Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Морской дракон

ModernLib.Net / Харрингтон Кэтлин / Морской дракон - Чтение (стр. 12)
Автор: Харрингтон Кэтлин
Жанр:

 

 


      Но ночи… Ах, ночи… Это будет их время. Время любви и нежности.
      Медленные аккорды менуэта вторглись в сознание Рори, прервав его мечтания. Он посмотрел на Джоанну и неохотно поднялся с кресла.
      – Я думаю, что настало время для нашего свадебного танца, – сказал он, подавая Джоанне руку.
      Это будет его последний на сегодня подвиг. Дальше он сможет спокойно сидеть в своем кресле и наслаждаться праздником.
      Он вывел Джоанну из-за стола в центр зала и церемонно поклонился ей. Не обращая внимания на любопытные взгляды, он постарался сконцентрироваться и припомнить все то, что ему говорил Лаклан, когда он учился танцевать. Ну а если его движения будут недостаточно непринужденными, значит, так тому и быть. Главное – не наступить Джоанне на ногу или на длинный шлейф ее платья.
      Джоанна присела в глубоком реверансе, потом поднялась и подала Рори руку. Она явно получала огромное удовольствие от танца – ее лицо сияло, а ярко-голубые глаза с длинными изогнутыми ресницами сверкали, как звезды.
      Роскошная грива медно-рыжих вьющихся волос рассыпалась по плечам. Миниатюрная и хрупкая, она двигалась в такт музыке с завораживающей грацией.
      Еще когда она была одета мальчишкой, Рори видел, как она привлекательна. Но он и предположить не мог, сколько в ней откроется женственности и изящества, когда она будет одета в женское платье.
      Выполняя очередную фигуру танца, Джоанна отставила в сторону ножку, обутую в белую атласную туфельку. Увидев эту крохотную ножку, Рори испугался. Если он нечаянно наступит на нее, он ее просто расплющит! В ней не останется ни одной целой косточки.
      Маклин давно уже престал считать поверженных врагов. Однажды при помощи меча и кинжала он один уложил четырнадцать человек! Но только эта малышка заставила его дрожать. Он был готов на все за один ее благосклонный взгляд. Он надеялся только на то, что она не догадывается о своей власти над ним.
      – Наш свадебный обед был великолепен, – сказала Джоанна. – Я даже не подозревала о существовании таких блюд, которые приготовили королевские повара.
      Танец состоял из поклонов, приседаний и различных переходов. Рори обнаружил, что когда Джоанна приседает, а он наклоняется над ней, то ему открывается прекрасный вид на ее грудь. Эти два упругих молочно-белых полушария могли бы и восьмидесятилетнего старика заставить делать глупости. Чего же тогда ждать от молодого, полного сил мужчины?
      Рори улыбнулся. Танцевать с Джоанной оказалось делом куда более приятным, чем он мог себе представить. Если бы она присела чуть пониже, то он смог бы увидеть два розовых бутончика ее сосков.
      – Хорошо все-таки, что моя мама взяла на себя обязанность никуда тебя не отпускать, – отвечая на свои мысли, сказал он.
      – Никуда – это на кухню? – улыбнулась Джоанна.
      В этот момент она опять присела, и Рори быстро облизнул пересохшие губы, не в силах оторваться от соблазнительного зрелища.
      – Куда же еще? – кивнул он.
      Джоанна посмотрела на него с лукавой улыбкой, потом сделала поворот и присела в заключительном грациозном реверансе.
      Рори услышал аплодисменты и только тогда с удивлением понял, что музыка не играет, значит, танец закончился. Он выдохнул и удовлетворенно улыбнулся. У его невесты на ногах по-прежнему было десять пальцев, все целые, и на ее длинном шлейфе не было ни одного отпечатка подошв его башмаков.
      Рори повел Джоанну на ее место за столом. Сияющие улыбками Кейр и Лаклан стояли в конце зала и ждали, когда новобрачные поравняются с ними. Лаклан обхватил старшего брата за шею и, наклонившись к его уху, громким шепотом сказал:
      – Слушай, ты, дурень, когда я говорил тебе, что в танце ты должен продемонстрировать страсть к своей партнерше, я не имел в виду, что ты должен раздевать ее глазами прямо посреди зала.
