Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Взывая из бездны

ModernLib.Net / Мартынов Алексей / Взывая из бездны - Чтение (стр. 6)
Автор: Мартынов Алексей
Жанр:

 

 


Он смеялся, но это была больше насмешка, чем дружеское веселье. Если бы с ним рядом не стоял его старший брат, то его избили бы. Но брат у него здоровый! Просто шкаф, а не брат. Мне бы такого брата… Шёл домой и слышал вой сирены. Нет, не ментовской и не скорой помощи. То была какая-то мощная сирена, слышимая издалека, ибо я шёл лесом и, по крайней мере, на километр вокруг не было ни одного строения. А выла она долго — порядка пяти минут. Потом стихла ненадолго и снова завыла, ну а дальше я ушёл за дома и больше её не слышал. Странно, второй раз в жизни слышу такую сирену. Впервые я её услышал года два назад, когда шёл от Дисы домой. Тогда она была ближе и ревела гораздо громче. Может это предупреждение о начале войны или о заложенной бомбе. Надо попробовать позвонить в домуправ и сказать, что в доме заложена бомба. Интересно, выть сиренка-то будет?
* * *

Наконец-то поступили деньги на счёт! Прошло две недели, я уж думал, что не дойдут. На радостях начал скачивать по своему диалапу стодевяносто-метровый клипушник. Не скачал… Но это ещё не конец — я буду работать над собой и над связью и над всем остальным вместе взятым. Слушайте меня, люди! Я обещаю повысить пенсии, снизить налоги, отменить все войны и предотвращать и урегулировать любые конфликты! Но для этого вы должны продать свои квартиры, дачи и всю остальную ценность и утварь. После этого вы должны перевести все полученные деньги на мой секретный счёт под номером хыхыхыхыхыхыхыхыхы, разбить в лесу лагерь и ежедневно приносить мне дары, драться за меня и голосовать за меня всегда и везде, ибо я ваш бог. И воцарится тогда мир, и я поведу вас вперёд — к светлому будущему! Женщины, мужайтесь! Мужчины, женитесь! Ждать осталось не долго… К чему это я? Ах, да. Скачал новый менагер закачек — говорили, что крутой. Проверил. Так себе — ни бэ ни мэ. Стал качать пятиметровую вещь, так менагер при соединении в сорок кило бод выдал мне скорость закачки в 15 (пятнадцать!) кило байт!!! Вот юморист, он бы их ещё прокачивал, а то написал пятнашку, а качал от силы тройбан…

* * *

В автобусе рядом со мной ехал подозрительный человек. Вошёл на начальной остановке с большими сумками (бутылки) и встал на ступеньке спиной к дверям. Проехал он всего пару остановок, при чём на каждой, когда открывались двери, не отходил вперёд, а чуть отклонялся в сторону, освобождая проход на одного человека. И что странно, то, что ему никто и слова не сказал, будто он никому не мешает, и вообще его нет. Что меня в нём напрягло — так это то, что он пристально смотрел на мою сумку. Думал, что упрёт, но он ничего не сделал, а мирно вышел.

* * *

Звали нас в военкомат, мы отказались. Тогда нас немного обругали (всего минут десять) и сказали, что через два дня всё равно нужно будет идти. Заберут ещё… Что бы такого придумать, чтобы не забрали. Интересно, какой коньяк они там пьют…

* * *

Получил неплохое бабло за новую партию. Ну теперь точно могу прикупить кефиру, то есть коньяку, для товарищей офицеров и выше по званию в военкомате. Скоро пойдём. Поспрашивал у бывалых, они говорят, что будет весело и смешно. Главное — это не напиваться и вести себя прилично (ну да, конечно). Провели в классе референдум (так наша математичка называет голосование путём поднятия рук и выкрикиванием своего мнения) по поводу посадок летающих тарелок на крыши троллейбусов. Мнения разделились: одни считают, что инопланетяне прилетали на нашу планету и даже забирали людей для изучения, другие думают, что мы одни во вселенной, а третьи (больше половины от общего количества человеков) сказали, что им пофиг и надо немедленно закончить занятия и отпустить всех домой. Наивные.

