Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Смертный приговор

ModernLib.Net / Триллеры / Моррелл Дэвид / Смертный приговор - Чтение (стр. 17)
Автор: Моррелл Дэвид
Жанр: Триллеры

 

 


— Несколько кварталов отсюда.

— В таком случае, почему вы не сказали таксисту, чтобы он подвез нас прямо туда?

— Потому что я не хотел, чтобы таксист что-то знал о моих делах. Видите ли, я боюсь, что ваша затея не сработает. Нужно слишком много объяснять, а времени совсем нет, — нетерпеливо произнес Декер. — Вы оказали мне очень большую помощь. Вы отозвали ориентировку на меня из полиции Нью-Мексико. Вы провели меня через службу безопасности аэропорта в Альбукерке. Я не попал бы сюда без вас. Спасибо вам. Я говорю совершенно искренне. Правда. Но вы должны понимать — наша совместная экспедиция заканчивается прямо здесь. Возьмите такси и поезжайте в центр. Полюбуйтесь городом.

— Под дождем?

— Посмотрите какое-нибудь шоу. Закажите хороший обед.

— Я сомневаюсь, что то, что подают в Нью-Йорке, может сравниться с красно-зеленой сальсой.

— Устройте себе небольшие каникулы. А завтра утром полетите обратно. В вашем департаменте, наверно, уже головы ломают, куда это вы делись.

— Они даже не узнают, что я куда-то уехал. Я же сказал вам, что у меня выходной день.

— А как насчет завтра?

— Позвоню и скажу, что заболел.

— Вы не имеете здесь никаких полномочий, — сказал Декер. — Не будьте врагом самому себе. Возвращайтесь в Нью-Мексико как можно скорее.

— Нет.

— Вы не сможете здесь проследить за мной. Через две минуты вы не сможете даже сказать, в какую сторону я отправился и каким образом оторвался.

— Но вы же этого не сделаете.

— О? Интересно, почему вы так считаете?

— Потому что вы не можете заранее знать, когда и как я смогу вам пригодиться.

2

Бар на Первой авеню и почти на углу с Дилэнси-стрит выглядел так, будто дела здесь идут хуже некуда и заведение находится на грани разорения. Выставленная в окнах реклама предлагаемой выпивки выцвела до полной неразборчивости. Сами окна были настолько грязными, что сквозь них нельзя было ничего разглядеть. Несколько букв в неоновой вывеске перегорело, и надпись гласила не «У БЕННИ», а «У-Б-Н-И». Промокший до нитки и, по-видимому, окончательно одуревший от дождя и пьянства бродяга, державший в руке бумажный пакет, из которого торчало горлышко бутылки виски, сидел на корточках, прислонившись спиной к стене, около входа.

Декер, ощущавший себя измученным от стремительности течения времени, пересек улицу и подошел к бару. Следом за ним шел Эсперанса, сменивший ковбойскую шляпу на купленную по пути с сувенирного лотка неприметную бейсболку «Янки». Свои длинные волосы он собрал на затылке в пучок, что делало его намного менее заметным. Около входа в бар Декер остановился сам и остановил Эсперансу, чтобы дать возможность бродяге, который вовсе не был бродягой, хорошенько рассмотреть их.

— Бенни ждет нас, — сказал Декер.

Бродяга кивнул.

Декер и Эсперанса вошли в бар, где было темно от табачного дыма. Тот, кто глядел снаружи на вход, за которым могла скрываться разве что захудалая забегаловка, вряд ли мог предположить, что здесь окажется настолько многолюдно. А сейчас здесь было особенно шумно из-за того, что по огромному телевизору показывали футбольный матч.

Декер подошел прямо к громиле-бармену.

— Бенни здесь?

— Не видел его.

— Я звонил и договаривался о встрече.

— Кто — я?

Декер назвался псевдонимом.

— Чарльз Лэйрд.

— Ну, и почему бы сразу не сказать? — Бармен указал в сторону дальнего конца стойки. — Бенни ждет вас в офисе. Барахло оставьте у меня.

