сумерки сменились густым непроницаемым мраком.
      Блейд вскрикнул и потерял сознание.
      ГЛАВА 3
      Блейд очнулся. Воспоминания гасли, миражи рассеивались, видения прошлого медленно уплывали куда-то... Может быть, они взлетали к темным небесам вместе с дымом костра, что пылал на поляне?
      Он лег на живот и, охватив рукой черенок огромного листа, свесился с ветви. Луна, совсем похожая на земную, и жаркий костер давали достаточно света, чтобы он мог разглядеть каждую из восьми фигур; волосатые пленники, привязанные к деревьям на опушке, тонули в полумраке. Блейд видел, как женщины закончили ужин и стали споласкивать руки и лица, поливая друг другу из кожаного бурдюка. Затем они разбрелись по поляне и меж деревьев, не заходя, однако, вглубь и подбирая все сухие ветки и сучья, которые могли найти в лесной тьме. Вернувшись к огню, девушки подбросили в костер сушняка, но большую часть сложили рядом, про запас. От новой порции топлива пламя вспыхнуло, загудело, превратившись в яркую оранжевую пирамиду, выбрасывающую искры и языки огня футов на шесть вверх.
      Похоже, они собирались спать, и Блейд с напряженным вниманием следил, будет ли выставлен часовой. После недолгих раздумий предводительница хлопнула по плечу светловолосую девушку, напомнившую ему Дану-Кассиду - ту самую, которая днем щеголяла полуобнаженной. Впрочем, теперь она была одета; ночной ветерок, гулявший по поляне, казался довольно прохладным. Светловолосая закинула на плечо лук и колчан со стрелами и начала медленно обходить костер; на поясе у нее висели меч и нож.
      Остальные женщины устроились у жарко пылавшего костра, покопались в своих объемистых мешках и вытащили сшитые из шкур накидки. Затем дружно, словно по команде, разулись, сняли туники и, завернувшись в плащи, легли ногами к огню, сразу став похожими на гигантских толстых гусениц, застывших в траве. Как и предполагал странник, после утомительных развлечений и сытного ужина они заснули быстро и крепко. Их светловолосая подруга поначалу несла охрану довольно бдительно. Потоптавшись на месте, она принялась энергично расхаживать взад-вперед по поляне, поглядывая в темноту, отодвинутую ярким пламенем к неохватным древесным стволам. Иногда девушка склоняла голову, прислушиваясь к звукам ночного леса. Блейд различал сонный щебет птиц, странные вскрики и далекий визг, но ничего похожего на грозный рев крупного хищника уловить не удавалось. Возможно, здесь не было опасных зверей и вообще никаких четвероногих; это объясняло бы ту беспечную уверенность, с которой девушки расположились на ночлег в глухом лесу.
      Блейд, тихо ступая босыми ногами, переместился к стволу. Он не стал искать подходящий отросток лианы; вьющиеся растения так густо оплетали ствол, что его ступни и ладони могли найти надежную опору даже в темноте. Стараясь не шуметь, странник сполз вниз и скользнул в густую траву. До костра было ярдов пятьдесят; приподнявшись, Блейд разглядел озаренное огнем лицо девушки. Она зевала! Сейчас черты ее казались юными, почти детскими, и на миг сожаление кольнуло его: лишь десять или пятнадцать минут отделяли эту молодую красавицу от плена, а ее подруг - от поражения... возможно, от тяжких ран и смерти. Он сморщился, подавив жалость. Как ни крути, ему придется атаковать не учениц воскресной школы, а команду охотников за рабами; еще неизвестно, кто выберется из схватки живым. Эти девушки владели клинками не хуже амазонок Меотиды, а души их не ведали сострадания.
      Блейд снова посмотрел на девушку, отметив, что ее энтузиазм явно идет на убыль - она присела у костра, привалившись спиной к мешку. Затем он увидел, как плечи молодой охотницы поникли, а голова опустилась на грудь. Через минуту она сбросила с плеча лук и колчан и положила их в траву; руки ее безвольно покоились на коленях.
