Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Горец (3)

ModernLib.Net / Художественная литература / Макнамара Кристофер Лоуренс / Горец (3) - Чтение (стр. 1)
Автор: Макнамара Кристофер Лоуренс
Жанр: Художественная литература

 

 


Макнамара Кристофер Лоуренс
Горец (3)

      Кристофер Лоуренс МАКНАМАРА
      ГОРЕЦ (3)
      "...не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым
      человеками; потому что они плоть; пусть будут
      дни их сто двадцать лет."
      (Бытие: Гл. 6; 3).
      1
      Только что закончился дождь. На улице тихо и пустынно, как бывает иногда ранним утром. Деревья, напившись, даже не шевелят отяжелевшими листьями под слабыми прикосновениями влажного ветра. И никого. Добропорядочные обыватели сегодня сидят дома. Погода не располагает к прогулкам. Не по-летнему промозгло и холодно, вот-вот начнет смеркаться. Молодежь тоже сидит дома и с упоением смотрит какую-то сверхновую телевизионную программу, о которой завтра будет столько разговоров. Эти последние минуты перед наступлением сумерек были так свежи и восхитительны, что Ричи хотелось бегать по лужам и орать в гулкую пустоту улицы что-то безумное и радостное. Ему было очень хорошо и он совсем не боялся. Нисколько не боялся, удивляясь собственной смелости. Ну, может, только изредка холодок неуверенности забирался под его зеленую куртку. Или это всего лишь ветер, обыкновенный ветер заставляет время от времени зябко передергивать плечами и судорожно поправлять на спине большую сумку со всем необходимым для сегодняшнего дела.
      Ричи бросил быстрый взгляд на свое отражение в стекле припаркованного возле трехэтажного дома автомобиля и понял, что ему очень подходит быть тем, кто он есть. Еще раз осмотревшись по сторонам, он перешел улицу. На минуту остановившись у массивных дубовых дверей, над которыми медными позеленевшими буквами было набрано "Антикварный магазин", Ричи, втянув голову в плечи, медленно пошел вокруг небольшого строения.
      Быстро темнело. Сумерки серыми хлопьями падали с фиолетового неба. Уже включили уличные фонари.
      Свернув в переулок, молодой человек подошел к небольшому окошечку в первом этаже и, опустив сумку прямо на мокрый асфальт, достал из кармана куртки маленький медицинский фонарик. Узкий лучик забегал по мокрому стеклу, выхватывая из темной глубины помещения стеллажи, поблескивающие в ломком слабом свете древними сокровищами. Мальчик тяжело вздохнул и мечтательно прошептал, распуская змейку баула:
      - Отлично.
      Увести машину или что-нибудь в этом роде годится для детей или отпетых наркоманов. А вот решиться на такое серьезное дело... Тем более, что это весьма солидный, респектабельный магазинчик, который так любят посещать состоятельные леди. Даже мать Длинного приобрела здесь какую-то штуку, а она в этом деле понимает. Конечно, такой поступок заслуживает всяческого уважения и тщательной подготовки, которую, между прочим, он, Ричи, провел с блеском. Набор юного взломщика был составлен с любовью и так талантливо, что ему мог бы позавидовать и профессионал. Немного старомодный профессионал, но все же...
      Натянув тонкие замшевые перчатки и взяв медицинский фонарик в зубы, Ричи достал из сумки стеклорез на подвижном штативе и с большой присоской. Еще раз осмотрев окно, он прикрепил к стеклу приспособление и взялся за миниатюрную ручку. Алмаз с хрустом впился в прозрачную поверхность, прокусывая на ней едва заметную полоску надреза. Легкий хлопок - и вырезанный круг упал в подставленные ладони Ричи. Великолепно. Не зря все же столько тренировался. Он прислушался. Хорошо, черт возьми, тихо... И повезло, что сегодня необыкновенно прохладно. Потеешь на работе, как...
