Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Слепой случай

ModernLib.Net / Остросюжетные любовные романы / Сойер Мерил / Слепой случай - Чтение (стр. 10)
Автор: Сойер Мерил
Жанр: Остросюжетные любовные романы

 

 


Они приземлились на зеленое поле среди каких-то закопченных кирпичных сооружений. Не сразу замершие винты создавали сильный ветер, трепавший волосы Эйлис. Волосы лезли в глаза и мешали смотреть, когда, выйдя из вертолета, она шла вслед за Марком к поджидавшему их неподалеку «Бентли».

— Этот проект реконструкции и развития также курируют профсоюзы, — пояснил Марк, указывая на ветхие здания вокруг.

В одном из этих зданий и помешалась дизайнер-ская фирма, где на столе, поцарапанном поколениями обивщиков, были расстелены два рулона ткани.

Марк пощупал плотный дамаск, где на бледно-бежевом фоне были вышиты золотые лебеди в обрамлении темно-зеленых лавровых венков.

— Это копил той обивки, которой были обиты кресла, когда театр Ридженси открывался в тысяча семьсот девяносто третьем году. — Марк пощупал вторую ткань. — А это воспроизведение обивки тридцатых годов девятнадцатого века.

Эйлис узнала темно-красную тисненую ткань, клочья которой она видела на креслах, когда впервые знакомилась с театром. Ткань была очень красивой, но, конечно, сильно уступала первым образцам.

— Какая тебе больше нравится? — вопрос этот прозвучал не так сухо и по-деловому, как обычно.

— А в цене между ними большая разница? — уклонилась от прямого ответа Эйлис.

— Обивочные работы оплачивает «Трайед». — Вновь тон его был сух и холоден. — Какая, на твой взгляд, лучше?

— С лебедями. С нею Ридженси затмит все театральные залы Лондона. А они успеют?

— Это будет срочный заказ. — И с этими словами Марк повел ее по лестнице в кабинет управляющего.

— Я должен извиниться, мистер Кимброу, — заговорил тот при виде Марка. — Если б я знал о вашем визите...

— Ничего, все в порядке. Это Эйлис Маккензи, мой компаньон. Мы остановились на ткани с лебедями. Нужно, чтобы все было готово через месяц.

Эйлис показалось, что управляющий чуть не поперхнулся. Тем не менее он быстро объявил:

— Конечно!

— Так, значит, к концу месяца вы успеете? — уточнил Марк, и управляющий согласно кивнул. — На следующей неделе меня не будет в Лондоне и за обивочными работами будет наблюдать Эйлис.

Эйлис замерла. Вот она — удача! Марк уезжает на целую неделю, она узнала это, даже не задавая никаких вопросов. Теперь все, что ей надо, это внести изменения в компьютерные данные таким образом, чтобы Марк не догадался, что деньги на костюмы ушли на закупку звукоаппаратуры.

На обратном пути Марк был в хорошем настроении и делился с ней своими планами насчет реставрации. Судя по всему, возрождение старых зданий увлекало его, и он собирался вернуть театру Ридженси былое величие.

В надвигающемся мраке вертолет их опустился на ярко-оранжевую площадку на крыше небоскреба. Когда они торопливо пробирались к лифтам, Марк крепко стиснул ее локоть. Растрепанные волосы молодили его. Он медлил отнять руку и шел немного ближе к ней, чем это было необходимо. Он напомнил ей, что им пора выбрать агентство и начинать рекламную кампанию.

— К среде я вернусь и просмотрю твои предложения, если ты не против.

Повернувшись к ней, он встретился с ней взглядом, и она почувствовала легкую дрожь, предвкушение встречи, наполнившее сердце радостью, несмотря на все, что она теперь знала о нем.

— Я не против, — сказала она.

К пяти часам в среду Марк еще не вернулся. Эйлис кончила работу, сделав и часть отложенного на завтра. Потом она выложила баночки «Вискас» в миску Ти-Эс и поставила ее возле двери в кабинет. Кот, демонстративно пренебрегавший делом, к которому был призван — ловить мышей, — моментально материализовался и с головой ушел в миску. В мире его интересовали только две вещи: еда и Марк Кимброу. Эйлис погасила свет и сунула ключ в замочную скважину, чтобы запереть служебную дверь.

