Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Перри Родан (№3) - Бессмертие

ModernLib.Net / Научная фантастика / Далтон Кларк, Мар Курт, Шер К. Х. / Бессмертие - Чтение (стр. 17)
Авторы: Далтон Кларк,
Мар Курт,
Шер К. Х.
Жанр: Научная фантастика
Серия: Перри Родан

 

 


Родан немного посовещался с водителями двух других машин.

Ответ Булли был однозначен:

— Мы должны пробиться! Чем быстрее, тем лучше!

Крэст принял следующее решение:

— Определите, что нужно делать, Родан. Я выполню ваши указания.

Родан решил пробиваться. Тем не менее, он пытался обеспечить экспедиции надежный тыл. Поскольку Танака Сейко вышел из строя из-за головных болей, Дерингхаус получил задание связаться со «Звездной пылью» и обрисовать Торе ситуацию.

Дерингхаус дал позывные и ждал подтверждения. Его не было. Он попробовал еще раз — по-прежнему безуспешно.

Родан запросил другие машины. Они отчетливо приняли позывные Дерингхауса.

Дело было не в передатчике.

Но «Звездная пыль» больше не отвечала.

25.

Тора была слишком погружена в разговоры по телекому, связывающие между собой три экспедиционные машины, чтобы по первому же завыванию аварийных сирен определить, в каком секторе корабля не все в порядке. Она вскочила, испуганным взглядом уставилась на приборную панель и не находя неправильных показаний, почувствовала, как ее охватывает паника.

— Все устройства нейтрализаторов работают вхолостую! — прокричал интерком сквозь вой сирен.

Голос инженера звучал с раздражением и нетерпением. Он привык к молниеносной реакции Родана, а не к панической медлительности арконидки.

— Что нужно делать? — спросила Тора в ответ.

Потом ей пришло в голову, что мужчина не понимает ее языка. Она повторила вопрос по-английски.

— Это я хотел бы узнать от вас! — закричал инженер, которого выход из строя его генераторов, очевидно, заставил отказаться от проявления должного уважения.

— Что случилось с защитными полями?

— Они еще исправны. Нейтрализационный экран полностью вышел из строя, но я могу удержать корабль с помощью двигателей.

Вой сирен смолк. Когда снова воцарилась тишина, с Торы спала часть вызванной испугом нервозности.

Тора связалась с локацией.

— Вы можете что-то определить?

— Нет. Экраны стали совсем черными.

Тора включила большой обзорный экран центрального поста управления. Раньше он был однородно серым, теперь же он был заполнен такой же однородно черной пустотой.

Арконидка подбежала к приемнику, по которому она еще несколько минут тому назад слышала, как переговариваются между собой три гусеничные машины. Она не отключала его. Но он молчал и даже не издавал тихих аварийных шумов.

Тора начала понимать, что здесь происходит что-то такое, чего с ней еще никогда не случалось. Она хотела, чтобы вернулся Перри Родан, чтобы он мог дать ей совет, и одновременно проклинала его, потому что он осмелился оставить ее на этой чудовищной планете наедине с этим кораблем-великаном.

«Кто-то должен выйти наружу, — было ее первой мыслью. — Мы должны узнать, что делается снаружи».

Второй мыслью было, что никто не решится выйти туда, и она никого не могла упрекнуть в этом.

Отозвался интерком.

— Снаружи все кишит призраками, мадам!

На небольшом телеэкране показалось лицо Вуриу Сенгу, «дозорного».

Тора кивнула.

Она вспомнила об открытии, сделанном Реджинальдом Буллем несколько часов тому назад в связи с обстрелом дезинтегратором светящегося существа. «Звездная пыль» располагала целым рядом другого оружия. Может быть, одно из них поможет.

— Придите на центральный пост управления, Сенгу! — приказала Тора японцу.

Сенгу кивнул и отключил связь.

Тора приказала командному пункту привести в готовность импульсные излучатели и нейтронные пушки. Когда в помещение центрального поста управления вошел Сенгу, готовность была подтверждена.

— Траекторию термического импульсного излучателя вы легко можете распознать, — распорядилась Тора. — Командный пункт через несколько секунд откроет огонь. Я хотела бы, чтобы вы сказали мне, чего мы этим добьемся.

