Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Троецарствие (том 2)

ModernLib.Net / Гуаньчжун Ло / Троецарствие (том 2) - Чтение (стр. 14)
Автор: Гуаньчжун Ло
Жанр:

 

 


      – Сюй Хуан захватил Яньчэн, а Цао Цао с большим войском идет на помощь Фаньчэну, – сказали они Гуань Юю. – И ходят слухи, что Люй Мын занял Цзинчжоу.
      – Слухи эти распускает враг, чтобы смутить дух моих воинов, – отвечал Гуань Юй. – Люй Мын опасно болен, и его место занял трусливый Лу Сунь. Причин для тревоги нет!
      Не успел он это вымолвить, как к лагерю подошли войска Сюй Хуана. Гуань Юй приказал подать коня.
      – Вы еще не совсем здоровы, батюшка, – предостерег Гуань Пин. – Вам нельзя сражаться.
      – Мы с Сюй Хуаном старые знакомые, – усмехнулся Гуань Юй. – Я знаю его способности. Если он сейчас же не уберется отсюда, я его убью в назидание другим вэйским военачальникам.
      Надев латы, Гуань Юй смело выехал вперед. При виде его вэйские воины задрожали от страха.
      – Где тут Сюй Хуан? – закричал Гуань Юй, придерживая коня.
      В вэйском строю заколыхались знамена, и вперед выехал Сюй Хуан.
      – Много лет прошло с тех пор, как мы виделись с вами в последний раз! – сказал он. – Я не представлял себе, что ваша борода и усы поседели! Помню, как часто мы услуживали друг другу в молодости! Тогда я имел честь слушать ваши наставления и поучения! Очень вам за них благодарен! Ныне слава ваша потрясает всю страну, ваши старые друзья завидуют вам! Как я счастлив, что мне снова довелось увидеться с вами!
      – Да, мы когда-то с вами были дружны! – согласился Гуань Юй. – Но скажите, почему вы так жестоко преследуете моего сына?
      – Тысячу золотых тому, кто добудет голову Гуань Юя! – неожиданно закричал Сюй Хуан, обернувшись к своим военачальникам.
      – Что вы такое сказали? – изумился Гуань Юй.
      – Сейчас решается государственное дело, – отвечал Сюй Хуан. – И я не поступлюсь им ради нашей дружбы!
      Он взмахнул секирой и бросился на Гуань Юя. Тот поднял меч. Они схватывались более восьмидесяти раз. Гуань Юй владел оружием превосходно, но правая рука его еще была слаба, и Гуань Пин, боявшийся за отца, ударил в гонг.
      Гуань Юй вернулся к себе в лагерь. Но Цао Жэнь, узнав о том, что на помощь осажденному Фаньчэну пришел Сюй Хуан, вышел с войском из города, и они вместе напали на лагерь Гуань Юя. Цзинчжоуских воинов охватила паника. Гуань Юй вскочил на коня и повел свое войско вдоль берега реки Сянцзян. Переправившись через реку, они двинулись в направлении Сянъяна.
      Тут их нагнал всадник с известием, что Люй Мын занял Цзинчжоу и семья Гуань Юя погибла.
      Тогда Гуань Юй изменил направление и поспешил в Гунань. Но в пути разведчики доложили, что Фуши Жэнь, охранявший Гунань, сдался Сунь Цюаню. Гуань Юй пришел в ярость. Вскоре примчались гонцы, которых он посылал в Наньцзюнь за провиантом, и рассказали, что там был Фуши Жэнь, который убил гонца, посланного Гуань Юем, и уговорил Ми Фана сдаться. Гуань Юй задохнулся от гнева, рана его вновь открылась, и он, лишившись сознания, рухнул на землю. Военачальники с трудом привели его в чувство.
      Обратившись к сы-ма Ван Фу, Гуань Юй проговорил:
      – Каюсь, что своевременно не послушал вас! Вот и случилась беда! – Он спросил, почему не подали сигнала с береговых башен.
      – Люй Мын со своими помощниками переоделись в белые одежды и переправились через реку на судах, в трюмах которых были спрятаны отборные воины. Высадившись на берег, они расправились с башенной охраной, прежде чем те успели дать сигнал, – объяснили разведчики.
      – Попался я все-таки на хитрость злодея! – Гуань Юй даже топнул ногой с досады. – Какими глазами буду я смотреть в лицо моего старшего брата?
      – Положение наше очень опасное! – заметил Чжао Лэй, чиновник, ведавший провиантом. – Надо послать гонца в Чэнду с просьбой о помощи, а самим по суше и по воде идти на Цзинчжоу.
