Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Миссия: Земля «План вторжения»

ModernLib.Net / Хаббард Рон Лео / Миссия: Земля «План вторжения» - Чтение (стр. 3)
Автор: Хаббард Рон Лео
Жанр:

 

 


      – А не могли бы вы все-таки объяснить, в чем, собственно, дело, что происходит?
      И тут Хисста прорвало. Он угрожающе попер на меря, яростно выкрикивая:
      – Они же прочтут доклад! И сразу же решат, что График Вторжения нарушен! Еще два года назад я тебя предупреждал, чтобы ты был постоянно начеку и блокировал или изменял содержание любого доклада Патрульной службы, имеющего хот какое-нибудь отношение к Блито-ПЗ. Это – Земля, идиот! Земля! – Ухватившись за отвороты моего мундира, он рывком поднял меня со стула и заорал прямо в лицо: – Ты пропустил именно такой доклад! – При этом он с такой силой тряс меня, что комната, казалось, пошла кувырком, – Ты создал угрозу для нашего Графика! Нам плевать на их планы! Но ты почти наверняка сорвал генеральный план Аппарата! И ты за это поплатишься!
      И он ударил меня хлыстом по лицу. Да, теперь мне все стало ясно. Опасность грозила нам, те есть Аппарату как таковому. Но в первую очередь она нависла над самим Ломбаром Хисстом!

ГЛАВА 6

      До заседания Великого Совета оставалось три тревожных дня, и все эти дни Ломбар Хисст не давал нам ни минуты передышки. Ежечасно и ежеминутно административная верхушка Аппарата терялась в догадках: что именно ждет нас – пытки или расстрел, а может быть, нас расстреляют, сначала подвергнув пыткам? Трудно было угадать, будет все это проделано Ломбаром Хисстом или же имперским правительством после падения Ломбара. Сам же начальник Аппарата координированной информации то часами предавался мрачным раздумьям, то вдруг преисполнялся кипучей энергией и начинал ракетой носиться по управлению, костеря всех и каждого, требуя срочно организовать ему еще одну встречу с Эндоу – лордом-попечителем внешних связей.
      Однажды даже собственной персоной явился к нам в управление лорд Эндоу. Мне уже случалось видеть его, но на значительном расстоянии, и должен сказать, что при близком рассмотрении он не произвел на меня никакого впечатления. Он уже давно впал в детство, и поэтому рядом с ним всегда находилась медицинская сестра, главной обязанностью которой было постоянно вытирать у него с подбородка слюни. Необычайно толстый, ростом он был вдвое ниже Ломбара. Временами он был способен выражаться весьма ясно, но потом сознание его рассеивалось, и он начинал пороть полную чепуху. На пост свой он попал благодаря тому, что состоял в каком-то весьма отдаленном родстве с третьей женой покойного императора, а когда Клинг Гордый унаследовал трон, то он просто оставил его на этом месте.
      Страсть Эндоу к привлекательным юношам уже давно получила скандальную известность, и все относились к нему с едва скрываемым презрением. Сейчас, когда ему до меня не дотянуться, я могу сказать это совершенно откровенно: только воля Ломбара и сила его организации позволяли Эндоу удерживаться у власти.
      Во время последнего визита он бестолково метался по кабинету, пока Ломбар устраивал ему разнос. Мне даже стало жалко старика, когда Ломбар показал ему фотографии некоторых недавних казней. Старикашка чуть было не грохнулся в обморок, и я уже раздумывал, что будет с ним, когда Ломбар покажет ему самые последние фотографии, на которых были запечатлены греховные похождения Эндоу с хорошеньким молодым астронавтом. Однако лордпо-печитель и без того согласился сыграть заданную ему роль и тщательно заучить нужный текст.
      И вот наконец наступил день заседания Великого Совета. Мы тронулись в путь задолго до рассвета – Эндоу с медицинской сестрой, Ломбар, два чиновника Аппарата и я собственной персоной. Ехали мы в аэролимузине Эндоу.
      Я понимаю, что вам трудно будет в это поверить, но и до того дня ни разу не бывал во Дворцовом городе. Ведь курсантские подразделения Академии каждый год допускаются туда на парады. Не говоря уже о том, что по заведенному порядку курсантов-новобранцев всегда представляют императору – если, конечно, стояние навытяжку в строю из десяти тысяч человек перед троном может означать «быть представленным императору». Но как-то так получилось, и при этом не по чьему-то злому умыслу, что каждый раз, когда выпадал такой день, мне вкатывали наряд за низкую успеваемость, и я выпадал из списка. Поэтому мне так и не довелось принять участие в торжественных церемониях.