— Я опоздал? — раздалось за ее спиной. От неожиданности она чуть не подпрыгнула.

— Нет. — Она резко обернулась.

Марк стоял, устало прислонившись к стене, опустив плечи. Галстук его был ослаблен, а верхняя пуговица рубашки расстегнута. Вид у него был осунувшийся, и в полумраке он казался старше своих лет.

— Ты голоден? Здесь рядом, за углом, гриль-бар «Плющ», — предложила она, решив, что вряд ли он сможет заниматься делами.

— Хорошая мысль. — Они направились в гриль-бар. — Прости, что опоздал. Меня целый день мучили совещаниями, так что у меня даже из головы выскочило, что я обещал быть.

— Ничего страшного, — великодушно заверила она его. Она болтала всю дорогу до гриль-бара и за столом. Марк же казался озабоченным и, похоже, слушал ее вполуха.

— Насчет рекламы у меня есть интересные предложения, но давай обсудим их в другой раз.

Вскинувшись на стуле, он усмехнулся:

— До такой степени плох?

— Ты про что?

— Неужели я так плохо выгляжу?

«Нет, выглядишь ты прекрасно, даже чересчур», — подумала Эйлис, но вслух сказала:

— У тебя действительно усталый вид.

— Да, я почти не спал эту ночь.

— Ну тем более надо хорошенько выспаться. Поговорим в другой раз.

Но в театре Марк сказал:

— Я обрел второе дыхание. Давай посмотрим, что там у тебя.

Отпирая кабинет, Эйлис колебалась. Деньги на рекламу — это львиная часть расходов. Марк будет смотреть предложения скрупулезнее, чем он это делает относительно куда меньших затрат. Лучше бы он делал это на свежую голову. Может быть, тогда он лучше оценил бы ее идеи.

— Ты уверен? Я ведь в театре каждый день...

Взяв у нее из рук ключ, Марк отпер дверь.

— Абсолютно уверен.

Примостившись у миски, Ти-Эс совершал свой туалет. Завидев Марка, он так и подпрыгнул и плавными движениями стал тереться о его брюки. Эйлис усмехнулась, а Марк, отстранив кота, вошел в кабинет.

— Каждое агентство я попросила представить еще и эскиз афиши. Дизайн будет варьироваться — для афиш, программок и билетов, — сказала Эйлис, вручая ему конверт с материалами одного из агентств, предложенных им самим. Марк разложил бумаги на столе.

— Хм... — произнес он, прочтя бумаги и посмотрев эскизный лист.

Эйлис передала ему материалы второго агентства. Взглянув на эскиз, он перевел взгляд на нее:

— Это лучше, согласна?

—Да.

Согнав урчащего Ти-Эс с кресла возле стола, она присела рядом.

Когда Эйлис передала Марку третий эскиз, глаза его заблестели.

— Вот это здорово! — он улыбнулся. — То, что надо. Если условия нас устраивают, давай остановимся на этом. Ладно?

Эйлис кивнула, стараясь не выдать своего волнения.

— Что это за фирма? — Нахмурившись, он изучал логотип. — «Уилкинс и Уилкинс»? Не слыхал о такой.

Эйлис перевела дыхание:

— Они начинающие. Только-только со студенческой скамьи. Снимают мансарду в Сохо. Но очень талантливые, ты же видишь.

— Невероятно талантливые. Но смогут ли они выполнить все наши требования?

Марк взял в руки эскиз, где на ярко-зеленом фоне четко вырисовывалась изящная фигура женщины в длинном облегающем платье и с пышной гривой рыжих волос. Одна из вьющихся прядей образовывала надпись: «Рената». Марк провел пальцем по буквам. Внизу более мелким шрифтом значилось название пьесы: «Невозможность».

— Уверена, что они все смогут. Они еще не раскрутились. — Услышав свой взволнованный задыхающийся голос, она сделала паузу, переводя дух. — Но очень, очень способные и моментально поняли идею, которую я так и не смогла втолковать двум другим фирмам.

