Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Тень, что внутри.

ModernLib.Net / Кавелос Джин / Тень, что внутри. - Чтение (стр. 11)
Автор: Кавелос Джин
Жанр:

 

 


      — Вы можете проинструктировать нашу команду и зайти за мной в каюту через двадцать минут?
      — Может быть, вы хотите, чтобы я еще что–нибудь сделал?
      — Просто приглядывайте за… всеми.
      Он кивнул и вышел.
      Рейзер остался, ожидая, когда Анна даст ему код доступа. Он снова прицепил свой электронный блокнот к поясу и стоял, как потерянный.
      Анна сообщила ему код доступа.
      — Я запишу сообщение немедленно и перешлю его к вам в рубку. Дайте мне знать, удалось ли пробиться к орбитеру.
      Рейзер кивнул, а потом начал протискиваться мимо нее.
      — Погоди, — тихо сказала Анна, склонив голову. — Прости, что я отправила тебя с капитаном Идальго. Если бы был еще какой–либо способ разбить людей на группы, то я бы им воспользовалась..
      Рейзер молчал, пораженный тоном ее голоса.
      — Ему нельзя доверять, — продолжила Анна, — он сговорился с Донн, чтобы украсть артефакты для передачи их Пси–Корпусу. Чанг выяснил это, и Идальго вывел из строя систему связи, чтобы Чанг не смог послать сообщение.
      Анна полезла рукой в карман своего мешковатого свитера.
      — Я хочу, чтобы у тебя было это, — она положила PPG на его мозолистую ладонь, сомкнула его пальцы вокруг оружия. — Мне его дал Чанг.
      — И посмотри, что с ним случилось, — с легким смешком сказал Рейзер. Он посмотрел на нее глазами потерянной собаки. — Может, тебе лучше оставить его себе?
      — Я буду с Морденом. Мне не нужно оружие.
      — Ты уверена?
      — Возьми его. Я и без того чувствую себя виноватой в том, что отправляю тебя с этим головорезом–капитаном.
      Рейзер положил PPG в карман.
      — Для этого головореза у меня в руке будет спрятана бритва.
      А потом Анна осталась одна. Она быстро составила сообщение.
      „Мистер Голович, доктор Чанг мертв. Его застрелили из PPG. Я не знаю, кто это сделал, хотя полагаю, что это был один из членов его партии. Остальные члены его группы — доктора Черльзстейн, Скотт и Петрович, а также мисс Донн и сорок техников пропали. Также исчез яйцеобразный артефакт, который собирался исследовать доктор Чанг. Погодные условия на планете мешают работе средств связи и сканеров. Мы не смогли засечь никаких признаков жизни, равно как и сигналов маячков на их скафандрах. Через двадцать пять минут мы отправляемся на поиски наших пропавших товарищей.
      Учитывая, что IPX, так же как и другие организации, проявляет повышенный интерес к Альфа Омега 3, и то, что вы обладаете гораздо большей информацией об этой планете и здешних технологиях, чем рассказали нам, я надеюсь, что вы поделитесь информацией, необходимой нам для выполнениния задания, или пришлете к нам людей, которым вы сможете доверить эту информацию.
      Я встретила живой организм на этой планете, и у меня есть основания считать, что обитатели планеты могут быть настроены по отношению к нам враждебно, что именно они могут являться причиной исчезновения наших товарищей. Но, возможно, это вас не удивит”.
      Ее голос начал дрожать, она зашла дальше, чем намеревалась.
      „Вы отправили нас сюда, не предупредив об опасности, зная, что эта раса, в своем развитии опередившая нашу на тысячелетия, возможно, все еще существует. Вы не хотели открыто столкнуться с ними, поэтому отправили нас сюда, жертвуя нами, как пешками”.
      Анна заставила себя замолчать. В этом не было никакого смысла, да и времени тоже. Она вздохнула:
      „Я присоединяю к этому сообщению последнее сообщение доктора Чанга. Конец связи”.
      Анна переправила сообщение Рейзеру, а потом направилась к каюте Донн. Ей надо выяснить, была ли Донн убийцей Чанга, и зачем ей это понадобилось.
