Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Троецарствие (том 2)

ModernLib.Net / Гуаньчжун Ло / Троецарствие (том 2) - Чтение (стр. 42)
Автор: Гуаньчжун Ло
Жанр:

 

 


      Сыма Ши и его войско расположились в Синъяне. Здесь же состоялся военный совет. На совете гуан-лу-сюнь Чжэн Бао произнес такие слова:
      – Гуаньцю Цзянь – мечтатель, он строит планы, но не выполняет их. Его помощнику Вэнь Циню нельзя отказать в храбрости, однако он глуп и иногда заставляет своих военачальников делать несуразные вещи. А вот с хуайнаньскими воинами шутки плохи! В войне с ними выгодней всего обороняться. Так поступал в свое время Чжоу Я-фу.
      – Нет! – запротестовал военачальник Ван Цзи. – Мятеж в Хуайнани произошел не по вине воинов и народа, а по подстрекательству Гуаньцю Цзяня. Стоит послать туда сильное войско, и мятежники разбегутся.
      – Правильно! – согласился Сыма Ши. – Мы двинем войско к верховьям реки Иньшуй и расположимся у моста Иньцяо.
      – По-моему, прежде всего следует занять Наньдунь, – сказал Ван Цзи. – Нельзя допустить, чтобы Гуаньцю Цзянь явился туда первым.
      Тогда Сыма Ши приказал Ван Цзи с передовым отрядом занять Наньдунь.
      Гуаньцю Цзянь, находившийся в Сянчэне, был серьезно обеспокоен известием, что в поход против него ведет войско сам Сыма Ши.
      – Нельзя отдавать противнику Наньдунь! – говорил начальник передового отряда Гэ Юн. – Если вэйцы займут Наньдунь, их оттуда не выбьешь.
      Гуаньцю Цзянь и сам прекрасно понимал значение Наньдуня и поэтому решил опередить противника. Но он опоздал – конные дозоры донесли, что в Наньдуне уже расположилось какое-то войско.
      Гуаньцю Цзянь сначала этому не поверил и, лишь подъехав к Наньдуню, убедился, что разведчики не ошиблись: по всему полю возле города виднелись знамена, а немного подалее возвышался укрепленный лагерь, построенный по всем правилам военного искусства.
      Гуаньцю Цзянь в нерешительности остановился. Сюда примчался гонец с донесением, что войска царства У под командованием Сунь Цзюня переправились через Янцзы и напали на Шоучунь.
      – Скорее спасать Шоучунь! Это наша единственная опора! – засуетился Гуаньцю Цзянь.
      Под покровом ночной темноты он увел войско в Сянчэн.
      Когда Сыма Ши сообщили об отступлении Гуаньцю Цзяня, шан-шу Фу Цзя сказал ему:
      – Гуаньцю Цзянь обеспокоен, как бы Сунь Цзюнь не захватил Шоучунь, и сейчас будет обороняться в Сянчэне. Там мы сможем его разгромить. Для этого прежде всего следует занять Иоцзячэн. Поручите это военачальнику Дэн Аю, он достаточно умен и хитер, и дайте ему в помощь отряд тяжеловооруженных воинов.
      Сыма Ши послал гонца с приказом яньчжоускому цы-ши Дэн Аю взять Иоцзячэн и повел свое войско на соединение с ним.
      Находясь в Сянчэне, Гуаньцю Цзянь ежедневно высылал разведчиков в сторону Иоцзячэна, опасаясь, как бы город не захватил враг.
      – Не беспокойтесь, господин ду-ду! – говорил ему Вэнь Цинь. – Мы с сыном защитим Иоцзячэн. Только дайте нам пять тысяч воинов.
      Гуаньцю Цзянь приказал Вэнь Циню и его сыну спешно идти в Иоцзячэн. Но когда они подходили к городу, из передового отряда донесли, что там, по-видимому, стоит сам Сыма Ши, потому что в лагере, хотя полностью он еще и не построен, видны белые бунчуки, черный зонт, красные знамена и шатер с намалеванными на нем тиграми, возле которого по ветру развевается фамильное знамя полководца.
      – Воспользуемся тем, что они не успели достроить лагерь! – воскликнул стоявший рядом с Вэнь Цинем сын его Вэнь Ян. – Разделим наше войско на два отряда и ударим с двух сторон.
      – Когда будем нападать? – спросил Вэнь Цинь.
