Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Шотландские сны - Обещание

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Макголдрик Мэй / Обещание - Чтение (стр. 7)
Автор: Макголдрик Мэй
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Шотландские сны

 

 


– Да, спасибо. Давай поднос мне. – Ребекка взяла у служанки поднос. – Вчера я немного устала, но сегодня чувствую себя гораздо лучше.

– Тогда, возможно, вы захотите позавтракать в столовой? Граф, как обычно, уехал чуть свет, а мастер Джеймс и мистер Кларк все еще...

– Не сегодня, Эллен. Вы ведь Эллен, верно? Девушка снова присела в реверансе и улыбнулась.

– Да, мэм.

– А миссис Трент уже позавтракала?

– Да, мэм, давным-давно. Хотите, чтобы я привела ее к вам?

Ребекка устремила взгляд на ступеньки.

– У меня есть идея получше. Почему бы вам не проводить меня вниз? Возможно, я там позавтракаю, пока буду разговаривать с миссис Трент.

– С нами, слу... – Яркий румянец залил веснушчатое лицо Эллен. – Но если вы желаете, мэм, я провожу вас.

За длинным столом в помещении для прислуги сидели, завтракая и судача, человек десять – двенадцать. Стоило Ребекке войти, как беседа прекратилась и все взгляды устремились на нее, а ножи и вилки повисли в воздухе. Ребекка кивнула, и все тотчас вскочили на ноги.

– Миссис Форд решила позавтракать здесь, а не в столовой. Миссис Форд искала миссис Трент.

Все пришли в еще большее замешательство.

Тут Ребекка подумала, что в Солгрейве не найдет для себя места, и хотела направиться к двери, когда в другую дверь вошел Дэниел с каким-то мужчиной.

– О, миссис Форд! Счастлив вас видеть! – обратился к ней управляющий с нескрываемой радостью в голосе. – Благодарение Богу, вы чувствуете себя лучше. Пожалуйста, мэм, позвольте мне.

Он взял поднос и протянул его молодой служанке.

– Эллен, возьмите это и скажите повару, чтобы прислал чайник со свежим чаем в библиотеку.

Как только девушка убежала, Дэниел, понизив голос, произнес:

– Надеюсь, ничего такого не случилось, что потребовало вашего присутствия в этом крыле? Если мы чем-то вас разочаровали...

– Вовсе нет, Дэниел. Просто хотела поговорить с миссис Трент. Кроме того, сочла разумным не присутствовать на занятиях, которые мистер Кларк по утрам проводит с Джеймсом.

– Понимаю, мэм. Если хотите, я передам миссис Трент, что вы желаете видеть ее в библиотеке. Его милость особо подчеркнул, чтобы я сделал ваше пребывание здесь комфортным. Вид озера, озаренного солнечным светом, просто ошеломляет, позвольте заметить.

– Я и в самом деле хорошо себя чувствую, – с улыбкой заверила Ребекка управляющего. – Мне ничего не нужно, Дэниел.

– Рад это слышать, мэм. Почту за честь вас проводить.

Поклонившись, он жестом указал на дверь, через которую вошел.

Нетрудно было догадаться, что Дэниел пытался дать ей понять, что ее положение в Солгрейве соответствовало рангу почетного гостя лорда Стенмора. Ребекка нахмурилась. Это противоречило ее плану.

– Не хочу быть обузой. Может, мне подождать в моей комнате?

– Осмелюсь сказать, мэм, что вашего общества вчера явно не хватало. Ваше присутствие оказало бы весьма благотворное действие на мастера Джеймса и на его милость тоже, смею добавить.

Управляющий был настроен решительно, и Ребекке пришлось согласиться. Теперь ей оставалось надеяться лишь на миссис Трент.

Глава 15

Миссис Трент похлопала Ребекку по руке и покачала головой.

– Думаю, об этом не может быть и речи, дорогая, – заявила экономка, когда Ребекка сказала ей о своем желании сменить комнату.

– Но, миссис Трент, комната, которую я занимаю, предназначена для гостей благородного происхождения.

