Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Погибший Мир (Ричард Блейд, странствие 17)

ModernLib.Net / Лэрд Дж / Погибший Мир (Ричард Блейд, странствие 17) - Чтение (стр. 9)
Автор: Лэрд Дж
Жанр:

 

 


Рильгон хорошо выбрал время для удара, ибо в городе шла междуусобная борьба между двумя фракциями, претендовавшими на пост Верховной Хранительницы. Насколько понял Блейд, она владела тайнами Храма Жизни, занимая ключевое положение среди владычиц страны. Обе противоборствующие группировки тратили все силы на яростные споры и слежку друг за другом; боеспособность армии упала, воительницы не подчинялись приказам командиров, относившимся к фракции соперников, охрана потеряла бдительность. Патрули все реже появлялись в дебрях Хасрата, а если такое и случалось, их целью скорее было развлечение, а не разведка.
      - Но моя девушка не говорила мне об этом!
      Покачав головой, Хильгар с сухим смешком произнес:
      - Твоя девушка очень молода, Блейд, и очень неопытна. Я думаю, отряды Рильгона пройдут через Хасрат незамеченными и внезапно обрушатся на город. А там... Если не предупредить бреггани, катастрофа неизбежна: город падет, наши надежды развеются прахом...
      - Но почему это тебя беспокоит? - спросил странник. - Мне кажется, вы не питаете теплых чувств к дочерям Великой Матери.
      - Ты прав, - угрюмо согласился бленар, - я не дал бы и сломанного ножа за жизнь большинства из них. Но в городе сохранились древние знания и искусства - то, чего нет ни у нас, ни у людей Рильгона. Мы имеем друзей за городскими стенами, и они кое-что нам передали... но не все, далеко не все... - он нахмурил брови. - Придет Рильгон, и наши друзья погибнут... умрет город, а вместе с ним - и знания. Много веков пролетит, пока нашим потомкам удастся обрести потерянное... А может, этого никогда не случится... может, люди вымрут, оставив землю дикому зверью... или сами превратятся в зверье, как сенары!
      Блейд не сомневался в его искренности; боль и страсть звучали в голосе Хильгара.
      - Что же вы собираетесь делать? - тихо спросил он. - Может ли ваш народ одолеть Рильгона?
      - Нет, - пожал плечами вождь. - Мы пойдем к городу, дождемся женщин, которые нам помогают, и двинемся к северному океану, подальше от Рильгона. Там, на побережье, есть хорошие земли, не затронутые саммаром... Наши разведчики знают туда дорогу.
      Странник кивнул. Что ж, возможно... Однако ему показалось, что сам Хильгар не уверен в успехе этого плана. Если Рильгон захватят лес и степь, кто помешает ему добраться до северного побережья?
      - Чем же я могу вам помочь? - спросил он вождя бленаров, понимая, что настало время выбора. Он больше не ведал сомнений; в этом мире он пойдет с Хильгаром. Да, с Хильгаром и его народом, а не с кровожадными горцами и не с бреггани, которые вот-вот перегрызутся друг с другом.
      - Мы собираемся послать к городу разведчиков с вестью для тех, кто нам помогает. Они должны вовремя присоединиться к нашим переселенцам... - вождь озабоченно нахмурился. - Пойдут лучшие бойцы... но они будут еще сильнее, если научатся воевать так, как умеешь ты. НугУн рассказывал мне про вашу схватку... Ты можешь обучить нескольких воинов своему искусству?
      - Сколько ты дашь на это времени? - спросил Блейд, уже готовый согласиться.
      - Не больше одной луны, к сожалению... События торопят нас. Когда следующая луна вырастет наполовину, отрад должен выйти к городу.
      Дней сорок, прикинул Блейд; что ж, можно попытаться.
      Он протянул руку и положил ее на колено Хильгара.
      - Я согласен. И я сделаю все, что сумею...
      Суровое лицо бленара оставалось неподвижным, но странник заметил, как сверкнули его глаза. Или в них просто отразился свет нарождавшегося месяца?
