Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Храм

ModernLib.Net / Боевики / Рейли Мэтью / Храм - Чтение (стр. 18)
Автор: Рейли Мэтью
Жанр: Боевики

 

 


* * *

В кабине управления над рудником цифры на таймере на экране ноутбука «Сверхновой» продолжали уменьшаться.

00:15:01

00:15:00

00:14:59

Эрхардт включил свою рацию.

— Обергруппенфюрер?

Ответа не было.

— Анистазе, где вы?

Опять тишина.

Эрхардт повернулся к Фрицу Веберу.

— Что-то не так. Анистазе не отвечает. Запускайте защитные меры вокруг устройства. Запечатайте кабину.

— Да, сэр.

* * *

Рене и Рейс оттащили Ули в выходящее на рудник застекленное помещение и положили на пол.

Большой цифровой таймер на стене отсчитывал цифры:

00:14:55

00:14:54

00:14:53

— Черт побери, — сказал Рейс, — они начали отсчет!

Рене сразу начала обработку пулевого ранения в животе Ули. Факс на дальней стене офиса начал громко стучать.

Рейс, теперь уже со штурмовой винтовкой G-11, подошел туда, когда из факса вылез целый свиток. Он прочел:

ИЗ КАНЦЕЛЯРИИ

ПРЕЗИДЕНТА СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ

СЕКРЕТНОЕ ФАКСИМИЛЬНОЕ СООБЩЕНИЕ

ИСХОДЯЩИЙ ФАКС № 1-202-555-6122

ОТВЕТНЫЙ ФАКС № 51-3-454-9775

ДАТА 5 ЯНВАРЯ 1999 ГОДА

ВРЕМЯ: 18 часов 55 минут 45 секунд (МЕСТНОЕ)

КОД ОТПРАВИТЕЛЯ: 004 (СОВЕТНИК ПО НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ)

ТЕКСТ СООБЩЕНИЯ:

Проведя консультации со своими советниками и согласно своим широко известным взглядам на терроризм, Президент поручил мне проинформировать вас, что он НИ ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ НЕ БУДЕТ выплачивать вам каких-либо денежных сумм чтобы удержать вас от взрыва любых устройств, находящих в вашем распоряжении.

У. ФИЛИПП ЛИПАНСКИ

Советник по Национальной Безопасности

Президента Соединенных Штатов Америки

— Боже, — выдохнул Рейс. — Они не собираются платить...

Рене подошла и посмотрела на факс.

— Смотрите, какая формулировка. Они пытаются не поддаться на его провокацию. Они не думают, что он взорвет «Сверхновую».

— Он это сделает?

— Конечно, — сказал с пола Ули, заставив Рейса и Рене обернуться.

Ули говорил сквозь сжатые зубы.

— Он постоянно говорит об этом. Он безумен. Он хочет только одного — свой новый мир. Если он его не получит, то просто разрушит существующий.

— Но почему? — спросил Рейс.

— Поскольку таков товар, которым он торгует. Он всегда торговал подобным товаром — жизнью и смертью. Эрхардт уже злой старик. Он не видит будущей пользы от мира. Если он не получит свои деньги, а следовательно и новый мировой порядок, то, не задумываясь, просто уничтожит старый.

— Чудесно, — сказал Рейс. — И остановить его можем только мы?

— Да.

— И как это сделать? — повернувшись к Ули спросила Рене. — Как остановить отсчет?

— Надо ввести код деактивации в управляющий устройством компьютер, — сказал Ули. — Но, как я уже говорил, код знает только Вебер.

— Тогда нам надо каким-нибудь образом узнать у него этот код, — сказал Рейс.

* * *

Несколькими минутами позже Рейс бежал по краю громадного кратера к южному подвесному мосту.

План был прост.

Рене будет ждать у северного моста, а Рейс побежит вокруг кратера к южному. Затем, когда он туда доберется, они одновременно побегут к кабине управления с противоположных сторон.

