Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дразнящий аромат

ModernLib.Net / Сентиментальный роман / Жеро Мишель / Дразнящий аромат - Чтение (стр. 16)
Автор: Жеро Мишель
Жанр: Сентиментальный роман

 

 


      Он сделал глоток и поставил стакан на стол.
      – Мне казалось, если я вернусь на корабль, снова погружусь в привычные заботы, этого будет достаточно, чтобы восстановить душевное спокойствие. Для меня прежнего это означало бы, что мне удалось вернуться к нормальной жизни. Ведь добрую половину жизни моим мерилом удачи были очередные нашивки на погонах!
      – Ох, Лукас, это говоришь не ты! Это речи твоего отца! – заметила Тесса со вздохом. Она пододвинула свое кресло, взяла Лукаса за руку и мягко поинтересовалась: – У тебя часто бывают такие приступы?
      – Они повторяются все реже, а такого острого я вообще не припомню. Мало-помалу я научился предчувствовать их и по мере возможности смягчать последствия. У меня… – Он поколебался и с усилием договорил: – Мне здорово помогли сеансы психотерапии.
      – Я считала, что такие тяжелые депрессии случаются только у тех, кто побывал на войне.
      – Иногда для сохранения порядка нам приходилось участвовать в настоящих сражениях. Береговая охрана – одно из многих силовых ведомств. Мы имеем дело со всякой дрянью и становимся легкой мишенью для тех, кто желает отомстить. – Он посмотрел на нее, но сразу же отвел взгляд. – Мне приходилось видеть худшее, что человек способен учинить над себе подобными, и не только это…
      Он умолк, и Тесса ласково сжала его пальцы.
      Через несколько минут Лукас заговорил снова:
      – Поверь мне на слово, я бы никому не пожелал узнать обо всем этом. Эта мерзость выжигает изнутри, она грозит уничтожить душу – вот почему после смерти отца я нашел повод вернуться в эти места. Я просто хотел получить пару лет передышки, чтобы немного прийти в себя. Всего каких-то пара лет – и я стал бы прежним.
      – Но взрыв на танкере смешал все твои карты?
      – Это довольно мягкое обозначение того, что случилось. – Он допил коку и встряхнул стакан, играя оплывшими кубиками льда. Их монотонное глухое звяканье раздражало Тессу. Лукас продолжал: – У меня проблемы со сном, но это ты уже знаешь. Мне до сих пор снятся кошмары. Временами я не нахожу себе места от предчувствия беды, хотя отлично знаю, что все в полном порядке. И мне приходится убеждать себя, чтобы не сойти с ума от страха. Если что-то слишком неожиданно напоминает мне о взрыве, может начаться приступ, и тогда я снова задыхаюсь от паров бензина и слышу голоса. В такие моменты я могу на несколько секунд полностью отключиться.
      Лукас по-прежнему не сводил глаз с темной глади озера, видневшегося между стволами деревьев.
      – Это часто пугает людей и отталкивает их от меня. Диане с Кевином пришлось со мной нелегко, особенно в первый год. Сейчас мне намного лучше, но все еще бывают периоды, когда ко мне лучше не подходить.
      Это прозвучало как предупреждение. Тесса надолго задумалась, прежде чем задала следующий вопрос:
      – Это лечится?
      – Разве можно полностью вылечить мою изуродованную ногу? Так и здесь. Это поддается контролю, хотя я по-прежнему не могу быть уверен в себе, заправляя машину. Удастся ли мне сдержаться – или я опять вернусь на палубу и увижу, как открывается этот люк, и пойму…
      Лукас оборвал себя на полуслове и отнял у Тессы руку, чтобы сплести пальцы на затылке и выгнуться всем телом – точно так же, как он это делал недавно на дороге.
      – …и я пойму, что опоздал! – еле слышно закончил он.
      Тесса готова была разрыдаться от сочувствия, но подавила свой порыв, наклонилась и осторожно погладила его ногу в надежде хоть немного облегчить душевную боль.
      – Ты не обязан рассказывать об этом, Лукас.