      * * *
      Прошло два дня, прежде чем отряд добрался до Хартры, главного поселения бленаров-па. Этот городок лежал на высоком берегу речки, впадавшей в Восточный океан; до устья ее, где находилась небольшая рыбачья деревушка, было миль пятнадцать. Пропуская длинную цепочку людей, странник остановился на косогоре, обняв за плечи Вайалу. Они с любопытством разглядывали бревенчатый тын с башенками, над которым висело склонявшееся к закату солнце, окованные железными полосами ворота, длинную пристань, где теснились баркасы и корабли покрупнее, похожие на одномачтовые шхуны, заросли высоких папоротников, подступавшие к самой воде. Блейд решил, что в Хартре обитает не меньше пяти тысяч человек. Городок, окруженный полями и рощами, выглядел процветающим; у стен его располагались предместья ремесленников, откуда тянуло дымом гончарных печей и кузниц.
      - Брегга больше, - сказала девушка, подняв к Блейду оживленное личико, - гораздо больше. Здесь даже нет каменных домов... - она помолчала, потом прижалась щекой к его груди. - Но нам с тобой хватит и деревянного, да?
      - Конечно, малышка. Там будет очаг и стол, а что еще надо оголодавшим в скитаниях путникам?
      - Я думаю, кровать, - она лукаво усмехнулась.
      Блейд склонил голову к ее ушку, готовый развить эту тему, как вдруг сзади раздался громоподобный рев - точь-в-точь рычанье льва, завидевшего упитанную антилопу. Вздрогнув, странник выхватил меч и обернулся. Ему хватило одного взгляда, чтобы все понять; клинок полетел в траву, а сам он радостно вскинул руки - вылетев из городских ворот, к нему огромными прыжками мчался Нуг-Ун.
      Плечо сенара было забинтовано, но когда он налетел на Блейда, чуть не свалив его наземь, тот едва не задохнулся в могучих объятиях. Наконец сенар выпустил друга, но от избытка чувств несколько раз высоко подпрыгнул, прежде чем смог произнести хотя бы слово.
      - Жить! Блейд здесь, Блейд жить! Блейд убить всех плохих голокожих, твердил он, растянув толстые губы до ушей. Вероятно, это означало радостную улыбку. Затем Нуг повернулся к Вайале и деловито констатировал: - Самка Блейда тоже жить. Хорошая самка, однако худая. Много есть, стать толстой.
      Вайала негодующе фыркнула; дорога была утомительной, и она в самом деле спала с лица. Странник расхохотался и хлопнул своего волосатого приятеля по плечу, этот удар мог свалить быка, но Нуг только весело оскалил зубы.
      Наконец сенар немного успокоился.
      - Ты здорово нас выручил, старина! - Блейд стиснул огромную лапу дикаря. - Пожалуй, мы оба обязаны тебе жизнью. И я думаю, - он бросил взгляд на девушку, - моя женщина больше не станет на тебя фыркать.
      С полминуты Вайала колебалась; потом ее рука робко легла на волосатую длань, и девушка прошептала:
      - Нуг-Ун хороший... Я больше не боюсь Нуг-Уна...
      - О! - сенар был поражен. - Ты не грозить Нуг-Уну блестящей палкой? Ты не говорить Нуг-Уну "ффы"? - он очень похоже изобразил ее фырканье. Ты сказать, НугУн - хороший?
      - Да, - казалось, Вайала с трудом удерживается от смеха.
      - Тогда, - заявил дикарь, - Нуг-Ун доволен. Нуг-Ун принести много еды, самка Блейда стать толстой. Еще Нуг-Ун убить много голокожих и плохих сенаров, отдать самке Блейда их головы.
      - Не стоит, - Блейд наклонился за мечом. - Лучше Нуг-Ун будет охотиться в лесу, приносить моей женщине красивые шкуры.
      Нуг-Ун задумчиво поскреб волосатую грудь.
      - Головы лучше... Но если самка Блейда хотеть шкуры, Нуг-Ун принести шкуры. Но шкуры голокожих плохие, мало шерсти.
      Странник вздохнул, подумав, что и дети Нуг-Уна, и внуки его будут предпочитать войну охоте, и человечьи головы - звериным мехам. Неспешна поступь времени, и лишь оно способно превратить волосатых в людей; правда, и люди были падкими до вражеских скальпов.
