Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Черепахи до самого низа. Предпосылки личной гениальности

ModernLib.Net / Психология / Гриндер Джон / Черепахи до самого низа. Предпосылки личной гениальности - Чтение (стр. 5)
Автор: Гриндер Джон
Жанр: Психология

 

 


Нет никакого воздействия окружающей среды на геном. В культурном развитии и индивидуальном обучении присутствует воздействие через сознание, неполное и, вероятно, искаженное.

Это значит, что характер этих искажений таков, что сознание не воспринимает кибернетической природы «я» и мира ровно настолько, насколько содержание «экрана» сознания определяется его целями. Соображения, исходящие от цели принимают такую форму: «Я хочу D; B ведет к C; C ведет к D; значит D можно достичь посредством B и C». Но, если психика в целом и внешний мир не имеют... такой линейной структуры, то, навязывая им эту структуру, мы становимся слепыми к кибернетическим петлям «я» и внешнего мира. Сознательный набор данных будет основан не на целостных петлях, а только на дугах петель, расчленяя их живую ткань выборочным вниманием. Более определенно, попытки изменить переменную, находящуюся внутри «я» или в окружающем мире, вероятно, будут предприниматься без понимания гомеостатической сети, окружающей эту переменную... Мудрость подразумевает обязательную коррекцию подобной узкой целенаправленной точки зрения.

Роль сознания во взаимодействии между человеком и окружающими его гомеостатическими системами возникла не сегодня. Но три обстоятельства делают исследование этого явления неотложным вопросом.

Во-первых, человек склонен скорее изменять свое окружение, чем самого себя. Столкнувшись с изменяющейся переменной (например, температурой), которую нужно контролировать, организм может изменить либо себя, либо внешнее окружение. Он может адаптироваться к окружению либо адаптировать окружение к себе. В истории эволюции подавляющее большинство шагов были изменениями самого организма; некоторые шаги носили промежуточный характер, когда организм изменял окружение, просто меняя место своего обитания. Иногда некоторым организмам, кроме людей, удавалось создавать вокруг себя измененную микросреду, например, гнезда... птиц, хвойные леса, колонии грибов, коралловые рифы и так далее.

Во всех этих случаях логика эволюционного прогресса двигалась по направлению к экосистемам, которые поддерживают только доминирующие, контролирующие окружение виды и его симбионтов и паразитов.

Человек, с его выдающимися способностями изменять окружение, точно так же создает одновидовые экосистемы – города. Но он идет еще дальше, создавая специальное окружение для своих симбионтов. И они тоже, в свою очередь, становятся одновидовыми экосистемами: пшеничные поля, культуры бактерий, выводки домашних птиц, колонии лабораторных крыс и так далее.

Во-вторых, отношения между целенаправленным сознанием и окружающей средой за последние сто лет быстро изменились. Тепм и размер этих изменений, без сомнения, продолжает расти по мере технологического прогресса. Сознательный человек, как активное действующее лицо в изменении своего окружения, сегодня способен полностью разрушить и себя, и эту окружающую среду – при этом имея в своем сознании самые благие намерения.

В-третьих, за последние сто лет возник специфический и опасный социологический феномен, способный изолировать сознательную цель от множества корректирующих процессов, которые могли бы возникнуть из бессознательных областей психики. В настоящее время на социальной сцене существует множество самопорождающихся субъектов, которые по закону имеют такой же статус, что и реальные личности. Это банки, компании, политические партии, союзы, коммерческие и финансовые агентства, государства и т.п. В биологическом смысле, эти субъекты – не личности и даже не совокупности личностей. Это совокупности частей (целостных) личностей. Когда мистер Смит входит в зал заседаний своей компании, он, как ожидается, ограничит свои размышления исключительно узкими целями своей компании или той части компании, которую «представляет». К счастью – он не может сделать это в полной мере, и некоторые решения компании принимаются под влиянием соображений, пришедших из более широких и более мудрых частей психики. Но в идеале ожидается, что мистер Смит будет действовать как чистое, неоткорректированное сознание – как существо, полностью лишенное человечности.15

Джон: Одна из целей этого семинара – развитие стратегий, позволяющих мудро корректировать целеустремленное сознание. Эти стратегии – важный аспект поведения во фрагментированном обществе, когда мы не можем рассчитывать на совпадение наших внутренних ценностей и ценностей тех, с кем каждый день контактируем.