— Так это, — Марк помахал эскизом перед ее носом, — была твоя идея?

— Что может быть лучше огненно-рыжих волос и краткой надписи «Рената». Весь наш проект будет строиться вокруг возвращения Ренаты на сцену. А пьеса — это уже вторично. Ну так что ты думаешь?

— Что я думаю? — Он взъерошил волосы. — Думаю, что ты невероятно талантлива, но... — он сделал упор на слове «но», — думаю, что еще стоит все это обговорить.

Эйлис почувствовала, что краснеет от неожиданного комплимента. Возможно, они все-таки, несмотря ни на что, смогут сработаться.

— Сначала о фирме. Меня не упрекнешь в том, что я не даю ходу молодым дарованиям у нас в Англии, но новички часто бывают не в состоянии выполнить заказ. Вовсе не потому, что собираются вас надуть, а просто не имеют достаточного опыта.

— Но они...

— Выслушай меня, Эйлис. Я не отказываюсь иметь с ними дело, но тебе придется скрупулезнейшим образом проверять все их счета, потому что у меня и своих проблем достаточно.

Ей хотелось спросить у него, что это за проблемы, но она решила не рисковать внезапно установившейся между ними доверительностью.

— Хорошо, с Уилкинсами я буду крайне осторожна, — сказала Эйлис.

— Договорились. Теперь относительно Ренаты. Строя всю рекламу на ней, ты сильно рискуешь. Если что-то с ней случится, спектакль успеха иметь не будет.

— Но она и спектакль — это единое целое. Я и пьесу писала с расчетом на нее. С наркотиками она покончила. Так что все нормально.

— А если она попадет в автокатастрофу или сломает себе ногу? — возразил Марк.

— Ты боишься за свои деньги?

— Ничего я не боюсь, — сказал Марк. — Реклама задумана прекрасно, но могут возникнуть проблемы. Об этом не следует забывать.

— Ладно, оставим это. У меня тут возникла еще одна идея.

Эйлис заметила, как тяжело вздохнул Марк.

Когда она поделилась с ним своим планом предварительной торговли билетами через собственную кассу и со скидкой, Марк отнесся к этому скептически.

— Но я хочу, чтобы на спектакле, знаменующем собой возвращение Ренаты на сцену, и публика была бы самая лучшая. Если зритель покупает билет заранее, значит, он ждет этого события. А мы получим доход еще до премьеры.

Не сразу, но в конце концов он принял ее план.

Этот субботний вечер Чонси Беддингтон пригласил ее провести в его обществе.

Взращиваемая на протяжении трех столетий роскоши рафинированность Чонси казалась Эйлис недостижимым верхом изысканности. «Он, конечно, невероятный зануда, — размышляла она, одеваясь, — но ведь одиночество — вещь не менее неприятная». Чонси, как всегда, был пунктуален, и в элитный частный клуб «Белый слон» они прибыли, когда столик их еще не был сервирован. Дожидаясь, они пили коктейль в гостиной, как вдруг позади себя Эйлис услышала женский голос:

— Чонси, как я рада вас видеть!

Обернувшись, Эйлис увидела Шармейн Кроун. Рядом стоял Марк Кимброу, сдержанно ей поклонившийся.

— И вас... м-м... — Шармейн оглянулась на Марка, ожидая подсказки.

— Эйлис Маккензи, — сказал Марк.

— Да-да, конечно! Как поживаете? — процедила Шармейн, в то же время ласково улыбаясь Чонси.

— Прекрасно, — ответила Эйлис, искоса бросив взгляд на свой наряд. Угораздило же ее надеть то же самое платье, что было на ней на приеме у Одри!

Чонси поспешил пригласить Шармейн и Марка выпить с ними. Шармейн в коротком черном платье с серебряной отделкой и огромным бантом сзади была в центре всеобщего внимания. От красовавшейся на голове ее серебристой вуали веяло тридцатыми годами.

— Я слышала, дела с вашей пьесой идут прекрасно, — сказала Шармейн. — Вы должны быть очень благодарны Марку за помощь.

