Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Далекий берег

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Пембертон Маргарет / Далекий берег - Чтение (стр. 23)
Автор: Пембертон Маргарет
Жанр: Исторические любовные романы

 

 


– Зачем ты это сделала, девочка?

Она смотрела на него непонимающим взглядом, и Девлин почувствовал, что в нем произошел какой-то перелом. Это не могла быть Кристина. Ее взгляд говорил ему, что то была не она. Девлин снова схватил ее и стал яростно целовать.

Губы Кристины отвечали на его поцелуи, как всегда раньше, трепетали под его губами, тело жадно прижималось к его телу.

Наконец отпустив ее, Девлин сказал:

– Прости меня, девочка! Я должен был сразу догадаться, что это не ты… Но когда ты не дождалась меня в Ливерпуле…

– Я не могла ждать. Джемми Кадоган пришел в «Веселые утехи» и сказал, что ты женился. Теперь-то я знаю, что это не так, хотя до сих пор чего-то не понимаю…

Он не мог говорить. У него перехватило горло и пересохло во рту от желания. Он долго и пристально смотрел на нее, а затем просто сказал:

– Я тоже. Пойдем со мной, девочка. Нам нужно о многом переговорить. – И, даже не повернув головы в сторону Дуана, повел Кристину к двери.

Дуан кашлянул и постучал золотой ручкой по поверхности стола:

– Я не подозревал, что ты имеешь удовольствие быть знакомым с миссис Барнард, Девлин.

– Барнард? – Девлин повернулся, перевел взгляд с Дуана на Кристину. – Ты миссис Барнард?

– Да. Но…

Он презрительно оттолкнул ее руку.

– Я должен был сообразить! – с горечью проговорил он. – Миссис де Вилье! Миссис Барнард! Вся твоя жизнь построена на обмане и лжи!

– Девлин, прошу тебя. -; Она протянула к нему руку и увидела прежнее презрительное выражение на его лице.

– Может, ты этого и не делала, – он дотронулся пальцем до шрама, – но ты сделала мне гораздо больнее, когда купила «Ниневию», и ты это знаешь. Мистер Йейтс ищет нового делового партнера. Предлагаю вам объединиться. У вас одинаковое понимание этики, вы великолепно подходите друг другу.

Он захлопнул за собой дверь, и Кристина бросилась вслед, крича:

– Девлин! Девлин!

Она бежала за ним, когда он широким шагом шел по коридору к лифту. Клерки смотрели на нее с разинутыми ртами. Дверь лифта захлопнулась за Девлином, и Кристина, рыдая, побежала вниз по лестнице, путаясь в длинной юбке. В вестибюле никого не оказалось. На улице Девлина тоже не было.

Она прислонилась к стене здания. Сердце колотилось так, что готово было выпрыгнуть из груди. Слезы катились по щекам. Так что же произошло? Буквально за несколько секунд все вернулось на круги своя. Она еще чувствовала его объятия. Прикосновения его губ. Помнила выражение его глаз. Он не дал ей возможности объяснить. Ни малейшей возможности! Кристина вытерла слезы, с тяжелым сердцем вернулась в здание компании «Конйейтс» и вошла в лифт. И его лицо… Почему он думает, что этот шрам оставила она? Неужели она сумасшедшая?

Войдя в кабинет Дуана, Кристина внешне выглядела спокойной. Не обращая внимания на любопытные взгляды Дуана, она подняла с пола шляпку.

– Я не знал, что вы знакомы.

– Откуда вам было это знать?

– Или того, что вы носили имя Кристины де Вилье на «Коринфии».

– В моей жизни много чего было, – холодно ответила она.

Дуан не был идиотом и не стал развивать тему. Он обошел стол и осторожно надел ей шляпу.

– Он не стоит вашей слезинки, Изабель.

– Да. – Кристина выдавила улыбку.

– Позвольте проводить вас в Гринвуд. Завтра вечером будет обед по случаю приобретения вами «Ниневии». Почему бы один праздник не совместить с другим и не объявить о нашей помолвке?

Кристина покачала головой. Однако позволила ему проводить себя до лимузина и не стала возражать, когда он сел на заднее сиденье.

Он был добрым и сочувствующим, а в этот момент она нуждалась в доброте.