* * *

Срочно надо кого-то избить. На мыло пошёл спам, кто шлёт — не знаю. Пришлось бросать мыло. Найду источник — убью. Ходил всё утро пасмурный и злобный. Надо будет поодиночке прощупать всех, у кого есть и-нэт. Как там Шерлок Холмс поступал: подходил в тёмном переулке к подозреваемому и, говоря что он всё знает, бил прикладом в глаз… или это был Рембо… Не важно, но метод был хороший — все сознавались, кажется. А вообще-то я уважаю Священную Инквизицию, ибо перед ней была поставлена задача, с которой она превосходно справлялась и не жалела на это сил. В какой-то мере это помогло. Еретиков тогда стало меньше, равно как и колдунов и колдуньей. Некоторые скептики скажут, что Священная Инквизиция погубила многих невинных людей, ещё большему количеству исковеркала жизнь. На это я могу ответить следующее: всё это отходы производства, могло быть и хуже, но цель достигалась, и многие даже подумать не могли о магии, не то, чтобы её творить. В некотором роде я за деспотизм, как наиболее эффективный метод борьбы со свободомыслием. А то сейчас, при демократии, народ распоясался — появились и официально существуют нацисты, каждый чем-то недоволен, каждому государство задолжало… Народу нельзя давать волю, ибо человек с собственными мыслями — разумное существо, а народ с собственными мыслями — толпа. А толпа, в свою очередь — это мощная неуправляемая куча, которая подчас сметает всё на своём пути, линчуя всех неугодных. Если в России законы есть, но их мало и они не действуют, то в США законов много и они действуют, побуждая человека к сознательности, но эти сознательные граждане всё равно обворовывают государство. А нам ещё говорят, что это мы — отстой, а не они.

* * *

Сейчас глубокая ночь. Все спят. А я сижу и думаю: как долго зарождается жизнь и как легко её потерять… Ушёл от нас Ванёк. Нет, не в другую школу. Он вообще ушёл, от всех, навсегда, в мир иной и больше не вернётся. Умер он, короче. Плыл по речке, решил поплыть под водой, а когда выныривал, стукнулся головой об мостик. Мостик у нас железный и очень прочный. Стукнулся он головой, потерял сознание и захлебнулся. Не откачали… Странно, вот как будто только вчера говорил с ним, он шутил, смеялся, короче был полон жизни. И вдруг, ни с того, ни с сего. Бац! И уже он не шутит, не улыбается, ничего не спрашивает, а просто лежит в гробу, сложив руки на груди. Какой он спокойный — будто спит. Смотрю на него и в душе надеюсь, что он сейчас встанет, протрёт глаза и скажет, что хорошо поспал. А может и какой-нибудь виденный им сон расскажет. Но всё это только фантазии, ибо я сам щупал ему пульс, когда вытаскивали его из воды, видел, как люди старались его спасти и что он ни разу не вздохнул, видел как скорая помощь пыталась его реанимировать… В конце концов я видел, как его уже охладевшее тело везут в морг… Родителям пока ничего не сказал (не хочу расстраивать, а то они и так устали на работе), скажу завтра, а там посмотрим…

* * *

Хоронили Ванька, я даже на школу забил. Мне показалось, что на похоронах были чужие люди. Пришли трое, подходили к родственникам, говорили как им жаль Ванька, жаль, что он так не вовремя ушёл из жизни и тд. Я чуть было не подумал, что они либо дальние родственники, либо какие-нибудь друзья, но что-то больно они были взрослые для друзей и уж слишком незнакомым и безразличным взглядом они смотрели на покойного друга моего, хоть и плакали навзрыд и говорили длинные заунывные речи. Но если родственники и друзья были настолько убиты горем, что почти ничего не ели и мало говорили, то эти трое съели еды на неделю вперёд и столько же выпили спиртного. Но самое главное — это то как один из них высказался в своей плачевной исповеди по поводу усопшего, хотя этого никто не заметил: «В его институте о нём будут скорбить, я об этом позабочусь!» Ванёк был моим одноклассником, до института ему ещё было далеко. Надо было бы их побить… Ну и ладно, если есть бог на свете, то он их покарает и совершит возмездие наказаниями яростными. В целом похороны прошли без чего-нибудь экстраординарного.