      – Еще как обязан! – По-прежнему держа руки на затылке, он резко согнулся и уперся локтями в колени. Когда Лукас заговорил снова, его голос звучал глухо и невнятно. – Пока я карабкался на палубу, то думал только о том, как бы вытащить этих ребят живыми. Но когда танкер ударился о мель, от толчка корму изуродовало так, что люк перекосило. Везде был разлит бензин, и этот запах… Черт, я чуть не сблевал! Я стал кричать, и этот парень мне ответил… все, что я мог увидеть, – его пальцы. Он без конца повторял: «Прошу вас, мистер, не дайте мне умереть!» И я обещал ему… я обещал, что вытащу его оттуда!
      Прошло несколько долгих минут, прежде чем Лукас с горечью прошептал:
      – Я обещал, что не дам ему умереть!
      Тесса отвернулась, не в силах больше смотреть на его скрюченную фигуру. В глазах у нее стояли слезы, и ей стоило огромного труда не сосредоточиться на том, каким адом могли стать эти последние минуты для Мэтта… и на том, о чем мог думать Лукас, когда стоял на горящей палубе, один из всей спасательной команды.
      – Внезапно люк распахнулся настежь… и тогда, в эту долю секунды, мне стало ясно, что это конец. – Он громко сглотнул. – Большинство экспертов сошлись на том, что из-за открытого люка вдоль трапа создалась сильная тяга воздуха. Пожар в машинном отделении вспыхнул с новой силой, пламя перекинулось на пары бензина, и через секунду корма взорвалась ко всем чертям.
      Это не было для Тессы новостью. Она сама читала множество отчетов и исследований – и везде точкой отсчета оставался злополучный люк. Но кое-что она узнала впервые – и похолодела от ужаса, осознав, что означают эти новые детали.
      Он помнит!
      – Лукас, кто же открыл люк?
      Лукас резко вскинулся, услышав этот вопрос, но затем снова отвернулся, и ожидаемый ею ответ был заключен не в словах, а в неуклюжей напряженной позе и нежелании посмотреть ей в глаза.
      – По-моему, ты это помнишь.
      Только тогда он обернулся к Тессе, и оранжевый свет свечи отразился в его влажных глазах, полных раскаяния и боли.
      – Не спрашивай меня об этом. Пожалуйста.
      Тесса встала.
      – Ты должен сказать мне правду. – Она помолчала и добавила: – И не только мне, но и себе. Лукас, я спрашиваю в последний раз: это ты открыл люк?
      – А что изменится, если я скажу «да»? – Его голос превратился в низкий угрожающий рык, а глаза засверкали от бессильной ярости. – Ты повернешься и уйдешь от меня навсегда?
      Тесса слышала, как кровь стучит у нее в ушах. Опираясь на подлокотники его кресла, она наклонилась к самому лицу Лукаса и спросила:
      – Это ты?
      На миг на веранде стало очень тихо, и это мгновение растянулось для Тессы в целую вечность. Она следила, как играют желваки у Лукаса на скулах, как устало приспускаются его веки, а пересохшие губы шепчут:
      – По-моему, я.
      У нее перехватило дыхание. Она отшатнулась, не в силах скрыть шок от того, что услышала.
      – О Господи, – шепотом выдохнул он. – Я уверен, что это я!
      Время тянулось с какой-то душераздирающей медлительностью, секунды сменяли одна другую, и Тесса затаилась в ожидании. Вот сейчас, еще мгновение – и в груди проснется праведный гнев. Лукас поднял на нее глаза, и ее поразил их странный, неестественный блеск.
      А потом где-то глубоко-глубоко, на самом дне души, захлопнулась дверца, слишком долго остававшаяся раскрытой. Как будто щелкнул невидимый замок, и волна облегчения с неожиданной силой затопила все ее существо. Она получила ответ. И наконец-то… наконец-то может считать эту историю завершенной!
      Только теперь Тесса заметила, с каким напряжением следит за ней Лукас. Несомненно, он ждет, что сейчас его обольют презрением и обвинят в убийстве.
      Она подошла к нему и обняла за шею, чувствуя под ладонями горячую, влажную кожу и густые жесткие волосы. Он замер, словно не в силах был вынести ее прикосновения, а потом обхватил Тессу за талию и крепко, до боли прижал к себе, пряча лицо у нее на груди. Тесса с облегчением закрыла глаза.
