Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Мартовскіе дни 1917 года

ModernLib.Net / История / Мельгунов Сергей Петрович / Мартовскіе дни 1917 года - Чтение (стр. 33)
Автор: Мельгунов Сергей Петрович
Жанр: История

 

 


— "долой войну"; Комитет Г.Д. просили разъяснить: "какую форму правленія предполагает Комитет", как будут связаны "м?стныя выборныя организаціи самоуправленія с центральной властью", "оборонительная или наступательная война". Наконец, шахтеры интересовались "мн?ніем вс?х" о времени созыва "Учр. Собранія" и вопросом, "как д?йствовать против отд?льных групп, самостоятельно выступающих по вопросам, которые им?ют общегосударственное значеніе". Что отв?тил шахтерам Исп. Ком., мы не знаем. Но мы знаем, что вс? вопросы, касающіеся структуры власти, по существу оставались без отв?та, хотя уже в первые дни при Правительств? была во глав? с Кокошкиным особая "государственно-правовая комиссія" для разсмотр?нія юридических вопросов, связанных с изм?неніем политическаго строя... Выхода из заколдованнаго круга недоум?ній и противор?чій не было указано или не было найдено. Ген. Радко-Дмитріев в приказ? по арміи Западнаго фронта на м?ст? по собственному разум?нію разъяснил "недоум?нные" вопросы: отм?нять существующіе законы может лишь "законно установленная власть, олицетворяемая Исп. Ком. Гос. Думы и новопоставленным правительством" ("Изв.", 10 марта). В арміи среди команднаго состава, как указывают даже офиціальные рапорты, на первых порах, очевидно, прочно укоренилось представленіе, что посл? переворота высшим законодательным учрежденіем остается Государственная Дума, перед которой отв?тственно новое министерство, составленное из членов Думы .