– Позвольте мне позаботиться об организации завтрашнего вечера, – сказал он, когда они выехали из Сити. – Вам требуется отдых и покой.

– Да.


«Грандиозный обед будет дан легендарной австрийской графиней, известной в нью-йоркском обществе под именем миссис Барнард, – самой красивой и жизнерадостной деловой леди Америки». Ниже следовал список гостей. Это событие, похоже, обещало стать гвоздем сезона.

В глаза Девлину бросилась фотография Кристины, закутанной в меха, с бриллиантами в ушах и на шее. Она смотрела с первой полосы газеты, которую ему сунул в руки разносчик.

Несущиеся по своим делам люди наталкивались на него, а он стоял, будучи не в силах оторвать взгляда от знакомого лица и колонки светской хроники.

Австрийская графиня. Самая состоятельная женщина Нью-Йорка. Легендарная хозяйка международных вод. Самая красивая деловая женщина Америки. И множество других эпитетов. Девлин яростно скомкал газету и швырнул ее в канаву.

У ее ног был весь Нью-Йорк. Она лишила его собственного корабля. Она шлюха и проститутка!.. И будь он проклят, если отойдет в сторону и позволит ей околдовать всю страну, как она околдовала его.

Он не пошел к стоящей у причала «Ниневии». Он больше никогда не ступит на борт этого судна. Девлин вернулся в свою комнату на Саут-стрит, принял ванну, выпил виски, оставил блестящую капитанскую форму лежать на кровати и надел плотно облегающие брюки с широкой пряжкой. Выпил еще виски, после чего надел навыпуск обычную рубашку с открытым воротом. Снова добавил виски. Провел пальцами по непокорным волосам и с мрачной решимостью вышел на улицу.

– Гринвуд, – коротко сказал он, остановив такси.

– Какой такой Гринвуд? – с подозрением спросил водитель.

– Этот Гринвуд! – Девлин ткнул пальцем в вечернюю газету, которая лежала на переднем сиденье.

Девлин сидел в напряженной позе, согнувшись и сжав коленями руки. Она отлично знала, что он капитан «Ниневии», потому и купила собственность компании «Конйейтс». С ее деньгами она могла бы купить любой корабль, в любом месте. Но она этого не сделала. Она купила «Ниневию».

Девлин зло выругался. Больше она его не одурачит! Сегодня будет ее последний вечер в роли некоронованной королевы Нью-Йорка. Завтра все будут знать, что представляет собой миссис Мильтон Барнард. Какую наглость надо иметь! Она без зазрения совести отвечала на его горячие поцелуи на глазах Йейтса, прекрасно зная, что лишила его всего, ради чего он работал. Она знала, что значит для него собственный корабль.

Застонав, Девлин уронил голову на руки и резко провел пальцами по волосам. Водитель покосился на него через плечо, нажал ногой на акселератор и подумал, что от этого сумасшедшего пассажира надо отделаться как можно скорее.

Противоречивые чувства раздирали Девлина. Он любил ее. И ненавидел. Он не мог объяснить себе, где начинается одно чувство и кончается другое. У него была лишь одна цель – разорить и морально уничтожить ее, подобно тому как разорила и морально уничтожила его она.

Глава 34

Кристина выглядела усталой и бледной, когда горничная делала ей прическу к предстоящему празднеству. Впервые в жизни ей понадобилось наложить румяна на щеки, чтобы как-то оживить их. Не в пример Девлину она не бушевала. Она решила, что ей делать. Вечер уже организован, и его нужно пережить, но завтра она разыщет Девлина и заставит его выслушать ее. Все шло хорошо до того момента, пока Дуан не представил ее как миссис Барнард. Девлин считал, что она погибла, и был счастлив ее увидеть! Он взял ее за руку, он хотел с ней разговаривать, и она чувствовала себя на вершине счастья! Но затем Дуан открыл рот…

Издалека донеслись взволнованные голоса, после чего раздался короткий стук в дверь. В комнату вошла Эллен Роберте; ее обычно веселое лицо выглядело встревоженным.

– Гости уже начали собираться в зале, но тут в ворота стал ломиться человек, заявляя, что хочет видеть вас. Он буквально сбил с ног беднягу Ларсона и ворвался в библиотеку. Он сказал, что даже целая армия не сможет его отсюда прогнать. И, честно говоря, в это можно поверить! Он велел передать вам, что его зовут Девлин О'Коннор и что…

Последние остатки румянца отхлынули от лица Кристины.

