Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Планета пиратов (№1) - Сассинак

ModernLib.Net / Научная фантастика / Маккефри Энн, Мун Элизабет / Сассинак - Чтение (стр. 16)
Авторы: Маккефри Энн,
Мун Элизабет
Жанр: Научная фантастика
Серия: Планета пиратов

 

 


«Потерянная Звезда» была кораблем, построенным тридцать семь лет назад на вполне респектабельном заводе; дважды переоснащалась через обычные промежутки времени; никаких таинственных исчезновений или изменений в характере использования.

— Тогда что же он здесь делает? — осведомилась Сасс, озвучив мысли всех остальных. Она посмотрела в сторону отдела связи, и вахтенные пожали плечами. — Ну, раз они ведут себя так, словно нас не существует, давайте посмотрим, насколько близко мы сможем к ним подойти.

Чем бы ни занималась «Потерянная Звезда», она явно не ожидала обнаружить крейсер Флота прямо под своим боком. Сассинак испытала бурную радость при виде того, как близко им удалось подобраться. Либо их маскировочное оборудование было еще лучшим, чем она предполагала, либо на маленьком тупоносом транспорте не имелось систем слежения (или же их радарный оператор своим разгильдяйством превзошел все мыслимые пределы).

Наконец они оказались в пределах досягаемости тягового поля, и Сасс распорядилась включить защиту на полную мощность, отключить маскировку, а также связаться с транспортом по радио, хотя ей казалось, что достаточно крикнуть через пространство, разделяющее корабли. В атмосфере крик наверняка бы услышали.

— «Потерянная Звезда», «Потерянная Звезда»! Крейсер ФОП «Заид-Даян» вызывает «Потерянную Звезду»…

— Какого черта?.. Что здесь надо этим недоразвитым? Слезьте с нашего хвоста, а не то… — Голос сменился другим, и на экране появился крепкий мужчина в мундире капитана.

— Годхейр, командир «Потерянной Звезды», отвечает кораблю Федерации «Заид-Даяну»… Откуда вы прибыли? Вы тоже получили сигнал SOS?

Сигнал SOS? О чем он говорит? Сассинак переключила связь на себя и обратилась к командиру лично:

— Капитан Годхейр, я коммандер Сассинак с «Заид-Даяна». Мы выслеживаем пиратов. Что вы имеете в виду, говоря о сигнале SOS? И чем можете объяснить ваше присутствие здесь в компании с транспортом тяжелых миров?

— С транспортом тяжелых миров? Где? — Лицо капитана на экране выглядело так, будто он ожидал, что вышеупомянутый транспорт вот-вот пробьет его переборки.

— Ниже вас — он собирается приземлиться. Так что там за история с сигналом SOS? И какое у вас детекторное оборудование?

Ответы торговца, хотя и несколько беспорядочные, быстро прояснили события последних нескольких дней. Снабжая по долгосрочному контракту колонию рикси, он недавно в очередной раз посетил эту планетную систему.

— Знаете, рикси предпочитают нанимать человеческие экипажи, — усмехнулся капитан Годхейр. — Очевидно, рутинные полеты для них слишком скучны. Мы взяли несколько новых специалистов и уговоренную порцию припасов и разгрузились вон там. — Он махнул рукой, как поняла Сассинак, в сторону планеты, о которой шла речь. — Потом мы поймали сигнал о том, что здесь возникли проблемы, — какая-то исследовательская группа людей нуждалась в помощи; возможно, у них случился мятеж. Вот мы и прибыли сюда — мы в состоянии приземляться без решетки. Но раз уж вы оказались здесь, то наше присутствие не потребуется. Вы нас здорово удивили, коммандер!

— Возможно, вы еще понадобитесь, — сказала Сасс. — Как вы предполагали найти ту исследовательскую группу?

Годхейр ответил, что они получили слабый сигнал маяка из района побережья, и сообщил предполагаемые координаты. Во время их разговора офицер связи внезапно замахал рукой.