— Но все творческие идеи принадлежат Эйлис, — сказал Марк.

Оторвавшись от бокала, Шармейн сердито на него посмотрела. «Ревнует, — догадалась Эйлис. — Несмотря на все свое богатство и красоту, Шармейн не очень-то уверена в Марке».

— Смотри, мой отец! — воскликнула Шармейн при виде седого почтенного джентльмена с такими же бледно-голубыми глазами, что и у нее. — Папа, — сказала она, когда мужчины обменялись приветствиями, — ты ведь помнишь Эйлис. На приеме у Одри мы все еще восхищались ее платьем.

Ферстон Кроун вежливо кивнул, однако Эйлис усомнилась в том, что он заметил ее на приеме у Одри.

— Вы, конечно, выжимаете максимум возможного из вашего наряда, надевая его так часто, — сказала Шармейн, переводя взгляд с Марка на Чонси и обратно.

От этого замечания Эйлис вспыхнула, но ответить не успела: официант пригласил их к столу.

На прощание Марк, встретившись взглядом с Эйлис, одарил ее неожиданно теплой улыбкой.

Столик Марка был возле их стола. К семейству Кроун и Марку вскоре присоединились еще какие-то немолодые люди.

— Наверное, слухи имеют под собой почву, — заметил Чонси.

— Слухи? Какие слухи? — Эйлис внезапно охватило какое-то тягостное предчувствие.

— Мне кажется, эта компания за столиком уговаривает Марка баллотироваться в парламент.

— Правда? — Стеснение в груди ее тут же прошло.

— Все они очень влиятельные политики, — пояснил Чонси.

Но эти люди Эйлис не интересовали. Слушая вполуха монотонные рассуждения Чонси о том, что зима, по-видимому, опять ожидается холодная, Эйлис украдкой поглядывала на Марка.

Когда герцог заказывал послеобеденные коктейли, Эйлис, извинившись, вышла в дамскую комнату. На обратном пути возле телефонов в вестибюле она увидела Марка.

— Эйлис, — сказал он, загораживая ей проход, — что ты делаешь завтра днем?

Глава 20

Из окошка «Ягуара» Эйлис разглядывала проносившиеся мимо пейзажи. Когда Марк спросил, что она делает в воскресенье днем, она ответила, что никаких особых планов у нее нет. К большому ее удивлению, Марк пригласил ее на пикник.

— Куда мы едем? — спросила она, отметив, с каким ленивым, расслабленным видом опирается он локтем о спущенное стекло. На нем были безукоризненно отглаженные белые льняные брюки и спортивная темно-синяя рубашка с короткими рукавами — костюм куда более свободный, чем ее темно-розовое, на бретельках летнее платье.

— За Пилдоун-Кроссинг. Не бывала там? — Он улыбнулся ей — легко, непринужденно, как не улыбался со времен Мексики.

Она покачала головой. Свидание. Он назначил ей свидание, а она и не догадывалась об этом вплоть до настоящего момента. Но зачем, если он почти официально помолвлен с Шармейн? Что он задумал? Конечно, отказывать ему и тем начинать новый период отчуждения она не станет, но она вовсе не желает, чтобы их отношения выходили за рамки чисто деловых.

— Тебе понравится. Кент — это цветущий сад Англии.

Они свернули с шоссе на дорогу, по обеим сторонам которой рос высокий папоротник. Марк умело, не замедляя хода, преодолевал рытвины, направляясь к небольшой деревеньке — кучке домов и лавок в окружении толстенных трехсотлетних дубов.

— Пилдоун-Кроссинг, — объявил Марк. Дубы смыкали над ними кроны, образуя величественный свод. Так проехали они несколько миль, после чего Марк свернул на совсем уж узкую дорогу с надписью «Уиндем-Хилл».

— Ну как тебе здесь? — спросил он, остановив машину возле старинного каменного дома.

«Точь-в-точь иллюстрация из путеводителя с изображением местных достопримечательностей», — подумала Эйлис, разглядывая ветхое здание. Дом по самые трубы зарос плющом. В узких оконцах играли солнечные зайчики. Тесный дворик был весь в цветах, там и сям видневшихся в нестриженой траве.

