Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Атлантида

ModernLib.Net / Приключения / Гиббинс Дэвид / Атлантида - Чтение (стр. 7)
Автор: Гиббинс Дэвид
Жанры: Приключения,
Триллеры

 

 


Это своеобразный ключ к тайным знаниям, но написанный древними символами, расшифровать которые могли только верховные жрецы. После первого предупреждающего землетрясения верховный жрец, напуганный грядущим апокалипсисом, приказал выбить эти символы по краям золотого диска. Это был своего рода лексикон, алфавитный указатель древних символов, отпечатанных на глиняном диске с преобладанием линейного письма А и линейного письма Б. Любой грамотный миноец мог без особого труда узнать в этих группах слогов родовые черты собственного языка.

— Значит, это что-то вроде страхового полиса, — предположила Катя. — Своего рода книга кодов, с помощью которой можно прочесть глиняный диск, если погибнет верховный жрец.

— Да. — Джек повернулся к ней. — Вместе с уникальным ритоном в форме головы быка наши подводники обнаружили множество эбонитовых и костяных изображений богини-матери. Полагаю они были священными предметами из сакрального культа минойцев, такими же ритуальными вещами, необходимыми для духовной деятельности епископов и кардиналов. Думаю также, что все эти предметы культа вез сам верховный жрец, спешно покинувший горное святилище на острове.

— А Фестские диски?

— После того как все эти символы были выбиты на золотом диске, верховный жрец приказал сделать реплику, то есть копию древнего глиняного диска, который содержал в себе аналогичный текст, но был совершенно бессмысленным. Профессор Диллен сказал, что значение этой реплики заключалось в том, чтобы ввести в заблуждение непосвященных и не позволить им проникнуть в тайны древнего знания. Словом, посторонние люди не должны придавать слишком большое значение непонятным символам. Только жрецы знали истинное значение текстов и имели доступ к алфавитному коду на золотом диске.

— А как же они попали в Фест? — выразил недоумение Костас.

— Скорее всего поначалу они находились вместе с золотым диском в главном хранилище горного храма на острове Фера, — отозвался Джек, — а потом верховный жрец отправил их на судне, которое вышло в море раньше и благополучно достигло берегов Крита. Фест казался тогда надежным укрытием от разгула стихии, ведь он находился высоко над морем и был защищен от вулкана с севера высокой горой Ида.

— Кроме того, это был крупный религиозный центр, — добавила Катя.

— Рядом с дворцом находится Агиа-Триада — комплекс древних руин, которые уже давно исследованы археологами. Именно там были найдены оба глиняных диска, с разницей в сто лет. Есть основание полагать, что там находилось нечто вроде семинарии, учебного заведения для жрецов, которых потом направляли в горные святилища.

— Но Фест и Агиа-Триада полностью разрушены во время землетрясения, — прервала его Катя. — Они были сметены этим взрывом и никогда больше не вернулись к нормальной жизни, а диски погребены под слоем пепла вскоре после того, как их доставили туда с острова Фера.

— У меня последний вопрос, — задумчиво произнес Костас. — Как мог верховный жрец из храма в Саисе, что в дельте Нила, узнать о существовавшей за тысячу лет до него Атлантиде и утраченных в результате природной катастрофы дисках?

— Думаю, что египтяне узнали об этом из того же источника, который поддерживал любую древнюю цивилизацию. Это была традиция передачи древних знаний из уст в уста и умение понимать древние символы, зафиксированные как в папирусе, так и на этих дисках. — Джек сделал паузу и посмотрел на собеседников.

— И за все это мы должны поблагодарить Солона Законодателя, — сказала Катя. — Если бы он не потрудился тщательно скопировать этот символ и поставить его рядом с греческим словом «Атлантида», мы сейчас не находились бы здесь.

— Фестские диски были простыми, дешевыми, сделанными из керамики, — продолжал размышлять Костас. — Они представляют ценность только в качестве носителей символов. А обнаруженный нами на затонувшем судне диск сделан из чистого золота и, возможно, является самым большим слитком золота, который дошел до нас с древнейших времен. — Он повернулся к Джеку и посмотрел на него проницательным взглядом. — Мне кажется, здесь нечто большее, чем то, что мы видим. Думаю, наш золотой диск каким-то образом откроет нам более величественную тайну.

