Современная электронная библиотека ModernLib.Net

C первого взгляда

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Пейсли Ребекка / C первого взгляда - Чтение (стр. 15)
Автор: Пейсли Ребекка
Жанр: Исторические любовные романы

 

 


Луис же просто исчез, словно растаял в воздухе.

Сойер присел за бочонком с цветами. Он точно знал, где прячутся трое. Стоит им только дернуться, и он пристрелит их в ту же секунду. Но его беспокоил Луис. Где прячется этот подонок? Надо найти его прежде, чем он получит возможность доказать на деле свою дьявольскую сущность.

Слава Богу, что Сафиро, Тья, Асукар, Педро и Лоренсо в пещере!

– Сойер!

Сойер удивленно повернулся к дому. Откуда раздался этот крик?

– Лоренсо? – прошептал он.

Нет, этого не может быть, Лоренсо в пещере!

– Я с ним разделался, Сойер! – Лоренсо вышел из дома, победно держа над головой старинный меч крестоносцев. – Я убил его!

Сойер заскрипел зубами. Глухой старик открыто стоял на крыльце, и его в любой момент могли застрелить.

– Лоренсо, ложись! – крикнул Сойер, прекрасно зная, что тот его не услышит.

Он выбежал из-за бочонка и зигзагами помчался через двор, стреляя и уворачиваясь от свистящих пуль. Он прыгнул на Лоренсо и вместе с ним упал за порог.

С пола Сойер заметил того бандита, которого Лоренсо ранил мечом. Мужчина не умер. Он стоял, одной рукой зажимая рану на предплечье, а другой направляя револьвер на Лоренсо.

Сойер никак не мог встать – Лоренсо вцепился в него мертвой хваткой. На лестнице послышалось шарканье ног, потом грохот. Это Тья ударила бандита сковородой по голове, и тот рухнул на пол. Асукар погрозила ему камнем.

– Какого черта вы здесь делаете? – Сойер наконец отцепился от Лоренсо и вскочил. – Я велел вам идти в пещеру...

– Мы остались, чтобы помочь, Франсиско! – крикнула Тья. – И хорошо, что мы вернулись! Этот человек чуть не застрелил тебя!

– Где Сафиро? – спросил Сойер.

Асукар ударила камнем лежавшего без сознания мужчину по плечу.

– Сафиро в...

Но она не успела договорить. Со двора послышался пьяный крик Макловио:

– Сойер! Я зажег динамит!

– Боже правый! – Сойер был вне себя от злости. – А ну живо наверх! – приказал он старухам. – И захватите с собой Лоренсо!

Быстро перезарядив револьверы, он подбежал к окну и выпрыгнул во двор. Опять уворачиваясь от пуль, он помчался к хлеву, у порога которого стоял Макловио и преспокойно зажигал третью динамитную шашку. Две другие дымились у его ног.

Сойер вырвал динамит из рук Макловио, схватил с земли еще два горящих бруска и, сильно размахнувшись, бросил их в сторону дровяного сарая. Все три шашки взорвались почти одновременно. В воздух взметнулся столб огня. Раздался крик. Второй бандит был мертв.

– Ты убил негодяя, который там прятался, Сойер! – Макловио похлопал молодого человека по спине, достал из-за пазухи бутылку виски. – Я вспомнил, что у меня осталась еще одна бутылка. Я нашел ее в...

Сойер не дал ему договорить. Он понял, что только бессознательное состояние спасет старика от верной гибели поэтому втолкнул Макловио в хлев и уложил ударом в висок.

Он вышел во двор, собираясь вызвать Луиса на бой, но не заметил третьего бандита.

Зато Педро, стоявший у окна спальни, видел, как тот осторожно вышел из-за угла дома, остановился под самым окном и направил свой револьвер в спину Сойеру.

Старик открыл окно, схватил с пола свою рыболовную сеть и сбросил ее на негодяя. От неожиданности бандит уронил револьвер и заметался, запутываясь еще больше.

Пуля Сойера положила конец его мучениям.

Теперь остался один Луис.

Сойер расправил плечи, перезарядил револьвер и приготовился к драке с главным своим врагом.