– Он где? Внизу?

Да, мадам. К счастью, он бросился к библиотеке, а не к западному крылу и бальному залу. Одному Богу известно, что случилось бы, если бы он оказался там. Бедняга Ларсон думает, что у него вывихнута челюсть и что…

Кристина вскочила на ноги, было видно, что она дрожит.

– Я подумала, может, следует позвонить в полицию? – предложила Эллен Роберте.

– Нет! Все в порядке. Я знаю мистера О'Коннора. Я спущусь вниз и встречусь с ним. И еще, Эллен…

– Да, мадам?

– Пожалуйста, позаботьтесь, чтобы нас не беспокоили. Я хочу, чтобы вы заперли за мной дверь библиотеки, Эллен.

– Что сделать?.. – Экономка ошеломленно посмотрела на хозяйку. – Запереть вас вместе с этим сумасшедшим? Да я ни за что себе не прощу, если с вами что-то случится!

– Со мной ничего не случится, Эллен. – Голос Кристины дрогнул. – Но я не хочу, чтобы мистер О'Коннор ушел прежде, чем я закончу разговор с ним.

Кристина уже покидала комнату, направляясь в библиотеку.

Шоферу, как мужчине здоровому и сильному, поручили утихомирить рыжеволосого ирландца и не позволить ему учинить погром в доме.

Тихая комната со стеллажами книг и удобными стульями была совсем не похожа на то место, где Девлин собирался увидеть Кристину. Он полагал, что это будет огромный зал, освещенный сотней канделябров, в котором толпятся люди. Он попал куда-то не туда. Не было никаких признаков того, что здесь будет прием. Однако Девлин был полон решимости выяснить, где же все-таки должен состояться праздник.

Молодой шофер храбро преградил ему путь.

– Да, вечер сегодня состоится, но гости начнут съезжаться не раньше одиннадцати часов, – соврал он.

Девлин остановился. Он не имел ни малейшего представления об этикете нью-йоркского, высшего общества. – Возможно, он ошибся относительно времени торжества. Но это не имело значения. Сильные мира сего начнут собираться в Гринвуде через пару часов, и он дождется этого времени.

Кристина повернула стеклянную ручку и толкнула дверь.

В библиотеке горели лишь несколько ламп, и в помещении было полутемно. Вестибюль же был ярко освещен. Силуэт Кристины появился в дверях. Она была в платье золотистого цвета, с глубоким декольте, обольстительно открывающим атласные груди. Изумруды украшали ее волосы, шею и пальцы. Девлин застыл на месте.

– Можешь идти, – не поворачиваясь, сказала Кристина шоферу.

Молодой шофер помнил, что ему поручено держать под наблюдением явно взбесившегося мужчину, и запротестовал, однако стоило Кристине лишь слегка приподнять изящную руку, как он наклонил голову и удалился.

– Еще одна собачонка? – недобро ухмыльнулся Девлин. Кристина облизала губы.

– Не понимаю, что ты имеешь в виду.

– Разве? У тебя короткая память. Ведь именно так ты называла меня за моей спиной, не правда ли? Маленькая собачонка, с которой ты можешь делать все, что захочешь.

Взгляд у Девлина был демоническим, и сам он напоминал зверя, который с трудом сдерживается. Ему хотелось сорвать с Кристины драгоценности, разодрать дорогое золотистое платье. Однако он боялся, что стоит его пальцам прикоснуться к ее телу – и он станет заложником желания, которое тут же опрокинет ненависть. И повторится то, что случилось на «Ниневии». Он доставит ей удовольствие, дав понять, что его тело все так же хочет ее. Он пришел сюда, чтобы подвергнуть ее позору и лишить всех богатств, и не намерен вновь подпадать под ее власть.

– Я ничего и никогда не говорила о тебе. Кроме одного – что люблю тебя. – Она произнесла это тихо, дрожащим голосом. Слова ее звучали искренне, и это озадачило Девлина.

– Ты сбежала от меня! – Он чувствовал, что гнев постепенно покидает его, и пытался этому воспротивиться.

– Я уже объясняла тебе тогда, в конторе Дуана. Шеба сказала мне, что ты женился на дочери человека, который стал твоим партнером.