      Она не могла бы сказать точно, долго ли простояла вот так перед креслом, где сидел Лукас, прижимаясь к ней головой. Их объятия оставались сомкнутыми – и не важно, сколько секунд или минут прошло до тех пор, пока они снова вспомнили об остальном мире.
      И тогда Тессу поразила еще одна леденящая душу догадка: «Пальцы! Он же видел, как из-под крышки люка торчали пальцы!»
      – Это не твоя вина, – уверенно промолвила она, немного отстранившись, чтобы заглянуть ему в лицо.
      – Я же только что сказал…
      – Но кто-то был и внутри, с другой стороны люка, правильно? – нетерпеливо перебила Тесса. – И он наверняка тоже пытался его открыть!
      Лукас коротко кивнул.
      – Значит, ситуация изначально была безнадежной! Ох, милый, ну как ты не понимаешь? Эти люди погибли еще до того, как ты оказался на палубе. Открывая люк, ты уже не мог повлиять на их судьбу! И вдобавок если бы его не открыл ты, то непременно распахнул бы тот, другой, который старался вырваться наружу!
      Ее кожа горела под его частым, влажным дыханием.
      – Но для меня важно другое, Тесс! Ведь я-то выжил! Не должен был, а выжил. Почему?
      Тессе было так больно слышать в его голосе обиду и ярость, что она мысленно поблагодарила судьбу за то, что не видит сейчас его лица. Она не выдержала бы этой пытки и наверняка ударилась бы в истерику.
      – Этого никто не знает, но наверняка есть какая-то причина. На все всегда есть причина. – Она ласково провела рукой по его коротко остриженным волосам. – И я могу лишь поблагодарить судьбу за то, что ты жив и что сейчас ты здесь, рядом со мной. Даже если ты ни во что не веришь, Лукас, поверь хотя бы в это!
      Она говорила негромко, но горячо, и каждое слово шло от сердца. Лукас не мог остаться равнодушным и поднял на нее растерянный взгляд.
      – Я не врал, когда отвечал на вопросы комиссии. Тогда я действительно ничего не помнил. Память начала возвращаться примерно год назад, но об этом никто не знает.
      – Но я же здесь, – прошептала она. – Видишь? Я не убежала! Я не бросила тебя!
      Тесса проглотила комок, внезапно возникший в горле. Желание защитить Лукаса и помочь ему вернуть веру в себя было так всеобъемлюще, что ей самой стало страшно.
      – Лукас! Ты не хочешь подняться наверх? В постель?
      Он ответил не сразу и еще долго сидел тихо и неподвижно, пока Тесса перебирала его спутанные волосы и баюкала его голову у себя на груди.
      – Мне хорошо, когда ты меня обнимаешь, – наконец промолвил он. – Вот и все.
      Тесса прижала его к себе еще сильнее. Наверное, поэтому он не расслышал слез в ее голосе, когда она с трудом выговорила:
      – О’кей.
 
      Лукас очнулся в пять часов утра и несколько минут лежал неподвижно, не смея шелохнуться и осваиваясь с близостью теплого податливого тела, свернувшегося калачиком у него под боком. Как это ни удивительно, но стоило им с Тессой добраться вчера до кровати – и он провалился в беспробудный сон. И теперь, вслушиваясь в ее ровное, глубокое дыхание, он не удержался от соблазна и провел пальцами по гладкой коже под футболкой, которую Тесса надела на ночь.
      Она не бросила его. У него никак не укладывалось в голове, что Тесса осталась – после всего, что он ей рассказал о своей депрессии и о том, что случилось на «Макки».
      Облегчение было столь сильно, что подействовало на него как шок. Лукас все еще чувствовал себя ошеломленным. И жалел о том, что потерял столько времени, дрожа от страха и пытаясь предугадать ее реакцию. Почему он не рассказал ей раньше? Это можно было бы сделать в спокойной обстановке, не устраивая сцен. Черт побери, он наверняка напугал ее до полусмерти прошлой ночью! Разве Тесса это заслужила?