      Гуань Юй, согласившись с ним, отправил И Цзи и Ма Ляна с письмом в Чэнду, а сам повел войско на Цзинчжоу. Гуань Пин и Ляо Хуа прикрывали тыл.
      Когда с Фаньчэна была снята осада, Цао Жэнь со своими военачальниками явился к Цао Цао и, поклонившись ему до земли, просил прощения за понесенное поражение.
      – Вы ни в чем не виноваты, – сказал ему Цао Цао. – Так предопределило небо!
      Он щедро наградил воинов и сам отправился в сычжунский лагерь. Осмотрев его, он сказал военачальникам:
      – Какой глубокий ров и сколько «оленьих рогов»! Я тридцать лет вожу войска, но ни разу не решался так глубоко забираться в расположение противника! Только Сюй Хуан отважился на это и добился победы! Ничего не могу сказать – храбр и умен Сюй Хуан!
      Военачальники почтительно поддакивали.
      Цао Цао со своим войском расположился лагерем в Мобо. Сюда же прибыли войска Сюй Хуана. Цао Цао выехал из лагеря встречать своего храброго полководца.
      Войско Сюй Хуана двигалось стройными рядами, вид его поразил Цао Цао.
      – Сюй Хуан – настоящий Чжоу Я-фу!
      Он пожаловал Сюй Хуану звание полководца Покорителя Юга и приказал ему вместе с Сяхоу Шаном, который к этому времени поправился от раны, нанесенной стрелой Хуан Чжуна, охранять Сянъян.
      Сам Цао Цао временно остался в Мобо, потому что еще не весь округ Цзинчжоу был покорен.
      Войско Гуань Юя стояло на Цзинчжоуской дороге. Враг окружил его. Нельзя было двинуться ни назад, ни вперед.
      – Впереди – армия Люй Мына, позади – вэйские войска. Помощь к нам не идет, – сказал Гуань Юй своему военачальнику Чжао Лэю. – Посоветуйте, как мне быть?
      – Помните, как Люй Мын, когда он был в Лукоу, предлагал вам породниться с Сунь Цюанем? Тогда он обещал вам союз против Цао Цао, а теперь оказалось, что они действуют заодно! Напишите Люй Мыну и пристыдите его. Посмотрим, что он ответит!
      Гуань Юй написал письмо и отправил гонца в Цзинчжоу.
      Люй Мын отдал приказ не причинять вреда семьям цзинчжоуских воинов, ушедших в поход с Гуань Юем, помесячно выдавать им рис, а к нуждавшимся в лечении посылать лекарей. Семьи воинов, тронутые его заботой, жили спокойно.
      Однажды Люй Мыну сообщили, что к нему едет посол Гуань Юя. Люй Мын встретил его в пригороде как высокого гостя. Посол передал ему письмо. Прочитав его, Люй Мын сказал:
      – Дружба с Гуань Юем – мое личное дело, а приказ господина есть приказ, и я обязан ему подчиняться. Так и передайте полководцу Гуань Юю.
      Затем он устроил пир в честь прибывшего и после пира повел его на подворье отдыхать. Туда к нему приходили родные воинов, ушедших с Гуань Юем в поход: одни просили передать воинам письма, другие – просто сказать, что дома все здоровы и живут в достатке.
      Люй Мын проводил посла с почестями за город. Возвратившись к Гуань Юю, тот подробно передал разговор с Люй Мыном и рассказал, что семья Гуань Юя и все семьи воинов здоровы и ни в чем не нуждаются.
      – Опять хитрит этот коварный злодей Люй Мын, – разгневался Гуань Юй. – Давно надо с ним разделаться! Пусть я сам поплачусь жизнью, но убью его!
      Он прогнал гонца, но все военачальники и воины ходили к нему узнавать о своих родных и близких. Гонец отдавал письма и рассказывал, что Люй Мын очень милостив к народу и что дома все живы и здоровы. Воины радовались этому, и ни у кого не было желания воевать.
      Когда Гуань Юй повел войско на Цзинчжоу, многие из его военачальников и воинов разбежались по домам. Гуань Юй был вне себя от гнева. Он решил начать наступление, но путь ему преградил отряд во главе с Цзян Цинем. Остановив коня, Цзян Цинь громко закричал:
      – Гуань Юй, почему ты не сдаешься?
      – Я – ханьский военачальник! – бранясь, отвечал Гуань Юй. – Никогда я не сдамся злодеям!