– Дуан слишком молод, чтобы иметь такую дочь. – «Она опять лжет, пытается выкрутиться, как делала это всегда!» – подумал Девлин.

– Теперь я это знаю. Хотя до сих пор чего-то не понимаю. Но когда Шеба мне это сказала, я поверила. Я не могла понять, как ты мог сделать такое… – Кристина беспомощно махнула рукой. – Я думала, что сойду с ума. Я хотела сделать тебе больно – показать, что мне наплевать на то, что ты женился на респектабельной старой деве из Америки. – Она разрыдалась, голос ее стал хриплым. – Я сбежала с моряком с «Коринфии». Пароход отплыл, когда я была на борту. Обо мне позаботился Калеб Рид.

– И сделался твоим любовником! – Будь он проклят, если поверит ее слезам! Нет, он не станет успокаивать ее. Он не будет этого делать! Это все равно что воевать с ураганом в южных морях. Это выше его сил!

– Нет! Никогда… Только не Калеб. – Ей было наплевать, что она рыдает. Что он выглядит бесчувственным, как камень. Что он всем своим видом и поведением показывает, что не верит ей. Она будет говорить лишь правду. И ничего другого. – Он представил меня Теобальду Голденбергу, и я стала любовницей Теобальда. И не стыжусь этого! – вызывающе проговорила она сквозь слезы. – Он был добр ко мне, а я нуждалась в том, чтобы кто-то любил меня.

– Ты очень удобно устроилась с человеком, который по возрасту годится тебе в отцы, да к тому же швыряется миллионами.

– Я не любила его так, как любила тебя. И вообще никого не любила так, как тебя.

– А как насчет сотен мужчин, которые плавали на «Коринфии»? – насмешливо спросил Девлин, которому до чертиков хотелось, чтобы она перестала плакать, а он – ей верить.

– Их не было. Я не переспала ни с одним человеком на «Коринфии».

Взгляды их встретились, и он понял, что она говорит правду.

– Ты уехал с Кейт, – в отчаянии сказала Кристина, – ив тот вечер на «Ниневии» я обнаружила в твоей каюте ее платье. Мы занимались с тобой любовью, когда я увидела его на вешалке в приоткрытом гардеробе. – Она прижала руки к лицу и, не сдерживаясь, снова разрыдалась.

– И ты решила, что я все еще с Кейт? – Голос Девлина совершенно изменился: не было и следа гнева.

Кристина смогла лишь молча кивнуть. И тогда Девлин медленно, но решительно пересек тускло освещенную комнату, взял Кристину за плечи и поставил на ноги.

г» Я действительно взял с собой Кейт. Один Господь знает, как это произошло, я не помню, как просил ее отправиться со мной. Я был вдребезги пьян. Я вернулся в Нью-Йорк лишь с одной мыслью, Кристина. С мыслью о тебе. О нас с тобой. Я привез в Ливерпуль обручальное кольцо. Вероятно, оно и сейчас лежит на секретере Бесси Малхолленд. Она сказала мне, что ты убежала с моряком, а Кейт сказала…– Он пожал, плечами и отмахнулся. – К черту то, .что сказала Кейт! Я пытался забыть тебя, девочка, но не мог… А тот вечер на «Ниневии»… – Он приподнял заплаканное лицо Кристины, в его глазах была боль. – Это произошло потому, что я не мог удержаться от объятий. Я ненавидел тебя за то, что ты сбежала, но все же страшно хотел тебя…

– И тебя!

Ее руки обвились вокруг шеи Девлина, их губы встретились. Все позади. Хождение по мукам. Горестные переживания. Разлука. Все это миновало.

Прошла, кажется, вечность, когда Девлин оторвал губы от ее рта и спросил:

– А герцога Марнского – человека, за которого собиралась выйти замуж, – ты любила? – Он внимательно посмотрел в глаза Кристины.

– В конечном итоге я полюбила его. Он заслужил мою любовь гораздо раньше, но я долго не могла полюбить его… из-за тебя.

– А Барнард?

– Это был немолодой человек с молодой женой. Он был так счастлив, Девлин, что вез Изабель в Америку. Счастлив, что теперь его младший брат не сможет претендовать на наследство. Мы с ним подружились за несколько дней пребывания на «Титанике».