Декер кивнул, вручил верзиле чемоданчик и положил на стойку двадцать долларов.

— Это за то пиво, которого мы не заказали.

Вместе с Эсперансой он направился к закрытой двери возле дальнего конца стойки, но на полдороге приостановился.

— В чем дело? — спросил Эсперанса. — Разве не лучше сразу подойти к двери и постучать?

— Сначала нам придется пройти через одну формальность. Надеюсь, вы не станете возражать, если вас немного полапают?

Рядом с дверью их встретили четверо широкоплечих мужчин, отвлекшихся ради этого от игры на бильярде. Не проявляя никаких эмоций, они грубовато и тщательно обыскали Декера и Эсперансу с головы до пят. Закончив проверкой лодыжек обоих посетителей и не найдя ни микрофонов, ни оружия, они коротко кивнули и возвратились к своей игре. Они и не могли найти ничего подозрительного, поскольку по настойчивой просьбе Декера Эсперанса оставил значок и пистолет запертыми в джипе «Чероки» Декера в аэропорту Альбукерке. Декер твердо заявил, что если ему или Эсперансе придется стрелять, будет лучше, если они воспользуются для этого тем оружием, которое никак не будет связано ни с одним из них.

Лишь после этого Декер постучал в дверь. Услышав приглушенный ответ, он открыл дверь, и они с Эсперансой оказались в узком загроможденном всякой всячиной кабинете, где за столом сидел грузный мужчина в полосатой сорочке, галстуке-бабочке и в подтяжках. Мужчина был довольно пожилым, с лысой головой и серебристо-седыми усами. На столе перед ним лежала полированная медная трость.

— Как поживаете, Бенни? — спросил Декер.

— Сижу на диете. И все равно никак не сброшу вес. А ведь доктор строго приказал. А как у вас, Чарльз?

— У меня неприятности.

Бенни закивал с мудрым видом пожившего человека, при каждом движении его головы из-под нижней челюсти выпирал, как жабо, двойной подбородок.

— Никто и никогда не приходит ко мне, если у него все в порядке.

— Это мой друг. — Декер указал на Эсперансу.

Бенни вяло приподнял руку.

— Моему другу очень нужно позвонить по телефону.

— Прошу, — Бенни указал на телефон-автомат в углу.

— Он все еще присоединен к телефону-автомату в Джерси-Сити?

— Любой, кто захочет проследить звонок, придет именно туда, — ответил Бенни.

Декер сделал знак Эсперансе, что тот может звонить. Они договорились с Миллером, что будут звонить ему в Санта-Фе, чтобы узнать, нет ли каких-нибудь новостей о Бет и МакКиттрике. Декер звонил несколько раз с дороги, отчаянно надеясь узнать, жива ли Бет. Но пока что никаких новостей не поступило.

— Присаживайтесь, — предложил Бенни Декеру, когда Эсперанса начал вкладывать монеты в телефон-автомат. — Чем я могу вам помочь?

Декер сел на стул напротив Бенни, зная, что прямо ему в живот нацелен заряженный дробовик, спрятанный в столе.

— Спасибо. Когда я в былые времена нуждался в помощи, вы всегда шли мне навстречу.

— Это было для меня хорошим развлечением, — ответил Бенни. — Я как патриот своей страны, всегда считал удовольствием немного помочь своему правительству.

Декер понял его намек. Хотя по распространенному мнению ЦРУ не имело права работать в пределах страны, на самом деле у него были свои отделения во многих крупнейших американских городах, и Управление частенько проводило операции внутри Штатов. Правда, в теории это должно было совершаться лишь по прямому президентскому приказу и в тесном сотрудничестве с ФБР. Как раз благодаря такому сотрудничеству с ФБР Декер три года назад получил возможность не только консультироваться с Бенни, но и обрести прикрытие под видом члена гангстерской группировки, связанной с Бенни. Целью всей этой сложной операции было внедрение Декера в иностранную террористическую сеть, которая пыталась подорвать экономическое могущество Соединенных Штатов путем наводнения страны — при посредстве внутренних организованных преступных группировок — фальшивыми стодолларовыми купюрами.