      Рори нахмурился. Он не думал, что его чувства и мысли были видны окружающим.
      – А почему бы нет? – ухмыльнулся Кейр. – Она теперь принадлежит ему, и он может делать все, что ему заблагорассудится.
      Джоанна прекрасно слышала этот разговор, и по блеску в ее глазах братья поняли, что она собирается язвительно ответить им. Но не успела она и рта раскрыть, как Кейр взял ее за руку и, отводя в сторону от Рори, сказал:
      – Я предлагаю вам выпить бокал вина, лэрд Маклин, пока я потанцую с вашей женой.
      Рори с тревогой посмотрел на огромные ступни своего младшего брата.
      – Только смотри не наступи на нее, – предупредил он.
 
      После полудня гостей пригласили на рыцарский турнир. К великому облегчению Джоанны, Маклины были вооружены старинным оружием, отбитым у англичан более ста лет назад. Это оружие и старые английские доспехи валялись в подвалах Кинлохлевена, но воины Маклина достали их и начистили так, что они сверкали на солнце.
      На покрытом травой лугу были поставлены, шатры, украшенные развевающимися на ветру флажками. Когда Джоанна и Рори заняли почетные места рядом с королем, в центр площадки на своем огромном жеребце выехал Фичер. Он был великолепен в сверкающих на солнце доспехах, вооруженный копьем и щитом. Подъехав ближе, он приветственно поднял копье и громовым голосом объявил:
      – С позволения моего лэрда и если миледи не возражает, я буду сражаться в ее честь.
      Рори кивнул, а Джоанна повязала на копье Фичеру зеленую атласную ленточку.
      – На счастье, – сказала она своему рыцарю.
      Потом она с восторгом схватила Рори за руку и прижалась к его плечу.
      – Как ты сумел организовать все это так, что я даже ничего не знала?
      – Маклины хорошо умеют хранить секреты, – усмехнулся Рори. – Особенно от Макдональдов.
      Джоанна наморщила свой веснушчатый носик и лукаво улыбнулась:
      – Вы, наверное, считаете себя ужасно умным, милорд муж. Но я вас предупреждаю, что в следующий раз, когда вы захотите удивить меня, у вас ничего не получится. Это будет вам уроком.
      Тем временем турнир начался. Во избежание несчастных случаев все участники затупили свое оружие, но все равно бой произвел на всех сильное впечатление. Каждый раз, когда Фичер сбивал своего противника с лошади, зрители разражались криками и аплодисментами. А Джоанна, когда поверженный противник Фичера с грохотом валился на землю, зажмуривалась и закрывала лицо руками.
      Высокий и мощный Мердок Маклин, как и ожидалось, оказался достойным противником Фичеру. Когда противники в первый раз поскакали навстречу друг другу и Фичер нанес удар копьем, Мердок спокойно отразил его своим щитом. Второй удар был более успешным. Копье Фичера звонко стукнуло по стальному щитку, прикрывавшему грудь Мердока, и тот вылетел из седла и со страшным грохотом свалился на землю.
      Довольно быстро он пришел в себя, поднялся на ноги и, поклонившись королю и молодоженам, удалился с поля.
      – Слава богу, – с облегчением выдохнула Джоанна.
      Она сунула свою ладошку в руку к Рори, их пальцы переплелись.
      Джоанна как бы искала у него защиты и утешения, и этот простой жест произвел бурю в сердце у Рори. Он чувствовал, что все бастионы и крепости, которые он долгие годы возводил в своем сердце и которые позволяли ему спокойно и хладнокровно воспринимать все жизненные коллизии, теперь рушатся, словно сделанные из песка. И все это от одного нежного прикосновения вот этой сидящей рядом хрупкой девушки. Без малейшего усилия она подчинила его себе, чего не смогли сделать вооруженные до зубов могучие враги.
      – Все мои люди – закаленные в боях воины, – сказал Рори напряженным сдавленным голосом.