Они миновали Мраморное море и сейчас пролетали над Босфором. Чистый и прозрачный воздух Эгейского моря стал постепенно затуманиваться густым смогом приближающегося Стамбула. Они уже могли различить смутные контуры бухты Золотой Рог, где в восьмом веке до Рождества Христова греческие колонисты основали крепость Византии. Неподалеку от бухты ввысь вздымался высокий лес минаретов, прорезавших шпилями густой утренний туман. На небольшом мысе виднелся замок Топкапи, некогда бывший символом упадка и загнивания Востока, а теперь превратившийся в один из самых прекрасных археологических музеев под открытым небом. Возле береговой линии возвышались мощные стены Константинополя, славной столицы Византийской империи, защищавшей наследие Рима вплоть до падения города под ударами турок в 1453 году.

— Это один из моих любимых городов, — признался Джек. — Попадая сюда, сразу начинаешь понимать, что здесь скрыта богатейшая история человечества.

— Когда закончим дела, — посмотрела на него Катя, — я хочу, чтобы вы показали мне город.

Впереди раскинулось Черное море, берега которого по обе стороны от Босфорского пролива простирались до самого горизонта. Спутниковая система наведения показывала, что осталось совсем немного до места назначения, расположенного в десяти морских милях к северу от турецкого порта Трабзон. Джек покрутил ручку приемника и настроил ее на частоту Международного морского университета, предназначенную для связи с экипажем судна «Си венчур». Через несколько минут на бортовом компьютере замигала синяя лампочка.

— Входящая электронная почта, — обрадовался Костас. Джек дважды нажал на мышь и подождал, когда на экране высветится адрес отправителя.

— Это от профессора Диллена. Будем надеяться, что ему наконец-то удалось расшифровать Фестский диск.

Катя подалась вперед, и они все замерли в ожидании сообщения. Вскоре на экране компьютера появились первые слова текста.


«Дорогой Джек.

После нашей телеконференции я без устали работал над диском, чтобы как можно быстрее завершить перевод. Многое, конечно, зависело от содействия моих коллег во всем мире. Архив линейного письма А, найденный в Кносском дворце в прошлом году, был разослан многим моим коллегам для совместного исследования, а вы наверняка знаете, как ревностно относятся академические ученые к защите своих неопубликованных идей. Вы, должно быть, помните, сколько проблем возникло у нас со свитками Мертвого моря, когда мы приступили к исследованию древней истории Содома и Гоморры. К счастью, большинство нынешних специалистов по минойской письменности мои бывшие ученики.

Значительный интерес представляет только лицевая сторона диска. Попытка автора скрыть истинное значение текста превосходит даже самые смелые наши предположения.

Наш таинственный символ встречается дважды, и я перевел его просто как «Атлантида».

Вот этот текст:

«Под знаком быка расположен бог-орел с распростертыми крыльями. (У) его хвоста (находится) Атлантида, великие золотые врата (цитадели?). Кончики (его) крыльев достигают восхода и заката солнца. (На) восходе солнца (находится) вершина огня и металла. (Это) зал верховных жрецов (Тронный зал? Зал для поклонников?). Выше (находится) Атлантида. (А здесь) помешена богиня-мать. (Это) место (для) богов (и) сокровищница знаний».

Я пока сам еще не знаю, что все это значит. Может, просто головоломка для непосвященных? Мы с Морисом сгораем от нетерпения и хотим как можно скорее узнать ваше мнение на сей счет.

Искренне ваш

Джеймс Диллен».


Они дважды молча прочитали перевод Диллена. Первым нарушил тишину Костас, который во всем искал практическую ценность, в то время как остальные видели в тексте необъяснимую тайну.

— Это не головоломка. Это карта сокровищницы.


ГЛАВА 8

Джек, добро пожаловать на корабль! — прозвучал над их головами знакомый голос, когда вертолет мягко сел на специальную платформу, приспособленную специалистами ММУ под посадочную площадку. Джек быстро спрыгнул вниз и двинулся навстречу Малколму Маклеоду, радостно протягивая руку для приветствия. Костас и Катя последовали за ним, а вокруг вертолета уже засуетились члены команды, вынимая из грузового отсека сумки и снаряжение.

