Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Погибший Мир (Ричард Блейд, странствие 17)

ModernLib.Net / Лэрд Дж / Погибший Мир (Ричард Блейд, странствие 17) - Чтение (стр. 5)
Автор: Лэрд Дж
Жанр:

 

 


      Тактика боя у Нуг-Уна была примитивной, как у шестилетнего мальчишки. Непрерывный напор, беспорядочные удары и попытки достать врага пальцами с длинными кривыми ногтями - вот все, на что он был способен. Однако быстрота и огромная сила делали его опаснее разъяренного орангутанга.
      Постепенно Блейд начал сближаться с сенаром; его оборона была достаточно эффективной, но не давала возможности выиграть бой. Он стал наносить удары, пытаясь ослабить дикаря; он бил то в поврежденное колено, то в горло, то в область паха, и каждый выпад достигал цели. Любой из них превратил бы обычного противника в калеку, но этот волосатый монстр обладал просто нечеловеческой стойкостью! Однако и он начал выдыхаться: Блейд видел, как низкий лоб сенара взмок от пота, как утомление пригасило яростный блеск глаз. Впрочем, и сам он чувствовал себя не лучше.
      Прошло еще несколько минут - пять или десять, он не мог сказать, - и сенар прохрипел.
      - Я знать... знать... слизняк не сможет победить Нуг-Уна... Ты отдать самку... отдать... и прочь! Бежать!
      - Мы еще не закончили, приятель, - пробормотал Блейд. Сердце его стучало как кузнечный молот, он жадно хватал воздух, пытаясь восстановить дыхание. - Мы не закончили, - повторил он, - и я не собираюсь сдаваться. Если ты сделаешь хотя бы шаг к моей женщине, познакомишься с блестящей палкой.
      Дикарь оскалил зубы, покосившись на Вайалу. Девушка скорчилась у подножия древесного ствола, судорожно сжимая меч; казалось, она не видела ничего, в ее голубых глазах застыл ужас.
      Пора кончать, решил Блейд: развернувшись, он подпрыгнул и нанес пяткой сильнейший удар в челюсть сенара. Затем он рухнул в траву, чувствуя, как заныла каждая косточка, каждый мускул его измученного тела. Несколько секунд он лежал, не в силах пошевелиться, пытаясь сфокусировать взгляд на маячившей перед ним огромной фигуре. Однако и его противник на этот раз был потрясен. Голова Нуг-Уна дернулась вверх, потом застыла, и он затуманенными глазами уставился на Блейда. Тот был уже на ногах, и, словно выстрелив дуплетом, нанес два мощных удара в волосатый живот.
      Сенар согнулся, кашляя и мучительно пытаясь глотнуть воздух. Удивительно, что он еще жив, подумал Блейд, ухватившись за левую руку Нуг-Уна и заворачивая ее за спину. Он едва не вывихнул при этом собственное плечо - справиться с каменной статуей, пожалуй, было бы легче. Развернув сенара, Блейд ударил его сзади под колени, пытаясь сбить на землю. Нуг-Ун взревел - скорее от разочарования, чем от боли, - и рухнул на траву лицом вниз.
      Прежде, чем дикарь успел прийти в себя, Блейд очутился у него на спине, заломив левую руку полосатого и упираясь коленом ему в затылок. Теперь он мог одним движением сломать противнику либо шейные позвонки, либо плечевую кость.
      Наклонившись, он яростно прошипел в волосатое ухо.
      - Не шевелись, приятель! Я могу прикончить тебя к любой момент!
      - Убить... убить Нуг-Уна... - голос дикаря прерывался от боли и страха. - Ты не такой, как голокожие с гор... Ты драться, как сенар... Честно... Нуг-Ун слабее... Убить Нуг-Уна...
      - С этим мы подождем, - уже спокойно произнес Блейд. - Я не собираюсь тебя убивать. Я хочу, чтобы ты остался жив и стал моим другом.
      Сенар не ответил; он молчал долго, и Блейд было решил, что тот потерял сознание. Наконец дикарь медленно произнес:
      - Не убивать Нуг-Уна?
      - Нет. Зачем?
      Но этот вопрос, похоже, уже выходил за рамки умственных способностей Нуг-Уна. Он молчал до тех пор, пока Блейд не поинтересовался:
      - Помнишь мою женщину?