      Хильгар отвел их с Вайалой в домик на городской окраине, велев отдыхать и ждать, пока совет старейшин решит судьбу пришельцев. Блейд молча кивнул, осматривая свое новое жилище. Выглядело оно не в пример уютней хлева, в котором его держали люди Рильгона; тут был пол из толстых оструганных досок, большая бадья с водой, похожий на камин очаг и кое-какая мебель - стол, несколько табуретов, полки с немудрящей утварью. В углу, под окном, стояла широкая кровать с домотканным покрывалом, на котором была разложена чистая одежда. Блейд выглянул в окошко. За домиком тянулся луг, и среди зеленой травы яркими огненными язычками пылали головки каких-то цветов; их нежный аромат наполнял комнату.
      - Таких много в Брегге, - вздохнув, сказала девушка. - Цветы вечерней зари... в это время они пахнут сильнее...
      Путники вымылись; вода и чистые полотенца после скитаний по лесам и болотам казались роскошью. Перед заходом солнца им принесли ужин - большой кусок дичины на деревянном блюде, настоящий хлеб, кувшин с кисловатым красным вином. Они с аппетитом поели, опустошив и блюдо, и кувшин, затем нырнули в постель. Вытянувшись на спине, Блейд ощущал рядом теплую грудь Вайалы, прядь ее волос щекотала шею, щека доверчиво прильнула к его щеке. Дорога утомила обоих, и в этот вечер грешные мысли, вероятно, не тревожили юную бреггани; она уснула, едва закрыв глаза. Блейд натянул покрывало до подбородка, расслабился и тоже задремал.
      Спал он долго и крепко, а пробудившись обнаружил, что уже настает утро - бледные розовые лучи заливали комнату, и небо над лугом начало наливаться цветом густого аметиста. Рядом с ним раздавалось тихое дыхание Вайалы. Повернув голову, Блейд посмотрел на ее безмятежное лицо. Вечером девушка успела смыть грязь, оставшуюся после плена и трудной дорога; ее локоны, разметавшиеся по подушке, были прелестны - длинные, золотистые, густые.
      Блейд не успел притронуться к ней, как она, почувствовав его взгляд, зашевелилась. Не открывая глаз, Вайала что-то прошептала, затем ее веки дрогнули, и темносиние зрачки уставились в лицо странника. В следующий миг стройное тело девушки прижалось к нему, он ощутил аромат ее кожи и теплые губы на щеке. Они были сухими и горячими.
      - Ты мой мужчина, - вдруг произнесла она, приподнявшись на локте. Теперь я понимаю...
      - Что, малышка?
      - Женщина принадлежит мужчине, мужчина - женщине... Не как вещи, иначе... И это - правильно.
      Со вздохом удовлетворения она прилегла на грудь Блейда. Теперь его тубы касались горла девушки, ласкали круглый подбородок; ее маленькие ладони гладили его плечи, и их нежные прикосновения напомнили страннику порыв ветерка в летний зной. Он чуть передвинул легкое тело, и твердый розовый сосок послушно скользнул в рот. Блейд целовал его, ощущая, как нарастает возбуждение, потом его губы проложили дорожку к другой груди, поймав нежный розовый бутон. Вайала тихо вскрикнула, едва сдерживая сотрясавшую ее дрожь
      Внезапно она села, упираясь руками в его плечи и широко раздвинув бедра, потом привстала на коленях и начала медленно опускаться. Почувствовав прикосновение твердого жезла плоти, девушка нерешительно замерла, рот ее приоткрылся в безмолвном стоне Блейд, обхватив руками тонкую гибкую талию, настойчиво потянул ее вниз, синие глаза распахнулись во всю ширь, Вайала прикусила губу, и он вошел в теплый влажный канал.
      Несколько секунд она не шевелилась, наконец, откинувшись назад, стала мерно раскачиваться вверх-вниз, сначала чуть приподнимая бедра, затем все ускоряя и ускоряя темп. Блейд, охваченный неистовым желанием, потянулся ей навстречу.