* * *

Навёл справки про тех троих. Оказалось, что их частенько видят на похоронах, свадьбах и других событиях, где можно на халяву поесть и, может быть, заработать немного бабла. Странные эти люди — не судьба найти себе работу, честно (или не очень) зарабатывать свою, может не очень большую, но всё же стабильную зарплату. А то может случиться, что никаких событий в городе может и не быть, а кушать хочется. Тут мне вспоминается образ Остапа Бендера. Может быть, эти трое и есть современные Остапы. Хотя, что они будут делать, когда начнут стареть, увядать, терять силы и слепнуть, ведь когда-то это должно случиться. Либо они вообще не задумываются об этом и живут только сегодняшним днём, надеясь что их убьют раньше, чем они успеют постареть, либо они всё-таки потихоньку накапливают деньги на старость, либо они собирается через определённое время бросить это дело и устроиться на законную работу с пенсией. Можно, конечно, предположить, что в глубокой старости они будут без зубов и чистой одежды на вокзалах и протягивать руку, призывая подать ветерану какой-нибудь войны, потряхивая в доказательство украденными или поддельными орденами и медалями. Время покажет.

* * *

Сегодня наблюдал байтораздирающее зрелище: на дороге столкнулись Газель и Москвич, причем водилу Москвича ремнями безопасности перерезало надвое. Его верхняя часть лежала на приборной панели, и из неё текла кровь и вываливались кишки, а ноги судорожно подёргивались. Не знаю был ли он жив в этот момент, но если был, то ему было больно, а наблюдающим было не приятно на это смотреть. Хотя, некоторым маньякам было интересно и даже захватывающе. Знавал я одного такого извращенца, тот ещё был тип. Всё время говорил о своих экспериментах в области анатомии. Делал ли он всё, о чём говорил, я не знаю, но в любом случае у него было извращённое воображение. То он брал лягушку, привязывал её к столу и заживо отрезал от неё по маленькому кусочку, после чего плевал на него и привязывал ниткой обратно. Вся эта экзекуция продолжалась долго, но в конце он отпускал живую, но сильно искалеченную лягушку на волю. Сомневаюсь, что она доживала до рассвета. Но он издевался не только над лягушками. Под его нож попадали бабочки, гусеницы, змеи, мыши, собаки, кошки и даже человек. Однажды он словил на улице какого-то пьяного мужика, оглушил его и затащил к себе в дом. Там он его связал по рукам и ногам, завязал глаза и заткнул рот кляпом. Далее он решил узнать, что будет, если аккуратно ввинтить ему в голову (прямо в череп) дюжину маленьких винтиков и зашить так, чтобы не было заметно. Операция была проведена успешно — мужик не умер. Не буду описывать что этот доктор Моро ещё с ним делал, чтобы не пугать себя в старости; скажу лишь, что этот мужик потом попал в психушку с шизофренией… Как-то раз этот мой друган поставил эксперимент на самом себе: проткнул себе горло толстым шилом и впихнул туда трубочку… Так бы и умер, если бы его сестра не пришла домой пораньше. Откуда я это знаю? Всё это и многое другое он рассказал мне сам, к тому же у него на шее виден шрам.

* * *

Ввели новый предмет — философия. То есть он у нас и раньше был по расписанию, но не было преподавателей. Только теперь я понял, почему их не было: такая мура! У нас техническая школа, а меня заставляют учить различные философские школы, направления и течения. И что самое главное — то, что много суждений и все они правильны. Не могу я так работать! Пихают различные философии, а с какой целью? Если мне надо выбрать одну из философий, то каждую из них надо изучать во всех подробностях, а не бежать галопом по Европам. Если не для выбирать, то мне не надо знать все эти философии. Вот пойду и создам свою собственную философию, и пусть её изучают в школах и ВУЗах и боготворят меня, как создателя нового мышления. Во! Понял зачем так много понаделали философий — чтобы загрузить и без того загруженных школьников и студентов. Какой я умный, дайте мне медаль и постройте мне памятник!