      Каюта у Донн была такой же, как и у Анны: слева кровать и узкий шкаф, справа — гибрид между комодом с зеркалом и рабочим столом, узкий проход между ними, ведущий к крошечной ванной в дальнем конце комнаты. У Донн было немного вещей, разложенных с военной аккуратностью: несколько черных костюмов, ботинки, документы, кредитка, туалетные принадлежности, пижама, несколько пар перчаток, носки, нижнее белье, небольшая свинцовая коробочка с фрагментом мыши внутри. Казалось, что единственной вещью, несущей отпечаток ее личности, была фотография в простой рамке на ее шкафчике для одежды. Мужчина и женщина, стоящие на пороге дома.
      Обоим было примерно по тридцать лет, оба светловолосые, жесткие черты лица мужчины имели сходство с лицом Донн. По стилю их одежды — мужчина был одет в рубашку с широким воротником, а женщина — в короткую неоново–розового цвета юбку, — Анна предположила, что фотография была сделана около двадцати лет назад. Анна перевернула фото, открыв рамку, в надежде, что кто–нибудь подписал эту фотографию на обороте. Но задняя сторона фотографии была чистой. Анна снова закрыла рамку и вернула ее на место.
      Улыбка женщины казалась такой же естественной, как и улыбка Мордена, и ее рука была поднята, будто она махала кому–то — здоровалась или прощалась? Своей яркой одеждой и вызывающей прической она будто из последних сил пыталась казаться веселой. Мужчина держал одну руку женщины и прижимал ее к своему животу, словно не позволяя женщине двинуться. Все его тело, казалось, застыло. Те же широкие плечи, что и у Донн, та же тяжелая линия челюсти. Выражение лица мужчины было замкнутым, зажатым. Должно быть, это ее родители, подумала Анна. Ей показалось странным то, что Донн захватила с собой их фото, вероятно, потому что Анна никогда не задумывалась о том, что у Донн были родители. Особенно странным было то, что Донн выбрала именно эту фотографию, которая, казалось, выставляла ее родителей не в лучшем свете. Анна вернула фото на шкаф и продолжила обыск каюты. Маленькая комнатка, всего несколько мест, потенциально пригодных для тайника. Кровать гладко заправлена — снова военный уклад жизни. Вот почему Анна так сильно удивилась, обнаружив под подушкой свернутое в рулон сатиновое дамское белье.
      Она не могла представить Донн, одетую в это. Вещь выглядела совершенно не подходящей к ней и ко всему, что было в этой комнате. Свиток был мягкого, глянцево–бирюзового цвета, около восемнадцати дюймов в длину и примерно пяти дюймов в ширину. С недоверием, Анна развязала легкий бирюзовый сверток, развернув его. Ткань образовала прямоугольник размером примерно восемнадцать на тридцать дюймов, к ткани было пришито множество прямоугольных кармашков разного размера, сквозь прозрачный шелк виднелось их содержимое. Сперва Анна не поняла, что она видит. Внутри свертка оказалось вовсе не белье, а странный набор предметов. Прядь волос, кольцо с круглой печаткой, надетое на что–то странное… Анна уронила рулон и отпрыгнула назад. Сатин выскользнул, образовав на полу радужную лужицу.
      Это был палец. Палец в свертке белья. В соседнем кармашке оказался темный, сморщенный предмет, похожий на лист. Анна шагнула поближе и наклонилась. По полукруглому листу бежали изогнутые линии. Анна прижала кулак ко рту. Это было ухо. Анна взглянула на остальные предметы повнимательнее и быстро их опознала: палец ноги, темная прядь волос, нос, глаз нарна, кусок сухожилия. Формы повторялись, размеры варьировались. Несколько кармашков были пусты. На дне свертка, там, где находились несколько режущих инструментов, Анна увидела небольшой значок, всего около дюйма в поперечнике. Анна решила, что это знак Пси–Корпуса, но, когда наклонилась поближе, увидела, что этот значок был похож, но в его центре был черный квадрат. Она никогда не видела раньше подобных значков, и была уверена, что тот значок, который носила Донн, был без черного квадрата.
