Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Планета пиратов (№1) - Сассинак

ModernLib.Net / Научная фантастика / Маккефри Энн, Мун Элизабет / Сассинак - Чтение (стр. 15)
Авторы: Маккефри Энн,
Мун Элизабет
Жанр: Научная фантастика
Серия: Планета пиратов

 

 


Я внесу соответствующие изменения в инструкции. — Ваннуа внимательно посмотрел на нее. — Но я не намерен мириться с любыми опрометчивыми нападениями, ясно? Вы едва не истощили ремонтный бюджет нашего сектора на следующие восемнадцать стандартных месяцев, так что впредь будьте поосторожнее. И если сочтете нужным, зовите на помощь — не ждите, пока вас разнесут на мелкие кусочки.

— Слушаюсь, сэр! — Сассинак вышла из кабинета адмирала с чувством облегчения. Разумеется, она не станет ввязываться в любую драку, но ей больше не придется мучиться, стоя в стороне, пока другие страдают.

Тем временем ей следовало заняться регистрацией новых членов команды.

Некоторые из них были из переведенных на призовой корабль, кто не вернулся с боевой группировкой. Другие были назначены на крейсер взамен понесенных потерь.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Глава 14

— Коммандер Сассинак… — Голос показался смутно знакомым.

Сассинак подняла взгляд от рапорта из машинного отделения и радостно вскрикнула:

— Форд! — Она едва могла поверить глазам, а потом удивилась, почему до сих пор не узнала об этом. Ведь имя Форда должно было значиться в списке новых офицеров…

— Лейтенант-коммандер Харкар сломал ногу и два ребра на гребных гонках, и его место предложили мне, поэтому… — Его широкая улыбка была такой же, как всегда, хотя он теперь и старался ее сдерживать. — Лейтенант-коммандер Форделитон прибыл для исполнения служебных обязанностей, капитан.

Он протянул чип со своим назначением, и Сасс вставила его в компьютер.

На боковом экране появился длинный список дел, дожидавшихся нового офицера.

— Как можете видеть, вас ждет немало работы.

— Хм! Может, мне следовало напиться, прежде чем отправляться с докладом на борт? — Уставившись на экран, он искусно изобразил испуг. — Ну и ну!

Скажите, коммандер, после вашего возвращения хоть кто-нибудь выполнял хоть какую-нибудь работу на этом корабле?

Сассинак невольно усмехнулась:

— Вы видели голографии наших повреждений?

— Нет, но я слышал о следственной комиссии. Попали в переделку?

— Да, и достаточно скверную. Позже расскажу. А сейчас… — Сасс окинула офицера взглядом. То же самое смуглое лицо, та же худощавая фигура, которая могла небрежно приваливаться к стойке портового бара и элегантно танцевать на дипломатическом приеме, тот же голос, в котором ощущалось предложение поддержки… Если бы она сама могла выбрать себе старшего помощника, то остановилась бы именно на нем. Но пока что она не была готова к чему-то большему… Сможет ли он понять? — Устраивайтесь, и мы проведем собрание в 15:00. Вам нужна помощь?

— Нет, коммандер, благодарю вас. По дороге в порт я встретил вашего офицера систем вооружения, и она помогла мне сориентироваться.

Когда Форд вышел, Сассинак откинулась на спинку стула, припоминая безумное путешествие призовой команды на захваченном корабле контрабандистов более десяти лет назад. Тогда она сама служила старпомом на патрульном судне «Серая Лилия». После захвата корабля с нелегальным грузом капитан оставил на его борту Сасс и еще пятерых, поручив доставить призовое судно в сектор штаб-квартиры, — ей было поручено командование, а Форделитону, тогда мичману, исполнение обязанностей старпома. До этого Сассинак едва его знала, но путешествие их сблизило. Экипаж контрабандиста попытался вернуть себе корабль — они убили двух бойцов и едва не прикончили Форда, но Сасс удалось вместе с оставшимися невредимыми двумя бойцами пробиться в отчаянной рукопашной схватке через коридоры главной палубы. Если бы Хурон увидел ее тогда, он бы никогда не усомнился в ее готовности вступить в бой. В конце концов они победили, хотя им и пришлось перебить почти всех контрабандистов, и она доставила корабль в целости и сохранности. Когда Форд оправился от ран, они стали любовниками и в последующие годы при каждой встрече наслаждались обществом друг друга. В их отношениях не было никакой безумной страсти, но Сасс знала, что всегда может рассчитывать на его поддержку.

