Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Книги Огня (№2) - Хранитель ключей

ModernLib.Net / Фэнтези / Вурц Дженни / Хранитель ключей - Чтение (стр. 4)
Автор: Вурц Дженни
Жанр: Фэнтези
Серия: Книги Огня

 

 


Ллондель издала заунывную трель. На секунду ее глаза зажглись почти человеческой печалью.

«Наследник Повелителя огня, Хранитель ключей».

Она плела видение с искусством опытного музыканта, соединяя воедино образ, звук и древнюю память, превращая их в стон неумолимой судьбы. Джарик почувствовал, как этот стон эхом отдается в его полной скорби душе.

«Иди своей дорогой, сын Ивейна. Но будь осторожен. Будь осторожен, младший брат-человек».

Лицо ллонделя расплылось и исчезло.

Джарика окутал туман, и юноша скользнул в сплетенные демоницей образы.


Пропали камни и ледяные скалы, и он очутился на судне, которое неуклюже раскачивалось на волнах. Лодка была чуть больше обычной рыбацкой плоскодонки, на парусах красовались заплаты, а на палубе лежала куча вонявших рыбой сетей. Благодаря ллонделю Джарик понял, что видит настоящее: сейчас эта лодка плыла прочь от западного берега Эльринфаэра.

Двое братьев в непромокаемых костюмах тянули бечеву через планшир. Они работали молча при свете штормового фонаря, привязанного к кольцу в ахтерштевне, и не замечали, что за ними наблюдают. Стекло фонаря было забрызгано солью, он отбрасывал причудливые тени, которые шевелились всякий раз, как лодку покачивала очередная волна. В переплетении света и теней Джарик разглядел, что на носу судна кто-то лежит.

Этот человек, страдавший от лихорадки, был укрыт грубым шерстяным плащом и прикрывал лицо перепачканной грязью и песком рукой. Джарик разглядел блеск золотого шитья на порванной манжете льняной рубашки и с внезапным ужасом узнал узор. Рассмотрев лежавшего получше, он увидел покрытые волдырями пальцы, спутанные волосы, черные как вороново крыло.

Больше вглядываться было незачем: Джарик уже понял, что это Эмиен, брат сновидицы Таэн. Тот самый человек, с которым он, Джарик, всего три дня назад сражался на мечах и заставил отдать ключи от Эльринфаэра. Должно быть, рыбаки нашли Эмиена на берегу и взяли на борт. Казалось, вид страданий юноши должен вызывать жалость, но вместо жалости сын Ивейна почувствовал такой ужас, как будто случилась непоправимая беда.

«Зачем ты показываешь мне его? — мысленно окликнул он ллонделя. — Какое зло может причинить Эмиен? Его хозяйка Татагрес мертва, он сам убил ее на берегу Эльринфаэра. Это она колдовала с помощью демонов, а не он».

Ллондель ответила новым видением.

Рыбацкое судно затуманилось, потом картина снова стала четкой — и Джарик увидел то, что еще только должно было произойти. Эмиен откинул шерстяное одеяло, которым был укрыт, поднялся и сделал неверный шаг. Его глаза блестели от лихорадки, руки дрожали, но он уцепился за планшир и удержался на ногах. Выражение лица больного юноши заставило Джарика содрогнуться от дурного предчувствия: хотя Эмиен двигался как сомнамбула, он явно шел по палубе с какой-то целью, а не просто в горячечном бреду.

Судно взлетело на волне, фонарь качнулся. Тени закружились по истертым доскам палубы, когда корма суденышка опустилась. Бечева, которую оттягивало неумолимое течение, скребла о банку. Один из рыбаков раздраженно выругался и, топнув сапогом, приложил все усилия, чтобы все же вытянуть сеть. Если бы он поднял голову, он увидел бы, что Эмиена на носу больше нет. Но оба брата были заняты делом и не видели, как беглец, которого они спасли с Эльринфаэра, наклонился и вынул разделочный нож из ахтерпика.