      Мальчишка поднял голову. Хорошо... Освещенное окно на втором этаже не показалось ему заслуживающим внимания и, снова запустив руку в сумку, Ричи извлек из нее пару зажимов-крокодильчиков, соединенных тонким проводом. Сжимая зубами тонкую ручку фонарика, он приблизил лицо к стеклу и, двигая головой, как подавившийся пеликан, осветил небольшую пластину сигнализации с выступающими никелированными головками винтов. Рука аккуратно нырнула в вырезанное отверстие и, на мгновение затаив дыхание, взломщик ловко надел зубастые клеммы на никель головок. И... ничего не изменилось. Было по-прежнему тихо, свежо и темно.
      - Есть контакт! - восхищенный самим собой, прохрипел Ричи, вынимая фонарик из уже порядочно уставших челюстей.
      С сигнализацией покончено. Еле сдерживаясь, чтобы не заскулить от восторга, тинейджер открыл нехитрый замок рамы. Затем, быстро вытащив руку из темного стеклянного колодца, Ричи поднял окно вверх, закрепив его заранее приготовленной для этого дощечкой.
      Легкость, с какой он проделал эту ответственную операцию, придала ему уверенности. Сложив свои инструменты в сумку, он застегнул ее и закинул на плечо. Теперь он был полностью готов к новым подвигам. Гордо вскинув голову, Ричи решительно хрюкнул и ловким движением бесшумно проник в помещение.
      Сделав несколько осторожных шагов и стараясь ступать как можно тише, он остановился возле вожделенных стеклянных стеллажей, на прозрачных полках которых лежали разнообразные дорогие вещицы. Это была настоящая, увлекательная работа...
      Медленно поводя фонариком из стороны в сторону, он любовался антикварными штуковинами, понимая, что не обманулся в своих ожиданиях.
      - Ух ты, - выдохнул Ричи, - это же надо!..
      Это действительно была большая удача. Прямо как в кино. Об этом не стыдно рассказать кому угодно. Даже Джеки, которого недавно отправили в колонию, наверное, с уважением отнесся бы к подобному предприятию. Ричи опустил сумку на пол и, потирая руки, направился к огромной витрине, за которой лежали аметистовые браслеты и кулоны.
      - Ну и ночка, - бормотал мальчик себе под нос. - Такая работа мне явно подходит. И, как мне кажется, я ей тоже нравлюсь...
      Руки сами подняли тяжелое небьющееся стекло и сгребли в охапку разложенные на черном бархатном поле украшения, которые через мгновение исчезли в необъятных карманах зеленой куртки...
      Вечерний ветер шуршал по продрогшей черепичной крыше, срывая с неровной кровли тяжелые капли дождя и бросая их в окно. Они, как разноцветные пластилиновые шарики, прилипали к стеклу, заглядывая в комнату во втором этаже одиноко стоящего дома. Там бесновался огонь в небольшом камине и его отблески впивались в прохладные капли на окне и трепетали, теряя слабое тепло. Возмущенная этим дрожащим светом вода не могла удержаться на сверкающем катке стекла и медленными ручейками соскальзывала на кирпичный подоконник старого дома, образуя темные мерцающие лужицы в щелях кладки.
      Ночь рекой текла по улицам, стучала в закрытые окна домов, окутывала холодной влажной тучей городок. Но в небольшой уютной комнатке было тепло и светло. По стенам плясали непоседливые тени, стонали в камине дрова, их неясные жаркие вздохи стелились по полу и взлетали к потолку, бились в темное окно...
      Внезапно взгляд человека в комнате стал холодным и отсутствующим, и неуместно деловым голосом он спросил:
      - Ты ничего не почувствовала?
      Она - рядом с человеком была еще и она, согласно доброй старой традиции - смущенно улыбнулась и, поправляя взъерошенные влажные волосы, уклончиво ответила:
      - Я... Ну...
      Он аккуратно приподнял ее, как куклу, и посадил рядом с собой на кушетку.
      - Здесь кто-то есть, - уверенно и очень серьезно проговорил он.
      Журнальный столик возле кушетки использовался хозяином двухэтажного домика еще и как подставка для великолепного антикварного японского меча-катаны с отлично выполненным в виде головы дракона костяным навершием рукояти. Серебристо-голубая сталь сверкнула, отразив огонь камина.
      - Незваный гость умрет, - чужим тихим голосом произнес мужчина, поднимаясь и беря меч.