Логика их плана основывалась на том, что оба шедших до кабины управления подвесных моста были вполне современными и очень прочными. Мосты были сконструированы из сильно растягивающихся стальных нитей, и чтобы их уронить любой их них, требовалось разъединить четыре отдельных соединения под давлением. Если Рейс и Рене одновременно побегут по обоим мостам, то один из них должен оказаться у кабины до того как Эрхардт или Вебер сумеют разъединить оба моста.

Рейс добежал до южного подвесного моста через шесть с половиной минут.

Мост простирался вдаль через рудник. Его огромная длина усугублялась его узостью. По нему мог пройти лишь один человек, а в длину от одного конца до другого в нем было четыре футбольных поля.

«Боже», — подумал Рейс.

— Профессор, вы готовы? — в наушнике неожиданно раздался голос Рене. Рейс так давно использовал рацию, что уже почти забыл о том, что ее носит.

— Так точно, — сказал он.

— Тогда начнем.

Рейс шагнул на подвесной мост.

На дальнем его конце он увидел похожую на коробку белую кабину, висящую высоко над дном рудника. Там, где к ней подходит мост, в стене была утоплена дверь. Сейчас она была закрыта.

За длинными прямоугольными окнами кабины управления не было видно никакого движения.

Кабина просто тихо и прекрасно парила в воздухе в семистах футах над миром.

Рейс пошел по мосту.

В это же время Рене быстро двигалась по северному подвесному мосту.

Ее глаза были прикованы к закрытой двери на конце ее моста, в любой момент ожидая, что она откроется.

Но дверь оставалась закрытой.

Одило Эрхардт посмотрел в окно кабины управления и увидел, что по северному мосту идет Рене.

Через противоположное окно он видел Рейса, идущего по южному подвесному мосту.

Эрхардту предстояло сделать выбор.

Он выбрал Рейса.

Крошечные фигурки Рейса и Рене двигались по двум ведущим вниз подвесным мостам, сходящимся у кабины управления.

* * *

Рене с винтовкой наготове бежала несколько быстрее профессора. Когда она была уже на полпути, дверь на дальнем конце моста открылась, из нее вышел Одило Эрхардт.

Рене застыла на месте.

Перед собой Эрхардт держал крошечную фигуру доктора Фрица Вебера, прикрываясь брыкающимся телом маленького ученого. Одной рукой Эрхардт держал Вебера за горло, В другой он держал направленный в голову ученого полуавтоматический пистолет «Глок-20».

Не делай этого, мысленно попросила Рене, желая, чтобы Эрхардт не убивал единственного человека, который знал код, требовавшийся чтобы разрядить «Сверхновую».

Видимо ее желание было не слишком велико, В этот исключительно страшный момент Одило Эрхардт мрачно улыбнулся Рене и нажал на спусковой крючок.

Пистолет в руке Эрхардта громко выстрелил, по кратеру прокатилось эхо.

Из головы Вебера вырвался кровавый гейзер, разбрызгав его мозги через перила.

Все тело Вебера обмякло, когда Эрхардт перебросил его через перила, и Рене осталось лишь в ужасе смотреть на то, как труп падал вниз все семьсот ужасных футов, пока не раздался далекий глухой звук удара о дно.

Рейс тоже слышал пистолетный выстрел, а секундой позже увидел, как тело Вебера полетело вниз в кратер.

— Боже мой ...

Он припустил к кабине управления, начал бежать...

Но Одило Эрхардт еще не закончил дела у северной стороны кабины управления.

Скинув с моста тело Вебера, он торопливо начал отсоединять муфты, которые соединяли кабину управления и мост.

— Нет! — закричала Рене, схватившись обеими руками за перила.

Она пыталась прикинуть, и выходило, что она не могла оказаться у кабины управления до того, как Эрхардт отцепит три остальных крепления.

Она повернулась и изо всех сил побежала в обратную сторону.

Освободилось еще одно крепление, и отделился еще один поручень.

Осталось два крепления.

Рене изо всех сил бежала по оставшемуся без перил мосту в семистах футах над землей.

Через несколько секунд отсоединилось третье крепление. У нее под ногами мост начал провисать влево.