      И, выхватив меч, он бросился на Цзян Циня. После третьей схватки Цзян Цинь обратился в бегство. Гуань Юй преследовал его более двадцати ли. Вдруг раздались громкие возгласы, и на Гуань Юя напали выскочившие из-за холмов отряды военачальников Хань Дана и Чжоу Тая. Цзян Цинь тоже повернул свое войско и вступил в бой. Гуань Юй отступил. Вскоре он увидел на холмах, расположенных южнее, толпы людей и белое знамя, развевающееся по ветру. На знамени была надпись: «Цзинчжоуцы».
      – Кто из Цзинчжоу, сдавайтесь! – кричали люди с холмов.
      Гуань Юй бросился к ним, но на него ударили отряды Дин Фына и Сюй Шэна. Гуань Юй был окружен. Войско его постепенно редело. С холмов цзинчжоуские воины окликали своих земляков, там были и братья, и сыновья, и отцы; воины Гуань Юя один за другим уходили на их зов. Гуань Юй, беснуясь, пытался их остановить, но все было напрасно.
      Только к вечеру отрядам Гуань Пина и Ляо Хуа удалось прорваться сквозь окружение и спасти Гуань Юя.
      – Среди наших воинов царит разброд, – уговаривал отца Гуань Пин. – Сейчас лучше всего было бы стать на отдых в каком-нибудь городе и дожидаться помощи. Вот хотя бы в Майчэне.
      Гуань Юй послушался сына и с остатками войска укрылся в этом небольшом городке. Здесь он созвал своих военачальников на совет.
      – Майчэн недалеко от Шанъюна, который сейчас охраняют Лю Фын и Мын Да, – сказал военачальник Чжао Лэй. – Надо обратиться к ним за помощью. Если они нам не откажут, а потом еще подойдет большое войско из Сычуани, наши воины вновь обретут волю к победе.
      Не успело еще кончиться совещание, как сообщили, что войска Люй Мына окружили Майчэн.
      – Кто прорвется через окружение и поедет в Шанъюн просить помощи? – спросил Гуань Юй.
      – Я! – вызвался Ляо Хуа.
      – А я помогу ему проложить дорогу, – предложил Гуань Пин.
      Плотно поев, Ляо Хуа вскочил на коня. Перед ним быстро распахнулись ворота; конь вынес всадника из города. За ним последовал Гуань Пин. Дорогу им преградил было вражеский военачальник Дин Фын, но тотчас же отступил под стремительным натиском Гуань Пина. Ляо Хуа, воспользовавшись замешательством в рядах врага, прорвался вперед и помчался в направлении Шанъюна. Гуань Пин вернулся в город.
      Еще в то время, когда Лю Фын и Мын Да захватили Шанъюн, тамошний правитель Шэнь Дань сдался им. Затем Ханьчжунский ван пожаловал ему высокое военное звание и поручил вместе с Мын Да охранять Шанъюн. Разведчики доносили Шэнь Даню, что Гуань Юй потерпел поражение, и он пригласил Мын Да на совет. В эту минуту доложили о приезде Ляо Хуа. Лю Фын приказал впустить его к себе.
      – Войска Гуань Юя осаждены в Майчэне, – сказал Ляо Хуа. – Из царства Шу подмога так скоро не придет, и единственная надежда Гуань Юя на вас. Если вы будете медлить, он погибнет.
      – Отдохните и дайте мне подумать, – сказал Лю Фын.
      Ляо Хуа отправился на подворье и стал ждать ответа Лю Фына. А тот обратился за советом к Мын Да:
      – Как же мне быть? Моему дяде угрожает большая опасность.
      – Я бы вам не советовал сейчас покидать Шанъюн, – ответил Мын Да. – У Сунь Цюаня сильное войско, и почти весь округ Цзинчжоу у него в руках. А Цао Цао с огромной армией расположился в Мобо. Майчэн – ничтожный городишко! Неужели вы думаете, что наше жалкое войско сможет противостоять силам двух великих правителей?
      – Мне все это известно, – согласился Лю Фын. – Но ведь Гуань Юй – мой дядя! Могу ли я сидеть сложа руки, когда он в такой беде?
      – Вы все еще считаете Гуань Юя своим дядей, но совсем неведомо, считает ли он вас своим племянником? – язвительно спросил Мын Да. – Не забыли ли вы, как он рассердился, когда Ханьчжунский ван усыновил вас. А помните, когда Ханьчжунский ван собирался назначить наследника и спросил совета у Чжугэ Ляна, тот ответил, что это дело семейное, и поэтому надо обратиться к Гуань Юю и Чжан Фэю. Ханьчжунский ван потом послал гонца в Цзинчжоу узнать мнение Гуань Юя, и тот ответил, что вы сын букашки и в наследники не годитесь. Он и Ханьчжунского вана уговорил заслать вас в глухой горный городок Шанъюн, чтобы вы ему не мешали. Это знают все, неужели вы об этом не слышали? И после всего этого вы еще склонны рисковать жизнью ради какого-то призрачного долга по отношению к дяде?