– Луис! – крикнул он. – Выходи и сразись со мной один на один, сукин сын!

Готовый к удару с любой стороны, Сойер прошел по двору, побуждая Луиса сделать хотя бы одно неверное движение. Все его чувства были обострены. Ему казалось, что от Луиса должен исходить мерзкий запах, по которому можно найти подонка.

Вдруг раздался крик Сафиро.

Не помня себя, Сойер метнулся через двор, ворвался в дом и понесся вверх по лестнице.

Луис был в его спальне!

Он стоял посреди комнаты, прикрываясь девушкой, как щитом. В одной руке он сжимал револьвер, другой держал кинжал у горла Сафиро.

Страх впился в Сойера бешеным псом, но он быстро взял себя в руки. В схватке с таким человеком, как Луис, страх – плохой советчик.

Он заставил себя не смотреть на Сафиро и поднял взгляд на подонка. Ненависть рассеяла последние сомнения.

– Кажется, я тебя где-то видел, – заявил Луис. Противно улыбаясь, он смачно сплюнул на пол и вытер мокрые губы о плечо Сафиро. – Ты кто?

– Твой убийца, – холодно ответил Сойер.

Луис прижал кончик лезвия к нежной шее Сафиро. Тонкая струйка крови потекла по ее горлу. Девушка охнула от боли. Злобно хмыкнув, бандит взглянул на мужчину, который стоял на пороге.

– Я убью ее раньше, чем ты меня, – заявил он, – а если успею, то убью и тебя заодно, а потом разделаюсь с безмозглыми стариками, которые стоят у тебя за спиной.

Сойер слышал шарканье старческих ног и знал, что Педро, Лоренсо, Тья и Асукар стоят сзади. «Черт возьми! – мысленно выругался он. – Теперь мне придется спасать не только Сафиро, но и этих сумасшедших!»

– Ну, – сказал Луис, – кто из вас умрет первым? Может, моя ненаглядная кузина Сафиро?

– Ты ее не тронешь! – прорычал Сойер. – Она нужна тебе! Тебе нужен ее дар предвидения. Ради этого ты сюда и приехал, верно? Ты хотел ее похитить, чтобы она могла предупреждать тебя об опасности.

Сойер изобразил на лице улыбку.

– Ты Луис Гутиеррес, – произнес он, – самый грозный бандит в Мексике, и нуждаешься в няньке?!

Луис внимательно посмотрел на Сойера.

– Кто ты такой? – спросил он. – Я где-то тебя видел.

– Ты убил моего отца, мою мать, мою сестру и моего брата.

Луис пожал плечами:

– Я убил много отцов, матерей, сестер и братьев. Ну и что?

Сойер сдвинул брови:

– Твоя лошадь раньше принадлежала моему отцу. Это я гнался за тобой из Техаса. Помнишь ту мексиканскую деревушку?

Луис вздрогнул:

– Повелитель... Повелитель Ночи, – прошептал он.

– Да, так меня называют люди, – отозвался Сойер.

– Я... я думал, что убил тебя.

– Что ж, выходит, не такой ты меткий стрелок, как тебе кажется. – Сойер дразнил бандита. – Думал, я позволю себя убить? Нет, Луис, как видишь, я выжил. Выжил, чтобы найти тебя и покарать за то, что ты сделал с моей семьей, а заодно отомстить за смерть Хайме Кинтана. Ты убил слишком много людей и не заслуживаешь пощады.

Уверенный тон Повелителя Ночи еще больше напугал Луиса. Он понял, что надо бежать, и подтолкнул Сафиро к Двери, стараясь держаться подальше от разбойника, чье мастерство намного превосходило его собственное.

Кивком головы он велел старикам зайти в комнату, а потом выволок Сафиро в коридор.

– Сойер! – завизжала Сафиро.

Повелитель Ночи слегка приподнял дула своих револьверов, целясь Луису в лоб – единственное уязвимое место бандита, – и нажал сразу на два курка.

Но Луис успел пригнуться. Обе пули попали в стену. От выстрелов несколько небольших картин слетело с крючков.

Луис пятился к лестнице, увлекая за собой Сафиро и целясь в дверь комнаты, откуда должен был скоро появиться Повелитель Ночи.