      Его лицо потеряло мягкость и стало как каменное, глаза смотрели прямо перед собой, а меч в руке, казалось, вел его вперед. Повинуясь этому призыву, человек пружинистой походкой дикого зверя направился к двери, ведущей к лестнице на первый этаж.
      - Мак! - удивленно позвала его женщина, так и оставшаяся сидеть на кушетке с еще улыбающимся лицом.
      Но он уже исчез в проеме двери, как будто его никогда и не было в этой теплой уютной комнате.
      Ричи извлек из чрева одного из стеклянных шкафов большое серебряное блюдо, на котором были расставлены украшенные резьбой и чернением пузатые чаши, и забросил их в сумку. Высматривая, что бы еще упрятать в свой баул, его взгляд остановился на стеллаже, где поблескивали в слабом свете уличных фонарей изящные старинные мечи. Один из них, украшенный изумрудами по золотому плетеному эфесу, - испанский меч семнадцатого века - был просто прекрасен.
      Ричи, конечно, не знал, что это за клинок, но не мог отвести от него восторженного взгляда. Меч просто просился в руки, и дух захватывало от безумной игры ручейков света, журчащих по золоту. Ричи ловко щелкнул нехитрым замком стеклянной двери и, распахнув ее, взял в руки старинное оружие. Это было приятно и волновало. Тяжелый клинок оттягивал руку, разливая по всему телу спокойную, однако ни на чем не основанную уверенность. Это все было так вовремя и так соответствовало настроению сегодняшнего вечера, что незадачливый воришка не смог удержаться и, размахивая мечом из стороны в сторону, стал подкрадываться к большой деревянной статуе индейского божества, вырезанной из цельного куска кедрового ствола.
      Намереваясь сразиться с грозным деревянным противником, поводя клинком перед разинутой пастью языческого бога, Ричи насупил брови и, совсем разыгравшись, торжественно произнес:
      - Защищайся, глупец! Ну!..
      В изящном повороте он изогнулся, отражая воображаемый ответный удар и замер в стойке, захлебнувшись собственным дыханием. Его прищуренные глаза вдруг широко раскрылись и словно полезли на лоб. В проходе между прилавком и стеной стоял обнаженный мужчина, поднявший над головой кривой японский меч. Незнакомец по-кошачьи шагнул навстречу Ричи, - и его низкий, похожий на рычание тигра, голос заполнил пространство торгового зала:
      - Я Дункан Мак-Лауд из клана Мак-Лауд.
      Мальчишка часто заморгал, его сердце заколотилось, как бешеное. Не найдя ничего лучшего, он опустил меч и, аккуратно прислонив его золотую рукоятку к стеклу ближайшего шкафа, попятился назад к лежащей на полу сумке. Мысли в юной голове толпились, наступали друг другу на ноги и перемешивались в пеструю кашу. В конце концов Ричи, совсем ошалев, захихикал и тихонько проговорил:
      - А я Ричи О'Брайн. Привет.
      Мак-Лауд сделал еще один осторожный шаг навстречу Ричи и, глядя прямо перед собой, медленно произнес:
      - Ты сейчас умрешь.
      - Умру?! - Голос у Ричи стал вдруг звонким и срывающимся и очень походил на плач маленького щенка, потерявшего свою маму. - Господи, господи!.. Да я всего-навсего прихватил пару-тройку кубков! Ну и еще кое-какую мелочь, - визгливо оправдывался он. - Так, ничего существенного. Боже мой! Ну, извини! Извини, ради Бога! Если это для тебя так важно, то они все у меня в сумке. Только не волнуйся, с ними ничего не случилось... Забирай!
      Он протянул руку к баулу, но в эту секунду Дункан сделал молниеносный выпад, - и Ричи пришлось отскочить в сторону, чтобы не наткнуться на острое лезвие японского меча.
      ...Быстро напяливая непослушный халатик, Тесса спустилась по винтовой лестнице на первый этаж, где располагался магазинчик, и с удивлением увидела, что Дункан стоит, сжимая в руках меч, перед насмерть перепуганным мальчишкой, который скулит и тараторит что-то невразумительное.