      От ее близости у него путались мысли, но отодвинуться не было ни каких сил. Вот если бы она сама чуть-чуть отодвинулась, он, пожалуй, не стал бы сейчас возражать.
      – Для них этот турнир – детские игрушки.
      Взгляд Джоанны затуманился.
      – Я знаю, но все равно, если бы кто-нибудь из них пострадал, тем более в мою честь, я бы чувствовала себя просто ужасно.
      – Что я слышу, леди Маклин, – сказал Рори, поднося ее руку к своим губам. – Неужели мы начинаем вам нравиться?
      – Возможно, кое-кто из вас, – дернула плечиком Джоанна.
      – И кто же, позвольте спросить? – не унимался Рори.
      – Например, Тэм и Артур, ну и Фичер, конечно, – ответила Джоанна, приложив ладошку к его руке и сравнивая длину пальцев. – Он даже помогал Мод собирать разные травки и ягоды для окраски шерсти, так что она теперь сможет закончить гобелен.
      Рори вспомнил фривольную сцену на незаконченном гобелене, где дюжий молодец с драконьим хвостом заигрывал с морской нимфой.
      – Это какой гобелен? Который на женской половине? – уточнил он.
      – Тот самый.
      – Мы пытались угадать, что там за сюжет. Это, наверное, какой-то малоизвестный греческий миф?
      Джоанна сжала губы, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. Стараясь не встретиться с ним взглядом, она с преувеличенным вниманием разглядывала их сцепленные руки.
      – Не греческий, – наконец смогла выговорить она, – и не римский. Это сцена из одной старинной кельтской легенды.
      – Что-то я не слышал ничего подобного, – скептически заметил он.
      – О, эту легенду знают только Макдональды, – пояснила Джоанна.
      Рори наконец поймал ее взгляд, и по выражению ее глаз понял, что в этом гобелене кроется нечто большее, чем она ему рассказала.
      – Ну что ж, – сказал он, легонько нажав пальцем на кончик ее носа, – когда-нибудь тебе придется рассказать мне эту легенду.
      – Если хочешь, я расскажу ее тебе сегодня же вечером, – легко согласилась Джоанна, но тут же нахмурилась, поняв, что это прозвучало слишком фривольно.
      – Это очень мило с твоей стороны, – промурлыкал Рори, привлекая ее к себе для поцелуя, – но боюсь, что сегодня вечером мы с тобой будем заняты другими делами.
      Турнир закончился почти перед самым ужином. Пока гости, оживленно беседуя, возвращались в замок, Тэм на волынке играл веселый марш.
      Фичер и Мод шагали бок о бок. Они почти не разговаривали, но она несла шлем и налокотники, в которых он выступал на турнире. А еще раньше они прямо-таки с кошачьей грацией, необычной для таких крупных людей, танцевали быстрый шотландский танец.
      Когда Рори увидел их вместе, на его губах расцвела улыбка. Что могло бы быть для него лучше, чем если бы его кузен-великан нашел бы себе жену из Макдональдов, да еще и здесь, в Кинлохлевене! А то, что Мод является наперсницей Джоанны, даже к лучшему. Связанные родственными узами, с годами они будут становиться все ближе друг к другу.
      Гости столпились в вестибюле, стоял шум и гам. Рори воспользовался моментом, когда на них никто не смотрел, и увлек свою жену в нишу.
      – Пойдем со мной, Джоанна, – позвал он. – Я хочу тебе кое-что показать.
      Джоанна замотала головой, глаза ее стали тревожными.
      – По-моему, нам лучше вместе со всеми пойти в Большой зал.
      Прежде чем она успела сказать еще хоть слово, Рори увлек ее в библиотеку, закрыл за собой дверь и тихо повернул ключ.

13

      Рори обнял Джоанну и приподнял, чтобы поцеловать. Он медленно опускал ее так, чтобы она скользила по его телу, наслаждаясь этим невыразимо приятным ощущением. Его сердце колотилось о ребра, дыхание стало прерывистым.
      По-видимому, даже через несколько слоев ткани она почувствовала, как напряглась и набухла его плоть. Она прервала поцелуй и, упершись руками в его грудь, отстранилась, глядя на него с любопытством и недоумением.