– Благородного происхождения? Ни дорогая одежда, ни титул не являются признаками благородства. Благородство – это дар Божий. И вам он ниспослан свыше. Так что не будем это обсуждать. Оставим все как есть.

Экономка взяла Ребекку за руку.

– Миссис Трент...

– Вот уж не думала, что доживу до того дня, когда Филипп и Дэниел сойдутся во мнениях. – Женщина широко улыбнулась. – По дороге сюда меня остановил Филипп и сказал, чтобы я не заставляла вас ждать. Не кто-нибудь, а Филипп! Ничего подобного с ним никогда не случалось.

– Это не имеет никакого значения, – возразила Ребекка, направившись к одному из больших окон. – Филиппу, вероятно, понравилось, что я считаю его и Дэниела братьями-близнецами. Дэниел, думаю, обиделся.

– Дэниел всячески старается вам угодить, – возразила экономка, наливая в чашку чай. – Давненько у нас в Солгрейве не было настоящей леди, такой как вы. Присядьте лучше к столу и забудьте о переезде в другую комнату.

– Миссис Трент, я путаюсь под ногами, – не унималась Ребекка. – У меня самые лучшие намерения, но осуществить их мне не удается. Каждый раз я делаю не то, что следует, на что не имею права.

– Имеете! Вы одна воспитывали мальчика в стране квакеров и других варваров, воспитывали очень хорошо, и заслужили это право.

Миссис Трент протянула Ребекке чашку чая, и той ничего не оставалось, как взять ее.

– А об отъезде пока рано говорить, еще и неделя не прошла с момента вашего приезда, и мальчик в вас нуждается.

При мысли об отъезде Ребекка похолодела. Она еще не была готова расстаться с Джейми, как ни старалась. У нее было много сомнений, касающихся прошлого лорда Стенмора. Да и тревога о будущем Джейми не проходила. Не говоря уже о том, что жизнь в Америке без Джейми, если она туда вернется, будет лишена всякого смысла.

Ребекка промолчала, отпив глоток чая.

– В деревне особых развлечений нет. Я понимаю. Хорошо бы граф организовал для вас поездку в Лондон на несколько дней.

– У меня нет желания ехать в Лондон. Я сама настояла, чтобы мы приехали сюда.

Миссис Трент улыбнулась.

– В Солгрейве есть чем заняться. К нам приезжают люди с континента и из других стран посмотреть картины в галерее. У его сиятельства прекрасная библиотека. А в окрестностях есть чудесные дорожки для прогулок. В одном уголке здесь даже соорудили для матери его сиятельства сиденье у подножия древнего дуба. Оттуда открывается великолепный вид. А если прокатиться верхом по дорожкам парка, говорят, получишь настоящий заряд бодрости. Сама я не умею ездить на лошади. Деревня Небуорт лежит совсем недалеко от нас. И конечно же, в это воскресенье после службы в церкви его сиятельство обязательно представит вас местной знати. У вас будет возможность убедиться, что наша деревня не такое уж захолустье.

– Ничуть в этом не сомневаюсь, миссис Трент. Но я не привыкла праздно проводить время. Не могла бы я чем-нибудь заняться?

– Заняться? Вы имеете в виду работу?

Ошеломленная, миссис Трент уставилась на Ребекку.

– В Солгрейве все находится под контролем. Дэниел поддерживает в имении образцовый порядок. Джеймс большую часть времени проводит с мистером Кларком. Нет ли в окрестностях школы для девочек, где нужна учительница? Может быть, у священника найдется какая-нибудь благотворительная работа?

Экономка накрыла своей теплой ладонью руку Ребекки.

– Вы – сокровище. Я непременно поговорю с Дэниелом и...

– Пожалуйста, не надо! – перебила ее Ребекка. – Я бы хотела приносить пользу где-нибудь в другом месте, подальше от Джейми. Меньше всего мне бы хотелось, чтобы люди думали обо мне лучше, чем я есть на самом деле.

Экономка похлопала ее по колену.

– Что бы вы там ни говорили, все уже знают, что у вас золотое сердце.