      Дворцовый город приводит в волнение многих. И на меня он произвел довольно сильное впечатление своими круглыми зданиями, круглыми парками, вытянутыми окружностями изгородей. Причем все это раз в семь крупнее, чем в обычных городах, и поражает масштабами. Мне доводилось слышать, что город этот до вторжения волтарианских сил служил столицей, населявшей планету расы, но после захвата подвергся стольким перестройкам и усовершенствованиям, что теперь уже почти невозможно отыскать в его облике следы тех давно прошедших времен. Я же думаю, что скорее всего город был просто разрушен до основания, а на его месте построен новый. Кое-кто утверждает, что немыслимые размеры зданий производят подавляющий эффект, некоторые же считают, что обилие золота плохо влияет на зрение.
      Но я обливался холодным потом по совсем иной причине – меня тревожил сдвиг во времени. Каждый, кому приходилось тесно общаться с космосом, не может не проявлять беспокойства, сталкиваясь с чем-то, что имеет хоть самое отдаленное отношение к «черным дырам». Если вы имели неосторожность приблизиться к такой дыре, то можете считать, что песенка ваша спета. Вызываемое черной дырой искривление пространства приводит одновременно и к сдвигу во времени. Не может быть никаких сомнений в тонкости и мудрости того исторического решения, когда ученые и конструкторы Волтара с помощью ядерной физики установили очень маленькую черную дыру в горах за Дворцовым городом, предполагая использовать ее в качестве источника энергии, а заодно и меры безопасности. Все было задумано просто великолепно – город получал неиссякаемый источник энергии, который полностью обеспечивал безотказную работу любых механизмов и технических приспособлений.
      Что же касается обороны, то и здесь трудно переоценить полезность подобной меры: искривление пространства-времени сдвигает Дворцовый город на тринадцать минут в будущее, а это означает, что любой агрессор, вторгшийся в эти пространственные пределы, просто не обнаружит здесь никакой цели – ему просто не во что будет стрелять. Конечно, с точки зрения обороны все это может быть и очень надежно, но даже и самая маленькая черная дыра, когда истечет ее срок, а энергия иссякнет, способна взорваться с такой силой, что вместо горы появится воронка. Правда, прежде чем такая штука бабахнет, потребуется целый миллиард лет, а это означает, что дыра за Дворцовым городом пока что совершенно безопасна и ей еще долго предстоит работать. Но откуда им было знать при перенесении ее из космоса, сколько она уже просуществовала и каков ее ресурс? А кроме того, если дыра не представляет никакой опасности, то почему, я вас спрашиваю, Дворцовый город заложили на таком значительном расстоянии от крупных городов? Я лично никак не могу понять, почему император терпит такое. Принято говорить, что «голова, венчанная короной, имеет свои кошмары», но если бы мне пришлось жить рядом хотя бы с крохотной черной дырой, то одними кошмарами дело бы не ограничилось, я наверняка просто вообще лишился бы сна.
      Я обнаружил также, что сдвиг во времени не только вынуждает переставлять часы. У меня, например, при таком сдвиге вообще все внутри переворачивается.
      В то утро у меня и так было препаршивое самочувствие. Во-первых, меня волновал возможный исход заседания. И предвкушение предстоящего преодоления временного барьера отнюдь не способствовало улучшению моего состояния. Я не раз слышал об авариях, которые зачастую происходят из-за столкновений со встречным транспортом, который внезапно возникает перед вами из временной лакуны в момент преодоления временного барьера. И вот сегодня утром – по эту сторону гор было еще довольно темно – огромный грузовик из имперской службы снабжения, направлявшийся скорее всего на рынок за продуктами, внезапно материализовался перед самым носом у нашего пилота, почти такого же дряхлого, как и его шеф. Реакция пилота оказалась, естественно, замедленной, и нас отшвырнуло воздушной волной. Словом, спаслись мы только чудом.
      Поэтому, когда мы совершили наконец посадку в круглом аэро-парке, меня так трясло, что я с превеликим трудом осилил подъем по спиральной лестнице, ведущей в зал заседаний Великого Совета. Я столь подробно рассказываю обо всем этом, чтобы можно было понять мое состояние, которое, в свою очередь, вероятно, в какой-то мере оправдает то, что я мог упустить какие-то важные детали самого заседания.