      – Вы, конечно, правы, – согласился Лю Фын. – Но под каким предлогом я могу отказаться?
      – Скажите, что недавно овладели Шанъюном, население еще неспокойно и вы не можете покинуть город, – предложил Мын Да.
      На следующий день Лю Фын пригласил к себе Ляо Хуа и сказал то, что посоветовал Мын Да.
      – Значит, Гуань Юй погиб! – вскричал Ляо Хуа, упав на колени и ударившись лбом о пол.
      – Предположим, мы пойдем ему на помощь, – вмешался в разговор Мын Да. – Это все равно, что чашкой воды пытаться залить телегу горящего хвороста! Отправляйтесь-ка обратно и ждите, пока придут войска из княжества Шу!
      Ляо Хуа настаивал на своей просьбе, но Лю Фын и Мын Да не захотели больше его слушать. Они встали и, гневно встряхнув рукавами халатов, покинули помещение.
      Поняв, что здесь ему ничего не добиться, Ляо Хуа решил ехать к Ханьчжунскому вану. Грубо выбранившись, он вскочил на коня и помчался в Чэнду.
      А Гуань Юй, сидя в Майчэне, надеялся, что из Шанъюна пришлют подмогу. У него оставалось всего пятьсот-шестьсот воинов, половина из которых были ранены. В городе не хватало для всех пищи, люди страдали от голода.
      Вдруг Гуань Юю доложили, что у ворот появился неизвестный человек, который просит, чтобы его впустили в город. Гуань Юй приказал пропустить его: это оказался Чжугэ Цзинь. После приветственных церемоний, когда Гуань Юй велел подать чай, Чжугэ Цзинь сказал:
      – Я получил повеление моего правителя Сунь Цюаня поговорить с вами. С древнейших времен мудрецами считаются те, кто понимает требования времени. Ныне почти все ваши земли, расположенные по реке Хань, попали в наши руки. У вас остался лишь небольшой городок, да и то вы здесь голодаете. Над вами нависла смертельная опасность, а помощь вам не идет. Если вы покоритесь Сунь Цюаню, он оставит вас правителем Цзинчжоу и Сянъяна, и вы сохраните свою семью. Подумайте об этом!
      – Я – воин из Цзеляна, – серьезно ответил Гуань Юй. – Мой господин милостиво обращается со мной, и я не изменю своему долгу! Если Майчэн падет, я погибну, но не сдамся врагу! Яшму можно истолочь в порошок, но она все равно останется белой! Бамбук можно сжечь, но огонь не разрушит его коленца! Я умру, но имя мое останется в веках! Молчите! И уходите отсюда! Я буду биться с Сунь Цюанем насмерть!
      – Сунь Цюань предлагает вам такой мир, какой когда-то заключили княжества Цинь и Цзинь. Он предлагает вам вместе разгромить злодея Цао Цао и поддержать правящий дом Хань. Почему вы не соглашаетесь?
      Гуань Пин, которому невыносимо было слушать такие речи, выхватил меч и хотел броситься на Чжугэ Цзиня, но Гуань Юй удержал его:
      – Ведь это старший брат Чжугэ Ляна! Если ты убьешь Чжугэ Цзиня, ты нанесешь кровную обиду его брату!
      Гуань Юй приказал Чжугэ Цзиню удалиться. Не помня себя от стыда, тот покинул город и, явившись к Сунь Цюаню, сказал:
      – Гуань Юй тверд, как сталь! Его никак нельзя уговорить!
      – Да, это воистину слуга, преданный своему господину! – вздохнул Сунь Цюань. – Что же нам теперь делать?
      – Разрешите мне погадать о судьбе Гуань Юя? – попросил советник Люй Фань.
      Сунь Цюань разрешил. Люй Фань поворожил на стебле артемизии. Гадание показало, что «главный враг собирается бежать».
      – Видите? Гуань Юй собирается бежать! – обратился Сунь Цюань к Люй Мыну. – Подумали ли вы над тем, как его поймать?
      – Да это очень просто, – ответил Люй Мын. – Гадание только подтвердило мою мысль. Теперь пусть даже у Гуань Юя вырастут крылья, все равно ему не вырваться из моей сети!
      Поистине:
 