Только Джарик видел, как дрожащие обожженные пальцы сжали рукоять. Потом Эмиена вдруг окружила дрожащая яркая дымка, как будто ветер зашевелил занавеси из ставшего видимым света. Тело темноволосого юноши замерцало, напомнив Джарику ауру Стража штормов Эльринфаэра, которую сын Ивейна видел совсем недавно. Но аура Эмиена, почти равная по мощи ауре Анскиере, была другой: в ней чувствовалось зло. К брату Таэн явно перешла способность Татагрес получать колдовскую власть от демонов.

Джарик закричал, но в полуреальном мире видений ллонделя его голос никто не услышал. Вспомнив, что перед ним просто сцена из будущего, Джарик беспомощно смотрел, как красноватая аура вокруг Эмиена замерцала, сгустилась и стала ярче.

Почувствовав прилив демонической силы, Эмиен рванулся вперед и воткнул нож в спину ближайшего рыбака. Тот выпустил сеть, бечева заскребла по дереву и упала в море, а рыбак с булькающим криком рухнул животом на планшир. Кровь, черная в свете фонаря, змейкой заструилась по его непромокаемому костюму. Второй рыбак повернулся с криком гнева и удивления и успел увидеть пылающее в лихорадке лицо, спутанные черные волосы и безумную улыбку. Потом нож Эмиена вонзился ему в грудь. Рыбак упал за борт, угодив в сеть, полную серебристой рыбы.

Лодка качнулась, и посреди адской пляски теней Эмиен отцепил сеть. Грузила зазвенели и плюхнулись в море. Умирающий рыбак погрузился в волны, а Эмиен бесстрастно столкнул за борт второе тело.

Потом пошел на корму и взялся за румпель. Рыбацкое судно дрогнуло, качнулось и сделало поворот фордевинд. Парус натянулся с резким хлопком, блоки зазвенели, стрелка компаса указала на север.

Благодаря ллонделю Джарик заглянул еще дальше в будущее и увидел, как после долгого плавания по штормовому морю Эмиен добрался до берегов Фелуэйта далеко на севере. Там любимый брат сновидицы Таэн встретился наконец со своими хозяевами, которым отныне служил. Осунувшийся после нескольких недель, проведенных в море, Эмиен, спотыкаясь, ступил на песок, и его сразу поймали нетерпеливые руки демонов.

Джарик шептал напрасные слова, пытаясь отвратить неизбежное. Он не мог изменить ход событий, он мог только смотреть, как Проклятые Кором положили Эмиена на носилки и понесли на северо-восток. Видение подернулось рябью, потом сменилось другим.

Джарик увидел открытые всем ветрам скалы за пределами Кейтланда. Земля там была голой и унылой, как в далекие времена перед Великим Падением, на ней росли одни лишь лишайники.

Демоны, чьи силуэты были четко видны на фоне пустого неба, понесли Эмиена вверх по изрезанной выступами скале. На скале высилась крепость — серые углы стен, ряды тонких башен… Джарик с отчаянием узнал главную башню крепости, хотя никогда в жизни там не бывал. В легендах этот замок назывался Храмом Теней, тюрьмой Проклятых и твердыней демонов. Если Эмиен когда-нибудь выйдет оттуда, то только на погибель всему человечеству.

4

КОРОЛЬ ПИРАТОВ

ДЖАРИК ПРОСНУЛСЯ от холодного моросящего дождя. Вода капала с его волос, текла прохладными струйками на камни, на которых он лежал. Видение, посланное ллонделем, погрузило юношу в тоску: из Храма Теней придет беда, такая беда, какой еще не знавал Кейт ланд. Джарик больше не мог оставаться в стороне. Возможно, он сумеет помешать убийству рыбаков и избавить Эмиена от проклятия темных залов Храма Теней.

Скорчившись в туманной тьме на каменном уступе, Джарик снова вспомнил тот миг, когда получил ключи на берегах Эльринфаэра; он угрожал тогда Эмиену обнаженным мечом, но удара не нанес. Горе сестры Эмиена и собственное нежелание убивать удержали его руку.

Джарик прикусил губу. Ничего хорошего из его жалости не вышло. Позволив Эмиену уйти, он вручил демонам еще одно орудие, с помощью которого они будут творить в Кейтланде зло.