Другой новый офицер доставил ей куда меньше радости. Служба безопасности Флота, очевидно впечатленная ее уверенностью, что на борту имеется еще один агент, решила назначить на крейсер своего человека.

Сассинак недовольно хмурилась над его досье: лейтенант-коммандер (в службе безопасности это очень высокое звание) с Бретани. Она хотела всего лишь более глубокого изучения личных дел ее экипажа, а вместо этого… Сасс посмотрела на голографию — даже в сугубо официальной позе худощавого мужчины с темными глазами и волосами чувствовалось нечто щегольское.

Когда офицер лично явился с докладом, он вполне соответствовал своему изображению — вежливый, обходительный, элегантный… В его голосе вполне отчетливо звучали льстивые нотки, которые Сасс часто слышала у уроженцев Бретани, и он вовсю их использовал, делая комплименты ее кораблю, обстановке кабинета, репутации. Сасс с удовольствием отгрызла бы ему голову, но ссориться со службой безопасности было неразумно. Она ответила вежливостью на вежливость, припомнив свое первое путешествие под командованием капитана с Бретани, после чего офицер стал еще более елейным, если только это было возможно. Когда он отправился в свою каюту, Сассинак облегченно вздохнула. Ну почему служба безопасности не озаботилась с самого начала работать как следует и предотвратить проникновение во Флот вражеских агентов вместо того, чтобы подсылать подобных типов, чтобы они мешали работе честных офицеров?

Но Дюпейниль оказался значительно лучше, чем выглядел на первый взгляд.

Он отлично поладил с другими офицерами и вполне разбирался в корабельной механике и вооружении благодаря хорошему техническому образованию. А его остроумные замечания о представителях высшего общества, среди которых ему приходилось работать, никогда не опускавшиеся до злобных сплетен, весьма оживляли застольные беседы. К тому же Сассинак, обсуждая с ним проблемы пиратства и работорговли, обнаружила, что он очень даже неплохо соображает.

— Вы уже несколько лет не работали в штаб-квартире, — заметил Дюпейниль. — Уверен, что вы помните подозрения насчет определенных семей, возникшие лет десять назад.

— Конечно.

— Наша задача состояла в том, чтобы выяснить не «кто», а «как», — персон подобного ранга нельзя было просто обвинить в соучастии. Они ловко заметали следы, и к их отчетам невозможно было придраться. Например, корабль, который вы захватили…

— Имел отношение к семейству Параден, — вставила Сасс.

— Да, верно. Но вы, разумеется, заметили, что, несмотря на очевидные связи с семейными предприятиями Параденов, не было никаких прямых доказательств…

— Я надеялась, что сведения о транспортах, прибывающих на пиратскую базу, окажутся полезными.

— Так оно и вышло. Коммодор Верстан передал нам всю информацию, и теперь мы убеждены в сообщничестве Параденов по крайней мере с одной из групп политических экстремистов с Дипло.

— Вот это мне как раз и непонятно, — промолвила Сасс. — Все Парадены, которых я встречала, были явно предубеждены против «тяжеловесов».

По-моему, они последними из всех стали бы объединяться с жителями тяжелых миров.

— Семейство Параден содержит целую армию «тяжеловесов». Это не является широко известным фактом, но у нас есть — вернее, был — агент, который смог проникнуть в их тайны. Очевидно, это соответствует их философии — использовать «тяжеловесов» подобным образом, чтобы приобрести доступ в избранные миры.

— Как вы наверняка знаете, та молодая женщина, которая помешалась и едва не отравила всех нас. Тоже родилась на Дипло. Но она показалась мне слишком неразумной, чтобы быть чьим-либо агентом.

— Вы, несомненно, правы. Нет, если на вашем корабле и имеется диверсант, то это кто-то куда более хитрый и, вполне возможно, не «тяжеловес». В Федерации растет убеждение, что Флот требует слишком много и предоставляет слишком мало защиты, что он держит колониальные планеты в подчинении и препятствует открытию миров, подходящих для колонизации.

Отдел исследований уже лет десять возлагает за все это вину на Флот, и нас такие вещи, разумеется, беспокоят. Почему нужно порицать нас, если как раз отдел исследований определяет планету как непригодную для колонизации?