Вуриу Сенгу приготовился. Он неподвижно смотрел на то место, которое сам выбрал для себя: на стену центрального поста управления, и если бы кто-то не знал, что японец обладает способностью усилием воли так настроить свое оптическое восприятие, чтобы видеть сквозь кристаллическую структуру любой материи, то посчитал бы его за человека, глубоко погруженного в решение серьезной проблемы.

— Огонь! — приказал Тора.

Она следила за реакцией Сенгу.

В течение минуты он смотрел сквозь стену. Тора увидела капли пота у него на лбу. Она хотела задать ему вопрос, но знала, что бесполезно мешать его сосредоточенности.

Внезапно он упал ничком.

— Прекратить! — прохрипел он. — Немедленно!

— Прекратить огонь! — крикнула в ответ Тора.

Сенгу упал в кресло. Его дыхание было таким частым и порывистым, что понадобилось некоторое время, пока он смог произнести первые слова.

— Они заглатывают — все. Термолучи проникают в их тела, но не пронзают их. Свечение становится более интенсивным, а размер этих существ увеличивается. Это выглядит так, словно они вбирают в себя энергию выстрелов.

Сенгу не знал того, что знала Тора: что Булль несколько часов тому назад уже проделал подобный эксперимент.

Она задумалась о том, следует ли ей осуществить вторую попытку с нейтронным излучателем. Нейтроны были частицами, то есть не энергией в прямом смысле этого слова. Может быть…

— Внимание! — закричал Сенгу. — Они приближаются!

Тора почувствовала себя до обидного беспомощной.

— Что они делают? — спросила она, чуть дыша.

В следующий момент она сама узнала об этом.

Корабль сотряс мощный толчок. Тора упала на пол, а когда через несколько секунд абсолютного ужаса поднялась снова, почувствовала, что ее вес увеличился по меньшей мере втрое.

Сенгу погрузился глубоко в кресло, глядя сквозь стену.

— Они подошли совсем близко, — прохрипел он. — Они сидят на наружной стенке.

Чей-то голос прокричал по интеркому:

— Силовая установка работает только на семьдесят процентов! Нейтрализационные поля внутри корабля ослаблены!

Это был инженер, и на этот раз в его голосе было больше страха, нежели нетерпения.

Тора встала и поплелась к микрофону.

— Попытайтесь стартовать! — тихо прошептала она.

Ее тело было словно с силой вжато в слишком тесный панцирь, затрудняющий дыхание.

— На вашу ответственность, мадам! — ответил инженер.

На приборной доске заиграли огоньки, когда инженер начал осуществлять управление кораблем на техническом пульте управления. Тора смотрела на лампочки, словно никогда их раньше не видела, ожидая успокаивающего зеленого света стартового сигнала.

ОН появился. Одну секунду, две секунды, три секунды он ярко светился на панели, потом снова погас, а корабль не шевельнулся.

— Вышла из строя силовая установка! — доложил инженер, и сознание того, что он теперь уже ничего не может сделать, кажется, вернула ему спокойствие.

Вуриу Сенгу глухо застонал.

— Они стали огромными, огромными…

— Мы должны что-то сделать! — воскликнула Тора.

Она сделала шаг к Сенгу.

В этот момент что-то произошло. Ее бросило вперед, и она упала во второй раз за последние несколько минут.

Удар был сильным. Немного смущенно она выпрямилась и посмотрела на Сенгу. Встав, она заметила, что тяжесть спала с нее и что вес ее тела снова стал нормальным.

Японец улыбнулся.

— Они ушли, мадам, — спокойно сказал он. — Они исчезли совершенно неожиданно.

Тора огляделась, словно ища причины этого чуда где-то в помещении центрального поста управления.

Ее взгляд упал на экран осциллографа структурного зонда. На нем неподвижно светились смодулированные синусоидальные колебания передачи неизвестного, ради которого Родан предпринял этот рискованный полет.

Она невольно посмотрела на часы.

Передача была точна, как всегда.


Родан уже принял решение прервать экспедицию и вернуться на «Звездную пыль», когда корабль снова ответил. Он завел машину и крутанул руль, чтобы развернуться, когда Дерингхаус за его спиной закричал:

— Они снова здесь!

— …Родану. «Звездная пыль» командиру Родану! — прозвучало в телекоме.

Это был голос Торы, и Родан не помнил, чтобы когда-нибудь слышал его таким запыхавшимся. Он быстро рванул к себе микрофон.