      Это продолжалось довольно долго. Головка Вайалы в ореоле золотистых волос склонилась к плечу, опущенные веки притушили блеск сапфировых глаз, рот приоткрылся, грудь бурно вздымалась. Вдруг, выгнув спину и жадно втягивая воздух запекшимися губами, девушка вскрикнула; Блейд почувствовал, что приближается финал. Через мгновение она затрепетала, содрогнулась в его сильных руках, и странник со вздохом облегчения прижался лицом к шелку волос, чувствуя, как нежные губы ласкают шею гдето под самым ухом. Он шумно выдохнул воздух, всколыхнув золотистые локоны, и осторожно опустил девушку на постель.
      Блаженный покой охватил его. Вытянувшись на спине, Блейд скользнул бездумным взглядом по грубо отесанным балкам потолка, по бревенчатым стенам хижины в пятнах солнечных лучей и массивным, окованным железом, доскам двери. Наконец туман в голове рассеялся, он спустил ноги на пол, погладил Вайалу по плечу и встал. Солнце сверкающим оранжевым шаром всплывало над лугом, алые цветы раскрывались ему навстречу, и трудно было поверить, что в этот мир, полный любви и красоты, тишины и покоя, кто-то может снова выплеснуть сосуд зла, губительную смесь ярости, властолюбия и жажды крови.
      Однако это было так. Вздохнув, Блейд потянулся к одежде.
      * * *
      Старейшины бленаров-па были, очевидно, людьми основательными и неторопливыми; совещались они целую неделю. Правда, причиной тому являлась вовсе не судьба Блейда, который уже через день после прибытия в Хартру начал заниматься с группой отборных бойцов. Вопрос с ним решился практически сразу - никто из членов совета не возражал, чтобы использовать чужеземного воина в качестве тренера и учителя, всем было ясно, что волшебное мастерство боя без оружия пригодится разведчикам не меньше мечей и луков.
      Столь долгое обсуждение вызвал план Хильгара, который он изложил страннику во время привала в лесу. Тут уже такого единодушия не наблюдалось. Многие были склонны принять идею военного вождя насчет переселения всего народа на север, к океану, другие же считали, что население Хартры и более мелких городков и деревень к этому не готово. Блейд и сам видел, что большинство жителей даже не думает собираться в путь; он понимал их и сочувствовал им, пожалуй, больше, чем Хильгар. Военачальник бленаров был одержим своей идеей и, подобно большинству таких личностей, не входил в житейские обстоятельства. Для Блейда же были понятны страх и нежелание людей покидать насиженные места, бросать свои дома, имущество и земли. Во имя великой цели, во имя будущего, им предлагали уйти в далекую неизвестную страну, но они пока не ощущали угрозы и здесь. Хильгар настаивал на переселении еще и потому, что видел в знаниях, хранящихся в городе, последнюю надежду Триречья; однако, знания не волновали большинство его соплеменников.
      Ирония судьбы: один из самых верных друзей Хильгара, член совета старейшин, более всех сомневался в разумности его плана. Это была женщина, Трайя, командир отряда разведчиков, бреггани. Ей стукнуло тридцать, и она гораздо лучше Вайалы разбиралась в политических хитросплетениях Брегги. Трайя не раз участвовала в охотничьих вылазках в лес, и пару лет назад сенары Рильгона захватили ее в плен. Она не пыталась приспособиться к жизни в стойбище волосатых и не стала ждать, когда ее продадут горцам за кувшин спиртного; эту женщину отличал твердый нрав. За свою непокорность Трайя получила сотню ударов плетьми, а затем ее, бездыханную, бросили в лесной чаще. Она выжила. Она переправилась на бревне через Орилу и долго плутала в болотах, пока разведчики бленаров-па не подобрали ее. Теперь Трайя командовала этим отрядом. До сих пор вся спина женщины от шеи до ягодиц была покрыта белесыми полосками шрамов.