— Мне очень, очень здесь нравится! — воскликнула Эйлис, оглядывая одичавший розарий. В кронах высоких дубов гнездились сойки, а вдалеке раздался крик горлицы. — Кому принадлежит дом?

— Банку, — ответил Марк. — Осторожнее! — Он помог ей вылезти из машины.

— Скорее, скорее, осмотрим здесь все!

Он догнал ее, и они вместе заспешили по мощеной дорожке к входной двери.

— Электричество отключено, — сказал Марк, входя.

Винтовая лестница внутри придавала помещению вид сказочного замка.

— Сюда, пожалуйста. — Положив руку ей на плечо, Марк провел ее в просторный зал. — Это парадный зал, — пояснил он, показывая ей огромную комнату с деревянными балками, перекрещивающимися на потолке как церковные своды. С центральной балки свисала люстра, предназначенная для свечей.

— Гляди, какой камин! — воскликнула Эйлис. — Я, наверное, могу в него влезть, — сказала она и тут же попыталась это сделать.

Марк извлек ее из камина.

Они вошли в библиотеку. Эйлис не смогла скрыть восхищения и даже некоторой зависти: все стены от пола до потолка были заставлены дубовыми полками с сотнями томов в кожаных переплетах.

— Неужели хозяева, забрав мебель, оставили книги?

— Я думаю, мебель они продавали постепенно. А книги особой ценности, по-моему, не

представляют, — сказал Марк, выходя с ней вместе из библиотеки и направляясь в нижний холл.

Они взглянули на столовую с наборным паркетом орехового дерева и каштана.

— Я подумываю купить эту усадьбу. Мне нужно уединенное место недалеко от Лондона и с хорошим сообщением. Ты поддерживаешь идею?

Он обратил на нее невинный взгляд своих серых глаз. Поддерживает ли она идею? Да ее самой сокровенной мечтой было, скопив немного денег, купить себе загородный дом. Увы, мечта пока была невыполнима.

— Мне дом нравится. Очень нравится. Но он потребует больших восстановительных работ. Давай поглядим остальные помещения.

— Я собираюсь изучить историю строительства Уиндем-Хилла. Владелица усадьбы — престарелая леди, к тому же живущая в Португалии, сама не очень-то в курсе. Ей кажется, что лестницу делал Гринлинг Гиббоне, но она не уверена.

— Может, я помогу! — Слова эти сами собой соскочили с языка, прежде чем она успела подумать. — Я в такой работе разбираюсь.

— Чудесно. Я сейчас крайне занят. Ты только разузнай, кто, когда и что именно здесь строил, и тогда мы подумаем, как получше воссоздать недостающие архитектурные детали и мебель того времени.

Эйлис лишь покорно кивнула. Неужели он и вправду попросил ее помочь? Почему же он не обратился к Шармейн? Может быть, все не совсем так, как ей говорили? Ее бросило в жар. Она напомнила себе, как он после той ночи в Мексике даже не потрудился ей позвонить. Нет, в этот раз не стоит делать глупостей. Она не позволит себя обмануть.

Посмотрев комнаты верхнего этажа, остро нуждавшиеся в ремонте, они вернулись к машине и взяли сумку с продуктами и одеяло.

— Как здесь тихо! — прошептала Эйлис.

— Да, ближайшие соседи в Пилдоун-Кроссинг, — отвечал Марк. — А это в трех милях отсюда. В городе я слишком много общаюсь с людьми. Мне нужно уединение.

На полянке между голубых барвинков вился ручей. Они расположились под вязом у самой воды. Марк опустил на траву сумку с провизией.

— Подходящее местечко, ты не находишь?

— Отличное.

Разложив на траве одеяло, он расправил его и похлопал по нему, приглашая Эйлис сесть. Она опустилась на клетчатую ткань. Аромат лютиков мешался с запахом влажной земли и росистой травы. Марк с улыбкой выкладывал на одеяло немыслимое количество всяческих припасов.