II. Двоевластіе.

      Правительство "упорно", по выраженію Родзянко, не хот?ло созывать Государственную Думу в вид? антитезы Сов?там. Эта "антитеза" поставлена была с перваго дня революціи: в глазах одних в вид? двух враждебных сил, в глазах других — в вид? сил параллельных. Соглашеніе, достигнутое в Петербург?, прив?тствовалось в самых широких кругах. Так Комитет Общ. Организацій в Москв?, представлявшій общественность в точном смысл? слова, т. е., класс буржуазіи, интеллигенцію и профессіи физическаго труда, 3 марта прив?тствовал "Правительство Гос. Думы" и "Сов?т" за постановленіе об Учредит. Собраніи. В сознаніи демократической общественности укр?пилось представленіе (которое пытались вытравить идеологи "цензовой общественности"), что Временное Правительство в своем происхожденіи связано с волеизъявленіем двух организацій, представлявших интересы противоположных слоев населенія — и капиталистических, и трудовых. Это представленіе ц?ликом не укладывалось в формулу, которая поздн?е в дни перваго правительственнаго кризиса включена в апр?льскую (26-го) декларацію Временнаго Комитета Гос. Думы: Временное Правительство было созданоГос. Думой при сод?йствіиПетроградскаго Сов?та.
      В низах, вопреки всякой соціалистической талмудистик?, наибол?е была популярна формула, гласившая, что "новое народное правительство, во глав? с кн. Львовым, избрано было Исполн. Ком. Гос. Думы и Исп. Ком. Сов?та Р. и С. Д." — так опред?лил итог революціоннаго д?йствія выборный командир зап. бат. лейб-гвардіи Преображенскаго полка в обращеніи к своим, солдатам 3 марта. Поэтому, когда Временному Комитету приходилось обращаться с воззваніями к рабочим, он должен был указывать, что Временное Правительство избрано "по соглашенію с Сов?том" .
      "Государственная Дума" и Сов?т — руководили революціонной борьбой, закончившейся низверженіем стараго режима. Государственная Дума не могла, конечно, служить как бы юридической антитезой для Сов?тов, ибо учрежденія эти были разнаго порядка... Автор "Рожденія революціонной Россіи", принадлежавшій к составу "сов?тской демократіи" в общем, думается, довольно в?рно в своем историческом труд? опред?лил происхожденіе и роль сов?тов в мартовскіе дни. Это "просто был центр революціоннаго кип?нія", "временный эрзац профессіональной и политической организаціи рабочаго класса", "наскоро сколоченные л?са вокруг постройки, которые убираются прочь, как только кончается постройка" (Метафору свою автор в сущности заимствовал из р?чи Церетелли в августовском Госуд. Сов?щаніи). "Система сов?тов, как формальный остов государства — русская перед?лка анархо-синдикализма", была мыслью чужеродною, которая при "зарожденіи сов?тов совершенно отсутствовала".
      Близко подходил к толкованію Чернова (или, конечно, в?рн?е обратно) и докладчик по организаціонному вопросу на первом всероссійском сов?щаніи сов?тов меньшевик Богданов: "совершенно естественно — говорил он, — что ничего не им?я, мы, (т. е. элементы демократическіе) в процесс? революціи, в первые дни революціи, 27 февраля попытались устроить первую организацію— стихійно возникшій Сов?т Р. и С. Д. Будь у нас сильная организація, мы, быть может, им?ли бы политическія партіи, профессіональные союзы и т. д. То обстоятельство, что у нас их н?т, заставило революціонную демократію в процесс? революціи, в горнил? революціи создать такіе революціонные органы, и это обстоятельство — отсутствіе организаціи — очевидно, увлекло наибол?е д?йственные революціонные элементы демократіи на путь созданія Сов?тов. (Добавим, что в "увлеченіи" этой организаціонной идеей сказалось в значительной степени механическое воспроизведеніе рабочей традиціи 1905-6 гг.).
      Как же характеризовал роль сов?тов докладчик? "Это прежде всего органы не классовые, органы не классовой политики и классовой борьбы в опред?ленном смысл? этого слова — это органы революціонной борьбы, это — органы демократическіе, это — органы, созданные спеціально с ц?лью отстаиванія и защиты д?ла революціи и подталкиванія и углубленія этого д?ла". Богданов указывал, что "революціонная демократія" состоит не только из рабочих, не только из солдат и крестьян — "к той же демократа относятся и другіе элементы демократіи, не представленные в этих трех группах, следовательно, формула, что сов?ты являются органами революціонной демократіи, должна расшириться в процесс? работы путем привлеченія других общественных и демократических элементов" . Вм?ст? с т?м докладчик отм?чал, что в данный момент перед вс?ми революціонными силами ("революцію сд?лали не только демократическіе элементы, — утверждал Богданов, — революцію сд?лали в достаточной степени и элементы цензовые") стоит одна задача, и потому нельзя отд?лять революціонную демократію от остальных революціонных сил Россіи.
      Какой же вывод можно сд?лать из оц?нки "страннаго", по выраженію дневника Гиппіус, факта существованія "рядом с Временным Правительством двухтысячной толпы властнаго и буйнаго перманентнаго митинга", именуемаго Сов?том Р. и С. Д. (численность его к концу марта дошла почти до 3 тыс.)? Только тот, что "никакого зам?чательнаго своеобразія нашей революціи", создавшей принципіальное "двоевластіе" в сущности не было. Пусть на практик? было даже "двое безвластіе", как иронически охарактеризовал положеніе Троцкій в петроградском сов?т? 21 мая при обсужденіи дилеммы "отложенія" Кронштадта от Россіи. Р?чь идет о "конституціонном механизм?", о принципіальном захват? государственных функцій в ц?лях построенія "новаго государства", теоретиком котораго явился Ленин. Для него было почти естественно выхватить из жизни одно явленіе и представить его в вид? предпосылки к своим позаимствованным из чужого арсенала схемам . Своеобразіе русской революціи заключалось в том, что рядом с "правительством буржуазіи" с самых первых дней им?лось "еще слабое, зачаточное, но всетаки несомн?нно существующее на д?л? и растущее другое правительство" (статья о двоевластіи в "Правд?" 9 апр?ля).