      - Ну зачем так сразу? Я заплачу за разбитое стекло, хорошо?! Я все компенсирую, да? И все кончится...
      - Все кончится, - так же медленно и четко, как ранее, проговорил Дункан, - когда я отрублю тебе голову. Только тогда все кончится.
      - Мне? Голову?
      Слова Мак-Лауда просто не укладывались в сознании Ричи. Он проклинал себя за то, что вообще появился в этом магазинчике, и, не зная, чего ожидать от явно сумасшедшего хозяина, просто тянул время, пытаясь прожить еще немного.
      - Погоди, погоди, парень... Тебе не кажется, что это несколько... Ну, в общем, чересчур суровое наказание за мелкую кражу? Приди в себя! Все будет в порядке, страховка покроет все...
      В лице Мак-Лауда что-то дрогнуло. Казалось, что он вдруг действительно пришел в себя и... Окончательно разбудил его испуганный голос Тессы, раздавшийся у него из-за спины.
      - Мак! Посмотри внимательнее, это же просто мальчишка!
      Призрак перед глазами Дункана стал постепенно исчезать, растворялась черно-белая штриховка зон поражения. Наконец он смог разглядеть юношеское полотняно-белое лицо и тщедушную фигуру в зеленой куртке. Да, это был не тот, чье присутствие он почувствовал так ясно и так неожиданно, и кто все еще был где-то здесь. Но где же?
      Ричи тоже пришел в себя. Внезапно прозвучавший голос женщины вернул его в реальный мир, где за мелкие кражи не рубят головы, а... Совершенно верно!.. Именно это!
      - Знаешь что? - произнес Ричи как можно убедительнее. - Ты бы лучше вызвал полицию, а?
      Дункан стоял неподвижно все с тем же каменным выражением лица и только взгляд его был уже не напряженным, а каким-то рассеянным и потерянным. Вор, не желая упускать только что отвоеванные позиции, поспешно продолжал:
      - Хорошо, хорошо... Мы можем сделать и иначе. Я даже сам вызову полицию. Моя полиция меня...
      Мак-Лауд медленно повел мечом над головой, и в его глазах вновь появилась решимость сражаться и стальной холод.
      Ричи замер и прохрипел:
      - Я все понял. Я...
      Дункан потянул носом воздух и, подняв голову, перевел свой страшный взгляд на залитые серебряным светом уличных фонарей стекла потолка небольшой веранды.
      - Тут есть кто-то еще, - тихо и уверенно проговорил Мак-Лауд.
      За окном мелькнула быстрая тень, окно потолка веранды рассыпалось вдребезги, на втором этаже завизжала сигнализация - и массивная фигура рухнула на пол.
      Это был высокий человек, одетый в черный плащ странного фасона с разукрашенным воротом и манжетами, на которых изящными металлическими заклепками был набран замысловатый узор. Его лицо скрывала большая кожаная маска со стальными блестящими щитками, отдаленно напоминающая рыцарский шлем. Поэтому только по глазам, горящим дьявольским огнем, можно было определить намерения этого страшного человека. Хотя нет, не только по глазам. В руке пришедший держал огромный двуручный меч-эспадон.
      - Это еще что такое? - простонал Ричи.
      Он вдруг снова почувствовал себя затерянным где-то в глубине средневекового кровавого кошмара и остро захотел проснуться.
      - Я попал на съемки какой-то передачи? Да? - мальчишка отчаянно сопротивлялся сумасшествию и истерике, подкрадывающимся к нему буквально со всех сторон. - Честное слово, я уже видел это, когда показывали классику американского кино. Только там мечи были немного другие... Конечно, другие... Лазерные, что ли...
      Размышляя таким образом, Ричи немного успокоился и, оглядевшись по сторонам, с ужасом обнаружил, что находится как раз посередине между голым Мак-Лаудом и ворвавшимся человеком в черном плаще и маске. У обоих в руках мечи, и все это выглядит просто отвратительно. Не зная, куда бежать, мальчишка вжался в какую-то гладкую твердую поверхность за спиной, готовый в любую минуту исчезнуть куда угодно, только бы подальше от этих сумасшедших.
      - Мак-Лауд! - четко и громко проговорил незнакомец. - Я Слэн Квинс. Я пришел за твоей головой.