Почему Флот должен отвечать, если голоса «чужих» в ФОП обеспечивают систему ограничений для людей? Очевидно, потому, что именно мы проводим подобные решения в жизнь. Но кто это подчеркивает и почему?

— А у вас нет подозрений, кто в моей команде может оказаться вражеским агентом?

Дюпейниль покачал головой:

— Нет. Все досье абсолютно благополучные — впрочем, этого и следует ожидать от профессионалов. Они ведь не настолько глупы, чтобы фальсифицировать имя или происхождение. Такие вещи в наши дни можно легко проверить. Генетический указатель предоставляет сведения о планете происхождения каждого, кто нас интересует. Например, если бы я заявил, что происхожу с Грантли-4, вы могли бы заглянуть в указатель и узнать, что в таком случае я был бы голубоглазым и на фут выше.

— Но ведь на многих планетах существует разнообразие геномов…

— Разнообразие, но не весь спектр возможностей. В большинстве случаев указатель действительно не может в точности определить планету происхождения, хотя на помощь приходят образцы тканей для анализа, но он подсказывает, что именно искать и какие нужно задавать вопросы. К примеру, выходцы с Бретани — моей родной планеты — видели две «луны» и знают о имперских розовых садах. Вы с Мириады — причем жили в его единственном городе, — поэтому видели гористый морской берег и хотя бы одного горбнари.

Сассинак тотчас же вспомнила горбнари — ширококрылое существо с Мириады, ни рыбу, ни птицу… летающее над морем в поисках крисси.

— Поэтому, — продолжал Дюпейниль, — если бы я спросил у вас, какого цвета горбнари — серого или коричневого, — вы бы ответили…

— Что они бледно-желтые сверху и белые снизу, с красным хохолком у самцов… Я понимаю, что вы имеете в виду.

— Так как колония на Мириаде была уничтожена и так и не восстановлена, отзывы о ее природе крайне неопределенны. Практически единственная научная характеристика горбнари описывает их окраску как «коричневую, более светлую внизу», так как эти сведения доставил первый разведывательный корабль, который брал образцы на другом континенте, где горбнари действительно имеют подобную окраску.

— Значит, вы собираетесь войти в доверие к команде и выяснять у них подобные вещи, которые не фигурируют в личных делах?

— Вот именно. И, разумеется, буду ставить вас в известность о том, что мне удалось обнаружить.

Дюпейниль был последним из новых членов экипажа — подумав, Сассинак сочла это благоразумным, так как на переведенных в последних рядах редко обращают внимание. Наконец поступил и приказ отбывать в район патрулирования, и вскоре они уже были на пути к месту назначения. Сассинак не была уверена, следует ей радоваться или печалиться тому, что она не смогла присутствовать на похоронах Хурона. Впрочем, очень скоро большой объем работы помешал ей размышлять об этом.

Прежде всего она должна была наблюдать за продолжением образования пяти новых энсинов, только что «вылупившихся» из Академии. Форделитон проверил их подготовку, а Сасс побеседовала с каждым и лично присутствовала на занятиях. Группа была весьма пестрой.

Клаас, одна из самых крупных женщин из тяжелых миров, которых Сасс когда-либо видела, прибыла со специальной рекомендацией от Сеглавин — старой подруги Сассинак по Академии. («Я верю, — писала она, — что ты сможешь понять чувствительный характер этого энсина. Клаас очень умна и достаточно агрессивна, но в то же время легко ранима. Если сможешь, сделай ее более жесткой, только следи, чтобы она из-за этого не примкнула к сепаратистам».) Сассинак смотрела вверх, на широкое лицо с тяжелыми скулами и лбом, и с трудом удерживалась, чтобы не покачать головой. Если эта девушка осталась сверхчувствительной после четырехлетнего пребывания в Академии, у нее мало шансов исцелиться.

Тимран, крепкий парень чуть выше среднего роста, имел самый низкий рейтинг на выпускном курсе. На его лице была написана едва сдерживаемая радость. Он явно удивлялся, что смог получить такое хорошее назначение — и при этом такого хорошего командира. Сассинак привыкла к оценивающим взглядам мужчин, но восхищение в широко открытых глазах парня почти смущало ее. Согласно характеристике, единственным положительным качеством Тимрана была «везучесть». «При обычных обстоятельствах, — писал его инструктор, — этот курсант действует в лучшем случае сносно, а зачастую беспечно и опрометчиво. Но в экстренных случаях он умудряется совершить целую кучу ошибок, которые все вместе, однако, складываются во вполне адекватную ситуации комбинацию. Если он проявит те же качества во время боевых действий, то из него выйдет приличный пилот разведывательного корабля или младший артиллерийский офицер».