Подвергся насмешкам лягушек дракон, угодивший в болото.
Вороной обманутый Феникс внезапно попался в тенета.
 
      Если вы хотите узнать, какая мысль была у Люй Мына, прочтите следующую главу.

Глава семьдесят седьмая

в которой речь идет о том, как дух Гуань Юя творил чудеса в горах Юйцюань, и о том, как Цао Цао в Лояне воздал благодарность духу

 
      Вот что я думаю, – продолжал Люй Мын. – Гуань Юй не решится бежать из Майчэна по большой дороге, потому что у него слишком мало войска, а вот севернее Майчэна есть тропинка, извивающаяся среди скал, и Гуань Юй пойдет по ней. Там, в скалах, в двадцати ли от города, мой военачальник Чжу Жань с пятью тысячами воинов устроит засаду. Он пропустит вперед отряд Гуань Юя и последует за ним, не давая ему ни минуты покоя. Враг стремится как можно быстрее добраться до города Линьцзюй и поэтому в бой не вступит. А наш второй военачальник, Пань Чжан, с пятьюстами воинами укроется в засаде на горной дороге в Линьцзюй и перехватит Гуань Юя. Сейчас нам надо начать с трех сторон штурм Майчэна. Северные ворота мы оставим свободными, чтобы Гуань Юй мог бежать из города.
      Выслушав Люй Мына, Сунь Цюань велел Люй Фаню поворожить еще раз.
      – Главный враг побежит на северо-восток и сегодня в полночь будет в наших руках, – объявил Люй Фань, закончив гадание,
      Сунь Цюань обрадовался этому прорицанию и приказал военачальникам Чжу Жаню и Пань Чжану устроить засады на пути Гуань Юя.
      В это время положение Гуань Юя в Майчэне было очень тяжелое. Он пересчитал своих воинов – их оставалось немногим более трехсот, но и тех нечем было кормить. А тут еще по ночам воины Люй Мына бродили у городских стен и, вызывая осажденных по именам, уговаривали перейти к ним. Многие воины спускались со стен и уходили в разные стороны, а подмога все не приходила. Гуань Юй не знал, что и предпринять.
      – Я очень сожалею, что в свое время не послушался вашего совета! – говорил он Ван Фу. – Как теперь нам спастись?
      – Тут ничего не поделал бы и сам Люй Шан, родись он вторично! – со слезами отвечал Ван Фу.
      – Лю Фын и Мын Да, видно, не хотят нам помочь, – сказал Чжао Лэй. – Не лучше ли бежать отсюда в Сычуань? Там можно собрать новое войско и отвоевать потерянное…
      – Так я и думаю поступить, – ответил Гуань Юй.
      Он поднялся на стену и стал наблюдать за противником. Заметив, что у северных ворот нет скопления вражеских войск, он спросил, какая местность лежит к северу от города. Городские жители сказали, что там одни только скалы и между ними тропинка, ведущая в Сычуань. Гуань Юй решил этой же ночью по скалистой тропе уйти в Сычуань.
      – Лучше идти по большой дороге, – возражал Ван Фу, – в скалах возможна засада.
      – Ну и пусть там будет засада! – воскликнул Гуань Юй. – Чего мне бояться?
      – Надо быть вдвойне осторожным! – настойчиво предупреждал Ван Фу. – Оставьте меня с сотней воинов охранять Майчэн. Я умру, но не сдамся, и буду ждать вас с подкреплением!
      Когда Гуань Юй прощался с Ван Фу, на глазах у него навернулись слезы. Он отдал приказ Чжоу Цану вместе с Ван Фу охранять Майчэн, а сам в сопровождении Гуань Пина и Чжао Лэя с двумя сотнями всадников вышел из города через северные ворота и поскакал в сторону Сычуани.
      Гуань Юй ехал впереди, держа наготове меч. К вечеру, когда они удалились на двадцать ли от Майчэна, внезапно позади послышались удары барабанов и возгласы людей. Из засады выскочил Чжу Жань. Он догонял Гуань Юя и во весь голос кричал:
      – Стой, Гуань Юй! Сдавайся и проси пощады!