С довольной ухмылкой Эрхардт разобрал последнее крепление, и тяжелый подвесной мост, прикрепленный к северному краю кратера, но больше не соединенный с кабиной в его центре, упал в бездну вместе с Рене Беккер.

Рене была всего в пятидесяти футах от края, когда мост под ней начал падать. Ощутив, что мост рухнул, она прыгнула вперед и изо всех сил схватилась пальцами за стальной настил.

Подвесной мост плашмя падал на наклонную стенку кратера. Рене впечаталась в земляную стену рудника и отскочила от нее, но каким-то чудом сумела удержаться.

* * *

Когда Рейс добрался до двери на конце своего подвесного моста, в его наушниках раздался голос Рене.

— Профессор, это Рене. Мой мост упал вниз. Я выбыла. Все зависит от вас.

Круто, иронично подумал Рейс. Именно это я и хотел услышать.

Он глубоко вздохнул и покрепче взял винтовку. Затем повернул ручку двери, толкнул дверь стволом своего G-11... задев проволоку.

Раздался гудок.

Рейс увидел Эрхардта раньше, чем источник гудка.

Нацистский генерал с «глоком» боку стоял на другой стороне кабины управления у северной стены и улыбался Рейсу.

Слева от Эрхардта Рейс увидел «Сверхновую». Ее стеклянная с серебром поверхность мерцала, в центре находился подвешенный в вакуумной камере между двумя термоядерными боеголовками кусок тирия в форме цилиндра.

Рядом со «Сверхновой» у стены стояли два суперкомпьютера «Крей». Рядом с устройством располагались два контейнера от боеголовок, использующихся для транспортировки ядерного оружия, а идол с углублением в дне находился на скамейке по соседству.

Перед «Сверхновой» стоял источник гудения — ноутбук, и на его экране Рейс увидел, как таймер ведет отсчет:

00:05:00

00:04:59

00:04:58

Под цифрами он увидел надпись ИНИЦИАЛИЗИРОВАНА АЛЬТЕРНАТИВНАЯ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ ВЗРЫВА. Альтернативная последовательность взрыва?

— Спасибо, храбрый малыш, — ухмыльнулся Эрхардт. — Войдя в эту кабину, ты приговорил себя к смерти.

Рейс нахмурился.

Эрхардт скосил глаза влево.

Профессор посмотрел вслед за ним и увидел на восточной стене кабины управления восемь желтых цилиндров емкостью в двести галлонов. На их боках резали глаз слова ОСТОРОЖНО! и САМОВСПЛАМЕНЯЮЩИЕСЯ ЖИДКОСТИ.

На передней стороне огромных желтых цилиндров было написано ГИДРАЗИН, ТЕТРАОКИСЬ АЗОТА.

В четырех цилиндрах был гидразином, в четырех тетраокись азота. Между собой их соединяла сложная паутина кабелей и шлангов.

Из занятий химией Рейс вспомнил, что самовоспламеняющиеся жидкости загораются при контакте друг с другом.

Второй отсчитывавший время таймер находился на одном из цилиндров с гидразином. Он застыл на цифре в пять секунд.

00:00:05

И только сейчас Рейс заметил, что восемь желтых цилиндров соединял с компьютером у «Сверхновой» змеившийся по полу кабины толстый черный провод.

00:04:00

00:03:59

00:03:58

— Почему? — спросил Рейс, его G-11 был нацелен Эрхардту в грудь. — Почему я приговорил себя к смерти?

— Открыв эту дверь, вы запустили механизм, который так или иначе закончит вашу жизнь.

— Почему, черт возьми?

Эрхардт улыбнулся.

— Профессор, в этой комнате есть два взрывных устройства, «Сверхновая» и самовоспламеняющееся топливо. Одно взорвет всю планету, другое только эту кабину. Я знаю, что вы хотите обезвредить «Сверхновую», но если вы преуспеете в этом, то вам придется заплатить за это свою цену.

— Какую цену?