* * *

      Исторія сов?тов в процесс? революціи пошла не совс?м по тому пути, который ей предсказывал организаціонный доклад на Сов?щаніи Сов?тов еще до прі?зда вождя большевизма в Россію. "Л?вые интеллигенты", "всунувшіеся" в революціонную атмосферу "митинга-сов?та" и, по записи Гиппіус, могшіе только "смягчить", но не "вести", в действительности планом?рно, систематически и демагогически прививали (нельзя забывать, что Сов?т на 2/3 своего состава был солдатскій) политически еще аморфной толп? идеологію классовой борьбы под флагом сов?тов за политическій пріоритет, за переустройство общественнаго уклада на новых соціальных началах в дух? традиціонной программы "рабочей партіи". Логичность богдановскаго построенія грубо была нарушена т?м, что на знамени Исп. Ком. в Петербург? в день празднованія "1 мая" был начерчен только лозунг: "Пролетаріи вс?х стран соединяйтесь" (р?шеніе было принято 18 голосами против 14).
      То, что нам?чалось и выявлялось поздн?е в сознаніи современников, переносилось в первоначальный період революціи — его Милюков в "Россіи на перелом?" назвал "переходным" и отрицал в нем наличіе т?х признаков, которыми опред?ляется двоевластіе: "в первое время этого двоевластія еще не было". То же утверждал Милюков-политик и в 17 году на партійном собраніи в Москв? 8 апр?ля. В унисон с ним звучал тогда голос его антагониста во Врем. Правительств? Керенскаго. Посл?дній говорил 12 апр?ля делегатам арміи, что между правительством и Сов?том полное единеніе в задачах и ц?лях и им?ется лишь н?которое расхожденіе в тактических вопросах . Даже антипод "революціонной демократіи" подлинный представитель "цензовой общественности" Гучков, и тот, объ?зжая в середин? марта, в качеств? военнаго министра, фронт, принимая депутаціи от разнаго рода воинских частей, "неизм?нно громко заявлял — как утверждает ген. Врангель — что правительство ни в какой помощи не нуждается, что никакого двоевластія н?т, что работа Правительства и Сов?та Р. и С. Д. происходит в полном единеніи" .
      Можно, конечно, предположить, что подобныя заявленія современников во вн? сл?дует отнести в большей степени к вынужденной обстоятельствами тактик?. В?дь тот же Гучков почти одновременно писал Алекс?еву (9 марта), характеризуя "д?йствительное положеніе д?л": "Временное Правительство не располагает никакой реальной властью и его распоряженія осуществляются лишь в т?х разм?рах, как допускает Сов?т Р. и С. Д., который располагает важн?йшими элементами реальной власти, так как войска, жел?зныя дороги, почта и телеграф в его руках. Можно прямо сказать, что Врем. Правительство существует, лишь пока это допускает Сов?т Р. и С. Д.". Письмо это часто цитируется, хотя гипербола, в нем заключающаяся, выступает со слишком большой очевидностью, если принять во вниманіе дату письма. Можно было бы допустить большую или меньшую объективность такой оц?нки со стороны раздраженнаго пессимизма военнаго министра, вынужденнаго выйти из состава правительства в конц? апр?ля. Но через шесть дней посл? акта 3 марта, в момент, когда военное в?домство приступило к радикальной чистк? команднаго состава и реформ? арміи?! Наканун? Гучков, в качеств? политическаго д?ятеля, на торжественном зас?даніи центральных торгово-промышленных организацій, гд? чествовали министров из промышленной среды, славословил до изв?стной степени революцію и говорил о прочности позиціи правительства — "никакіе заговорщики міра не смогут нас сбить с нея"... "Мы можем, — утверждал оратор, — не оглядываясь направо и нал?во, начать опять ту нормальную работу во вс?х областях нашей народной жизни, без которой этот переворот не им?ет смысла". Гучков был слишком большой "политик", и трудно учесть, в какой момент он был искренен, — в?роятно, никогда, в полной м?р?. Его органическая враждебность не только к "революціонной стихіи", но и к "революціонной демократіи", очевидна. Но в?дь именно вн?шнія выявленія представителей революціоннаго правительства, а не их внутреннія переживанія опред?ляли психологію момента и, что еще важн?е, повседневную тактику правительства. Формула, данная впосл?дствіи Гучковым на Государ. Сов?щаніи в Москв?, — "власть принадлежала безотв?тственным людям, а вся отв?тственность — людям безвластным" — не может быть признана в?рно передающей д?йствительность.