      Меня почти ослепило яркое сияние шлемов и церемониальных секир, скатертей, шитых золотом и драгоценными камнями, усыпанных алмазами знамен и разноцветных осветительных приборов, развешанных по всему периметру зала Совета. Блестящая одежда лордов государства и свиты только усиливала эффект. Великолепные портреты Клинга Гордого и двух его ныне покойных сыновей взирали на нас с высоты. Круглый стол заседаний Совета, более тридцати футов в диаметре, имел возвышение наподобие кафедры, где восседал вице-король, председательствующий представитель Короны. Более тридцати лордов-попечителей управлений уже расселись по местам. За их спинами стояли, вытянувшись в струнку, референты.
      Эндоу ковыляющей походкой добрался до своего места и сел. Медицинская сестра привычно заняла свое обычное место справа от него. Ломбар уселся на скамеечке – сзади и чуть слева, чтобы иметь возможность нашептывать подсказки в старческое ухо лорда. Я же и еще два чиновника нашего управления заняли места за ними. Мы, служащие Управления внешних связей, выглядели на общем фоне очень уж неказисто, а я чувствовал себя просто оборвышем в таком великолепном зале.
      Фанфары грянули с такой силой, что у меня чуть не лопнули барабанные перепонки. Председательствующий вице-король сделал легкий знак унизанным перстнями пальцем, и в ответ тут же ударили в литавры, от которых я, кажется, и вовсе оглох. Заседание Великого Совета, собираемое каждые два месяца, было объявлено открытым. Меня просто поташнивало от страха, и на то было немало причин. Я, сказать по правде, ожидал, что первыми же словами на заседании будут примерно следующие: «Младший администратор управления Солтен Грис отстраняется от должности начальника 451-го отдела и предстает перед судом по обвинению в похищении офицера его величества Джеттеро Хеллера...» Однако председательствующий призвал присутствующих к обсуждению мер по пресечению бунта против налогов, случившегося на планете Кайль.
      Бунт этот и связанные с ним проблемы налогообложения обсуждались самым доскональным образом. Меры предлагались самые разнообразные, однако в конце концов собравшиеся благополучно достигли консенсуса, сойдясь на том, что следует поручить лорду-попечителю Управления внутренних дел с помощью Армии его величества срочно подавить бунт, а в наказание удвоить взимаемые с жителей Кайля налоги. Решение это отлично устраивало всех, поскольку позволяло каждому из сидевших за столом изрядно набить собственные карманы.
      Потом возникла стычка по поводу военного присутствия в планетной системе под названием Клайтеус. Замедление вывода войск грозило отставанием от Графика. Управление пропаганды и Управление дипломатической службы принялись обвинять друг друга в отсутствии стремления к сотрудничеству. Предполагалось, что наличие оного, несомненно, способствовало бы подписанию мирного договора, а значит, и выводу войск. Однако оба эти управления дружно забыли о своих распрях, когда Управление вооруженных сил, стремящееся поскорее вывести из этой зоны боевые части, обвинило их в преднамеренных затяжках и срыве переговоров. Проблема разрешилась довольно быстро после того, как Управление вооруженных сил вынудили пообещать прекратить мародерство на период проведения процедуры подписания договора о дружбе и сотрудничестве.
      Неожиданно председательствующий потребовал доклада лорда-попечителя Управления внутренней полиции о ходе установления местонахождения принца Мортайя, о котором ходили слухи, что он якобы готовит восстание против Клинга Гордого в Калабарской системе Конфедерации. Управление внутренней полиции представило весьма обширный и обстоятельный отчет о корнях странного отступничества упомянутого принца Мортайя, которые удалось проследить вплоть до того момента, когда Управление просвещения выбрало для принца неудачных наставников и учителей. Отчет завершался сообщением об аресте, судебном процессе и, наконец, казни этих наставников и учителей.
      Несмотря на ужасное состояние, я все-таки отметил тот факт, что Управление внутренней полиции ни словом не обмолвилось о мерах, предпринятых им в отношении принца Мортайя, как и о самом восстании на Калабаре. Однако председательствующий просто отложил рассмотрение данного вопроса до следующего заседания Совета.