* * *

Тянут сетку в наш дом. Сосед предлагает подключиться, а меня это напрягает. Не хочется что-то мне, чтобы кто-то имел доступ к моему компу, кроме меня и моих родных (которые в него не лезут никогда, ибо не знают что там

интересного). Ну скажите мне: чего там хорошего? Чем локалка лучше и-нэта? Что, говоришь музыки много, чаты халявные и играть с другими можно? Согласен, много и качается побыстрее и платить не надо. Но есть ли у них всё, что мне нужно? Я понимаю, что музыки много, но есть конкретно мой запрос? Нету? Бывает. Ну ладно, а программы для Палма? Как это нету?!! Да вы что там, с ума посходили! Нету прог для Палма… А откуда мне их брать? А-а-а, просить людей с нэтом скачать мне прогу? Нет, дорогой друг, я год просил друзей и знакомых, у которых есть нэт найти и скачать мне разные проги. Но им не до того, им самим нужно что-то качать. А когда у меня появился нэт, я за два дня выкачал прог больше, чем за год прошений. А что до игр и чатов, то в чатах сидят только ламеры или влюблённые, а так это просто трата времени и денег (время — деньги!); что же касается игр по сетке, то тут уж на любителя. Мне не нравится, когда против меня играет больше одного человека.

* * *

Тут у одного старшего человека узнал, что в нашем лесу какие-то люди в рыцарских одеждах рубятся на деревянных мечах с деревянными щитами. Толком он ничего не рассказал, ибо очень спешил по какому-то срочному делу. Может ему вдруг захотелось съездить в Израиль, а может приспичило сбегать в туалет. Ещё бы, столько выпить пива одним махом, а потом сидеть без права выхода три часа… Ну да ладно, оставим его в покое. Вся суть в том, что собирается группа людей в удароупорных костюмах, имитирующих рыцарские доспехи, и начинают военную игру. Начинают они в два часа, так что я ещё успею, если пойду прямо сейчас… Вот и вечер наступил, я сбегал-таки на эти военные действия. Да-а-а! Спецназ им в подмётки не годится. Я думал, что будут драки, мордобой… кого-нибудь унесут. А оказалось всё гораздо примитивнее. Действительно собрались люди (штук двадцать), сильно разодетые с большим количеством деревянного оружия. Далее они разделились на два лагеря. Первый — орки, огры и уродливые человеки; второй — гномы. Около часа ничего захватывающего не происходило: оба лагеря не продумывали никаких тактик, а сидели на полянах на расстоянии трёхсот метров друг от друга и разговаривали, изредка высылая разведчиков. Потом, правда, первый лагерь (орки) напали на второй (гномов) и через десять минут упорной борьбы (ну да, конечно, я и то сильнее бью, когда ковёр выбиваю) отбили у них некое подобие крепости. Потом они стали говорить о выполнении квестов… Они-то периодически двигались и перемещались, а я не особо двигался и замёрз. В итоге пришлось уйти, так и не досмотрев спектакль до конца. Досадно, ну ладно. Обратно шёл вроде бы той же дорогой, но не узнавал мест. Когда же вместо двадцати минут ходьбы я прошагал сорок, а вокруг не было строений выше бревенчатых одноэтажек, я немного занервничал. В итоге выяснилось, что я сильно отклонился от курса и сделал крючок, на который затратил два часа ходьбы, вместо тридцати минут. Помню как-то раз мы с Ваньком были… Нет Ванька. Помню, стою и смотрю как его несут на носилках. Кто-то похлопал меня по плечу и сказал: «Он умер.» Какие простые слова, как они быстро произносятся и как много в себе несут. Дальше всё как в тумане: уезжает машина, люди ходят… Чьё-то размытое лицо смотрит на меня, а я пытаюсь это лицо разглядеть, но мысли мгновенно перебрасываются на тело на носилках. И в голове, как приговор звучат слова: «Он умер, он умер…» Всё, заканчиваю писать, а то сейчас заплачу!..