      К тому времени, когда странник подобрался к лагерю шагов на десять, светловолосая оставила все попытки перебороть сон и сидела на земле, скрестив ноги, лук девушки валялся в стороне, а голова мерно покачивалась вверх-вниз. Подруги ее безмятежно спали, и Блейд, подкрадываясь к сваленному в груду оружию, невольно ухмыльнулся. Сколь часто мы вверяем свою жизнь и свободу в чужие руки - и сколь часто и то, и другое утекает меж пальцев нерадивого стража будто вода! Странник знал, что через минуту лагерь будет в его власти.
      Он замер, чуть приподнявшись над травой и прислушиваясь. В лесной чаще теперь стояла почти полная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием гаснущего костра, стрекотом птиц да слабыми стонами привязанных к деревьям волосатых. Охотницы мирно спали, словно люди, честно выполнившие долг и получившие в награду заслуженный отдых, Блейд не мог различить ни похрапывания, ни сопенья, ни шумных вздохов.
      Он не собирался убивать этих женщин. Конечно, они обходились с волосатыми дикарями без лишних церемоний, но тут был их мир, и он пока не имел права ни осуждать, ни оправдывать увиденное; он слишком мало знал для этого. Блейд замер в траве за спиной дремлющей девушки, поглядывая на кучку луков и мечей. Как только он доберется до оружия, остальное будет просто...
      Внезапно светловолосая пошевелилась, что-то пробормотала, словно ей привиделся дурной сон, и руки Блейда почти инстинктивно метнулись к ее шее. Он надавил пальцами на нервные узлы за ухом и под челюстью, и девушка мгновенно обмякла, оседая в траву; ее сон перешел в обморок.
      Странник встал и, сделав три шага, склонился над оружием. Он выбрал лук - побольше остальных - и закинул его себе за спину вместе с туго набитым колчаном, поднял меч и начал методично срезать тетивы, не забыв и о луке, который валялся около колен незадачливой охранницы. Длинный острый кинжал, мешок, кожаная фляга и полотняная туника завершили его экипировку. Покончив с ней, Блейд побросал мечи и копья в костер. Металл, конечно, не сгорит, но нагреется так, что оружие не скоро можно будет взять в руки.
      Звякнули клинки, один за другим падая на рдеющие угли, девушка, лежавшая поближе к огню, очнулась и села, мотая спросонья головой. Внезапно глаза ее широко распахнулись, потом застыли - могучая нагая фигура Блейда маячила в полумраке, словно ожившее каменное изваяние. Странник не имел представления, верила ли эта амазонка в злых духов или лесных демонов, но она оказалась не из пугливых, издав пронзительный вопль, полный ярости и изумления, девушка выхватила нож и бросилась к нему. Блейд небрежно отмахнулся мечом, и гневный крик перешел в стон боли, когда на гладкой коже предплечья заалела длинная царапина. По инерции девушка пролетела вперед, наткнулась на подставленную ногу и рухнула в траву. Реакция Блейда была мгновенной - прижав ступней правую кисть охотницы к земле, он приставил меч к ее шее. Девушка дернулась и затихла. Тогда он поднял голову и осмотрел ее подруг.
      Все шестеро уже сидели, недоуменно уставившись на него и пытаясь осознать случившееся. Блейд, придав лицу необходимую суровость, взмахнул клинком, отблески пламени заиграли на полированном металле.
      - Никому не двигаться, - не повышая тона предупредил он. - При попытке сопротивления она умрет первой, - странник кивком головы указал на распростертую у его ног женщину, - а вы последуете за ней. Не советую ничего предпринимать. Будете вести себя спокойно - получите шанс добраться до дома живыми, если не наткнетесь в пути на шайку своих мохнатых приятелей.
      В глазах черноволосой предводительницы мелькнуло изумление. Теперь Блейд мог рассмотреть ее поближе и мысленно признал, что эта молодая женщина выглядит весьма привлекательно. Правда, черты ее портили излишняя резкость и суровость, но фигура была великолепной. Она казалась постарше остальных девушек - Блейд дал бы ей лет двадцать восемь по земному счету.
      - Кто ты? Откуда взялся? - ее голос был сильным и уверенным. Рука женщины дернулась к узкому пояску, нашаривая рукоять ножа; кроме этой полоски кожи на ней не было ничего. Потом она разжала пальцы и резко тряхнула головой, словно пыталась прогнать кошмарный сон. Остальные безмолвно переводили взгляды с Блейда на свою предводительницу. Они выглядели ошеломленными, и странник про себя отметил, что черноволосая красотка может оказаться опасней всей своей команды. Во всяком случае, она быстро справилась с растерянностью.