      Анна опустилась на кровать, глядя на сатиновый прямоугольник, мысли вихрем проносились в ее голове. Она не ожидала таких находок. Наконец, она вспомнила, что пора посмотреть на часы. Оказалось, что прошло всего несколько минут. До встречи с Морденом оставалось еще пять минут. Она встала, полная решимости добыть в этой комнате хоть какую–то информацию. Это была ее работа. Изучать артефакты, делать выводы об оставившей их цивилизации, реконструировать их поведение и образ мыслей.
      Аккуратно сложенные одинаковые костюмы в шкафу, начищенные до зеркального блеска ботинки, носки, свернутые и разложенные ровными рядами — все это говорило о военной подготовке. Когда они впервые встретились, Анна подумала, что Донн больше похожа на солдата, нежели на телепата. Значок, должно быть, указывал на принадлежность к особому подразделению Пси–Корпуса, проходившему какую–то определенную военную подготовку, чем–то вроде пси–копов, но занимавшихся не выслеживанием беглых телепатов, а… ликвидацией угрозы всем телепатам. Донн казалась профессиональной убийцей. Неужели ее обучали именно этому? Анна начала вышагивать по тесной каюте, осторожно огибая сатиновый сверток. Убийства могли быть для Донн… хобби, могли не иметь отношения к ее должности в Пси–Корпусе, но значок в кармашке предполагал, что между этим была какая–то связь. Зачем Пси–Корпус отправил в экспедицию профессионального убийцу?
      У Донн была какая–то договоренность с капитаном Идальго. Он собирался контрабандой доставить для нее артефакты. Но какие именно артефакты? По предположениям Чанга, она намеревалась стащить артефакты из–под носа археологов и тайком пронести их на „Икар”. Или же она намеревалась украсть прямо из хранилища уже занесенные в каталог предметы, надеясь, что никто не заметит пропажи? Это казалось совершенно неправдоподобным. В истории археологии воровство было постоянной опасностью, и они автоматически принимали меры предосторожности, дабы предотвратить подобное. Убийства Чанга было бы недостаточно. Все они действовали очень тщательно, когда дело касалось составления карт и каталогов находок. Это было жизнью археолога. Донн пришлось бы перебить всю научную команду. И, вероятно, с помощью Идальго ей удалось бы представить это как ужасную катастрофу, во время которой были уничтожены и все артефакты.
      Анна была вымотана, и эта теория отдавала паранойей. Почему Пси–Корпус должен так отчаянно стараться утаить эту технологию от всех остальных, не давая возможности другим заполучить ее? Да, Терренс пострадал, но была ли угроза настолько серьезной, чтобы оправдать такие действия? Тем не менее, в данный момент Донн, возможно, уже наполовину выполнила свое задание.
      Анна подумала о Чанге и вспомнила, что когда вытаскивала его тело из краулера, она провела рукой по его растрепанным волосам. На одной стороне его головы была странная проплешина. Донне вырвала прядь его волос для своей коллекции. Вот почему шлем Чанга был снят. Мысль о том, что Донн считала Чанга чем–то вроде трофея, привела Анну в ярость.