— Я уверен, что правительство высоко оценило ваше содействие, — заметил Декер.

— Как бы там ни было, с этими делами покончено, и они меня больше не волнуют. — Бенни вяло пожал плечами. — В конце концов там был и мой личный интерес. Что вредно для экономики страны, вредно и для моего бизнеса. — Он чуть заметно улыбнулся.

— На сей раз, боюсь, я не смогу предложить вам никакого стимула.

— О? — Бенни взглянул на собеседника с подозрением.

— Я теперь не имею никакого отношения к правительству. И пришел попросить вас о личной любезности.

— Любезности? — Бенни слегка скривился.

Декер улавливал обрывки телефонного разговора Эсперансы и обратил внимание на мрачный тон, которым тот задавал вопросы.

— И что же это за любезность? — Бенни, похоже, опасался услышать ответ.

— Я должен знать, как войти в контакт с Ником Джордано.

Щеки Бенни, обычно чуть розоватые, заметно побледнели.

— Нет. Не говорите больше ничего. Я не хочу иметь никакого отношения к любым делам, которые могут быть у вас с Ником Джордано.

— Клянусь вам, что это не имеет никакого отношения к правительству.

Вялые до сего момента жесты Бенни заметно оживились.

— Мне все равно! Я не хочу абсолютно ничего знать об этом!

Декер наклонился вперед.

— И я тоже не хочу, чтобы вы что-нибудь об этом знали.

Бенни замер с поднятой рукой.

— Не хотите, чтобы я знал?

— Все, о чем я прошу, это небольшая порция информации. Как мне войти в контакт с Ником Джордано? Не с хозяином ресторана, где он любит есть. Не с одним из его помощников. Не с его поверенным. С ним. Вам не потребуется представлять нас ему. Вы не будете причастны к этому никоим образом. Я возьму на себя всю ответственность за установление контакта. Джордано никогда не узнает, кто научил меня, как связаться с ним.

Бенни уставился на Декера с таким видом, будто тот говорил на незнакомом ему иностранном языке.

— Но с какой стати я стану это делать? Назовите мне хоть один разумный повод.

Эсперанса закончил говорить по телефону и повернулся к Декеру.

— Есть новости? — спросил Декер, чувствуя новый спазм в желудке.

— Нет.

— Слава богу. По крайней мере не сообщили о ее смерти. У меня еще сохраняется надежда.

— Ее? — Бенни вскинул густые брови.

— Моя подруга. Я пытаюсь найти ее. Она попала ь беду.

— И Ник Джордано может помочь выручить ее из беды? — осведомился Бенни.

— У него определенно есть для этого все возможности, — ответил Декер. — Именно об этом я и должен поговорить с ним.

— Вы все еще не сказали мне, по какой причине я должен помочь вам.

— Я люблю эту женщину, Бенни. Я хочу, чтобы вы это сделали, потому что я люблю ее.

— Вы ведь шутите, верно?

— Разве я похож на шутника?

— Ну, прошу вас. Я ведь деловой человек.

— Тогда вот вам другая причина. У Ника Джордано особый интерес к этой женщине. Он считает, что она убила Джоя Сколари.

Бенни вздрогнул.

— Вы говорите о Диане Сколари? Жене Джоя?Иисус! Ник велел всем своим людям искать ее.

— Что ж, не исключено, что я мог бы помочь ему отыскать ее.

— Вижу определенный смысл. Но если вы любите ее, то почему же вы хотите выдать ее Нику?

— Чтобы ей не пришлось прятаться всю оставшуюся жизнь.

— Да, конечно, ей не придется это делать. Она будет мертва. Нет, все же я так и не вижу смысла.

— Тогда, возможно, вас убедит такой довод, — сказал Декер. — Если Ника Джордано тем или иным образом устроит разговор, который состоится у меня с ним, у него может возникнуть желание вознаградить того человека, который оказался достаточно прозорливым, чтобы помочь организовать этот разговор.