Сойер и в самом деле хотел выскочить в коридор. Но Педро, Лоренсо, Тья и Асукар в панике заметались. Кто-то споткнулся, кто-то запутался, и все четверо рухнули на Сойера. Когда он наконец выбрался из-под стариков, Луис и Сафиро уже исчезли.

Сойер пробежал по коридору и слетел по лестнице вниз. Выскочив на крыльцо, он увидел, как Луис тащит Сафиро к Сладкоежке. Лошадь мирно пощипывала травку на опушке леса, а Джинджибер неподалеку что-то клевала.

Сойеру очень хотелось пристрелить подлеца Луиса, но он боялся убить Сафиро. Девушка боролась с негодяем и никак не могла вырваться.

– Убей его! – крикнул Педро, выбежав из дома. – Сойер, он сейчас сядет на лошадь и ускачет! Ты должен его убить!

– Стойте на месте! – крикнул Сойер. – Не выходите во двор!

Он рванулся к Луису, надеясь, что ему повезет. И Повелителю Ночи действительно повезло. Луис чуть не наступил на своенравную курицу. Джинджибер возмутилась. Закудахтав и захлопав крыльями, наседка подпрыгнула и клюнула наглеца в щеку.

От удивления и боли бандит потерял бдительность. Он отпустил Сафиро и замахнулся на курицу. Та еще больше разъярилась и не прекращала своих нападок – клевала его в лицо, грудь и руки.

Почувствовав, что ее отпустили, Сафиро отскочила в сторону и припала к земле.

Прогремел выстрел, и девушка увидела то, о чем так давно мечтала: Луис замертво рухнул на землю. Пуля Сойера пронзила его ледяное сердце.

Глава 19

Макловио вытаскивал трупы с территории Ла-Эскондиды, а Сойер осматривал четвертого бандита. Он крепко связал его и заткнул ему рот кляпом. Видеть подонка в доме Сафиро было невыносимо, поэтому Сойер выволок его во двор.

Сафиро, Тья, Асукар, Лоренсо и Педро стояли на крыльце и наблюдали за его действиями.

– Он еще жив, – сказала Сафиро. Разбойник застонал, повернул голову.

– Я передам этого подонка властям. – Сойер вытер пот со лба. – Его повесят, как преступника, Сафиро.

– Да, его повесят, но сначала он донесет на моих стариков. Это будет его последнее преступление перед казнью. Он отомстит нам. А потом сюда явятся полицейские. Они найдут Ла-Эскондиду и арестуют Макловио, Лоренсо и Педро.

Сойер посмотрел на Сафиро.

– Тогда что мне с ним делать? – спросил он. Девушка сузила глаза.

– Убей его, – сказала она.

Сойер еще никогда не убивал беззащитных. Одно дело – стрелять в вооруженного врага, и совсем другое – в связанного пленника.

Но он не стал спорить. Он был готов пойти на все, лишь бы избавить Сафиро от ее страхов.

Сойер достал револьвер, взвел курок и направил оружие на мужчину.

– Нет! – девушка слетела с крыльца, подбежала к Сойеру и сильно его толкнула.

– Сафиро, какого черта...

– Не могу, – произнесла она, – я очень боюсь, что этот подонок донесет на моих стариков, но я не могу позволить ему так умереть. Он лежит на земле, связанный, с кляпом во рту и совершенно беспомощный. Это... нехорошо! Нехорошо так убивать его, Сойер!

В этот момент Сойер отчетливо осознал, что любит ее. На всем свете нет другого такого же доброго, милосердного сердца, как у Сафиро.

Да она просто ангел!

Опустив револьвер, Сойер пошел к Сафиро. Ему хотелось обнять ее и крепко-крепко прижать к своей груди.

В это время бандит кое-как сел, потом, пошатываясь, поднялся на ноги. Револьвер в руке Повелителя Ночи сулил ему близкую смерть, но он не собирался встречаться с небесным Создателем, не попытавшись спастись. Бандит побежал.

На опушке леса его встретила Марипоса. Огромная кошка почуяла чужого. Одним прыжком она сбила бандита с ног и вонзила свои острые зубы в его горло.