      Она снова яростно обыскала всю каюту, уже опаздывая на встречу с Морденом. Но больше ничего не нашла. Ее губы искривились, оскалившись, она наклонилась, чтобы свернуть сатиновую ткань. Добравшись до верхней части, она снова увидела палец и кольцо. Что–то заставило ее поднять взгляд на фотографию, прикрепленную к шкафу. Рука отца, прижимающая к себе мать. На руке было золотое кольцо, очень похожее на то, что было на пальце. На фотографии кольцо было слишком мелким, чтобы разглядеть его поподробнее. Но оно было таким похожим, что вполне могло оказаться тем же самым кольцом. Анна снова взглянула на кольцо с печаткой. Она заметила, что печатка украшена литерой D — очень похожей на полукруг. ДОНН. Она убила собственного отца. Потом Анна вспомнила о небольшом шраме на щеке Донн, который также имел форму буквы D. Размер шрама совпадал с размером буквы на печатке. Анна почувствовала, как жизнь Донн разворачивается перед ней, она чувствовала то же самое, когда раскапывала могилы тех, кто умер давным–давно. Сначала была эта рана, шрам на ее щеке, образование рубцовой ткани, потом вступление в Корпус, новые ощущения силы и власти, желание испытать эту силу, отпраздновать ее обретение, закрепить это в памяти. Прошлое породило монстра. Если бы Донн была давно умершей, то Анна почувствовала бы по отношению к ней жалость. Но, раз уж она не была давно умершей, и могла еще остаться в живых, Анна чувствовала только страх. Эта женщина любила убивать, в этом была ее жизнь. Анна глубоко вздохнула и продолжила свою работу. Она снова завязала сверток на бантик и положила обратно на то место, откуда взяла. На случай, если Донн все еще жива и вернется назад. Анна незамеченной вышла из каюты Донн и нашла Мордена около дверей своей собственной каюты.
      — Извините за опоздание. Нам стоит поторопиться.
      Анна пошла по узкому коридору, а он последовал за ней.
      — Как вы думаете, что случилось с Чангом? — спросила Анна у Мордена.
      — Его убила Донн.
      — Зачем?
      — Не знаю, — ответил Морден, — Может быть, из–за яйца. Он мог заявить ей, что знает о ее договоренности с капитаном Идальго. Может быть, он застал ее на месте преступления.
      — Но каков был ее план?
      — Раз вы меня спрашиваете об этом, то, должно быть, у вас самой есть интересные соображения по этому поводу?
      Анна остановилась.
      — Я лучше сначала выслушаю ваши.
      Он кивнул.
      — Не знаю. У меня есть всего лишь теория. Вероятно, такая же, как и у вас. Единственный способ незаметно доставить артефакты на Землю — это уничтожить, по крайней мере, всю научную команду, а возможно, и некоторых членов экипажа.
      — Но зачем Пси–Корпусу нужно идти на такие меры ради этого?
      Морден наклонил голову.
      — Вы же там были.
      — Знаю. Терренс Хиллиард. Донн сказала, что он никогда не поправится.
      Морден замялся, как будто ждал, что она скажет еще что–нибудь. Потом он издал странный смешок.
      — Я думал, что вы знаете. Не только Терренс Хиллиард был захвачен в эту замкнутую петлю. Все телепаты с рейтингом Терренса — П5 или ниже, — в радиусе трех миль от вашей лаборатории превратились в невнятно бормочущие растения. Они изо всех сил старались скрыть это, но через тридцать шесть часов мы выяснили, что там случилось.
      Он скрестил руки.
      — Вы даже не поняли, что открыли. Вы открыли бомбу, уничтожающую только телепатов. Бог знает, что бы произошло, если бы это устройство запустил телепат с уровнем П12.
      Анна оцепенело продолжала идти по коридору. На ее руках было еще больше смертей, пусть и виртуальных. Но теперь участие Донн в этой экспедиции обрело смысл. Пси–Корпус любой ценой хотел заполучить эту технологию. Неважно, было ли уничтожение телепатов основной функцией мыши, или это был случайный побочный эффект. Мышь можно было использовать для этой цели.
      А может быть, подумала Анна, именно это и БЫЛО истинным предназначением мыши. Казалось, эта технология работала, используя какой–то вид телепатической связи. Телепаты обладают огромной силой и потенциально могут представлять серьезную угрозу. На Тета Омега 2, планете, где они нашли мышь, джи/лаи чтили тех своих соплеменников, которых они называли „мыслевидцами”, они могли, согласно их записям, делать мысли других видимыми. Вероятно, мышь была доставлена туда как оружие.
      Рейзер встретил их в проходе и пристроился сзади. По его лицу Анна поняла, что у него плохие новости, и ей не хотелось их слышать.
      — Я попробовал отправить ваше сообщение на орбитер, — сказал Рейзер, — и, кажется, с ним случилось то же самое, что и с яйцом. Он исчез.