      После этих слов он с легкостью раскрутил над головой тяжелый меч и обрушил его, как пушинку, на стоящую на резной подставке статуэтку очаровательной танцовщицы. Тонкий фарфор распался под ударом на две половинки, словно фигурка была сделана из мягкого пластилина.
      - Вот это да! - вновь подал голос Ричи. - Где это вы набрали столько хороших ножиков, а, ребята?
      Мак-Лауд приготовился к нападению, но Квинс внезапно опустил меч и изящно поклонился Тессе, которая, оцепенев от ужаса, подпирала дверной косяк.
      - Красавица, нас пока еще не познакомили. Но скоро, моя дорогая, ты узнаешь меня поближе! Надеюсь, мы поладим...
      Она страшно испугалась и, судорожно поправляя воротник халатика, отступила на несколько шагов, тихонько позвав:
      - Мак!
      - Послушай, - Дункан тоже опустил свою катану. - Ты пришел сюда сражаться или разговаривать? Я жду.
      Слэн довольно зарычал, как разыгравшийся лев. Но внезапно прозвучавший сзади голос не дал ему всласть порадоваться.
      - И напрасно, - донеслось откуда-то сбоку, от входной двери, куда обычно днем приходили покупатели. - Он не будет с тобой сражаться, Дункан. Сегодня не будет. Так что можешь не ждать.
      Все четверо обернулись в сторону говорившего. Это был еще один вооруженный мечом человек. Длинный серый плащ делал его практически незаметным в полумраке. Легко, как будто гуляя, он прошелся по залу и встал прямо перед Дунканом, лицом к Слэну. Улыбаясь ему, как старому другу, гость продолжал объяснять Мак-Лауду:
      - Пока он не заставит тебя страдать, пока он не уничтожит все, что ты любишь в этом мире, пока ты сам не будешь знать, чего ты хочешь - жить или умереть, - он не будет с тобой драться. Ты ведь всегда именно так действуешь, Слэн?
      - Конан? - удивленно произнес Дункан, вслушиваясь в знакомый голос. Какого черта? Что ты здесь делаешь?
      - Охочусь за головами. Прости, Дункан, но этот человек - мой. Мне он давно снится ночами. Я слишком долго его искал.
      Ричи стало совсем нехорошо. Эти сумасшедшие окружили его со всех сторон и... Ноги больше не служили ему и, прижавшись еще плотнее к письменному столу за спиной, он сполз на пол. Это подсказало ему выход. На четвереньках он двинулся, низко опустив голову, к раскрытому окну, тихонько бормоча себе под нос:
      - Вот и хорошо. Вы, как я вижу, большие друзья? Да? Ну что вы, конечно, я не буду мешать вам! Вы же не будете против, если я сейчас смоюсь?
      Дойдя до подоконника, он так же, не вставая с коленок, полез в окно. Дункан взглянул в его сторону, раздумывая, надо ли остановить уходящего мальчишку, но Конан сказал:
      - Не надо. Пусть уходит. Зачем нам лишние свидетели?
      За это время остолбеневший от удивления Квинс пришел в себя и зарычал:
      - Я бросил вызов Дункану Мак-Лауду, а не тебе, кто бы ты ни был! Мне нужен он.
      - Да? - Конан расплылся в удовлетворенной улыбке. - Мак-Лауду?
      - Да!
      - А я - Конан Мак-Лауд из того же клана. Правда, несколько другое поколение... Тебе разве не все равно?
      - Ага, - Слэн кивнул, - помню...
      И взмахнул мечом.
      Мак-Лауды одновременно подняли оружие, готовясь наброситься на противника, который вдруг вновь опустил свой двуручный эспадон и поднял указательный палец, покачав им у них перед носом.
      - Ц-ц-ц, - зацокал он языком, отступая на шаг. - Только не двое против одного!
      - Спасибо, Слэн, - Конан прищурился и скорчил благодарную физиономию. - Я знаю правила игры. Ты и я. Защищайся.
      Его лицо стало совершенно серьезным и спокойным, превратившись в маску языческого божества. И вспыхнул поединок. Звон стали наполнил помещение и загремел в ушах колокольным набатом. Резкие короткие удары сыпались один за другим, пеленой окутывая противников.