      - Ты ведь не сенар, я полагаю? - ее руки протянулись к Блейду в полувопросительном, полуутвердительном жесте. - Для сенара шкура у тебя тонковата...
      Блейд ухмыльнулся, сообразив, что брюнетка имеет в виду волосатых.
      - Не сенар, безусловно... и шкура тонковата, и мозгов побольше, согласился он.
      - Тогда кто же ты? - женщина вдруг понизила голос, словно не хотела, чтобы ее расслышали подруги - Пришелец из-за Дая? Или с запада, с земель, что лежат за Каменным Серпом? - теперь в ее тоне звучало недоумение. - И что делаешь на границах Брегги, нарушая запреты Великой Матери? Ее кара будет страшной! Здесь не место самцам, сгубившим мир!
      Блейд прервал ее, взмахнув мечом, губы его искривились в саркастической усмешке. Итак, в этом мире он - презренный самец! Ни ум его, ни сила, ни знания не нужны никому; он - самец, и только! В Сарме его хотя бы признавали за мужчину...
      Он заговорил, по-прежнему спокойно, не торопясь и тщательно подбирая слова.
      - Не думаешь ли ты, женщина, что сейчас тебе стоит помолчать и обойтись без угроз? Я не боюсь кары Великой Матери и ничего не знаю о самцах, сгубивших мир. Помоему, - Блейд вытянул клинок к гигантским древесным стволам, возносившим густые кроны к темному небу, - мир этот выгладит вполне прилично. Он широк и просторен, и в нем хватит места для женщин и для мужчин.
      - Для вас - нет! - с внезапной яростью вскрикнула черноволосая. Вы, самцы, порождены тьмой и ужасом, вы низвели на землю Разрушение, вы...
      - Я видел, как ты недавно с охотой попользовалась самцом, волосатым порождением тьмы, - заметил Блейд. - Великая Мать не против таких игр?
      Предводительница привстала на коленях, сжимая нож, к ее щекам прилила кровь, зрачки гневно сверкнули.
      - Придет день, и я так же попользуюсь тобой... а потом перережу твою глотку! - прошипела она.
      - Не думаю, - Блейд пожал плечами. - Я опытный воин, и до моей глотки добраться нелегко. Сейчас я мог бы проколоть тебя насквозь, но к чему? В далекой стране, откуда я родом, мужчины и женщины живут мирно...
      Относительно мирно, добавил он про себя, припомнив статистику убийств на почве ревности.
      Брюнетка сжалась, ссутулила плечи, став похожей на изготовившуюся к прыжку пантеру. Свой нож она, тем не менее, оставила в покое, видно, поняла, что сила не на ее стороне.
      - Никогда не слышала о такой стране!
      - Мир велик, женщина, гораздо больше твоих познаний о нем, - Блейд усмехнулся. - Я полагаю, что они и так невелики. Что можно сказать о вожде, который не умеет охранить свой лагерь... - в голосе его прозвучала плохо скрытая издевка.
      Черноволосая метнула злобный взгляд на бесчувственного стража, и странник понял, что наутро юную амазонку не ждет ничего хорошего. Впрочем, он не собирался расставаться с этим ценным призом, девушка была его законной добычей, такой же, как лук, меч или туника. Слегка обождав, чтобы дать возможность брюнетке мысленно насладиться зрелищем утренней расправы, Блейд произнес:
      - Пожалуй, я двинусь в путь. А ее, - он показал концом меча на скорчившуюся в траве светловолосую, - возьму с собой. Весьма приятная девушка! К чему отказываться от такой спутницы в скитаниях по дикому лесу? - он многозначительно ухмыльнулся, отметив, что этот намек понят правильно - предводительница злобно прикусила губу.
      У нее, однако, хватило здравого смысла, чтобы не вступать в пререкания. Кто силен, тот и прав - этот непреложный закон был столь же справедлив в неведомой и непознанной пока Брегге, как и в остальных мирах, включая Землю.