Мужчина: Если признать, что людям нужно научиться осознавать симбиотические отношения между человеком и его окружением, и что сознание склонно избегать такого понимания, поскольку оно остается узким и целенаправленным, то мне кажется, что для осознания этих отношений нужно быть внимательным к своим неосознанным целям. В молодости я очень любил бродить по холмам и по лесу, при этом у меня не было никакой сознательной цели. Мне просто хотелось это делать, меня почему-то туда тянуло. И на природе, в естественном окружении, не обставленный искусственными структурами, я очень ясно понимал, что значит быть частью Земли, ветра и деревьев, я действительно чувствовал себя частью всего этого. Может быть, одна из возможностей – открыться такому опыту и научиться замечать свои неосознанные цели в противоположность сознательным.

Джон: Мне в голову приходит еще одно: ритуалы перехода, требующие способности отождествляться с живыми системами, сливаться с ними. Если я найду базовую метафору для таких действий, это позволит мне очень эффективно исследовать новую территорию. И каждый раз, вверяя себя новой территории, я должен принять несколько решений. Некоторые из них определяют, постараюсь ли я слиться с этим окружением, или останусь независимой единицей и создам собственные источники питания, защиты, жилья и так далее. И если я попадаю не в такую часть мира, где сейчас не живут люди, я всегда выбираю первую альтернативу. И достигая такого уровня полной включенности, я очень глубоко изменяю себя. Подобный обряд перехода мог бы вернуть людям нашего общества некоторый класс переживаний, и это могло бы оказаться полезным. Сделаем перерыв. На перерыве поразмыслите над двумя вещами:

Джуди: Для начала – головоломка. Что общего у наркомании и акклиматизации?

Джон: И во-вторых, поищите, с помощью второго внимания, как НЛП учитывает контекст – найдите мудрость, встроенную в эту технологию. Какие техники НЛП обращаются ко второму вниманию, а не к первому? Какие имеют дело с искажениями языка? При помощи каких техник устанавливается взаимодействие между первым и вторым вниманием?

Джуди: Вопросы экологии.

Мужчина: Личной или глобальной?

Джуди: И глобальной и личной. Мы говорим о логических уровнях.

Джон: Встретимся через десять минут.

Перерыв

Джон: Акклиматизация и наркомания. Есть ли здесь кто-то, кто живет на высоте больше 2000 метров? Кто-то из Колорадо? Замечаете ли вы изменения в своем дыхании? Какие различия вы ощущаете здесь, почти на уровне моря?

Женщина: Я дышу не так часто.

Джон: Вы дышите не так часто. И ваши ощущения?

Другая женщина: Медленнее и глубже.

Джон: Медленнее и глубже. И я думаю, что почти всем, кто не поднял руки, приходилось подниматься с уровня моря на высоту 2 000, 2 500, или даже 3 000 или 3 500 метров. О, я вижу некие минимальные признаки. (смех). По мере того, как изменяется высота, на которой вы находитесь, изменяется ваша физиология.

Вот наша первая загадка: что общего у наркомании и акклиматизации? В каком смысле похожи друг на друга процессы, через которые проходят наркоман, и тот, кто перемещается с уровня моря на высоту 4000 метров? Каковы различия? Задайте этот вопрос себе – мы скоро к нему вернемся.

Мы приглашаем вас рассмотреть различия между культурой и обществом. Чем Лос-Анджелес отличается от йогурта? Давайте, Стефани, расскажите нам.

Стефани: Йогурту не нужны указатели, не так ли?

Джон: Конечно нет, ведь йогурт – это культура. Но это не проблема. Кое-кто из моих близких друзей знает Лос-Анджелес как свои пять пальцев.

Маршалл: Акклиматизацию можно прекратить. То есть, можно... Наркомания – что-то такое, от чего очень трудно избавиться. Если мышцы не использовать, их можно потерять.

Джон: Обратите внимание, что происходит, когда вы поднимаетесь с уровня моря на высоту 3 000 метров.