— Из «Фортнем и Мейсон»? — спросила Эйлис, разглядывая лососину, паштет из дичи, ассорти всевозможных колбас и разнообразнейших сыров.

— От Камбербатч, — ответил Марк, извлекая из сумки бутылку вина.

— Откуда?!

— Это моя домоправительница, миссис Камбербатч все приготовила. Конечно, в ее годы это нелегко. — Из другого свертка Марк вытащил еще и грудку индейки, а к ней какой-то немыслимый соус, названия которого Эйлис не знала. — Она ворчит, когда я бужу ее среди ночи и прошу приготовить к утру провизию для пикника. После шестидесяти они все с норовом.

После шестидесяти? С норовом? О Марке заботится старуха? Эйлис невольно улыбнулась. Видимо, идея пикника возникла внезапно. А думал он поначалу совсем о другом... Что ж, значит, заставив Шармейн ревновать, она оказалась права. И опять вспомнился их мексиканский вечер. Несмотря на все обиды и изменившееся отношение к Марку, ее охватило то же смутное волнение.

— Вина? — спросил Марк, протягивая ей бокал «Шардоне». Эйлис взяла бокал из его рук.

Следующие два часа они дружески болтали, обсуждая, как привести в порядок Уиндем-Хилл, и уплетая деликатесы от миссис Камбербатч. Эйлис пыталась сохранять между ними психологическую дистанцию, но в глубине души сожалела о своих разочарованиях.

Когда они наконец расправились с провизией и уложили в сумку все обертки, Марк улегся на одеяло. Он лежал, глядя вверх в густую крону вяза. Эйлис решительно смотрела в другую сторону, Марк, конечно, выглядит очень привлекательно, но избави ее боже обращать на это внимание.

— Эйлис, — Марк перевернулся на бок и оперся на локоть, — я хочу кое-что тебе объяснить насчет «Виндзор эрлайнс».

Эйлис постаралась не выдать повышенного интереса, но, судя по промелькнувшему на лице Марка выражению, не преуспела в этом.

— В Мексике я был с тобой не до конца откровенен. Я знал тогда, что у «Виндзор» неприятности, и уже решил дать компании денег, чтобы помочь ей решить свои проблемы. Мне надо было так тебе сказать это, а не морочить голову своими отношениями с профсоюзами.

И Эйлис опять увидела усталые морщинки возле его глаз — весь день они были как-то незаметны. Она прилегла рядом с ним, уютно примостившись у него под мышкой.

— Ничего, все в порядке.

— Абсолютная честность прежде всего. Я должен был сказать тебе об этом.

— Перестань, Марк, — и Эйлис улыбнулась очаровательнейшей из своих улыбок, — это я должна просить у тебя прощения... за всю эту историю с освидетельствованием на наркотики. Я ничего не поняла тогда...

Но Марк, не дав ей договорить, обнял ее. Эйлис расслабилась, позволяя ему целовать ее. Ничего, теперь она ученая, она еще обведет его вокруг пальца. С тихим стоном Марк прижал ее к себе. В серых глазах его читалась страсть. Марк вновь приник к ней с поцелуем. Его язык медлил, не желая оторваться от ее языка. Он целовал ее полуоткрытый рот до тех пор, пока бурление крови в ее жилах не заглушило щебета птиц и пения ручья. Когда он положил руку на ее грудь и стал ласкать отвердевшие соски, она почувствовала горячую влажную волну желания. Нет, нет, больше этого не будет, не должно быть! Просунув руку между своей и его грудью, она оттолкнула его.

Черт! Марк опрокинулся на спину. Он презирал себя за это, но все равно желал ее и ничего не мог с этим поделать. Листва была пестрой, то освещаемая солнечными лучами, то погруженная в тень. «Совсем как Эйлис, — подумал Марк. — То свет, то мрак, то да, то нет, и так все время».

— Эйлис, чего тебе в конце концов надо?

— Марк... это невозможно.

Он сел и внимательно посмотрел на нее снизу вверх.

— Да почему же, черт возьми?

Она тоже села, подобрав под себя голые ноги, и поглядела на него с робкой улыбкой:

— Мы деловые партнеры.