      Разгневанный Гуань Юй повернул коня и напал на Чжу Жаня. Тот сразу же обратился в бегство. Гуань Юй погнался за ним, но опять загремели барабаны, и навстречу ему понеслись всадники Чжу Жаня. Гуань Юй, не решаясь ввязываться в бой, свернул на тропинку и направился в город Линьцзюй. Чжу Жань, следуя за ним, не оставлял в покое его воинов, часть которых погибла в схватках. Не успели беглецы проехать и несколько ли, как впереди послышались крики и вспыхнули огни: это показался отряд Пань Чжана.
      Гуань Юй в ярости бросился на него с мечом. Пань Чжан поспешно отступил. Но Гуань Юй не стал его преследовать и скрылся в горах. Здесь его догнал Гуань Пин и сказал, что Чжао Лэй погиб в схватке с врагом.
      Гуань Юй двинулся дальше. У него теперь оставалось не больше десятка воинов. Гуань Пин шел позади всех.
      Перед рассветом беглецы добрались до входа в ущелье Цзюэкоу. По обеим сторонам дороги теснились горы, поросшие лесом и кустарником. Вдруг раздались громкие крики: по обе стороны из засады поднялись воины с длинными крючьями и арканами. Конь Гуань Юя мгновенно был спутан, всадник упал, и на него навалился Ма Чжун, один из военачальников Пань Чжана.
      Гуань Пин сделал отчаянную попытку прийти на выручку отцу, но и его окружили подоспевшие воины Пань Чжана и Чжу Жаня. Гуань Пин бился до изнеможения, но не смог вырваться из кольца окруживших его воинов.
      На рассвете Сунь Цюаню доложили, что Гуань Юй и его сын взяты в плен. Ликующий Сунь Цюань созвал к себе в шатер военачальников. Ма Чжун притащил туда Гуань Юя.
      – Я всегда любил вас за ваши добродетели, – обратился к нему Сунь Цюань, – и предлагал вам заключить союз, подобно тому, как когда-то поступили княжества Цинь и Цзинь. Но вы думали, что в Поднебесной нет никого равного вам! Так скажите же, почему мои воины одолели вас? Не настала ли пора покориться Сунь Цюаню?
      – Голубоглазый мальчишка! – закричал Гуань Юй. – Рыжебородая крыса! Мы с потомком императора Лю Бэем дали клятву в Персиковом саду верно служить династии Хань! А ты, изменник, думаешь, что я покорюсь тебе! Довольно мне с тобой разговаривать! Я попался в твою ловушку, и смерть меня не страшит!
      Тут Сунь Цюань обратился к своим военачальникам:
      – Все знают, что Гуань Юй самый знаменитый герой нашего времени. Из чувства уважения к нему я собирался встретить его с подобающими церемониями и предложить ему перейти на нашу сторону. Правильно ли я хотел поступить?
      – Нет, неправильно! – возразил чжу-бо Цзо Сянь. – Вспомните то время, когда он попал к Цао Цао и как тот, стараясь склонить его к себе, пожаловал ему титул хоу и каждые три дня устраивал в честь его малые пиры, а каждые пять дней большие и одаривал его золотом и серебром за каждую услугу, но, несмотря на все эти милости, не сумел удержать его. Гуань Юй ушел от Цао Цао, да еще, прокладывая себе путь, убил нескольких военачальников застав. В последнее время он превратился в такую грозу для Цао Цао, что тот хотел было перенести столицу! Раз уж вы, господин мой, схватили этого человека, так уничтожьте его! Все равно добра от него ждать не приходится.
      Сунь Цюань погрузился в размышления.
      – Видно, так тому и быть! – произнес он после долгого молчания и сделал знак рукой увести пленников.
      Так кончили свою жизнь Гуань Юй и его сын Гуань Пин. Случилось это зимой, в десятом месяце двадцать четвертого года периода Цзянь-ань [219 г.]. Гуань Юю было тогда пятьдесят восемь лет.
      Потомки сложили стихи, в которых оплакивают погибшего Гуань Юя:
 
В исходе династии Хань не знали подобных героев.
Он всех превзошел, воспарив душой до созвездья Тельца.
Искусный в военных делах, он был величав и прекрасен.
И станом могучим своим, и светлым лицом мудреца.
Огромное сердце его сияло, как вешнее солнце,
Высокий свой долг пред страной он гордо вознес в облака.
Он пролил сиянье свое не только на древние царства,
Нет – славу его навсегда грядущие примут века.
 