Тимран, пилотируя челнок «Заид-Даяна», впервые почувствовал себя действующим офицером Флота. Сейчас он шел по следу работорговцев или пиратов, командуя собственным кораблем, каким бы маленьким тот ни был.

Впрочем, чем меньше, тем лучше — приключение становилось только более увлекательным. Гори, скрючившийся на сиденье второго пилота, имел весьма бледный вид.

— Вот это да! — в очередной раз повторил Тимран, покосившись на товарища.

— Не смотри на меня, Тим! Следи за своими датчиками.

— Все в порядке. — Тимран уже представлял, как он рапортует о своих успехах Сассинак и как она улыбается ему…

— Тим! Ты сейчас наткнешься на него!

— Говорят тебе, все в порядке.

Это не вполне соответствовало действительности, но Тимран и в самом деле сбавил скорость и смог перевести челнок в центр «мертвой зоны» транспорта, где колебания от его двигателей не давали датчикам обнаружить преследователя. Держаться в этой зоне оказалось труднее, чем думал недавний выпускник. Но он был готов следовать за транспортом хоть на дно морское. Жаль, что у него маловато вооружения, чтобы самому захватить корабль. Тимран помечтал, что неплохо было бы воспользоваться слабым тяговым лучом, который челноки применяли при подходе к космическим станциям и который шеф машинного отделения именовал «парковочным тормозом», но понимал, что он не окажет особого воздействия на такую крупную массу, как транспорт.

— Об этом я и мечтал во время выпускных экзаменов, — поделился Тимран, надеясь добиться от Гори хоть какой-нибудь реакции.

— Не удивительно, что у тебя оказались такие скверные результаты.

— Кто-то же должен быть на дне. Если бы они посчитали меня ни на что не годным, то не вручили бы диплом. А капитан дала мне такое серьезное поручение…

— Чтобы ты не путался под ногами, пока она будет разбираться с конвоем, или что он там из себя представляет. Знаешь, Тим, ты слишком много мечтаешь о славе и слишком мало… Да смотри же ты!

Тим инстинктивно рванулся к пульту, и челнок взмыл над зазубренным пиком; его двигатель взвыл от внезапной нагрузки.

— Капитан ведь велела держаться низко, — стал оправдываться Тимран, но Гори презрительно фыркнул:

— Лучше бы ты позволил мне повести челнок. Я в состоянии не отвлекаться от работы.

— Она поручила это мне! — За этот краткий промежуток транспорт успел вырваться вперед. — И у меня лучший рейтинг в пилотировании челноком, чем у тебя!

Гори промолчал, что полностью удовлетворило Тимрана. Он опустился чуть ниже, хотя челнок и так находился на достаточно близком расстоянии для детальной съемки, и сосредоточил внимание на диком и мрачном ландшафте, пытаясь угадать, где приземлится транспорт. Очевидно, на том плато.

— Смотри-ка! — воскликнул Тим. — Посадочная решетка! И большая!..

Транспорт действительно устремился к ней, теперь он казался гораздо больше, чем в своей привычной стихии.

Тим едва успел заметить какое-то движение — что-то небольшое и явно искусственного происхождения, — когда откуда ни возьмись в ту сторону метнулась яркая цветная молния.

— Смотри! — завопил он и рванул рычаг луча притяжения. Челнок накренился, когда плохо нацеленный луч подцепил что-то на своем пути. Руки Тима забегали по пульту, выравнивая челнок и поддерживая лучом падающий предмет, прежде чем тот ударится об утес.

— Аэросани! — ахнул Гори. — Что ты натворил, Тим!

— Ты видел этих убийц? — Стиснув зубы, Тимран работал лучом, стараясь как можно мягче посадить сани. — Этих грязных, тухлых, вонючих…

— Дело не в этом, Тим! Мы же должны были оставаться незамеченными!

Так долго сдерживаемый романтизм вырвался на свободу.

— Мы — Флот! Наше предназначение — спасать жизни, и это мы только что сделали!

— Капитан приказывала нам совсем не это! Тим, ты только что растрезвонил и транспорту, и всем остальным, что мы… что Флот здесь!