      - Да. Нуг-Ун хотеть самку...
      - Теперь не хочешь?
      - Она - твоя. Ты сильнее Нуг-Уна.
      Как просто, подумал Блейд, уставившись в заросший бурым мехом затылок. Никаких сомнений! Кто сильнее, тот и прав! Весь мир принадлежит ему... Пожалуй, волосатые - и эти, из Сенар Хасра, и другие, из Джедда и Уркхи, были самыми большими реалистами во вселенной.
      - Я сильнее тебя, - подтвердил он, - поэтому самка - моя. А ты, Нуг, хочешь стать моим другом? Идти за мной, находиться под моей защитой?
      Почти физически он ощутил, как медленно ворочаются мысли под толстым черепом. Нуг-Ун долго молчал, затем прохрипел.
      - Нуг-Ун - друг сильного голокожего, который не убивает. Нуг-Ун умирать за него...
      Блейд тяжело поднялся, шагнул в сторону от распростертого в траве тела. Сенар застонал, затем встряхнулся и тоже встал, слегка пошатываясь и потирая живот, мех его потемнел от пота. Крепкий парень, подумал Блейд, хлопнул своего нового союзника по плечу и повернулся к Вайале. Однако под деревом он обнаружил только примятую траву.
      - Дьявольщина!
      - Что, друг? - переспросил Нуг-Ун. - Ты устать?
      Блейд пожал плечами.
      - Я в полном порядке. Женщина убежала. Та, из-за которой мы дрались.
      Рявкнув, сенар сердито замотал головой.
      - Поймать ее? Будешь бить, когда поймать?
      - Нет, - странник поскреб заросшую темной щетиной щеку. - Она просто испугалась, когда я упал. Видно, решила, что победа за тобой. Она тебя боится, Нуг.
      Дикарь огорченно вздохнул. Блейд покопался в мешке, вынул чашку и, зачерпнув воды, протянул Нуг-Уну. Тот опустошил сосуд жадными глотками, обтер рот ладонью и поинтересовался.
      - Ждать тут твоя женщина?
      - Да. Я думаю, она скоро вернется. А мы пока поговорим. Что ты знаешь про голокожих с гор, дружище?
      * * *
      Прошло часа три. Теперь странник лучше представлял ситуацию, ибо его новому приятелю было известно многое, о чем в Брегге, кажется, не подозревали. Беседа тянулась мучительно долго, но не потому, что Нуг-Ун плохо соображал или пытался что-либо скрыть. К немалому удивлению Блейда, сенар обладал природным умом и, отвечая на вопросы, старался до седьмого пота.
      Но в запасе у него было лишь сотни три слов, и Блейд потратил немало времени, чтобы уяснить, каких именно. К тому же, иногда Нуг не мог дать вразумительного ответа, не понимая, чего добивается "сильный голокожий". Это прозвище вскоре надоело страннику, и он велел сенару звать себя по имени.
      Когда он, наконец, оценил интеллектуальные возможности своего нового приятеля, дело быстрей не пошло. Сначала ему приходилось формулировать вопрос про себя, затем переводить его Нуг-Уну и терпеливо ждать ответа. Ждать зачастую приходилось долго, ибо Нуг-Ун никогда не задумывался о таких вещах, которые интересовали Блейда. Мир его был прост; он скитался в лесах по обе стороны Дая, пил, ел, дрался с другими сенарами и не испытывал тяги присоединиться к какому-либо племени.
      В конце концов Блейд остался доволен и прекратил мучить этого странствующего рыцаря. Шестнадцать походов, совершенных в реальности Измерения Икс, научили его стремительно ориентироваться в любой, самой необычной обстановке. Он получил довольно подробное представление о племенах сенаров и безволосых горцах, обитавших в верховьях Орилы, и надеялся в дальнейшем уточнить эти сведения.