      – Сегодня вечером. Вы пойдете с юга, а я с севера, и во время третьей стражи встретимся в лагере противника.
      Вэнь Цинь согласился. Войско они разделили на два равных отряда, по две с половиной тысячи воинов в каждом, и занялись подготовкой к наступлению.
      Вэнь Яну было всего восемнадцать лет, но он был высок ростом, силен и привычен к битвам. И вот юный военачальник, вооруженный копьем и плетью из медной проволоки, повел отряд на лагерь врага.
      Войско Сыма Ши подошло к Иоцзячэну только накануне. Сыма Ши приказал строить укрепленный лагерь и ждать Дэн Ая. Рана его под глазом, где был вырезан нарост, невыносимо болела, и Сыма Ши лежал в шатре. Сотня воинов в латах охраняла его.
      Во время третьей стражи в лагере поднялся переполох, послышались крики и лязг оружия.
      – Что случилось? – окликнул Сыма Ши воина, стоявшего на страже у входа в шатер.
      – Какой-то отряд с северной стороны рвется в лагерь. Говорят, военачальник у них такой смелый, что никто с ним справиться не может, – отвечал воин.
      От волнения рана Сыма Ши открылась, и кровь залила ему лицо. От боли Сыма Ши едва не лишился чувств. Он впился зубами в край одеяла и терпел, стараясь скрыть свое состояние от воинов.
      Вэнь Ян опередил отца и первый ворвался в лагерь. Размахивая мечом и медной плетью, он разил направо и налево. Те, кто попадались ему под руку, со стоном падали на землю и больше не вставали.
      Вэнь Ян ждал, что с минуты на минуту подоспеет отец, но того все не было. Вэнь Ян бился до самого рассвета, но лучники тучами стрел отражали его смелый натиск. Вдруг с северной стороны послышался грохот барабанов и оглушительный рев рогов.
      – Что случилось? Почему отец идет не с юга, а с севера? – удивился Вэнь Ян и поскакал навстречу приближающемуся войску.
      Но это был не Вэнь Цинь, а яньчжоуский цы-ши Дэн Ай.
      – Стойте, разбойники! – закричал Дэн Ай, мчавшийся на коне впереди своих воинов.
      Вэнь Ян яростно напал на противника. Начался поединок, но силы их были равными, и они не могли одолеть друг друга. Когда они схватились в пятидесятый раз, вэйцы перешли в наступление, и воины Вэнь Яна обратились в бегство. Вэнь Ян проложил себе дорогу и поскакал к югу. Несколько сот вэйских воинов преследовали его по пятам. Они настигли Вэнь Яна у самого моста Иоцзяцяо. Тогда Вэнь Ян повернул коня и обрушился на преследователей. Замелькала его медная плеть, от ее ударов воины падали с коней.
      Разогнав врага, Вэнь Ян, не спеша, продолжал свой путь.
      – Неужто мы не сладим с мальчишкой? – закричали обозленные неудачей вэйские военачальники. – Вперед! Догоним его!
      Около ста человек, перегоняя друг друга, бросились вслед удаляющемуся Вэнь Яну. Тот их заметил.
      – Крысы! Жизни своей вам не жалко?
      Вскипев от гнева и высоко подняв плеть, Вэнь Ян врезался в самую гущу врагов. Уничтожив нескольких вэйцев, он опять повернул коня и поскакал дальше. Вэйские военачальники неоднократно нападали на него, но всякий раз откатывались с потерями.
      Потомки сложили о Вэнь Яне такие стихи:
 
Великим героем прослыл Чжао Юнь, когда в битве
На склоне Чанфаньском отбил Цао Цао, тирана.
Сейчас в поединке у города Иоцзячэна
Увидели люди высокую храбрость Вэнь Яна.
 
      Но почему же Вэнь Цинь не пришел вовремя на помощь сыну? Это произошло потому, что он сбился с дороги. Проблуждав всю ночь в горах, он к рассвету, наконец, вышел к лагерю вэйцев. По всему видно было, что отряд Вэнь Яна вынужден был отступить, и Вэнь Цинь решил уйти, не ввязываясь в бой. Но вэйские воины заметили его и бросились в погоню. Вэнь Цинь бежал в сторону Шоучуня.
      Дворцовый сяо-вэй Инь Да-му, бывший друг Цао Шуана, служил теперь у Сыма Ши. Его ни на минуту не покидала мысль отомстить Сыма Ши за погибшего друга, и для этой цели он решил встретиться с Вэнь Цинем.