* * *

Жизнь порою бывает столь прекрасна, а порой и несколько ужасна. Вот тут порнушечка новая вышла! Хи-хи-хи. Иногда думаю, а зачем я в своём дневнике пишу про порнуху? А может так: вот вырасту, остепенюсь, женюсь (чуть не написал, что выйду замуж), взращу детей и буду с ухмылкой вспоминать каким же я был извращенцем. И вообще, мне можно. Что, я виноват, что ещё маленький, что со мной девушки не хотят общаться? Одна объяснила почему: «Странный ты какой-то». Нет, ну прямо приговор получается: за своё ламерство ты обречён умереть, так и не познав любви! Нет! Я не виноват, меня подставили! Пустите, сволочи! Вы мне за это ответите, вы будете гореть в аду, а я буду подбрасывать в топку дрова! О чём это я? Да, о приятном. А ведь скоро мой день рождения. Гыыыыы. А вы все равно будете гореть в аду и во всём остальном!

* * *

Вечеринка у Децла дома… Пардон, увлёкся. Что-то я сегодня в приподнятом настроении. Уже совсем недолго ждать осталось — ровно через неделю я снова буду рождён, так сказать, реинкарнирован. Ура, товарищи. Командовать парадом буду я! Не знаю, с чего это я вдруг так радуюсь от будущих событий, ведь раньше такого не было. Раньше тоже были дни рождения, много их было и не обязательно мои. Но тут… На днях должно что-нибудь случиться, я это точно знаю. Своим внутренним носом и ухом ощущаю. Рассказали мне сегодня самый короткий анекдот в мире: «Родил»… Всё, здесь смеяться нужно!.. В новостях что-то передавали о сильных ветрах на будущей неделе, а нам всё равно. В этом году буду гулять!..

IX Смеркалось 

На улице было не светло, но и не темно, а вполне нормально. К тому же фонари, которые не выключались даже в самый светлый день, светили ярко и освещали заблудшим странникам путь. Одним из таких странников был Лёша — одинокий воин в чистом поле. Каждый новый день его жизни не был похож на предыдущий, ибо Лёша обладал свойством притягивать к себе неприятности, хотя и умудрялся всегда выходить из них живым и почти невредимым. То, что он торговал наркотиками, его нисколько не пугало, ведь каждый должен зарабатывать на жизнь…

И вот Лёша, этот одинокий волк, этот борец с жизнью и за жизнь, шёл сейчас в очередной раз навстречу неприятностям, а может быть навстречу радостям, а может ни на какую встречу он не шёл, а так — прогуливался мимо событий.

Он шёл с виду бодрой походкой, почти маршировал, но в душе у него был какой-то неприятный осадок, и он не знал почему. Ни с того, ни с сего сильно заболела голова и захотелось пить, а рядом не было ни одной палатки. Хотя, нет, вру, вот одна появилась на горизонте. Как оазис среди пустыни материализовалась она из воздуха. Он пошёл к ней, на ходу доставая деньги. Он точно помнил, как клал в правый карман штанов сто рублей одной бумажкой.

— Оп-па, — сказал он, ловко вынимая деньги из кармана.

Палатки отличаются от магазинов не только тем, что появляются в самых неожиданных местах, но, также, и тем, что продаётся в них абсолютно всё съедобное. Но, по закону подлости, когда Лёша подошёл к продавщице с явным намерением испить водицы, сего предмета в палатке не нашлось.

— Буквально минуту назад купили последнюю бутылочку, — весело произнесла молоденькая продавщица, — но могу предложить отличный шоколад.

— Уйди с глаз моих долой, — злобно, но тихо сказал Лёша и быстро пошёл прочь.

— Так что, шоколад брать не будете?