Бенни нахмурился и надолго погрузился в размышления.

3

В трубке телефона раздался только один гудок.

— У вас должны быть чертовски серьезные основания для того, чтобы звонить по этому номеру, — раздраженно произнес скрипучий мужской голос.

Затем раздался сигнал автоответчика, и Декер продиктовал свое сообщение:

— Это говорит Стив Декер. Мое имя должно быть вам знакомо. Ваши люди следили за мной в Санта-Фе. У меня есть кое-какая важная информация, которую я должен обсудить с мистером Джордано. Это касается Дианы Сколари и обстоятельств убийства ее мужа. Это также касается маршала по имени Брайан МакКиттрик. Я перезвоню через тридцать минут.

Декер повесил трубку на рычаг, вышел из грязной стеклянной кабины в начинавшиеся сумерки под неослабевающий дождь и подошел к Эсперансе, который стоял в дверном проеме закрытого магазина электротоваров.

— Еще не надоело ходить за мной?

— Ну что вы! Вы же показываете мне такие интересные места.

4

На двери цветочного магазина на Гранд-стрит красовалась надпись: «РАБОТАЕМ ПО ВОСКРЕСЕНЬЯМ И ПРАЗДНИКАМ». Когда Декер открыл дверь и вошел в магазин, зазвонил колокольчик. Насыщенный цветочный запах напомнил погребальную контору. Эсперанса, не скрывая любопытства, уставился на телекамеры, расположенные над витринами, где был выставлен богатый ассортимент цветов, но тут же обернулся на звук приближавшихся шагов.

Из задней комнаты вышла пышная женщина средних лет в темном халате и нитяных рабочих перчатках.

— Мне очень жаль. Уже почти семь. Мой помощник должен был запереть дверь. Мы закрыты.

— Похоже, я не рассчитал время, — ответил Декер. — Я не был здесь с тех пор, как мы с вами вели общие дела. — Он взял с прилавка авторучку и визитную карточку, что-то написал и показал женщине. — Это мой номер счета, а так пишется мое имя.

— Одну минуточку, я сейчас сверюсь с записями.

Женщина возвратилась в заднюю комнату и закрыла за собой дверь. Зеркало, висевшее рядом с этой дверью, было прозрачным с задней стороны; Декер об этом знал. Сквозь это зеркало за ними наблюдал вооруженный человек, это он тоже знал, равно как и то, что через мониторы телекамер за ними наблюдало еще двое вооруженных людей, сидевших в подвале.

Стараясь ни в коем случае не выдать владевшую им тревогу, Декер с интересом, который нетрудно было принять за самый настоящий, принялся рассматривать витрину, где были выставлены самые разнообразные букетики, предназначенные для того, чтобы прикалывать их к корсажу. Он был потрясен той легкостью, с какой погрузился в свою прежнюю жизнь, от которой, как ему казалось, совсем отрешился.

Эсперанса поглядел на часы.

— Через десять минут вы должны сделать звонок.

Женщина возвратилась в торговый зал.

— Мистер Эванс, судя по нашим записям, вы оставили у нас депозит два года назад.

— Да. Я пришел, чтобы закрыть счет.

— У нас также отмечено, что вы всегда делали один и тот же заказ на цветы.

— Две дюжины желтых роз.

— Правильно. Прошу вас, пройдите в наше демонстрационное помещение.

Вход в маленькую комнатушку располагался слева от прилавка. Там на стенах было развешано множество фотографий с изображениями цветов, которые можно купить или заказать в этом магазине. Там стояли также простой стол и два деревянных стула, на которые Декер с Эсперансой и уселись после того, как Декер плотно прикрыл за собой дверь. Эсперанса открыл было рот, чтобы что-то сказать, но его остановило новое появление пышной матроны, которая вошла через другую дверь, поставила на стол портфель-"дипломат" и сразу же вышла.