      Анна продолжала идти.
      — Я пытался отправить сообщение прямо на Землю, но сомневаюсь, что мощности сигнала хватило на то, чтобы пробиться сквозь атмосферу. Нет способа узнать это наверняка. Без орбитера наша информация о погоде ограничивается теми данными, что мы можем собрать на поверхности планеты. Пока не забыл, эти данные говорят о том, что ветер усиливается.
      — Что это, — сказала Анна, — мой день рождения?
      В голосе Рейзер снова появились поддразнивающие нотки.
      — Да, я как раз собирался устроить для тебя стриптиз.
      — Это уж точно снесет мне крышу, — ответила Анна.
      Они вошли в отсек для скафандров, находящийся в конце ангара краулеров. Пока Анна раздевалась до нижнего белья, натягивая оранжевый комбинезон, она осознала, что зря потратила время, отвлекаясь на зонд, Донн, Идальго. Донн не была виновата в исчезновении яйца. Донн не виновата в исчезновении орбитера. Такое было ей не под силу. Порождения тьмы и звезд наблюдали и действовали, действовали осторожно. Как говорил Морден, зачастую легче было делать свои дела незаметно. Ей надо забыть об отвлекающих деталях и сосредоточиться на выполнении своей работы. Изучать артефакты, делать выводы о цивилизации, оставившей их, реконструировать их поведение, их образ мыслей. От этого зависели их жизни.
      Напротив нее, на другой стороне комнаты, Морден застегивал молнию на своем комбинезоне, заправляя внутрь свою цепочку.

Глава 14

      — Мы взяли Марко, — сообщил Гарибальди.
      Джефф улыбнулся.
      — Вы схватили его? Это просто великолепно.
      На экране ВАВСОМ в кабинете Джеффа Гарибальди скривил губы. Джефф знал, что это дурной знак.
      — Есть еще кое–что.
      — Ну?
      — Он продавал стимуляторы высокопоставленной священнослужительнице бракири во время…
      — Рибкири, — вмешался бракири, стоявший позади Гарибальди.
      — Да, именно Рибкири, и все это дело грозит перерасти в большой дипломатический скандал.
      Джефф снова улыбнулся, не желая портить себе настроение.
      — Значит, вы схватили Марко.
      Если он будет позволять каждой мелкой ерунде портить ему жизнь, то он не доживет даже до церемонии открытия.
      — Ты слышал, что я сказал, Джефф?
      — Спасибо, Майкл. Не сомневаюсь в том, что ты способен сам справиться с этой задачей. Если тебе понадобится какая–либо помощь, то дай мне знать. Конец связи.
      Озадаченное лицо Гарибальди еще не успело исчезнуть с экрана, как поступило новое сообщение по STELLARCOM. Это оказалась доктор Ле Блан. Джеффу показалось, что ее улыбка была чуть жестковатой.
      — Коммандер Синклер. Я ценю то, что в данной ситуации вы обратились ко мне. Я узнала, что к Пределу действительно была отправлена экспедиция. Я поговорила со всеми заинтересованными лицами, включая президента. Мы очень обеспокоены тем, откуда посол Деленн получила свою информацию. Весьма неприятно думать, что минбарцы наблюдают за нашими научными экспедициями. Вы уверены, что она не упоминала об источнике своей информации?
      — Да, — он наклонился вперед. — Доктор, какова цель экспедиции?
      — И она никак не намекнула на то, в чем именно опасность?
      Хорошее настроение Джеффа быстро испарилось.
      — Только то, что это угроза для всех нас. Доктор, могу ли я предположить, исходя из всех этих вопросов, что мы отказываемся выполнить просьбу посла Деленн?
      — Мы не можем создавать прецедент, позволяя другим расам ограничивать нас в наших исследованиях и развитии. Где мы тогда окажемся? Тем более что она даже не предоставила нам никакой конкретной причины, для того, чтобы мы могли выполнить ее просьбу.
      — Вы не верите в то, что какая–либо опасность вообще существует?