Джарик медленно сел. Из темноты на него не глядели оранжевые глаза: уступ, на котором раньше сидела ллондель, был пуст.

Теперь никто не преграждал Джарику путь, и все же юноша не сразу преодолел в себе недоверие, которое внушала ему демоница. Только убедившись, что ключи от Эльринфаэра и перо штормового сокола по-прежнему спрятаны в мешочке, висящем на его груди, Джарик слегка расслабился и снова огляделся по сторонам. Он заметил, что на камне, рукояткой к нему, лежит его нож, а рядом — еще какой-то предмет.

Юноша наклонился вперед и осторожно дотронулся до рукояти ножа. Ллондель не появилась, чтобы ему помешать, и Джарик с облегчением спрятал оружие в ножны.

Другой предмет испугал его. Джарик предпочел бы к нему не прикасаться, но ошибка, которую он совершил, дав Эмиену сбежать, научила его не отмахиваться от возможной угрозы.

Джарик осторожно ощупал то, что оказалось деревянной флейтой, украшенной завитками перламутровых инкрустаций. Поверхность ее была теплой, как будто ее недавно согревало чье-то тело. Двенадцать отверстий флейты явно предназначались не для человеческих пальцев, и интуиция подсказала Джарику: инструмент оставлен ему ллонделем, на всякий случай. Если он возьмет на флейте самую высокую ноту, ллондели придут на помощь…

Джарик вздрогнул. Только благодаря мысленному влиянию демоницы ему в голову могло прийти такое объяснение. Наверняка ллондель прячется сейчас неподалеку и исподтишка продолжает за ним наблюдать.

Джарик заколебался.

Ни один человек не смел довериться демону, за обладание вышедшими из рук демонов предметами в Кейтланде могли обвинить в ереси. Неважно, что флейта с виду безвредна, — ее нельзя было брать!

Джарик положил инструмент обратно и встал. Теперь он вспоминал свои недавние видения с подозрением: может, и встреча с Анскиере только привиделась ему благодаря искусному внушению демоницы? Возможно, ллондель старалась усыпить его бдительность, поколебать его убеждения — а потом заставить пасть, как демоны заставили пасть Эмиена.

Хотя Джарик насквозь промок и у него ныло все тело, он снова начал упрямо карабкаться на обледеневшие скалы.

Худшая часть подъема осталась позади, но удержаться на скользком от дождя склоне было по-прежнему очень сложно. От холода руки юноши окоченели, один неверный шаг мог привести к падению, и тогда Джарик полетел бы вниз, ударяясь о гранитные выступы, пока с переломанными руками и ногами не рухнул бы в дикий водоворот бурунов у рифов.

Сын Ивейна осторожно двигался по уходящему вверх выступу, вдыхая кислый запах водорослей. Постепенно выступ превратился в широкий карниз, за которым поднимались обледеневшие скалы, ставшие тюрьмой Анскиере. Над ними белыми пятнами колыхался туман.

Величественные утесы заставляли Джарика чувствовать себя маленьким и ничтожным. Прибой внизу вскидывался и разбивался о лед; рев волн гулко отдавался от скал, и казалось, что вода кипит прямо у юноши под ногами. Ветер выл в ущельях, холодные струйки дождя стекали Джарику за воротник. Когда он очутился здесь в прошлый раз, чтобы поговорить с Анскиере, волшебник окликнул его голосом ветра, и Джарик слушал Стража штормов в такой тишине, что даже прибой внизу, казалось, утих. Но теперь никто не подал голос, чтобы приветствовать юношу, который принес ключи от Эльринфаэра.

Замерзший и разочарованный, Джарик прислонился спиной к каменному склону.

— Анскиере!

Его крик эхом отдался в пропасти и затерялся в грохоте волн. Крикнуть второй раз у Джарика не хватило духу. Слова не достигали слуха Стража штормов Эльринфаэра, и у юноши появилось тяжелое предчувствие, что видения, посланные ллон-делем, были правдивыми.

Демоница назвала его Хранителем ключей, с горечью вспомнил Джарик. Он не был готов к такой ответственности! С тех пор как он оказался во власти заклятия Анскиере, он действовал наобум, не задумываясь о будущем, действуя согласно воле волшебника, а не своей собственной.