— Ну… тогда мы просто скажем им, что они арестованы за… э-э… за попытку…

— Ты можешь обвинить их только в незаконном использовании запрещенного оружия в запрещенной системе. — Гори лихорадочно давил кнопки на своем пульте. — Клянусь медными рогами Киплинга! Капитан придет в бешенство, а я слышал о том, какова она в подобном состоянии. Она съест нас обоих заживо, приятель, и в этом только твоя вина.

— Она бы хотела, чтобы мы спасли жизни… — Голос Тима звучал значительно менее уверенно. Транспорт приподнялся и вновь опустился на решетку. Тимран опять двинул челнок вперед, размышляя, что им делать — охранять аэросани или угрожать транспорту. Только что все казалось таким простым…

Голос в наушниках не оставил никаких сомнений.

— Я ведь велела вам, — сурово заговорила капитан, — осторожно следовать за транспортом и оставаться незамеченными. Вы поняли приказ?

— Да, мэм, но…

— Вместо этого вы обнаружили себя перед очевидно враждебным судном и, возможно, причинили вред гражданам Федерации… — Последнее обвинение было явно несправедливым — аэросани пострадали от падения, в котором они не были виноваты, — ведь не они же их подбили, хотя и обращение Тима с тяговым лучом не назовешь слишком ловким. — Более того, вы вынудили меня действовать или бросить вас на произвол судьбы, а вам одним тут бы не поздоровилось! — Гори поежился — он слышал ту же тираду в своих наушниках.

— Но раз уж вы проявили неповиновение, молодой человек, то постарайтесь удержать все под контролем до моего прибытия на место.

— Но как?.. — пробормотал Тим, когда связь прервалась. Тяжело дыша, чувствуя, как озноб пробежал по спине, он посмотрел на Гори. — Что будем делать?

У Гори, разумеется, имелся ответ:

— «Директивы десантным силам Флота», глава 17, параграф 34, пункт 2…

— Меня интересует не где это находится, а что там говорится!

Гори продолжал, бледный, но решительный:

— Там говорится, что если десантная группа — то есть мы — уступает по численности или вооружению силам противника, а персоналу Флота угрожает плен или гибель…

— Они штатские, — перебил напарника Тимран. Люди на планете должны быть штатскими, иначе они бы знали о приближении крейсера Флота!

— В самом деле? А мне кажется, на них флотская форма. — Гори вставил в глаз увеличитель. — Похоже на то… Как бы то ни было, если персоналу угрожает опасность, то решение удалиться должно быть принято командиром находящегося на орбите корабля, если таковой…

— Капитан приказала, чтобы мы оставались и держали все под контролем!

— То же самое говорится в параграфе 34, пункт 3: «В случае, когда спасение или защита персонала Флота считаются возможными или крайне важными, пилот челнока с десантной группой остается на своем судне, а второй пилот возглавляет спасательную партию…»

— Совсем наоборот! — возразил Тим.

— Таковы правила, — настаивал Гори. — Кроме того, даже просто болтаясь в воздухе, мы сможем помешать врагу причинить им вред. Кстати, ты установил защиту?

Разумеется, Тим об этом не подумал и дернул рычаг как раз в тот момент, когда единственное орудие транспорта повернулось в их сторону. Гори тем временем наблюдал за плато и размышлял вслух о людях, толпившихся у корабля:

— Местные жители? Планета считается необитаемой, но…

— Они могут выстрелить в нас, Гори, — перебил его Тим. Он порадовался тому, что его голос прозвучал спокойно, хотя руки заметно дрожали. Тим не ожидал, что один вид направленного на них орудийного дула окажется настолько пугающим. Достаточно ли надежны защитные системы челнока, чтобы выдержать залп с такого расстояния?

Время шло. Далеко внизу виднелись аэросани с неподвижными фигурками людей. Выше орудийное дуло транспорта продолжало глазеть на челнок. Так как на борту их было только двое, Тим не мог просить Гори спуститься и осмотреть раненых (он надеялся, что не мертвых) пассажиров аэросаней.