      Конан нападал, беспрерывно обрушивая острую сталь катаны на голову соперника, но громоздкая фигура Слэна с непостижимой легкостью ускользала от смертоносного клинка, оставляя под ударом широкое лезвие эспадона. Квинс пятился назад, планомерно отступая к витрине, выходящей на улицу. По пути он обрушивал под ноги Конана все, что попадалось ему под руку: стеклянные шкафы с выставленными в них антикварными изделиями, резные старинные стулья и ажурные стойки витых канделябров. Звон бьющегося стекла и грохот валящейся мебели заглушил испуганный крик Тессы, который привел в себя все еще неподвижно стоящего неподалеку от нее Дункана.
      Парировав новый выпад Конана, Слэн замер и поднял руку, прося перерыва в этом странном поединке. Конан тоже остановился в боевой стойке с занесенным мечом. Лицо его по-прежнему ничего не выражало. Внезапно исчезли звуки боя и за окном послышался далекий вой полицейских сирен.
      Квинс опустил меч, указал рукой на окно и учтиво поклонился, глядя в глаза Конана.
      - Похоже, что к вам как раз сегодня должны прийти гости? улыбнувшись, сказал он. - Было очень весело, - прямо с места он запрыгнул на подоконник витрины. - Но мне пора. Я зашел ненадолго. Просто хотел познакомиться с очаровательной хозяйкой дома. Ну что ж, придется отложить наше короткое свидание до следующего раза. До встречи, красавица! Прощайте, господа.
      Резким движением он разбил стекло, которое пролилось мелким дождем осколков на мостовую, и шагнул в темный провал ночной улицы, навстречу приближающемуся гулу сирен.
      Конан опустил свое грозное оружие и сделал шаг вдогонку, но меч Дункана неуверенно преградил ему дорогу, словно приглашая остаться в двухэтажном доме и никуда не уходить - ведь на улице уже вечер и так холодно, как никогда в это время года. Но гость, как ни в чем не бывало, обогнул преграду и одним прыжком оказался на подоконнике, с которого мгновение назад ушел его противник. На секунду повернувшись к хозяину, он улыбнулся и дружески сказал:
      - А ты неплохо выглядишь!
      И, дождавшись ответной улыбки Дункана, растворился в темноте. Вой полицейских сирен звучал уже совсем близко.
      2
      Дункан Мак-Лауд оставил свой открытый "лендровер" возле входа в полицейское управление, втиснув машину в узкий проем среди припаркованных здесь же дежурных автомобилей.
      Несмотря на раннее утро, в участке был шумно и многолюдно. Копы возвращались с ночного дежурства, и в коридорах и рабочих комнатах стояла толчея пересменки и гвалт.
      Дункан подошел к столику дежурного и протянул ему свою водительскую карточку. Лейтенант с уставшим после ночной смены лицом поднял на него взгляд и, просмотрев документ, вернул его владельцу.
      - Вы по какому вопросу?
      - Меня просили зайти, чтобы опознать парня, который вчера ночью залез в мой магазин.
      Копающийся рядом в шкафу с папками толстый чернокожий полицейский в светском костюме снял сползшие на кончик носа очки и, кивнув дежурному лейтенанту, жестом пригласил Мак-Лауда пройти к своему столу, стоящему тут же неподалеку.
      - Вы Дункан Мак-Лауд? - то ли вопросительно, то ли утвердительно сказал коп.
      - Да, - подтвердил пришедший.
      - Вы пришли, чтобы опознать Ричарда О'Брайна?
      - Да, кажется, именно так его зовут.
      - Мне бы очень хотелось поговорить с вами, мистер Мак-Лауд, - толстяк пригласил Дункана сесть и сам сел за свой стол. - Дело в том, что мы поймали этого парня недалеко от вашего магазина, но это еще не все. Он частый гость здесь. И сейчас у нас есть неопровержимые доказательства. Но вы не выдвигаете против него никаких обвинений. Почему?
      - Просто так, - спокойно ответил Мак-Лауд. - Обвинений не будет.