Гори, напротив, был спокойным и старательным молодым человеком, имеющим высокий рейтинг в науках и спорте, но только средний в степени инициативности. «Прирожденный офицер на должности заместителя, — говорилось в его характеристике. — Дотошный, аккуратный, в точности выполняет приказы, но недостаточно хорошо реагирует в нестандартных ситуациях. Он должен проявить себя особенно хорошо в составе большого экипажа и желательно в не боевых условиях. Это ни в коей мере не является следствием недостатка храбрости — он не паникует в опасные моменты, но не выходит за рамки полученных приказов, даже когда это желательно».

Кайли и Перран имели «средние» рейтинги и, очевидно, одинаковый уровень способностей. Зато физически они достаточно отличались друг от друга.

Кайли была ослепительной миниатюрной брюнеткой, которая могла бы каждую ночь иметь нового партнера, если бы только захотела. Но, по-видимому, ей нужен был только Гори. Сассинак не удивилась, узнав, что они помолвлены и собираются пожениться по окончании первого похода. Ее удивляло другое — абсолютное отсутствие интереса Кайли к другим мужчинам. Очень немногие люди были настолько постоянны в своих любовных связях. Все свободное время Кайли проводила с Гори, главным образом в кают-компании для младших офицеров за столом, заваленным книгами. Перран же, отнюдь не настолько привлекательная, как Кайли, оказалась женщиной-вамп, снедаемой ненасытным интересом к электронике и мужчинам. Рассказ Форда об ее приставаниях к старшему технику связи впервые за много недель вызвал у Сасс приступ смеха.

Первое время Клаас казалась спокойной и довольной. Сассинак заметила, что она проводит много времени с Перран. Эта дружба выглядела несколько странной, но Сасс предпочла не вмешиваться. Тимран попадал в одну переделку за другой, извинялся, но тут же брался за старое. Он словно заново открывал вечные законы природы. Сассинак даже засомневалась, повзрослеет ли он когда-нибудь. Ее утешал собственный опыт с такими же инфантильными юношами, которые, если им дать шанс, за несколько лет превращались во вполне компетентных взрослых мужчин. Гори и Кайли были заняты друг другом, а Перран, заполучив очередного мужчину, быстро начинала подыскивать следующего. Сассинак испытывала сочувствие к несчастной жертве: Перран избавлялась от надоевших любовников без лишних церемоний.

Дюпейниль представил подборку некоторых аномалий, обнаруженных среди экипажа. Он честно предупредил, что большая их часть, возможно, всего лишь невинные оплошности — не правильно введенная в компьютер информация или что-нибудь в этом же роде. Однако сортировка собранного материала означала многие часы кропотливой работы — сравнение сведений и повторные беседы для перепроверки самых важных фактов.

— Я и понятия не имела, что персональные файлы составлены настолько неряшливо, — ворчала Сасс.

Они как раз изучали файл Проссера, и Сассинак постаралась не упоминать о своей более ранней реакции на его топографическое изображение. Глаза Проссера в действительности не были так близко посажены, как она думала.

Дюпейниль просмотрел файл и пожал плечами — все в порядке.

— А вы когда-нибудь заглядывали в ваш собственный файл? — с улыбкой осведомился он.

— Ну… в общем, нет. — Ей никогда не хотелось возвращаться к своему печальному прошлому.

— А зря. Смотрите-ка. — Дюпейниль указал на экран. — Согласно ему, у вас была двойка по аналитической геометрии в подготовительной школе, вы так и не написали дипломную работу по общественной истории, а на Мириаде состояли в подрывной организации…

— Что за вздор! — Сассинак непонимающе уставилась на офицера. — Я никогда не состояла…

— В клубе «Железные девушки»? — усмехнулся Дюпейниль.

— Ах это! — Сасс совсем позабыла о «Железных девушках» — местном клубе фанаток Карин Колдей, который основали она и Карие, учась в последнем классе начальной школы. Сасс, Карие и — как же звали третью девочку? — Глиа придумали название и написали письма по всем адресам, указанным на плакатах Карин Колдей. Почти через год им пришла посылка с уставом клуба, копиями карманных лазеров Карин и восемью экземплярами ее новейшей рекламы. Родители не позволили Сасс повесить плакат на видном месте, поэтому девочка прикрепила его к внутренней стороне дверцы стенного шкафа.