      В нашей среде, в подавляющем большинстве состоящей из криминальных элементов, к Управлению внутренней полиции всегда относились с большим пренебрежением, поэтому меня ничуть не удивило, что эти «синие бутылки» – они имели у нас в Аппарате такую кличку – не сумели отыскать принца в системе, в которой он должен был высветиться подобно маяку или лучу прожектора. Да, видно, и сам председательствующий был весьма невысокого мнения о них. Вот потому-то на долю Аппарата выпадает обычно столько «сверхурочной» работы.
      Затем перешли к принятию поправок к бюджету, и при утряске этих вопросов лорды-попечители самых различных управлений горячо и даже убедительно разоблачали все те происки, недочеты и упущения, в результате которых они могут не получить фондов в нужных объемах. И все это время Ломбар Хисст молча просидел за креслом Эндоу, не проронив ни единого слова. Покончив с вопросом о бюджете, председательствующий выбрал из стопки и положил перед собой довольно объемистую и официально выглядевшую папку. Тут Ломбар прошептал что-то на ухо Эндоу и подтолкнул его в спину. Вот оно!

ГЛАВА 7

      Лорды империи, – торжественно обратился председательствующий к присутствующим, – нам предстоит теперь перейти к весьма важному вопросу, который может иметь роковые последствия. Речь идет о деле, способном вынудить нас изменить График Вторжения и пересмотреть все наши планы на грядущее столетие.
      По залу прокатился ропот. Однако довольно скоро воцарилась мертвая тишина. Председательствующий вице-король сделал длительную паузу. Своими маленькими черными глазками, поблескивающими над впалыми щеками, он медленно обвел сидящих за огромным круглым столом. Вниманием их он завладел, о да!
      – Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что с подобной ситуацией мы сталкиваемся впервые за всю долгую и победоносную историю Волтара. – Тут он многозначительно похлопал тыльной стороной кисти по лежащим перед ним бумагам.
      – Однако что произошло, то произошло. И нам сегодня же предстоит принять решение по этому первостепенной важности вопросу.
      – Прошу прощения у вашей светлости! – раздался взволнованный голос лорда-попечителя вооруженных сил. – Вопрос в данном случае из ряда вон выходящий. График завещан нам нашими далекими предками и давно уже чтится наравне с Божественными заповедями. При всем моем почтении к председательствующему я просил бы известить нас о том, известно ли его величеству, что на заседание Великого Совета вынесен именно этот вопрос?
      Председательствующий смерил смельчака выразительным взглядом:
      – Его величество – да пребудет в вечном здравии, его величество Клинг Гордый – не только знает об этом, но и лично соблаговолил повелеть Совету рассмотреть этот вопрос.
      Я заметил, как Ломбар Хисст содрогнулся. Пожалуй, более не приятного известия он не получал за всю свою жизнь. Потом он резко наклонился и зашептал на ухо Эндоу.
      – Прошу прощения у вашей светлости, – тут же прозвучал дрожащий голос Эндоу. – Прошу прощения, но здесь что-то не понятное. Нарушение Графика Вторжения – весьма рискованный и опасный шаг. Ведь это внесет сумятицу и замешательство в работу буквально всех управлений.
      – И тем не менее боюсь, что поступившая к нам информация соответствует действительности, – отозвался председательствующий. – Прошу вас, капитан Роук.
      Личный астрограф его императорского величества капитан Таре Роук вышел из-за портьеры, висящей за возвышением, и остановился перед председательствующим. Очень высокий и весьма внушительного вида офицер в темном мундире, он держался с чисто академической невозмутимостью. Председательствующий передал ему не только доклад, но и довольно объемистую пачку бумаг и различных карт. Капитан Роук обвел взглядом собравшихся.
      – Ваши светлости, – начал он. – По повелению его величества мне поручено посвятить вас в суть создавшейся ситуации. Разрешите приступить?
      Лорды беспокойно зашевелились – явно чувствовалось, что они взволнованы. Послышались выкрики: «Приступайте», «Да, пожалуйста». Я заметил, что Ломбар Хисст невольно сжимает и разжимает кулаки, с трудом сдерживая охватившую его ярость.