      О Великом Разрушении Нуг-Ун не ведал ничего. Ему мнилось, что сенары всегда обитали в лесах Триречья, иногда забираясь в Хасрат, чтобы украсть зазевавшуюся женщину или кувшин хмельного, которое он называл ча. Некоторые племена - те, чьи земли тянулись вдоль предгорий Каменного Серпа - жили в поселках и слушали слова голокожих; другие кочевали в долинах Орилы и Дая и не подчинялись никому. Таков был заведенный от века порядок; и хотя Нуг не сумел бы объяснить, кто и когда его завел, он хорошо усвоил и правила игры, и то, какие игроки этой нескончаемой лесной партии имели больше шансов уцелеть. Вдобавок он превосходно знал местность - от северных степей до южных предгорий гигантского хребта.
      До этих гор, которые, как выразился сенар, "вставать до неба", было сотни полторы миль, считая от южной границы Хасрата, где сейчас находились путники. Со слов Вайалы Блейд знал, что к северу Лес Гигантов простирается на три дня быстрого хода, и еще такое же расстояние надо пройти по степи, чтобы достичь стен Брегги. До горцев, которых Нуг называл бленарами, пришлось бы добираться вдвое дольше, через населенные дикарями леса и две широкие реки. Это было все; ни Вайала, ни Нуг-Ун не слышали о том, существуют ли в мире еще какие-нибудь обитаемые страны.
      - Значит, женщины, которые живут в степи, не знают о бленарах? спросил Блейд.
      - Нет, - Нуг помотал мохнатой головой. - Голокожие жить в горах, не приходить в наш лес. Раньше так, теперь иначе.
      - Как теперь?
      Сенар призадумался
      - У них есть вождь. О, большой, большой вождь! Великий! Он говорить, сенары и бленары идти в степь, воевать город.
      - И все горцы слушают большого вождя?
      - Безволосые с гор - да. Но есть другие. Далеко! За Бурой рекой. Бленары-па - те, что жить у соленой воды.
      У моря, понял Блейд.
      - Они не слушают вождя?
      - Нет. Они говорить, воевать - плохо.
      Из дальнейших расспросов Блейд понял, что горцам не хватает плодородной земли и женщин. Случалось, в прежние времена они устраивали набеги на стойбища сенаров, выискивая и отбирая молодых бреггани, которых дикари изредка ловили в дебрях Хасрата. Из-за этого между горцами и сенарами могла бы разразиться война, однако волосатые побаивались южных соседей - у тех было хорошее стальное оружие и какое-то подобие воинского строя.
      В последние годы бленары с гор старались установить с сенарами дружеские отношения - или, что выглядело более вероятным, начали прикидываться их друзьями. Набеги на стойбища прекратились; теперь горцы предпочитали выкупать женщин - за спиртное, железные браслеты и стальные ножи. Нуг-Ун, однако, им не верил и верить не собирался, он полагал обманщиком каждого голокожего - конечно, за исключением Блейда.
      Но многие и многие племена волосатых соблазнили посулы "большого вождя". Тот обещал, что горцы и сенары станут хозяевами древней Брегги и всех ее богатств, им только нужно собрать большое войско, пройти через леса и захватить плодородную равнину. Там, на новых землях, сенары научатся выращивать хлеб и делать вино; там они выкормят много детей, и голод навсегда покинет их стойбища. Они захватят Бреггу вместе со всеми женщинами, и каждый мужчина, сенар или бленар, получит несколько рабынь.
      Знакомые песни, подумал Блейд. Видно, горцы были не столь сильны, чтобы напасть на город в одиночку, и искали союзников. Сенаров же в лесах хватало. Их численность странник смог оценить лишь приблизительно, поскольку Нуг с трудом умел считать до двадцати. Тем не менее, он выяснил, что существуют десятки кланов и племен волосатых и что они занимают огромную территорию, простиравшуюся на десять дневных переходов с севера на юг и почти на столько же с востока на запад. Поразмыслив, он решил, что в Сенар Хасре обитает не меньше сотни тысяч дикарей. Отличное пушечное мясо для "большого вождя"!
      - Нуг-Ун думать, голокожие убить сенаров, когда город стать наш, толковал Нуг. - Убить! Взять себе всю землю - в горах, в лесу, в степи. Взять всех женщин! - он злобно ощерился. - Бленары, слизняки, думать хорошо. Большой вождь, Рил-Га, думать хорошо Нуг-Ун тоже думать хорошо! Его не обмануть! Да?