      В ту ночь, когда Вэнь Ян напал на вэйский лагерь и у Сыма Ши от волнения открылась рана под глазом, Инь Да-му был поблизости. Он обратился к Сыма Ши с такими словами:
      – Мне кажется, что сам Вэнь Цинь никогда не решился бы бунтовать, если б не подстрекательство Гуаньцю Цзяня. Разрешите мне поговорить с мятежником. Я не сомневаюсь, что он покорится!
      Сыма Ши дал согласие. Инь Да-му надел латы, вскочил на коня и помчался вслед за Вэнь Цинем. Догнав его, Инь Да-му крикнул:
      – Цы-ши Вэнь Цинь, вы знаете меня?
      Вэнь Цинь обернулся. Инь Да-му снял шлем и положил его на седельную луку.
      – Цы-ши Вэнь Цинь, вы не могли бы продержаться еще несколько дней? Сыма Ши скоро умрет, и я перейду на вашу сторону.
      Не поняв намерений Инь Да-му, Вэнь Цинь зло обругал его и пригрозил застрелить из лука. Слезы обиды навернулись на глазах Инь Да-му, он тяжело вздохнул и медленно поехал прочь.
      Когда Вэнь Цинь добрался до Шоучуня, город был уже занят войсками Чжугэ Даня. Дорогу на Сянчэн перерезали отряды Ху Цзуня, Ван Цзи и Дэн Ая. Вэнь Циню оставалось лишь уйти в царство У и покориться Сунь Цзюню. Так он и поступил.
      Как только Гуаньцю Цзянь, все еще находившийся в Сянчэне, узнал о поражении войск Вэнь Циня и падении Шоучуня, он решил не ждать, пока враг окружит его, а идти ему навстречу.
      Выступив из города, войско Гуаньцю Цзяня столкнулось с отрядом Дэн Ая. На поединок с противником выехал военачальник Гэ Юн, и в первой же схватке Дэн Ай зарубил его. Воины Гуаньцю Цзяня вступили в смертельную битву с врагом, но справа и слева на них ударили Ху Цзунь и Ван Цзи. Гуаньцю Цзянь бежал с поля боя. У него осталось не больше десятка всадников, с которыми он добрался до уездного городка Чжэньсяня.
      Начальник уезда Сун Бо открыл ворота и впустил Гуаньцю Цзяня в город. Затем он пригласил его к себе домой и стал угощать вином. Когда Гуаньцю Цзянь сильно опьянел, Сун Бо отрубил ему голову и отвез ее в лагерь Сыма Ши.
      После гибели Гуаньцю Цзяня в Хуайнани быстро установился мир и порядок.
      А Сыма Ши все еще был болен и не подымался с ложа. Вызвав в шатер Чжугэ Даня, он вручил ему пояс и печать полководца Восточного похода, передал ему все войско округа Янчжоу, а сам выехал в Сюйчан.
      Глаз у Сыма Ши болел невыносимо. По ночам ему чудилось, будто возле его ложа стоят призраки казненных им Ли Фына, Чжан Цзи и Сяхоу Сюаня. Его мучили тяжелые предчувствия. Понимая, что у него не хватит сил добраться до столицы, Сыма Ши с дороги послал гонца в Лоян за братом. Когда Сыма Чжао приехал и, сдерживая рыдания, склонился над ним, Сыма Ши сказал:
      – Я пользовался огромной властью и надеялся в ближайшее время принять императорский титул. Но, видно, этому не бывать! Ты продолжишь начатое мною дело! Выбирай себе помощников только среди людей, которых хорошо знаешь, не будь слишком доверчив и беспечен, иначе погибнешь.
      Сыма Ши, рыдая, протянул брату знаки своей власти – пояс и печать. Сыма Чжао хотел что-то сказать, но больной громко вскрикнул, глаза его широко открылись и дыхание оборвалось. Случилось это во втором месяце второго года периода Чжэн-юань [255 г.].
      Сыма Чжао известил вэйского государя Цао Мао о смерти брата. Цао Мао приказал Сыма Чжао и всему войску стоять в Сюйчане на случай неожиданного нападения царства У. Сыма Чжао не мог решить, как ему действовать дальше. Но Чжун Хуэй предупредил его:
      – Брат ваш скончался, и теперь враги его смогут вновь поднять голову. Если вы останетесь в Сюйчане, в столице произойдет переворот.