      - Хорошо, - полицейский вздохнул и продолжил. - Тогда я вам вот что скажу. Этот хулиган пытается отвертеться и утверждает, что ничего не украл. Он говорит, что просто проходил мимо и заглянул внутрь, услышав шум, а там трое мужчин дерутся на мечах.
      Дункан прыснул смехом и серьезно спросил:
      - Почему трое? Как же это он не увидел четвертого?
      - Какого четвертого? - полицейский явно не был расположен шутить в такой ранний час.
      - Как какого? - объяснял расшалившийся Дункан. - Такого в длинном синем плаще и с буквой "S" на груди. Простите его, он еще мальчишка... Я имею в виду О'Брайна.
      - Короче говоря, мистер Мак-Лауд, у него в карманах были кое-какие драгоценности из вашего магазина. Так что у нас есть все основания, чтобы...
      - Мне очень жаль, - перебил его Мак-Лауд. - Но я только хотел бы поговорить с мальчиком прежде, чем вы отпустите его.
      Настойчивость хозяина разгромленного магазина, с которой он говорил все это, заставила понять офицера, что Дункан не изменит уже своего решения. Но на всякий случай, чтобы до конца исполнить профессиональные обязанности, полицейский сказал:
      - Хорошо. Допустим, что вы, мистер Мак-Лауд, добрый самаритянин, который твердо уверен, что на свете не бывает плохих детей...
      Дункан лишь улыбнулся и пожал плечами, а коп продолжил:
      - Так я просто хочу вам кое-что объяснить. Конечно, если вы скажете, то О'Брайна тотчас отпустят. Но сегодня он еще несовершеннолетний, а через месяц ему будет восемнадцать.
      - Ну и что?
      - Если он попадет к нам еще раз, то с ним уже будут обращаться, как со взрослым. Вы понимаете, чем это ему грозит? Его отправят в большую федеральную тюрьму, где уголовники будут перекидывать его друг другу на десерт. Подумайте об этом.
      Дункан кивнул.
      - Я попробую убедить его.
      - Хорошо, - согласился офицер и снял телефонную трубку.
      После недолгого разговора он открыл встроенный в ящик стола маленький сейф и достал оттуда пластиковый пакет с аметистовыми браслетами и кулонами.
      - Убедитесь, что все цело, и подпишите протокол.
      Дежурный привел Ричи в маленькую комнатку для допросов, все убранство которой составляли стол, два стула и металлический шкаф с закрывающимися на замок ящиками. Указав арестованному на стул, полицейский положил перед ним бумажный пакет и, криво улыбнувшись, вышел, плотно закрыв за собой дверь.
      Оставшись один, Ричи вывалил содержимое пакета на стол. Там оказались вещи, изъятые при обыске. Это приятно удивило мальчишку и он принялся распихивать их по карманам.
      - Так-так, - довольный, бормотал он себе под нос. - Сегодня, впрочем, как и всегда, один наш знакомый опять уйдет на волю...
      Дверь раскрылась, и в комнатку вошел толстый негр-полицейский и Мак-Лауд. Увидев посетителей, Ричи состроил дурацкую физиономию и напялил на нос солнцезащитные очки, еще лежавшие на столе; затем, нагло откинувшись на спинку стула, он забросил на стол ноги.
      - Да, да, - занервничал он, - входите, входите, джентльмены!
      Полицейского передернуло. Он подошел к расхамившемуся парню и одним движением сдернул с него очки, бросив их на стол, сбил нахально вытянутые ноги и, подняв О'Брайна за шиворот, посадил его на стуле так, как, по его мнению, должен был сидеть напроказивший тинейджер.
      - Этот господин, - полицейский указал на Мак-Лауда, - хочет поговорить с тобой. И запомни, парень, - он начал четко и веско выговаривать каждое слово, - на этот раз ты свободен. На этот раз. Но дай мне малейший повод, и я тебя загребу. Даже если это произойдет сейчас, пока ты еще здесь. Ты сядешь у меня прямо здесь лет на десять. Понял?
      Но Ричи все было нипочем. Он радостно кивнул, поднес, как козыряющий болванчик, руку к голове и округлил глаза.