– Благодарю вас, – едва слышно промолвила Ребекка, густо покраснев. – Так есть здесь кто-нибудь, кого я могла бы навестить, миссис Трент? Здесь или в деревне Небуорт?

– Говоря по правде, в деревне есть два человека, которые с радостью ухватились бы за ваше предложение помочь. Но вы должны кое-что узнать о нашей деревне. Она стоит на территории, являющейся частью Солгрейва, и все ее жители – арендаторы его милости. За последние восемь лет, с тех пор как заболел старый граф и его сиятельство взял на себя управление деревней, ренту там не собирали.

Ребекка давно убедилась в том, что граф – человек щедрый, и это не могло не вызывать у нее симпатии.

– Его сиятельство никогда не считал, что традиция должна соблюдаться, если народ при этом страдает. Деревня сама себя обеспечивает, жители занимаются сельским хозяйством и торговлей, и богатство позволяет его сиятельству легко обходиться без податей, которые он мог бы получать с арендаторов. – Миссис Трент бросила взгляд в сторону портрета над камином. Проследив за ее взглядом, Ребекка с интересом вгляделась в изображение мужчины средних лет. – Должна признаться, что наш Сэмюэль Уэйкфилд проводил мало времени в обществе отца, что пошло ему на пользу. Храни его Господь, но старого графа никак нельзя было назвать щедрым. Я рассказываю вам все это для того лишь, чтобы вы представили себе, с каким уважением жители деревни относятся к его сиятельству. И разумеется, они не сделают ничего такого, что могло бы вызвать недовольство его сиятельства.

Сэмюэль Уэйкфилд, граф Стенмор. Ребекка вспомнила, что впервые услышала это имя, когда встретилась с сэром Оливером на пороге своей комнаты в Филадельфии. Она обвела глазами просторную библиотеку. Ее взгляд вновь остановился на портрете отца Стенмора.

– Так о чем это я?

Ребекка переключила внимание на миссис Трент.

– Вы собирались порекомендовать мне каких-то людей из деревни.

– Ах да, преподобного мистера Тримбла и мистера Каннингема. Первый – приходской священник в нашей церкви, второй – директор нашей маленькой школы. Но прежде чем вы спросите, почему не мистера Каннингема пригласили в учителя к мастеру Джеймсу, хочу сказать, что директор школы очень занят. У него много обязанностей. Он и преподобный Тримбл объединились и вместе разбирают дела, требующие вмешательства. Поэтому должна предупредить, что у вас не будет ни минутки свободной. Вам следует заранее определиться, устраивает ли это вас.

– Полагаю, мне нужно сегодня сходить в деревню. Ребекку вполне устраивало то, что ей рассказала миссис Трент. Быть подальше от Солгрейва и его хозяина.

– Я велю Дэниелу позаботиться о карете. Ребекка поднялась.

– Я предпочитаю прогуляться, миссис Трент. Вы разрешите мне сослаться на вас?

– Это не потребуется, дорогая. Деревня гудит, как пчелиный рой, с тех пор как вы приехали с молодым господином. Всем не терпится посмотреть на вас хотя бы одним глазком. – Миссис Трент проводила Ребекку до двери. – Уверена, вам понравятся деревушка Небуорт и ее жители. Они добрые и трудолюбивые, такие же как вы, смею заметить.

Дорога в деревню, пролегавшая через лес и поле, дышала миром и покоем. Тишину нарушали лишь щебет птиц и шелест травы, когда при приближении Ребекки мелкая живность торопливо искала укрытия в зарослях.

Живя в шумном городе, таком как Филадельфия, Ребекка всегда мечтала о тишине. Нет, не мечтала, поправила она себя, не было времени, поскольку она постоянно была занята Джейми. Но здесь, в Солгрейве, на Ребекку нахлынули воспоминания детства – прогулки по полям и паркам в окрестностях Оксфорда.

Обманчивое представление о прошлом Ребекки, которое складывалось у людей, было заслугой миссис Стокдейл. В ее школе Ребекка многому научилась. Правда, некоторые из полученных навыков были совершенно бесполезными для девушки ее положения, так что она никогда о них не упоминала.