* * *

      Бытовое двоевластіе, которое Ленин принял за базу и за жизненный аргумент в пользу своего построенія, конечно, создалось с перваго дня. Мы уже вид?ли отчасти, как "стихійным ходом событій" расширялись функціи петроградскаго Сов?та и рождалось его вм?шательство в сферу государственнаго управленія. В первые дни — дни революціоннаго хаоса — это было почти естественно и, быть может, неизб?жно. Хаос н?сколько затянулся и, в?роятно, ни министр юстиціи, ни члены Исп. Ком. не могли бы объяснить, почему комендант (?!). Таврическаго дворца 20 апр?ля производил обыски и конфисковал бумаги на квартир? изв?стных д?ятелей Союза Русскаго Народа-Дубровина и Полубояриновой. Столь же в?роятно, что никто в Исп. Ком. не помышлял о двоевластіи, когда в этом учрежденіи принимались м?ры, ограничивавшія свободу печати, которая была объявлена в правительственных деклараціях в соотв?тствіи с требованіями демократіи. Очевидно, в силу фактическаго вліянія Сов?та на типографских рабочих Исп. Ком. была введена разр?шительная система для газет — разр?шеніе выходить означало наряд на типографію (всеобщая забастовка революціонных дней формально еще не окончилась). Газеты появились 5 марта — среди вышедших было и "Новое Время", не им?я на выход требуемой предварительной революціонной санкціи. Исп. Ком. реагировал на этот факт закрытіем газеты "впредь до особаго распоряженія". Газетам же "черносотенным", как "Земщина", "Голос Руси", "Колокол", "Русское Знамя", выход вообще был воспрещен. Можно допустить, что такая временная м?ра, диктуемая страхом перед контр-революціей в неспокойное еще время, была даже тактически ц?лесообразна, но она т?м не мен?е вызвала всеобщее порицаніе и литературных кругах. В газетах появилось негодующее открытое письмо Сов?ту заслуженнаго писателя, близкаго к трудовой групп?, Водовозова. П?шехонов вспоминает, как поднял он "скандал" в Исп. Ком. за попытку возстановить "разр?шительный порядок" для періодических изданій, отм?ненный царской властью посл? 1905 г. Ему отв?чали: "ничего не под?лаешь... Низы требуют"... Но оказалось, что в самом Исп. Ком. им?лись по этому поводу разногласія — склонность "тащить и не пущать" (выраженіе Суханова) проявили самостоятельно тамошніе "л?вые" без всякаго давленія со стороны; "низов" . Уже 10 марта под напором происходивших протестов "пятно на демократіи" было уничтожено — Исп. Ком. постановил, что "вс? изданія могут впредь выходить без предварительной санкціи". Самое интересное в этом скоропротекшем эпизод? то, что никто из протестантов даже не задался в то время вопросом: какое право им?л Исп. Ком. принимать ограничительный м?ры против печати? Еще меньше, повидимому, творившимся беззаконіем озабочено было Правительство, — никаких сл?дов, указывающих на его вм?шательство, найти нельзя .