— Ваша жизнь в обмен на жизнь мира. Открыв эту дверь, профессор, вы запустили механизм, который связывает контрольный компьютер «Сверхновой» с самовоспламеняющимся топливом. Если по какой-то причине будет прекращен отсчет «Сверхновой», то включится таймер на самовоспламеняющемся топливе. За пять секунд жидкости перемешаются, после этого произойдет взрыв, который уничтожит вас вместе с кабиной. Теперь у вас есть выбор, профессор, уникальный выбор за всю историю человечества. Вы можете умереть вместе со всей планетой через три с половиной минуты или спасти мир. Но если вы это сделаете, вам придется пожертвовать своей жизнью.

Рейс не мог поверить в услышанное.

— Исключительный выбор...

— Возможность спасти мир...

— Но если это сделать, то придется пожертвовать своей жизнью...

У противоположных стен кабины управления стояли два человека: Рейс у южного входа с G-11 наготове, Эрхардт у северного входа с «глоком» на боку.

00:03:21

00:03:20

00:03:19

— Президент согласился заплатить вам выкуп... — быстро произнес Рейс, используя последнюю уловку.

— Нет, он этого не сделал, — рявкнул Эрхардт, хватая лежавший на скамье рядом с ним листок бумаги и бросая его Рейсу.

Листок опустился на пол. Это была копия факса, который Рейс уже видел в офисе рудника. У Эрхардта и здесь, наверное, был аппарат.

— Даже если бы он сказал, что заплатит, — выплюнул нацист, — я не могу обезвредить устройство. Только Вебер знал код деактивации, а он, друг мой, мертв. Теперь либо вы, либо никто. И что бы ни случилось, я получу удовлетворение от знания того, что вы не покинете эту кабину живым.

— А как насчет вас? — вызывающе спросил Рейс, — Вы же тоже погибнете.

— Я стар, профессор Рейс, Стар и болен. Смерть для меня ничего не значит. А факт, что я могу забрать с собой весь остальной мир, значит все ...

В этот момент Эрхардт быстро, как гремучая змея, выхватил свой «Глок», прицелился в Рейса и спустил ...

Раздался выстрел.

Когда Рейс сделал одиночный выстрел, отдача вдавила винтовку в плечо.

Пуля без оболочки попала в огромную грудь Эрхардта, оттуда вылетели брызги крови. Попадание отбросило большого человека в стену.

Эрхардт впечатался в стену, его пистолет выстрелил в потолок, разбив на куски датчик задымления, и тут из нескольких спринклеров[2] в потолке кабины полились потоки воды.

Под проливным дождем Эрхардт сполз на пол, пуская слюни, с открытым ртом и раскрытыми от шока глазами.

Оглушенный Рейс продолжал стоять в дверях, ему в лицо хлестала вода.

До этого он никогда не стрелял в человека. Даже во время погони на реке. Ему было плохо. Он проглотил поднявшуюся в горле желчь.

Тут он увидел таймер «Сверхновой».

00:03:00

00:02:59

00:02:58

Профессор вышел из транса, торопясь обыскать погибшего нацистского лидера.

Эрхардт был еще жив, но едва-едва. Кровь сочилась у него изо рта и ключом била из груди.

Но его глаза еще сверкали. Он смотрел на Рейса с безумным восторгом, словно он трепетал оттого, что профессор останется один в кабине управления в чужой стране. Рядом нет ничего, кроме мертвого нациста, тикающей «Сверхновой» и восьми цилиндров с взрывоопасным самовоспламеняющимся топливом, которое точно убьет его, если он сумеет обезвредить основную бомбу.

«Все в порядке, Уилл, спокойно».

00:02:30

00:02:29

00:02:28

Две с половиной минуты до конца света.

«Спокойно, жопа!»

Профессор добрался до «Сверхновой» и всмотрелся в экран ее управляющего компьютера.

У ВАС ОСТАЛОСЬ

00:02:30

ЧТОБЫ ВВЕСТИ КОД ДЕАКТИВАЦИИ. ВВЕДИТЕ КОД ДЕАКТИВАЦИИ СЮДА

Рейс в смятении смотрел на таймер. По его голове стучал дождь из спринклера.

«Что будешь делать, Уилл?»