«Си венчур», главное научно-исследовательское судно ММУ, отличался от «Сиквеста» только размерами и большим набором оборудования и снаряжения, предназначенных для глубоководных исследований. Недавно команда корабля вернулась из западной части Тихого океана, где проводила уникальное глубоководное изучение Марианской впадины, а сейчас «Си венчур» направлялся в Черное море для исследования отложений морского дна, но неожиданно изменил первоначальные планы.

— Идите за мной.

Малколм Маклеод повел гостей на капитанский мостик, который располагался точно как на «Сиквесте». Маклеод работал вместе с Джеком в отделе океанографии ММУ и пользовался репутацией толкового специалиста. С его мнением считался не только Джек, но и другие сотрудники университета. Они вместе совершили не одно путешествие и провели много интересных исследований океанского дна. Огромный рыжеволосый шотландец сел на стул оператора и повернулся к гостям.

— Рад приветствовать вас на борту «Си венчур». Полагаю, ваша инспекция может подождать, пока я покажу, что мы здесь нашли.

Джек кивнул:

— Валяй.

— Вам что-нибудь известно о Мессинском соляном кризисе?

Джек и Костас молча кивнули, а Катя удивленно покачала головой.

— Ладно, расскажу еще раз для нашей новой коллеги, — обрадовался Маклеод, широко улыбнувшись. — Название произошло от крупных соляных отложений, обнаруженных неподалеку от Мессинского пролива возле Сицилии. В начале семидесятых годов двадцатого века специалисты судна по глубоководным исследованиям «Гломар Челенджер» провели бурение морского дна в различных районах Средиземного моря и взяли пробы на анализ его структуры. Так вот, под толстым слоем морского дна они обнаружили огромные залежи соляных отложений, порой достигавшие толщины в три километра. Они сформировались в конце миоцена — предпоследней геологической эпохи, существовавшей примерно пять с половиной миллионов лет назад.

— Соляные отложения? — удивленно переспросила Катя.

— Да, это в основном каменная соль, которая, как правило, образуется в результате интенсивного испарения морской воды. Снизу и сверху находятся слои нечистого известняка, что является вполне нормальным отложением глины и карбоната кальция. Что же до соляных отложений, то они сформировались практически одновременно и по всему пространству Средиземного моря.

— Что это означает?

— А то, что Средиземное море было когда-то высохшим. Катя с недоверием уставилась на него:

— Высохшим? Вы хотите сказать, что все Средиземное море когда-то высохло?

Маклеод кивнул:

— Причиной этого явления стало резкое падение атмосферной температуры. Холод был сильнее, чем во время последнего ледникового периода. Полярный лед сковал огромное количество морской воды, в результате чего уровень Мирового океана понизился примерно на пятьсот метров. Таким образом, Средиземное море оказалось закрытым от внешнего океана и стало быстро испаряться, оставив после себя лишь незначительные лужи в самых глубоководных впадинах.

— Как Мертвое море, — догадалась Катя.

— Оставшаяся в нем вода была даже более соленая и фактически перестала быть жидкой. Концентрация соли оказалась слишком большой для живых организмов, и они все погибли, а окрестные земли превратились в безжизненную пустыню.

— А когда море опять наполнилось водой?

— Примерно через двести тысяч лет. Это был весьма драматический процесс, результат интенсивного таяния полярных льдов. С Атлантики в район Средиземного моря стали просачиваться первые ручьи, которые впоследствии превратились в мощные потоки воды, напоминающие Ниагарский водопад, только в сотни раз больше. Именно они прорезали Гибралтарский пролив до его нынешней глубины.

— А какое это имеет отношение к Черному морю? — не унималась Катя.

— Мессинский соляной кризис — достоверный научный факт, — продолжил Маклеод, бросив короткий взгляд на Джека. — Именно он поможет вам поверить в самое невероятное, о чем я хочу рассказать.

Они собрались за пультом АДУ — аппарата дистанционного управления «Си венчур». Маклеод пригласил Катю сесть за пульт управления, перед которым был помещен большой экран, и показал, как нужно управлять джойстиком.

— Представьте, что вы сидите в тренажере самолета, симулирующего полет, — посоветовал он. — А джойстик используйте для выбора направления полета — вверх или вниз, вправо или влево. Контроль скорости полета отображается на приборе с левой стороны.