Должен ли он связаться с транспортом и приказать выслать им медицинскую помощь? Что, если они откажутся или начнут стрелять? Гори хранил благоразумное молчание, прерываемое только комментариями по поводу происходящего рядом с транспортом. Казалось, прошли годы, прежде чем прогудел сигнал связи и послышался голос штурмана.

— Ждать уже недолго, — сообщил Бурес. — Мы установили местоположение вас и транспорта. Что у вас там происходит?

Тим судорожно сглотнул:

— Ничего особенного. Мы просто висим над санями…

— Оставайтесь на месте, — посоветовал Бурес. — Мы будем снижаться на большой скорости, и если вы сдвинетесь, можем налететь на вас.

— Где вы собираетесь приземлиться?

Но на последний вопрос никто не ответил — связь прекратилась. Гори и Тим обменялись тревожными взглядами, прежде чем возобновить наблюдение.

Тим время от времени косился на часы.

Даже сквозь защитную систему они почувствовали тряску от резкого торможения «Заид-Даяна».

— Ну и ну! — воскликнул Гори. — Она использует аварийный внутрисистемный…

Челнок снова тряхнуло, и огромный крейсер завис над плато — его нос украшали эмблемы Флота и Федерации. Облака пыли временно ослепили даже сидевших в челноке, а когда пыль рассеялась, Тим увидел, как покачнулся транспорт на решетке.

— …двигатель! — закончил Гори, выглядевший бледнее обычного.

Тим на этот раз промолчал.

* * *

— Единственным, что меня радует во всей этой истории, — сказала Сассинак, когда они вернулись на борт, — является уверенность, что вы точно не являетесь саботажниками, так как вас не было на транспорте, когда произошла диверсия, которая требовала личного присутствия того, кто ее совершил. Конечно, вы могли иметь сообщников…

Тим безуспешно пытался проглотить слюну. Сассинак не кричала и даже не покраснела, как некоторые из его инструкторов, когда он особенно им досаждал. Она выглядела абсолютно спокойной, если не замечать белого ободка вокруг рта и напряженных челюстных мышц. Да и голос ее звучал не громче обычного. Но Тим чувствовал, что взгляд капитана прожигает его до глубины костей, не говоря уже о мыслях, которые были посвящены отнюдь не грядущей славе. Сассинак назвала его поведение глупым, близоруким, опрометчивым и ничем не оправданным. Она продержала их в челноке на прежнем месте, пока местные жители (кем бы они ни были) извлекали раненых и доставляли их на крейсер. После этого луч крейсера подцепил и притянул челнок, как будто тот был беспилотным и неуправляемым. Прямо в посадочном отсеке Тиму и Гори было ведено отправляться к себе и ждать вызова капитана. Во время ожидания Гори не произнес ни слова, а Тим представлял себя уволенным из Флота и высаженным на голое скалистое плато этой чертовой планеты.

— К следующей нашей встрече, энсин, я ожидаю, что вы повторите соответствующие разделы правил. Уверена, что ваш компаньон сможет отыскать их для вас… — Это была единственная насмешка в адрес ни в чем не повинного Гори. — Можете возвращаться к себе и отрапортовать о заступлении на вахту.

Тим не стал спрашивать, где именно: это должно было быть обозначено в его расписании. Они с Гори удалились, отсалютовав. Тим был приятно удивлен, что его тело функционировало нормально и он ни на что не наткнулся.

Любопытство вернулось к нему только по пути в их каюты. Тим покосился на Гори — от него не приходилось ожидать помощи. Но кто были те рослые, облаченные в шкуры животных туземцы? Они, несомненно, были людьми, если только его правильно обучали эволюции. Почему кто-то соорудил посадочную решетку на неотмеченной на карте планете? И кем были люди во флотской форме, если они прибыли не с этим кораблем?