      – Примерно четыре месяца назад, – начал выступление капитан Роук, – лорд-казначей совместно с Бюро планирования, фондирования и распределения ресурсов работали над внесением корректив в финансовые расчеты, связанные с планами на наступающее столетие, которое, позволю себе напомнить, начнется ровно через шестнадцать дней. И здесь им пришлось столкнуться с явно неверной информацией относительно одной из намеченных на будущее целей. Его светлость лорд-казначей обратился к лорду-попечителю Флота с просьбой сообщить ему последние и уточненные данные об объекте, который представляет собой планету Блито-ПЗ, менее известную под местным названием «Земля». Эта населенная гуманоидами планета мало чем отличается от наших планет Манко и Флистен, разве что чуть уступает им в размерах. Планета расположена на пути нашего вторжения в глубины Галактики и понадобится нам в качестве базы снабжения. Следует, по-видимому добавить, что захват ее не относится к числу первоочередных целей, но уверяю вас, ей отведена весьма важная роль, поскольку овладение ею значительно сократит линии материального обеспечения и одновременно с этим данная планета будет ключевым пунктом в системе обороны.
      И тут лорд-попечитель Флота с изумлением обнаружил, что в распоряжении астрографического отдела Флота не имеется требуемых данных. Около сорока лет назад поступил доклад о том, что на Блито-ПЗ взорваны термоядерные устройства. Они были очень примитивными и не вызвали в то время особого беспокойства. Однако в докладе не выражалось твердой уверенности в том, что местное население не сможет создать более сложные устройства. Мне, вероятно, не следует добавлять здесь, что, если аборигены начнут у себя войну с использованием более сложных термоядерных устройств, не исключена возможность, что они сожгут при этом весь имеющийся на планете кислород или вызовут какие-либо иные бедствия, которые сделают планету непригодной для нас. Вполне естественно, что сразу же было произведено новое обследование планеты...
      У меня по спине пробежала нервная дрожь. Глянув в сторону Ломбара, я заметил, что крепко сжатые кулаки его побелели.
      – Было обнаружено, – продолжал капитан Роук, – что установился обычай отправлять на Блито-ПЗ курсантов для проведения обследований и изысканий. Добраться до этой системы достаточно легко, такие полеты представляют собой отличную практику. Но курсанты всегда остаются курсантами. Их, по-видимому, напугала статья Космического кодекса а36544М, раздел Б, которая запрещает совершать посадки и тем самым, настораживать население планеты, и поэтому исследования проводились очень робко. Этим искажалась объективность получаемых данных, что и приводило к ложным выводам. И вообще результаты получались фрагментарными и весьма неубедительными.
      Меня трясло, как в лихорадке. Ведь эти отчеты последние два года проходили через мои руки, и данные в них фальсифицировались или подгонялись именно мною! У меня создалось впечатление, будто весь огромный зал готов броситься на меня. Мне ясно виделось, как все эти лорды вскакивают со своих мест и прут на меня, выкрикивая самые тяжкие обвинения. Но теперь я все-таки постараюсь быть совершенно искренним: когда Ломбар Хисст впервые приказал мне так поступить, я не мог даже предположить, что эксперту удастся заметить, что составленный таким образом доклад превращается в бессмыслицу, что прилагаемые к нему графики могут показаться кому-то неубедительными и ошибочными. Да мне и в голову не при ходило, что все эти бумаги вообще могут кому-нибудь понадобиться.
      Но капитан Роук продолжал свой доклад:
      – Тогда лорд-попечитель Флота просто пришел ко мне, и мы отдали приказ об исследовательском полете под руководством опытного военного инженера.
      Ах вот оно что! Не удивительно, что нам не удалось разыскать оригинал доклада. Приказ был получен непосредственно из дворца, и поэтому отчет о его выполнении был отправлен прямо в Дворцовый город, а добраться туда даже Ломбар Хисст был не в состоянии!
      Личный астрограф его императорского величества для пущей убедительности похлопал ладонью по докладу.
      – Обследование было проведено по всем правилам. И боюсь, что результаты только подтвердили наши самые мрачные опасения. – Он сделал значительную паузу и обвел мрачным взглядом притихшую аудиторию. – Нынешнее народонаселение планеты занято разрушением ее! Даже если они и не взорвут ее окончательно, то наверняка сделают совершенно бесполезной и непригодной для жизни задолго до намеченной по Графику операции вторжения!
      Сообщение это произвело впечатление разорвавшейся бомбы. Ломбар Хисст спешно принялся подталкивать в спину Эндоу, как бы давая тому понять, что наступило время действовать.
      Капитан... ммэм... Капитан, – проблеял Эндоу, изо всех сил стараясь говорить смело.—А можем ли мы... ээмм... быть уверены, что это не выводы некомпетентных подчиненных? Подобное пораженческое заключение...