      До сих пор, несмотря на все ее слова, Лукас не мог поверить в то, что ее больше не волнует правда о «Макки». Тот бедолага по другую сторону люка наверняка отравился дымом и едва двигался. Вряд ли ему хватило бы сил в одиночку справиться с тяжелой литой крышкой, не подоспей на помощь Лукас. Но сердце подсказало Тессе правильный вывод: он вступил в заранее проигранную битву. А Лукас слишком свыкся с болью от раскаяния и чувства вины и цеплялся за них до последнего. Он сам закрывал глаза, не желая видеть правды.
      Ему и сейчас будет непросто расстаться с этим чувством и жить дальше свободным.
      Тихонько вздохнув, он выскользнул из объятий Тессы и встал с кровати. Натянув на себя шорты, Лукас спустился по лестнице в темноту первого этажа.
      В гостиной Лукас включил видео, собираясь посмотреть какой-нибудь фильм. Кевин оставил в коттедже свою коллекцию старых фантастических боевиков и фильмов ужасов. Лукас наугад выбрал один из них, категории «Б», – пугаться, так уж на полную катушку! Он включил микроволновку, положил туда поп-корн, достал из холодильника банку коки и уютно устроился на старом диване.
      – Уж не поп-корном ли здесь пахнет?
      Услышав заспанный голос Тессы, Лукас живо вскочил и обернулся. Она стояла около лестницы, и в полутьме он едва мог различить ее силуэт.
      Он еще не успел ответить, как Тесса воскликнула:
      – Лукас, сейчас пять часов утра!
      – Я чувствую себя прекрасно, – заверил он, услышав в ее голосе невысказанную тревогу. – Просто я привык вставать в это время. А мои биологические часы не всегда желают выключаться, даже когда я не на работе.
      Тесса сонно потянулась, и из темноты до него донесся долгий, прерывистый вздох.
      – А что ты смотришь?
      – Старый триллер. Он так плох, что даже очарователен в своем уродстве.
      – Достойный образец логики недоумков. Не возражаешь против компании?
      – Отнюдь.
      Еще секунда – и она оказалась рядом, все еще теплая и вялая после сна. Лукас помог ей устроиться поудобнее, положил ее голову к себе на колени и ласково чмокнул в лоб в качестве утреннего приветствия.
      Если так пойдет и дальше, он и сам не заметит, как привыкнет к ней и не сможет без нее обходиться…
      На какое-то время они умолкли и просто смотрели кино. Лукас старался не подать виду, с каким напряжением он ждет начала расспросов – или первых признаков того, что их отношения изменились. Но Тесса как ни в чем не бывало смотрела на экран и жевала поп-корн. Лукас так и не заметил в ней хотя бы малейшей фальши или, что еще хуже, жалости. Это заставило его думать, что Тесса не торопится сама начинать трудный разговор, предоставив ему сделать первый шаг.
      И за это он был ей очень благодарен.
      – Я давно хотел тебе обо всем рассказать, – начал он вполголоса, – но все никак не мог выбрать подходящий момент. Ты уж прости меня, если можешь.
      – Не переживай. – Она ободряюще улыбнулась. – Когда все время работаешь с мужчинами, волей-неволей начинаешь их понимать. Я не позволю тебе без конца водить меня за нос, но и в угол загонять не собираюсь. Я просто верю тебе и буду ждать, когда ты сам созреешь для серьезного разговора.
      – Спасибо. – На дне его светло-карих глаз полыхнуло что-то нестерпимо жаркое.
      Тесса лишь кивнула в ответ и протянула руку за новой пригоршней поп-корна. А через минуту громко рассмеялась:
      – Смотри, он вырядился акулой! Что это за фильм?
      – «Чудовище из Черной лагуны». – Ее искренний смех приободрил Лукаса, и он тоже улыбнулся. – Ты лучше обрати внимание на эту тетку. Знаешь, как она классно визжит? В этом ей просто нет равных!
      В подтверждение его слов через минуту комната содрогнулась от истошного визга, и Тесса захохотала еще громче. Лукас с улыбкой подал ей очередную горсть поп-корна, и очень скоро одно удовольствие сменило другое.