— И в Мексике между нами ничего не было?

Он старался, чтобы замечание это не прозвучало саркастически, но, судя по выражению ее лица, видимо, все же попал в точку.

— Не должно было быть. Просто мне надо было...

— С кем-то переспать? — перебил он. Эйлис застенчиво кивнула, залившись краской. — Нет, тебе надо было нечто иное, большее. Ну что, Стивен тебе это дал?

Она покачала головой, и ее золотистые волосы рассыпались по плечам. «Так разреши мне дать тебе это», — подумал Марк, Отвернувшись, она глядела на березовую рощицу за лугом. Он взял ее за подборо-док, повернул к себе:

— А от меня чего тебе надо?

— Я хочу, чтобы мы были друзьями. Сначала только друзьями, а там будет видно. Я очень одинока, запуталась, нервничаю из-за моей пьесы. Это неправда, что мне надо было с кем-то переспать. Просто сказать так было легче, чем признаться, что мне страшно. Давай не спешить, а там посмотрим.

— Хорошо. Давай не думать о завтрашнем дне, но и себе давай не лгать. Не будем притворяться, что между нами ничего нет. — И он обнял ее обнаженные плечи.

Эйлис прижалась к нему, приникла головой к плечу. Знает ли она, что делает с ним своими прикосновениями? Он привез ее сюда, чтобы побыть с ней наедине. Ее искренний восторг при виде Уиндем-Хилла отвечал его собственным чувствам. Марк не сомневался, что нравится ей. Так что же удерживает ее? Стивен? Бывший муж? Чонси?

Они долго сидели так, молча следя, как пурпурный шар солнца опускается за деревья, как удлиняются тени, протягиваясь по цветущему лугу.

— Нам пора, — сказал Марк, с неохотой отрываясь от нее.

Возле машины они, взявшись за руки, оглянулись на дом. Небо стало сумеречно-лиловым. Заходящее солнце еще бросало нежно-розовые отблески на увитые плющом стены.

— Грустно уезжать отсюда, — сказала Эйлис, теснее прижимаясь к Марку.

— Мы... — Он хотел сказать «вернемся», но не сказал.

На обратном пути в Лондон Марк поддерживал обычный легкий разговор. Эйлис все еще требовалось время. Однако сегодня, он чувствовал, он продвинулся дальше, чем за три последних месяца. Прощаясь с ней возле ее дома, он напомнил о необходимости строго контролировать расходы и не превышать бюджет.

— Особенно следи за расходами на рекламу и не забудь про кресла в зале.

— Да, сэр! — Она шутливо отсалютовала ему, глядя на него сквозь свои невероятные ресницы. — Что-нибудь еще, сэр?

— Позвони моему секретарю, если будут какие-нибудь затруднения. Они окажут помощь или свяжутся со мной, если будет нужно.

— Марк, — она сделала шаг к нему, приблизилась вплотную, так, что он чувствовал сквозь тонкую рубашку ее напряженные соски, — это был чудесный день.

Встав на цыпочки, Эйлис обвила рукой его шею и поцеловала Марка в щеку. Черт! Нет, так просто он ее не отпустит! Марк притянул ее к себе, жадно целуя нежный рот, пока, ослабев, она чуть не потеряла равновесие. Вдыхая чудесный цветочный аромат ее духов, Марк гладил Эйлис по обнаженным плечам и чувствовал, как по коже ее ползут мурашки.

Ему хотелось, чтобы она вновь и вновь повторяла его имя восхитительным, волнующим голосом, но он заставил себя оторваться от нее.

— Да, ты права, — с ехидной улыбкой произнес он. — Между нами, конечно же, ничего нет.

Глава 21

— Вас спрашивает мистер Кимброу, — крикнул Эйлис помощник режиссера.

Поглядев в гримировальное зеркало, она поправила прическу, быстро проведя по волосам щеткой, и потянулась было за помадой. «Нет, — тут же решила она, — не надо давать ему повода думать, будто я прихорашиваюсь для него». Она спустилась в зал, где в заднем ряду тут же увидела высокую фигуру Марка. Сердце ее сжалось. Поскольку новая звуковая система не включена, догадаться о том, что она сделала, Марк не может. Но когда включат свет, заметит ли он, что микрофоны стали другие — меньше?