      – То, что ты чувствуешь, Джоанна, – хрипло сказал он, – это желание обладать моей невестой, и в этом нет ничего удивительного.
      Он поднял ее повыше, чтобы поцеловать ямочку между ключицами и дотянуться до чувствительного местечка за ухом. От необычных ощущений она поежилась, и тогда Рори взял в рот ее маленькую бархатистую мочку и слегка прикусил.
      – Боже, как же ты хорошо пахнешь! – пробормотал он, целуя ее в шею. – Как летний луг, как розовый сад, как все самые вкусные и сладкие вещи, собранные вместе!
      Джоанна попыталась высвободиться из его объятий, но он не отпустил ее.
      – Ты говоришь так, как будто умираешь с голоду, – пожаловалась она, смущенно хихикнув.
      – Умираю, – подтвердил он.
      Хрипло застонав, он позволил ее тонкой фигурке сползти вдоль его тела. Потом он неохотно отпустил ее и подошел к письменному столу, на котором стоял какой-то завернутый в ткань предмет.
      – Это тебе, Джоанна, – сказал Рори, показывая на сверток.
      – Ещё один подарок? – улыбнулась Джоанна, притронувшись рукой к великолепным жемчужинам на шее. – Но вы – я имею в виду тебя и твою семью – уже и так подарили мне много подарков.
      – Это были подарки для семьи и для домашнего хозяйства, – возразил Рори. – А этот подарок лично для тебя.
 
      Озадаченно сдвинув брови, Джоанна смотрела на сверток.
      – Ну, не робей, разверни его, – торопил Рори.
      Он присел на край стола и, взяв сверток в руки, протянул его Джоанне.
      – Иди взгляни на подарок.
      Джоанна подошла, взяла у него сверток и, присев на стол рядом с ним, развернула ткань. Она восхищенно ахнула и сияющими глазами посмотрела на Рори.
      – Ой, как красиво! – протянула она, разглядывая подарок.
      Это была золотая клетка, внутри которой на перекладине, сидела желтая канарейка, Верх клетки был украшен нефритовыми листочками и аметистовыми цветами.
      На самой верхушке была закреплена золотая цепочка, чтобы клетку можно было подвесить, например, в оконном проеме.
      Рори пошарил пальцами по дну клетки и нащупал маленький рычажок. Он нажал на него, и комнату наполнили нежные звуки, как будто кто-то играл на маленьких клавикордах. Рори слегка подтолкнул пальцем жердочку, и канарейка запела.
      – Ой, она поет! – восторженно воскликнула Джоанна. – Эта птичка поет! – Широко раскрытыми от удивления глазами она посмотрела на Рори. – Но где же сделали такую удивительную вещицу?
      – Похоже, что в Индии, – ответил Рори, польщенный ее интересом к этой игрушке. – А может, и в Персии. Один французский купец привез ее из Ливана и выставил в витрине своей лавки в Париже. А я три года назад увидел ее и купил.
      Слишком поздно Рори понял свою ошибку и прикусил язык. Черт возьми, ну что он за человек! Как только дело доходит до ухаживаний, его прямая бесхитростная натура подводит его.
      Джоанна задумчиво сдвинула брови.
      – В Париже? – переспросила она, разглядывая безделушку, которая явно предназначалась женщине.
      Три года назад у Рори была очередная интрижка с замужней женщиной, и красивая игрушка была куплена для нее. Но к тому времени, когда Рори вернулся в Шотландию, старый и очень богатый муж этой женщины, разозленный легкомысленным поведением жены, посадил ее под замок.
      Изящная игрушка, упакованная в набитый сеном ящик, пролежала, забытая, в трюме «Морского Дракона», пока Рори не вспомнил о ней накануне свадьбы. Артуру было поручено отвезти матери Рори письмо, а по пути забрать с «Морского Дракона» безделушку и привезти ее в Кинлох-левен.
      – Рори, – нерешительно начала Джоанна, разглядывая изящную вещицу.