Тот умер, не успев даже крикнуть.


Сафиро лежала рядом с Сойером. Была глубокая ночь, и они не волновались, что Тья застанет их вместе. Старики сильно устали и пошли спать, лишь только стало смеркаться.

Это была ее последняя ночь с Сойером. Он исполнил все о чем она его просила, и теперь ему незачем оставаться в Ла-Эскондиде.

Но девушка не хотела омрачать последние часы. Когда Сойер уедет, у нее будет время поплакать.

Можно будет плакать всю жизнь.

– Сойер!

Он навис над ней. Девушка почувствовала, как его горячая плоть уперлась ей в живот, и задрожала от возбуждения.

Он слегка вошел в нее, потом полностью вышел, стремясь воспламенить девушку этими дразнящими движениями. Сафиро ответила ему таким страстным и сладостным поцелуем, что Сойер с трудом удержал рвущееся с губ признание в любви. В эту ночь он любил Сафиро как никогда нежно, уносил ее к прекрасным вершинам блаженства, которые доступны лишь влюбленным. Держа ее в своих объятиях, упиваясь ее поцелуями и наполняя ее собой, он вдруг понял, что впервые в жизни занимается любовью с женщиной, ибо его близость с Сафиро была не простым соитием.

Они любили друг друга, и это была настоящая любовная близость – в полном смысле слова.

«Я люблю тебя», – говорил он ей, когда она дрожала от страсти.

«Я люблю тебя», – говорил он ей, когда они вместе достигли высшей точки наслаждения.

«Я люблю тебя», – говорил он ей, когда она прижалась к нему и нежно целовала, слизывала соленые капельки с его лица.

– Я люблю тебя, Сойер, – прошептала девушка, облизывая губы и не догадываясь, что эти капли на его щеках – слезы.


На другое утро, еще не открыв глаза, Сафиро уже знала, что Сойер уехал. Нежная ночь любви, которую он ей подарил, была его прощанием.

Девушка не могла плакать – горе было слишком глубоко. Она встала, повернулась, чтобы заправить постель. И замерла.

Все одеяло было усыпано розами. Пышные красные бутоны. Глядя на эти цветы, Сафиро всегда будет думать о Сойере. Сколько же раз он дарил ей розы? Так часто, что она не могла сосчитать.

Собрав розы, Сафиро положила их в корзину. Теперь каждый вечер перед сном она будет смотреть на них, трогать их. Скоро розы завянут, потемнеют и умрут.

Но ее любовь к Сойеру Доновану не умрет никогда. Она застелила постель, оделась и вышла из спальни, чтобы разбудить своих стариков и сообщить им об отъезде Сойера. Все рыдали, но девушка так и не заплакала.

День сменял другой, а она все не плакала. Дни складывались в недели. Наступила осень, грянули первые заморозки... и Сафиро поняла, что носит под сердцем ребенка Сойера.

Сидя на качелях, которые сделал ей Сойер, она наблюдала за ходившим в загоне Корахе.

Сойер уехал на Сладкоежке, а жеребца оставил в Ла-Эскондиде. Теперь Корахе стучал копытом по мерзлой земле.

Взгляд девушки упал на розовые клумбы. Бархатные листья поблескивали инеем. Казалось, цветы покрыты бриллиантовой крошкой.

Розы... Девушка вспомнила, как в день отъезда Сойер усыпал ее постель этими прекрасными цветами. Сердце ее сжалось.

Она положила руку на живот, и слезы наконец полились у нее из глаз.


Сафиро стояла, нагнувшись к грядке, и собирала семена, то и дело вытирая рукавом пот со лба. Ветер трепал ее волосы и юбку, но солнце пригревало по-летнему.

Девушка выпрямилась и с улыбкой взглянула на забор, которым Макловио обнес огород. Старик очень старался загладить свою вину – ведь из-за него прошлым летом сгорели все овощи.

Еще Макловио огородил два больших пастбища. Теперь у Панчи, Райо, Мистера и лошадей появились обширные выгулы. Там животные могли вдоволь бегать, резвиться и щипать травку.