— Родан слушает. Что с вами случилось?

Шум, предваривший ответ, с таким же успехом мог быть и вздохом облегчения, и атмосферными помехами.

— Мы подверглись нападению, — сказал Тора. Она дала смущенный, но подробный отчет о событиях последних минут.

Поняв ситуацию, Родан перебил ее.

— Вы можете стартовать? — спросил он.

— Теперь да.

— Стартуйте и держитесь до получения моего сообщения на безопасной высоте, скажем так: два миллиона метров. Я не думаю, что эти светящиеся существа могут подняться так высоко.

— Хорошо. Но какой в этом смысл?

— Мы находимся в котловине, и когда мы узнаем, что представляет собой это сборище светящихся существ, поселившихся здесь, то я хотел бы, чтобы вы на «Звездной пыли» совершили посадку в этой котловине. Я сообщу вам координаты.

Тора, видимо, расстроилась, но Родан не обратил на это внимания.

— Поддерживайте с нами постоянную связь! — велел он ей.

У Родана было собственное мнение относительно происшествия, жертвой которого чуть было не стала «Звездная пыль». Не было никакого разумного объяснения тому, почему светящиеся существа вдруг ушли от корабля. Получается, что совпадение по времени их возвращения с передачей неизвестного следует воспринимать как помощь.

Было ли это как-то связано между собой? Была ли форма энергии, с помощью которой неизвестный вел передачи, именно той, которую майор Ниссен искал уже в течение нескольких часов?

Докладывал Крэст.

— Родан, учитывая обстоятельства, вы действительно собираетесь пробиваться?

— Хочу ли я этого! — сказал Родан. — Вокруг нас, можно сказать, нет экранирующих полей, то есть ничего, что может подогреть аппетит светящихся существ.

Он уповал на то, что никто не заметил его обмана. Светящиеся существа проглотили обладающее малым запасом энергии излучение прожектора ультракрасного света, поэтому следовало ожидать, что они гораздо больше заинтересуются мощным полем нейтрализации силы тяжести.

Но у Родана была одна идея.

— Колонна, марш! — сухо приказал он.

Его машина снова поехала впереди. Он неторопливо приближался к передней полосе светящихся существ, тысячи которых все еще плясали в темноте котловины.

Родан выключил прожектор. Он мог ориентироваться по светящимся фигурам.

— Что поделывает шар позади нас? — спросил он Булля.

— То же, что он делал все время, — ответил Булль. — Пляшет и раскачивается.

Потом машина Родана добралась до переднего края светящихся существ, и с этого момента у Родана не было времени думать о других проблемах, стоявших перед ним.

Сначала светящиеся существа не обратили внимания на машину. Они находились довольно далеко друг от друга, так что тяжелые транспортные машины могли свободно проезжать среди них.

— Ну вот! — удивился Булль. — Они не такие уж плохие.

Родан включил приемный диапазон телевизионного приемника. Они тем временем настолько продвинулись вперед, что нигде уже не было видно свободного места. Впереди них, сбоку от них, позади них — везде колыхались яркие язычки света непонятных энергосозданий.

Родан знал, что им недолго удастся так счастливо-беспрепятственно ехать сквозь ряды светящихся существ.

— Конец виден? — спросил Булль.

— Нет, пока нет.

Через двадцать минут картина впереди машины выглядела точно так же, как и в тот момент, когда они въезжали туда. Размеры котловины были огромны, и все ее дно казалось, было заполнено светящимися созданиями.

Родан спрашивал себя, почему они выбрали в качестве места для сборища именно эту местность, а не другую. Может быть, здесь было что-то, привлекавшее их? Или, может быть, у них стало чем-то вроде привычки постоянно собираться в одном и том же месте?

Для Родана было не самым главным попасть в эту кишащую массу светящихся клочьев тумана. В первую очередь он хотел осуществить попытку и верил, что у него есть средства для того, чтобы этот эксперимент не подверг опасности его и его людей.

С начала эксперимента машины прошли около восемнадцати километров. На относительно плоском грунте они могли бы ехать значительно быстрее.

Родан первым заметил, что светящиеся язычки тумана вдруг стали находиться не так далеко друг от друга, как еще за несколько минут до этого. Нужно было как следует управлять рулем, чтобы проходить меж ними без столкновения.