      Она помолчала, потом продолжила тихим голоском:
      – Ты когда-нибудь спал с женщиной?
      Рори затаил дыхание. Ему не хотелось начинать семейную жизнь с вранья, но он не мог даже предположить, как Джоанна воспримет правду.
      – Да, спал, – наконец решился он.
      Джоанна явно расстроилась. Она опустила голову и сцепила пальцы. По-видимому, рыцари в сияющих доспехах никогда не ухаживали за другими женщинами, кроме своей единственной Прекрасной Дамы. А во время их разговора в конюшне, когда Рори сказал ей, что приручил нескольких женщин, она поняла, что речь идет только об ухаживании, а не о плотской любви.
      – Понятно, – еле слышно прошептала она.
      Дотронувшись кончиком пальца до нефритового листочка, она наклонила голову набок, как бы прислушиваясь к прелестным звукам, доносящимся из игрушки.
      – Она была очень красивая?
      Рори опешил. Так она считает, что он спал только с одной женщиной! Вот это да! Но Рори не спешил исправить ее ошибку. Жестокая правда могла разрушить ту теплоту в их отношениях, которая только-только начала зарождаться.
      Рори провел руками по ее плечам, потом большими пальцами погладил тонкие ключицы. Она была так хороша в своем белом атласном платье, с распущенными по плечам рыжими волосами! В течение всего дня Рори просто не мог удержаться от того, чтобы не прикоснуться к ней или не запустить пальцы в эту сверкающую шелковистую массу волос.
      – Джоанна, – тихо позвал он. – Ты помнишь, когда мы с тобой стояли на башне и любовались открывшимся видом?
      Не поднимая ресниц, она кивнула.
      – Я сказал тогда, что в жизни не видел ничего более прекрасного. Но я говорил не о долине и не об озере, девочка. Я говорил о тебе.
      Джоанна вскинула голову и с недоверием посмотрела на него:
      – Обо мне? Но ведь я была перемазана сажей и одета в мальчишескую одежду!
      Рори улыбнулся, взял у нее из рук золотую клетку и поставил ее на стол. Потом он сел в стоящее рядом кресло и притянул ее к себе на колени. Видя ее недоверие, он с улыбкой дотронулся до кончика ее веснушчатого носа.
      – Я видел, какая ты красивая, – сказал он, – даже несмотря на твою дурацкую одежду и не менее дурацкую шапку, под которой ты прятала свои прекрасные волосы.
      – Правда?
      Она никак не хотела ему поверить, и Рори понял, что она даже не подозревает, насколько хороша.
      – Правда.
      Он уже собрался было подкрепить свои слова поцелуем, но тут хитроумный механизм, спрятанный в днище клетки, закончил свою работу, и чарующие звуки стихли.
      – Ой, что это? – воскликнула Джоанна и попыталась выпрямиться, сидя у него на коленях.
      Ее голова была занята прекратившим работать механизмом, она даже не поняла, что сейчас с ним происходит.
      Рори понял, что еще немного – и он не сможет больше сдерживаться. От ощущения ее упругих ягодиц, прижатых к его плоти, у него помутился разум. Он прочистил горло и передвинул Джоанну ближе к коленям.
      Не замечая его переживаний, она потянулась к игрушке и разочарованно сказала:
      – Она сломалась, да?
      Он помотал головой, перевернул клетку и показал ей рычажок, потом включил машинку еще раз. Джоанна с благоговением наблюдала за его действиями.
      Она проследила глазами за тем, как он поставил клетку на стол, потом повернулась к нему и спросила:
      – Ты хочешь сказать, что я смогу включать ее еще и еще, столько, сколько захочу?
      – Ты сможешь включать ее сколько угодно и когда угодно, – кивнул Рори.
      – Спасибо тебе, Рори, – горячо поблагодарила его Джоанна.
      Она обхватила его за шею и прижалась своей нежной щечкой к его щеке, а потом звонко чмокнула его в губы.
      – Спасибо за все.
      Рори очень обрадовало такое проявление благодарности, и он незамедлительно сунул руку в вырез ее платья, другой рукой крепко прижимая ее к себе. От прикосновения его пальцев к нежной, чувствительной коже Джоанна вздрогнула и напряглась. По ее телу прошла дрожь.