Женщина: Вы адаптируетесь.

Мужчина: Вы приобретаете связь с изменяющейся окружающей средой.

Джон: И каков первый класс маневров, через которые проходит тело, чтобы «приобрести связь с окружающей средой»? Тахикардия, а затем изменение способности крови переносить гемоглобин, но это происходит не сразу. А тахикардия начинается немедленно.

Джуди: Первый ответ – реакция на стресс. Тревога! В окружении что-то изменилось. И через определенное время тело проходит сквозь ряд более глубоких изменений, соматических изменений.

Джон: В чем мудрость этого?

Мужчина: Тело находится в определенном состоянии, которое стремится поддерживать. И вдруг оно прекращает получать стимулы извне. Ему приходится приспосабливаться – а что еще оно может сделать, чтобы восстановить равновесие...

Джуди: Оно хочет поддерживать гомеостаз – по своей сути, тело консервативный агрегат.

Джон: Оно хочет поддерживать равновесие. И обратите внимание, проблема, которую человеческое тело должно решить, перемещаясь на высоту – это гипоксия, дефицит кислорода, поступающего в ткани. И первый класс реакций весьма предсказуем: гипервентиляция и связанные с ней последствия, например, тахикардия. Это очевидно для бегуна, для спортсмена. Его тело уже знает, что это – первые признаки приспособления. Однако, если я обернусь и увижу медведя, здесь, в горах, а мой сердечный ритм уже и так учащен, и дыхание тоже, у меня не будет никаких резервов, никаких циркуляций «скорой помощи», которые можно вбросить в петлю, обеспечивая, что мы с медведем оба пойдем своей дорогой с должным уважением друг к другу... И часть меня не уйдет вместе с ним... (смех)

Джуди: ...Распространи себя по всем горам.

Джон: И в этом случае мудрость тела такова: оно немедленно делает необходимые приспособления, а потом говорит: «Это – перерасход, ненужные растраты того, что может нам очень и очень пригодиться с точки зрения выживания. Мы сожрали свою гибкость». Так что в такой ситуации начинают включаться более глубокие телесные процессы. Хосе упомянул способность крови связывать гемоглобин – сколько кислорода может транспортировать кровь. Итак, вместе с транспортировкой кислорода, прикрепленного к гемоглобину, начинает происходить ряд более глубоких процессов:

> гипервентиляция легких;

> легочная диффузия;

> диффузия тканей;

> усиление сердечной деятельности[16]

(Пауза) ...А что происходит при наркомании?

Женщина: Разве адаптация к окружающей среде – не часть наркомании?

Мужчина: Но при наркомании все дело в границах. Вы изменяете что-то в пределах собственных границ. Здесь нет никакой связи с окружающей средой.

Джон: Она, без сомнения, есть. Не в этом ли состоят различия между гомеопатией и традиционной западной медициной? В гомеопатии вещества, поступающие в организм извне, стимулируют в теле естественные процессы, способные производить те же самые полезные вещества внутри... , и тело начинает производить эти вещества самостоятельно, и становится автономным от внешних стимулов. То есть для гомеопатии ваша точка зрения верна. Но я утверждаю, что при наркомании происходит нечто совсем другое. Наркоман вынужден поддерживать новые уровни гомеостаза, точно так же, как высота вынуждает делать это человека, проходящего акклиматизацию. Необходим постоянный приток извне какого-то элемента, в данном случае, наркотика. Точно так же, постоянно необходимо окружение с недостаточным уровнем кислорода, типичное для большой высоты, чтобы поддерживать уровень гомеостаза, который, наконец, был достигнут с помощью акклиматизации. Через восемнадцать месяцев после начала акклиматизации вы становитесь наркоманом высоты.

Джуди: Возникают определенные телесные изменения, которые тело будет стараться поддерживать, потому что через какое-то время возникают определенные телесные особенности.

Джон: Нет никакой автономии «я» при акклиматизации и нет никакой автономии «я» при наркомании. И то, и другое возникает из-за длительного присутствия и вмешательства в организм особенностей контекста. В одном случае – это низкое давление на высоте, уменьшенное содержание кислорода в воздухе, а в другом – кокаин, героин... неважно, какой это наркотик...