— Привести все орудия в боевую готовность! — приказал Родан.

Было слышно, как тяжело дышит Крэст.

— В кого вы собираетесь стрелять? Ведь не в этих же энергосуществ?

— Именно в них. Слушайте все меня внимательно. Мы сосредоточим огонь всех наших орудий — кроме кислородных канистр — на одной точке, лежащей примерно на одной высоте с машиной Крэста и удаленной от линии наших машин в западном направлении на двести метров. Я отдаю приказ открыть огонь. До этого никто не стреляет!

Он не собирался вести себя слишком таинственно, но для долгих объяснений не было времени. Светящиеся существа стали почти одним Перри Родан а импульсное термооружие дополнило этот концерт своим глубоким, глухим гудением.

На телеэкране Родан мог видеть, что другие машины отреагировали так же быстро. Переливающиеся всеми цветами радуги энергетические лучи, вылетая из машин, прорезывали рой пляшущих светящихся существ, скрещиваясь на расстоянии, заданном Роданом.

Тем не менее, эффекта, на который надеялся Родан, пришлось некоторое время подождать.

Время, в течение которого пассажиры машин как бы оказались в плену затрудняющей дыхание тяжести, казалось бесконечно долгим. На самом деле прошло всего несколько минут, как смог проследить Родан по своим часам.

Потом тяжесть стала ослабевать.

Одновременно с этим замкнутый до этого строй светящихся существ перед машиной Родана разомкнулся. Впервые вновь показалось свободное пространство, и в приказе Родана слышался триумф, когда он закричал:

— Едем дальше! На самой большой скорости!

Машина с грохотом тронулась с места. Она еще не обрела своего первоначального веса. Некоторые светящиеся существа еще не поняли, что на другой стороне — в двухстах метрах западнее и примерно на высоте средней машины — их аппетиту предлагалось нечто куда большее, чем слабые нейтрализационные поля трех машин.

Но машина с каждой секундой становилась легче, с каждой секундой она набирала обороты, пока наконец не начала двигаться с наибольшей скоростью. Светящиеся существа собрались по другую сторону, и поскольку фокус всех орудий небольшой экспедиции передвигался так же быстро, как и сами машины, то им было явно приятнее удовлетворять свой аппетит — если уж выбирать из двух движущихся источников энергии — в том из них, который сильнее.

Через сорок одну минуту после того, как три машины прошли меж светящихся существ, они пробили их линию и на другой стороне. Перед машиной Родана снова была, наконец, темно-серая завеса, и ему пришлось повернуть принимающий сектор своего телевизионного приемника почти на сто восемьдесят градусов, чтобы снова увидеть светящиеся существа.

— Мы прошли! — ликовал Реджинальд Булль по телекому.

Родан с улыбкой воспринял облегчение, испытанное им в связи с удавшимся экспериментом.

Прожектор снова был включен. Когда Родан поворачивал его, конус света скользнул по склону горы, не слишком круто поднимавшемуся вверх. Удаление подножия склона по прямой от машины Родана составляло не более ста метров.

Родан сделал глубокий вдох, и все, кто его слышали, ждали следующего приказа, который снова заставит их растрачивать свои нервы. Но Родан только сказал:

— ГОРА перед нами!

Он подчеркнул это слово так, что каждый понял, какую гору он имел в виду.


После получасовых поисков с помощью силы света всех трех прожекторов всем стало ясно, что то, что нужно было найти в горе, на горе или у горы, находилось не здесь, внизу, у северного склона.

Все согласились с Роданом, когда он предложил заехать на гору на машинах настолько, насколько это им удастся.

Родан был убежден, что в больших пещерах найдет то, что ищет. Кроме того, он твердо верил, что неизвестный даст ему следующую подсказку о нахождении тайника или о том, что никакого тайника на самом деле не было, а было что-то, что можно найти, если держать глаза открытыми.

Северный склон огромной горы не представлял для машин никаких трудностей.

Родан решил сделать передышку.

Он вызвал «Звездную пыль».

Тора немедленно ответила.

За это время корабль, согласно приказу, поднялся с земли и неподвижно висел на высоте двух тысяч километров.

Родан проинформировал Тору о событиях прошедших полутора часов.