Тиму не у кого было об этом спрашивать. Рядом находился только Гори, который молча просматривал на экране двадцать третье издание «Флотских правил», отмечая упомянутые капитаном фрагменты. Компьютер выбрасывал отпечатанный текст, и Гори передавал страницы Тиму. Дежурства, обязанности, наказания… Тим старался вникнуть в их суть, но это проходило мимо его внимания. Неповиновение прямому приказу капитана в присутствии сил противника (хотя бы предполагаемого) было основанием для самой суровой кары по выбору командира. Если капитан захочет, то сможет высадить на планету и его, и ни в чем не виноватого Гори, причем никто во всем Флоте даже не пикнет в их защиту.

Впервые Тим задумался о доходивших до него слухах — почему крейсер так долго оставался в ремонтном доке, в каком сражении он побывал. Пираты тогда уничтожили целую колонию, а Сассинак ничего не предприняла, надеясь поймать позже и других работорговцев. На той планете погибло множество людей — а она позволила им умереть, спасая других. Ему это не нравилось. А ей? Люди говорили, что ей тоже, но тогда как она могла так поступить?

Мужчины и женщины, старики и дети, богатые и бедные — самые разные люди погибли лишь потому, что она не сделала того, что сделал бы он на ее месте, — не пришла им на помощь.

Молча лежа на койке, Тим начинал по-новому смотреть на Флот и намерения своего капитана. Его более ранние представления оказались романтической чушью. Жители той колонии погибли, чтобы Сассинак смогла проследить напавших на них пиратов и выяснить, кто за ними стоит. Некоторые из ее экипажа погибли, спасая детей и уничтожая пиратскую базу. И эта, последняя погоня, возможно, была поставлена перед ними той же задачей, так что спасение чьих-то двух жизней в аэросанях не имело такого уж большого значения. Даже если бы он сам погиб перед своим опрометчивым поступком — впервые Тим взглянул в лицо малоприятной возможности собственной смерти, — это не причинило бы Флоту вреда, а капитану, быть может, и вовсе пошло бы на пользу.

Когда прозвенел колокол, вызывающий на дежурство, Тим приступил к новой работе — прочистке фильтров — в совсем ином настроении. Теперь он твердо намеревался стать безупречным молодым офицером, в которых так нуждался Флот, и несколько часов трудился без устали. Больше никаких шуток, никаких нелепых мечтаний. Он бормотал правила себе под нос на случай, если капитан появится в этом маленьком зловонном отсеке.

Пребывая в решимости повиноваться природе и ее божеству в лице своего капитана, Тим даже не улыбнулся, когда в люке появился мичман Тернер — партнер по многим прежним эскападам.

— Думаю, ты уже знаешь, — начал Тернер.

— Я знаю, что если не закончу с фильтрами, то мы все будем дышать этой вонью.

— Стоит понюхать здешнюю атмосферу, и этот запах кажется не таким уж скверным. — Тернер прислонился к переборке с видом человека, которому отчаянно хочется разболтать какой-то секрет.

— Ты выходил наружу? — несмотря ни на что, не удержался Тим.

— Ну, не совсем наружу, но мы изрядно нанюхались вони, когда они доставляли раненых. Пахло как в органической лаборатории. — Тернер подошел ближе. — Слушай, Тим, ты в самом деле пальнул в транспорт?

— Да нет же! Я просто подцепил лучом аэросани — вот и все.

— Жаль, что ты не разнес его на куски.

— Мне нечем было это сделать. А почему жаль? Капитан достаточно рассвирепела и из-за саней.

— Знаешь, чей это был транспорт? — Разумеется, Тим не знал и покачал головой. Тернер продолжал, понизив голос:

— «Тяжеловесов»!

— Ну и что?

— Как это «что», Тим? «Тяжеловесы» с корабля попытались убедить капитана, что тоже отозвались на сигнал SOS, но сканирование показало, что это колониальное судно. Представляешь? Колониальный транспорт идет на запрещенную для колонизации планету, где уже есть «тяжеловесы»!

— Что? — изумленно переспросил Тим. — Те, что в аэросанях?

— Нет — те, что толпились возле транспорта и вытаскивали жертвы. Должно быть, ты видел их.

— Видел, но они не походили на «тяжеловесов»… Ну, не очень походили… — Тим припомнил, что люди внизу действительно были рослыми и мускулистыми.