Джуди: ...Алкоголь... Как только, через какое-то время, возникли телесные особенности, вызванные высотой или наркотиками, тело, будучи консервативным, захочет поддерживать этот гомеостаз.

Полин: По поводу различий: акклиматизация расширяет ваши возможности, у вас появляется новый выбор, которого не было в начале процесса, а при наркомании вы сужаете свои возможности и не можете...

Джон: Я сказал бы иначе – одна из причин, почему «здравый смысл» диктует наркоману, что ему пора принять следующую дозу или выпить еще стаканчик состоит в том, что новый уровень гомеостаза, достигнутый под влиянием наркомании или акклиматизации, должен поддерживаться на том же уровне. Или количество внешних стимулов, наркотика или высоты, должно увеличиваться. С точки зрения наркомана, недостаток наркотика приведет к глубоким отрицательным последствиям в терминах сокращения его возможностей. Всего лишь «здравый смысл» подсказывает наркоману, что пора сделать следующий укол, выпить следующий стаканчик. Потому что, если он этого не сделает, то его возможности очень сильно сузятся. Так что доказательство наличия выбора с точки зрения наркомана – именно то, что происходит при акклиматизации.

Человеческое тело – исключительно консервативный организм, определенно правое крыло. И каждый раз вы предпринимаете огромные усилия и делаете огромные вклады в установление нового гомеостаза... На днях я наткнулся на одну из этих глупостей, которые печатают в воскресном приложении, они там начисляли очки за стресс...

Джуди: ..Баллы за стресс...

Джон: ...Для человека начало новых отношений и окончание старых – одинаковый стресс. В этом есть большая мудрость. Это значит, что вступление в брак или его расторжение, бракоразводный процесс, вызывают одинаковое напряжение из-за того класса адаптаций, которые необходимо сделать, чтобы достичь нового уровня гомеостаза.

Женщина: Но для полета нужны два крыла.

Джуди: Я так и знала...

Джон: Есть глубокие различия между живыми и неживыми системами. Одно из них состоит в том, что в мире неживых и механических систем второй закон термодинамики, сохранение энергии, применяется абсолютно точно, сейчас нам не известно никаких исключений. Так что основная единица, с помощью которой вы можете описать механическую систему – это энергия. Но в физическом смысле, а не в смысле Святого Писания...

Джуди: ...Это – космическая энергия; это – что-то другое...

Джон: Это – определенно что-то другое. Но в живых системах... Если я пну своего пса, произойдут две вещи. На физическом уровне есть тело Джона и тело Духа, моего пса. И если я его пну, то его тело действительно совершит физическое движение. И первая часть его движения, если только он не увидит, как я подхожу к нему и не догадается о моих намерениях, будет абсолютно предсказуема в соответствии с законами физики. То есть, существует некоторое количество энергии, которую я вложил в пинок, некоторое ее количество получено, есть трение, и его тело переместится на некоторое расстояние...

Джуди: Я вынуждена с этим не согласиться.

Джон: Серьезно?

Джуди: Прошу прощения, но я действительно вынуждена с этим не согласиться. Если бы ты пнул мяч, я сказала бы, что здесь применимы законы физики. Но ведь Дух – сам по себе живая система, здесь есть определенная степень непредсказуемости.

Джон: ...И откуда берется эта непредсказуемость?

Джуди: Из того факта, что ты не знаешь, куда рванет Дух, чтобы от тебя сбежать. И не только это, еще здесь нарушается закон сохранения энергии. Собаки всегда движутся дальше, чем переместил бы их пинок. (смех)

Джон: Это точно. Если я пинаю мяч, возникает предсказуемая система. Если я пинаю другой живой организм, система становится непредсказуемой. Помните, как Алиса играла в крокет? Правила крокета известны.... И если люди, вступив в рамку взаимодействия под названием «крокет», соглашаются соблюдать эти правила, возникает предсказуемая система. Для любой ситуации, которая может возникнуть в игре, есть стандартные процедуры, определяющие следующий ход. Есть разные логические уровни правил. На уровне элементов, некоторые элементы игры считаются подвижными – мячи для крокета, клюшки, игроки. Другие элементы неподвижны – стойки и обручи, поверхность, на которой происходит игра... И, конечно, есть более сложные правила... Если мяч игрока А пройдет через обруч n и дотронется до шара игрока Б, то назначается штрафной удар... Но что было делать бедной Алисе, когда ей пришлось схватить фламинго, чтобы ударить по ежу? Энергия в живых системах имеет другую функцию и называется коллатеральной энергией. Расстояние, на которое откатится еж, просто невозможно предсказать, измеряя направление и энергию, с которой Алиса бьет по нему фламинго!