Похоже, особого выбора не было, не так ли?

Он мог умереть вместе с остальным миром, а мог попытаться сообразить, как остановить «Сверхновую» и умереть при этом.

«Черт побери», — подумал он.

Он не был героем.

Героями были люди, похожие на Ренко и Вен Левена. Он был никем. Парень. Университетский профессор, вечно опаздывающий на работу и всегда пропускающий свой поезд. Боже, у него еще остались неуплаченный штрафы за парковку!

Он не был героем.

И, как и любой другой, не хотел умирать.

Кроме того, он ничего не знал о взламывании кода управляющего компьютера «Сверхновой». Он не был хакером. Ясно было то, что Фриц Вебер был мертв, а код деактивации «Сверхновой» знал только он.

00:02:01

00:02:00

00:01:59

Рейс закрыл глаза и вздохнул.

С таким же успехом можно умереть как герой. Он сел прямо перед «Сверхновой» и свежим взглядом посмотрел на дисплей.

«Все в порядке, Уилл, дыши глубже. Глубже дыши». Они посмотрел на экран и прочел строку:

ВВЕДИТЕ КОД ДЕАКТИВАЦИИ СЮДА

Ладно.

Восемь знаков, чтобы ввести код.

Отлично, только кто знает код?

Только Вебер знал код.

В наушнике Рейса раздался голос, и он чуть не подскочил от неожиданности.

— Профессор, что происходит?

Это была Рене.

— Боже, Рене, вы меня перепугали. Что происходит? Эрхардт застрелил Вебера, потом я застрелил Эрхардта, и теперь я сижу перед «Сверхновой» и пытаюсь вычислить, как ее обезвредить. Вы где?

— Я снова в офисе над кратером.

— Есть идеи о том, как обезвредить устройство?

— Нет. Только Вебер...

— Я уже это знаю. Слушайте, у меня есть восемь знаков, и мне нужно их быстро заполнить.

— Хорошо. Дайте мне подумать...

00:01:09

00:01:08

00:01:07

— Одна минута, Рене.

— Все в порядке. В расшифровке телефонных переговоров говорилось, что их «Сверхновая» основана на американской модели, так? Это значит, что код должен быть цифровым.

— Откуда вы это знаете?

— Потому что я знаю, что у американской «Сверхновой» цифровой код. — Она слышала, что он молчит. — У нас есть люди в ваших агентствах.

— Ладно. Пусть будет цифровой код. Восемь знаков. Это оставляет перед нами примерно триллион возможных комбинаций.

00:01:00

00:00:59

00:00:58

— Только Вебер знал код, правильно? — сказала Рене. — Поэтому эта цифра должна иметь к нему отношение.

— Или может быть абсолютно произвольным набором цифр, — сухо произнес Рейс.

— Вряд ли, — сказала Рене. — Люди, использующие цифровой код, редко применяют произвольные цифры. Они используют цифры, которые имеют для них значение, цифры, которые они могут вспомнить, подумав о незабываемом событии, дате или о чем-то таком. Итак, что мы знаем о Вебере?

Рейс больше не слушал.

Что-то шевельнулось в глубине его мозга, когда он слушал Рене. Она только что говорила об этом.

— Все в порядке, — вслух подумала Рене. — Во время Второй Мировой Войны он был нацистом. Он проводил эксперименты на людях.

Но Рейс думал совершенно о другом.

Они используют цифры, которые имеют для них значение, цифры, которые они могут вспомнить, подумав о незабываемом событии, дате или...

И тут его осенило.

Он вспомнил о статье в «Нью-Йорк Таймс», которую вчера утром читал по дороге на работу, перед тем, как он добрался до университета и обнаружил ожидающую его в его кабинете группу спецназовцев.

В статье говорилось о том, что ворам легче взломать банковский счет, поскольку восемьдесят пять процентов людей в качестве кода используют дату своего рождения или другую знаменательную дату.

— Когда он родился? — неожиданно спросил Рейс.

— Я знаю, — ответила Рене. — Я видела это в файле о нем. Где-то в 1914 году. Вот. 6 августа 1914 года.