С этими словами Маклеод положил руку на ладонь Кати и сделал полный круг на максимальной скорости. Широкоформатный видеоэкран оставался абсолютно темным, а индикатор направления движения повернулся на триста шестьдесят градусов. Индикатор глубины погружения показал сто тридцать пять метров, а спутниковая система наведения определила местонахождение АДУ с точностью до полуметра.

Маклеод повернул ручку назад и вернулся к исходному положению.

— За свободным полетом следует хорошая настройка, — сказал он и улыбнулся Джеку, который хорошо помнил их совместную тренировку на АДУ, когда они испытывали новое глубоководное оборудование в районе Бермудских островов.

— АДУ широко используется для научных исследований уже более двадцати лет, — пояснил Маклеод Кате. — Но за последние несколько лет технология подводных исследований заметно улучшилась, и сейчас для глубоководных работ мы обычно используем ААУ — аппараты автономного управления, которые оснащены многоцелевыми сенсорными датчиками, включая подводные видеокамеры и широкополосные сонары. Как только ААУ обнаруживает интересующий нас объект, сигнал сразу подается на АДУ, и мы предпринимаем соответствующие действия. Разработанный ММУ аппарат «Марк-7», который используется на нашем корабле, не больше обыкновенного «дипломата» и благодаря компактным размерам способен проникать в самые потаенные уголки морского дна.

— Если повернуть одну из этих штучек хотя бы на сантиметр, — вмешался в разговор Костас, — то наша радиопульсионная контрольная система «Доплер» покажет, что на самом деле отклонение произошло на пятнадцать миль по горизонту, или погружение достигло дна самой глубокой впадины.

— Почти на месте, — неожиданно прервал его Маклеод. — Активируем подводные фонари.

Он вдавил джойстик и одновременно щелкнул кнопками на панели управления. Экран быстро замигал, потом на нем появились яркие огоньки подводного царства.

— Осадок, — пояснил он. — Наши фонари отражают огромное количество мелких частиц, потревоженных неожиданным вторжением.

Вскоре они увидели размытые очертания, которые со временем обретали все более четкие контуры. Это было серое бесформенное пространство морского дна. Маклеод включил радар земного грунта, который обозначил небольшой склон морского дна, уходивший на юг под углом примерно тридцать градусов.

— Глубина сто сорок восемь метров, — прокомментировал он.

Неожиданно перед их глазами появилось странное образование, отдаленно напоминавшее высокую башню. Маклеод быстро отвел АДУ на несколько метров влево, избежав столкновения.

— Еще одно гениальное изобретение Костаса, — продолжал Маклеод, не отрываясь от экрана. — Буровой аппарат с дистанционным управлением, способный пробурить в морском дне скважину глубиной до ста метров или поднять на поверхность большое количество придонных осадочных пород. — Маклеод пошарил под стулом свободной левой рукой. — А вот это мы нашли с помощью аппарата под морским дном.

Он протянул Кате блестящий черный предмет размером с кулак. Она прикинула его вес на руке, а потом стала пристально изучать.

— Прибрежная морская галька?

— Да, отполированная морской волной. Этот прибрежный камень помог нам установить береговую линию древнего моря, которая в те времена пролегала на сто пятьдесят метров ниже нынешнего уровня моря и на десять морских миль дальше от сегодняшнего берега. Но еще более поразителен его возраст. Это одно из самых интересных открытий, которые мы сделали за последнее время.

Маклеод включил спутниковую систему наведения, и изображение на экране стало медленно двигаться на небольшом расстоянии от морского дна, избегая столкновения с препятствиями.

— Я включил автопилот, — пояснил он. — До цели осталось не более 15 минут.

Катя вернула ему потемневшую от времени морскую гальку:

— Это может быть каким-то образом связано с Мессинским соляным кризисом?

— Поначалу мы сочли, что это было еще до заселения этих территорий первобытными людьми древнейшей эпохи, точнее сказать — гоминидами.

— И что?

— А потом пришли к выводу, что ошиблись. Очень серьезно. Определение береговой линии древних морей давно уже часть нашей программы научных исследований, но это открытие выходит за рамки заурядных событий. Сейчас покажу, что это значит.