Джуди: Как же тогда один человек может сделать утверждение, способное изменить мир?

Джон: В начале нашего века Россия прошла через огромные преобразования. Если вы измерите энергию вовлеченных трансакций, то есть количество энергии, затраченной во время Октябрьской революции по сравнению с количеством энергии, которая потребовалась Карлу Марксу, чтобы, сидя в Британской библиотеке, написать слова, вызвавшие это поведение, то поймете, что сохранение энергии – неподходящий принцип организации мира психики, мира живых систем. Понятие коллатеральной энергии означает, что взаимодействующие единицы психики поддерживают собственные источники энергии, и сохранение энергии не имеет никакого отношения к тому, что происходит при взаимодействии живых систем.

Женщина: Кто сказал?

Джон: Я сказал.

Женщина: Я не согласна... Я могу согласиться, что поддерживаю собственные источники энергии, но не согласна, что не существует сохранения энергии. В смысле функциональной единицы, для меня часть равновесия – то, как энергия влияет... как энергия...

Джон: Позвольте мне еще раз прояснить то, к чему я хочу привлечь ваше внимание. Если бы сейчас мы могли измерить звуковые волны, то на физическом уровне энергия звуковых волн моих слов, достигающая ваших ушей, была бы равна n единиц энергии. Количество энергии, необходимое вам для процесса мышления, для того, чтобы формулировать свои мысли, а при этом еще и менять положение тела, слушая меня, будет превышать количество энергии, которую вы получили из моих слов, и которая стала «стимулом» для ваших реакций.

Женщина: Вы не являетесь моим источником энергии.

Джон: Именно об этом я и говорю. Так что при взаимодействии между нами нет никакого сохранения энергии. Вы можете элегантно и сбалансированно воспринимать, хранить, и использовать энергию в пределах собственных источников коллатеральной энергии. Это значит, что если я пну вас, вы можете вообще никак не среагировать. Или я могу сказать: «Я собираюсь вас пнуть», и получить потрясающую реакцию – но вы сами решаете, как отреагировать. Вы сами решаете, как использовать свою коллатеральную энергию, и вы сами ее контролируете, по крайней мере, частично. Когда бильярдный шар А с определенными силой, углом воздействия и скоростью сталкивается с бильярдным шаром Б, их конечные позиции предсказуемы, если нам известны характеристики поверхности, на которой произошло их столкновение. Но когда нога сталкивается с псом, совершенно невозможно предсказать конечные положения ни ноги, ни пса.

Женщина: А причем тут сохранение энергии?

Джон: Притом, что исследование стимула не поможет вам предсказать, сколько энергии проявится в реакции живой системы и проявится ли она вообще.

Том: Здесь есть что-то еще. Я думаю, что есть, скажем, энергия, и есть паттерн информации или психики или как бы вы это не назвали. Мы долго изучали... , Ньютон долго изучал материю и обнаружил энергию. А потом Эйнштейн сказал: «Ну ладно, мы можем обмениваться массой и энергией в соответствии с некоторыми законами». Есть еще одна сторона этого треугольника – это паттерн, в котором связаны материя и энергия, и который мы называем информацией. Компьютеры интересны не потому, что энергия проходит сквозь них или сквозь стекло и пластмассу, из которых они сделаны. Они интересны своими паттернами. И я думаю, что мы здесь говорим о возможности следующей революции, революции эйнштейновского масштаба, которая ответила бы на вопрос о том, как мы обмениваемся паттернами или единицами психики с энергией и материей. Я не знаю, есть здесь сохранение энергии или нет, но если сохранение энергии имеет отношение к материи и энергии, то мы говорим о психике и о том, как она преобразуется, и мы знаем, что психика влияет на материю и энергию и наоборот.