Как только в двери щелкнула защелка, Декер открыл портфель. Эсперанса наклонился вперед и увидел, что там, аккуратно уложенные в углубления, прорезанные в пенопласте, находятся пистолет «вальтер» калибра .380, запасной магазин к нему, коробка с патронами и два маленьких, по-видимому, электронных прибора, предназначение которых не было ему известно.

Декер не мог скрыть отвращения, которое сейчас испытывал к самому себе.

— А я-то надеялся, что мне больше не придется прикасаться к этой дряни.

— У вас должны быть чертовски серьезные основания для того, чтобы звонить по этому номеру.

— Би-и-и-п.

— Это снова говорит Стив Декер. Мне нужно обсудить кое-что важное с мистером Джордано. Это касается Дианы Сколари и...

Мужчина, поднявший трубку, говорил высокомерным тоном человека, привыкшего отдавать приказы.

— Что вам известно о Диане Сколари?

— Я должен говорить с мистером Джордано.

— Я и есть мистер Джордано, — недовольно отрезал говоривший.

— Не Ник Джордано. У вас слишком молодой голос.

— Мой отец не разговаривает с незнакомыми людьми. Расскажите мне о Диане Сколари.

— И о Брайане МакКиттрике.

— Вы считаете, что это имя должно мне что-то говорить?

— Позовите к телефону вашего отца.

— Обо всем, что касается Дианы Сколари, вы может говорить со мной.

Декер повесил трубку, выждал две минуты, опустил в телефон-автомат еще несколько монет и набрал тот же номер.

На сей раз ему не пришлось объясняться с автоответчиком. Еще не отзвучал первый гудок, как трубку сняли и хриплый мужской голос, принадлежавший явно очень немолодому человеку, произнес:

— Ник Джордано.

— Я только что говорил с вашим сыном о Диане Сколари.

— И Брайане МакКиттрике. — Голос звучал устало. — Мой сын говорит, что вы также упомянули Брайана МакКиттрика.

— Совершенно верно.

— Откуда я могу знать, что вы не коп?

— Когда мы встретимся, вы сможете обыскать меня и убедиться, что я не ношу с собой никаких передатчиков и диктофонов.

— Это еще не доказательство того, что вы не коп.

— Знаете, если у вас такая сильная паранойя, то, может быть, нам нет никакого смысла встречаться.

На мгновение наступило молчание.

— Где вы находитесь?

— Нижний Манхэттен.

— Стойте на Пятой авеню около Флэтайрон-Билдинг. Автомобиль подъедет за вами через час. Как водитель сможет вас узнать?

Декер взглянул на Эсперансу.

— У меня будет букет из двух дюжин желтых роз.

6

В кафе, находившемся на Пятой авеню неподалеку от Флэтайрон-Билдинга, Декер хранил молчание до тех пор, пока официант, принесший им заказ, не удалился. Они выбрали столик в самом дальнем углу. Соседние столы были свободны. И все равно Декер сначала убедился в том, что в их сторону никто не смотрит, и лишь после этого наклонился, открыл свою сумку и извлек оттуда маленький предмет, который вынул из «дипломата» в цветочном магазине. Предмет был металлический, размером со спичечную коробку.

— Что это такое? — спросил Эсперанса.

— Это радиомаяк. А это, — Декер снова сунул руку в сумку и достал коробочку побольше — с сигаретную пачку, — приемное устройство. Улавливает радиосигнал на расстоянии мили от передатчика. Движение по Пятой авеню здесь идет на юг мимо Флэтайрон-Билдинга. Вы будете ждать в такси к северу отсюда — на Мэдисон-сквер-гарден. После того как я сяду в автомобиль, который послал за мной Джордано, выждите пятнадцать секунд, чтобы было не так заметно, что вы следите за этой машиной. Ориентировка по прибору визуальная. Стрелка указывает налево, направо или прямо вперед, в зависимости от того, с какого направления приходит сигнал. Эта шкала от одного до десяти, говорит о том, какое расстояние до объекта. Десять — ближе всего. — Декер щелкнул выключателем и поднес пеленгатор к передатчику. — Да. Система работает. Возьмите пеленгатор. Если что-то пойдет не так, как надо, встречаемся возле этого кафе в начале каждого часа. Но если я не появлюсь к шести утра, возвращайтесь в Санта-Фе как можно быстрее. — Декер посмотрел на часы. — Ну, уже скоро. Пойдемте.