      Когда Трайя отлеживалась после побега, Хильгар часто беседовал с ней, расспрашивая о степной стране, о древних знаниях, сохранившихся у бреггани, о ситуации в городе. Большую часть того, что вождь рассказывал Блейду, он узнал от Трайи. Она не только говорила, но и слушала, постепенно проникаясь идеями Хильгара; они подружились, и когда Трайя поднялась на ноги. Дух Единства почти вытеснил из ее сердца Великую Мать.
      Она была невысокой - на полголовы ниже, чем те бреггани, которых Блейд встретил в Лесу Гигантов. Лицо ее, с крупными, чуть резковатыми чертами, красиво обрамляли темно-каштановые волосы с проблесками седины; несмотря на крепкую приземистую фигуру, Трайя была прекрасно сложена. Вероятно, она выглядела очень соблазнительной - до того, как плети сенаров оставили на ее теле жуткие отметины. В Хартре она так и не завела приятеля, и казалось, что ее совершенно не интересуют ни собственная внешность, ни мужчины. Странник, однако, замечал, что иногда глаза женщины останавливались на Хильгаре; взгляд ее становился мягким, по губам скользила чуть заметная улыбка. Блейд полагал, что военному вождю стоило бы обращать внимание на такие мелочи. Впрочем, в дела Хильгара он не лез.
      Эта женщина, Трайя, никогда не флиртовала с ним, даже когда рядом не было Вайалы. Часто, утомленные после дневных занятий, они болтали на пороге хижины или на поляне, служившей Блейду тренировочным залом. Вайала, превратившаяся в одну из лучших его учениц, приносила кувшин слабого красного вина, потом устраивалась у ног странника; он слушал, Трайя говорила. У нее были другие намерения, чем у Хильгара; эта бреггани была готова принять самое активное участие в схватке между городом и ордами Рильгона.
      - Мы должны укрыть женщин, детей и стариков в лесах, - с жаром излагала она свои планы. - В верховьях Бурой такие чащи, что люди Рильгона не найдут их следов, даже если станут искать целый год. Затем наши воины только воины, а не весь народ, - отправятся к городу. Мы не уйдем на север, не сбежим, как предлагает Хильгар, а разобьем лагерь в степи и дождемся войска Рильгона.
      - И что потом? - вставил Блейд.
      - Потом? Разве не ясно? Отряды Рильгона подойдут к городу, воительницы покинут стены Брегги, чтобы принять бой. И вот тогда наши люди, две тысячи лучших в Триречье бойцов...
      - ...ударят Рильгону в спину! - закончил странник.
      Трайя кивнула головой.
      - Если вам удастся сделать это вовремя, убийцы Рильгона лягут под стенами Брегги. По крайней мере, большинство! Остальных мы вытесним в лес и будем гнать до самой Фиолетовой Пустоши! - ее кулаки сжались, глаза опасно сверкнули. - И тогда наши сестры, которых мы спасем, станут думать о мужчинах иначе, чем теперь... Возможно, они поделятся знаниями, и мечта Хильгара исполнится.
      - Ты сказала: возможно, - заметил Блейд.
      Женщина только пожала плечами:
      - Конечно, я не могу знать наверняка. Но, думаю, таким путем мы добьемся большего, чем бегством на север. Даже если бреггани по-прежнему будут скрывать древние знания, то уж с Рильгоном и его ордой мы разделаемся! - Когда Трайя говорила о Рильгоне я его людях, ее карие глаза вспыхивали от ярости. - Мы должны бороться вместе. Блейд. Вместе! Дух Единства и Великая Мать - против злобных демонов пустынь, лесов и гор!
      С этим странник был согласен - как и Вайала, зачарованно слушавшая речи старшей сестры. Вероятно, юная бреггани уже видела, как они втроем спасают великий город на северных равнинах от нашествия варваров и преподносят Великой Матери голову Рильгона. Блейд не разделял ее энтузиазма; к сожалению, эта голова крепко сидела на плечах.
      Шло время, из города поступали все более тревожные вести. Соперничество в Брегге обострилось до предела, иногда случались открытые столкновения между сестрами. Не радовали и новости из Сенар Хасра и западных предгорий, где Рильгон сколачивал армию. Численность его войска непрерывно росла; было ясно, что он поведет на город тысяч пять бленаров и по крайней мере в четыре раза больше дикарей. Даже забыв о своих распрях, бреггани могли бы вывести в поле только пять-шесть тысяч бойцов.