      Не обращая больше внимания на истеричные вопли женщины на экране, он не спеша поцеловал Тессу в соленые, масляные губы. И пока акулообразное чудище терроризировало лагуну, Лукас и Тесса занимались любовью.

Глава 19

      Следующее плавание «Талисина» закончилось так же спокойно, как и началось: ясная погода, спокойное озеро и не слишком капризные пассажиры – включая даже ту компанию больших шишек, которых Лукасу с Тессой пришлось развлекать на протяжении всего рейса. Из-за присутствия на борту этих толстосумов у Тессы почти не оставалось свободного времени, и все, что им с Лукасом удалось урвать, это лишь несколько поцелуев украдкой на пустом трапе в глухой ночной час.
      В глубине души она даже приветствовала это вынужденное воздержание, хотя ни за что не призналась бы в этом Лукасу. Он наверняка понял бы ее неправильно, приняв все на свой счет. Но им обоим определенно требовалось время, чтобы свыкнуться с теми важными переменами в их отношениях, которые произошли за последние дни.
      Пока Лукас с виртуозной точностью подводил «Талисин» к причалу в порту Милуоки, Тесса стояла рядом, едва справляясь с внезапным волнением. Ни разу на протяжении пяти дней плавания, когда ей приходилось одновременно ублажать компанию больших шишек и успевать руководить экипажем, она не испытывала ничего даже похожего на ту бурю чувств, что охватила ее сейчас, наедине с Лукасом.
      Тессе так хотелось рассказать ему о множестве вещей, но пока приходилось довольствоваться тем, что она стояла рядом, всего в нескольких дюймах от родного, знакомого тепла, с наслаждением вдыхая будоражащий аромат его туалетной воды. Они проследили за тем, как с корабля сошли пассажиры и почти весь экипаж. На борту оставалась лишь охрана. Тессе было легче находиться рядом, когда Лукаса что-то отвлекало, потому что всякий раз, когда он смотрел на нее, у него на лице мелькала тревога, как будто он был способен заглянуть в ее мысли и прочесть терзавшие ее сомнения.
      Тесса действительно сомневалась – прежде всего в себе. Вдруг ей не хватит сил жить с тем, в чем он признался? Безусловно, она была рада, что знает теперь правду. Больше ее не будет мучить чувство, будто она бредет на ощупь в темноте, стараясь разобраться, что же происходит в его душе. И тем не менее с такими вещами, как посттравматический синдром, не шутят. Она не может отмахнуться от его болезни, как от насморка.
      Как будто у них и без того было мало проблем!
      Размышления Тессы были прерваны Лукасом, который отошел от окна и по пути задел Тессу. При ясном солнечном свете его глаза казались скорее золотистыми, чем карими.
      – Мне нужно поговорить со старшим механиком, попрощаться с Джерри и заполнить бортовой журнал. Это займет примерно час, после чего я буду свободен. – Он подошел к ней вплотную. – Поедем сегодня прямо ко мне?
      – Ты хочешь, чтобы я ехала с тобой?
      – Конечно, хочу. – Лукас коротко взглянул на Тессу, но она не успела перехватить его взгляд. – Тебе надо заскочить домой?
      Тесса кивнула, позволяя ему украдкой поймать ее за руку и отвечая легким пожатием.
      – Тогда я заверну к тебе и заберу с собой. Нет смысла гонять туда-сюда две машины.
      – Только не забудь припарковаться у соседнего дома, и не на улице, а во дворе! – озабоченно напомнила она.
      – Тесс, мы будем уже не на службе, ничего противозаконного делать не собираемся, так что черта с два я буду кого-то бояться!
      – А вдруг нас увидит кто-то из знакомых? – поежилась она.
      – Тогда я вежливо улыбнусь и скажу «здравствуйте». – Лукас привлек ее к себе и шепнул: – А теперь кончай спорить и поцелуй меня!
      – Лукас…
      – Всего лишь поцелуй!