— Но это же не подрывная организация, а просто детский фан-клуб, — объяснила она Дюпейнилю.

— Связанный с культом Карин Колдей, не так ли?

— С культом? У нас не было никакого культа!

Даже ее консервативные родители не возражали против клуба, хотя и настаивали, что плакат Карин Колдей в натуральную величину в серебряном трико и с лазерами в обеих руках — неподходящее украшение для гостиной.

Дюпейниль громко расхохотался:

— Теперь вы понимаете, капитан, как легко каждый из нас может на чем-то попасться, ни о чем плохом не подозревая? Полагаю, вы не знали, что огромные заработки Карин Колдей пошли на основание и поддержку террористической организации?

— Неужели?

— Увы, да. Девочки вроде вас — должен признать, что и мальчики тоже, — тратившие последнюю мелочь на плакаты и прочую дребедень, связанную с Карин Колдей, в действительности вкладывали деньги в «Повстанцев сектора XI» — самую скверную шайку расистов, какую только можно себе представить.

Они именовали себя «Железной цепью». Насколько мне известно, сама Карин считала их романтиками — во всяком случае, одного из них. Она не сомневалась, что эти люди — борцы за свободу, которых не правильно понимают, и они, разумеется, поощряли подобные взгляды. Так что ваш клуб «Железных девушек», где вы наверняка чувствовали себя взрослыми и храбрыми, служил поддержкой для террористов, а вы, таким образом, были замешаны в подрывной деятельности.

Сассинак припомнила заседания их клуба, проходившие в течение шести месяцев, пока им не надоело это занятие. Устав и Хартия, обсуждения «старых дел» и «новых дел» согласно строгим правилам, печенье, которое они готовили и подавали на блюдцах с изображением Карин Колдей, фруктовый сок, который они пили из особых стаканов… Если это и есть подрывная деятельность, то как такой можно заниматься, как не страдая от скуки? Она вспомнила день, когда они самораспустились, — разумеется, не потому, что им разонравились фильмы с Карин Колдей, а исключительно из-за того, что им смертельно надоел сам клуб. Они снова начали взбираться на окрестные холмы, где якобы скрывались коварные злодеи.

— Думаю, самым «подрывным» действием, — хмыкнула она наконец, — был вывод, что наш директор школы в точности походит на главного негодяя из фильма «Белые ободки». Я и теперь так считаю.

Дюпейниль пожал плечами:

— Это не имеет значения. Служба безопасности знает, что почти все дети из подобных клубов ни в чем не виноваты. Но некоторые из них вступали в клубы для более взрослых ребят, а потом присоединились к «Железной цепи», и с ними у нас хватило проблем.

— Примерно через год после прекращения наших собраний и мы отправили еще одно письмо с предложением создать клуб старшеклассников. Но потом у нас пропал интерес, а вскоре колония была уничтожена.

— А чем вы можете объяснить двойку по аналитической геометрии или незавершенную работу по общественной истории?

Сассинак нахмурилась, пытаясь вспомнить.

— Насколько мне известно, у меня всегда были высшие баллы по математике… Ах да, однажды они опробовали систему всего из двух оценок — «удовлетворительно» (двойка) и «неудовлетворительно» (единица). Так что двойка в данном случае — тот же высший балл. Что касается общественной истории, то не могу ничего припомнить.

— Вот видите! Всего три мелочи, а вы смогли объяснить только две. Но это не важно. Если бы тут была система — например вы постоянно отставали бы по общественной истории, — то это еще могло иметь какое-то значение. А так подобная мелочь ничего не значит, как и большинство подобных расхождений в файлах вашего экипажа. Тем не менее мы должны проверить все — даже такую чепуху, как детский фан-клуб.

На следующей неделе Дюпейниль выявил очередных двоих подозрительных — молодого человека, носившего материнскую фамилию вместо куда более известной отцовской, и выходца из тяжелых миров, выдававшего себя за обычного человека. Сассинак побеседовала с обоими, но ни один из них не обнаружилпсихическойнеуравновешенности, какую проявила девушка-отравительница. Молодой человек утверждал, что поступил во Флот именно с целью избавиться от отцовского влияния, — он даже отказался от дипломатической карьеры, предпочитая добиться всего своим собственным трудом. «Тяжеловес» же откровенно признался, что выглядел по сравнению со своими собратьями настоящим доходягой, те смотрели на него свысока и он скорее нашел друзей среди «легковесов».