Каким образом она оказалась в школе миссис Стокдейл, было для Ребекки загадкой. Ей рассказывали о барристере, которого она считала своим благодетелем. Но в школе миссис Стокдейл учились отпрыски графов и баронов. Ребекка все еще помнила, какие изысканные кареты подкатывали к школе каждую весну, чтобы развозить воспитанниц по аристократическим домам Лондона, Бата, Бристоля, по домам, которые ей и не снились. Также запечатлелись в памяти тележки с сундуками, набитыми стильной новой одеждой, которые осенью прибывали в школу.

А она была дочерью Дженни Грин. Во всяком случае, так утверждал сэр Чарльз Хартингтон. Его слова навеки врезались ей в память. А вместе с ними воспоминания о совершенном ею убийстве и последовавшем за ним бегстве. Ребекка старалась не думать о той проклятой ночи.

В Англии не было человека, который бы не знал Дженни Грин. Когда-то примадонна лондонского театра владела сердцами как принцев, так и бедняков. Дженни Грин вела жизнь, снискавшую ей дурную славу. При мысли, что эта женщина, возможно, ее мать, Ребекка вспыхнула.

Но зачем, думала она сейчас, стала бы актриса тратить огромные средства, чтобы содержать дочь в подобном месте? Почему за все эти годы ни разу с ней не встретилась? Сегодня утром в ожидании миссис Трент в библиотеке лорда Стенмора Ребекка полистала последний выпуск лондонской газеты «Дейли адвертайзер». Поймав себя на том, что просматривает список пьес из репертуара различных театров Лондона, Ребекка вдруг осознала, что ищет имя Дженни Грин. Хотя не знала, жива ли еще ее мать.

На гребне холма Ребекка остановилась, подставив лицо ласковому ветерку. От красоты раскинувшейся перед ней долины захватывало дух. В обрамлении зеленой кромки леса поля и пастбища сбегали вниз, к извилистой речке и Небуорту, маленькой аккуратной деревушке. Ребекка обернулась. С того места, где она стояла, виднелись крыши Солгрейва. Когда деревья теряют листву, подумала Ребекка, эти дымоходы и крепкие стены очень сильно притягивают усталого, озябшего путника.

Ребекка повернулась и стала спускаться по склону к деревне. Она хотела надеть шляпку, когда услышала позади топот копыт, и сошла с дороги. Мгновение спустя из-за скрытого деревьями поворота появился всадник. Сердце Ребекки взволнованно забилось.

– Миссис Форд! – В голосе лорда Стенмора звучало нескрываемое удивление. Не решаясь поднять на него глаза, Ребекка вперила взгляд в широкую грудь жеребца. – Заклинаю, только не говорите, что Джеймс опять исчез!

– Нет, милорд!

Устав сражаться со шляпкой и ветром, Ребекка снова сняла ее, крепко зажав в руке ленты.

– Прелестная шляпка, мэм.

– Благодарю вас. Поскольку Джеймс занят уроками, а утро выдалось чудесное, я решила прогуляться до деревни.

Граф спешился, и их взгляды встретились. Ребекку охватил трепет. Почему она не может держать себя в руках?

– Вы позволите составить вам компанию?

– Да, конечно. Впрочем, я и сама найду дорогу. Потрепав жеребца по холке, он смотрел на нее в ожидании.

– Вы действительно не хотите, чтобы я проводил вас? Глядя в манящие глубины его черных глаз, Ребекка чувствовала, что ни в чем не сможет ему отказать.

– Нет, отчего же.

Они пошли вниз по тропе в направлении деревни. Оба хранили молчание. Конь следовал за ними, нарушая тишину цокотом копыт. Ребекка не боялась графа. Она боялась себя. Тех ощущений, что граф в ней вызывал, и воспоминаний о том, что между ними произошло.

– Я был огорчен, узнав, что вы захворали. Надеюсь, сейчас вам лучше?