      – Ох, снова ты завел эту песню! Тебе еще ни разу не хватило просто поцелуя, тебе подавай…
      Он закрыл ей рот жадным, страстным поцелуем – таким, о котором мечтал целых пять дней. Его сильные, горячие руки скользили по ее спине, по ягодицам, заставляя Тессу думать только об одном: скорее бы избавиться от всей одежды, чтобы ласкать и целовать его удивительное, чудесное тело!
      Когда он прервал поцелуй и отстранился, Тесса едва успела уцепиться за его плечи, чтобы не упасть: ноги стали ватными и совершенно отказывались ей служить.
      – Через час я за тобой заеду, – пообещал он, и от его низкого, раскатистого голоса по ее телу прошла волна сладкой истомы. – Надень что-нибудь красивое. Такое, чтобы было легко снять.
      Сказав это, Лукас покинул Тессу, оставив ее сгорать от нетерпения.
      Ее так распалил этот поцелуй, что до дома она добралась абсолютно механически.
      Первым делом она ринулась в душ, после чего в приступе хозяйственной истерии принялась пылесосить квартиру. Затем Тесса заглянула в холодильник, хотя даже в своем возбужденном состоянии отдавала себе отчет в том, что Лукас вряд ли явится с инспекцией к ней на кухню, как делал это на камбузе «Талисина». К ее ужасу, все, что валялось на полках, давно высохло и испортилось. Тесса сгребла все в кучу и надежно упрятала в черный мешок для мусора.
      Покончив с этим, она перешла к решению главного вопроса: что ей надеть? Конечно, ей хотелось выглядеть красиво, но что-то подсказывало Тессе, что Лукас не успеет толком оценить ее наряд, поскольку постарается избавиться от него, как только захлопнет за собой дверь.
      И все же ей хотелось выглядеть сегодня необычно – так, чтобы теперь не у нее, а у Лукаса ноги стали ватными. Задумчиво покусывая губу, Тесса распахнула дверцы своего шкафа, забитого множеством джинсов и футболок. Ни одного сексуального платья!
      С этим явно надо что-то делать. Быть практичной женщиной еще не значит одеваться практично каждый Божий день!
      Тесса снова принялась копаться в тряпках, пока не наткнулась на что-то черное.
      – Эй, а это что такое?
      Под горой наваленных сверху свитеров каким-то чудом сохранилось шелковое платье для коктейлей. И Тесса вспомнила: несколько лет назад она купила это платье ради своего не в меру ревнивого бойфренда. Это была очередная попытка убедить его, что он для нее – номер первый, несмотря на то что все рабочее время она проводит исключительно среди мужчин. Как и следовало ожидать, попытка была обречена на провал. Они разбежались раньше, чем у Тессы появился повод надеть это платье.
      Она вытащила платье из шкафа – если тут вообще было что тащить. Лоскуток черного шелка скорее демонстрировал, чем прикрывал ее тело, оставляя открытым все, что было можно и чего нельзя открыть. Естественно, к такому платью не полагалось никакого бюстгальтера.
      А почему бы и нет? Любая знающая себе цену женщина должна иметь такое платье в своем арсенале, и Тесса почти решилась надеть его хотя бы на пробу. Если это не заставит Лукаса позабыть обо всем на свете, кроме нее – значит, тут уже ничем не поможешь. Зато если опыт удастся, Лукас превзойдет сам себя, чтобы заставить Тессу тоже позабыть обо всем на свете, кроме него…
      И Тесса счастливо проведет в его объятиях всю ночь, позабыв хотя бы на время о многих-многих вещах!
      Она быстренько скинула халат, надела тонкие шелковые трусики и примерила платье, стоя перед зеркалом.
      В первую секунду ее буквально ослепило обилие обнаженной плоти. А эти ее бедра! Она разгладила платье и помрачнела. Под ним ясно были видны трусы. Платье оказалось слишком тесным.
      Ну и что? Пышные бедра Мэрилин Монро с успехом кружили голову миллионам мужчин! Так неужели ей не хватит искусства обольстить всего лишь одного, который и без того достаточно возбужден после недели вынужденного воздержания?
      Тесса еще раз взглянула на то, как выступают под платьем контуры трусов, и ее вдруг посетила некая отчаянная идея. Тесса мигом скинула с себя трусы.