Теперь же, замерзая под дождем на окутанном туманом склоне, Джарик пытался принять собственное решение. Он хотел найти свой путь вместо того, чтобы отвечать силой на силу. Он не станет проходить Круг Огня, который сделает его безумным, он придумает что-нибудь другое. Наверняка существует иной способ защититься от угрожающих Кейт-ланду демонов!

Джарик прикрыл лицо руками, сцепив холодные, как лед, пальцы. Сейчас он чувствовал себя таким одиноким, как никогда в жизни. Он знал, что ему грозит опасность: каждый упущенный час позволяет демонам Храма Теней строить против него планы. Но речь идет не только о его жизни. Рано или поздно сновидица Таэн узнает, что ее брат заключил союз с демонами, — а обученная ваэре волшебница неизбежно выяснит правду, потому что ни один смертный в Кейтланде не может скрыть от нее своих мыслей.

Несмотря на мужество Таэн, горе, которое, обрушится на девушку, когда она узнает о предательстве Эмиена, может сломить ее дух. И это тревожило Джарика больше всего. Как наследник Повелителя огня, он поклялся, что защитит сновидицу.


Сквозь изморось над Скалистой Гаванью пробился тусклый серый рассвет.

Таэн сидела на камне на берегу, закутавшись в плащ из промасленной шерсти, который ей дал Килмарк. Джарик скоро вернется. Она точно знала это даже без помощи своего магического дара. С тех пор как ваэре с ее помощью заставили Джарика отправиться туда, где того настигло заклятие Анскиере, девушка понимала наследника Повелителя огня лучше, чем он понимал себя сам. Но юноша счел ее поступок предательством, и их дружбу до сих пор отравляли горечь и недоверие.

Таэн не смела слишком глубоко заглядывать в душу Джарика. Он почувствовал бы, что она это делает, а поскольку судьба всего Кейтланда зависела от сына Ивейна, Таэн боялась рисковать. Она сидела под дождем в рассветном полумраке, терпеливо ожидая, когда Джарик решит спуститься.

Наступил день, небо над ледяными скалами посветлело. Чайки пикировали, хватая рыбешек, оставленных приливом среди залитых дождем прибрежных камней.

Таэн смахнула со щек мокрые волосы и пониже опустила коричневый капюшон, пряча лицо от дождя. Запах мокрой шерсти смешивался с вонью гниющего у берега мусора. Девушка уже перестала замечать, как замерзли ее ноги… И вдруг впервые за несколько дней улыбнулась, почувствовав теплый толчок: Джарик, сидевший на уступе скалы высоко над морем, наконец встал и начал спускаться.

«Он стойко выносит удары судьбы», — облегченно вздохнув, подумала Таэн. Щеки ее слегка порозовели, она не отрывала синих глаз оттуда, где скоро снова должен был появиться скрывшийся за каменным выступом юноша. Хотя ваэре часто ругали Таэн за несдержанность, ей была свойственна стойкость духа, и она упрямо хранила в сердце надежду. Спасение Анскиере и судьба Кейтланда зависели от того, пройдет ли сын Ивейна Круг Огня.

Самые темные ночные часы тянулись для нее и то быстрее, чем те последние минуты, пока Джарик спускался с ледяных скал. Когда он наконец спрыгнул на песок, Таэн встала.

Джарик споткнулся — от холода у него онемело тело; мокрые от дождя светлые волосы падали ему на глаза. И даже на расстоянии Таэн увидела, что он дрожит.

— Джарик! — Шум волн заглушил ее голос, и она позвала громче: — Джарик!

Он остановился и поднял голову, удивленно распахнув карие глаза. Таэн поднесла к лицу руку, чтобы скрыть улыбку, довольная, что Джарик не заметил, как она наблюдала за ним всю ночь, — и побежала навстречу.

Запыхавшись, она остановилась перед юношей и сразу увидела, как он измучен.

— Ах я, балда!

Таэн быстро расстегнула пряжку плаща, мельком заметив, какими маленькими, почти детскими кажутся ее руки. Потом она накинула на Джарика полу плаща: одеяние Килмарка оказалось таким широким, что укрыло их обоих.