      - Да, ты думать хорошо, - подтвердил Блейд. - Очень хорошо! Я полагаю, этот Рил-Га именно так и поступит.
      - Блейд не хотеть, чтобы всех сенаров убивать? Не надо слушать голокожих?
      - Эти голокожие с гор - плохие люди. Я бы не стал их слушать и помогать им.
      - Блейд хорошо думать, даже лучше, чем большой вождь, - заявил Нуг-Ун с широкой ухмылкой.
      Странник покачал головой, в очередной раз прикидывая расклад воображаемого пасьянса - так, как делал это в Кархайме и Тарне, Катразе и Меотиде, Иглстазе и Зире. Картами были люди и корабли, пешие фаланги и конные отряды, пушки и обозы, крепости и форты; карточный стол бугрился горами, щетинился зеленой порослью лесов, стлался мягким ковром луговой травы; по нему извивались голубые ленты рек и желтые - дорог. И, как всегда, эта картина отливала алыми тонами крови, что казалось ему вполне естественным; даже в радуге красное дополняет остальные цвета.
      Кто победит? Это был вопрос жизни или смерти. Город, по словам Вайалы, мог выставить немалое войско, но если этот Рил-Га соберет тысяч двадцать дикарей, фортуна может склониться на его сторону... Что, однако, волосатая орда сумеет противопоставить лукам и мечам амазонок? В лесу, они, пожалуй, имели бы шансы на успех, но на открытых равнинах под городом... Трудно сказать! Здесь бреггани будут сражаться на хорошо знакомой местности, защищая родные стены и свои святыни; возможно, перевес окажется на их стороне.
      Блейд устало вздохнул. Пока эта задача не имела решения; он слишком смутно представлял себе расклад сил. Были в нем и кое-какие неопределенные факторы... К примеру, эти бленары-па, обитавшие у соленой воды!
      Он заметил, что Нуг глядит на него с нарастающим беспокойством вероятно, сенар хотел что-то спросить и подыскивал нужные слова. Наконец он сказал:
      - Блейд не говорить своей самке про голокожих с гор?
      - Почему бы и нет, приятель?
      - Те, кто в степи, ничего не знать о голокожих. Если узнать, пойти в горы с блестящими палками, убить всех... По дороге убить сенаров.
      Логично, решил Блейд. Пока бреггани имеют дело лишь с агрессивными, но туповатыми дикарями, они будут продолжать свои маленькие жестокие игры. Но как только им станет известно, что в отрогах Каменного Серпа живут люди мужчины, которые обладают не только мышцами, но и мозгами! - они перейдут от игр к войне на полное уничтожение. Согласно заветам Великой Матери, повелевающей разбить сосуд зла! И если Рил-Га не успеет собрать своих воинов, исход будет предрешен - бреггани вырежут мужчин, а женщин уведут с собой...
      - Ты прав, Нуг, тем, кто живет в степи, не надо знать о бленарах, произнес странник. - Но Вайала - моя женщина, она не вернется в город. Ей я могу рассказать о гладкокожих.
      Однако он не был уверен, что получит такую возможность. Наступал вечер, смеркалось, девушка пропадала уже половину дня; он почти не сомневался, что пленница не вернется.
      На всякий случай он решил подежурить ночью. Если Вайала все-таки придет и наткнется на Нуга, возможно недоразумение... кровавое недоразумение, учитывая, что она прихватила с собой меч. Ему не хотелось терять ни девушку, ни своего волосатого проводника.
      Миновала ночь; изумрудная лесная кровля опять налилась светом, зеленоватый сумрак сменил темноту. Блейд дремал в полглаза, привалившись спиной к мешку и время от времени подбрасывая сучья в маленький костерок. Внезапно с берега ручья, из-за кустов, долетел тихий голос:
      - Блейд! Блейд, ты здесь?
      Она вернулась! Странник почувствовал, как потеплело в груди.
      - Ты, малышка?
      В ответ раздалось негодующее фырканье.
      - Конечно, кто же еще?
      - Ты быстроногая девушка. Наверно, промчалась до середины Хасрата?
      Она снова фыркнула, затем в кустарнике за ручьем послышался шелест, и знакомая тонкая фигурка выступила на берег. Блейд осмотрел ее так тщательно, как только позволяли расстояние и тусклый предутренний свет. Вайала казалась еще более усталой и грязной, чем раньше, однако меч в ее руке не дрожал.