00:00:30

00:00:29

00:00:28

— Как ты считаешь? — прокричал Рейс, перекрывая шум дождя внутри кабины.

— Возможно, — ответила Рене.

Профессор секунду подумал об этом. За это время он обежал глазами комнату и увидел сидящего у стены Эрхардта, фыркающего сквозь наполненный кровью рот.

— Нет, — решительно сказал Рейс. — Это не то.

— Что?

00:00:21

00:00:20

00:00:19

Рейс теперь думал абсолютно спокойно.

— Это слишком просто. Если он вообще использовал дату, то она была не просто знаменательной, а должна была быть в чем-то красивой. Чем-то, что можно продемонстрировать всему миру. Он не стал бы использовать бессмысленные цифры, например дату своего рождения. Он использовал бы что-то со значением.

— Профессор, у нас мало времени. Что там еще есть?

Он постарался вспомнить все, что он раньше слышал о Фрице Вебере.

«Ученый проводил эксперименты на людях».

00:00:15

«Его судили в Нюрнберге».

00:00:14

«И приговорили к смерти».

00:00:13

«И казнили».

00:00:12

"Казнили.

Казнили..."

«Вот оно», — подумал Рейс.

00:00:11

«Но какого числа?»

00:00:10

«Рене. Быстро. Дата предполагаемой казни Вебера?»

00:00:09

«Ох... 22 ноября 1945 года».

00:00:08

«22 ноября 1945 года».

00:00:07

«Вот оно».

00:00:06

Рейс наклонился вперед и набрал цифры на клавиатуре компьютера «Сверхновой».

ВВЕДИТЕ КОД ДЕАКТИВАЦИИ СЮДА

11221945

Введя код под поливающим его дождем из спринклера, когда цифры на таймере перед ним бежали к нулю, Рейс нажал пальцем на клавишу ENTER.

Раздался гудок.

Фырканье Эрхардта сразу же прекратилось.

Рейс широко улыбнулся.

Боже мой, я сделал это.

Внезапно экран возле «Сверхновой» изменился.

КОД ДЕАКТИВАЦИИ ВВЕДЕН.

ОТСЧЕТ ВЗРЫВА ОСТАНОВЛЕН ЗА

00:00:04

ИНИЦИАЛИЗИРОВАНА АЛЬТЕРНАТИВНАЯ

ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ ВЗРЫВА

Альтернативная последовательность взрыва?

— Проклятие... — выдохнул Рейс.

Он бросил взгляд на другой таймер, который находился на цилиндре с гидразином у противоположной стены. На нем постоянно горело 00:00:05.

В эту секунду таймер начал отсчет и переключился на 00:00:04.

Глаза Эрхардта расширились от удивления.

Глаза Рейса стали еще шире.

— О нет, — сказал он.

Через четыре секунды в цилиндрах смешалось самовоспламеняющееся топливо, и ужасная сила выбила стены кабины управления.

Все окна вылетели в воздух миллионом кусочков, за ними следом летел ревущий взрывающийся огненный шар.

Во все стороны разлетались осколки. Настолько колоссальная сила разбросала двери, куски «Сверхновой», истерзанные части деревянных скамей, участки пола, что некоторые из них сумели оказаться за краем кратера и приземлились в окружавших гигантский рудник зарослях. Разломанные куски двух термоядерных боеголовок, из которых состояла «Сверхновая», спокойно приземлились на дно, потому что самовоспламеняющийся взрыв был слишком слабым, чтобы расщепить атомы внутри них.

От кабины управления мгновенно остался почерневший и обуглившийся каркас, свободно висящий над рудником. Исчезли двери и окна, потолок и пол.

Исчез и Уильям Рейс.

Пятое действие

Вторник, 5 января, 19:10

Два судна медленно двигались по реке в сторону покинутого рудника.

Это были длинный обтекаемый катер и выглядевший потрепанным маленький гидросамолет, у которого поплавок свисал только с правого крыла.

Мир был тих, река была спокойна.