— Я же весь мокрый! — запротестовал юноша.

— Даже не вздумай возражать! — Она невольно ахнула, почувствовав, как промокло ее платье, но твердо повторила: — Даже не вздумай! Если мне придется уложить тебя в постель и кормить бульоном, это тебе понравится еще меньше.

Джарик не улыбнулся, что было совсем на него не похоже. Вместо этого он взглянул на большой рубин, украшавший застежку плаща, и тревожно напрягся.

— Это плащ Килмарка, — резко сказал Джарик. — Он знает, что ты здесь?

— У тебя рыбьи мозги, и это еще комплимент, — ответила Таэн.

Ее дар предупредил, что прикосновения еще больше смущают юношу, поэтому она слегка отодвинулась.

— Когда король пиратов заметил, что ты ушел с его банкета без разрешения, он начал орать как сумасшедший и хотел послать половину своих капитанов на поиски. Я предложила отправиться вместо них. Сказала, что знаю, где тебя искать.

Джарик должен был понять, что она старалась ради него. Повлиять на повелителя Скалистой Гавани было не легче, чем на бешеного волка, особенно если дело касалось посторонних, без разрешения бродивших по острову Килмарка.

Но Джарик не принял шутливого тона. Сжав губы, он взял застежку с рубином из руки Таэн и с силой воткнул в ворот плаща. Потом ответил на вопрос, который Таэн не посмела задать, хотя оба они знали: настоящая причина гнева Килмарка заключается в том, что король в тревоге ждет — примет ли Джарик наследие Повелителя огня или бросит Стража штормов в ледяной тюрьме и оставит Кейт ланд в опасности?

— Я отправляюсь в библиотеку Ландфаста. — Джарик помедлил, ожидая упрека. Таэн затаила дыхание, ожидая продолжения; напряжение повисло в воздухе подобно отточенному клинку. — Если можно помочь Кейтланду, избежав при этом тех бед, которые мой отец принес людям, я найду этот способ. Я узнаю, как стать магом, не проходя Круг Огня.

Джарик быстро шагнул вперед, и плащ, наброшенный на него и Таэн, натянулся, так что девушка споткнулась. Сын Ивейна обнял ее за плечи, чтобы помочь удержаться на ногах.

— Извини, маленькая колдунья, — ласково сказал он, — но я устал от волшебников и волшебства.

Спорить с ним было бесполезно. Таэн подозревала, что Джарик сказал не все, но, видя, как упрямо он выпятил челюсть, девушка не стала прибегать к своему дару и выяснять, что же он скрыл. Если она попытается изменить его решение, то скорее всего потерпит неудачу. Джарик слишком сильно ненавидел заклятие волшебника, которое управляло его жизнью.

Таэн с трудом волочила ноги, устав от своего ночного бдения — и не только от него.

Джарик сжал ее рукав и, высвободив другую руку, мягко заправил прядь черных как ночь волос девушки под капюшон.

— Может, вернем плащ Килмарку, пока он не послал за ним одного из своих кровожадных капитанов?

Таэн кивнула, сдаваясь.

Ей придется довериться Джарику. Борьба за возвращение ключей к Эльринфаэру открыла новые стороны характера сына Ивейна; его решение заняться исследованиями в Ландфасте вовсе не было отказом от ответственности.

Но это не успокоило Таэн. Если юноша не найдет ответа, если угроза Кейтланду станет неизбежной и только Круг Огня сможет спасти людской род, Таэн предвидела большие беды: ваэре могут приказать ей предать Джарика — как однажды уже произошло.


Погода становилась все хуже и хуже. Когда Джарик поймал и взнуздал своего коня, дождь уже вовсю барабанил по земле. Оставив плащ Таэн, юноша помог ей сесть в седло, потом вскочил на своего скакуна. Наклонившись навстречу северному ветру, он направился к главной крепости Скалистой Гавани. Таэн ехала рядом, терпеливо храня молчание.

Дорога пошла в гору, трава уступила место кустарнику, копыта лошадей иногда стучали по поросшим лишайником камням. Вдалеке вставали цепи гор, над затопленными туманом долинами поднимались кедры.