Джуди: Основная единица описания в неживой физической системе – энергия, а основная единица инвентаризации в живой системе (или в психике) – различие.

Формы различий – это паттерны. И поэтому следующий логический уровень в понимании мира психики – это паттерн и избыточность, которые являются почти синонимами. Телу свойственна консервативность: если уж мы попали в неприятности и нам приходится адаптироваться к изменениям высоты или химического окружения, то стремиться к увеличению или поддержанию стимуляции от класса переменных, которые и вовлекли нас в адаптацию – всего лишь «здравый смысл». Да, Джеймс?

Джеймс: При акклиматизации вы можете подняться на большую высоту и сравнительно спокойно снова спуститься на уровень моря. При наркомании это невозможно. Но ваши пигмеи не могут приспособиться к внешнему миру, они заболеют и все такое, но возвращение в тропический лес восстанавливает их комфорт.

Джорджина: В этом есть определенная гибкость, потому что я могу перемещаться вверх и вниз, жить на разной высоте – возможно, я немного поживу на уровне моря, а потом вернусь в свои горы...

Джон: И теперь это будет сделать легче.

Джорджина: ...Намного легче, и я предполагаю, что, то же самое происходит при наркомании. Если вы начали использовать какое-то вещество, становится легче начать использовать другие вещества, или тело адаптируется, или...

Джуди: ...Тело учится на другом логическом уровне. После того, как эти петли уже использовались, тело учится делать это быстрее. Так вы учитесь учиться.

Джон: ...Как льняное масло, полагаешь? Если взять два образца льняного масла, А и B, из одного источника, и поместить образец А на солнце, масло станет липким. Потом вы убираете его в темное место. И через некоторое время помещаете на солнце оба образца – и как вы думаете, что произойдет? Образец А продемонстрирует, что у него есть память и он научился учиться – он станет липким гораздо быстрее, чем образец B.

Джуди: ...Липким, фу... (смех)

Патрисия: Может быть, суть вопроса о сохранении энергии в том, что вы пытались предсказать паттерн, чтобы узнать, сколько энергии и куда нужно поместить, чтобы получить желаемый результат?

Джон: Мы начали эту дискуссию по нескольким причинам. Первая причина: энергия – чрезвычайно распространенное понятие в разговорах о психике, и оно применяется совершенно неадекватно. В работах Фрейда используется Индустриальная Метафора. Из-за огромных успехов физических наук возник соблазн перенести паттерны физического мышления в психологию, и основой большинства исследований стало количество. Я имею в виду всю эту ерунду, которой переполнены научные журналы... Я сделаю еще более смелое заявление: неудача в понимании качественных различий между физикой и психологией сделала психологию наукой о посредственности. Каждый раз, как вы исследуете проявления человека количественно, измеряя средние значения, вы сглаживаете те самые различия, которые и делают тему стоящей внимания.

Примерно сто лет назад в Австрии и Германии были психологи, которые без конца спорили о различиях между «абстрактным» и «образным» мышлением[17]. Методология, которую они использовали для исследования этих различий, содержит действительно важные для нас предположения.

Вот что делали эти ученые из австрийской школы: они брали людей, которые хорошо умели описывать собственные внутренние представления и учили их делать это еще лучше. И получив таких обученных субъектов, не каких-то второкурсников колледжа, а обученных субъектов, которые приобрели серьезную телесную гибкость в решении таких задач, они начинали исследовать паттерны внутренних представлений, противоречия между «образным» и «абстрактным» мышлением. Тем самым они преподали нам уроки, которых мы так и не выучили – не сумели перенести это в современные исследования. В психологии редко кто из исследователей работает с обученными субъектами. Но ведь именно с помощью обученных субъектов можно исследовать и расширять границы человеческих возможностей. А не с помощью группы второкурсников, выясняя, на какие глупости, в среднем, способны представители нашего вида. Это – смысл, в котором психология стала наукой о посредственности.