      Сыма Чжао понял его. Он передвинул войско поближе к столице и расположился на южном берегу реки Лошуй. Император был этим крайне обеспокоен, и тай-вэй Ван Су сказал ему:
      – Государь, после смерти Сыма Ши вся власть перешла в руки Сыма Чжао. Пожалуйте ему какой-нибудь титул, чтобы он не стал бунтовать.
      Цао Мао повелел Ван Су отвезти Сыма Чжао указ о пожаловании ему звания главного полководца царства и должности шан-шу. Сыма Чжао явился ко двору, чтобы поблагодарить государя за милость.
      С тех пор все внутренние и внешние дела царства Вэй стал решать Сыма Чжао.
      Известие о смерти Сыма Ши распространилось далеко за пределы царства Вэй и достигло царства Шу. Тогда Цзян Вэй обратился к императору Хоу-чжу с такими словами:
      – После смерти Сыма Ши власть принял его брат Сыма Чжао. Пока его положение при дворе не упрочилось, он не посмеет покидать Лоян. Разрешите мне, государь, воспользоваться благоприятным для нас моментом и восстановить власть Ханьской династии на Срединной равнине.
      Хоу-чжу дал согласие на объявление войны царству Вэй. Цзян Вэй уехал в Ханьчжун и занялся подготовкой к предстоящему походу.
      Полководец Западного похода Чжан И уговаривал его:
      – Сейчас не время начинать большую войну и отправляться в дальний поход. Разумнее было бы удерживать свои владения, укреплять войско и оказывать благодеяния народу. Только так можно обеспечить безопасность государства.
      – Нет, я с этим не могу согласиться! – возразил Цзян Вэй. – Наш покойный чэн-сян еще в бытность свою в Наньяне предсказал раздел Поднебесной на три царства. Чжугэ Лян стремился объединить Поднебесную и овладеть Срединной равниной. Он шесть раз водил войска к горам Цишань! Безвременная смерть помешала ему довести до конца начатое дело. Я принял последнюю волю чэн-сяна и обязан выполнить то, что он завещал мне, если даже во имя этого великого дела мне придется пожертвовать жизнью! В царстве Вэй сейчас образовалась трещина, и мы должны этим воспользоваться. Если не сейчас, то когда же?
      – Полководец прав! – поддержал его Сяхоу Ба. – Прежде всего необходимо с легкой конницей выйти в уезд Баохань. Затем мы должны захватить Таоси и Наньань, тогда все близлежащие области окажутся в наших руках!
      – Что ж! Воевать так воевать! – уступил, наконец, Чжан И. – Но не забывайте, что причиной всех наших прежних неудач была медлительность. В «Законах войны» сказано: «Нападай, когда враг не подготовлен, выступай, когда он не ожидает». Мы одержим победу лишь в том случае, если будем действовать стремительно и не дадим противнику времени на подготовку.
      Вскоре несметные полчища Цзян Вэя двинулись на Баохань. Едва лишь передовые отряды вышли к реке Таошуй, как из пограничной охраны царства Вэй полетело донесение в округ Юнчжоу цы-ши Ван Цзину и его помощнику Чэнь Таю. Ван Цзин поднял семидесятитысячное войско и выступил против врага.
      Цзян Вэй обсудил план действий с военачальниками Чжан И и Сяхоу Ба и отдал приказ построить войско для боя спиной к реке.
      Ван Цзин, в сопровождении нескольких военачальников, верхом выехал вперед и закричал Цзян Вэю:
      – Что тебе не сидится спокойно? Зачем ты суешься в наши владения? Кажется, прочно стоят три царства в Поднебесной!
      Цзян Вэй отвечал:
      – Сыма Ши незаконно сверг государя, и соседние царства обязаны наказать его! А нам, как государству враждебному, тем более надлежит это сделать!
      Ван Цзин обернулся к сопровождавшим его военачальникам Чжан Мину, Хуа Юну, Лю Да и Чжу Фану:
      – У врага за спиной река Таошуй – его войско погибнет в реке! Но Цзян Вэй храбр и ловок. Вы сразитесь с ним вчетвером – он вынужден будет бежать. И тогда мы разгромим его войско.
      Военачальники выехали вперед. Цзян Вэй вступил с ними в бой, но потом повернул коня и скрылся среди своих войск.