— А как насчет вашей сумки?

— Пусть останется у вас. — В сумке лежали пистолет, запасной магазин и коробка с патронами. Декер знал, что его будут обыскивать. Не было никакого смысла дополнительно злить Джордано, пытаясь пронести на встречу с ним оружие. — Через десять минут после того, как я попаду туда, куда меня повезут, позвоните по тому номеру, который дал мне Бенни. Потребуйте, чтобы вам дали поговорить со мной. Постарайтесь уверить их, что, если я не подойду к телефону, случится что-нибудь нехорошее.

— И?

— Подыгрывайте мне, когда я буду с вами говорить.

Они подошли к выходу из кафе.

— Думаю, будет невредно, если вы поймаете такси прямо здесь.

— Декер.

— Что?

— А вы уверены в том, что делаете?

— Нет.

— В таком случае, может быть, лучше поискать другой путь?

— Меньше всего на свете мне хочется ехать туда. Но у меня очень мало времени. Возможно, времени уже нет. Я не знаю, куда еще идти, кроме как в самый источник проблемы.

Эсперанса на секунду умолк.

— Удачи.

— Бет она нужна больше, чем мне.

— Но что, если...

— Они уже убили ее?

— Да.

— В таком случае совершенно не важно, что случится со мной.

Через минуту, в течение которой, как Декер надеялся, Эсперанса успел поймать такси, он вышел под дождь и зашагал направо, по направлению к Флэтайрон-Билдинг. Одолеваемый мыслями о том, что МакКиттрик мог сделать с Бет, Декер не мог не вспоминать очень похожий ночной дождь, под которым МакКиттрик в Риме выстрелил в своего отца.

Он дошел до Флэтайрон-Билдинг на пять минут раньше срока и стоял, укрывшись в каком-то подъезде, держа на виду перед собой дурацкие желтые розы. Его обуревали сложные чувства: различные сомнения, опасения и предчувствия. Но лишь сомнения касались его самого. Все остальное было связано исключительно с Бет: опасение за Бет, боязнь того дурного, что — он старательно отгонял от себя эту мысль — уже могло случиться с нею. Но сильнее всего он ощущал в себе целеустремленность и готовность пойти до конца. Впервые в жизни ему пришлось участвовать в миссии, цель которой, в полном смысле слова, была для него дороже собственной жизни.

Ему на память пришел еще один фрагмент разговора, состоявшегося у них с Бет двумя ночами раньше, в пятницу фиесты, после того, как, покинув прием у кинопродюсера, они вернулись домой к Декеру, — в последние мгновения их нормальной жизни, как это стало казаться ему потом, хотя теперь Декер понимал, что ничего в их отношениях не было нормальным. Лунный свет лился на них через окна его спальни и мерцал на них, когда они занимались любовью, отчего их тела цветом напоминали слоновую кость — от этого сладостно-горького воспоминания он вдруг почувствовал себя опустошенным. Позже, когда они лежали рядом и Декер обнимал Бет, его грудь прижималась к ее спине, его пах касался ее бедер, его колени упирались в подколенные ямочки ее согнутых ног, она долго молчала, и он решил, что заснула. Он не забыл, как вдыхал аромат ее волос. Когда же она заговорила, ее чуть дрожащий голос оказался настолько тихим, что он с трудом различал слова.

— Когда я был маленькой девочкой, — пробормотала она, — у моей матери с отцом бывали ужасные скандалы.

Она снова умолкла.

Декер ждал.