Если бы в палатке был продавец, а не продавщица, то не избежать бы ему удара в челюсть. Но женщин бить нельзя — это был один из Лёшиных постулатов, которые он не мог нарушить. Вместо ответа он втянул голову в плечи и зашагал ещё быстрее. Продавщица так и осталась стоять, неподвижно глядя ему вслед и ничего не понимая. Ей было не очень понятно почему такой вкусный и малокалорийный шоколад отказываются брать именно мужчины. Женщины, особенно девушки, берут аж несколько плиток сразу, но мужчины…

А Лёша тем временем всё шёл и шёл. Идти было недалеко — минут десять, но стоило поторопиться, ибо начинало смеркаться. Он шёл, глядя себе под ноги, но не на дорогу. Через некоторое время он чуть было не столкнулся с фонарным столбом. Столб как-то неожиданно появился прямо перед глазами и Лёша еле успел затормозить. Он успел прочитать рукописное объявление: «Ищу босс-ноду для подключения к фидо. Плачу пивом. Звонить по телефону xxx-xx-xx после 18:00, спросить Костика.» Лёша решил, что это ему может пригодиться и запомнил телефон. Слева от столба висели часы без часовой стрелки.

Тут его внимание привлёк человек, сидящий в позе лотоса рядом со столбом. На человеке был старый чёрный плащ, закрывавший его тело от шеи до пола, и новенькая коричневая шляпа с полями. Человек сидел и мерно покачивался из стороны в сторону, опустив глаза и сложив руки на груди. Рядом стояла табличка, написанная нетвёрдой рукой: «Я воевал в Афганистане — потерял слух и дар речи.»

Лёша решил провести эксперимент. Для этого он повернулся к человеку спиной, затем резко повернулся, хлопнул в ладоши и изо всех сил заорал… Человек продолжал раскачиваться, как ни в чём не бывало.

Лёша уже собирался пройти мимо, уже отошёл на два шага, как вдруг за спиной услышал слабый, но чёткий голос.

— Не ходи туда! — молвил голос. Он был настолько слабым, что Лёше понадобилось секунд десять, чтобы понять, что голос исходил от сидящего человека. Лёша удивлённо взглянул на него, почти тут же его лицо исказила злорадная ухмылка.

— Я так и знал, что ты не немой и не глухой, — сказал он, грозно нависая над инвалидом. — Знаю я вашу породу. Все вы так сидите, просите подаяний. Никакие вы не инвалиды, просто денег охота… Скажи, сколько таким манером получаешь в месяц? Тысячу? Две? Двадцать? Молчишь?!! А крыша сколько стоит, а? Ведь подойдёт такой как я, только посильнее и отнимет денежку. Ведь нельзя же совсем без крыши. Что замолк? Я же знаю, что ты меня прекрасно слышишь. Отвечай, когда с тобой разговаривают! Всё, считаю до трёх и если не скажешь хоть слова, то я тебя отпинаю. Раз, два, три. Ну, ты сам напросился!

Произнеся эту речь, Лёша чуть подался вперёд и толкнул человека обеими руками в плечи. Человек не поднял головы и продолжил размеренно качаться. Лёша начинал выходить из себя. Он легонько пнул человека по коленке, но тот не реагировал. Такой наглости Лёша не смог выдержать и сорвался: он размахнулся и изо всех сил врезал нищему в челюсть. Голова нищего чуть приподнялась и повернулась, но быстро вернулась в первоначальное положение. За ударом в челюсть последовал не менее мощный удар ногой в грудь, а через мгновение Лёша прыгнул на человека и начал бить его головой об пол. Внезапно голова нищего оторвалась…

У агрессора мгновенно пропала агрессия — он сидел с тупым выражением лица, держа в одной руке тело, а в другой — голову от тела. Где-то через минуту до него дошло, что из головы не льётся кровь, равно как и из тела. И вообще, какое-то всё твёрдое.

На его лице стали быстро сменять друг друга различные чувства — радость, грусть, недоумение, снова радость, страх. Выражение лица менялось как кадры на экране телевизора. Наконец этот поток метаморфоз прекратился и на лице возникло всего одно статичное выражение: выражение клоуна, когда он распиливает надвое своего напарника настоящей пилой. Он засмеялся, потрясывая в воздухе головой нищего, после чего упал на колени и быстрыми движениями начал рвать одежду на теле нищего.