      – О… О господи! – выдохнула она.
      Ей не хватало воздуха, каждый ее вдох был похож на всхлип.
      Рори улыбнулся, поняв, что ни один мужчина, а тем более этот шестнадцатилетний сосунок, ее бывший жених, до сих пор не касался ее груди.
      Рори желал ее не только телом, он желал ее всем сердцем. Ему хотелось не только физического обладания. Ему хотелось заботиться о ней, оберегать ее, быть нежным и внимательным, знать, что она принадлежит ему душой и телом. Полностью и навсегда. Джоанна – его жена, и когда-нибудь она станет матерью его детей. И это свяжет их на всю жизнь узами, которые не разорвать никому. Эти мысли доставили Рори несказанное удовольствие, настолько острое, что он почувствовал незнакомую сладкую боль, сжавшую сердце.
      – Тебе понравился наш свадебный пир? – спросил он, медленно поглаживая мягкие холмики.
      – Очень. Просто потрясающе. – Она настороженно смотрела на Рори.
      Однако, несмотря на недоверие в ее глазах, было очевидно, что она наслаждалась этими прикосновениями.
      – Я рад, что тебе понравилось, – нежно сказал он.
      Ее грудь под его чуткими пальцами стала полной и упругой. От этих ласк сам Рори испытал такое мощное желание, что едва не застонал.
      Джоанна прерывисто вздохнула и чуть выгнулась, когда он большим пальцем погладил мгновенно затвердевший сосок.
      – М-м-м… Мы слишком долго отсутствуем, – пробормотала она. – Все заметят, что нас нет.
      – Пусть заметят. – Рори наклонился над ней и снова припал к ее губам.
      Он высвободил руку из-под ее корсажа и медленно заскользил по ее атласному платью, ощущая ладонью ее тело под платьем и наслаждаясь этим ощущением. Пока его рука двигалась все ниже, он затеял своим языком очень интимную игру у нее во рту. Тем временем его рука забралась под пышную юбку и заскользила вверх по гладкой коже. Его загрубевшие в боях пальцы зацепили шелковый чулок и, похоже, разорвали тонкую ткань. Рори мысленно поклялся купить Джоанне дюжину новых чулок взамен этих.
      – Конечно, мы должны присутствовать на ужине, прежде чем пойдем в спальню, – хрипло сказал он, добравшись до подвязки на ее чулке, – но никто не может нам запретить получить немного удовольствия, а уж потом выйти к гостям.
      Когда его рука скользнула под кружевную нижнюю сорочку, доходящую до колен, Джоанна задвигалась, стараясь сесть прямо.
      – Может, нам все-таки лучше вернуться в зал, – предложила она хрипловатым контральто, в котором слышались беспокойные нотки. – Все будут нас ждать, никто не сядет за стол без нас.
      – Пусть ждут.
      Рори просунул руку между ее бедер, продолжая дразнить языком нежную раковинку ее уха.
      – Я хочу потрогать тебя, Джоанна, – пробормотал он, прислушиваясь к тому, как просыпается ее чувственность. – Я буду очень аккуратен и очень нежен. Не бойся. Позволь мне потрогать тебя, милая.
      – Мы не должны этого делать до брачной ночи, – с беспокойством в голосе сказала она, тем не менее подчиняясь его просьбам.
      Рори накрыл ладонью шелковистый холмик, поражаясь тому, какая Джоанна маленькая и хрупкая. Кровь кипела у него в жилах от растущего желания, все мышцы напряглись, легким не хватало воздуха.
      – Джоанна, поверь мне, вполне естественно для молодоженов попытаться узнать друг друга поближе до наступления брачной ночи, – заверил он Джоанну, чуть задыхаясь. – Тем более что наш с тобой брак был достаточно необычным, и у нас не было возможности сделать это раньше. Нам надо привыкнуть друг к другу, привыкнуть к новым ощущениям.
      – Но, честное слово, мы и так уже достаточно узнали друг друга, – сказала Джоанна, стараясь встать с его колен.