– Простите, если причинила вашему сиятельству беспокойство. – Ребекка решила сказать правду. – Я не захворала. Но, поразмыслив над вашими словами, сочла разумным не опекать Джейми, как малого ребенка.

– Вы прислушались к моему совету и решили наказать нас, лишив своего общества?

– Наказать? – Удивленная, она искоса взглянула на него и вновь опустила глаза. – Нет, милорд. Я восторгаюсь вашей рассудительностью. Стараюсь предоставить Джеймсу полную свободу, чтобы он как можно скорее привык к новой жизни.

– Дорогая миссис Форд, я знаю, что вы вполне справедливо не считаете меня опытным в воспитании детей, но из того, что вы только что сказали, могу сделать вывод, что вы разбираетесь в этом еще меньше меня.

– Вы хотите меня уязвить, милорд?

– Я предлагаю вам не форсировать события. Пусть все идет своим чередом. Разве не вы советовали мне дать Джеймсу время, чтобы он ко мне привык? Вы были правы, я согласился! Кстати, мне тоже нужно время.

– Да, время, проведенное вместе. Именно поэтому я и стараюсь вам не мешать.

Он покачал головой.

– Уже два вечера кряду мы испытываем за ужином ужасную неловкость. – Граф бросил на нее взгляд. – Джеймс весь вечер молчит, уткнувшись в тарелку. Хотя его манеры не вызывают нареканий. С чем вас и поздравляю.

– Благодарю.

– Но это молчание едва ли способствует прогрессу в наших отношениях. – Он сделал паузу. – Конечно, мистер Кларк ничего не заметил. Я совершил непростительную ошибку, попросив его остаться вчера на ужин. Он болтал без умолку. Я из вежливости слушал, хотя мысли мои были далеко.

Граф многозначительно посмотрел на Ребекку.

– Вряд ли я разрядила бы атмосферу за ужином.

– Ошибаетесь. В вашем присутствии мистер Кларк не болтал бы без умолку, а лицо Джеймса не было бы таким печальным. Что же до меня, вы сами знаете, что я был бы весьма польщен вашим присутствием.

Тропа вывела их из леса на залитый солнцем луг. У подножия холма в деревне кипела бурная деятельность. Райский уголок, подумала Ребекка.

– Мы почти пришли.

Она надела шляпку и попыталась завязать ленты, борясь с порывами ветра.

– Позвольте мне!

Он прикоснулся к ее локтю, и Ребекка замерла. Придерживая шляпку, она почувствовала себя беспомощной, когда он повернул ее к себе лицом.

Стенмор завязал ленты у нее на шее и убрал с ее лица волосы.

– Я завидую ветру.

Ребекка судорожно сглотнула, когда Стенмор склонился к ней. Ей хотелось убежать, но еще больше хотелось ощутить прикосновение его губ к ее губам, и она закрыла глаза.

Прикосновение его губ было нежным. Когда же их языки нашли друг друга, Ребекка обвила руками его шею.

Стенмор застонал и прижал к себе Ребекку с такой силой, что их тела слились воедино.

Когда граф отстранился от Ребекки, она открыла глаза. Он дотронулся до ее губ пальцами.

– Я не стану вас торопить, – сказал он. – У нас впереди много времени.

Глава 16

Они вошли в деревню. Ребекка была словно в тумане и пришла в себя, лишь когда они поравнялись с первым домиком, прилепившимся к холму.

Ребекка бросила на графа взгляд. Лицо его было непроницаемым. Словно ничего между ними не произошло.

Ребекке же стоило огромного труда обрести душевное равновесие. Когда граф смотрел на нее, она видела, что он читает ее мысли, заглядывает в душу.

Игра была опасная, однако Стенмор вел ее с необычайной легкостью, уверенный в том, что победит. Ребекка тоже в этом не сомневалась. Она знала, что не устоит перед соблазном.

– Добро пожаловать в нашу маленькую деревню. На этой улочке, – граф жестом указал вперед, – расположены магазинчики. Небуорт —довольно оживленная деревушка по нашим деревенским меркам, особенно в базарные дни. У нас есть церковь, она построена в эпоху Альфреда Великого.