      Лорд Эндоу, – не дал ему закончить капитан Роук, – военный инженер вообще не делал никаких выводов. Он ограничился тем, что произвел замеры, взял пробы и провел аэрофотосъемку. – Одним движением руки, подобно уличному фокуснику, капитан вы дернул из кипы рулон с графиками и бросил его на кафедру. Рулон тут же развернулся, и пятнадцать футов графиков и точнейших расчетов скатились на пол и легли там длинной полосой. Голос его зазвучал вызывающе: – Расчеты и выводы были сделаны мной и только мной. И никто, кроме меня, не делал обобщающих выводов! Но выводы эти подтвердили буквально все астрографы и геофизики, которых ознакомили с полученными результатами. Все до единого!
      Эндоу получил новый тычок в спину и предпринял еще одну попытку:
      Эээ... Гхм... А не могли бы вы пояснить присутствующим, что представляют собой все эти наблюдения, которые позволили экспертам прийти к столь удручающим выводам?
      – Пояснить можно. – Капитан Роук рывком подтянул к себе еще один рулон с графиками, и это тоже было сделано с ловкостью фокусника, и только тон абсолютно уверенного в своих выводах ученого противоречил образу циркового артиста. Бросив взгляд на первые строчки, капитан продолжил: – По сравнению с последними заслуживающими доверия наблюдениями, полученными примерно тридцать лет назад, содержание кислорода в океанах снизилось на четырнадцать процентов. А это означает разрушение гидрографической биосферы.
      Простите, что вы сказали? – послышался голос одного из лордов.
      Капитан Роук, по-видимому, вспомнил, что выступает перед далеко не самой просвещенной аудиторией.
      – Гидрографическая биосфера является составной частью многообразного живого мира планеты и отличается тем, что живет и развивается в океанах. Взятые пробы указывают на огромную степень загрязнения, и в первую очередь нефтью, о чем свидетельствует огромное количество молекул нефти в пробах океанской воды...
      – Нефти, вы сказали? – переспросил кто-то.
      – Да, нефть – это маслянистая жидкость, образующаяся после того как в результате природных катаклизмов оказывается погребенной значительная масса живой материи. Она-то и используется потом в качестве органического горючего. Жидкость эту потом выкачивают на поверхность и сжигают.
      Лорды начали нервно переговариваться со своими помощниками и референтами.
      – Означает ли это, что мы имеем дело с культурой, которая живет за счет огня? – поинтересовался кто-то. – А поначалу я решил было, что мы имеем дело с термоядерной цивилизацией.
      – Разрешите, я продолжу, – уклонился от ответа Роук, сворачивая рулон с картами. – Загрязнение атмосферы производственными отходами составляет на данный момент более триллиона тонн, Что значительно превышает регенеративные возможности мертвой и живой природы.
      – Так все-таки – термоядерная или не термоядерная, – не унимался кто-то на дальнем конце стола.
      – Насыщенность углеводородами верхних слоев атмосферы уже перешла критическую отметку, и ситуация продолжает ухудшаться, – невозмутимо продолжал капитан Роук. – Содержание серы все увеличивается. Тепло, идущее от их центральной звезды, все значительнее сдерживается в засоренной атмосфере. К этому следует добавить также смещение магнитных полюсов. – Капитан почувствовал, что аудитория утомилась, и решил не особенно вдаваться в детали. Он быстро сложил развернутую было карту.
      – Что же означает все сказанное? – Капитан Роук оперся обеими руками о кафедру и слегка наклонился в сторону аудитории.
      – Это означает, что угроза нависает над планетой с двух сторон. С одной стороны интенсивно выжигается кислород планеты, и вскоре она окажется неспособной поддерживать жизнь, причем произойдет это задолго до срока, предусмотренного Графиком как начало нашего вторжения. С другой же стороны на полюсах планеты имеются ледяные полярные шапки, а значит, из-за повышения поверхностной температуры и смещения магнитных полюсов неизбежно наступит таяние полярных льдов, в результате чего большинство континентов окажутся покрытыми водой и планета окажется непригодной для наших целей.
      Меня охватил ужас – ведь это рикошетом заденет не только 451-й отдел. Мне стало ясно, что это означает конец не только для меня, но и для Эндоу, Ломбара и всего Аппарата в целом. И за все это нужно благодарить Джеттеро Хеллера! Да, это конец всем нашим планам... Вернее – планам Ломбара, который все это и задумал. Положение было безвыходным. А вернее – я не находил выхода из него. Да его и не могло быть!