В заключение он сказал:

— Я думаю, что они — если к созданиям такого рода вообще можно применить такое понятие — являются в действительности РАЗУМНЫМИ существами. Тора, прежде чем мы отправимся дальше, я хотел бы провести еще один эксперимент, если вы ничего не имеете против.

— Какой? — спросила Тора.

— Вы помните, что нападение на «Звездную пыль» закончилось в тот момент, когда неизвестный начал передачу и когда заработал наш бывший структурный зонд?

— Да, конечно.

— Хорошо. Подключите переделанный прибор к силовой линии. Подайте на него такую мощность передатчика, какую он сможет выдержать, и облучайте им светящиеся существа. Я хочу посмотреть, как они отреагируют на это.

Торе никогда бы не пришла в голову эта мысль, хотя на самом деле она лежала на поверхности.

— Для этого мне нужно опуститься, не правда ли? — спросила она с некоторым упрямством, сердясь на свою неспособность видеть вещи, лежащие у нее прямо под носом.

— Конечно, — серьезно ответил Родан. — Когда вы полностью загрузите переделанный структурный зонд, его дальность действия будет составлять не менее пяти километров. Вам не придется спускаться ниже. И еще кое-что!

— Да?

— Направьте на местность поток ультракрасного света. Нам здесь наверху не хватает кругового обзора.

— «Звездной пыли», — пробормотал Дерингхаус.

Верх телеэкрана становился белым и ярким. Родан выключил прожектор, который был ему не нужен, и наблюдал картину, становившуюся тем отчетливее, чем ниже опускалась «Звездная пыль».

У Торы все прошло благополучно. Корабль беспрепятственно опустился над котловиной и висел теперь на высоте десяти километров с минимальной скоростью снижения.

Родан велел Торе направить для освещения сцены ультракрасный свет, и это был хороший совет.

Рассеянный свет был слабым источником энергии и распространялся изотропно, не выбирая того или иного направления. Возбуждение, которое поглощало мощность излучающих рассеянный ультракрасный свет ламп, было явно слишком мало для светящихся существ, чтобы они беспокоились из-за него.

Картина была столь отчетлива, насколько Родан мог только желать. Впервые он увидел круглую котловину целиком, во всем ее впечатляющем объеме. Почти тридцать километров в диаметре и везде — на западе, севере и востоке — почти отвесно возвышающиеся склоны, на некоторых из них — горы, другие же достигали высоты только нижней кромки, образуя за ней сверкающее, покрытое метановым льдом плоскогорье.

В самом котле находилось полчище светящихся существ. Их собственная сила света была достаточно сильной, чтобы они могли выделяться в свете прожекторов. Они вели себя спокойно.

— Достаточно, Тора, — сказал Родан, когда «Звездная пыль» опустилась почти до пяти километров. — Выключите теперь прибор.

Успех оказался неожиданным и убедительным; все надеялись на него, но никто не решался всерьез в него верить.

Сначала масса светящихся существ пришла в движение. В отличие от защитных и нейтрализационных полей корабля и гусеничных машин, колебания высшего порядка нового передатчика оказалось, видимо, чем-то таким, что они немедленно почувствовали и на что немедленно отреагировали.

В течение нескольких секунд казалось, что движение не имеет какой-либо определенной цели. Однако, потом в середине поля светящихся существ образовался проем, быстро разрастающийся во все стороны.

— Они убегают! — торжествующе закричал Дерингхаус. — Они удирают!

В этом уже можно было не сомневаться. Тора позволяла пучку лучей своего передатчика беспорядочно кружить над армией энергосозданий и одновременно во множестве мест вызвала среди них панику.

Фланги армии добрались до склонов котловины и — исчезли в них. Для их энерготел твердая материя не являлась препятствием. Когда они с удивительной быстротой тысячами слетались к отвесным склонам и исчезали в них, склоны, казалось, засветились изнутри. Свечение длилось некоторое время поле того, как улетело последнее существо, а потом стало постепенно бледнеть и наконец пропало.

Котловина была пуста.

— Вы молодец, Тора, — спокойно сказал Родан. — Теперь вы можете приземлиться в котловине.

Они наблюдали за посадкой «Звездной пыли», а затем Родан дал команду отправляться в путь.

Когда он отдал этот приказ, Танака Сейко пришел в себя. Родан услышал, как тот застонал и обернулся. Танака, сжимая голову руками, вопросительно смотрел на Родана.

— Что это? — спросил он.