      Под взглядами шести пар глаз Блейд скрутил тунику жгутом, завязал вокруг пояса и приторочил сбоку меч и мешок. Потом он шагнул к светловолосой, наклонился и легко, словно ребенка, перекинул добычу через плечо. Девушка слабо застонала, но не пришла в себя. Придерживая ее за ноги, Блейд отступил от костра и сказал:
      - А теперь, женщина, покажи мне, где Брегга, чтобы я мог направиться в другую сторону и никогда больше не слышать о Великой Матери и ее неразумных дочерях.
      Белые зубы предводительницы сверкнули - не то в улыбке, не то в хищном оскале.
      - Там, - она приподнялась, вытягивая руку, - там лежит Брегга, город среди плодородных равнин. А в той стороне, - она повернулась спиной к огню, - Триречье, где живут глупые вонючие сенары
      Блейд кивнул и направился к опушке. Перед тем, как исчезнуть в непроницаемой лесной тьме, он повернул голову и бросил на женщину пронзительный взгляд
      - Надеюсь, ты не отправишься за мной в погоню, - его голос был тих и негромок. - Это было бы очень рискованно. Я - не глупый вонючий сенар.
      * * *
      Пожалуй, у женщин не было выбора; без оружия они не отважились бы преследовать похитителя в ночном лесу. Понимая это, Блейд не спешил. Кронам огромных деревьев требовалось много места, и меж гигантских стволов простирались широкие, погруженные во мрак прогалины. Он двигался без помех, босые ноги ощущали то мягкость мха, то робкую ласку короткой травы, то чуть покалывающее прикосновение сухих листьев. Лес стоял темный, молчаливый, и страннику казалось, что он блуждает по городу, беспорядочно застроенному высокими башнями, с которых свисали шероховатые канаты лиан.
      Когда отсветы костра исчезли, он остановился, выбрав прогалину пошире, над ней в разрывах крон просвечивали звезды и серебристый диск луны. Тусклый свет позволил одеться и рассмотреть оружие, реквизированное им в лагере. Как он и предполагал, туника была мала, однако несколько разрезов по бокам превратили ее в нечто, способное прикрыть нагое тело странника. Он стянул на талии широкий кожаный пояс, подвесил к нему кинжал и меч - слишком легкий для его руки, - затем привязал к мешку лук и колчан. Лук был хорош; больше ярда длиной, из какого-то светлого дерева, очень прочного и похожего на кость. Клинки и наконечники стрел производили впечатление стальных и, как Блейд определил наощупь, заточили их на совесть. Теперь он больше не был безоружным и беззащитным; он мог сражаться, мог охотиться, мог добывать пищу для себя и своей пленницы.
      Ее скорчившаяся фигурка темнела у ног странника. Наклонившись, Блейд пощупал пульс и успокоенно кивнул: кажется, обморок перешел в крепкий сон. Что же с ней делать? И куда идти?
      Присев рядом с пленницей, он задумался, у него были довольно смутные представления о том, как действовать дальше. Что же ему все-таки известно? По одну сторону этого невообразимого леса находилась Брегга, город среди плодородных равнин, как сказала похожая на пантеру брюнетка. Там властвовала Великая Мать, и там жили красивые женщины, иногда совершавшие вылазки в лес - за рабами и ради маленьких удовольствий. Женщины - это хорошо, подумал Блейд, но тут же перед ним мелькнули распростертые в траве тела дикарей и мерно раскачивающиеся над ними девичьи фигурки. Он покачал головой, молчаливо согласившись, что такие сексуальные утехи не для него. Нет, сейчас Брегга его определенно не прельщала!
      Было еще Триречье, обитель сенаров, волосатых обезьянолюдей, куда он предположительно направлялся. Эти парни казались страннику попроще; во всяком случае, он с большей охотой согласился бы помериться силами с дюжиной дикарей, чем разделить ложе с неистовыми красотками из очередного охотничьего отряда. У него имелся богатый опыт общения с нецивилизованными меньшими братьями, начиная от джеддских троглодитов и апи и кончая волосатыми из Уркхи, которую он посетил во время тринадцатого странствия. Несмотря на излишнюю кровожадность всех этих почтенных предков рода человеческого, Блейду с ними было спокойнее; они уважали силу и совершенно не умели интриговать.