– Я намеревалась встретиться с приходским священником и, если получится, с директором школы.

– Школа находится на дальнем краю деревни. Домик священника – на холме. Он виден отсюда. У него черепичная крыша и новая конюшня рядом.

Ребекка посмотрела в указанном направлении.

– Благодарю, милорд. Не стану вас задерживать. Миссис Трент мне рассказала, как идти. Я найду дорогу.

– Насколько мне известно, мистер Каннингем, директор школы, обычно занят в течение дня, я познакомлю вас с ним в другой раз. А к приходскому священнику охотно провожу.

Граф повел ее по улице, и Ребекке ничего не оставалось, как пробормотать слова благодарности. Они прошли мимо сапожной мастерской, гостиницы «Черный лебедь», довольно большой, окруженной фруктовым садом и зарослями глицинии. На общественной конюшне Стаффорда стояли хорошо оснащенные повозки, парные двухколесные экипажи, новенький четырехколесный фаэтон. Стенмор пояснил, что брат мистера Стаффорда мастерит кареты.

Пока они шли по улице, их приветствовали жители, желая быть представленными. Соблюдение формальностей здесь, видимо, никого не волновало. На базарной площади их приветствовал возчик, граф остановился и представил Ребекку, после чего справился о семье мужчины. Из пекарни вышли пекарь с женой, неся господину сладкие пирожки.

От церкви с квадратной колокольней лорд Стенмор повел Ребекку вверх по узкому переулку. Остановившись у конюшни, протянул поводья веселому молодому конюху, после чего они с Ребеккой поднялись по тропинке, проходившей по саду, к домику священника.

– Я не заметил на конюшне двуколки святого отца. Преподобный Тримбл обычно совершает по утрам визиты к прихожанам. Не знаю, удастся ли нам с ним побеседовать. Но миссис Тримбл, жена священника, всегда рада гостям и охотно вас примет.

Пока они ждали у двери, Ребекка исподтишка смотрела на лорда.

– Прошу простить меня, миссис Форд, но мне придется оставить вас на некоторое время на попечение миссис Тримбл. Я должен заняться кое-какими делами.

– Нет нужды извиняться, милорд. Я сама найду дорогу в Солгрейв.

– С вашего позволения я заеду за вами ближе к полудню.

– Даже не знаю, вы и так потратили на меня слишком много времени.

– Что ж, раз вы не возражаете, я за вами заеду. – Дверь открылась, и Стенмор широко улыбнулся, увидев удивление на лице служанки. Она присела в реверансе и распахнула перед господином двери. Когда она повела их в гостиную, граф шепнул Ребекке на ухо: – Вы оказали мне большую честь, Ребекка, позволив насладиться вашим обществом.

Лорд Стенмор взял Ребекку за руку и повел в залитую солнцем комнату, где навстречу им поднялась высокая женщина. Она слегка прихрамывала.

Представив женщин друг другу, лорд Стенмор, извинившись, удалился. Снаружи доносилось пение птиц, видимо, сидевших на вишневом дереве, которое росло под окном.

За чаем женщины обменялись дежурными фразами о погоде и деревне, и Ребекка вскоре почувствовала себя в обществе миссис Тримбл совершенно непринужденно. Та не задавала ей бестактных вопросов. Не интересовалась ее жизнью в Филадельфии. Не допытывалась о ее прошлом, о воспитании Джейми. Впрочем, в Солгрейве никто не задавал ей подобных вопросов. Ребекка тоже ни о чем не спрашивала миссис Тримбл. Та сама рассказала ей о своей жизни с ирландцем, получившим образование в Оксфорде, и о восьми годах, проведенных ими в старой деревенской церкви. В какой-то момент по ее лицу пробежала тень.