      - Все в порядке, можешь опустить клинок, - негромко сказал он. - И шагай сюда.
      Она выполнила приказ с такой поспешностью, что брызги фонтаном взлетели из-под маленьких ног, видно, ей совсем не улыбалось стоять спиной к темному лесу. Перебравшись через ручей и разглядев тело лежавшего у костра Нуг-Уна, Вайала облегченно выдохнула:
      - Мертв?
      - Спит, - ответил странник, приглушив голос.
      - И ты его?..
      - Вот именно, - Блейд ухмыльнулся, - я - его! Битва была жаркой... Жаль, единственный зритель сбежал.
      Она зарделась.
      - Прости. Не знаю, что на меня нашло...
      - И самая смелая девушка в мире может испугаться.
      - Не смейся надо мной! Я... я...
      - Все в порядке, малышка. И хватит об этом.
      Вайала скосила глаз на темную фигуру сенара.
      - А он... он не тронет меня?
      - Он знать, ты принадлежать мне, - Блейд снова ухмыльнулся.
      Вайала гордо вздернула подбородок:
      - Я пойду за тобой хоть в Фиолетовую Пустошь! Но я - не вещь, чтобы принадлежать кому-то, даже тебе! И потом, это противоречит закону Великой Ма...
      - Может и так, - прервал ее Блейд, - но говори потише, глупышка! Законы вашей Матери - пустой звук в лесу! Нугу их не понять, и тут я бессилен. Но пока он считает, что ты - моя женщина, он до тебя не дотронется. Он поклялся, что станет моим другом и умрет за меня. Он будет защищать все, что мне принадлежит... в том числе и тебя.
      - Но я никому не...
      - Вот об этом его лучше не ставить в известность. Если Нуг сообразит, что ты мне не принадлежишь, значит, он может забрать тебя. Ты согласна?
      Девушка снова негодующе фыркнула, ничего не ответив. Молчание затягивалось.
      - Ну? - Блейд был невозмутим, словно гранитный утес. Этот спор представлял для него чисто академический интерес, всего лишь развлечение и маленькая месть.
      Вайала, словно проглотив стоявший в горле комок, произнесла.
      - Ладно, пусть так, Блейд. Я принадлежу тебе! - она протянула ему меч. - Возьми и получше приглядывай за этим сенаром.
      - Непременно, - заверил ее странник, подошел к Нугу, храпевшему в траве, и потрепал его по мощному волосатому плечу. - Просыпайся, приятель! Уже рассвело, и моя женщина вернулась. Пора в дорогу.
      Они двинулись на юг, неторопливо пересекая границу Хасрата. Гигантские деревья уступали место нормальной растительности, и Блейд с тайной радостью узнавал нечто похожее на привычные дубы, буки и клены. Теперь путники видели небо - светло-фиолетовое, яркое и глубокое, как в субтропиках Земли, золотистый шар солнца плавно подымался к зениту, лесная тень и легкие курчавые облака умеряли зной. Красивый, приветливый мир, думал странник, шагая вслед за мохнатым проводником; жаль, если в него снова придет Разрушение.
      Наступил полдень. Вскоре им встретился очередной родник, и путешественники остановились пополнить запасы воды. Нуг-Ун, покопавшись под густым остролистным кустом, вырыл дюжину больших желтоватых клубней - таких же, как днем раньше Вайала пекла в костре. Он преподнес их Блейду с важным видом, будто делал дорогой подарок.
      - Хорошо есть, - сказал он. - Сенары всегда искать их в лесу.
      Кивнув, Блейд сунул клубни в мешок, и путники двинулись дальше.
      Послеполуденный марш привел их в холмистую местность, незнакомую Вайале. Она была слишком молода; еще ни разу на ее памяти крупные охотничьи экспедиции бреггани не пересекали Хасрат и не углублялись в Лес Сенаров. Идти стало тяжелее. Здесь, среди обычных деревьев, росли густые кусты и подлесок, ограничивая видимость двумя-тремя десятками ярдов. Это начало тревожить Блейда. Идеальные места для засады! Ему не хотелось бы внезапно наткнуться на дюжину вооруженных дикарей.