Маклеод загрузил разработанную с помощью компьютера изометрическую карту Средиземного и Черного морей.

— Связь между Средиземным и Черным морями можно рассматривать как своеобразную модель отношений между Атлантикой и Средиземным морем, — объяснил он. — Глубина Босфорского пролива не превышает ста метров. Любое понижение уровня Средиземного моря ниже этой отметки приведет к тому, что на месте пролива образуется перешеек, отделяющий Черное море от Средиземного. Именно эти условия позволили древним людям заселить Европу из Малой Азии. — Он показал курсором натри реки, впадающих в Черное море.

— Когда Босфор был мостом между Европой и Азией, высыхание Черного моря происходило такими же быстрыми темпами, что и Средиземного, однако Черное море постоянно пополнялось пресной водой трех великих рек — Дуная, Днепра и Дона. Средняя его величина была достигнута в тот момент, когда уровень высыхания моря сравнялся с уровнем впадающей в него речной воды, и с тех пор ускорился неизбежный в таких случаях процесс превращения Черного моря в большое пресноводное озеро.

Маклеод нажал клавишу, и компьютер начал имитировать события той далекой поры, демонстрируя, как Босфор постепенно высыхает, а уровень воды в Черном море снижается на сто пятьдесят метров по сравнению с нынешним. При этом уровень воды Черного моря стал на пятьдесят метров ниже уровня воды по другую сторону Босфора и поддерживался большим притоком прибрежных рек.

Маклеод повернулся назад и оглядел присутствующих:

— А теперь небольшой сюрприз. Все, что вы сейчас увидели, относится не к периоду раннего плейстоцена, когда ледниковый период был в самом разгаре, а к более позднему времени. Таким выглядело Черное море менее десяти тысяч лет назад.

Катя недоверчиво уставилась на него:

— Вы хотите сказать, что это произошло уже после ледникового периода?

Маклеод энергично закивал:

— Самое последнее наступление ледника случилось примерно двадцать тысяч лет назад. Мы считаем, что Черное море было отрезано от Средиземного незадолго до этого, а его уровень был в то время на сто пятьдесят метров ниже нынешнего. Таким образом, обнаруженный нами берег был береговой линией моря в течение следующих двенадцати тысяч лет.

— А что случилось потом?

— Потом повторился Мессинский соляной кризис. Ледники стали быстро таять, что вызвало повышение уровня воды в Средиземном море, и в конце концов она хлынула через Босфорский перешеек. Первоначальной причиной, возможно, стало очередное отступление ледника, начавшееся примерно семь тысяч лет назад с таяния западного антарктического ледникового щита. Мы полагаем, что понабился всего лишь один год, чтобы Черное море достигло своего нынешнего уровня. При общем потоке примерно двадцать кубических километров в день уровень воды в Черном море поднимался на сорок сантиметров в день или от двух до трех метров в неделю.

Джек показал на нижнюю часть карты:

— А ты не мог бы увеличить этот сектор?

— Разумеется. — Маклеод щелкнул клавишей. На экране появилось увеличенное во много раз изображение северного побережья Турции. Изометрическая карта показала им подробную топографию Земли до начала затопления.

— Мы сейчас находимся на расстоянии одиннадцати морских миль от северного побережья Турции, — сказал Джек и подался вперед, вглядываясь в карту. — Это примерно восемнадцать километров, а глубина моря под нами не превышает ста пятидесяти метров. Расстояние до нынешнего берега означает, что на каждые полтора километра территории приходилось примерно десять метров воды, то есть соотношение составляло приблизительно один к ста пятидесяти. Из этого можно сделать вывод, что угол наклона Земли был очень малым. Если море поднималось так быстро, как показывает эта карта, следовательно, каждую неделю оно затопляло пространство в триста — четыреста метров, то есть примерно пятьдесят метров в день.

— Может, даже больше, — поправил Маклеод. — Перед началом потопа большая часть суши, которая сейчас находится на дне моря, была всего лишь на несколько метров выше уровня воды, а угол склона был близок к тому, что сейчас наблюдается на склонах Анатолийского плато. А потом в течение нескольких недель эти огромные пространства земли поглотило море.