– Когда много лет назад мужу предложили место приходского священника в деревне Небуорт, он сразу согласился. Тогда-то муж и встретился с графом Стенмором. Его отец состарился и отошел от дел. Преподобного Тримбла восхищала позиция его сиятельства в вопросах современной политики. – Миссис Тримбл наклонилась к Ребекке и понизила голос: – Вы только представьте, какое огорчение испытал мой муж, когда на третий год нашего пребывания в Небуорте соседнее имение перешло во владение сквайра Уэнтуорта. Ситуация в Мелбери-Холл сразу изменилась. К сожалению, не к лучшему, несмотря на противодействие моего мужа и мистера Каннингема, директора школы.

Ребекка слушала затаив дыхание.

– Выросший в Ирландии, мой муж, как и его соотечественники, отличался бунтарским духом и никогда не заискивал перед господами в ущерб угнетенным, будь то в Мелбери-Холл или в любом другом месте.

– Там что, помыкают людьми в открытую?

Миссис Тримбл поднялась и поставила чашку на буфет. Ребекка заметила, что женщина не может согнуть колено.

– Условия там были ужасные с самого начала. Главную проблему преподобный Тримбл и мистер Каннингем видят в том, что сквайр Уэнтуорт нанимает надсмотрщиков, которые следят за ведением хозяйства в имении и на фермах. На самом же деле все не так просто. На сквайра работают африканские рабы, как вам известно.

– Нет, я этого не знала.

– Многие из нас находят эту практику варварской, но сквайр Уэнтуорт считает себя современным фермером, а организацию дел и управление хозяйством в его поместье – идеальными.

– Лорд Стенмор вас поддерживает?

– Конечно! Он постоянно выступает в парламенте за отмену рабства. Многие землевладельцы с ним согласны.

– В самом деле?

– Говорят, его милость и сквайр не раз горячо спорили по этому вопросу. Сквайр, конечно, не решается открыто противостоять графу. Знает, каким влиянием лорд Стенмор пользуется в обществе, и опасается нажить в его лице врага. Но в округе все знают, что эти двое друг друга недолюбливают.

– А что, рабов содержат в таких же условиях, как на севере?

– Леди Уэнтуорт делает все, что в ее силах. Но с этими несчастными обращаются хуже, чем со скотиной. Леди Уэнтуорт очень добрая, но робкого десятка, к тому же предпочитает проводить большую часть времени в Лондоне. Преподобный Тримбл и мистер Каннингем, как могут, заботятся об этих несчастных, но пока ничего не могут сделать.

Ребекка полагала, что рабство по своей сути не что иное, как варварство, и его следует запретить.

– Могу ли я как-то помочь преподобному Тримблу в его работе в Мелбери-Холл? – поинтересовалась Ребекка.

– Разумеется, миссис Форд! Они будут вам благодарны.

– Мистер Каннингем помогает вашему мужу?

– Да. Замечательный молодой шотландец, я таких не встречала. – Женщина указала на свое колено. – Но помощь никогда не бывает лишней. После того как я попала в карете в аварию, могу выполнять только домашнюю работу. Боюсь, прогулки до Мелбери-Холл мне теперь не под силу.

– Вы и впрямь делаете многое. Ваш дом окружает атмосфера красоты и счастья. Ваш дом, ваш сад, они делают вам честь. – Ребекка окинула комнату восхищенным взглядом, и когда вновь переключила внимание на хозяйку, та ответила ей благодарной улыбкой. – Может, вы знаете, чем конкретно я могла бы помочь? Видите ли, я не знаю, как долго пробуду в Солгрейве. Женщина кивнула.

– Пока сквайр не решается запретить преподобному Тримблу посещать Мелбери-Холл. Можете вместе с ним пойти проверить состояние здоровья рабов. Мистер Каннингем пытался обучить их грамоте, но сквайр всячески этому препятствует. Если у вас есть способности к преподаванию, они с благодарностью примут любую помощь, которую вы сможете им оказать.

– Мне бы очень хотелось, – промолвила Ребекка, чувствуя, как у нее поднимается настроение. – Может, вы скажете, когда мне прийти, чтобы встретиться с вашим мужем.