Когда ледяные скалы остались далеко позади, в воздухе потеплело. Лошади сбивали росу с папоротника и диких цветов и, вздымая брызги, пересекали текущие с гор ручьи.

В лиге от берега Таэн и Джарик оказались на горной дороге, по которой лошади смогли скакать быстрее. Копыта застучали по плотно утоптанному пути: по этой тропе обычно передвигались конные патрули Килмарка. Задолго до полудня Джарик и сновидица перевели взмыленных коней на шаг, добравшись до черных стен портовых укреплений.

Джарик направился к узкой арке, соединявшей одинаковые черные башни, охранявшие городские ворота. На стертых камнях блестел дождь. За зубцами стен виднелись высокие крыши улочки ремесленников, где лавки и кузни тянулись тесным рядом вдоль крутого склона.

Перед стеной Джарик натянул поводья и, когда Таэн остановилась рядом, стряхнул воду с волос и кивнул в сторону города:

— Ты поезжай. А я — в гавань.

Возражения Таэн заглушил внезапный звон металла: ставень окна караулки откинулся с таким грохотом, что оба всадника невольно вздрогнули.

Из окошка высунулся бородатый офицер.

— Заезжайте оба! — крикнул он. — Приказ Килмарка. Мне велено проводить вас.

Джарик дернулся, сжал губы и коснулся пятками боков коня, разворачивая его к Таэн.

— Твоих рук дело? — обвиняющим тоном спросил юноша.

Таэн покачала головой, но ответила не сразу, а сперва подождала, пока стражник закроет ставень — с таким же грохотом, с каким откинул его.

— Я сказала Килмарку только, что собираюсь тебя найти. А то, что он вызывает нас к себе… Я тут ни при чем!

Офицер вышел из караулки в тень под аркой.

— Быстрее! — раздраженно скомандовал он. — Караул уже доложил о вашем возвращении, Килмарк ждет.

Вместо того чтобы повиноваться, Джарик застыл, глядя на Таэн. Сновидица неловко заерзала в седле и так натянула поводья, что лошадь протестующе мотнула шеей.

Не послушаться приказа было безумием; Кил-марк безжалостно наказывал за неповиновение, и его подчиненные готовы были пойти на убийство, лишь бы не вызвать гнева короля. Офицер нетерпеливо вышел из-под арки, опустив руку на рукоять меча, капли дождя драгоценностями заблестели на его кольчуге. Даже сейчас Таэн не смела использовать свой эмпатический дар, чтобы узнать, почему так медлит Джарик. Если она хотела заслужить его доверие, ей придется обходиться только словами, не прибегая к чтению мыслей. Офицер прошипел сквозь зубы:

— Вы что, с ума сошли?

И только тут Таэн с облегчением узнала голос.

— Корли?

Она повернулась в седле, чтобы убедиться — это и вправду он.

От дождя борода капитана потемнела, его губы, обычно кривящиеся в усмешке, сейчас были мрачно сжаты. Корли, сын Деи, был не просто офицером стражи, а самым доверенным из старших капитанов Килмарка. На его слова нельзя было плевать.

— Джарик, — умоляюще сказала Таэн. — Ну пожалуйста, поедем к королю…

Юноша направил коня к караулке, но даже не попытался при этом скрыть свое недовольство. Лошадь Таэн послушно затрусила следом.

Увидев, что его подопечные повернули туда, куда нужно, Корли снова укрылся от дождя под аркой ворот, не желая промокнуть насквозь. Капитан зашагал впереди всадников; куртка на его широких плечах потемнела от влаги.

— Кор! — Голос Корли с резким северным акцентом заглушил стук копыт. — Послать бы вас обоих за это мечи полировать. Что Килмарк ненавидит больше всего, так это ржавчину на своих кораблях и на мечах своих офицеров.

Таэн усмехнулась, пряча лицо под мокрым капюшоном. Капитан жаловался не всерьез; девушка знала, что в кармане Корли носит точильный камень и тряпку и в свободные минуты любит точить свои ножи. Однажды, во время длинного военного совета, Таэн насчитала у него девять ножей, а в казармах поговаривали, что их еще больше.