      Противник перешел в наступление; войска Цзян Вэя попятились к берегу реки. А там Цзян Вэй, высоко подняв меч, закричал:
      – Воины, за нами река! Пути к отступлению нет! Смелее рубите врага!
      Войско рванулось вперед, противник был смят. Отряды Чжан И и Сяхоу Ба, проникнув в тыл вэйцам, окружили их.
      Цзян Вэй, смело ворвавшись в гущу врагов, разил направо и налево. Вэйские воины заметались, не зная, куда бежать, многие из них погибли в свалке, другие нашли смерть в реке. Более десяти тысяч трупов устилали поле боя на протяжении нескольких ли. Пробившись на дорогу, Ван Цзин с остатками войска бежал в Дидаочэн и решил не выходить в открытый бой.
      А Цзян Вэй, наградив своих воинов, собирался брать город штурмом. Однако этому воспрепятствовал Чжан И.
      – Вы только что одержали блестящую победу, и на этом можно бы остановиться, – сказал он. – Наступать дальше опасно, да и незачем. Стоит ли, рисуя змею, пририсовывать ей ноги?
      – Наоборот! Сейчас-то и надо наступать! – уверенно воскликнул Цзян Вэй. – Вэйцы дрожат при одном воспоминании о недавнем поражении. Дидаочэн мы возьмем с хода! Довольно об этом болтать!
      Чжан И пытался ему возражать, но Цзян Вэй, не слушая его, приказал штурмовать Дидаочэн.
      Полководец Западного похода Чэнь Тай собирал войско в округе Юнчжоу, горя желанием поскорее помочь Ван Цзину отомстить за поражение на реке Таошуй. В это время яньчжоуский цы-ши Дэн Ай привел свою армию в Юнчжоу. Чэнь Тай встретил его со всеми подобающими церемониями. Затем Дэн Ай сказал:
      – По повелению главного полководца, я должен помочь вам разгромить врага.
      Чэнь Тай спросил Дэн Ая, каковы его соображения, и тот, отвечая на вопрос, изложил свой план.
      – Большая опасность может нам угрожать лишь в том случае, если враг, одержавший победу на реке Таошуй, призовет на помощь тангутов и двинется на восток в Гуаньдун. Но если Цзян Вэй этого не сделает, а своими силами нападет на Дидаочэн, войска его выбьются из сил, и мы разобьем их. Для этого потребуется всего один удар со стороны хребта Сянлин.
      – Замечательный план! – обрадовался Чэнь Тай.
      По приказу Дэн Ая двадцать отрядов – в каждом из них было всего по двадцать человек – должны были зайти в тыл противнику в горных ущельях юго-восточнее Дидаочэна. Им было приказано пробраться туда втайне, чтобы об этом не узнал Цзян Вэй. Выполняя приказ, отряды передвигались только ночью, а днем прятались. Кроме того, они должны были непрерывно тревожить врага: днем – барабанным боем, ночью – хлопушками.
      Между тем войска Цзян Вэя окружили Дидаочэн. Несколько дней продолжался штурм, но город взять не удавалось. Это очень тревожило Цзян Вэя.
      Однажды под вечер к Цзян Вэю примчалось несколько гонцов с донесениями, что из Юнчжоу к Дидаочэну идет войско под знаменами Дэн Ая и Чэнь Тая. Встревоженный Цзян Вэй спешно вызвал на совет Сяхоу Ба.
      – Помните, я говорил вам, что Дэн Ай прекрасно знает «Законы войны»! – вскричал Сяхоу Ба. – Вот он и сам пожаловал сюда! Это сильный противник!
      – Не дадим врагу передохнуть после похода! – мгновенно решил Цзян Вэй. – Чжан И останется у городской стены, вы нападете на отряд Чэнь Тая, а я разделаюсь с Дэн Аем!
      Цзян Вэй повел свой отряд навстречу врагу. Но не прошел он и пяти ли, как вдруг с гор юго-восточнее Дидаочэна донесся грохот барабанов.
      – Попался в ловушку Дэн Ая! – с горечью воскликнул Цзян Вэй и немедля отдал приказ Чжан И и Сяхоу Ба снять осаду Дидаочэна и уходить в Ханьчжун. Сам Цзян Вэй прикрывал отход своих войск, а в горах непрерывно гремели барабаны.
      Только добравшись до Цзяньгэ, Цзян Вэй узнал, что Дэн Ай обманул его, послав в горы барабанщиков со знаменами, и что большого войска там не было.