      - Да. Так точно. Конечно, сэр! Все понял, - забормотал он, давясь собственным языком.
      Полицейский поднял глаза на Дункана, как бы говоря - видите, мол, что это за подарок? - и, отойдя к двери, произнес:
      - Он в вашем распоряжении, мистер Мак-Лауд.
      Толстяк тяжело вздохнул и вышел, качая головой. Оставшись наедине с Дунканом, Ричи стало вдруг немного не по себе. Почему-то нахлынули разные воспоминания...
      Мак-Лауд медленно подошел к столу и наклонился над вросшим в стул парнем. На лице Ричи появилась глупая улыбка.
      - Я, действительно, очень благодарен вам, сэр, что вы даете мне еще одну возможность стать полезным членом общества, - залепетал он, пытаясь встать со стула.
      Но тяжелая рука Дункана опустилась на его плечо, вжимая в сидение. Ричи запнулся, втягивая голову в плечи, ожидая, что за этим движением последует удар. Но ничего не произошло. Так же давила на плечо тяжелая рука опытного воина, который все так же нависал над сидящим пареньком.
      - Услуга за услугу, - тихо произнес Дункан. - Я тебя отсюда вытащу. Но я не хочу, чтобы ты отвечал кому бы то ни было на вопросы о твоих вчерашних видениях.
      - Видениях? - Ричи нерешительно поднял на Дункана глаза. Надо было сказать что-то ехидно-резкое, чтобы было сразу понятно, что он, Ричи, тоже опасный человек, но почему-то сказать не удавалось, и вместо этого мальчишка залепетал, хлопая глазами. - Вы хотите сказать про видения о том, чем занимаетесь вы вместе с другими рыцарями Круглого стола? Об этом фехтовании?
      Мак-Лауд молчал и не шевелился, в упор глядя на О'Брайна.
      - Совершенно точно, - продолжал лепетать тот, - я ничего не видел. Это все просто выдумка! Бред...
      Дункан продолжал молча стоять над пареньком, которому уже было совсем нехорошо.
      - Нет, мистер Мак-Лауд! Я понимаю. Все понимаю. Мне все учителя говорят, что я схватываю с полуслова, но я очень ленивый. Я все понимаю.
      Эти заверения, похоже, тоже не удовлетворили странного хозяина антикварного магазина, потому что он не пошевелился и не издал ни звука. Ричи стало просто страшно.
      - Все, я сказал ведь, что - могила, - завизжал мальчишка. - Я помолчу. Слово джентльмена. К тому же, кому я смогу все это рассказать?
      - Да, действительно, - согласился Мак-Лауд. - Ты будешь выглядеть просто идиотом. И еще одно. Ты будешь выглядеть таким же идиотом, если не запомнишь, что тебе сказал этот полицейский. Потому, что я помогу ему составить тебе протекцию у судьи.
      Мак-Лауд выпрямился и пошел к дверям, оставив сидящего на стуле подростка размышлять о происшедшем.
      3
      Вечера всегда прекрасны, в любое время года. День засыпает, как наигравшийся ребенок. Лучше всего это понимаешь, когда за окном середина августа и вечерняя прохлада вдруг занимает место дневного зноя. От реки неподалеку ползет серой дымкой туман, окутывая дома и застилая улочки влажной пеленой, в которой огни окон и звуки проезжающих по бетонным мостовым автомобилей кажутся приглушенными и восхитительно мягкими. Но это все суета. Огни, беготня автомобилей, шаги людей, спешащих по домам... Хочется совсем другого. Хочется после теплого душа упасть в объятия мягкого дивана и ощутить всем телом уют меховой накидки из овечьей шкуры и долго пить вино, и смотреть на пламя камина, и ждать...
      Стол давно готов, сервирован к сегодняшнему праздничному ужину, в канделябрах горят грубые свечи, сама столешница накрыта некрашеной льняной скатертью... Все ждет ЕЕ появления. А она моется за толстым стеклом, отделяющим ванну и кухню от гостиной. Стекло мутное, и очертания ее тела плавны и нежны, словно размыты водой, падающей сверху из душа.
      Так бывает только в книгах и в мечтах, но так было уже двенадцать лет, - как один день, как первый и единственный.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9