— Э-э-э, муляж, — ошарашено выдавил из себя он, когда одежда была разорвана и перед ним предстала тряпичная кукла на металлическом каркасе.

Лёша постоял минуту не двигаясь, затем воровато оглянулся, спрятал лоскуток одежды муляжа себе в карман и испуганно разжал руки. Внешне он напоминал маньяка, беспричинно набросившегося на куклу и зверски её разорвав: руки тряслись, челюсть отвисла, изо рта стекала слюна, левый глаз дергался, дыхание было тяжёлым и частым.

Через минуту он пришёл в себя и огляделся.

— Что за юмор? — сказал он спокойно.

Тут до него дошло, что стало вокруг немного темнее. Он отряхнулся, поправил на себе одежду и посмотрел на часы и понял, что вся эта возня с куклой отняла у него не менее двадцати минут.

— Блин! Я же совсем опаздываю! — в ужасе и отчаянии закричал он, схватившись руками за волосы.

Он резко рванулся вперёд, но тут же остановился. Дело в том, что он забыл куда надо идти. Чтобы вспомнить, пришлось походить кругами. Побегав минуты две, постоянно постукивая себе по голове, он наткнулся на объявление о подключении к Фидо, увидел на нём знакомый телефон и что-то в его мозгах зашевелилось — он вспомнил куда ему надо идти.

Нельзя было терять ни минуты — Лёша резко повернулся на месте, но упал. Высказав всё, что он думает по поводу мамы асфальта, строителей, продавцов и президента, Лёша медленно поднялся, ещё раз высказал своё мнение и медленно похромал вперёд.

Скорость пешего хода и так не очень высока, и уж тем более она низка, если человек подвернул ногу. В нормальных условиях человек посидел бы, порастирал ногу, оказал бы сам себе первую помощь. Но условия были не нормальными, а в некотором роде экстремальными — опоздание грозило наказанием, а неявка… Но этого лучше не делать. Именно этого Лёша и не хотел делать. И вот он, превозмогая боль, целеустремлённо шёл по улицам и не смотрел по сторонам. Однако через некоторое время ему всё же пришлось оглядеться.

Впереди у него открывался такой вид: у дома Сан Саныча стояли машины с синими номерами, а самого Сан Саныча выводили двое в форме. Сан Саныч не сопротивлялся, лишь что-то бормотал себе под нос. По кустам прятались люди в косухах и с бритыми головами. Они выглядели немного нервными и периодически дёргались. Из окон высовывались заинтересованные люди, на балконе пятого этажа двое мужчин курили.

Лёша огляделся по сторонам. Справа от него стояла машина ОМОНа, а слева стояла толпа зевак, среди которых он углядел своего друга Ярослава. Ярик, как они его звали, был вылитым программистом — невысок ростом, худой, с горбинкой. Также он носил толстые очки, которые увеличивали его и без того большую голову. Ярик был слаб — не мог поднять штангу весом более тридцати килограмм, но при этом виртуозно стучал по клавишам.

— Видал? — спросил Ярик, подходя к Лёше и как всегда озарил своё небритое и заспанное лицо улыбкой до ушей.

— Чего? — спросил Лёша. — И убери этот оскал.

— Саныча поймали. Говорят, вышел на истерические крики в коридоре, а там никого не было. Ну, то есть почти никого. Были там эти хлопцы с наручниками. Наорали на него, повязали и вот…

В это время Сан Саныча затолкнули в машину и повезли. Машина ОМОНа тоже заурчала и медленно поехала куда-то вдаль.

— Да, — медленно сказал Лёша, провожая глазами машину с Сан Санычем.

На секунду воцарилась тишина — все задумались о чём-то своём. Кто-то смотрел вслед машинам, кто-то смотрел на своего соседа, некоторые просто молча грызли семечки, но и они на секунду прекратили сплёвывать шелуху.