      – Нет, милая, – улыбнулся Рори, удерживая ее на месте, – еще недостаточно.
      Джоанна почувствовала, как его пальцы поглаживают ее между бедер, забираясь куда-то дальше и вызывая тем самым странную, но очень приятную пульсацию где-то у нее внутри. Она очень сомневалась в том, что все это нормально и дозволено, как он ее уверяет. Но возражать и сопротивляться у нее не было ни сил, ни желания.
      Он ласкал ее очень нежно, едва притрагиваясь, но эти легкие прикосновения доставляли ей такое наслаждение, какого она прежде никогда не знала. Ее тело двигалось само, она почти не контролировала себя. Рори дотронулся до какого-то особенно чувствительного местечка, и ее бедра сами собой раскрылись.
      – Вот умница, девочка, – все так же хрипло прошептал он. – Позволь мне поласкать тебя еще.
      Медленно и осторожно Рори ввел палец внутрь ее, и мышцы Джоанны непроизвольно напряглись. Слишком смущенная, чтобы выдержать его взгляд, она закрыла глаза. Ее бедра двигались под его ладонями, дыхание стало тяжелым и прерывистым.
      – Рори… – выдохнула она, – мне кажется… мы не должны…
      Внезапно испугавшись новых ощущений, Джоанна попыталась оттолкнуть его. Она была напугана неожиданной и непонятной реакцией своего тела на его прикосновения, а еще тем, что эти прикосновения уносили ее куда-то в неведомое, где она еще никогда не бывала. И где даже не мечтала побывать.
      – Мне кажется… мы не должны… прямо сейчас…
      – Ш-ш-ш, милая, не разговаривай, просто прислушивайся к своим ощущениям, – прошептал он. – Тебе приятно, когда я трогаю тебя, ведь правда? Ты такая прелесть, и мне так нравится ласкать тебя. Ты ведь хочешь, чтобы я ласкал тебя? Ну конечно, хочешь.
      Ни в своих книгах, ни у воспитателей Джоанна не могла узнать ничего, что подготовило бы ее к тому, что происходило с ней.
      Ее сердце билось с такой силой, что, казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Она вцепилась в рукав бархатного камзола Рори, тщетно пытаясь удержать свое сознание в этом реальном и знакомом мире. Но ласки ее опытного и чуткого мужа уносили ее на такие вершины блаженства, что она могла только хрипло стонать и изгибаться.
      – Открой глаза, Джоанна, – скомандовал он.
      Его красивый баритон звучал так властно, что Джоанна не могла не подчиниться.
      – Скажи, что ты хочешь меня.
      Джоанна вскинула ресницы и посмотрела в его зеленые глаза. Они завораживали ее, она не могла отвести взгляда. Как во сне, она медленно подняла руку, легко коснулась изумруда у него в ухе, запустила пальцы в его густые золотистые волосы, не чувствуя ничего, кроме его прикосновений, и выдохнула:
      – Рори… Я очень, очень хочу тебя.
      На губах Рори появилась победная улыбка, он почувствовал себя завоевателем.
      – Но не так сильно, как хочу тебя я, девочка моя дорогая, – сказал он. – Но ты захочешь меня так же сильно, я обещаю тебе.
      Казалось, что муж Джоанны совершенно точно знает, где и как надо к ней прикасаться, чтобы доставить наибольшее наслаждение. В ней просыпалась чувственность, а вместе с ней росло блаженство, которое охватывало все тело и затуманивало мозг. Хрипло застонав, Джоанна схватила его за руки и придвинулась к нему, подставляя губы для поцелуя.
      Волны наслаждения прокатывались по телу Джоанны, поднимая ее все выше и выше, к самым вершинам неизвестного ей раньше блаженства. Она все громче выкрикивала его имя, и, чтобы приглушить ее голос, Рори приник к ее губам поцелуем. Наконец все тело ее напряглось, она замерла, а потом обмякла и расслабилась в его объятиях.