Прежде чем заговорить, Джек несколько минут молча смотрел на изометрическую карту:

— Мы сейчас говорим о периоде раннего неолита, то есть первой фазы зарождения и развития земледелия. Какие условия для этого существовали в интересующем нас районе?

Маклеод просиял:

— Я просил наших палеоклиматологов поработать над этой проблемой, и они разработали серию имитационных моделей, позволяющих реконструировать состояние окружающей среды в период времени между концом плейстоцена и началом наводнения.

— И что?

— Они пришли к выводу, что это был самый плодородный район на всем Ближнем Востоке.

Катя даже присвистнула от удивления:

— Это совершенно новое видение всемирной истории. Прибрежная полоса шириной двадцать и длиной в сотни километров стала ключевым звеном в становлении и развитии человеческой цивилизации! И при этом никогда еще не исследовалась археологами.

Маклеод заерзал от волнения:

— А сейчас мы подходим к главному, что привело вас сюда. Пора вернуться к монитору АДУ.

Морское дно в этом месте стало неровным, испещренным канавами и усеянным скалами и камнями. Иногда отчетливо виднелись небольшие углубления, вероятно русла древних рек. Приборы измерения глубины показывали, что АДУ находится над территорией, которая всего лишь на пятнадцать метров глубже и на километр дальше от древней береговой линии. Спутниковая система наведения стала сравнивать свои показания с теми, что запрограммировал Маклеод.

— Черное море вполне может стать раем для археологов, — согласился с Катей Джек. — Верхний слой воды толщиной в сто метров содержит очень небольшой процент соли, что явилось результатом огромного притока пресной воды из впадающих в него рек. Морские буровые установки, такие, например, как «Тередо навалис», требуют для нормальной работы более соленой воды. Именно поэтому древние изделия из дерева могут сохраняться в таких условиях в прекрасном состоянии. У меня всегда была мечта отыскать в здешних водах какую-нибудь трирему — древнее гребное военное судно.

— Но это же настоящий биологический кошмар, — проворчал Маклеод. — Под стометровой толщей воды начинается практически безжизненное пространство, отравленное огромной концентрацией сероводорода из-за сложной химической реакции соленой морской воды с большим количеством органической массы, попадавшей в море с пресной водой впадающих в него рек. А на большей глубине дело обстоит еще хуже. Когда соленые воды Средиземного моря хлынули сюда через Босфор, они сразу погрузились на глубину две тысячи метров и накрыли дно толстым слоем толщиной не менее двухсот метров. И этот слой все еще там и не дает развиваться живым организмам. Именно на этой глубине находится одно из самых неблагоприятных для жизни мест на Земле.

— На военной базе НАТО в Измире, — пробормотал Костас, — мне однажды довелось допрашивать одного подводника, который сбежал к нам с Советского Черноморского флота. Этот инженер работал по программе сверхсекретных глубоководных исследований в Черном море. Он рассказывал, что во время экспедиции им приходилось видеть на дне морские суда в полной сохранности. И даже показывал фотографию, где можно было разглядеть тела погибших моряков, как будто застывшие в соляном растворе. Это были самые ужасные привидения, которые только можно себе представить.

— И такие же замечательные, как это.

Когда спутниковая система наведения приблизила изображение, в нижнем правом углу экрана загорелся красный свет. Почти одновременно морское дно преобразовалось в столь странное и неожиданное видение, что у присутствующих дух перехватило. Прямо перед объективом АДУ луч прожектора выхватил из темноты целый комплекс низких построек с плоскими крышами, которые плавно переходили друг в друга, как у традиционных поселений индейцев пуэбло. Лестницы соединяли верхние и нижние комнаты, где предметы были покрыты толстым слоем придонных осадков, как обычно вулканический пепел покрывает все вокруг после мощного извержения. Это было настолько захватывающее зрелище, что все смотрели на экран с замиранием сердца и не находили нужных слов от восторга.

— Фантастика! — наконец восхищенно выдохнул Джек. — Мы можем рассмотреть их поближе?

— Сейчас я покажу, где мы остановились вчера, когда я решил позвонить вам. — Маклеод переключил аппарат на ручное управление и осторожно направил АДУ в одно из строений через отверстие в крыше. Ловко манипулируя джойстиком, он проник в комнату и стал медленно сканировать внутренние стены помещения. Они были украшены загадочными рисунками, едва видимыми в толще мутной воды. Среди них имелись изображения длинношеих копытных животных, отдаленно напоминающие каменных козлов, а также запечатленных в движении львов и тигров.