— Я понятия не имела, из-за чего они скандалили, — тем же тихим напряженным голосом продолжала Бет. — И до сих пор не знаю. Измены. Проблемы с деньгами. Пьянство. Все равно. Каждую ночь они кричали друг на друга. Иногда дело не ограничивалось только криком. Они швырялись друг в друга разными вещами. Они дрались. Особенно ужасными эти скандалы бывали в праздники. В День благодарения, в Рождество. Моя мать готовила хороший стол. А потом каждый раз перед самым обедом что-то случалось, и они начинали снова орать друг на друга. Отец хлопал дверью и уходил из дома. Мы с матерью ели этот обед вдвоем, и она все время рассказывала мне, какой он поганый ублюдок, подонок и мерзавец.

Снова наступила тишина. Декер хорошо понимал, что не стоит торопить Бет; то, о чем она ему уже рассказала и намеревалась рассказать еще, было настолько личным, что только она сама могла определять, как, в какой последовательности и в каком темпе рассказывать.

— Когда скандалы доходили до крайнего ожесточения, которого я уже не могла переносить, я просила родителей остановиться. Я кидалась к отцу, пытаясь заставить его перестать избивать мать. И в конце концов он стал набрасываться на меня, — сказала после долгой паузы Бет. — Мне все еще время от времени мерещится отец, бегущий за мной с кулаками. Я боялась, что он убьет меня. Это случилось ночью. Я вбежала в свою спальню и попыталась придумать, где бы спрятаться. Крики в гостиной делались все громче и громче. Я сложила подушки на кровать и накрыла их одеялом, чтобы казалось, будто я там сплю. Наверно, я видела что-то подобное по телевизору или, может быть, где-то читала. А потом залезала под кровать да там и спала, надеясь, что отец меня не найдет, когда придет в спальню, чтобы избить меня. С тех пор я так и спала.

Плечи Бет вдруг задергались. Декер понял, что она плачет.

— А твое детство было таким же? — спросила она, немного погодя.

— Нет. Мой отец был кадровым военным. Он был жестким человеком и превыше всего ставил дисциплину и порядок. Но он никогда не бил меня.

— Счастливый. — Бет пошевелилась в темноте. Вытерла глаза, сообразил Декер. — Я любила читать сказки о рыцарях и прекрасных дамах. О короле Артуре и тому подобное. Я постоянно представляла себе, как сама становлюсь участницей сказочных событий и что ко мне приезжает рыцарь, который дает клятву меня защищать. Еще ребенком я хорошо умела рисовать. И часто рисовала этого рыцаря, каким он мне тогда представлялся. — Зашуршали простыни; Бет повернулась к нему, и в лунном свете он заметил, что на ее щеках блестят слезы. — Если бы я могла сейчас нарисовать этого рыцаря, он был бы похож на тебя. С тобой я чувствую себя в безопасности. Мне больше не нужно спать под кроватью.

Через два часа в дом ворвались убийцы.

7

Порыв ветра, хлестнувший Декера по лицу дождевыми струями, отвлек его от воспоминаний. Постаравшись отрешиться от мрачных эмоций, он всматривался в машины, катившие вдоль громады Флэтайрон-Билдинга. Его терзали противоречивые мысли. Была ли та история, которую рассказала ему Бет, правдой, или же она выдумала ее для того, чтобы покрепче насадить его на крючок, солгала, чтобы он пожалел ее и очертя голову ринулся защищать ее от любых опасностей? Об этом и о многих других мелких и крупных фактах он размышлял со вчерашнего дня, с тех самых пор, когда узнал, что она обманула его, рассказывая о своем прошлом. Любила ли она его, или просто использовала? Он должен это выяснить. Он должен найти ее и узнать правду, хотя и не знал, что будет делать, если правда окажется не такой, какую он хочет услышать, поскольку он любил Бет такой, какая она есть, и невзирая ни на что.

Одна пара из бесчисленного множества фар, пронзавших своими лучами нескончаемый дождь, замедлила движение. Серый олдсмобиль, вывернул из потока машин и остановился возле тротуара прямо перед ним. Задняя дверь автомобиля открылась, оттуда вышел один из подручных Джордано и жестом приказал Декеру садиться в машину. Напрягшись и еще больше укрепившись в своем намерении, Декер подошел к нему, держа обеими руками свой букет.