Корли через плечо оглянулся на Джарика, увидел напряженное и хмурое лицо юноши и сказал:

— Не люблю, когда взбешенные люди молча едут за моей спиной. Мне было бы легче, если б ты ругался!

Это замечание осталось без ответа. По ту сторону арки ливень встретил их белой плотной завесой, и Джарик въехал в нее в гордом молчании. Борясь с ветром и дождем, всадники проследовали по узким запутанным улочкам и приблизились к внутренним укреплениям крепости Килмарка.

Спешиваясь, Джарик сильно споткнулся, и только тогда Таэн поняла, что его молчание объясняется еще и тем, что он ужасно замерз и устал. После ночного бдения на ледяных скалах он едва держался на ногах. Таэн призвала на помощь свой дар и мысленно обратилась к Корли, поведав ему о своей тревоге.

Капитан приподнял брови, удивленно взглянул на Джарика и раздраженно позвал конюха.

Мальчик уже выбежал из конюшен, ловко поймал поводья кобылы Таэн, которые бросил ему Корли, и мотнул головой в сторону серого коня Джарика:

— Этого оставьте. Он боевой, обучен стоять на месте.

— Тогда пойдем.

Корли крепко взял Джарика за плечо, поддержав, когда юноша снова споткнулся. Пригнувшись под потоками ливня, Таэн пошла вслед за ними по блестящим от воды плитам двора.

— Кор побери эту погоду! — Корли шагнул под сводчатую арку. — Ее точно для уток придумали.

Вытирая лицо рукавом и оставляя за собой грязные лужицы, он двинулся по коридору. Таэн сбросила плащ и чуть не повторила ругательство Корли, когда густая прядь ее волос зацепилась за рубиновую застежку. Она на ходу начала выпутывать волосы, наклонив голову набок и по привычке направляясь ко входу в главный зал.

— Не туда, госпожа, — не оборачиваясь, бросил Корли. По звуку шагов сновидицы капитан понял, куда она свернула. — Килмарк ждет в своем личном кабинете, — мягче добавил он.

Наконец Таэн высвободила волосы и раздраженно поспешила вдогонку за капитаном, который повел Джарика вверх по лестнице.

Потом они прошли по коридору, выстланному мраморными плитами с золотыми прожилками. Окованная железом дверь в конце коридора была приоткрыта, сквозь щель выбивался свет.

Корли приоткрыл дверь плечом, не постучав.

— Оба со мной, господин, промокли насквозь, но целы.

Дверь широко распахнулась, за ней оказалась комната с узорчатым ковром, резными стульями, со столами, заваленными картами. Пламя свечей бросало отблески на позолоту, освещало свитки пергамента на полках, протянувшихся вдоль стен. В замке Скалистой Гавани хранились бесценные сокровища, награбленные или собранные в качестве дани с кораблей, пришедших из самых далеких уголков Кейтланда, но их новый хозяин не обращал внимания на аккуратность. На лакированном столике, украшенном перламутровой инкрустацией, стоял ящик с заржавленными подковами, а улыбающемуся мраморному херувиму не мешали танцевать перекинутые через его крылья щит и большой меч Килмарка. Из-за стола с картами поднялся хозяин этого меча. Сквозняк от открывшейся двери заставил замерцать огонь свечей, отбрасывая блики на светлые, беспокойные, как у волка, глаза и волнистые черные волосы. Выражение лица правителя Скалистой Гавани было мрачней грозовой тучи.

— Вы опоздали, — резко начал он. — Караул доложил о вашем прибытии двадцать минут назад.

Килмарк двинулся вокруг стола, на обруче, перехватывавшем его волосы, заблестели рубины.

Корли не стал оправдываться, а просто повернулся и тихо запер дверь. Годы, проведенные на службе Килмарка, научили его, когда нужно молчать. Повелитель Скалистой Гавани напряженно и испытующе уставился на Джарика, потом пересек комнату тремя размашистыми шагами.

— Юный идиот!

Килмарк взял юношу за плечо и, развернув, усадил в кресло. Король кликнул слугу, потребовав подогретого вина, и жестом велел сесть Таэн и Корли.