— Это заговор тяжелых миров! — быстро затараторил Тернер. — Они хотели заполучить эту планету! Я слышал, что в разведывательной экспедиции произошел мятеж — «тяжеловесы» начали есть сырое мясо, поубивали своих спутников и съели их!

— Не верю! — Однако он поверил бы, если бы подумал как следует.

Съесть чувствующее существо — то же самое, что съесть любое другое: вот почему существовал запрет на мясную пищу. А у него была тетя, которая отказывалась есть даже пищу, синтезированную из многолетних растений, на том основании, что деревья и кустарники тоже могут ощущать боль.

— Если один «тяжеловес» может взбунтоваться, то почему не все? На планете уже проживает целая компания — жрут мясо и носят звериные шкуры, — так почему же «тяжеловесы» на нашем корабле не могут так же взбеситься?

Может, на них так действует здешняя атмосфера. Многие из нас думают, что капитан должна взять их под стражу. Вспомни о бойцах-"тяжеловесах" — если они взбунтуются, нам не устоять.

Тим размышлял об этом, завинчивая прочищенный фильтр, потом покачал головой:

— Не представляю, чтобы кто-нибудь на этом корабле мог взбунтоваться против капитана.

— «Тяжеловесы» могут! Возможно, они уже что-то планируют, и если мы не предупредим ее…

Тим усмехнулся:

— Едва ли капитан нуждается в наших предупреждениях, Тернер, чтобы знать, откуда исходит опасность.

— Ты имеешь в виду, что не подпишешь петицию? И не пойдешь с нами переговорить с капитаном?

— Вот именно. И откровенно говоря, я считаю, что вы спятили, надумав беспокоить ее подобной ерундой.

— Рада, что вы так считаете. — Тим увидел коммандера Сассинак, как всегда в безупречно чистом мундире, хотя ей пришлось пробираться теми же узкими коридорами, где он после первых же шагов запачкал свою форму. Сасс холодно улыбнулась ему, но улыбка исчезла, когда она встретилась взглядом с Тернером. — Скажите, лейтенант Тернер, вы когда-нибудь читали правила относительно возникновения заговора на борту корабля?

— Нет, капитан, но…

— И вы не служили на этом крейсере, когда бойцы-"тяжеловесы" — те самые, которых вы так опасаетесь, — спасли корабль и мою жизнь. Если бы они были склонны к мятежу, лейтенант, то им бы уже давно представилась такая возможность. Вы обнаруживаете досадное предубеждение и еще более досадную склонность к извращенной логике. Действия выходцев из тяжелых миров на исследовательском судне более четырех десятилетий назад никак не связаны с лояльностью моего экипажа. Я доверяю им куда больше, чем вам, и имею на это все основания. Я не желаю больше слышать ничего подобного, а тем более распространения таких нелепых слухов. Ясно?

— Да, капитан.

Сасс кивнула, и Тернер поспешно удалился. Тим застыл по стойке «смирно», хотя ему было не по себе из-за грязных рук и испачканной формы.

Губы капитана скривились в отдаленном подобии усмешки.

— Выучили что-нибудь, энсин Тимран?

— Да, капитан. Я… э-э… запомнил все правила…

— Так как я не хочу, чтобы у вас пухла из-за этого голова, скажу сразу, что все сложилось к лучшему. С этого момента считайте, что вы все время действовали по приказу. Понятно?

Это было абсолютно непонятно, но Тим постарался скрыть смущение. Однако капитан, по-видимому, заметила знакомые признаки и со вздохом объяснила:

— Второй корабль, Тим, — тот, что прибыл с планеты рикси, — не был пиратским. Это легальный транспорт, снабжающий рикси припасами по контракту и откликнувшийся на сигнал SOS.

— Да, капитан. — Такой ответ был самым безопасным, даже если слова Сассинак не имели для него никакого смысла.

— По политическим причинам, о которых, вы, несомненно, услышите позже, ваше опрометчивое вмешательство пошло на благо Флоту и ФОП. Необходимо, чтобы за пределами этого корабля считали, что вы действовали по моему приказанию. Следовательно, вы не должны упоминать никому, никогда и нигде, что ваше поведение в челноке было блистательной импровизацией. Вы сделали именно то, что велела я. Теперь ясно?