На деньги, оставленные Сойером, монахини купили для Сафиро скот и птицу. Тья, Асукар, Педро и Лоренсо ухаживали за поросятами, овцами и курами. Мясо, яйца, шерсть и молоко они продавали в ближайших деревнях, а на вырученные деньги покупали все необходимое.

Все хорошо, думала Сафиро. Только ее сердце разбито навсегда. Всю жизнь она будет тосковать по Сойеру. Но ей не суждено увидеть его еще раз.

Смахнув слезы, она снова нагнулась и принялась собирать семена.

Неожиданно девушкой овладело какое-то странное чувство. Сначала она подумала, что это страх, но нет. Она дрожала не от холода и не от ужаса, а скорее от радости.

Что с ней происходит? Почему ей хочется прыгать, петь и плясать? Сердце ее вдруг встрепенулось. Сафиро сжала сапфир. Улыбка заиграла на ее губах, но она все еще не понимала, в чем причина столь неожиданной радости.

Приятное предчувствие захлестнуло ее теплой волной. Голова шла кругом.

Сафиро стояла в огороде и прислушивалась к себе, к своему внутреннему голосу.

И тут она поняла.

Подпрыгивая, она выбежала во двор. Юбка зацепилась за гвоздь, и ткань с треском порвалась, но молодая женщина не обратила на это внимания. Она летела по двору мимо Тья и Асукар, мимо Макловио, Лоренсо и Педро.

Когда она бежала к выходу из Ла-Эскондиды, то услышала крик:

– Сафиро! Я вернулся, Сафиро!

Она пошатнулась и ухватилась за дерево, чтобы не упасть, с нетерпением взглянула на ворота. Это был самый счастливый день в жизни Сафиро.

Наконец он появился. Верхом на Сладкоежке, в своем черном плаще, развевавшемся по ветру.

Сойер!

Сафиро хотела позвать его, но от радости не могла вымолвить ни слова.

За Сойером ехал фургон. Там сидели дети и невероятно уродливая собачонка.

Фургоном правил Аира. Девушка сразу поняла, что это он черные волосы, голубые глаза и ослепительная улыбка. За его спиной сидели Такер, Джесс и Дженна. У Такера были рыжие волосы и зеленые глаза, а у близнецов – русые волосы и карие глаза.

Красотка сидела рядом с Айрой и виляла хвостом. Казалось это животное окунули по крайней мере в десяток бочонков с разной краской, чтобы добиться столь пестрой расцветки. Она лаяла так радостно, как лают только очень любимые собаки.

– Сафиро!

Девушка подняла глаза. Этого мужчину она любила всем сердцем.

– Я вернулся. – Сойер спрыгнул с лошади и заключил Сафиро в свои крепкие объятия.

Она и не мечтала о том, что эти руки когда-нибудь вновь обнимут ее.

– Я привез своих братьев и сестру. – Сойер уткнулся в ее волосы. От радостного волнения у него кружилась голова. – Аира, – позвал он, – Такер, Джесс, Дженна! Идите познакомьтесь с Сафиро!

Дети вылезли из фургона, по очереди пожали руку Сафиро. Сойер спять прижал ее к своей груди.

– Городок, – прошептал он. – У меня есть деньги. Сейчас в школе каникулы, и дети не учатся. Я привез их с собой – моих братьев и сестру. Мы построим городок, Сафиро. С большим магазином, на прилавке которого будет стоять банка с леденцами.

Она не понимала, что он говорил, но это не имело значения. Главное, что он здесь. Он вернулся!

– У меня есть деньги, – повторил Сойер. – Мне пришлось еще немного побыть Повелителем Ночи. Каждый раз, выходя в ночной рейд, я думал о тебе, о твоей давней мечте жить в городке.

Молодой человек отстранился и заглянул в удивительные голубые глаза Сафиро.

– Ла-Эскондида будет городом, Сафиро! Мы построим дома, привезем сюда людей. Это будет настоящий город!

Но она не понимала. В голове ее билась одна счастливая мысль: он здесь, он стоит перед ней ее Сойер!