      Он постарался объяснить это Нуг-Уну. В ответ сенар согласно кивнул.
      - Да, плохое место. Сенары ходить тут, охотиться. Голокожие с гор тоже ходить, смотреть дорогу в степь. Но Нуг-Ун знать лес хорошо. Другие сенары нас не найти, не получить женщину Блейда.
      - Надеюсь, что так, - заметил странник, Вайала же лишь вздохнула. Блейд видел, что девушка не снимает ладони с рукоятки кинжала.
      Он уже принял решение. Он поведет свой маленький отряд за Бурую реку, к соленой воде, где живут бленарыпа. Похоже, их племя еще не обзавелось "большим вождем", жаждавшим завоевать чужие земли, заплатив за победу чужой кровью. Это обстоятельство внушало Блейду определенные надежды. Он вспомнил слова Нуг-Уна о том, что бленары-па не любили войн, и усмехнулся. Любопытно взглянуть на этих местных гуманистов! И, конечно, выяснить кое-какие вопросы... Например, как им удалось спастись в эпоху Разрушения... или откуда взялись племена волосатых... Должны же бленары помнить хоть что-нибудь!
      Нуг-Ун неутомимо вел их вперед; он и в самом деле отлично ориентировался в лесной чаще и выполнял свое обещание лучше, чем Блейд мог ожидать. С врожденным инстинктом охотника сенар выбирал участки твердой почвы, на которой не оставалось следов, а к вечеру нашел укромное место для ночлега недалеко от поляны, где росли желтоватые клубни Он накопал целую кучу земляных плодов, и путники запекли их в углях. Клубни были пресноватыми на вкус, но очень сытными.
      Когда все трое досыта наелись, Нуг повел огромной ладонью над травой.
      - Блейд и самка спать. Нуг-Ун сторожить.
      После бессонной ночи и утомительных дневных странствий Блейд испытывал лишь одно желание: рухнуть на землю и закрыть глаза. Но Вайала, побледнев, прижалась к нему и зашептала на ухо:
      - Можем ли мы довериться волосатому? Мы уснем, а он выдаст нас другим сенарам... Они убьют тебя и...
      Блейд, устало вздохнув, покачал головой.
      - Не думаю, малышка. Парень получил хорошую взбучку и поклялся мне в верности.
      - Но ведь он - дикарь, Блейд! Грязный волосатый самец!
      Щека странника раздраженно дернулась. Нервное напряжение, не покидавшее Вайалу весь этот долгий день, утомляло его больше, чем физическая нагрузка.
      - Дикарь может держать слово не хуже цивилизованного человека. Даже лучше! И если Нуг не заслуживает доверия, нам стоит выяснить это сейчас, а не тогда, когда мы заберемся в самые дебри Сенар Хасра.
      Девушку, однако, не оставляли сомнения. Блейд подозревал, что этой ночью сон ее будет тревожным, но сам беспокоиться не собирался. Если Нуг склонится к предательству, он его прикончит, вот и все. Но следить за ним каждую секунду нельзя - как и нервничать из-за фантазий Вайалы. Он решил, что будет доверять сенару до тех пор, пока тот оправдывает доверие.
      Волосатый проводник его не выдал - и в эту ночь, и в последующие ночи и дни путешествия. Он уверенно вел маленький отряд на юг по лесным дебрям, среди лощин и холмов, которые становились все выше и круче. По расчетам Блейда, они удалились уже миль на пятьдесят от границ Хасрата. Лес вокруг превратился в дремучую чашу, ягоды и плоды, а также кустарник, под которыми росли желтые клубни, попадались все реже. Но в Сенар Хасре обнаружилось такое изобилие дичи, что голод путникам не грозил. Блейд не раз пускал в ход свой лук, и вполне успешно, он бил птиц с сизым оперением, напоминавших куропаток, короткоухих местных зайцев и небольших кабанчиков с жесткой щетиной и двухдюймовыми клыками. Правда, мясо приходилось есть чуть пропеченным: Нуг предупредил, что в этой местности нельзя разжигать большой огонь, если они хотят остаться незамеченными.