— Что ЭТО?

— Это гудение и грохот? Вы не слышите?

Родан покачал головой.

— Что бы это могло быть? — спросил он.

Танака прислушался.

— Это звучит, как возбужденный рой шершней. Клянусь, он здесь, поблизости.

Родан задумался.

Можно было не сомневаться, что Танака при помощи своих парапсихических способностей «слышал» это. Если это так, то теперь, после того, как Тора выключила новый передатчик, могло быть два источника шума: неизвестный, прятавшийся в горе, и улетевшие светящиеся существа.

— Вы можете что-нибудь понять, — спросил Родан далее.

— Нет. Это просто шум.

Итак, светящиеся существа. Родан считал их неразумными, и если они издавали звуки, соответствующие энергетической структуре их тел, они должны были быть неартикулируемыми.

КАК ВОЗБУЖДЕННЫЙ РОЙ ШЕРШНЕЙ …

Родан задумался. Ему предстояло принять решение, и чем быстрее он это сделает, тем лучше будет для него и для его спутников.

Он взял в руку микрофон.

— Крэст и Булли! Поезжайте оба обратно на «Звездную пыль». Я не совсем уверен, что мы навсегда изгнали светящиеся существа и потому хотел бы, чтобы вы помогли Торе, если произойдет еще одно нападение.

Булль начал возражать.

— Это называется накликать на себя беду! — возмущенно воскликнул он. — Я думаю, мы навсегда испортили им аппетит.

— Ты ДУМАЕШЬ! — серьезно ответил Родан. — Ты вернешься вместе с Крэстом и как можно скорее построишь второй передатчик по тому же принципу, что и переделанный структурный зонд. У тебя есть сейчас возможность отключить защитные экраны и получить достаточно античастиц для второго колебательного контура. Этот второй передатчик должен следовать сюда за мной на одной из ваших машин, я дам пеленгационные сигналы. Майор Ниссен должен вести машину и взять только одного сопровождающего. Все понятно?

Родан подождал, пока две другие машины развернулись и исчезли за пологим закруглением кромки северного склона горы. Он вызвал Тору и попросил ее подготовить все необходимое для постройки второго передатчика.

Потом он по очереди посмотрел на своих спутников.

— Операция продолжается, — твердо сказал он и в тот же момент запустил взревевший мотор.


Следующий час прошел без событий — как на борту «Звездной пыли», так и в гусеничной машине Родана.

Крэст и Булль добрались до корабля и сразу же принялись за работу. Поскольку Тора приготовила все, что можно было приготовить, а Крэст уже однажды, хотя только как ассистент Родана, выполнял такую работу, они сумели справиться с ней за три часа. Передатчик должен обладал меньшей мощностью, чем первый, поскольку они не решились использовать энергию защитных и нейтрализационных экранов для получения античастиц более сорока минут. Даже такой отрезок времени едва не поверг Крэста в панику.

Тем временем машина Родана в быстром темпе продвинулась дальше по плато и по истечении часа добралась до своего рода откоса, который мягко снижаясь, выравнивал разницу высот, составлявшую примерно пять метров, и уходил прямиком в западном направлении, насколько мог видеть глаз.

Он удивил Родана. Ничто не говорило о том, как он, со своими четкими формами, мог появиться посреди плоскогорья или какое явление природы могло его создать.

Родан направил машину вниз и установил, что по ту сторону откоса почва была еще чуть ровнее, чем та, что до сих пор тянулась под гусеницами.

Он запустил мотор на самую большую мощность и погнал машину по ровной поверхности.

Час спустя Булль доложил из «Звездной пыли», что передатчик готов и что он сейчас отправит его в путь с майором Ниссеном.


Родан первым понял ошибку — ошибку довольно смешную, но из-за этого не менее опасную.

Прошло почти три часа с тех пор, как Булль и Крэст вернулись на «Звездную пыль». Почва была по-прежнему ровной и позволяла Родану ехать с наибольшей скоростью.

Однако, теперь он довольно резко снизил скорость, так как уже в течение нескольких секунд чувствовал, что руль уже не слушается его так беспрекословно, как раньше.

Он посмотрел на телеэкран, рассматривая почву, по которой двигалась машина. Он не смог заметить ничего особенного. Он еще снизил скорость и вдруг увидел это.

Почва под машиной опускалась.