– Я добился помилования твоим людям, – сказал он. – Я солгал. Сказал властям Синнера, что своими глазами видел, как банда Кинтана застрелила Луиса и его людей. Я прожил в Синнере всю жизнь, и у меня там безупречная репутация. Шериф мне поверил. Сафиро, обвинения против твоих людей сняты. Власти простили Макловио, Лоренсо и Педро.

Слова Сойера наконец стали доходить до сознания Сафиро.

– Свободны, – прошептала она, – мои люди свободны!

– Да.

Сойер опять прижал ее к своей груди – так крепко, что она почувствовала, как бьется его сердце.

– Я люблю тебя, Сафиро. Мне кажется, я полюбил тебя с того самого дня, когда ты попросила меня сунуть голову в ведро с водой и утонуть. Пока я был далеко от тебя, я делал все возможное, чтобы поскорее вернуться в Ла-Эскондиду. Потому что здесь осталась моя любовь.

Сафиро смотрела на него сквозь слезы.

– Сойер, – прошептала она.

– Будь моей женой, Сафиро. Скажи, что ты выйдешь за меня замуж!

Она взглянула в глаза самого прекрасного мужчины на свете:

– Да, да, я выйду за тебя замуж, Сойер Донован.

Он нагнулся, чтобы поцеловать любимую, но тут заметил, что к ним спешат Макловио, Педро, Лоренсо, Асукар и Тья.

Сойер нахмурился. Тья несла какой-то сверток, и этот сверток шевелился.

– Сафиро, я принесла его! – задыхаясь, проговорила старая женщина.

В глазах ее светилась гордость. Когда Тья наконец убедили, что ее «милый Франсиско» стал взрослым мужчиной и полюбил Сафиро, она начала называть младенца своим внуком.

Сафиро забрала у Тья малыша и осторожно протянула его Сойеру.

Тот взял его дрожащими руками и в полном ошеломлении уставился на светловолосого ребенка с глазами точно такого же оттенка, как у Сафиро. Догадка озарила Сойера подобно тому, как первый рассветный луч озаряет тьму ночи. Он не находил слов, чтобы выразить свои чувства.

– Это твой сын, Сойер, – торжественно объявила Сафиро. – Хайме Рассел Сиро Донован.

«Хайме Рассел Сиро Донован», – мысленно повторил Сойер. Имя звучало не очень складно, но это не имело значения.

Его сын был самым прекрасным существом на свете, и сердце Сойера наполнилось нежностью.

Крепко прижимая к груди маленького Хайме, Сойер нагнулся и поцеловал Сафиро.

В этот момент Сойер понял, что, потеряв прошлое, он в конце концов обрел будущее. В Ла-Эскондиде. С самой красивой, самой нежной и удивительной женщиной в мире – Сафиро Марией Кинтана.

Эпилог

Сафиро вышла из маленького дома, расположенного в конце главной улицы, и направилась в центр города. Она улыбалась и махала рукой всем встречным. Оглянулась, ища глазами своих стариков.

Лоренсо и Макловио играли в шашки перед магазином. Джинджибер сидела на их столике и поклевывала клетки на доске. Завидев девушку, оба старика приветливо помахали ей, после чего Лоренсо заснул, положив голову прямо на курицу.

Сафиро прошла мимо конюшни, возле которой Асукар целовалась с мужчиной. Крепко выпивший любитель утех даже не сознавал, что ласкает женщину, которая годится ему в прабабки. Сафиро прыснула.

Перед церковью стоял Педро – как всегда, в белой робе и со связкой ключей на шее – и о чем-то оживленно беседовал с отцом Васкусом.

Священник помахал девушке рукой.

– Педро учит меня говорить на иврите, Сафиро! – крикнул он.

Опять засмеявшись, она пошла дальше. Впереди показался городской ресторанчик – красивая бело-голубая постройка с маленьким двориком, уставленным горшками с красной геранью. В кафе всегда было людно, ибо никто из горожан не мог устоять перед вкусными блюдами Тья. Вот и сейчас, заглянув в сверкающее окно ресторанчика, Сафиро увидела, как Тья хлопочет над столиком, за которым сидят улыбающиеся посетители.