ГЛАВА 8

      Когда смысл сказанного капитаном Роуком был разъяснен лордам стоявшими за их спинами помощниками и аудитория огромного и блестящего зала осознала наконец реальную угрозу срыва Графика Вторжения, в рядах лордов воцарилась растерянность, граничащая с паникой. Ломбар яростно толкал в спину Эндоу, и под воздействием этих тычков старый лорд набрал полные легкие воздуха, чтобы перекрыть царящие в зале шум и гам.
      – А не может ли капитан известить нас о том, какие еще наблюдения содержались в докладе военного инженера? – Утомленный совершенным подвигом, Эндоу снова плюхнулся в кресло, и медицинская сестра тут же специальным платком отерла слюну с его подбородка.
      Шум в зале стих – словно вопрос мог иметь большое значение. Роук бросил взгляд на лежащие перед ним бумаги.
      – Поскольку автором доклада был в конце концов военный инженер, – проговорил он, не отрывал взгляда от бумаг, – то совершенно естественно, что он не преминул пополнить его некоторыми собственными наблюдениями.
      Я почувствовал, как напрягся Ломбар Хисст Что же касается меня, то у меня и вовсе перехватило дыхание.
      – Ну, прежде всего, – продолжил Роук, – он произвел краткое обследование локаторных систем планеты. – Он пробежал взглядом лежавший перед ним текст. – У них имеются электронные приборы для обнаружения летающих объектов, здесь приводятся диапазоны длин волн и предполагаемая дальность действия этих приборов... приводятся, также некоторые данные относительно спутниковой связи. – Капитан Роук перевернул, страницу и чуть заметно улыбнулся. – Военный инженер утверждает, что после расшифровки посылаемых приборами сигналов содержание большинства из них используется, представьте себе, для домашнего развлечения. У них не оказалось оборонной системы связи, которая выявляла бы направляемые из дальнего внешнего космоса приборы, так что в любом случае избежать обнаружения имеющимися у них системами не составляет особого труда.
      Ломбар в очередной раз подтолкнул Эндоу, и старый лорд послушно задал заготовленный вопрос:
      – А о чем еще говорится в докладе?
      – В нем говорится, что планета выглядит весьма привлекательно, – сказал Роук, переворачивая еще одну страницу. – И что жителям ее должно быть стыдно так с ней обходиться.
      – И это все? – спросил Эндоу, подчиняясь новому тычку. Роук долистал доклад до конца.
      – Да, это все, – ответил он, окидывая взглядом присутствующих. – Больше в докладе ничего нет.
      Страшное напряжение Ломбара словно испарилось, и он с явным облегчением откинулся на спинку стула. Казалось, он готов был рассмеяться. Он услышал именно то, что и желал услышать. Однако он тут же принялся с удвоенной энергией что-то нашептывать на ухо Эндоу.
      – Если его светлость председательствующий позволит, – снова заговорил Эндоу, – я возьму на себя смелость заметить, что все эти выводы, представленные астрографом его величества без предварительного оповещения исполнительной власти и без ведома соответствующих управлений, могут привести к целому ряду значительных осложнений. Действия эти таят в себе угрозу для планирования, бюджета, фондирования, могут нанести ущерб ряду строительных проектов, учебно-производственных программ и даже администрациям представленных здесь управлений!
      Ломбар явно гордился старым лордом и даже одобрительно по хлопал его по спине.
      Эффект его речи не замедлил тут же сказаться. Каждый из лордов-попечителей, собравшихся за круглым столом, стал заявлять свои претензии. И в самом деле – стоит хоть немного изменить График Вторжения, и это сразу же внесет замешательство в работу, нарушит приоритеты сотен и тысяч отделов, подотделов и секций каждого из управлений, составляющих правительство такой огромной империи, как Волтар. Для них это означает увеличение работы вдвое и даже втрое. Это означает нескончаемые заседания, огромные кипы требующих изменения планов, многие недели работы по вечерам, а прежде всего – путаницу, путаницу и еще раз путаницу в делах. Да, такие вещи не делаются с наскока, с налета. Такие изменения требуют времени! Капитан закончил свое сообщение и покинул зал. Председательствующий сделал знак, и литавры призвали собравшихся к порядку.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44