      Ле Блан провела указательным пальцем по подбородку.
      — Откровенно говоря, я думаю, что опасность существует. Это минбарцы. Я думаю, что мы, вероятно, приблизились к открытию чего–то настолько могущественного, что они не хотят, чтобы мы это заполучили. Все это еще больше побуждает нас продолжать наши исследования.
      Паранойя, личные интересы, стремление к власти — а предполагалось, что он командует станцией, посвященной налаживанию мира.
      — Вы связывались с этим кораблем? Они докладывали о каких–либо конкретных затруднениях?
      Ле Блан снова положила руку на стол.
      — Связь с кораблем временно прервана. Но они не докладывали ни о чем необычном. Пожалуйста, поставьте посла Деленн в известность: мы сожалеем, что не сможем выполнить ее просьбу. Если она предоставит нам больше информации, то мы пересмотрим наше решение. А в данный момент, я надеюсь, что ваша подготовка к церемонии открытия протекает гладко.
      Церемонно кивнув, она прервала связь. Джефф заставил себя глубоко вздохнуть, чтобы успокоиться. Но это не помогло. Он знал, что не сможет выполнить просьбу Деленн, располагая столь скудной информацией, но, тем не менее, это его расстроило. Что, если посол была права, и серьезная опасность действительно существовала?
      Синклер принялся звонить Деленн, предчувствуя неприятный разговор. Хотя он почти не знал ее и обычно чувствовал в присутствии минбарцев дискомфорт, ему была ненавистна мысль о том, что он ее разочарует. Его также беспокоило то, как она и минбарское правительство на это отреагирует. Это дело казалось для них очень важным.
      Его вызов передали на ее корабль, она сидела перед экраном в маленьком помещении, своей строгостью похожем на ее минбарский кабинет, но гораздо меньшем по размеру. Яркий свет делал черты ее лица еще более резкими.
      — Посол Деленн. Сожалею, но должен сообщить вам о том, что правительство Земного Содружества не может выполнить вашу просьбу. Земной научный корабль исследует описанный вами мир, но, без более конкретной информации о природе угрозы, мы считаем, что прерывать экспедицию преждевременно.
      Деленн покачала головой.
      — Коммандер, это очень плохая новость.
      — Можете ли вы предоставить нам какую–либо конкретную информацию о том, что это за опасность?
      Красные губы — единственное яркое пятно на ее лице, сжались.
      — Я сообщила вам все, что могла. Связывалось ли ваше правительство с этим кораблем? Они… сели на планету?
      Что–то было в том, как она произнесла эту фразу — как будто сама мысль об этом была ей отвратительна.
      — Мне сообщили, что связь с кораблем временно прервана.
      Красные губы дрогнули, рот приоткрылся.
      — Тогда уже слишком поздно.
      — Слишком поздно для чего? Посол, что это за планета — Альфа Омега 3?
      Ее рот закрылся, голова откинулась назад, и на ее лице опять возникло безучастное выражение.
      — Коммандер, правительство Минбара недовольно тем, что ваше правительство не предприняло никаких действий. Мы посылаем вам дальнейшее предупреждение — если Земля отправит к Альфа Омега 3 еще какой–либо корабль, мы будем рассматривать это, как акт войны, и возмездие последует немедленно.
      Она отключила связь.
      Джефф принялся массировать себе шею.
      „Великолепно, — думал он, — Вавилон 5 еще даже не открылся, а мы уже можем оказаться втянутыми в новую войну”.
      — Мы нашли Спано, — доложил Корчоран в коммуникатор.
      Глаза Джона сузились.
      — Хорошо. Ведите его ко мне в орудийный отсек.
      После того, как Росс полез в трубу лазера, Джон приказал Корчорану допросить остальных офицеров–артиллеристов, которых собрали в кают–компании. Но пришедший Корчоран доложил, что там присутствуют только Тиммонс и Уотли. Спано исчез.
      С тех пор как Росс подтвердил, что в саботаже должен быть замешан один из офицеров–артиллеристов, Джон подозревал, что это дело рук Спано. Исчезновение Спано усилило эти подозрения. Джон сожалел, что раньше не предъявил ему обвинений, не списал его с корабля до того, как они отправились на задание. Сейчас это задание оказалось под угрозой срыва.