— Все сходится. — Мужчина с широченными плечами и мощной грудью, которую слишком туго облегал дорогой пиджак, взглянул на него и ухмыльнулся. — Держитесь-ка покрепче за свои цветочки, я вас быстренько обыщу.

— На улице? Прямо на глазах у вон того полицейского патруля?

— Садитесь в машину.

Подходя к машине, Декер успел заметить двоих человек на переднем сиденье и еще одного на заднем. Как только он сел в машину, первый бандит уселся рядом с ним, притиснув Декера к своему напарнику. Радиомаяк Декер прятал в ладони правой руки, прижимая его к стеблям роз. Водитель тронул машину с места, из-под шин плеснула вода, и тут же тип, сидевший спереди, обернулся и направил на Декера пистолет, а двое сидевших сзади, сноровисто принялись обыскивать его.

— Чистый.

— А как насчет его цветов?

Один из бандитов выхватил розы из рук Декера. Оба были настолько увлечены процессом обыска, что даже не заметили маленький передатчик, который он продолжал держать в правой руке, зажав пальцами.

— Не знаю, что вам нужно от босса, но лучше будет не валять дурака, — предупредил один из бандитов. — Я еще никогда не видел, чтобы кто-нибудь смог надуть Ника.

— Эй, чем это здесь воняет? — спросил бандит, сидевший слева.

— Чем, чем? Этими самыми цветами. Они пахнут дешевыми похоронами.

— Может быть, похоронами этого парня? — Сидевший слева хохотнул, открыл окно и выбросил измятые розы.

8

За все время поездки Декер не произнес ни слова. А бандиты со своей стороны полностью игнорировали его. Пока они говорили друг с другом о футболе, женщинах и казино в индейских резервациях — безопасные темы, не содержащие ничего такого, что можно было бы им инкриминировать, — Декер продолжал гадать, сможет ли Эсперанса последовать за ним в такси, работают ли передатчик и пеленгатор, не заметил ли водитель, что за ним «хвост». И продолжал повторять себе, что нужно сохранять веру в успех.

Уже перевалило за восемь вечера. Дождь усилился, сумерки сгущались прямо на глазах. В свете фар искрились дождевые струи. Водитель, явно наугад, немного покружил по улицам, выполняя стандартную процедуру ухода от наблюдения, а затем свернул на север по переполненному Генри-Хадсон-парквей, с которого выехал на ведущий на запад мост Джорджа Вашингтона. Оказавшись в Нью-Джерси, он снова повернул на север, на сей раз по Палисайдс-парквей. Через час после того, как Декер сел в олдсмобиль, машина свернула налево и въехала в сонный город Альпин.

Сидевшие в автомобиле гангстеры подтянулись, явно ощущая напряжение. А машина между тем миновала малопримечательную деловую часть города, затем свернула направо, описала несколько зигзагов по извилистой дороге и в конце концов въехала в тихий, густо усаженный деревьями, ярко, но со вкусом освещенный поселок из больших особняков, каждый из которых был окружен участком не менее полуакра. Участки разделялись высокими заборами, сделанными из сварного железа и увенчанными шипами. Автомобиль свернул к одному из таких участков и остановился перед внушительными металлическими воротами. Водитель высунулся под дождь и произнес в приделанный перед воротами селектор:

— Это Руди. Мы его привезли.

Ворота раздвинулись в стороны, открыв проем, через который проехал автомобиль. Взглянув назад сквозь залитое дождем стекло, Декер увидел, что ворота закрылись, как только олдсмобиль въехал внутрь. А вот никаких фар такси, которое могло бы следовать за ними, он не увидел. Автомобиль проехал по плавно изгибавшейся дороге и остановился перед кирпичным трехэтажным домом с многочисленными фронтонами и дымоходами.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29