      Не успев прийти в себя от собственной дерзости, она поспешила в ванную, не давая себе времени передумать. Старательно почистила зубы, уложила волосы и чуть-чуть подкрасила губы. Посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась.
      Лукас словно ждал за дверью; он постучал именно в эту секунду. Тесса замерла, с ужасом чувствуя, что теряет весь свой кураж. Настойчивый, решительный стук раздался еще раз, и она опрометью метнулась в переднюю, крикнув на бегу:
      – Одну минуту!
      Лукас стоял прямо перед дверным глазком и улыбался хищной улыбкой.
      Тесса не сразу решилась открыть дверь.
      – Привет!
      Робкий, с придыханием голосок наверняка заставил бы Мэрилин позеленеть от зависти. Только у Тессы перехватило голос не от кокетства, а от страха.
      – Привет-привет! Ты сегодня… великолепна! – воскликнул Лукас, алчно поедая ее глазами. Он все еще был в форменной рубашке, только снял галстук и закатал рукава. – Нет, ты не просто великолепна. Тебя так и хочется немедленно съесть!
      Тесса выглянула на лестничную клетку. Слава Богу, никто из соседей не поинтересовался, кто это к ней пришел.
      – Заходи. Я еще не успела собрать сумку.
      – Сумку? – тупо переспросил Лукас, не спуская глаз с ее груди. На его верхней губе проступили мелкие бисеринки пота.
      Ага, заело? Конечно, это вам не ватные колени, но вполне достойный заменитель. И этого добилась она, Тесса! Немного приободрившись и начиная верить в силу своей женской притягательности, она с улыбкой повернулась и пошла вперед, чуть играя бедрами.
      – Да, сумку с необходимыми мелочами, раз я собираюсь переночевать у тебя.
      Тесса скорее почувствовала, нежели услышала его приближение. Лукас обхватил ее за талию и прижал к себе, не давая двинуться с места. Поскольку одежды на ней почти не было, Тесса моментально почувствовала, как затвердело его мужское копье.
      – К черту твою сумку, – пробормотал Лукас, целуя ее возле ушка. Она даже вздрогнула от удовольствия. – К черту мой дом!
      Он отпустил Тессу и стал расстегивать рубашку. Тесса повернулась к нему, не скрывая жаркого страстного пламени, полыхавшего в глазах.
      – Лукас…
      – Не смей спорить, я только о тебе и думал все эти дни! И не проси меня подождать! – восклицал он, снимая и отбрасывая в угол рубашку.
      – Спорить? С возбужденным мужчиной, которому не терпится раздеться догола? Да ни за что на свете! Ты не стесняйся, продолжай! Думаю, мне понравится…
      Лукас вначале удивился, но вскоре на его лице появилась медленная, лукавая улыбка. Он снимал одну вещь за другой, и Тесса не спускала с него глаз, с каждой минутой возбуждаясь все больше. Когда пришла очередь трусов, она готова была лопнуть от нетерпения.
      Лукас выпрямился и посмотрел на нее. Тесса не спеша скользила взглядом по его фигуре. Она не упустила ни единой детали, начав с золотисто-карих глаз и постепенно спускаясь все ниже, к широким плечам и груди, по животу до бедер, пока не остановилась на переполненном кровью, готовом к атаке мужском копье.
      Она стояла одетая перед абсолютно голым мужчиной, и от сознания собственной власти у нее даже закружилась голова.
      – Только не снимай это платье, – приказал он с той же алчной ухмылкой. – Мне понравилась идея заняться любовью с прекрасной женщиной в черном платье. Видишь, как это меня заводит?
      Стоило Лукасу привлечь ее к себе, так что нежный шелк зашелестел от прикосновения к жесткой поросли у него на груди, – и у Тессы потемнело в глазах от желания. Он покрыл поцелуями ее веки, щеки, нос и только потом припал к губам. С долгим прерывистым вздохом Тесса обхватила его руками за шею и прижалась к горячему, обжигающе нагому мужчине, целовавшему ее посреди гостиной.
      Минуты летели одна за другой, а Лукас пока только лишь целовал ее, и чем больше длился этот поцелуй – жадный, горячий, неистовый, – тем настойчивее Тесса прижималась к нему, стараясь выразить немую мольбу ритмичными движениями бедер.