      Когда Трайя сказала об этом, странник удивленно покачал головой. По словам Вайалы, расписывавшей чудеса и великолепие степного города, он полагал Бреггу новым Римом; вероятно, его подруга слегка преувеличила мудрость и мощь своих сестер.
      - Неужели в Брегге так мало жителей? - он уставился на Трайю, с недоумением наморщив лоб.
      Женщина невесело усмехнулась.
      - Нет, конечно. Город многолюден, но воительниц в нем немного. Хвала Великой Матери, что те сестры, которые готовы присоединиться к нам, умеют держать оружие в руках. Остальные, я думаю, бесполезны.
      Блейд, однако, полагал иначе. Не раз и не два ему случалось видеть, как мирные жители за невероятно короткий срок превращались в грозных бойцов. Все зависело от обстоятельств! А в этом мире, как и в прочих, они людей не баловали.
      ГЛАВА 9
      Пролетел месяц, дни, полные трудов, сменялись тихими спокойными вечерами, предвестниками жарких ночей. По расчетам Блейда, он пробыл в этом мире уже девять недель. Он видел его леса и реки, болота и холмы, пустыню и океан, стойбища дикарей и селения тех, кто сохранил человеческий облик. Стоило ли задерживаться среди них? Триречье - немалый кусок земли, однако оно было всего лишь зеленой рощей, уцелевшей на востоке континента. Вероятно, огромного, и почти наверняка - выжженного дотла. Ему хотелось это проверить.
      Тем не менее, он остался. Он хотел помочь маленькому народу Хильгара, хотел увидеть Бреггу - победителем, а не пленником, которого тащат на аркане, хотел разведать ее древние тайны. Может быть, там найдется что-то любопытное? К примеру, установки искусственной репродукции рода человеческого... Его светлости такая информация была бы интересна...
      Сам Блейд предпочитал старый способ - при полном одобрении Вайалы. Иногда он признавался себе, что не только предстоящая разведка и надежды ознакомиться с инкубатором бреггани удерживают его в Хартре; нет, было кое-что еще. Этот край у моря дышал покоем. Прозрачная река, маленький домик на краю луга, неторопливая беседа, запах цветов, аромат кожи Вайалы... Вайала! Она превратилась в настоящую женщину, восхитительную и нежную!
      Нет, он не покинет Хартру, не пойдет за Каменный Серп, чтобы бросить взгляд на мертвые земли запада. Если суждено, он увидит их и ужаснется; если же нет... С него хватит ужасов фиолетовой пустыни!
      Наступило время, и старейшины, после долгих споров, наконец пришли к единому мнению; теперь странник знал, что ждет его в ближайший месяц. Бленары-па решили отправить войско на помощь Брегге - вслед за отрядом разведчиков, который поведут Блейд и Трайя. Остальной народ будет готовиться к переселению и, в случае победы Рильгона, люди покинут этот край. Они выйдут в море и поплывут на север, туда, где за степями Брегги, за мертвой пустыней и горным хребтом, шумят суровые хвойные леса. Может быть, в далеком уголке мира, который пощадило Разрушение, они обретут безопасность... Блейд, однако, в этом сомневался; он звал нрав завоевателей. Если удача улыбнется Рильгону, кто помешает ему построить корабли и обыскать все побережье материка?
      Хильгар начал собирать войско; его, как и переселенцев, предполагалось переправить на судах, вместительных парусных шхунах, на которых рыбаки бленаров ходили вдоль побережья. В один из дней кораблик поменьше унес на север группу разведчиков. В нее вошли девятнадцать человек, десять женщин и девять мужчин, не считая НугУна и самого Блейда; все - лучшие его ученики. Оглядывая расположившихся на палубе людей, странник подумал, что в отряде маловато мужчин. Им, однако, предстояло действовать и в городе, где лишь женщины могли свободно передвигаться. Пять воительниц, включая Трайю и Вайалу, жили раньше за стенами Брегги; на их плечи ляжет основная задача установить связь с сестрами и вывести их в степь. Блейд вздохнул, покосившись на крепкие фигуры Трайи и остальных бреггани, на нежное личико своей подруги в ореоле золотых волос. Пусть пребудет с ними милость Великой Матери и Дух Единства! Если их узнают, живым не вернется никто.