– Я постараюсь, чтобы преподобный Тримбл навестил вас завтра утром в Солгрейве. – После паузы миссис Тримбл спросила: – Может, вам сначала встретиться с леди Уэнтуорт? Вчера вечером мистер Каннингем сказал, что она вернулась из Лондона раньше, чем ожидалось. Видимо, в Мелбери-Холл собирается наведаться кто-то из ее знакомых, точнее, знакомых ее супруга.

– Как вы сочтете нужным, миссис Тримбл, – пробормотала Ребекка, бросив взгляд на старинные часы над камином. До полудня оставалось полчаса, и сердце Ребекки радостно забилось. Скоро за ней зайдет Стенмор.

– До дня рождения короля осталось меньше двух недель, – продолжала миссис Тримбл. – Полагаю, до тех пор леди Уэнтуорт будет находиться в Мелбери-Холл. Постараюсь, чтобы муж устроил вам встречу с ней.

Окрыленная мыслью, что снова станет полезной, Ребекка собиралась расспросить жену священника о деревенской школе, когда из сада донеслись голоса и миссис Тримбл поднялась.

– Как замечательно! Они уже здесь. – Миссис Тримбл подошла к окну.

Ребекка последовала за ней.

– Приехал преподобный Тримбл с леди Уэнтуорт. Вторая дама – должно быть, гостья из Лондона.

Преподобный Тримбл был ростом ниже жены, но такого же худощавого телосложения. Ребекка перевела взгляд на модно одетую женщину, которая вела разговор с преподобным Тримблом. Широкие поля высокой шляпы с пером скрывали верхнюю часть ее лица, но золотистые локоны, обрамлявшие твердый подбородок, идеальный нос и полные алые губы свидетельствовали о ее высокородном происхождении.

– Леди Уэнтуорт – настоящая красавица, – мягко заметила Ребекка, обратившись к хозяйке дома.

– Леди Уэнтуорт? О нет! Это ее гостья. – Миссис Тримбл кивнула в сторону склонившейся над цветком женщины, которая стояла чуть поодаль, наполовину скрытая юбками ее гостьи. – Вон она, позади.

Ребекка напрягла зрение, но увидела лишь кончик зонтика и бледно-желтые юбки леди Уэнтуорт. В этот момент священник повернулся, чтобы проводить дам в дом, и заметил в окне жену.

Услышав его приветствие, леди Уэнтуорт и ее гостья устремили взгляды на окно, и у Ребекки кровь застыла в жилах.

Глава 17

Чувствуя, что у нее подгибаются колени, Ребекка схватилась рукой за буфет и сделала шаг назад. Глядя, как вновь прибывшие направляются к дому, Ребекка, охваченная отчаянием, бросила взгляд на дверь.

Но было слишком поздно. Даже если она убежит, ее наверняка догонят. В открытое окно она видела, как леди Уэнтуорт, бывшая мисс Миллисент Грегори, с которой Ребекка вместе училась в школе для девочек миссис Стокдейл в Оксфорде, поднимается по ступенькам крыльца.

Глубокий голос святого отца послышался из прихожей, приглашая гостей пройти в гостиную. Она продолжала пятиться, пока не наткнулась на кушетку. В совершенном отчаянии, Ребекка остановила взгляд на миссис Тримбл, которая направилась к двери.

– Я так рада, что вы здесь. Добро пожаловать, леди Уэнтуорт.

Первыми в комнату вошли женщины, и преподобный Тримбл представил гостью жене. Затем представился Ребекке.

Голос у него был добрым, а рукопожатие – теплым и дружеским. Но Ребекка на него не смотрела, боялась поднять голову. Когда же священнослужитель отошел от нее, Ребекка улучила момент и украдкой взглянула на леди Уэнтуорт. Та вместе со своей гостьей стояла рядом с миссис Тримбл.

Ребекка была неприятно поражена, увидев лицо Миллисент. Не отличаясь особой красотой в те далекие годы, ее подруга славилась своим жизнерадостным и деятельным характером, чем отличалась от большинства пансионерок. Теперь же она казалась бледной тенью той, которой была в те времена.

Ее гостья оживленно болтала с миссис Тримбл. Спустя некоторое время миссис Тримбл жестом указала на Ребекку.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14