      После этой неудачи Цзян Вэй расположился лагерем в Чжунти.
      В это время Хоу-чжу прислал в лагерь указ о пожаловании Цзян Вэю звания главного полководца царства Шу за победу на реке Таошуй. Цзян Вэй принял назначение и отправил в Чэнду гонца выразить благодарность императору за высокую милость, а сам занялся составлением плана нового похода против царства Вэй.
      Поистине:
 
Геройство свершивши, змее не пририсовывай ноги.
Идешь на врага, не забудь: зверя ты дразнишь в берлоге.
 
      Если вы хотите узнать, какой план похода составил Цзян Вэй, загляните в следующую главу.

Глава сто одиннадцатая

в которой повествуется о том, как Дэн Ай нанес поражение Цзян Вэю, и о том, как Чжугэ Дань счел своим долгом покарать Сыма Чжао

 
      Как только Цзян Вэй ушел в Чжунти, вэйские войска разбили лагерь у стен Дидаочэна. Ван Цзин пригласил Дэн Ая и Чэнь Тая в город и в благодарность за снятие осады устроил большой пир. Все воины, участвовавшие в боях, получили награды.
      Чэнь Тай отправил вэйскому императору Цао Мао доклад о подвиге Дэн Ая. Цао Мао пожаловал Дэн Аю звание полководца Умиротворителя запада и повелел ему вместе с Чэнь Таем охранять округа Юнчжоу и Лянчжоу.
      Чэнь Тай, поздравляя Дэн Ая, сказал:
      – Цзян Вэй бежал, и войска у него больше нет! Теперь он больше не сунется к нам.
      – А по-моему, он явится опять, и очень скоро, – улыбнулся Дэн Ай. – К этому у Цзян Вэя есть пять поводов.
      Чэнь Тай вопросительно посмотрел на него.
      – Я вам сейчас объясню, – продолжал Дэн Ай. – Армия царства Шу отступила временно, у нее еще достаточно сил, чтобы бороться с нами. А наши войска ослаблены поражением на реке Таошуй, и поэтому Цзян Вэй снова предпримет нападение. Это во-первых. И во-вторых, армию царства Шу выковал Чжугэ Лян; воинов его можно посылать куда угодно – они всюду пойдут за своими военачальниками. У наших военачальников нет постоянного войска; их перебрасывают с места на место и не дают возможности как следует обучить воинов. В-третьих, армия царства Шу зачастую передвигается по рекам на судах, а нашим войскам приходится передвигаться только по суше, и они устают больше противника. И в-четвертых, Дидао, Лунси, Наньань, Цишань – все это такие места, где противнику удобно вести войну. Он может сделать вид, что идет на восток, а на самом деле ударить с запада, указывать на юг – и наступать с севера. Нам приходится дробить силы на оборону, в то время как войска противника собраны в кулак, и, таким образом, на одну часть наших войск приходится четыре отряда противника. Кроме того, если войска противника будут наступать со стороны Наньаня или Лунси, они могут достать хлеб у тангутов; если же они пойдут на Цишань, у них будет достаточно пшеницы на месте. Это пятое условие.
      – Вы мудрый человек и видите противника насквозь! – вынужден был признать Чэнь Тай. – Согласен с вами, – нам нечего бояться Цзян Вэя!
      Эта беседа положила начало прочной и длительной дружбе двух военачальников.
      Дэн Ай ежедневно занимался обучением войск. По его указанию, у всех горных проходов сооружались укрепленные лагеря для защиты от неожиданных нападений врага.
      Цзян Вэй решил устроить в Чжунти большой пир для своих военачальников, а заодно и обсудить с ними план нового похода против царства Вэй.
      Лин-ши Фань Цзянь не одобрял замыслов Цзян Вэя и старался удержать его от объявления войны.
      – Вы уже совершили несколько походов, но ни один из них не принес вам успеха, – говорил он. – Наконец, вы одержали победу на реке Таошуй; противник признал вашу славу и ваши способности. Что вам еще нужно? А если вас ждет неудача? Ведь все ваши завоевания сведутся на нет.
      – Вы только и твердите о могуществе царства Вэй и не знаете, что у нас есть пять условий, обеспечивающих победу! – раздраженно заметил Цзян Вэй.
      Военачальники насторожились.
      – Какие это условия?