      Джон сидел рядом с системой диагностики орудий, ожидая рапорта Росса. Он нажал кнопку коммуникатора:
      — Росс.
      — Росс на связи.
      — Вы все еще не добрались до оптики? Мне нужна ваша оценка.
      — В данный момент я открываю люк трубы, капитан. Ждите.
      Джон постучал рукой по пульту. Труба лазера проходила по центру корабля, где не было ни атмосферы, ни гравитации. Любая работа, проводимая там, требовала много времени и сил. Джон знал, что Росс двигается быстро, хотя с каждой проходящей минутой крейсер с его грузом взрывчатки приближался к зоне перехода и к Вавилону 5.
      Вошел Корчоран, позади него шел Спано, сопровождаемый двумя охранниками.
      Джон встал.
      — Где вы его нашли?
      — Я был в спортзале, — закричал Спано, пытаясь вырваться из рук охранников. — Это смешно. После объявления боевой тревоги Росс приказал нам покинуть пост и сказал, чтобы мы подождали в кают–компании. Я устал ждать. Неужели вы считаете это преступлением?! — Мышцы на его шее напряглись.
      Джон вскочил с кресла и вышел в центр комнаты.
      — Сядьте, Спано. И ждите, пока я не задам вам вопрос.
      Джон с Корчораном отошли в сторону.
      — Мы обнаружили его около спортзала, — сказал Корчоран. — Он заявил, что несколькими минутами ранее ушел из кают–компании, и с тех пор находился в зале. Он отказывался пойти с нами.
      Джон кивнул.
      — Что Тиммонс и Уотли?
      Перевод Уотли еще не пришел. Она была еще одной темной лошадкой.
      Корчоран ухмыльнулся.
      — Капитан, я допросил их. За последние шестнадцать часов у обоих бывали такие периоды времени, когда они оставались одни, информацию о тех промежутках времени, когда, по их утверждению, они были с другими, мы проверили. Оба заявляют, что не замешаны в диверсии. Я им верю.
      — Нам необходимо собрать больше информации. Я хочу, чтобы допросили всех канониров, особенно тех, кто нес вахту в последние шестнадцать часов. Проверьте вахтенный журнал, посмотрите, нет ли в нем каких–либо улик. Я хочу знать, кто недавно пользовался скафандрами. Обыщите каюты всех офицеров–артиллеристов. И проверьте каждого, у кого в послужном списке было записано, что он был когда–либо артиллеристом.
      — Есть, сэр. Капитан, — Корчоран замялся, — вы не считаете, что мы должны попытаться вызвать подкрепление?
      Джон уже думал об этом варианте. Здесь они были одни, вот почему Земная Гвардия выбрала именно этот сектор. Около Вавилона 5 находились корабли Космофлота, но полет в гиперпространстве займет у них двенадцать часов. Когда подкрепление выйдет из зоны перехода Карутик, крейсер уже будет в гиперпространстве. А уничтожение крейсера с его ядерной взрывчаткой после выхода из зоны перехода около Вавилона 5, скорей всего, приведет к уничтожению станции, потому что тамошняя зона перехода располагается слишком близко к станции.
      — Полагаю, вряд ли поблизости есть другой корабль Космофлота. Но, перед тем как принимать какое–либо решение, давайте выясним масштабы повреждений. Без крайней необходимости я не хочу выходить из режима радиомолчания.
      — Есть, сэр.
      Когда Джон подошел к Спано, из коммуникатора раздался голос Росса.
      — Капитан, у нас проблемы.
      Джон развернулся.
      — Говорите.
      — Разрушено не только главное зеркало, но и расплавлена сама труба. Мне надо срезать поврежденную секцию, а потом заменить ее и главное зеркало.
      Джон покачал головой. Он никогда не слышал о том, чтобы секция трубы нуждалась в замене. Вся внутренняя поверхность трубы тоже являлась зеркалом. Замена одной из секций и восстановление ее отражательной целостности было трудоемкой и долгой работой.