Леонардо Ван Левен и Дуги Кеннеди, каждый из своей кабины, всматривались в разрушенный рудник впереди. Они медленно подвели суда к берегу и осторожно причалили.

Зеленые береты услышали взрыв самовоспламенившегося топлива и теперь перед ними предстал огромный коричневый земляной кратер. От висящего в центре обугленного и похожего на коробку каркаса поднимался черный дым.

В поле зрения никого не было.

Никто не шевелился.

Что бы ни произошло здесь, все уже закончилось.

Два зеленых берета выпрыгнули из своих судов и с оружием в руках осторожно пошли к группе старых, похожих на склады зданий на краю ущелья.

Неожиданно из двери одного из зданий появилась Рене. Она сразу же увидела их и подошла к ним. Они втроем стояли на краю кратера и смотрели на почерневшие останки кабины управления.

— Что здесь произошло? — спросил Ван Левен.

— Эрхардт использовал идола чтобы запустить «Сверхновую». Затем он запустил таймер, — печально сказала Рене. — Профессор Рейс собирался остановить взрывное устройство, но как только он нейтрализовал «Сверхновую», вся кабина тут же взорвалась.

Ван Левен повернулся посмотреть на разрушенную кабину управления, где Уильяма Рейса видели живым в последний раз.

— Устройство было там? — спросил он.

— Ага, — сказала Рене. — Вы не поверите. Он остановил отсчет. Он был восхитителен.

— А идол?

— Я полагаю, разрушен при взрыве, вместе со «Сверхновой» и профессором Рейсом.

Справа раздался шелестящий звук.

Ван Левен и Дуги повернулись с оружием наготове.

Они увидели только листву и деревья.

Похожий на барабан цилиндрический объект размером с мусорный бак, неожиданно свалился с верхних веток дерева и мягко отскочил в крупную листву в двадцати ярдах от них.

Нахмурившись, Ван Левен, Рене и Дуги пошли к нему.

Наверное капсула во время взрыва была внутри кабины управления, а взрывной волной ее выбросило сюда.

Оболочка от боеголовки прокатилась по листве, затем остановилась и начала раскачиваться взад и вперед, словно кто-то внутри нее пытался выбраться...

Крышка капсулы поднялась, из нее выпал Рейс и растянулся на сырой, грязной земле.

Лицо Рене осветилось тысячеваттной улыбкой, вместе с двумя зелеными беретами она побежала туда, где среди листвы лежал Рейс.

Насквозь промокший и ужасно уставший профессор лежал на спине в грязи. На нем все еще была его кепка и черный кевларовый бронежилет.

Он посмотрел на трех подбегающих к нему товарищей и устало улыбнулся.

Затем вытащил правую руку из-за спины и поставил предмет перед собой. На нем блестели капельки воды, но безошибочно можно было узнать сияющий черно-багровый камень и свирепые черты вырезанной на нем головы рапы.

Это был идол.

* * *

«Гусь» грациозно парил над амазонскими джунглями.

Он направлялся на запад, когда начало темнеть. Назад в горы, к Вилкафору.

Дуги сидел в кабине и управлял самолетом, а Ван Левен, Рейс, Рене и раненый Ули сидели сзади.

Рейс размышлял над своим спасением.

За пять секунд, отделявших деактивацию «Сверхновой» и смешивание самовоспламеняющегося топлива, он отчаянно обыскал кабину в поисках спасения.

Ему на глаза попалась одна из капсул боеголовок — контейнер, способный выдержать давление в 10000 фунтов на квадратный дюйм, поскольку его задачей была защита взрывчатых ядерных боеголовок.

Больше ничего не подходило, и он нырнул внутрь, схватив по дороге стоящего на скамье идола, и закрыл крышку капсулы как раз в тот момент, когда закончился пятисекундный отсчет.

Топливо перемешалось, и кабина управления взорвалась, а его запустило в капсуле высоко в воздух. К счастью она сравнительно мягко приземлилась на деревья вокруг рудника.

Но он остался жив, и лишь это имело значение.