— Если бы все кругом знали, что я из тяжелого мира, то опасались бы моей силы. Но я могу выдавать себя за «легковеса», и меня это устраивает.

Нет, я не собираюсь помогать тяжелым мирам расширить их влияние — к чему это мне? Они снобы — дразнили меня слабаком и гнали прочь, словно высшие существа. Так пускай торчат на своих планетах и не мешают мне жить там, где я могу считаться нормальным человеком.

Сассинак обратила внимание, что Дюпейниль вроде бы больше сочувствовал молодому человеку, порвавшему с властным папашей, нежели «тяжеловесу».

Сама она сочла убедительными доводы обоих.

Они уже месяц дежурили в указанном районе, когда их детекторы засекли корабль, идущий вне обычных маршрутов ССП. Его идентификатор и пассивный ответ жучка засвидетельствовали принадлежность к «Генеральной компании торговых линий» («Опять!» — подумала Сасс), но им удалось выделить в пассивном отражении первоначальный код, относящийся к тяжеловесной системе.

И снова «Заид-Даян» приступил к охоте по указаниям ссли, воспринимавшего доступные лишь ему колебания в космическом пространстве, которые оставляла за собой их добыча. И снова вскоре стало ясно, что преследуемое судно направляется в какое-то весьма необычное место.

Глава 15

— Ну и что это такое?

Никто не отозвался на невнятное бормотание штурмана. Сассинак рассматривала на экране идентификационные данные.

— На карте есть пометка… хм… исследователей, — продолжал штурман. — Рикси облюбовали пятую планету — она с этой стороны системы, — а люди высаживались на четвертой, именуемой Ирета. Странно, почему она получила название, если там нет колонии и на нее высаживалась только одна исследовательская группа. Что-то насчет мезозойской фауны — интересно, что это означает…

— Новый контакт — судно на внутрисистемном ходу выходит из системы пятой планеты… — Это можно было увидеть на главном экране. — Жучка нет… Хотите запросить его идентификатор, капитан?

— Нет, если корабль, как я подозреваю, — очередной пиратский конвой, то они это заметят, — отозвалась Сасс. — Но… рикси?

— Высадились здесь лет сорок назад — с разрешением на колонизацию.

— Никому и в голову не приходило, что рикси вовлечены в подобные дела, — ошеломленно произнес Дюпейниль. — Они ненавидят «тяжеловесов» еще больше, чем обычных людей.

«Заид-Даян» осторожно крался за двумя кораблями, которые как будто направлялись к Ирете, — такое путешествие требовало нескольких дней на внутрисистемных двигателях. Сассинак думала о том, что может планировать находящийся на крейсере агент. Еще один «случайный» запуск ракеты или что-нибудь не менее опасное? Дюпейниль так и не раскопал ничего определенного, и хотя Сасс убрала наиболее вероятных подозреваемых с важнейших постов, она не чувствовала себя в большей безопасности. Сассинак лично проверила, что обязанности людей, находившихся на участках для пуска ракет, а также стюардов полностью перераспределены. Что еще она могла сделать? Абсолютно ничего.

День за днем два преследуемых судна двигались к четвертой планете.

Сассинак нашла время заглянуть в словарь, чтобы проверить значение слова «мезозой». Один из новых мичманов, энтузиаст-биолог, рассказывал всем небылицы о гигантских ящерах, живших на Земле в доисторические эпохи и внешне походивших на некоторые рептилоидные расы, но абсолютно безмозглых… Сассинак усмехнулась про себя. Испытывала ли она когда-нибудь подобный энтузиазм и была ли столь же неосведомлена о полном отсутствии интереса у окружающих? Сасс не думала так, но снисходительно отнеслась к мичману, когда он стал показывать ей свои любимые слайды.

Форделитон застал их за этим занятием и проявил неожиданную заинтересованность, хотя и более сдержанную.

— Динозавры! — воскликнул он. — Те, что давным-давно бродили по старушке Земле!

— Не думаю, чтобы они были опаснее пиратов, — промолвила Сассинак.