      За сутки шхуна пересекла океанский залив, принимавший воды Триречья, не приближаясь ни к устью Орилы, ни к страшному побережью Фиолетовой Пустоши. Разведчиков высадили среди холмов на восточное оконечности Леса Гигантов, где берег был изрезан многочисленными бухточками и шхерами, иногда тянувшимися на несколько миль вглубь суши. Вид огромных деревьев, приподнятых к небесам на пьедесталах пологих холмов, снова потряс Блейда: разглядывая их с моря, он решил, что некоторые исполины Хасрата достигают семисот футов в высоту.
      Впрочем, тут разведчики не задержались; Трайя быстрым маршем повела отряд на север. Вскоре деревья начали мельчать и редеть, уступая место траве, кустам и зарослям диких виноградных лоз; степь медленно сменяла лесное царство, выхватывая из зеленой плоти Хасрата то одиночное дерево, то целую рощу. Тут, на северовосточной оконечности равнины, путники сделали привал - для отдыха и рекогносцировки. Если бы патрули бреггани с прежним усердием охраняли степь, им пришлось бы двигаться дальше медленно и осторожно. Но Трайя полагала, что сейчас, когда борьба за власть в городе вот-вот выльется в кровавую стычку, соперницам некогда думать об охране границ. Это означало, что путники могут без опасений покинуть лес.
      Тем не менее, она выслала в разведку несколько групп по два-три человека; они прочесали равнину на десять миль вперед, не обнаружив ни одной живой души. На следующее утро цепочка мужчин и женщин, оставив позади лесную прохладу Хасрата, потянулась в жаркую степь. Они продолжали путь на северо-запад - туда, где в сотне миль от границы безбрежного леса лежал город бреггани.
      Путешествуя по ночам и скрываясь днем, разведчики преодолели две трети этого расстояния за четверо суток. Блейд не без удовольствия наблюдал, как растет авторитет Нуг-Уна; острое зрение дикаря позволяло отряду идти в темноте почти с такой же скоростью, как и днем. Не раз сенар предупреждал путников о едва заметных тенях, что крались во мраке; они падали в траву, пропуская стражей.
      Трайя считала, что попадавшиеся навстречу группы не являлись обычными патрулями или охотничьими отрядами, которым не было нужды таиться на собственной территории. Эти же бреггани шли быстро и скрытно, и пересекали равнину словно хищные ночные птицы, вылетевшие на поиски добычи. Что нужно было им во тьме ночи? Какие интриги плелись за городскими стенами? Никто из разведчиков этого не знал; с тревожным любопытством они приближались к Брегге, ожидая самой худшей вести, о том, что началась кровавая междуусобная резня. Только Нуг оставался безразличным к таким вещам, выходившим за грань его понимания. Мир сенара был прост, врагов надлежало убивать, друзей охранять. Впрочем, друзей у него, кроме Блейда, не имелось.
      Миновал пятый день. Они пересекли широкую полосу степи, оставив за спиной плодородную равнину с перелесками, небольшими ручейками и огороженными лугами, где паслись стада рогатых пепельно-серых животных, напоминавших миниатюрных коров. Утром, когда еще не высохла роса на траве, Блейд подполз к изгороди одной из таких ферм, и долго наблюдал за домом, двором и похожими на хлева сараями. Здесь обитала дюжина крепких сильных женщин, облаченных в короткие туники из грубой коричневой материи; на взгляд странника, они ничем не отличались от польских или норвежских крестьянок. На ферме держали и двух рабов-сенаров, заменявших лошадей: они качали воду из колодца, вертели тяжелые жернова, таскали огромные вязанки дров.
      Возвратившись в лагерь, он рассказал об увиденном Трайе. Та равнодушно пожала плечами:
      - Да, в Брегге много сенаров, заветы Великой Матери не запрещают держать домашних, животных. Но к тебе это не относится, - она окинула Блейда быстрым взглядом. - Ты - не сенар. Если попадешь в плен, тебя просто убьют.