* * *

      Такое бытовое двоевластіе, т. е., частичный захват правительственных функцій м?стными, самочинно создавшимися в революціонные дни организаціями, прокатилось волной по всей Россіи. Среди этих организацій Сов?ты, как таковые, далеко не занимали первенствующаго м?ста — как явствует из протокола Исп. Ком. 15 марта, Сов?ты (доклад бюро о созыв? съ?зда) к этому времени возникли только в 42 городах (как быстро росло число сов?тов, показывает тот факт, что на Сов?щаніи, которое собралось в конц? м?сяца, представлены были уже 138 сов?тов. Главенствующей формой были объединенные "Комитеты общественных организацій", выявившіеся в провинціи в весьма разнообразных комбинаціях . В этих комитетах им?ли своих представителей и сов?ты в качеств? самостоятельных организацій (подчас разд?льных — рабочих и солдатских). Там, гд? в р?дких случаях сов?ты являлись главенствующей организаціей, они далеко не носили узко классового характера — в н?которых провинціальных сов?тах на первых порах были даже кадетскія фракціи, а, наприм?р, в Харьков? во глав? Сов?та, главенствовавшаго в первые дни, стоял офиціальный член партіи к. д., избранный в Сов?т врачебными организаціями; в Ставропол? он носил "всесословный характер и включал м?щанских депутатов"; в Москв? в Сов?т первоначально входили представители инженеров, врачей, адвокатов и студенческих организацій. Важно отм?тить, что "посл?довательные соціалисты", к числу которых относили себя большевики, повсюду в. сов?тах составляли незначительный фракціи и не могли им?ть руководящаго вліянія . Сказать, как это д?лает Троцкій в своей исторіи революціи, что жизнь в губерніях и у?здах сосредоточилась вокруг сов?тов, значит дать очень неточную фотографическую картину того, что было. Признаніе петроградскаго сов?та в мартовскіе дни (запись в дневник? ген. Куропаткина 12 марта) "вторым правительством" на наш взгляд является глубоко ошибочным. Лишь публицистическим пріемом является утвержденіе "Рус. В?д." 9 авг. (Б?лоруссов), что "в первые четыре м?сяца Сов?ты были хозяевами Россіи". Детальная л?топись русской революціи первых дней могла бы зарегистрировать множество фактов проявленія анархіи на м?стах. Объективно оц?нивая, однако, эту революціонную стихію — в атмосфер? ея и рождалось "двоевластіе — скор?й приходится д?йствительно удивляться той легкости, с которой страна "переступила порог между самодержавіем и республикой" ("Хроника"). Недаром т? же "Русскія В?домости" в предкорниловскіе дни, когда велась в "цензовых" кругах острая кампанія против сов?тов, признавали, что сов?ты вносят "органическую спайку в анархическое движеніе".
      Причины развитія м?стнаго "правотворчества" лежали, конечно, не только в "стихійном ход? событій", однако было бы н?сколько упрощено по трафарету искать эти причины я "систематической безд?ятельности" министерства в. д., объясняемой идеалистическими настроеніями его руководителя. Может быть, лично кн. Львову и свойственно было, как говорит его біограф, преувеличивать силу "генія русскаго народа" и "великой мудрости народа" и отдавать им предпочтеніе перед "надуманными интеллигентскими р?шеніями"; может быть, тезис — народ свободно и по-своему устроит судьбу Россіи — и органически сплетается с міровоззр?ніем этого славяпофильствующаго земскаго и общественнаго д?ятеля, но не будем всетаки придавать слишком большое уже значеніе декларативным заявленіям и довольно безотв?тственным разговорам с газетными сотрудниками, которые обычно цитируются в исторических трудах для характеристики настроеній премьера. Прославленныя слова кн. Львова: "мы можем почитать себя счастливыми людьми: покол?ніе наше попало в наисчастлив?йшій період русской исторіи" (он ими закончил свою р?чь на объединенном зас?даніи "четырех дум" 27 апр?ля), были уже запоздалым отзвуком все того же почти всеобщаго мартовскаго пафоса . Пожалуй нарочитая "восторженность" премьера была уже анахронична, но она свид?тельствовала о не покидавшем кн. Львова оптимизм? даже в дни перваго правительственнаго кризиса.