      Цзян Вэй растолковал им:
      – Поражение на реке Таошуй окончательно подорвало боевой дух противника, а наше войско отступило без потерь. Это первое благоприятное условие. Наши войска, передвигаясь по рекам на судах, меньше устают, чем воины противника. Это второе условие, способствующее нашей победе. Наша армия прекрасно обучена, а вэйцы – разнузданная толпа, не признающая никаких законов и правил. Это третье условие для нашей победы. К тому же, если наше войско выйдет к Цишаню, весь осенний урожай пшеницы достанется нам и мы не будем испытывать недостатка в провианте. В этом четвертое благоприятное условие. Конечно, у противника есть некоторое преимущество – он заранее подготовился к обороне. Но в то же время у него есть и слабое место: его войско раздроблено, в то время как наше собрано в кулак. Это пятое условие для победы. Надо начинать войну немедленно, сейчас же!
      – И все же торопиться не следует, – возразил Сяхоу Ба. – Хотя Дэн Ай и молод годами, но он умен и проницателен. Недаром пожаловали ему звание полководца Умиротворителя запада!
      – Нечего бояться! – решительно заявил Цзян Вэй. – Я запрещаю вам превозносить врага и недооценивать нашу силу! Все решено – мы идем в Лунси!
      Больше никто не осмелился возражать Цзян Вэю.
      Войско царства Шу выступило из Чжунти и стремительно двинулось к Цишаню. Цзян Вэй вел передовой отряд, остальные военачальники шли за ними. Конные разведчики донесли Цзян Вэю, что противник построил в Цишане девять укрепленных лагерей. Цзян Вэй этому не поверил и, чтобы убедиться самому, поднялся на гору. С вершины он действительно увидел девять лагерей, расположением своим напоминающих свернувшуюся змею, голова которой защищает хвост.
      – Сяхоу Ба не ошибся! – сказал Цзян Вэй, обращаясь к военачальникам. – Так расположить лагеря мог бы только наш учитель Чжугэ Лян. И Дэн Ай сделал это не хуже!
      Вернувшись в шатер, Цзян Вэй промолвил:
      – Раз противник подготовился, значит ему было известно о нашем наступлении. В таком случае Дэн Ай сам должен находиться здесь. Разбейте лагерь у входа в ущелье и поставьте побольше знамен. Ежедневно высылайте разведку, и пусть каждый раз наши разведчики меняют вооружение и знамена по цветам: синий, желтый, красный, белый и черный. А я тем временем скрытно проберусь к Дунтину и нападу на Наньань.
      Оставив военачальника Бао Су в Цишаньском ущелье, Цзян Вэй с большим войском двинулся к Наньаню.
      Дэн Ай действительно знал, что Цзян Вэй попытается захватить Цишань, и заранее к этому подготовился. Но когда враг подошел к Цишаню, действия его показались Дэн Аю подозрительными. Вражеские дозоры, целыми днями разъезжавшие по окрестностям, тоже наводили на размышления. Дэн Ай с высокой горы долго наблюдал за расположением противника, а потом поспешно вернулся в шатер и сказал Чэнь Таю:
      – Цзян Вэя здесь нет! Он в Дунтине и собирается напасть на Наньань. Дозорные, которые снуют вокруг наших лагерей, по нескольку раз в день переодеваются и меняют знамена. Цзян Вэй оставил их здесь морочить нас. Только глупый полководец мог заставить своих воинов понапрасну тратить силы. Вы захватите их лагерь и выйдете к Дунтину, в тыл Цзян Вэю, а я пойду в Наньань и займу неподалеку от города гору Учэншань. Если эта гора будет в наших руках, Цзян Вэй изменит направление и пойдет на Шангуй. Возле Шангуя есть ущелье под названием Дуаньгу – место, подходящее для засады. Как только Цзян Вэй начнет отходить от горы Учэншань, мы ударим ему в тыл и разгромим его войско.
      – Много лет я охраняю Лунси, но вы, оказывается, знаете местность лучше, чем я! – воскликнул восхищенный Чэнь Тай. – Идите в Наньань, я сделаю все, как вы приказали.
      Войско Дэн Ая, двигаясь двойными переходами, подошло к горе Учэншань раньше Цзян Вэя. Приказав своему сыну Дэн Чжуну и сяо-вэю Ши Цзуаню с десятью тысячами воинов засесть в ущелье Дуаньгу, сам Дэн Ай стал поджидать противника. По его распоряжению, воины свернули знамена и строго соблюдали тишину.