Стало немного яснее, а по голосу Сасс Тим понял, что лучше обойтись без дальнейших вопросов.

— Я уже предупредила Гори, а все комментарии в записях стерты.

Это означало, что дело по-настоящему серьезное, но также и то, что оно не будет висеть у него на шее до скончания дней. Должно быть, на физиономии Тима отразилась надежда, ибо лицо Сассинак слегка смягчилось.

— Выслушайте меня внимательно, Тимран. Вы везучий от природы — это бесценное качество, но не слишком полагайтесь на него. Чтобы стать адмиралом, нужно нечто большее, чем одно везение.

— Да, капитан. Не мог бы я узнать, все ли в порядке с людьми, которые были в аэросанях?

— Да, с ними все в порядке, и вы даже сможете их повидать. Только помните, что я сказала.

— Да, капитан.

— И приведите себя в порядок перед кают-компанией. — С этими словами она удалилась — воплощение властности и изящества, еще долгие годы возбуждавшее ее воображение.

Глава 16

Сассинак возвращалась на мостик через войсковую палубу, так как хотела устроить «случайную» встречу с командиром бойцов. Она хорошо понимала, что такое стечение обстоятельств действительно могло встревожить часть команды и вызвать недоверие к «тяжеловесам».

Она обнаружила майора Курральда инспектирующим арсенал. Он бросил на нее рассеянный взгляд:

— Капитан, если у вас есть минута…

— Разумеется, майор.

Курральд направился в свой кабинет, и Сасс обратила внимание, что там имеются сиденья как для «тяжеловесов», так и для «легковесов». Она не воспользовалась ни тем, ни другим, а обратила внимание на голограммы на стене напротив письменного стола. Футбольная команда, позирующая в чистой форме; те же игроки, забрызганные грязью во время матча; молодой Курральд, спускающийся со скалы; двое юных офицеров Флота (один из них Курральд?) с камуфляжной краской на лицах и штурмовыми винтовками. Церемония повышения в звании — Курральд получает свои «гусеницы». Кто-то — не Курральд — в черной рамке…

— Мой лучший друг, — пояснил Курральд, проследив за ее взглядом. Сасс обернулась и увидела, что он также смотрит на портрет. — Был убит при высадке на Джерму, пока я спускался в челноке. Он назвал своего сына в мою честь. — Курральд прочистил горло басовитым кашлем. — Но я собирался поговорить с вами о другом, капитан. Мне не хотелось подниматься на главную палубу и беспокоить вас, но… — Он снова откашлялся. — К сожалению, вынужден сообщить, что жду неприятностей.

Сасс кивнула:

— Я тоже, и хотела рассказать вам первому, что собираюсь сделать. — Его лицо застыло в традиционном отклике «тяжеловеса» на любую угрозу. — Я знаю, что вы абсолютно лояльный офицер, майор Курральд. Если бы вы хотели добиться преимуществ для тяжелых миров за мой счет, то давно уже сделали бы это. Мы с вами часто говорили о политике, и вам известны мои убеждения.

Ваши бойцы заслужили мое доверие в бою. Кто бы ни был саботажником на этом корабле, я убеждена, что это не ваш соплеменник, и не намерена позволять кому-либо внушать мне подобные мысли.

Курральд был явно удивлен, и Сасс слегка расстроилась, что он не слишком полагался на ее доверие.

— Но я знаю, что многие в команде думают…

— Они не думают! — резко прервала его Сассинак. — Беспокоятся, реагируют, но только не думают. Клянусь мозолями Киплинга! Мятеж «тяжеловесов» произошел здесь сорок три года тому назад — когда вы еще не родились, а я была младенцем на Мириаде. Ни один из ваших бойцов не стар настолько, чтобы иметь нечто общее с этой историей. А эти так называемые колонисты отправились сюда несколько месяцев назад — возможно, когда мы охотились за первым кораблем. Но перепуганные люди сложили два и два и получили годовой бюджет. — Курральд наконец усмехнулся, и Сасс улыбнулась в ответ. — Я доверяю вам, майор, и доверяю вашему суждению о надежности бойцов. Несомненно, до вас дойдут слухи, что меня просили «принять меры» — отправить всех «тяжеловесов» под арест или сделать что-нибудь столь же нелепое, — и я хочу предупредить вас заранее, что не помышляю ни о чем подобном. Ясно?