      Итак, в Триречье! Он вздохнул, наклонился, поднял по-прежнему бесчувственное тело девушки и двинулся вглубь ночного леса.
      Он шел, пока не наступило утро. Небо, мелькавшее в редких разрывах древесных крон, сначала из угольночерного превратилось в серовато-жемчужное, затем - в бледно-голубое и, наконец, стало наливаться яркофиолетовым цветом полированного аметиста. Ветер стих; где-то высоко, среди исполинской листвы запели, засвистали птицы. Блейд устал, в горле у него пересохло, но он продолжал упорно шагать вперед еще около часа, пока солнце не поднялось над безбрежным океаном зелени. Снизу, сквозь многослойное покрывало листвы, оно выглядело расплывчатым зеленоватым диском, дарившим тепло и свет, и его мягкое изумрудное сияние указывало страннику дорогу: теперь он знал, что двигается почти точно на юг.
      Вскоре ему попался ручеек с заросшими мхом берегами, петлявший среди башнеподобных стволов; тут и там к воде подступали невысокие кусты с почти нормальными листьями - величиной в две ладони. Решив, что это место вполне подходит для отдыха, Блейд остановился и аккуратно опустил девушку на землю, с облегчением потирая занемевшее плечо. Пленница его была невысокой и легкой, но он тащил ее не меньше пятнадцати миль по темному лесу и изрядно устал.
      Дыхание юной амазонки стало глубже, веки затрепетали, потом приоткрылись. Впрочем, она не сделала попытки встать или пошевелиться; глаза ее следили за похитителем с выражением безмерного ужаса. Блейд отодрал клок от подола, смочил его в ручье и осторожно обтер испарину на лице девушки. Затем порылся в мешке, отыскал там небольшую бронзовую чашку и, зачерпнув воды, протянул пленнице. Та встрепенулась, почти вырвала чашку из его рук, расплескав половину воды, и начала жадно пить, не сводя с Блейда затравленного взгляда. Казалось, она способна сейчас на любое безрассудство - бегство, нападение, что угодно. Блейд же собирался немного передохнуть у ручья, а затем потолковать со своей светловолосой красавицей, надеясь, что после этого она перестанет его бояться.
      Он снова порылся в мешке, изучая его содержимое, и вытащил плотно свернутую сеть, которой охотницы пользовались для ловли волосатых. Разрезав ее напополам, странник одним куском связал запястья девушки, другой, подлиннее, обмотал вокруг ее талии. Затем он подхватил мешок на плечо и заставил девушку подняться.
      - Нам надо идти, - голос его был негромким и внятным, словно он говорил с испуганным ребенком. Пока у него не было оснований доверять пленнице, и эта настороженность оставалось взаимной. Блейду, однако, хотелось, чтобы девушка поняла, что он не собирается жестоко обращаться с ней. Без сомнения, именно так вели себя с похищенными сенары, и ужас, отражавшийся в голубых глазах, подсказывал страннику, что его догадка верна.
      - Нам надо идти, - повторил он тем же ровным и спокойным голосом. И я думаю, тебе будет лучше со мной, чем с шайкой волосатых. Если ты убежишь, дикари могут поймать тебя, малышка. Так что соображай сама. Со мной ты в безопасности, я умею неплохо обращаться и с мечом, и с луком. Тебе нечего бояться.
      Внезапно девушка разразилась слезами и упала на колени, пытаясь что-то пробормотать. Когда рыдания стихли, Блейд разобрал, что она шепчет:
      - Слава тебе. Великая Мать! Спасибо, Заступница! Он не сенар! Не сенар!
      - Это нетрудно заметить, - странник усмехнулся, похлопав себя по обнаженной груди. - Не бойся, девочка, им до тебя не добраться. А теперь вставай и пойдем отсюда, пока нас не выследила очередная банда дикарей.
      Его слова заставили девушку подняться на ноги с такой резвостью, словно сенары уже готовились выскочить из-под каждого куста. Блейд намотал на руку конец веревки, свисавший с ее пояса, кивнул пленнице, и они углубились в лес.