      Он был прав. Трижды путникам приходилось прятаться в густом подлеске, чтобы избежать встреч с группами дикарей, скользивших по лесу словно тени. Вероятно, они охотились; прикидывая силы противников, Блейд следил за их осторожными движениями, за неуклюжими коренастыми фигурами, возникавшими в лесном сумраке. В каждом отряде было от пяти до десяти мохнатых самцов, вооруженных палицами и примитивными копьями, у которых не было даже каменных наконечников. Пожалуй, решил странник, втроем они сумели бы совладать с любой из этих охотничьих партий. Он не видел среди волосатых ни богатырей, подобных Нуг-Уну, ни горцев с металлическим оружием.
      Однажды ночью, когда Блейд с Вайалой спали, а Нуг находился в дозоре, их лагерь едва не обнаружила группа дикарей, на сей раз довольно многочисленная. Нуг-Ун быстро разбудил спутников, тут же нырнувших в кусты; через пару минут сенар присоединился к ним, уничтожив все следы стоянки. После этого происшествия у Блейда уже не оставалось сомнений в верности мохнатого проводника, и даже Вайала теперь не хваталась то и дело за нож.
      К середине следующего дня лес начал заметно редеть, холмы стали более пологими, на их южных склонах дубы и буки уступили место зарослям невысокого кустарника и растениям с узловатыми деревянистыми стеблями, похожим на виноградные лозы; они были усыпаны гроздьями крупных сладких ягод с черными косточками. Вечером, когда путники устроились на ночлег. Блейд долго всматривался с вершины холма в сторону заката и нюхал воздух; ему казалось, что оттуда тянет свежим ветерком, затянувшим лощины туманной дымкой. Он окликнул Нуг-Уна, и показав рукой на белесую мглу, спросил:
      - Вода?
      Сенар утвердительно кивнул.
      - Вода. Большая вода, быстрая! И вокруг - много сенаров!
      Они достигли берегов полноводного Дая, первого из великих потоков Триречья.
      ГЛАВА 5
      Путники шли вдоль речного берега три дня. Нуг-Ун вывел их к излучине Дая, где могучая река, стремившаяся к восточному океану, круто поворачивала на юг, чтобы через пятьдесят миль слить свои воды с нижним течением Орилы. Дай был широк - не меньше четырехсот ярдов по оценке Блейда - и очень быстр. Странник подумывал о том, чтобы построить плот и продолжить путешествие по воде, но вскоре отказался от этой идеи. У него не было топора, а повалить мечом достаточно крупные деревья казалось непростой задачей; кроме того, по берегам реки ютилось множество племен и кланов волосатых, промышлявших рыболовством. На плоту посреди течения путники были бы как на ладони.
      Они не рисковали приближаться к реке. Группы сенаров попадались все чаще, раза два им пришлось обходить стойбища дикарей, которые, по словам Нуг-Уна, "слушали большого вождя голокожих". Блейд предчувствовал, что дорога займет больше времени, чем ему казалось раньше; иногда путники по часу высиживали в кустах, чтобы избежать нежелательных встреч. Его начинали мучить сомнения. Могло случиться так, что он не доберется до Бурой реки будет убит либо попадет в плен сенарам; в этом случае судьба Вайалы представлялась трагической. Даже если бы девушке удалось сбежать, в Сенар Хасре ее ждали либо плен, либо смерть, и она явно предпочитала рабству второй исход.
      Вечером третьего дня, после ужина, состоявшего из полусырого мяса и родниковой воды, Блейд решил обсудить эту проблему с Нугом.
      - Ты думать правильно, - кивнул его волосатый проводник. - Если сенары найти нас, быть плохо. Убить тебя, убить меня, забрать твоя самка. Отдать ее голокожим за кувшины с ча.
      Так назывался пьянящий напиток, до которого волосатые были большими охотниками.
      - Нуг-Ун будет сражаться вместе со мной? - спросил Блейд.
      - Да. Убить много сенаров. Убить много плохих голокожих. Потом умереть.
      - Спасибо, приятель, - странник стиснул могучее плечо Нуга. - Но ты говорил, что не все голокожие плохие. Есть еще те, что живут у соленой воды за Бурой рекой. Те, которые не любят воевать. Что ты о них скажешь?