Аира Такер Джесс и Дженна помогали Тья в кафе, когда приходили из школы. Они считали старую женщину своей бабушкой, а Тья, как и положено настоящей бабушке опекала их и баловала. Сафиро была рада, что братья и сестра Сойера тоже нашли в Ла-Эскондиде счастье.

Она прошла мимо ресторанчика и тут заметила Марипосу, сидевшую за кустом. Пума до сих пор сомневалась, что ей по нраву все жители городка, однако, ни разу никого не обидела.

Хотя нет, мысленно поправилась Сафиро. Однажды огромная кошка пробралась в магазин и столкнула с прилавка банку с леденцами. Но несколько рассыпанных по полу конфеток – Ч это ерунда в сравнении с тем, какой погром могла бы при желании учинить дикая кошка. – Марипоса! – позвала Сафиро. Пума подбежала к Сафиро, и дальше они пошли вместе. Вот наконец и полицейский участок. Он выглядел красиво и внушительно. Сафиро особенно нравились розовые кусты, пышно цветущие перед зданием тюрьмы. По ее мнению, цветы придавали пейзажу должную завершенность. Она открыла дверь и шагнула за порог. В кабинете, в большом кожаном кресле, сидел шериф Ла-Эскондиды и держал на коленях сына. Этот человек был ее муж.

С таким шерифом, как сам Повелитель Ночи, Ла-Эскондиде нечего было бояться.

– Сафиро! – Сойер улыбнулся. – Знаешь, я надеюсь, что сейчас в городке никаких преступлений не произойдет. А то этот шельмец не дает мне работать.

Сафиро взглянула на сына, Хайме Рассела Сиро, и улыбнулась, вспомнив ту новость, которую собиралась сообщить отцу мальчугана.

– Мама, а я запер папу в камере! – гордо заявил Хайме.

– Хайме! – ласково пожурила его мама. – Как же ты оттуда выбрался, Сойер?

Сойер обнял малыша.

– Пришлось пообещать ему поход в лес с ночевкой. Сафиро подошла к столу, потрепала густые вихры Хайме.

– Сойер, похожа я на кошку с птичкой в животе?

Сойер удивленно посмотрел на жену. Она неисправима! Сколько раз он учил Сафиро правильно произносить ее любимые пословицы, но она все равно их перевирала!

– Кошка... – Он пытался перевести ее слова. – Ты похожа на кошку, которая проглотила канарейку?

– Да, я так и...

– Ну конечно, ты так и сказала. Иди-ка сюда! У меня две ноги, так что найдется и тебе местечко.

Сафиро обошла стол и села к Сойеру на второе колено. Хайме тут же схватил ее сапфир и принялся с ним играть.

– Я пришла рассказать тебе один секрет, Сойер. Сойер ласкал ее щеку, подбородок, шею, плечо. Сколько бы раз он к ней ни прикасался, ему всегда было мало.

– И что же это за секрет, милая? Она положила руку себе на живот.

– У меня будет второй ребенок. Я узнала об этом сегодня утром от доктора Фернандеса.

Сойер нахмурился, потом улыбнулся:

– Когда?

– В январе.

Двое детей! Сойер был счастлив. – Сафиро...

– Будет девочка, Сойер, я знаю. Мы назовем ее Мерси Кармелита Пилар Инее.

Имя резало слух, но Сойер махнул рукой. Как Сафиро хочет, так и будет.

– Чудесное имя, милая! Лучше и не придумать! А теперь поцелуй меня.

Она припала к его губам. Когда этот нежный поцелуй наконец завершился, Сафиро взглянула на Сойера и подумала о том, как много он для нее сделал.

Ла-Эскондида стала настоящим городом. Здесь было все, о чем Сафиро мечтала. Сойер даже нашел городскую сплетницу, сеньору Моралес, которая считала своим долгом совать нос в чужие дела и разносить слухи по всему городку.

Сафиро чувствовала себя счастливой.

Конечно, не все шло гладко, но Сойер преодолевал все трудности.

Сафиро опять прильнула к губам мужа. И в этот момент ей в голову пришла замечательная мысль:

«Жизнь с Сойером – это действительно ложе из роз!»

Примечания

1

Перевод Н. Эристави

2

детка (исп.).

3

малышка (исп.).

4

Дьявол! (исп.).


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15