* * *

К тому времени, как они достаточно приблизились к преследуемым кораблям, чтобы убедиться в их намерении высадиться на Ирете, Сассинак просто сломала голову над тем, что делает здесь второй корабль. Это не мог быть налет на колонию, как на Мириаде, — на Ирете не было колонии. К тому же корабль, взлетевший с планеты, занятой рикси, занимал не слишком хорошую позицию для конвоя — казалось, что там вовсе не осведомлены о транспортном судне. Может ли это быть случайным совпадением? Неужели второй корабль совершает регулярный рейс между планетами?

Транспорт, сбавляя скорость, начал спуск к планете. Позади него второе судно, казалось, собиралось занять устойчивую орбиту. Пока никто из них не обнаружил «Заид-Даян», использующий маскировочную систему. Сасс не могла посадить крейсер на планету, оставив на орбите возможного врага, и все же ей хотелось узнать, каковы намерения транспорта. Ей позарез нужно было разделиться, и существовал способ сделать это.

* * *

— Спуститесь в челноке и посмотрите, куда они следуют. На планете, насколько мы знаем, нет посадочной решетки — трудно поверить, что они действительно собираются приземлиться, но что еще они могут там делать?

Оставайтесь в их мертвой зоне, пока они не сядут, а потом постарайтесь незаметно ускользнуть.

— А как насчет десантной группы? — Темные глаза Тимрана блеснули.

— Энсин, я только что сказала, чтобы вы проследили за ними и вернулись, никого не потревожив. Вам не нужна группа высадки. Если бы я дала вам отряд бойцов, вы наверняка постарались бы изыскать возможность воспользоваться ударной силой.

Форд покачал головой, глядя, как энсины пролезают в люк челнока.

— Надеюсь, вы понимаете, что Тимран с удовольствием захватил бы транспорт самостоятельно?

— Да, потому я и послала с ним Гори. У него хватает здравого смысла, а кроме того, он хороший пилот челнока. Надеюсь, они выполнят приказ.

— Конечно выполнят. Вы их достаточно напугали.

Прогудела сирена стыковочного узла, и команда челнока поспешила в тамбуры. Стыковочный люк раскрылся, словно цветок, и подъемное устройство вывело челнок на внешнюю сторону корпуса крейсера. Сассинак наблюдала, как офицер взлетной палубы просигналил челноку запускать двигатели, а потом отделяться от «Заид-Даяна».

Челнок без приключений подкрался к транспорту, и экраны крейсера показали, как он устроился в недоступном для обнаружения месте. Со своей более высокой орбиты техники «Заид-Даяна» наблюдали за нисходящими витками транспорта вокруг планеты. Ничто не указывало, что на транспорте обнаружили слежку. С планеты также не поступало никаких сигналов. Только чуть позже связист обнаружил радиомаяк и уловил сигналы снизу.

— На краю вот этого плато имеется какая-то странная решетка для приземления.

— Там расположен город?

— Нет. Инфракрасный сканер указывает на расчищенные поля и посадки, но ничего достаточно крупного для сооружения такой решетки.

— Один паршивый транспорт — и посадочная решетка! — фыркнула Арли.

— Но что ему там нужно? На планете нет колонии для захвата рабов, грабежа минералов и прочих ценностей. Зачем же там решетка, и что они тут делают?

— Погодите минутку, кажется, обнаружилось нечто искусственного происхождения… — На основном экране возник провал, напоминающий открытый рудник. — Никогда не видел ничего подобного без поселения рядом. Что там добывают? Железо? Медь?

Сассинак посмотрела на озадаченные лица спутников и усмехнулась. Должно быть, они наткнулись на что-то важное. И на этот раз у нее есть определенная свобода действий.

— Посадочная решетка, маяк, открытый рудник — и нет города. Причем планета, по-видимому, не разрешена для колонизации. Думаю, пришло время взглянуть на идентификатор нашего друга.

— Есть, капитан. — Офицер связи щелкнул переключателем, затем послышался его удивленный голос:

— Капитан, этот корабль доставляет припасы по контракту с той колонией рикси.

— А я — богатая супруга посла. Попробуйте снова.

Справа от Сасс зажегся экран, и связист заговорил вновь:

— С их сигналами идентификатора все в порядке, капитан. Я за это ручаюсь. Смотрите сами.

Все выглядело абсолютно ясным. «Потерянная Звезда» под командованием Аргемона Годхейра, принадлежит компании «Кирман, Вини и Годхейр лимитед», регистрационные номера, число членов экипажа, масса груза, размеры — все детали казались вполне достоверными. Связист уже запросил базу данных:


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20