      Красивая фразеологія нер?дко прикрывала весьма прозаическую д?йствительность. Так скор?е приходится толковать слова кн. Львова в газетном интервью 19 марта, принятыя Милюковым историком за "директивы" новым представителям администраціи, прі?зжавшим в Петербург и "неизм?нно" получавшим в министерств? указанія, которыя находились в соотв?тствіи с публичными заявленіями руководителя в?домства. Кн. Львов представителям печати сказал: "Временное Правительство см?стило старых губернаторов и назначать новых не будет. На м?стах... выберут. Такіе вопросы должны разр?шаться не из центра, а самим населеніем". Роль правительственных комиссаров Львов опред?лил, как выполненіе функцій "посредствующаго звена" между м?стными общественными комитетами и центральной властью. Зд?сь никакой "маниловщины" не было . Надо помнить, что р?чь шла о т?х временных правительственных комиссарах, которые в лиц? предс?дателей земских управ согласно распоряженію центра 5 марта зам?нили устраненную или самоупразднившуюся губернскую администрацію. Свое телеграфное распоряженіе министр внутренних д?л сд?лал не по собственной иниціатив?, как изображает в воспоминаніях Керенскій. а согласно постановленію Сов?та Министров 4 марта. Набоков считает эту "непродуманную и легкомысленную импровизацію" одним из "самых неудачных" правительственных актов и, вспоминая споры относительно обновленія администраціи на съ?зд? земских и городских д?ятелей, полагает, что в обстановк? 17 г. "изъятію" могли подлежать лишь "единицы". Предположеніе о возможности сохраненія в революціонном катаклизм? высшей административной и полицейской власти на своих м?стах столь противоестественно (искусственное сравненіе с 1905 г. малоподходяще), что д?лает критику просто совершенно отвлеченной. (Не забудем, что предреволюціонная думская агитація шла под лозунгом — "освобожденіе народа от полиціи" — р?чь Милюкова 15 февраля).
      Другим политическим д?ятелям первая административная м?ра Правительства казалась "в общем удачным шагом" (Мякотин). Конечно, если бы Временное Правительство, будто бы заран?е выбранное, предварительно нам?тило и отв?тственных комиссаров из популярных общественных д?ятелей на м?стах, эффект назначенія из центра получился бы иной. Представители стараго земства не всегда подходили к настроеніям эпохи и назначеніе их на пост губернских революціонных комиссаров вызвало тренія на м?стах . В доклад? Временному Комитету Гос. Думы его отд?ла "сношеній с провинціей" говорилось даже, что назначеніе комиссарами предс?дателей губернских и у?здных управ вызвало "общее недовольство". Правительство пошло "навстр?чу желаніям населенія" и предложило вм?сто непріемлемых для него "назначенных комиссаров" представлять своих кандидатов. Вот т? условія, при которых в центр? появилось газетное интервью кн. Львова.
      Можно ли сказать всл?д за Набоковым, что правительство считалось "не с действительным интересом, а с требованіями революціонной фразы, революціонной демагогіи и предполагаемых настроеній масс"? Зд?сь как раз правительство проявило ц?лесообразную гибкость и не дало переродиться м?стному "правотворчеству" в уродливыя формы анархіи. Еще вопрос: не привели ли бы посл?довательныя попытки административной опеки, т. е., назначенія правительственных комиссаров "поверх" создавшихся в дни переворота общественных организацій к большей дезорганизаціи, ч?м это было в март?.