      Если амазонки Брегги и не отличались осмотрительностью в выборе ночных стражей, они, несомненно, пребывали в отличной спортивной форме. Весь день светловолосая девушка, не отставая, шагала за Блейдом, ничем не выдав своей усталости - если не считать капелек пота, выступивших на ее загорелой коже. Они шли от рассвета и до заката, останавливаясь ненадолго каждые два часа, чтобы напиться и передохнуть. Во время одного из таких коротких привалов Блейду удалось подстрелить двух довольно крупных зверьков, с любопытством взиравших на них с ветки ближайшего дерева.
      Эти грызуны, похожие на больших белок, были первыми животными, которых он заметил. Несомненно, в лесу водилось много птиц - Блейд слышал свист, чириканье и щебет, сопровождавшие их по пятам, - но пернатые держались слишком высоко, там, где его стрелы не могли настигнуть добычу. Он мог бы подняться наверх, в пронизанные солнцем кроны, и славно поохотиться в лабиринте гигантских ветвей, среди листьев, напоминавших овальные матрасы, и сучьев, выглядевших словно пни тысячелетних секвой. Но теперь необходимость в этом отпала; белки тянули фунтов на десять, и сегодняшний ужин был обеспечен.
      Путники шли еще около часа, прежде чем наткнулись на воду - еще один лесной ручей, струившийся среди травы и мха. Смеркалось. Изумрудный полог над головой потемнел, прохладный ветерок высушил пот на лбу Блейда. Спутница его, казалось, могла продолжать путешествие, но сам он чувствовал, как тело начинает наливаться усталостью. Со вздохом облегчения странник опустился в траву у огромных разлапистых корней лесного великана и жестом показал девушке, что они остановятся здесь.
      Через несколько минут он набрался сил, чтобы отправиться за хворостом. Гигантские деревья, вероятно, были почти неподвластны времени - во всяком случае, за весь день ему не попалось ни одного упавшего ствола. Однако мелкие ветви на этих исполинах засыхали и падали вниз, будто свидетельствуя о бренности жизни, даже такой могучей, долговечной и неизмеримо громадной. Блейд набрал большую охапку сушняка, нашарил в мешке кремень и высек огонь.
      Умение возжигать пламя силой воли, которым его одарили некогда кудесники Таллаха, ушло безвозвратно. Странник не сожалел об этом; пирокинез неплохо выручил его в Иглстазе - чего же требовать большего? Даже если бы он сохранил свое необычное искусство, то не стал бы его использовать сейчас: пленница и так казалась перепуганной, а Блейд совсем не хотел, чтобы она приняла его за колдуна.
      Когда яркие язычки пламени охватили кучу валежника, он принялся свежевать добычу. Девушка внимательно следила за ним, не спуская настороженного взгляда с блестящего лезвия. "Похоже, - решил Блейд, - она думает, что, покончив с белками, я примусь за нее".
      Он снял шкурку, насадил зверька, словно на вертел, на тонкий длинный сук и пристроил над огнем. Потом, снова взявшись за нож, шагнул к девушке. Несмотря на сильный загар, она смертельно побледнела; щеки и лоб от страха покрылись мелкими капельками пота.
      - Ты сумеешь освежевать вторую тушку? - спросил Блейд.
      От звука голоса пленница вздрогнула так, будто футовый кинжал уже сидел у нее под лопаткой. Ужас метался в ее глазах, и странник понял, что она не сознает сказанного: страх парализовал разум. Тяжело дыша, девушка уставилась на него широко раскрытыми глазами; губы ее пересохли, на виске билась голубая жилка.
      - Вытяни руки вперед, - властно произнес Блейд, и она с подавленным стоном выполнила приказ. Быстрым движением ножа он разрезал веревку, стягивающую тонкие запястья. Пленница снова вскрикнула - теперь, скорее, от удивления, чем от испуга, - поднесла руки к лицу и начала рассматривать их с таким вниманием, словно видела первый раз в жизни. Затем она растерла занемевшие кисти, чуть постанывая, когда к пальцам стала приливать кровь.
      - Ну, так ты займешься этим зверьком? - повторил Блейд, протягивая ей нож и вторую тушку. Рука девушки нерешительно потянулась к кинжалу. Наконец тонкие пальцы обхватили костяную рукоять, и странник кивнул. - Да, ты можешь взять нож. Думаю, тебя не надо учить, как им пользоваться.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13