— Гидравлический известковый раствор, — пробормотал Костас.

— Что? — рассеянно переспросил Джек.

— Единственная возможность сохранить в неприкосновенности все эти настенные изображения в морской воде. Эта гидравлическая смесь должна содержать гидравлический связывающий реагент. Они имели доступ к вулканическому пеплу.

В дальнем конце затопленной комнаты участники экспедиции увидели предмет, хорошо известный любому студенту, специализирующемуся в области древней истории. Это были рога быка, выполненные в форме английской буквы U, причем по размеру они превосходили натуральную величину и, вероятно, были вырезаны на небольшом постаменте, напоминавшем алтарь.

— Несомненно, это ранний неолит, — восторженно произнес Джек. — Похоже на родовую усыпальницу наподобие тех, что обнаружены более тридцати лет назад в Чатал-Гююке.

— Где? — удивленно переспросил Костас.

— В центральной Турции, на равнине Конья, — пояснил Джек. — Примерно в четырехстах километрах южнее этого места. Вероятно, это самый древний город на земле, основанный земледельческой общиной примерно десять тысяч лет назад на заре первой земледельческой цивилизации. Поселение представляло собой комплекс тесно связанных между собой глинобитных хижин с деревянными перекрытиями, как и здесь.

— Уникальная находка, — произнесла Катя.

— Да, была до сих пор, — усмехнулся Джек. — А сегодняшняя находка меняет абсолютно все.

— И это только начало, — заметил Маклеод. — Здесь найдется немало удивительных вещей. Наш сонар показывает массу аномалий вдоль всей древней береговой линии. Во всяком случае, километров на тридцать как с одной стороны, так и с другой. Подобные поселения встречаются здесь на каждом километре. Это отдельные компактные деревни или хозяйственные постройки.

— Восхитительно. — Джек с трудом скрывал волнение. — Эта земля должна быть исключительно плодородной, чтобы прокормить население, превышающее по численности жителей знаменитых плодородных долин Месопотамии и Леванта. — Он посмотрел на Маклеода и расплылся в широкой улыбке. — Для специалиста по глубоководным термальным источникам ты проделал неплохую работу.


ГЛАВА 9

«Си венчур» быстро разрезал пенистые волны, продвигаясь на юг от обнаруженной недавно древней береговой линии. Небо было чистым, что еще больше подчеркивало темную синеву Средиземного моря. А впереди виднелись покрытые лесом склоны северной Турции и горные хребты Анатолийского плато — начала высокогорных районов Малой Азии.

Как только подводный аппарат АДУ закончил работу, «Си венчур» сразу направился на базу снабжения ММУ в Трабзоне, черноморском порту, белоснежные строения которого виднелись далеко на южной части горизонта. Катя наслаждалась возможностью отдохнуть и расслабиться. Она загорала на палубе в элегантном купальном костюме, оставлявшем мало места для воображения. Неподалеку от нее Джек тщетно пытался сконцентрироваться на разговоре с Костасом и Маклеодом.

Костас давал Маклеоду советы, как лучше составить карту месторасположения затопленной морем неолитической деревни и делился опытом фиксации на местности затонувшего древнего минойского судна. В конце концов они пришли к единому мнению, что «Сиквест» должен как можно скорее присоединиться к «Си венчур» в Черном море, чтобы использовать более совершенное оборудование для тщательного исследования морского дна. Еще одно судно уже прибыло к «Сиквесту» из Карфагена и тоже должно помочь в завершении исследований.

— Если после прорыва Босфора море поднималось на сорок сантиметров в день, — рассуждал Костас, пытаясь преодолеть шум волн и ветра, — это не могло остаться незамеченным для жителей побережья. Уже после нескольких дней они должны понять, что долгосрочные прогнозы не предвещают им ничего хорошего.

— Верно, — согласился Маклеод. — Неолитическое поселение находилось всего на десять метров выше морского берега. Значит, у них оставалось не больше месяца, чтобы собрать вещи и покинуть опасное место. Кстати сказать, это объясняет, почему в оставленных ими домах не обнаружено предметов обихода.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27