— Плюнь на мокрую одежду, — скомандовал он, когда Таэн заколебалась. — В пакгаузе у доков полно других красивых стульев.

Таэн села, поморщившись из-за того, что замочила дорогую парчу. Пламя свечей перестало дрожать, стало светлее, и девушка заметила, что кожаная рубашка Килмарка смята и испачкана корабельной смолой, его ногти грязные, а мокрые волосы прилипли ко лбу. Наверняка он явился сюда прямо с причала, где его люди укорачивали швартовы — ветер все усиливался.

Беспокойный, как пламя на ветру, Килмарк зашагал взад-вперед вдоль камина. Хотя лицо его скрывала тень, недовольство короля бросалось в глаза. Внезапно он остановился и заговорил.

— Огни Кора, парень! Сновидица уже сказала нам, что разбудить Анскиере тебе не под силу. Так зачем надо было сидеть там всю ночь и дуться?

Джарик напрягся. Таэн ахнула и прикусила костяшки пальцев.

Не успела она заговорить, как Килмарк повернулся к ней, прищурив полные жадного любопытства глаза.

— Ах, так ты ему не сказала!

Таэн покачала головой, с отчаянием чувствуя, что все ее усилия пропали зря. Джарик бросил на нее враждебный взгляд, и девушка тщетно попыталась исправить то, что натворили опрометчивые слова Килмарка:

— Ты бы все равно не послушал, Джарик! Что тебе ни говори, ты бы все равно поднялся на ледяные скалы, чтобы убедиться во всем самому!

Но Джарик неправильно ее понял и так сильно сжал подлокотники, что его пальцы на фоне дерева стали ярко-белыми. Дождевая вода, капающая со спутанных от ветра светлых волос, текла по его щекам, по подбородку, на котором только-только начала пробиваться борода. Ему едва исполнилось восемнадцать, и он не был готов к судьбе, доставшейся ему в наследство от Повелителя огня Ивейна. В мгновенном порыве жалости Таэн коснулась разума юноши, стремясь утешить его и успокоить.

Джарик почувствовал это прикосновение и вздрогнул.

Обиженная его недоверием Таэн, сознавая, что Килмарк пристально наблюдает за ними, сделала еще одну попытку, но, когда она заговорила, ее голос прозвучал резче, чем она хотела:

— Джарик, мне не нужно прибегать к магии ваэре, чтобы видеть, как ты мечтаешь освободиться от заклятья Анскиере.

В этот момент щелкнул засов, и Килмарк мгновенно развернулся к открывшейся двери. Вошедший в комнату седой слуга с подносом, опасаясь вспыльчивого нрава короля, постарался двигаться бесшумно и как можно быстрей. Он поставил свою ношу возле ящика с подковами и начал разливать напиток из резного хрустального графина. Комнату наполнил запах специй и горячего вина.

Килмарк схватил первый же бокал и протянул его Джарику.

— Ты промерз до костей, парень. Даже маленькая девочка сейчас сбила бы тебя с ног тряпичной куклой.

Джарик поднес бокал к губам, с трудом глотнул, на его щеках выступила слабая краска. Килмарк сложил руки на груди, и Таэн почувствовала, как спадает напряжение короля.

Капитан Корли выдохнул, достал из-за голенища нож и начал ритмично водить лезвием по точильному камню, который откуда ни возьмись оказался в другой его руке.

Слуга снова взялся за дело, уже не так торопливо, словно его успокоил этот привычный ритуал.

— Что ж, — сказал Килмарк, прислонившись к столу с картами и оглядывая комнату. — Вот что я предлагаю.

Тон его голоса, впрочем, говорил: сейчас последует не предложение, а приказ, и Таэн, взяв из рук слуги бокал с подогретым вином, подумала, что никаких возражений король не потерпит. Корли тоже это знал. Сталь тонко скрипела под его рукой, глубоко посаженные светло-карие глаза были полуприкрыты.

— Моя бригантина «Безлунный» готова к отплытию. Экипаж стоит на якорной вахте. — Килмарк сунул большие пальцы за пояс. — С отливом она выйдет в море под моим флагом и доставит вас обоих на остров ваэре.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19