      Есть и еще стихи:
 
Простые и знатные люди идут по дороге к Цзеляну,
Спешат поклониться могиле в тени кипарисов и сосен.
Однажды в саду он поклялся до смерти служить Поднебесной
И всем императорам прежним обильные жертвы принес он.
Лучилась, как солнце и звезды, его непреклонная воля,
Страшило врагов его имя, его угрожающий вид.
Доныне во всей Поднебесной в кумирнях хранят его образ,
И ворон-вещун на закате на дереве старом сидит.
 
      Знаменитого коня Гуань Юя, Красного зайца, захватил Ма Чжун и привел в подарок Сунь Цюаню. Но тот коня не взял. После смерти своего хозяина конь перестал есть и вскоре околел с голоду.
      А тем временем Ван Фу все еще удерживал Майчэн. Однажды он вдруг почувствовал какую-то непонятную дрожь во всем теле и сказал Чжоу Цану:
      – Не случилась ли беда с Гуань Юем? Вчера он приснился мне весь окровавленный. Я даже проснулся от страха.
      В этот момент вбежал воин с криком, что враг подошел к стенам города и впереди своих отрядов несет головы Гуань Юя и его сына. Ван Фу и Чжоу Цан бросились на городскую стену и своими глазами увидели то, о чем доложил им воин.
      С отчаянным криком Ван Фу бросился со стены головой вниз и разбился насмерть. Чжоу Цан вонзил меч себе в грудь. Так Майчэн был занят войсками Сунь Цюаня.
      Между тем геройский дух Гуань Юя, не рассеиваясь, бродил по необъятному пространству. Он достиг гор Юйцюань, расположенных в округе Цзинмынь. В горах жил старый монах Пу Цзин, бывший настоятель буддийского монастыря в Фаньшуйгуане. После встречи с Гуань Юем в монастыре он долго странствовал по Поднебесной, пока не попал в горы Юйцюань. Его пленили красота гор и чистота воды, и он устроил здесь хижину, где изо дня в день предавался размышлениям о смысле великих законов развития вселенной. Послушник выпрашивал для него подаяние в окрестных селах, и этим он жил.
      Однажды ночью, когда ярко светила луна и дул свежий ветер, Пу Цзин молчаливо сидел в хижине. Вдруг ему послышался человеческий голос, доносившийся откуда-то с воздуха:
      – Отдайте мою голову!
      Пу Цзин посмотрел вверх и увидел человека верхом на коне Красном зайце и с мечом Черного дракона в руке. У него была курчавая борода. Его сопровождали два воина: один с белым лицом, другой – чернолицый.
      – Это ты, Гуань Юй? – спросил Пу Цзин, стукнув в дверь своей мухогонкой из лосиного хвоста.
      Дух Гуань Юя сошел с коня и спустился к хижине.
      – Кто вы, учитель? – спросил он. – Как вас зовут?
      – Я старый монах Пу Цзин, – ответил тот. – Мы встречались с вами в кумирне на заставе Фаньшуйгуань. Вы забыли?
      – Да, я помню, вы спасли меня, – ответил дух Гуань Юя. – Но я уже мертв. Направьте меня на истинный путь, с которого я сбился.
      – О том, что прежде было ложью, а ныне стало правдой, что прежде было причиной, а ныне стало следствием, я ничего не могу сказать, – отвечал Пу Цзин. – Вас погубил Люй Мын, и вы просите, чтобы вам вернули голову? Но у кого же тогда должны просить головы Янь Лян, Вэнь Чоу и шесть военачальников, которых вы убили на заставах?
      Дух Гуань Юя задумался, потом поклонился монаху и скрылся.
      После этого он часто появлялся в горах Юйцюань и покровительствовал местным жителям. Тронутые его добродетелями, жители воздвигли на вершине горы храм, где четыре раза в год устраивали жертвоприношения. В этом храме потомки сделали надпись, которая гласила:
 
Осанка и сердце в нем были равно благородны.
Верхом на коне он летал урагана быстрее,
Но, подвиг свершая, всегда вспоминал о Лю Бэе.
Мечом своим жарким луну затмевал он и звезды.
Он был прозорливым, как тот, кто читает в потемках:
В то грозное время он думал о нас, о потомках.
 