      Лукас со стоном подхватил ее под ягодицы и приказал:
      – Обхвати меня ногами.
      Тесса моментально подчинилась, и тогда он поднял ее, отнес на кухню и усадил на стол.
      – Здесь? – удивилась она.
      – Я хочу иметь полный обзор. – Он медленно провел руками по ее бедрам.
      Невольно краснея от такого безрассудства, Тесса откинулась назад, держась руками за края стола. Его пальцы скользили все выше… и вдруг остановились.
      – На тебе нет трусов! – Его ухмылка превратилась в хищный оскал.
      – И как ты к этому относишься? – с запинкой прошептала она. – Мне всегда было интересно, что при этом чувствуешь?
      С негромким смехом он взялся за подол ее платья и стал поднимать его – медленно, дюйм за дюймом, внимательно следя за ее реакцией. Его внешнее спокойствие нарушало лишь чересчур частое и громкое дыхание.
      Но вот подол платья оказался достаточно высоко, и Тесса сдавленно охнула, когда Лукас раздвинул ей ноги и пощекотал пальцами влажную ложбинку. С легким стоном она откинула голову на стол и стала ждать, что будет дальше.
      – Не так, – прозвучал его голос. – Я хочу, чтобы ты видела, как я люблю тебя, Тесса!
      Она послушно раскрыла глаза – одновременно смущаясь и возбуждаясь от тех немыслимых вещей, что происходили сейчас у нее на кухне. Прикусив губу, Тесса вздрогнула, почувствовав, как ловкие пальцы осторожно проникли внутрь.
      – Ты самая красивая и соблазнительная женщина на свете, и я хочу тебя до безумия, – шептал Лукас, а его пальцы продолжали свою игру, медленно, но верно подводя ее к наивысшей степени блаженства. – Ни один парень в мире никогда в жизни не хотел тебя так, как я!
      Взгляд Тессы застыл на его сосредоточенном лице. Возбуждение раз за разом накатывало на нее волнами, одна сильнее другой, и вдруг Лукас прикоснулся пальцем к самой чувствительной, самой укромной точке, вызвав мгновенный ослепительный взрыв. Судорога подбросила ее над столом, скрутив все до единой мышцы в тугой комок напряженной плоти.
      Еще мгновение – и Лукас придвинулся и вошел в нее одним долгим, напористым ударом, отчего голова Тессы снова запрокинулась на голые доски стола.
      – О Боже! – вырвалось у нее, когда Лукас медленно, с хрипом выдохнул. Страсть закипала у Тессы в крови с новой силой, и каждый его рывок приносил новую волну наслаждения. Она распахнулась ему навстречу, выгибаясь всем телом – лишь бы только принять его в себя сильнее, глубже, без остатка.
      Тесса опустила глаза. Ритмично ходившее взад-вперед мужское копье показалось особенно темным на фоне бледной кожи ее бедер, и эта грубая первобытная картина снова помогла ей вознестись на вершину блаженства. На этот раз вспышка была сильнее и дольше, и Тесса еще долго не могла прийти в себя.
      Лукас хрипло застонал, до боли впиваясь пальцами в ее бедра и не сдерживая больше свою неистовую страсть, пока и сам не получил вожделенной разрядки.
      На миг для Тессы перестал существовать весь мир – кроме страстного, всеобъемлющего чувства близости. Но постепенно пожар страсти угасал, и на смену ему пришла огромная нежность. Тесса соскользнула со стола на пол, к Лукасу, чтобы обнять его и прижать к себе.
      У нее не было ни сил, ни желания что-то говорить. Ей хотелось лишь одного – спрятать лицо у него на груди и замереть, чтобы этот волшебный миг длился вечно.
      – Вот это, – заявил Лукас, целуя ее в уголок рта, – и есть самый крутой секс. – Он осторожно приподнял ее лицо, и у Тессы перехватило дыхание от полноты чувства, читавшегося в глубине чудесных золотисто-карих глаз. – В мире нет больше такой женщины, как ты, Тесса!

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22