В голосе ее почувствовалась боль.

– Они все погибли. Мильтон. Изабель. Герцог. Джош. Я захватила с собой сумочку Изабель, и по ошибке меня внесли в список оставшихся в живых под именем миссис Мильтон Барнард. Оттуда все и пошло.

– А у тебя не возникало желания открыть правду?

– После того, как я увидела Сирила Барнарда, – нет, – откровенно сказала Кристина.

Он потянул ее за руку и усадил рядом с собой на диване. Кристина в его объятиях. Наконец все завершилось миром.

– Значит, ты самая богатая женщина в Нью-Йорке?

Кристина кивнула.

– Я люблю тебя, девочка, но не люблю это. – Он показал пальцем на дорогое платье, в его глазах отразился блеск ее роскошных изумрудов. – Я рад, что ты купила «Ниневию». Я посмотрел на себя новым взглядом впервые за много месяцев. У меня было то, чего я хотел, и все же я не испытывал удовлетворения. И это объяснялось не только тем, что у меня не было тебя. Причина несколько в другом. Быть капитаном трансатлантического лайнера – это дело для человека в конце его карьеры. Эта работа сродни конторской. Я же хочу быть в море. В настоящем море. Ходить на шхуне в Африку, на Мадейру и на Канары. Чувствовать себя единым целым с кораблем, как это было раньше. Слышать скрип мачт, бороться со стихией, когда у тебя нет ничего, кроме рук да головы. Не выкрикивать приказы в машинное отделение. Не демонстрировать вежливость пассажирам, которые тебя утомили до смерти. Мне все это претит, только я до настоящего момента не мог этого понять.

Кристина любовно коснулась пальцами его лица.

– Ну так давай отправимся. В Африку. На корабле под парусами.

Он обнял ее за плечи.

– А ты готова расстаться со всем этим?

Кристина сделала вид, что задумалась, а затем игриво засмеялась:

– Честно говоря, мне все это надоело не меньше, чем тебе! Я куплю шхуну, и мы уедем от всего этого!

– Нет. – В его глазах снова появился стальной блеск. – Ни одного пенса из денег Мильтона Барнарда я не возьму на покупку моего корабля. Я сам куплю шхуну.

Она положила голову ему на грудь и почувствовала, как бьется его сердце.

– Хорошо, – сказала она. – Купи корабль ты. Я вообще не хочу возвращаться сюда. Отдам Гринвуд Шарлотте Рид. Она и Мамба будут здесь счастливы. Не меньше нас с тобой, когда мы будем вдвоем бороздить моря.

Наконец-то Девлин почувствовал себя хозяином своей собственной женщины. Он наклонил голову, губы их встретились и слились в поцелуе, который они прерывали только для того, чтобы прошептать друг Другу слова любви. Он снял с Кристины роскошное золотистое платье и отбросил его в сторону, словно простую тряпицу. И как прежде, стал ласкать ее груди, ее затвердевшие, воспрянувшие соски, ее ноющее от любовного желания тело.

Огонь камина освещал их обнаженные тела: Девлин сбросил одежду и швырнул в тот же угол, где валялось платье Кристины. Она вновь могла любоваться его бронзовым от загара телом, его мускулистой грудью и могучими бедрами, трогать руками его тело. Он прижался к ней, его руки ласкали ее и мучили.

– Да, да, прошу тебя, любовь моя. Прошу тебя… – прошептала Кристина. Она так долго была без него и так истосковалась, что не могла больше ждать ни единой секунды.

Было ощущение полета. Было нечто такое, что нельзя сравнить ни с чем. Были блаженство и радость, и понимание того, что они вместе. Девлин и Кристина. Кристина и Девлин. Один без другого – ничто. А вместе они – нерасторжимое целое.

Примечания

1

Dimity (англ.) – канифас, хлопчатобумажная ткань для покрывал, штор и т. п.

2

лучшие из лучших (фр.).

3

Deja vu (фр.) – ложная память, «это уже было».

4

моя дорогая (фр.).

5

Маркониграмма – радиограмма (по имени итальянского радиотехника Маркони, получившего английский патент через два года после демонстрации Поповым принципа радиосвязи).

6

морская болезнь (фр.).

7

Соответствует 21° по шкале Цельсия.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23