Но, когда уже стало казаться, что тишина уже никогда не кончится, в толпе зевак кто-то громко чихнул, и все будто проснулись. Мгновенно улица наполнилась говором — каждый хотел узнать что же случилось и высказать по этому поводу свои мысли. Какая-то бабка толкнула Лёшу плечом с такой силой, что он с трудом удержался, схватившись за Ярика, который, в свою очередь, ухватился за торчащую из земли трубу.

— Толкаются тут разные, — тонким голосом крикнула бабка и презрительно фыркнула.

У Ярика кончились силы, он отпустил трубу и шмякнулся на землю. Через мгновение на него навалился Лёша, которые почти вжал его в пол. Тихо проклиная бабку и твердую землю, Лёша поднялся, подмяв под себя Ярика, и сплюнул. Только по истошным крикам Ярика, Лёша понял на ком он стоит. Лёша ещё немного постоял на Ярике, после чего поднял его и извинился, ссылаясь на тугоухость и контузию, полученную от бабки.

— Да, — согласился Ярик, — ненавижу вот таких. Сами толкнут, а ты ещё виноват. Что за наглость… В метро тоже нависнут, а через остановку начинают орать о том, какой ты моральный урод! Будто я им чем-то обязан, будто я должен встать, только завидев пенсионера и удерживать место свободным до его прихода, будто…

— Точно, точно, — быстро сказал Лёша, понимая что программиста понесло, а это надолго, — пошли, лучше, посмотрим на квартиру.

— Нет, иди один, а мне домой надо. Я тебе сегодня позвоню, расскажешь, как всё прошло. Кстати, вот тебе твоя лампочка. Спасибо.

— Не за что. Ну, бывай.

С этими словами Лёша повернулся и по стенке, прикрываясь кустами и деревьями, полез к дому Сан Саныча. Прятался он для того, чтобы никто не всполошил охрану, возможно оставленную стеречь квартиру. Но главная опасность исходила от тех трясущихся людей в косухах. Видимо, это были наркоманы. Они редко приходили к дому Сан Саныча, но если приходили, то на это были веские причины, о которых Лёша слышать не хотел.

И вот Лёша под покровом ночи прокрался к дому и вошёл в подъезд. На лестнице никого не было, но вверху слышны были тихие разговоры. На лифте ехать было бы громко, поэтому он решил идти пешком. Но через пару этажей он понял, что выбор был сделан не правильно: вверху на площадке стояли два мента и переговаривались. Пройти мимо них не было возможности — засекли бы. Лёша остановился, слился с тенью и глубоко задумался. Внезапно он обратил внимание на вздувшийся нагрудный карман и вспомнил про лампочку.

Милиционеры стояли на лестнице и разговаривали. Мимо них вверх проехал лифт, но им было всё равно. Прошла минута, а служители правопорядка всё стояли и разговаривали, но громкий хлопок где-то на уровне второго или третьего этажа хамски прервал их мирную беседу. Оба резко замолчали и навострили уши, причём тот, что стоял ступенькой ниже, медленно поднял левую руку и одним глазом долго смотрел на часы.

— Что бы это могло быть? — машинально спросил он глухим утробным голосом и отвёл глаз от часов.

Второй милиционер, до сих пор пристально наблюдавший за манипуляциями своего напарника, сунул руку в карман и извлёк оттуда пачку Беломора. С каменным лицом он протянул напарнику папиросу, сплюнул, дал прикурить и затянулся сам.

— Надо бы проверить, а то мало ли что, — сказал он, пуская колечки дыма.

— А с квартирой что?

— Да кому она нужна! Пошли, может булочку какую купим или пиво.

— Точно, но ты всё равно вонючка.

И оба человека в форме вразвалку поплелись вниз по лестнице, поминутно сплёвывая и пиная лежащие повсюду банки из-под пива. Дойдя до первого этажа, они сообразили, что на лестнице ничего подозрительного обнаружено не было. Но это их не интересовало — их больше занимало пиво, сигареты и булочки.

А в это время Лёша уже был у заветных дверей квартиры Сан Саныча. Дверь, как он и предполагал, не была заперта, была лишь несильно прикрыта, чтоб не дуло. Лёша быстрым и чётким движением руки открыл её и смело шагнул внутрь.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14