      Казнив Гуань Юя, Сунь Цюань завладел округами Цзинчжоу и Сянъян. Военачальники поздравляли его с победой, и он устроил роскошный пир. Посадив Люй Мына на почетное место, Сунь Цюань говорил военачальникам:
      – Долго не удавалось мне добыть Цзинчжоу! Но благодаря Люй Мыну я получил его!
      Смущенный Люй Мын несколько раз возражал, что не заслуживает такой великой чести, но Сунь Цюань, не слушая его, продолжал:
      – Прежде отличался своими талантами Чжоу Юй. Он разгромил флот Цао Цао у Красной скалы. К несчастью, он умер очень рано. Лу Су по своей прозорливости был достоин стоять рядом с императором и ваном. Когда Цао Цао шел на меня войной, все советники уговаривали меня сдаться, и лишь один Лу Су посоветовал мне призвать на помощь Чжоу Юя и обороняться. В этом его достоинства. Лишь один недостаток вижу я за ним – он убедил меня отдать на время Цзинчжоу Лю Бэю! И вот Люй Мын взял Цзинчжоу. Этим подвигом он превзошел и Лу Су и Чжоу Юя!
      Наполнив кубок вином, Сунь Цюань поднес его Люй Мыну. Люй Мын уже коснулся губами края кубка, но вдруг бросил его на землю и, ухватив Сунь Цюаня за рукав, закричал:
      – Голубоглазый мальчишка! Рыжебородая крыса! Узнаешь меня?
      Военачальники бросились на помощь Сунь Цюаню, но Люй Мын оттолкнул их, рванулся вперед и уселся на то место, где только что сидел Сунь Цюань. Брови его поползли кверху, глаза вылезли, и он продолжал кричать:
      – Разгромив Желтых, я тридцать лет странствовал по Поднебесной, и вот я жертва твоего коварства! Но зато после смерти своей я превратился в злого духа и буду все время преследовать злодея Люй Мына! Вы узнаёте меня? Я – Гуань Юй!
      Испуганный Сунь Цюань поклонился Люй Мыну, но тут же увидел, как Люй Мын рухнул на пол и умер.
      Военачальники, присутствовавшие на пиру, онемели от ужаса.
      Сунь Цюань распорядился похоронить Люй Мына и пожаловал ему посмертно титул Чаньлинского хоу и звание правителя области Наньцзюнь. Сын Люй Мына, Люй Ба, получил право наследовать титул отца.
      Неожиданно Сунь Цюаню сообщили, что в Цзянье прибыл советник Чжан Чжао. Сунь Цюань велел привести его.
      – Вы убили Гуань Юя и его сына! Нас ждет беда! – воскликнул Чжан Чжао, едва лишь представ перед Сунь Цюанем. – Гуань Юй и Лю Бэй поклялись, что умрут вместе. Лю Бэй властвует в Сычуани, у него такой хитрый советник, как Чжугэ Лян, и такие храбрые военачальники, как Чжан Фэй и Хуан Чжун, Ма Чао и Чжао Юнь! Если он узнает о гибели Гуань Юя, месть его будет ужасной! Справиться с таким могущественным противником нелегко!
      – Об этом я действительно не подумал! – Сунь Цюань даже топнул ногой с досады. – Что же теперь делать?
      – Прежде всего сохранять спокойствие! – ответил Чжан Чжао. – Если вы сделаете все, что я скажу, войска Лю Бэя не вторгнутся к нам, и Цзинчжоу будет стоять прочно, как скала.
      – Что вы предлагаете? – спросил Сунь Цюань.
      – В настоящее время Цао Цао только и помышляет о том, как бы завладеть всей Поднебесной, – продолжал Чжан Чжао. – Лю Бэй, желая отомстить вам за брата, постарается заключить с ним мир. Если ему это удастся, нам не миновать беды. Разумнее всего отправить голову Гуань Юя к Цао Цао. Этим мы дадим Лю Бэю понять, что все было сделано то приказу Цао Цао. Лю Бэй обратит свой гнев против Цао Цао, а не против нас. Мы же, находясь между двух дерущихся, извлечем для себя выгоду. Вот вам наилучшее предложение!

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54