— Абсолютно ясно, капитан. Благодарю вас. Я просто думал, что… ну, возможно, вам придется пойти на уступки, поэтому поговорил с бойцами из тяжелых миров, и мы решили подчиниться любым требованиям.

Сасс почувствовала, как слезы обожгли ей глаза. Ведь многие считают «тяжеловесов» эгоистичными, неспособными думать о пользе других.

Интересно, проявит ли кто-нибудь из таких людей подобное благородство, будучи несправедливо заподозренным?

— Передайте вашим бойцам, майор, что я глубоко тронута их предложением.

Я уважаю вас и их и ценю вашу заботу. Но прочим членам экипажа предстоит усвоить, что мы все — легкие, тяжелые, средние — представляем собой единый Флот. И… спасибо.

— Спасибо вам, капитан.

Вернувшись на главную палубу, Сассинак обнаружила возле мостика поджидавшую ее делегацию. Их представитель, лейтенант Вархес, как она помнила, надзирал за столовой для рядовых. Пронзительным тенором он объяснил, что они заботятся о благе корабля. Ведь один «тяжеловес» уже однажды отравил нескольких человек…

— Психически неуравновешенная женщина, — холодно отрезала Сассинак, — случайно оказавшаяся «тяжеловесом», отравила офицеров, в том числе командира бойцов — также случайно «тяжеловеса» — и часть экипажа, включая нескольких «тяжеловесов». Или вы об этом забыли?

— Но если они затевают мятеж? «Тяжеловесы» на этой планете взбунтовались…

— Более сорока лет назад, когда еще ваш отец ходил пешком под стол, а майор Курральд даже не появился на свет. Вы полагаете, будто «тяжеловесы» осуществляют телепатическую связь с их еще не родившимися соплеменниками?

— Вопрос был нелогичным, но их заявление — тоже, и Сасс наслаждалась озадаченными выражениями лиц делегатов. Прежде чем Вархес заговорил вновь, она продолжила рассудительным тоном:

— «Тяжеловесы» на этом корабле представляют Флот, а не ренегатов, вроде тех, кто поднял здесь мятеж и пытается освоить закрытый для колонизации мир. Они наши товарищи, они сражались бок о бок с нами, спасая наши жизни. Если бы они хотели нас убить, то могли бы сделать это много раз. Вы считаете, что они замешаны в саботаже на корабле, а я уверена, что это не так. Но мы в любом случае примем меры, и если диверсант окажется «тяжеловесом», он будет осужден и наказан. Однако это не делает виновными других. Предположим, саботажник — кто-то с Джан-4… — Удар был нацелен на Вархеса, родившегося на этой планете. — Разве это делает Вархеса виновным?

— Но это не одно и то же, — возразил кто-то из делегатов. — Всем известно, что «тяжеловесы» занимаются пиратством, а теперь мы застали их на месте преступления…

— Некоторые из пиратов — «тяжеловесы», а некоторые — нет. Среди них есть даже рикси. — Это вызвало нервный смешок. — Или сетти. — Смех стал громче, и Сассинак придала своему голосу суровость. — С меня довольно.

Больше я не желаю слышать необоснованных обвинений против лояльных членов Флота — людей, неоднократно рисковавших жизнью во имя исполнения долга. Я уже посоветовала одному энсину ознакомиться с правилами насчет заговора на корабле и рекомендую это всем вам. У нас здесь имеются настоящие враги — предполагаемые пираты, у которых могут оказаться союзники. Мы не можем позволить себе тыкать пальцами друг на друга, руководствуясь нелепыми предубеждениями. Всем все ясно?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20