      — Сколько это займет времени?
      — Капитан, я никогда этим не занимался раньше. Я знаю, как это делается, но не уверен, что справлюсь с этим в одиночку. Мне нужны два канонира в качестве помощников. И было бы хорошо, если бы мне помог еще один офицер.
      — Как насчет Тиммонса?
      — Подойдет, капитан.
      — Сколько это займет времени, Росс?
      — По моим оценкам, около семи часов, сэр. Плюс–минус пару часов.
      — Тогда мы уже окажемся в опасной зоне, лейтенант.
      — Простите, сэр. Я делаю все, что в моих силах.
      — Начинайте. И если вам еще что–либо понадобится, дайте мне знать.
      В это мгновение Джон принял решение: не вызывать подкрепления. Надежды на то, что поблизости есть еще один корабль, почти не было, а если они нарушат радиомолчание, то выдадут свое местонахождение. Тогда крейсер разовьет максимальную скорость, что оставит им еще меньше времени на завершение ремонта.
      Джон отключил коммуникатор и повернулся лицом к Спано. Тот сидел на стуле, опустив голову, прижав кулаки к бедрам. В его глазах затаился страх.
      — Это вы устроили поломку в орудийной системе?
      — Что?
      — Вы устроили поломку в орудийной системе?
      — Не понимаю, о чем вы говорите. Меня вызвали сюда по сигналу боевой тревоги. И приказали уйти. Я пошел в спортзал.
      — Сегодня вы несли вахту перед Россом. Я хочу, чтобы вы рассказали мне о том, что именно случилось. Вы оставались одни в орудийном отсеке на какое–то время?
      — Я часто бываю в отсеке один. И вам это известно. Я послал канониров провести профилактическую проверку кормового орудия левого борта. Это расписание было составлено вашим новым любимчиком, лейтенантом Россом. Он много чего придумал, чтобы мы не сидели без дела. Вы знаете, что погубили очень хорошего офицера?
      Глаза Джона сузились.
      — Проводили ли вы какую–либо профилактику системы диагностики?
      — Нет, этого в моем расписании не было.
      — Когда вы были на вахте, устраивали ли вы общую проверку?
      Спано пожал плечами.
      — Я осмотрел все, как и всегда делал.
      Джон выложил перед ним деталь.
      — Знаете, что это такое?
      Спано посмотрел на него с возрастающим интересом. Потом поднял руку, и Джон дал ему деталь.
      — Электронный компонент, вероятно, из системы диагностики. Похож на шунт. Откуда он взялся?
      — Оттуда, откуда вы и сказали. Когда Росс заступил на вахту, то нашел его на полу. У вас есть идеи относительно того, как он там очутился?
      Спано отдал ему шунт и уставился на него своими большими опаловыми глазами.
      — Нет.
      — Несколько недель назад вы, казалось, очень мечтали о войне. Вы хотелось стать героем. Насколько сильно вы этого хотите, Спано? Достаточно сильно, чтобы погубить четверть миллиона жизней?
      — Да что вы такое говорите? Как я могу кого–то убить, когда лазер не работает?
      Джон стиснул зубы. Спано был вспыльчив. Разозлив его, можно было заставить его признаться в содеянном. Он начал ходить вокруг стула Спано.
      — Это не учения, Спано. Мы следим за кораблем террористов из Земной Гвардии, набитым ядерной взрывчаткой. Если мы его не остановим в течение следующих восьми часов, он достигнет Вавилона 5, столкнется со станцией и погубит сотни тысяч людей и инопланетян. Кто–то из находящихся на борту специалистов по системам вооружения устроил диверсию в нашей лазерной системе, оставив нас безоружными. Я думаю о причинах, побудивших их пойти на это. Возможно, они ненавидят инопланетян. Может быть, они не имеют представления о том, как мы будем жить в мире с инопланетянами. А, возможно, они снова хотят втянуть нас в войну. И, если учесть все это, то вы, Спано, первый в моем списке подозреваемых!

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14