Теперь, сидя в хвосте гидросамолета, он держал в руках изорванную книгу в кожаном переплете, которую нашел в лодочном ангаре после своего эффектного спасения. Она лежала на полке.

Он настоял на поисках этой книги перед возвращением в Вилкафор.

Это была подлинная рукопись Альберто Сантьяго, написанная им в шестнадцатом веке, украденная из аббатства Святого Себастьяна Генрихом Анистазе в двадцатом, и вскоре после этого скопированная специальным агентом Ули Пиком.

Рейс с трепетом смотрел на рукопись.

Он смотрел на почерк Альберто Сантьяго. Строки и завитушки были знакомы, но теперь он видел их написанными яркими синими чернилами на прекрасно сделанной бумаге, а не раздражающую, грубую фотокопию.

Он хотел немедленно прочесть текст, но это могло подождать. Сначала надо было выяснить другое.

— Ван Левен, — сказал он.

— Да.

— Расскажите мне о Фрэнке Нэше.

— Что?

— Повторяю, расскажите мне о Фрэнке Нэше.

— Что вы хотите узнать?

— Вы раньше работали с ним?

— Нет. Это — первый раз. Мой отряд выдернули из Брэгга для участия в этой миссии.

— Вы знали о том, что Нэш — полковник Отдела Специальных Проектов Армии?

— Да, конечно.

— И вы знали, что Нэш солгал, когда вчера утром прибыл в мой кабинет с идентификацией от АПНИОР и рассказом о том, что он — отставной армейский полковник, работающий на Агентство Передовых Научно-Исследовательских Оборонных Разработок?

— Я не знал, что он это сказал.

— Вы не знали?

Ван Левен честно посмотрел на Рейса.

— Профессор Рейс, я — простой морской пехотинец. Мне сказали, что придется заниматься охраной. Мне приказали защищать вас. Я этим и занимаюсь. Если полковник Нэш вам солгал, то простите, но я не знал.

Рейс стиснул зубы. Он был взбешен оттого, что его обманом заставили участвовать в миссии.

Профессор был полон решимости выяснить все, поскольку если Нэш на самом деле не имеет отношения к АПНИОР, то это поднимало много других вопросов. Например, Лорен и Коупленд? Они тоже из Специальных Проектов Армии?

Еще интереснее были вопросы о том, каким образом сам Рейс оказался участником миссии. В конце концов, Нэш утверждал, что вышел на него через его брата Марти. Но Рейс уже лет десять даже не видел своего брата.

Неожиданно Рейс обнаружил, что думает о Марти.

Детьми они были близки. Хотя Марти был на три года старше, они всегда играли вместе в футбол, баскетбол, даже просто бегали кругами. Но Уилл всегда был лучшим спортсменом, несмотря на разницу в возрасте.

Марти, с другой стороны, был умнее. Он выделялся в школе, и за это его подвергали насмешкам. Он не был красив, и уже в девять лет был копией своего отца, с втянутой в плечи головой и густыми темными бровями, его постоянно суровое выражение лица напоминало Ричарда Никсона.

У Рейса, наоборот, была спокойная наружность матери — рыжевато-коричневые волосы и небесно-голубые глаза.

Будучи тинэйджерами, когда Рейс со своими друзьями уезжал из города, Марти оставался дома со своими компьютерами и отменной коллекцией записей Элвиса Пресли. В девятнадцать у Марти даже не было подружки. Дженнифер Майклз, хорошенькая молодая девушка из группы поддержки, единственная девушка, которая ему нравилась, сильно увлеклась Уиллом. Это угнетало Марти.

Настало время учебы в колледже, и когда его мучители из школьного двора разъехались, чтобы стать кассирами в банке и агентами по продаже недвижимости, Марти поступил в компьютерную лабораторию в Массачусетском Технологическом Институте чтобы стать инженером по компьютерам, а его отец полностью оплатил обучение.

С другой стороны, Рейс, безусловно умный, но менее склонный к учебе, отправится в Университет Южной Калифорнии на наполовину спортивную стипендию. Там он встретит, полюбит и потеряет Лорен О'Коннор, а во время всего этого будет изучать языки.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26