      Когда войско Цзян Вэя на пути от Дунтина к Наньаню приблизилось к горе Учэншань, Цзян Вэй сказал Сяхоу Ба:
      – Мы должны занять эту гору до подхода противника. Это обеспечит нам господствующее положение в Наньане. Боюсь только, как бы Дэн Ай меня не перехитрил.
      И будто в подтверждение сказанному на горе затрещали хлопушки, загремели барабаны, затрубили рога. На склонах горы как густой лес поднялись вэйские знамена, среди которых ярко выделялось большое желтое полотнище с иероглифами «Дэн Ай».
      Воины передового отряда Цзян Вэя от неожиданности пришли в замешательство. Вэйцы обрушились на них и обратили в бегство. Пока Цзян Вэй с главными силами подоспел на помощь, отряд уже разбежался.
      Цзян Вэй остановился у подножья горы и стал вызывать Дэн Ая на поединок, но тот отмалчивался. Тогда Цзян Вэй приказал своим воинам подняться на гору, но оттуда покатились вниз огромные камни.
      Хотя Цзян Вэй бился до полуночи, но прогнать Дэн Ая с горы не удалось. Видя тщетность своих усилий, Цзян Вэй решил соорудить укрепленный лагерь неподалеку от горы. Воины принялись за работу. Но тут под грохот барабанов на них напало войско Дэн Ая. Отряд Цзян Вэя бросился врассыпную, топча и сминая друг друга.
      На следующий день Цзян Вэй приказал подвезти к горе Учэншань обозные повозки и расставить их четырехугольником, чтобы создать подобие временного укрепления.
      А ночью пятьсот воинов Дэн Ая с факелами спустились с горы и подожгли повозки. Завязался жестокий бой, длившийся почти до рассвета. Цзян Вэй опять остался без лагеря. Он отвел войско подальше от горы и сказал Сяхоу Ба:
      – Наньань, видимо, взять не удастся. Придется сначала захватить Шангуй – там у противника хранятся запасы провианта.
      Оставив Сяхоу Ба у горы Учэншань, Цзян Вэй во главе отборных воинов направился к Шангую. Войско двигалось безостановочно всю ночь, а когда рассвело, Цзян Вэй увидел, что они идут по дороге, вдоль которой с двух сторон тянутся горы.
      – Как называется это место? – спросил он у проводника.
      – Ущелье Дуаньгу.
      – Не нравится мне это название. Нас здесь и впрямь могут отрезать… [ ]
      В этот момент из передового отряда к Цзян Вэю примчался воин с донесением, что впереди видны клубы пыли и, очевидно, где-то вблизи засада противника. Цзян Вэй срочно отдал приказ отходить, но было уже поздно: в бой вступили отряды Дэн Чжуна и Ши Цзуаня, притаившиеся в засаде.
      Цзян Вэй отступал, отбиваясь от наседавшего противника, когда впереди появился отряд Дэн Ая. Подвергшись нападению одновременно с трех сторон, войско Цзян Вэя было разгромлено. От окончательного уничтожения его спас подоспевший на помощь Сяхоу Ба.
      Вэйские войска отошли, и Цзян Вэй решил снова вернуться в Цишань.
      – Там больше нечего делать, – заметил Сяхоу Ба. – Чэнь Тай захватил наш лагерь, Бао Су пал в сражении, и все его воины бежали в Ханьчжун.
      Тогда Цзян Вэй изменил свое намерение и, минуя Дунтин, по глухим горным тропам начал отходить к Ханьчжуну. Войско ушло вперед, а Цзян Вэй с одним отрядом шел позади, прикрывая тыл от врага.
      Но вдруг на его пути появился Чэнь Тай с войском, и Цзян Вэй очутился в замкнутом кольце. К счастью, об этом своевременно узнал военачальник Чжан Ни и пришел на выручку. С его помощью Цзян Вэю удалось вырваться из окружения и уйти в Ханьчжун. А спасший его Чжан Ни пал под стрелами вэйских воинов.
      Тронутый преданностью и самопожертвованием своего верного помощника, Цзян Вэй обратился к Хоу-чжу с просьбой об оказании почестей сыновьям и внукам погибшего.
      Войско понесло большие потери, и Цзян Вэй, считая себя единственным виновником поражения, подал императору доклад о том, что складывает с себя обязанности полководца. Он поступил точно так же, как поступил Чжугэ Лян после неудачного сражения под Цзетином.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54