III. Соціальная политика.

1. Роковая презумпція.

      М?стное "правотворчество" касалось не только сферы управленія — оно распространялось на вс? области жизни. Правительство как-то всегда и везд? опаздывало. Это и питало бытовое двоевластіе. В чем же был секрет? Правительство запаздывало отчасти из-за присущаго ему догматическаго академизма. Люди, составлявшіе первую генерацію временнаго правительства стремились дать стран? наилучшіе законы, не всегда считаясь с реальной потребностью революціоннаго момента .
      В области законодательных предположеній и разработки проектов д?ятельность Правительства была широка и плодотворна — с удовлетвореніем вспоминает Набоков. В поздн?йшей правительственной деклараціи 26 апр?ля перечислялось то, что сд?лано "призванное к жизни великим народным движеніем правительство за два м?сяца своего пребыванія у власти, согласно обязательству, скр?пленному "присягой" для осуществленія "требованія народной воли" (подразум?валось "соглашеніе" 2 марта): ..."наряду с напряженной д?ятельностью, посвященной текущим и неотложным нуждам государственной жизни, оборон? страны от вн?шняго врага, ослабленію продовольственнаго кризиса, улучшенію транспорта, изысканію необходимых для государства финансовых средств — оно уже осуществило ряд реформ, перестраивающих государственную жизнь Россіи на началах свободы, права. Провозглашена амнистія. Отм?нена смертная казнь. Установлено національное и в?роиспов?дное равенство. Узаконена свобода собраній и союзов. Начатакоренная реорганизація м?стнаго управленія и самоуправленія на самых широких демократических началах... Из необходимых для этой ц?ли законоположеній изданы уже постановленія о выборах в Городскія Думы и о милиціи. Выработаны и будутизданы в самом непродолжительном времени постановленія о волостном земств?, о реформ? губернскаго и у?зднаго земства, о м?стных правительственных органах, м?стном суд? и об административной юстиціи. Установлен планработы по составленію Положенія о выборах в Учр. Собраніе... В отношеніи устройства арміи... осуществляются демократическія реформы, далеко опережающія все, что сд?лано в этом направленіи в наибол?е свободных странах міра... Для подготовки к Учр. Собранію проекта справедливаго и согласнаго с интересами народа р?шенія великаго земельнаго вопроса образован Главный Земельный Комитет... Отношеніе Правительства к національным вопросам нашло себ? ясное и опред?ленное выраженіе в актах, идущих навстр?чу автономіи Финляндіи, в признаніи за Польшей прав на объединеніе и государственную независимость... Призванное к жизни великим народным движеніем, Временное Правительство признает себя исполнителем и охранителем народной воли. В основу государственнаго управленія оно полагало не насиліе и принужденіе, а добровольное повиновеніе свободных граждан созданной ими самими власти. Оно ищет опоры не в физической, а в моральной сил?. С т?х пор, как Врем. Правительство стоит у власти, оно ни разу не отступило от этих начал. Ни одной капли народной крови не пролито по его вин?, ни для одного теченія общественной мысли им не создано насильственной преграды".
      К сожал?нію, проза жизни требовала другого — не творческих предположеній, а творческаго осуществленія. Второго марта, когда опред?лялись "требованія народной воли", во имя сочетанія двух сил, совершивших революцію, были отброшены вс? соціально-экономическія программы, которыя неизб?жно и властно должны были выдвинуться на другой же день. Новое правительство оказалось без соціальной программы — без того минимума, который надлежало осуществить и переходное время, до Учредительнаго Собранія. Без такого удовлетворенія вождел?нных мечтаній масс никакая власть ни при каких условіях не могла бы "канализировать" (выраженіе Милюкова) революціонную стихію, ибо ее нельзя было успокоить и удовлетворить только словесным пафосом о политических и гражданских свободах. Когда впосл?дствіи б. лидер "цензовой общественности" на іюньском съ?зд? партіи к. д. говорил, что задача партіи "защитить завоеванія революціи, но не углублять ее", его слова не могли звучать в унисон с тогдашним воспріятіем масс, но и в дни мартовскаго "общенароднаго порыва" они были бы чужды.