Джуди: (дождь за окном переходит в ливень) Мир соглашается! (смех)

Джон: Я все сказал. (смех)

Джуди: ...Некоторые внешние эманации резонируют с некоторыми эманациями изнутри... (смех)

Мужчина: Следуя той же логике, психология создавала свои модели по аналогии с современными ей механизмами. Так что Фрейду достались паровые двигатели и водопровод.

Джон: И понадобилась канализация.

Мужчина: А потом пришли бихевиористы... Так мы получили телефон, и это было следующий шаг...

Джуди: И они тоже забыли спросить, есть ли здесь кто живой.

Мужчина: А теперь у нас есть компьютеры, и, в конце концов, мы имеем психологию, в которой... Но никто не создал модели живой системы. Вероятно, такой моделью может стать планета Земля, или что-то другое...

Карен: Вы сказали «использовали свой здравый смысл», когда говорили о стремлении поддерживать гомеостаз при наркомании. Я хотела бы немного больше поговорить о том, что заставляет уходить от гомеостаза, почему это происходит.

Джон: Волевые акты. Я говорил о «здравом смысле», имея в виду два значения. Я говорил о здравом смысле в позитивном значении, подразумевая согласованность наших репрезентативных систем, то есть зрения, слуха, обоняния... Тот здравый смысл, который мы обычно используем как основание для первого внимания. Есть другое значение здравого смысла. Я использовал его, когда говорил о наркомании. Если вы мыслите линейно (то есть сознательно, целенаправленно, в первом внимании) и при этом вовлечены в акклиматизацию или наркоманию, когда внешний контекст или стимул исчезает, вы чувствуете себя плохо. Думая и поступая линейно, я использую только такой «здравый смысл». «Я точно знаю, что мне поможет». При этом я не понимаю, точно так же, как не понимает племя скотоводов, из-за их фильтров восприятия, природы долгосрочной эскалации подобного здравого смысла в противоположность мудрости, необходимой для мышления на несколько порядков глубже линейности, и для понимания, что линейность «углубляется» именно внутри меня. Что идет по кругу, возвращается на то же место. И если вы можете научиться мыслить в терминах циркуляций и петель... (Джон начинает танцевать с Полин). Если мы танцуем вместе – это петля. Ваши культурные традиции таковы, что вы можете сказать, что Джон ведет, а Полин следует за ним. Но я сомневаюсь, что вы сказали бы это, если бы наблюдали наш танец достаточно долго. Но все равно вы можете акцентировать эту петлю так, что я веду, или она ведет. Если танцоры искусны, эта двойственность становится полной.

Джуди: Но если он разрушит свою часть петли...

Джон: ...Если я не поддержу ее здесь (убирает правую руку с талии Полин), и если мы не привыкли танцевать, используя только одну часть петли, петля нарушится. Очень трудно танцевать грациозно, если отсутствует часть петли. «Здравый смысл» может быть в том, что, например, я танцую с ней, и собираюсь сделать другое движение, то могу сказать: «О, я понимаю, что для нее – это точка контакта. Я могу сделать это небольшое па и вернуться». (смех) Делая это па, я потерял часть петли, и теперь мне нужно знать, где Полин. Потому что она дает мне сигнал, изменяя давление здесь, а я, в свою очередь, сигнализирую ей своей рукой, куда предлагаю двигаться дальше. И нам нужно найти какой-то занятный способ согласовывать это друг с другом. И для меня это – два способа использования здравого смысла. В контексте наркомании «здравый смысл» означает мышление первого внимания, одношаговое, линейное мышление. И это может вас убить. Это может вас убить когда-то после.

Женщина: Я рада, что вы добавили другое значение, потому что надеюсь, что мы можем развить...

Джон: Здравый смысл.

Женщина: ...Более широкий здравый смысл.

Джуди: Как телепатию у той лошади. (смех)

Джон: И здесь возникает задача, о которой я просил вас подумать в течение перерыва: Как известные вам техники НЛП вписываются в исторический контекст, который мы здесь обсуждали?.. (Пауза)... Например, что означает номинализация «понимание»? Кто-нибудь, дайте мне определение. Что такое понимание? Давайте, вы все прошли тренинги, давайте. Вперед, Аллен.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27