      Нуг-Ун склонил массивную голову и долго молчал, размышляя. Казалось, он колеблется; он походил сейчас на человека, знающего ответ на вопрос, но не уверенного, стоит ли на него отвечать. Дикарь морщил низкий лоб, хмурился и теребил пальцами толстую нижнюю губу. Наконец он заговорил.
      - Голокожие, что жить у соленой воды, другие... Они говорить - сенары не надо идти драться в степь, воевать город. Они говорить - лучше охотиться в лесу, ловить рыбу, научиться копать землю, чтобы сделать много пищи... Они говорить - тогда сенары стать умный.
      Блейд не был уверен, что Нуг правильно излагает слова прибрежных жителей; К тому же, слова могли расходиться с делами. Пожалуй, ситуация нуждалась в уточнении.
      - Довольно странные мысли у этих бленаров-па, - задумчиво протянул он.
      - Нет, - сердито ответил Нуг-Ун, - они думать хорошо! Они никогда не убивать сенаров! Они - враги большого вождя Рил-Га! Эти голокожие хорошо! - казалось, такое признание далось ему с трупом. - Мы идти в город - самки с острыми палками нас убивать. Мы хорошо драться в лесу, они хорошо драться в степи. Они убивать нас, мы убивать их. Рил-Га брать все земли, лес и степь.
      В здравомыслии ему не откажешь, подумал Блефа и потрепал мохнатого стратега по плечу.
      - Ты прав, - с улыбкой сказал он; любой британский дипломат не мог бы лучше сформулировать принцип "разделяй и властвуй". Затем странник подумал о Вайале, и улыбка его исчезла. - Послушай, Нуг, - шепнул он, оглядываясь на дремавшую у маленького костерка девушку, - мне кажется, я должен рассказать своей женщине о тех бленарах, которые живут у соленой воды. Ей надо знать о них.
      Сенар недоуменно сморщился:
      - Зачем, Блейд?
      - Что будет, если на нас нападут сенары или голокожие, которые говорят плохо? Меня могут убить, ранить, поймать в ловушку... Тогда ты возьмешь мою женщину и...
      - Нуг-Ун не брать самку, если Блейд умирать. Нуг-Ун умирать вместе с ним!
      Странник отрицательно покачал головой.
      - Нет, приятель, так не пойдет. Это совсем не то, чего бы мне хотелось. Если меня убьют, захватят в плен или покалечат так, что я не смогу идти, ты должен проводить мою женщину к соленой воде. Туда, где живут бленары-па. Обещаешь?
      Дикарь снова задумался и, наконец, кивнул:
      - Нуг-Ун обещать.
      - Вот и отлично! - Блейд одобрительно похлопал сенара по плечу. - Но моя женщина не пойдет с тобой, если не будет знать, куда и зачем ты ее ведешь. Я должен объяснить ей, что вы отправитесь к друзьям за Бурую реку. Понимаешь?
      - Нуг-Ун не хотеть, чтобы самка знать о бленарах. Она сказать другим в городе. Самки приходить сюда с острыми палками...
      Опять та же история, раздраженно подумал Блейд; ему уже надоело уламывать этого упрямца.
      - Она никому не скажет, - резко прервал он сенара. - Как она выберется из вашего леса? Ты ведь поведешь ее не в город, а к бленарам-па, так?
      - Так, - неохотно подтвердил Нуг.
      - Вот видишь, бояться нечего! Никто сюда не придет, потому что моя женщина больше не вернется в город и никому ничего не расскажет. Пусть голокожие с Бурой реки заберут ее к себе, если меня убьют в лесу. Но запомни: для этого ты должен отвести ее к ним. Ты должен обещать мне, что сделаешь все как надо; тогда я буду спокоен, буду знать - ты меня не подведешь.
      - Нуг-Ун все сделать все как надо, - согласился дикарь и после паузы добавил: - Нуг-Ун проводить самку к соленой воде.
      Блейд в знак благодарности потрепал его по мохнатой спине, затем вернулся к Вайале, разбудил ее и сообщил о своих переговорах. Их результат девушку не обрадовал; она задрожала при одном упоминании о том, что ее спутника могут убить.
      - Тогда я тоже умру! - ее голос был полон решимости. - Этот сенар верен и предан, пока ты жив, но что будет, если я останусь с ним одна?

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13