      Какое-то время она лежала неподвижно, шумно вдыхая воздух и пытаясь замедлить бешеный ритм своего сердца. Потом медленно подняла руку и провела по его щеке. Рори покрывал легкими нежными поцелуями все ее лицо – лоб, щеки, подбородок.
      – Моя сладкая маленькая женушка, – пробормотал он, поправляя на ней смятое и перекрученное платье.
      Джоанна смотрела в его глаза, и ей казалось, что на свете не существует никого и ничего, кроме них двоих. Она провела кончиками пальцев по его бровям/ по скулам, словно изучая его лицо, как бы заново знакомясь с ним. Потом она прикоснулась к его губам.
      – Ох, девочка моя, если бы ты только знала, как твой муж хочет тебя, – проговорил Рори, целуя ее пальцы.
      Потом он неожиданно прикусил ее палец своими острыми белыми зубами.
      – Ай! – вскрикнула Джоанна, отдергивая руку и с трудом удерживаясь от смеха.
      Но через минуту ей стало не до смеха. О чем, интересно, она думала, когда позволила ему делать такие вещи? Она бездумно позволила себе забыть, что он является кровным врагом ее клана. Следовательно, не может быть никакой общей постели, никаких интимных ласк и удовольствий. Она так и скажет Маклину сегодня вечером, когда они останутся вдвоем в спальне. Он хитростью заставил ее принести брачные обеты, значит, на основании этого она будет требовать аннулирования брака.
      Маклин тронул кончик ее вздернутого носа.
      – Я планирую продержать вас в постели по крайней мере следующие две недели, дорогая леди Маклин. За это время я намерен полакомиться вами, так как вы самая вкусная маленькая штучка, которую я когда-либо встречал.
      – Если вы съедите меня, лорд Маклин, – притворно нахмурилась Джоанна, – то вам ничего, не останется на следующие две недели.
      Лицо Маклина озарилось широкой улыбкой.
      – Ну, тогда мне придется откусывать по очень маленькому кусочку, а потом долго смаковать, правда? – хитро прищурился он.
 
      – Мой брат все спланировал, – заверил Годфри плотного мужчину, стоящего возле узкого окошка в сторожевой башне. – Эндрю уедет вместе с ней сегодня же ночью.
      Арчибальд Кэмпбелл, второй граф Аргилльский, любовался открывшимся из окна видом и прихлебывал ромашковый чай. Он жестоко страдал от подагры, поэтому не стал ждать окончания пира, а ушел пораньше, чтобы отдохнуть. Обычно очень щепетильный в вопросах этикета, сегодня он принял своего тайного визитера в голубом бархатном домашнем камзоле и удобных мягких шлепанцах.
      Граф занимал вторую по роскоши комнату в замке, так как первую, естественно, занимал король. Полы в этой просторной комнате были устланы роскошными коврами, вдоль стен стояла резная дубовая мебель. Огромный буфет был заполнен стеклянной и серебряной посудой, на одной из полок выстроились графины с дорогим вином и бренди.
      – Вам не удастся вытащить девушку из замка, – раздраженно сказал граф. – Маклин со своими двумя братцами и с этим чудовищным родственничком убьют каждого, кто попытается украсть Джоанну. И сделают это не моргнув глазом. Причем, если судить по взглядам, которые бросал Маклин на свою невесту, он с большим удовольствием сделает это сам.
      Годфри держал стеклянный бокал в ладонях, согревая налитый коньяк.
      – Мы не собираемся оружием прокладывать себе путь из замка, – ответил он. – Никакой тревоги поднято не будет. От вас требуется только одно – чтобы ваши люди встретили юных беглецов с их сопровождающими возле мельницы Рэннок.
      – Сколько человек мы должны будем встретить?
      – Эндрю, четверо воинов, ну и плюс девушка. Я убедил моего старшего брата, что только небольшая группа людей может проскочить незамеченной мимо стражи. А за Маклина не беспокойтесь. К тому времени, когда они приедут на мельницу, он уже встретится с создателем. Его невеста об этом позаботится.
      – Чепуха, – фыркнул граф. Он повернулся и скептически взглянул на Годфри. – Эта малышка вообще никого не сможет убить, не говоря уж о ее богатырском муже.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24