Было такое впечатление, будто он ведет машину по туго натянутому платку.

Родан остановился, ломая голову над этим феноменом. Дерингхаус подобрался поближе и тоже впился глазами в экран. Явление было теперь четко различимым. Вес машины заставлял почву образовывать нечто вроде впадины, боковины которой, насколько мог видеть Дерингхаус, составляли около пятнадцати метров.

Родан неожиданно оживился. С протестующим ревом мотор снова пришел в движение, резко рванув машину вперед.

— Мы глупцы! — проворчал Родан. — Это лед. Мы уже полтора часа едем по замерзшему озеру, и никто ничего не заметил.

Поэтому удивившая его впадина была берегом озера.

Родан с облегчением вздохнул, увидев приближавшуюся к нему с юга подобную впадину. Она могла быть еще на расстоянии восьмисот метров, и если им повезет…

Им не повезло.

Корпус машины принял акустические колебания и с удивительной четкостью воспроизвел их громкий треск, от которого растрескался лед. Телеэкран показал, что в почве неожиданно образовались трещины: черные прогалины, увеличивающиеся с ужасающей быстротой.

Потом изображение накренилось. Машина начала опрокидываться.

— Энн! — крикнул Родан. — Подай на генераторы самую большую мощность!

Рев работающего вхолостую мотора смешался со страшным гулом, когда генераторы во всю свою мощь попытались настолько усилить нейтрализационное поле машины, чтобы она не провалилась.

Родан знал, что надежды мало. Машина имела наполненный воздухом обычного давления объем, но гораздо важнее этого объема была масса стенок машины, генераторов и мотора. Даже если принять, что метан озера, вход в который им грозил, был невероятно плотным и вырабатывал намного большую выталкивающую силу, чем земная вода, то и тогда можно не оставалось сомнения в том, что машина через несколько минут утонет.

Если бы Родан знал, что глубина озера в этом месте была не более пятнадцати метров, он бы даже не пытался предотвратить вход. Пятнадцать метров сжатого, жидкого метана еще могли выдержать машину. Двадцать метров метана при данной степени сжатия были бы, вероятно, критическими.

Гусеницы взбалтывали инертную жидкость, приводя ее в движение. Родан заставлял мотор работать на самых больших оборотах. Все, что было в состоянии отбросить жидкий метан от передней части машины к его задней части, привод осуществлял в направлении вперед, даже если оно было совсем незначительным. В таком положении, как это, каждый метр приближения к берегу стоил усилий.

Танака подготовил свой телеком-передатчик дальнего действия, чтобы передать на «Звездную пыль» сигнал тревоги, как только прибор Родана уже не сможет преодолевать расстояние.

Несколько метров жидкого метана обрывали самую совершенную радиосвязь, если ей недоставало энергии.

Родан наблюдал. Телеэкран был наполовину покрыт инертно движущимся метаном. На другой половине он видел спасительный берег. Он не намного приблизился к нему.

Нейтрализационные генераторы хотя и замедляли вход, но полностью не останавливали его. А бешено вращающиеся гусеницы не придавали машине никакой измеримой скорости относительно вязкой среды, вход в которую ему грозил.

Родан вызвал по своему прибору «Звездную пыль». Связь была пока безупречной. Антенна пока еще ВОЗВЫШАЛАСЬ над метановым зеркалом.

— Мы немедленно стартуем и выловим вас, — заверил Булль.

— Вы должны остановиться точно над машиной и столько времени усиливать нейтрализационное поле корабля, пока наша машина не сможет подняться, — торопливо объяснил Родан.

— В порядке! — ответил Булль. — Передай нам пеленгационные сигналы через более мощный передатчик.

Родан повернулся к Танаке.

— Приготовьте передатчик…

В этот момент произошел толчок. Машина тихо заскрипела, немного качнулась и остановилась.

Телеэкран показывал только мутный метан, достигавший полосу по верхнему краю шириной в сантиметр.

— Что это было? — едва дыша, спросил Дерингхаус.

Родан засмеялся.

— Мы на твердом грунте.

Прошло несколько секунд, прежде чем все поняли это.

Они были спасены. Глубина озера было в этом месте была не больше трех метров. Четыре пятых гусеничной машины находились под метаном.

Но гусеницы коснулись дна озера и несли машину вперед.

Родан отменил тревогу. Булль облегченно вздохнул.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27