      М?шало не классовое сознаніе буржуазнаго правительства, на котором революціонные демагоги строили свою агитацію. Нев?рно, что Временное Правительство представляло "интересы капитала и крупнаго землевлад?нія", несмотря на присутствіе в нем "н?скольких либеральных людей", как утверждал представитель читинскаго Сов?та Пумпянскій на мартовском Сов?щаніи Сов?тов. И не только он, но и вс? единомыслившіе с ним. Полк. Пронин вспоминает, как в. кн. Серг?й Мих. узнав о состав? временнаго правительства, зам?тил н?сколько поверхностно: "все богатые люди". "Князь — богач" — повторил о кн. Львов? Троцкій. Н?т, милліоны Терещенко и Коновалова рефлекторно не окрашивали политики "благов?рнаго правительственнаго синклита" (под таким титлом в церквах поминалась "революціонная" власть). Неудачный термин — "цензовая общественность" не покрывал собою Временное Правительство. Посл?днее далеко не представляло собою "гармоническое ц?лое", но, как ц?лое, оно пыталось не сходить с позицій арбитра между классовыми стремленіями — лидер "революціонной демократіи" Церетелли с полной искренностью мог говорить, что правительство не вело "классовой политики" .
      Правительство было в тисках той презумпціи, в атмосфер? которой оно возникло. От этого гипноза оно не могло окончательно отр?шиться, несмотря на грозные симптомы иногда клокочущей и бурлящей стихіи. В сознаніи в гораздо большей степени отпечатл?лся тот общій облик февральских дней, который побудил "Р?чь" назвать русскую революцію "восьмым чудом св?та" и внушил н?которую иллюзію политикам, что страна на первых порах может удовлетвориться своего рода расширенной программой прогрессивнаго блока: "в стран? н?т и признаков волненій и событій, возбуждающих опасенія" — говорил Родзянко на частном сов?щаніи членов Гос. Думы 5 марта. В критическіе часы впосл?дствіи в интимных бес?дах — как записывают современники — члены Правительства признавались, что они "вовсе не ожидали, что революція так далеко зайдет". "Она опередила их планы и скомкала их" — записывает ген. Куропаткин бес?ду с кн. Львовым 25 апр?ля: "стали щепками, носящимися по произволу революціонной волны". Д?йствительность была не так уж далека от безвыходнаго положенія, характеристику котораго давали посл?днія слова премьера. Жизнь довольно властно предъявляла свои требованія, и Правительство оказывалось вынужденным итти на уступки — творить не свою программу, а сл?довать за стихіей. Оно попадало между молотом и наковальней — между требованіями подлинной уже "цензовой общественности", маложертвенной и довольно эгоистично и с напором отстаивавшей свои имущественные интересы, и требованіями революціонной демократіи, защищавшей реальные, а подчас и эфемерные интересы трудовых классов — эфемерные потому, что революція, как впосл?дствіи выразился один из лидеров "революціонной демократіи", "инерціей собственнаго движенія была увлечена за пред?лы реальных возможностей" (Чернов). Эту "инерцію собственнаго движенія" проще назвать демагогіей, ибо вс? безоговорочныя ссылки па "жел?зную логику развитія революціи", которую на подобіе "лавины, пришедшей в движеніе, никакія силы челов?ческія не могут остановить" (Троцкій), являются попытками или запоздалаго самооправданія или безотв?тственнаго политиканства. Достаточно ярко выразил закон "инерціи" на мартовском Сов?щаніи Сов?та уфимскій делегат большевик Эльцин, не оторвавшійся еще тогда от общаго соціалистическаго русла и возражавшій "дорогому нам вс?м" меньшевику Церетелли; этот враг "государственнаго анархизма" линію поведенія революціонной демократіи опред?лял так: "она должна заключаться в том, чтобы выше и выше поднимать революціонную волну, чтобы не дать ей возможности снизиться, ибо... если эта волна снизится, то... останется отмель, и на этой отмели останемся мы... а Временное Правительство будет в русл? р?ки, и тогда нам не сдобровать".
      Мы не знаем, сум?ло ли бы правительство иного состава — правительство, рожденное на почв? большей или меньшей договоренности о войн? и соціальной программ? минимум, которую надлежало осуществить в "переходное время" — до Учр. Собранія , преодол?ть многообразную стихійную "лавину"; оно встр?тило бы к тому же большее противод?йствіе со стороны т?х классов, которые в общем поддерживали политику власти "цензовой общественности". Вокруг такого неизб?жно коалиціоннаго правительства могло бы создаться, если не однородная правительственная партія, то объединеніе партійных группировок, связанное как-бы круговой порукой — оно давало бы правительству большую базу, ч?

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40