      На шестой день пути фермы стали крупнее; необработанные земли меж ними тянулись узкими полосками. Теперь разведчикам приходилось двигаться с гораздо большей осторожностью и еще тщательнее выбирать места привалов. Здесь, в двух-трех десятках миль от городских стен, иногда попадались патрули, но не слишком часто. Как-то днем часовые заметили приближающееся облако пыли - отряд из двадцати бреггани в тяжелом вооружении, с копьями и большими квадратными щитами. Они, вероятно, шли издалека, воительницы выглядели усталыми, а их угрюмые лица покрывал толстый слой пыли.
      - Тут хватило бы бойцов на полдесятка патрулей, - мрачно заметила Трайя. - Непохоже, однако, чтобы они возвращались из Хасрата... в Хасрат в таком снаряжении не ходят... - нахмурившись, женщина проводила отряд пристальным взглядом и вздохнула: - Похоже, Рильгон может разбить лагерь в трех днях пути от города, и никто об этом не узнает.
      Чтобы отвлечь ее от невеселых мыслей, Блейд предложил.
      - Не пора ли и нам подыскать надежное место для стоянки? Скрытное и достаточно просторное, чтобы разместить бреггани, которые присоединятся к нам... Оно должно быть удобным для обороны - на тот случай, если нам придется отражать атаку городской стражи или воинов Рильгона.
      Трайя устало кивнула.
      - Конечно, ты прав. Можно было бы занять ферму неподалеку от города, но заброшенных ферм тут немного, и они - ненадежное убежище... временами их все-таки посещают. Боюсь, нам придется обойтись без крыши над головой... она задумалась. - Разобьем лагерь где-нибудь на поляне в роще.
      Странника эта идея не вдохновляла; он полагал, что стены - куда более надежное укрытие, чем древесные стволы. К счастью, проблему лагеря удалось разрешить в ближайшие же дни. Вечером они с Нуг-Уном отправились в очередной рейд по окрестностям, вернувшись через сутки с новостями.
      - К югу от города стоит большое древнее здание с пристройками, доложил Блейд, оставшись наедине с Трайей. - Все - из черного камня... Во всяком случае, этот материал похож на оплавленный камень. Крыши нет, и эти руины не укроют нас от непогоды, но стены еще крепкие. Место скрытное, вокруг все заросло деревьями и кустарником.
      - Вы... вы входили внутрь? - с трудом выдавила женщина.
      - Да, конечно... А в чем дело?
      - Черные развалины! Это же черные развалины! Проклятое место! - губы Трайи дрожали. - Там... там находилось зло, уничтожившее мир!
      Древний арсенал, понял Блейд. Трайя все еще не могла успокоиться
      - Когда-то это место было источником страшной болезни, - прошептала она. - Такой же, что поражала сестер, уходивших за Каменный Серп, в мертвые земли... Теперь следы саммара исчезли, но мы все равно не остановимся там. Это принесет нам несчастье!
      - Но почему же? - возразил Блейд. - Здание отлично подходит для обороны, и коль бреггани боятся его посещать, тем лучше. А что касается зла... Война, Трайя, всегда оставляет после себя много зла. Тем не менее, эти развалины - прекрасное место для лагеря. Они...
      - Насилие оставляет после себя проклятье! - перебила его Трайя.
      - Сколько не проклинай насилие, от этого оно не исчезнет - как и твой страх, - Блейд устало опустился в траву, подобрав под себя ноги. Теперь он вспомнил, что старая башня на границе Фиолетовой Пустоши тоже вызывала ужас у Вайалы и Нуга. Вероятно, в сознании всех жителей Триречья с древних времен закрепилось табу - держаться подальше от любых развалин. Он, тем не менее, не собирался отступать.
      - С эпохи катастрофы минула тысяча лет... или больше... Нельзя вечно бояться прошлого! По словам Вайалы, вы, бреггани, можете чувствовать опасность... Если у кого-то начнет жечь кожу, мы тут же уйдем! Что еще тебя тревожит? Древние проклятья?

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13