— С возвращением, — шепнула она, опускаясь в кресло рядом с ним.

— Привет, — и в ту же минуту внимание его опять поглотила репетиция.

Глядя на него краем глаза, Эйлис заметила, что вид у него опять усталый и что он оброс и нуждается в стрижке. Судя по всему, он вернулся недавно — день или два назад, не больше. Обратит ли он внимание на перевод предназначенных на костюмы денег в счет оплаты новой звуковой системы? Если да, то легко догадаться, как он отнесется к этой не совсем законной операции. Он ведь совершенно ясно заявлял — никаких оплат сверх положенного.

Повернувшись к Марку, она одарила его одной из своих совершенно неотразимых улыбок и кивком головы указала на сцену:

— Ну как?

— Впечатляет. Театр совершенно преобразился. Обивка замечательная. Не было никаких осложнений?

— Нет. Работа завершена. — Она подняла взгляд и увидела, что он смотрит на нее с пристальным интересом. Она вытерла о джинсы вспотевшие ладони.

— Я потом погляжу еще, повнимательнее, — шепнул он и стал смотреть на сцену.

Эйлис подавила смешок. Марк прочел ее пьесу, но на репетициях ни разу не был. Сегодня он впервые видит ребят из массовки. Зрелище живописное сверх всякой меры: кожа, металлические цепочки, мертвенно-бледная косметика на щеках и вымазанные темной помадой и темными тенями рты и веки. Картина не для слабонервных. Однако Марк неудовольствия не высказывал.

— Ну что, хоть капельку похоже на заплесневелую дыру, в которую я привела тебя в первый раз? — спросила Эйлис, когда репетиция окончилась и они с Марком вышли в фойе.

Он покачал головой, не сводя с нее взгляда, и это вызывало сладкое головокружение. Он даже не притворяется, что глядит по сторонам! Войдя в кабинет, Марк первым делом согнал со своего кресла Ти-Эс.

— С рекламой все в порядке? — спросил он, усаживаясь.

Эйлис показала ему сделанные Уилкинсами афиши. На все ее пояснения Марк только молча кивал и все смотрел, смотрел на нее. Она не чувствовала под собой ног от возбуждения, сладостного предчувствия. Она столь остро ощущала присутствие Марка, что приходилось напоминать себе: он не достоин доверия. Ей стоило большого труда не сознаться во всем, не попросить прощения. Когда она передавала ему компьютерные распечатки счетов и бумаг за последние две недели, его строгий серьезный взгляд не на шутку испугал ее. Но он не стал ничего читать, а сунул их в атташе-кейс, и без того переполненный.

— Просмотрю потом, — сказал Марк.

Эйлис мысленно вознесла молитву, чтобы у Марка было поменьше времени. Наверняка найдутся дела поважнее. Если ей повезет, она успеет подчистить бумаги и вернуть деньги куда следует.

Отложив в сторону атташе-кейс, Марк, казалось, ждал чего-то от Эйлис. Интересно, думает ли она о нем так же много, как он о ней? Он насилу дождался встречи. Неделя без нее тянулась долго и казалась настолько пустой, что это даже пугало его.

— Ну вот и все, — сказала Эйлис.

Она, конечно, не догадывалась, как сильно билось его сердце. Каждое ее движение, даже самое невинное, для него было полно немыслимой притягательности. Знает ли она, как сексуально выглядит в этих джинсах? Он заметил, что под грубым свитером лифчика у нее нет, и подумал, что, видно, она вообще его не носит.

— Мне надо заскочить в «Трайед». Я ведь приехал ночью и нигде еще не был.

— Да, конечно, — ответила она и поспешила к двери, пропуская его вперед.

— Не так быстро, — усмехнулся он, — мне надо еще с тобой поговорить.

Эйлис медленно вернулась в комнату.

— Да? — ее голос прозвучал как-то неуверенно.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22